- Не могу. Хрень-пень! Я Сеге обещала турнир показать, да и не оставишь же его здесь, а дома меня Кэти сразу за уроки посадит.
- Ну, давай, его с собой возьмём. На обратной дороге можно к озеру завернуть, искупаться. Даже если извазюкается отмоем. Никто ничего не заметит.
Озеро? Настоящее? Если мне ещё сегодня искупаться удастся, то я, вообще, всё всем прощу.
- Искупаться? Я очень хочу искупаться. Я никогда в озере не купался. А турнир я уже достаточно посмотрел.
Мэй повернулась ко мне и ухмыльнулась:
- Тогда решено! Идём!
Мальчишка поймал её за руку.
- Только не через центральный вход. Отец будет в ярости, если узнает, что я смотался с турнира, как только он ушёл.
Мэй рассмеялась:
- Да, когда твой предок уже поймёт, что ты не рвёшься драться на клинках.
- Скорее горы уйдут под землю, – мы пробрались через толпу к задним рядам, потом нырнули в дыру под лавкой, пыльный коридор и спуск через окно на узкую улочку.
Здесь нас ждали ещё два даккарских мальчишки. Один, маленький, даже пониже меня. Второй, чистенький такой и тощий, ушастый, на пол головы меня выше.
Рио кивнул на маленького пацана:
- Вон хорошо Мету, его отец мечтает видеть сына богатым Ацунавой, ему не надо мечом с утра до вечера махать.
Мелкий скривился:
- Это ты просто бухгалтерской базы ни разу не видел.
Вообще, друзья Мэй мне понравились. Нормальные такие мальчишки. Жердяй Хавас был болтуном, Рио метко шутил, маленький Мет был молчуном, но тоже ничего. Конечно, шутки у них совсем детскими были, но взрослых мне как раз сейчас не хотелось.
День был замечательным, тёплым, даже жарким. Но в тот момент, когда перед нашими глазами, наконец, распахнулась чудесная равнина с цветами, деревьями и большим вытянутым озером, дорогу нам преградил крепкий даккарец.
- Стоять, малышня. До конца турнира долина закрыта.
Рио возмутился:
- Да мы же свои! Ты чего?!
Из будки рядом показался ещё один даккарец:
- Что тут у нас? А, командирские детки! Банда Мэй!
Мэй выпрямилась:
- Капитан Даван, пустите нас в долину.
- И по чьему же указанию я должен сегодня сделать для вас исключение?
Он внимательно посмотрел на Рио, потом на Мэй. Мэй вздохнула и вытащила из кармана телефон:
- Пап, можно мы с ребятами в долину пройдём? Да я уже насмотрелась турнира. Жарко, искупаться хочется. Сега говорит, что ни разу в озере не купался. – довольная улыбка расплылась по лицу тумбочки. – Да, конечно, мы всё понимаем...
Она протянула телефон капитану. Через минуту тот махнул солдату, разрешая выпустить нас в долину.
Если мне когда-нибудь в самом сладком сне представлялся рай, то он выглядел именно так. Деревья, трава по пояс плотным ковром, что даже земли не видно. Бездонное небо, птицы проносятся где-то в высоте.
К нам с Мэй приблизился Хавас:
- Ну, Мэй, как тебе трахаться?
Тумбочка поморщилась:
- Хреново.
- Это почему?
- Да не получается у меня ни фига! Не, мне так вполне ничего было, а вот Сеге полный трындец. Ладно, докторша из борделя его отпоила чем-то.
Я, наверно, покраснел. Даккарцы, вообще, кажется, прямолинейные, хоть вешайся. Один одежду у меня отобрал, вторая вон всем всё рассказывает. Чёрт, ну зачем такие подробности-то болтать?
К нам приблизились другие мальчишки. На лице Рио читался явный интерес.
- А я думал, что трахаться, это приятно. Мне брат в прошлом году говорил, что это как с высокой горки вниз на всей скорости.
Так как на меня внимания не обращали, я немного отошёл в сторону. Мэй потёрла нос.
- Ага, только у неолетанок это, видать, как-то по-другому делается. А как именно ни одна скотина не говорит. Знаете, я ведь пыталась Вестницу спросить, когда она в командирскую ложу заходила на открытии турнира. Она вся краской залилась, как девственница, и убежала типа по делам. Вот что трудно было рассказать? Остальные тоже, только заикнусь, как мыши разбегаются.
Рио запустил пятерню в волосы:
- Да, и чего они ломаются... действительно?
Хавас усмехнулся:
- А, может, прижать нож к горлу, и пусть рассказывает!
Мэй задумалась:
- Нож? Так ведь они потом жаловаться в школу побегут. Скажут, напала. Если только шлюху какую... они стариков боятся. Хотя... "кошки", конечно, тупые, но это-то знать должны. Они же все трахаются. Слушай, хорошая идея!
- Ха! Тогда пошли сразу через озеро, там часто "кошки" купаются. Их всё время охрана пропускает.
В озере купались неолетанки. Молоденькие, тонкие, высокие. Мы остановились вдалеке. Мэй потерла руки:
- План такой: Мэт и Рио заходят сзади, Хавас, ты из тех кустов, мы с Сегой вон оттуда. Нападаем по свистку. Сега, держись за мной, не отставай! Прижмём и будем пытать, пока не расколются!
И мы, как настоящие разбойники, быстро пригибаясь в траве, побежали каждый на свой фланг. Я прижался к дереву, переводя дыхание. В этом воздухе даже задыхаться было приятно. Мэй потирала руки:
- Ну, все на месте? Сега, как только свистну, начинай страшно кричать, делай злобное лицо, ну и… короче, как я!
Она сунула два пальца в рот и громко заливисто свистнула. Мы побежали:
- Уаааа! Бей Кошек!
Мы выскочили из травы и понеслись вниз к озеру на неолетанок. С другой стороны тоже с криками выскочили остальные мальчишки.
Две неолетанки с визгом сиганули в воду, а одна просто упала на попу. Мэй резко приставила один из своих мечей к её горлу. Неолетанка сглотнула:
- Ой, детишки. Ик!
Вид у неё был такой растерянный. Как кукла. Рыженькая такая, фигурка красивая, губки – просто глаз не оторвать. Если бы у меня там всё не болело, я точно бы возбудился.
Мэй с видом победителя уселась на песок:
- Так, мы тебя поймали. Взамен ты нам кое-что расскажешь. Откажешься рассказывать, порежу!
Неолетанка испуганно кивала, таращась на мечи Мэй.
- Короче фигня такая, – Мэй опять потёрла нос. – Я типа повзрослела. А вот трахаться у меня выходит очень гадко. Меня только к врагу в постель пускать можно. Так что говори, в чём там секрет.
Неолетанка пару раз хлопнула глазами, а потом её, кажется, осенило, и она спросила шёпотом:
- Ты хочешь, чтобы я рассказала тебе, как не причинять вреда мужчине во время секса?
Мэй абсолютно серьёзно кивнула. Неолетанка немного покраснела:
- Ну, это просто. Запоминай. Правило первое, надо много целоваться. Потом, когда разберёшься во всем, сможешь вычислить, сколько именно. А пока, чем больше, тем лучше, – она демонстративно загнула один пальчик. – Правило второе, пока не научишься, делай это всегда снизу. Ну, лёжа на спине. Снизу легче расслабиться. Ты больно делаешь, потому что напрягаешь там не те мышцы.
Две оставшиеся неолетанки, поняв, что мы никого убивать не будем, тоже начали вылезать на берег.
- Вот, – неолетанка задумалась. – И ещё, не делай это слишком редко. Воздержание, вообще, штука очень вредная, а молоденьким эми просто противопоказана. У тебя секс должен быть через день, ну, в крайнем случае, через два дня, пока тебе не исполнится тридцать, и ты не повзрослеешь окончательно. Иначе это будет грубо получаться.
Мэй поморщилась:
- А много целоваться – это насколько много?
- Давай, я расскажу, – из воды вылезла ещё одна неолетанка. Блондиночка. С большой голой грудью и маленьким таким пупиком на загорелом животике. – Я когда, как ты, совсем молоденькой была, мне сестра одну очень полезную штуку рассказала. Давай, на ком-нибудь покажу, – она повернулась к Хавасу. – Ой, только не на ребёнке, – потом заметила меня, подскочила ближе. – Целуешь десять раз в губы, – два её наманикюренных пальчика легли мне на губы. – Потом делаешь дорожку поцелуями сначала к правому ушку, затем по шее к левому, – пальчики ласково так скользнули по моей шее. – Потом вниз до самого паха и хорошенько облизываешь член, – пальчики начали спускаться вниз и, разочаровав меня, остановились в районе ремня. Чёрт! А я ведь все-таки возбудился. Какая она классная! Что-то в ней есть такое особенное, по-настоящему, влекущее. Чёрт! Это, наверно, на меня так воздух действует. Раньше такого не было.
- И ещё, – показывавшая всё это неолетанка присела рядом с Мэй, поглядывая с видом заговорщицы, – если тебе кажется, что ему всё равно больно, положи свои вторые руки ему на шею сзади и несильно массируй её пальчиками. Это, во-первых, снимет боль, а во вторых, есть вероятность, что он на утро ничего не вспомнит, а значит, не испугается, и тебе не придётся его в следующий раз ловить по всему дому.
Дальше мы некоторое время шли молча. Потом Мэй, видимо, всё переварив, выдала:
- Надо поймать кого-нибудь из старшаков покрепче, кто уже знак Цуе носит, и попробовать. Лоха какого-нибудь!
Уф! Ну, по крайней мере, эксперимент будет не на мне!
К объекту нашего путешествия мы подошли ещё минут через двадцать. Залегли в траву, внимательно разглядывая карту. Мэй с самым серьёзным видом осматривалась:
- Тааак, вот там под холмом должен быть вход. А вот с той стороны вышка охраны водонапорной станции. Плюс, думаю, инфракрасный контур...
Наверно, это был самый счастливый день в моей жизни. Даже на фоне всех событий прошлой ночи. На Кагылыме я никогда бы такого не увидел. А тут настоящая жизнь! Вокруг всё так красиво. На соревнования настоящие ходил, на огромный стадион, а теперь с местными ребятами на какой-то секретный объект полезу. Мэй тоже хорошая, в принципе. Ну не виновата она, что у неё вчера так со мной получилось. Ей вон просто никто ничего не рассказал. Она ведь не специально. А так она вон какая заводная, и друзья у неё нормальные, и игры у них интересные.
Меня окликнул пилот:
- Парень, подойди к экрану, а то нам даккарцы посадку не дают.
Я, абсолютно потерянный, приблизился к экрану связи. На меня смотрел большой лохматый даккарец:
- Ты кто, парень?
И что я должен ему ответить? Что я просто брошенный всеми мальчик?! Вспомнив, я снял куртку. Лия же говорила, что эти значки всё обо мне рассказывают в Даккарском мире. Вроде как паспорт. Даккарец на экране удивился:
- Ан Тойра? Во юбля! Ну, садитесь.
В порту пилоты меня подтолкнули к выходу.
- Ну всё, ты приехал!
- А вы ещё вернётесь туда? Ну, за моей спутницей, вдруг она позже появится?
- Ты о чём? Не, парень, нам заплатили только за то, чтобы мы тебя сюда довезли. И так от графика отбились. Сам не понимаю, как меня на этот-то полёт уговорили.
Наверно, они сумасшедшие. Или Лия их как-то так загипнотизировала. Но скорее сумасшедшие. Смиренно вздохнув, я пошёл прочь от корабля. А что я могу сделать?! Ничего.
Куртку я сразу снял, чтобы никому ничего больше не объяснять. Удобно кстати. Охрана порта махнула, разрешая мне проходить. Ничем особенным я, видно, для них не являлся. А дальше на меня, вообще, никто внимания не обращал. И что мне теперь делать? Я тихонько уселся в угол на не очень чистую лавку. Вот. Буду тут сидеть.
Мимо меня проходили даккарцы. Как их тут много. Я, вообще, не знал, что их так много существует. Все куда-то спешат. Что-то тащат, бегут... Ну, это несправедливо! Как можно было меня бросить?! А может, с ней что-нибудь случилось? Ну... может, она в аварию попала, не очень опасную, и теперь ищет другой корабль и летит сюда. Я просто подожду, и Лия приедет за мной... лучше, вообще, поспать, так время быстрее пройдёт.
Разбудил меня какой-то здоровенный мужик:
- А ты что тут дрыхнешь? Это не казарма, а порт, между прочим!
- Я жду... За мной скоро приедут.
- Кто?
Как ответить на этот вопрос даккарцу, я не нашёлся. Тот выругался, потом позвал какого-то парня:
- Офицер, объясни мне, кто это у тебя тут спит? Кто за ним должен приехать?
Парень взглянул на меня, потом на мужчину, потом опять на меня:
- Ээээ... не знаю, он и не наш вроде... О! Командор, так он Ан Тойра! Думаю, капитан Ктарго в курсе.
Меня схватили за рукав и куда-то потащили. Сначала в одно место, потом в другое. Сунули в руки какую-то бумагу на непонятном языке. Потом заменили бумагой на межпланетном – "Лист прибытия". И что я должен указать в графе цель прибытия? Через полчаса в холл, где я сидел, ввалился толстоватый даккарец:
- Ну, и что тут за бардак? Почему мне даже не позвонили, что ко мне брат приехал? Кто дежурный офицер? Что, часто в порт Ан Тойра заезжают?
Он быстро пробежался глазами по присутствующим, потом, улыбнувшись, подошёл ко мне, с силой обнял:
- Ну, здорово, братец!
От него пахло табаком и сладкими булками. Рядом возник тот самый даккарский офицер, которого за меня отругали. Он выдернул у меня из рук свою бумажку:
- А что не заполнил?
Толстяк забрал листок:
- А что тут писать? Цель приезда: навестить брата. Тяжёлое вооружение…– он осмотрел меня, – отсутствует! Портальные средства: тоже нет. И имя надо писать взрослое, – и он переправил "Дэни" на "Дэнкам Ан Тойра". – Всё, держи свою бумажку, капитан, и в следующий раз звони сразу.
Назвавшийся моим братом осмотрелся:
- А где твои вещи?
- У меня их нет.
Он кивнул и махнул, призывая следовать за ним.
Мы некоторое время шли по пыльным улочкам военной базы. Мимо проезжали какие-то механизмы, пробегали отряды солдат. Где я? Куда я иду? А ведь ещё и суток не прошло, как я из дома уехал. Столько всего произошло... Я даже про свои мозоли забыл. Тут и не про такое забудешь.
Мы вошли в какой-то дом. На крыльце играли дети и бегали курицы. В доме пахло свежим хлебом и каким-то соусом. Я сразу вспомнил, что ещё не ел сегодня.
Мужчина развернулся ко мне:
- Снимай майку.
- Зачем? – почему сегодня все пытаются меня раздеть? Ну ладно, Лия...
Толстяк просто подошёл ко мне и сорвал майку. Потом некоторое время изучал Миту.
- Как я понимаю, эти ордена тебе дала жена? Ладно. А на черта ты приехал сюда, да ещё и не предупредив?
- Я не знаю... Она спустилась на планету и не пришла через пять часов, и пилоты привезли меня сюда...
Мужчина задумался, подошёл к какой-то бадье и налил себе попить:
- Меня зовут Ктарго. Ты можешь мне доверять. Я женат на сестре твоей жены.
Сестре? Во мне как будто отпустило что-то, долгое время зажатое в тиски. Даже слёзы выступили на глазах. Получается, меня не бросили?! Меня просто отослали к родственнице! На время! Даккарец, конечно, страшноват, но ведь Лия говорила, что кто-то из её сестер имеет в мужьях воинов Даккара. Лия задержалась, и меня привезли к её сестре! Я опустился на табуретку. Как я, оказывается, устал.
7 ГЛ 7
Душа-мятежница, заложница-душа
В оковах мира бьётся о барьеры.
Я мыслю, я ещё заражена стремленьем жить!
Вдох через силу, тяжесть век и рук
Не выйдет! Я ещё полна желаний:
Меч вознести,
Коснуться с лаской губ,
Услышать крик младенца...
Сжать зубы и намеченным путём
Пройти, превозмогая все преграды.
Построить райский сад, обнять любимых в нём,
И вот тогда проститься...
Голова тяжёлая, веки как будто свинцом налиты, и плечо горит. Хороший знак. Значит, я ещё жива. Я всё-таки открыла глаза. Каюта корабля. Женщина-нэрми. Влага на моих губах. Зов улыбается. Что-то говорит, но я не слышу. Улыбается – это хорошо, это значит, что я выберусь.
Это был немного странный дом. За окнами гудели механизмы, а иногда пробегали солдаты. Взрослой неолетанки в доме не было, но зато я заметил ребёнка эми. Совсем маленькую. Тут, вообще, было много детей.
Я сидел за массивным деревянным столом и ел острый суп, который мне налила странная женщина.
- Ну, давай, его с собой возьмём. На обратной дороге можно к озеру завернуть, искупаться. Даже если извазюкается отмоем. Никто ничего не заметит.
Озеро? Настоящее? Если мне ещё сегодня искупаться удастся, то я, вообще, всё всем прощу.
- Искупаться? Я очень хочу искупаться. Я никогда в озере не купался. А турнир я уже достаточно посмотрел.
Мэй повернулась ко мне и ухмыльнулась:
- Тогда решено! Идём!
Мальчишка поймал её за руку.
- Только не через центральный вход. Отец будет в ярости, если узнает, что я смотался с турнира, как только он ушёл.
Мэй рассмеялась:
- Да, когда твой предок уже поймёт, что ты не рвёшься драться на клинках.
- Скорее горы уйдут под землю, – мы пробрались через толпу к задним рядам, потом нырнули в дыру под лавкой, пыльный коридор и спуск через окно на узкую улочку.
Здесь нас ждали ещё два даккарских мальчишки. Один, маленький, даже пониже меня. Второй, чистенький такой и тощий, ушастый, на пол головы меня выше.
Рио кивнул на маленького пацана:
- Вон хорошо Мету, его отец мечтает видеть сына богатым Ацунавой, ему не надо мечом с утра до вечера махать.
Мелкий скривился:
- Это ты просто бухгалтерской базы ни разу не видел.
Вообще, друзья Мэй мне понравились. Нормальные такие мальчишки. Жердяй Хавас был болтуном, Рио метко шутил, маленький Мет был молчуном, но тоже ничего. Конечно, шутки у них совсем детскими были, но взрослых мне как раз сейчас не хотелось.
День был замечательным, тёплым, даже жарким. Но в тот момент, когда перед нашими глазами, наконец, распахнулась чудесная равнина с цветами, деревьями и большим вытянутым озером, дорогу нам преградил крепкий даккарец.
- Стоять, малышня. До конца турнира долина закрыта.
Рио возмутился:
- Да мы же свои! Ты чего?!
Из будки рядом показался ещё один даккарец:
- Что тут у нас? А, командирские детки! Банда Мэй!
Мэй выпрямилась:
- Капитан Даван, пустите нас в долину.
- И по чьему же указанию я должен сегодня сделать для вас исключение?
Он внимательно посмотрел на Рио, потом на Мэй. Мэй вздохнула и вытащила из кармана телефон:
- Пап, можно мы с ребятами в долину пройдём? Да я уже насмотрелась турнира. Жарко, искупаться хочется. Сега говорит, что ни разу в озере не купался. – довольная улыбка расплылась по лицу тумбочки. – Да, конечно, мы всё понимаем...
Она протянула телефон капитану. Через минуту тот махнул солдату, разрешая выпустить нас в долину.
Если мне когда-нибудь в самом сладком сне представлялся рай, то он выглядел именно так. Деревья, трава по пояс плотным ковром, что даже земли не видно. Бездонное небо, птицы проносятся где-то в высоте.
К нам с Мэй приблизился Хавас:
- Ну, Мэй, как тебе трахаться?
Тумбочка поморщилась:
- Хреново.
- Это почему?
- Да не получается у меня ни фига! Не, мне так вполне ничего было, а вот Сеге полный трындец. Ладно, докторша из борделя его отпоила чем-то.
Я, наверно, покраснел. Даккарцы, вообще, кажется, прямолинейные, хоть вешайся. Один одежду у меня отобрал, вторая вон всем всё рассказывает. Чёрт, ну зачем такие подробности-то болтать?
К нам приблизились другие мальчишки. На лице Рио читался явный интерес.
- А я думал, что трахаться, это приятно. Мне брат в прошлом году говорил, что это как с высокой горки вниз на всей скорости.
Так как на меня внимания не обращали, я немного отошёл в сторону. Мэй потёрла нос.
- Ага, только у неолетанок это, видать, как-то по-другому делается. А как именно ни одна скотина не говорит. Знаете, я ведь пыталась Вестницу спросить, когда она в командирскую ложу заходила на открытии турнира. Она вся краской залилась, как девственница, и убежала типа по делам. Вот что трудно было рассказать? Остальные тоже, только заикнусь, как мыши разбегаются.
Рио запустил пятерню в волосы:
- Да, и чего они ломаются... действительно?
Хавас усмехнулся:
- А, может, прижать нож к горлу, и пусть рассказывает!
Мэй задумалась:
- Нож? Так ведь они потом жаловаться в школу побегут. Скажут, напала. Если только шлюху какую... они стариков боятся. Хотя... "кошки", конечно, тупые, но это-то знать должны. Они же все трахаются. Слушай, хорошая идея!
- Ха! Тогда пошли сразу через озеро, там часто "кошки" купаются. Их всё время охрана пропускает.
В озере купались неолетанки. Молоденькие, тонкие, высокие. Мы остановились вдалеке. Мэй потерла руки:
- План такой: Мэт и Рио заходят сзади, Хавас, ты из тех кустов, мы с Сегой вон оттуда. Нападаем по свистку. Сега, держись за мной, не отставай! Прижмём и будем пытать, пока не расколются!
И мы, как настоящие разбойники, быстро пригибаясь в траве, побежали каждый на свой фланг. Я прижался к дереву, переводя дыхание. В этом воздухе даже задыхаться было приятно. Мэй потирала руки:
- Ну, все на месте? Сега, как только свистну, начинай страшно кричать, делай злобное лицо, ну и… короче, как я!
Она сунула два пальца в рот и громко заливисто свистнула. Мы побежали:
- Уаааа! Бей Кошек!
Мы выскочили из травы и понеслись вниз к озеру на неолетанок. С другой стороны тоже с криками выскочили остальные мальчишки.
Две неолетанки с визгом сиганули в воду, а одна просто упала на попу. Мэй резко приставила один из своих мечей к её горлу. Неолетанка сглотнула:
- Ой, детишки. Ик!
Вид у неё был такой растерянный. Как кукла. Рыженькая такая, фигурка красивая, губки – просто глаз не оторвать. Если бы у меня там всё не болело, я точно бы возбудился.
Мэй с видом победителя уселась на песок:
- Так, мы тебя поймали. Взамен ты нам кое-что расскажешь. Откажешься рассказывать, порежу!
Неолетанка испуганно кивала, таращась на мечи Мэй.
- Короче фигня такая, – Мэй опять потёрла нос. – Я типа повзрослела. А вот трахаться у меня выходит очень гадко. Меня только к врагу в постель пускать можно. Так что говори, в чём там секрет.
Неолетанка пару раз хлопнула глазами, а потом её, кажется, осенило, и она спросила шёпотом:
- Ты хочешь, чтобы я рассказала тебе, как не причинять вреда мужчине во время секса?
Мэй абсолютно серьёзно кивнула. Неолетанка немного покраснела:
- Ну, это просто. Запоминай. Правило первое, надо много целоваться. Потом, когда разберёшься во всем, сможешь вычислить, сколько именно. А пока, чем больше, тем лучше, – она демонстративно загнула один пальчик. – Правило второе, пока не научишься, делай это всегда снизу. Ну, лёжа на спине. Снизу легче расслабиться. Ты больно делаешь, потому что напрягаешь там не те мышцы.
Две оставшиеся неолетанки, поняв, что мы никого убивать не будем, тоже начали вылезать на берег.
- Вот, – неолетанка задумалась. – И ещё, не делай это слишком редко. Воздержание, вообще, штука очень вредная, а молоденьким эми просто противопоказана. У тебя секс должен быть через день, ну, в крайнем случае, через два дня, пока тебе не исполнится тридцать, и ты не повзрослеешь окончательно. Иначе это будет грубо получаться.
Мэй поморщилась:
- А много целоваться – это насколько много?
- Давай, я расскажу, – из воды вылезла ещё одна неолетанка. Блондиночка. С большой голой грудью и маленьким таким пупиком на загорелом животике. – Я когда, как ты, совсем молоденькой была, мне сестра одну очень полезную штуку рассказала. Давай, на ком-нибудь покажу, – она повернулась к Хавасу. – Ой, только не на ребёнке, – потом заметила меня, подскочила ближе. – Целуешь десять раз в губы, – два её наманикюренных пальчика легли мне на губы. – Потом делаешь дорожку поцелуями сначала к правому ушку, затем по шее к левому, – пальчики ласково так скользнули по моей шее. – Потом вниз до самого паха и хорошенько облизываешь член, – пальчики начали спускаться вниз и, разочаровав меня, остановились в районе ремня. Чёрт! А я ведь все-таки возбудился. Какая она классная! Что-то в ней есть такое особенное, по-настоящему, влекущее. Чёрт! Это, наверно, на меня так воздух действует. Раньше такого не было.
- И ещё, – показывавшая всё это неолетанка присела рядом с Мэй, поглядывая с видом заговорщицы, – если тебе кажется, что ему всё равно больно, положи свои вторые руки ему на шею сзади и несильно массируй её пальчиками. Это, во-первых, снимет боль, а во вторых, есть вероятность, что он на утро ничего не вспомнит, а значит, не испугается, и тебе не придётся его в следующий раз ловить по всему дому.
Дальше мы некоторое время шли молча. Потом Мэй, видимо, всё переварив, выдала:
- Надо поймать кого-нибудь из старшаков покрепче, кто уже знак Цуе носит, и попробовать. Лоха какого-нибудь!
Уф! Ну, по крайней мере, эксперимент будет не на мне!
К объекту нашего путешествия мы подошли ещё минут через двадцать. Залегли в траву, внимательно разглядывая карту. Мэй с самым серьёзным видом осматривалась:
- Тааак, вот там под холмом должен быть вход. А вот с той стороны вышка охраны водонапорной станции. Плюс, думаю, инфракрасный контур...
Наверно, это был самый счастливый день в моей жизни. Даже на фоне всех событий прошлой ночи. На Кагылыме я никогда бы такого не увидел. А тут настоящая жизнь! Вокруг всё так красиво. На соревнования настоящие ходил, на огромный стадион, а теперь с местными ребятами на какой-то секретный объект полезу. Мэй тоже хорошая, в принципе. Ну не виновата она, что у неё вчера так со мной получилось. Ей вон просто никто ничего не рассказал. Она ведь не специально. А так она вон какая заводная, и друзья у неё нормальные, и игры у них интересные.
Глава 6-4. Дэни:
Меня окликнул пилот:
- Парень, подойди к экрану, а то нам даккарцы посадку не дают.
Я, абсолютно потерянный, приблизился к экрану связи. На меня смотрел большой лохматый даккарец:
- Ты кто, парень?
И что я должен ему ответить? Что я просто брошенный всеми мальчик?! Вспомнив, я снял куртку. Лия же говорила, что эти значки всё обо мне рассказывают в Даккарском мире. Вроде как паспорт. Даккарец на экране удивился:
- Ан Тойра? Во юбля! Ну, садитесь.
В порту пилоты меня подтолкнули к выходу.
- Ну всё, ты приехал!
- А вы ещё вернётесь туда? Ну, за моей спутницей, вдруг она позже появится?
- Ты о чём? Не, парень, нам заплатили только за то, чтобы мы тебя сюда довезли. И так от графика отбились. Сам не понимаю, как меня на этот-то полёт уговорили.
Наверно, они сумасшедшие. Или Лия их как-то так загипнотизировала. Но скорее сумасшедшие. Смиренно вздохнув, я пошёл прочь от корабля. А что я могу сделать?! Ничего.
Куртку я сразу снял, чтобы никому ничего больше не объяснять. Удобно кстати. Охрана порта махнула, разрешая мне проходить. Ничем особенным я, видно, для них не являлся. А дальше на меня, вообще, никто внимания не обращал. И что мне теперь делать? Я тихонько уселся в угол на не очень чистую лавку. Вот. Буду тут сидеть.
Мимо меня проходили даккарцы. Как их тут много. Я, вообще, не знал, что их так много существует. Все куда-то спешат. Что-то тащат, бегут... Ну, это несправедливо! Как можно было меня бросить?! А может, с ней что-нибудь случилось? Ну... может, она в аварию попала, не очень опасную, и теперь ищет другой корабль и летит сюда. Я просто подожду, и Лия приедет за мной... лучше, вообще, поспать, так время быстрее пройдёт.
Разбудил меня какой-то здоровенный мужик:
- А ты что тут дрыхнешь? Это не казарма, а порт, между прочим!
- Я жду... За мной скоро приедут.
- Кто?
Как ответить на этот вопрос даккарцу, я не нашёлся. Тот выругался, потом позвал какого-то парня:
- Офицер, объясни мне, кто это у тебя тут спит? Кто за ним должен приехать?
Парень взглянул на меня, потом на мужчину, потом опять на меня:
- Ээээ... не знаю, он и не наш вроде... О! Командор, так он Ан Тойра! Думаю, капитан Ктарго в курсе.
Меня схватили за рукав и куда-то потащили. Сначала в одно место, потом в другое. Сунули в руки какую-то бумагу на непонятном языке. Потом заменили бумагой на межпланетном – "Лист прибытия". И что я должен указать в графе цель прибытия? Через полчаса в холл, где я сидел, ввалился толстоватый даккарец:
- Ну, и что тут за бардак? Почему мне даже не позвонили, что ко мне брат приехал? Кто дежурный офицер? Что, часто в порт Ан Тойра заезжают?
Он быстро пробежался глазами по присутствующим, потом, улыбнувшись, подошёл ко мне, с силой обнял:
- Ну, здорово, братец!
От него пахло табаком и сладкими булками. Рядом возник тот самый даккарский офицер, которого за меня отругали. Он выдернул у меня из рук свою бумажку:
- А что не заполнил?
Толстяк забрал листок:
- А что тут писать? Цель приезда: навестить брата. Тяжёлое вооружение…– он осмотрел меня, – отсутствует! Портальные средства: тоже нет. И имя надо писать взрослое, – и он переправил "Дэни" на "Дэнкам Ан Тойра". – Всё, держи свою бумажку, капитан, и в следующий раз звони сразу.
Назвавшийся моим братом осмотрелся:
- А где твои вещи?
- У меня их нет.
Он кивнул и махнул, призывая следовать за ним.
Мы некоторое время шли по пыльным улочкам военной базы. Мимо проезжали какие-то механизмы, пробегали отряды солдат. Где я? Куда я иду? А ведь ещё и суток не прошло, как я из дома уехал. Столько всего произошло... Я даже про свои мозоли забыл. Тут и не про такое забудешь.
Мы вошли в какой-то дом. На крыльце играли дети и бегали курицы. В доме пахло свежим хлебом и каким-то соусом. Я сразу вспомнил, что ещё не ел сегодня.
Мужчина развернулся ко мне:
- Снимай майку.
- Зачем? – почему сегодня все пытаются меня раздеть? Ну ладно, Лия...
Толстяк просто подошёл ко мне и сорвал майку. Потом некоторое время изучал Миту.
- Как я понимаю, эти ордена тебе дала жена? Ладно. А на черта ты приехал сюда, да ещё и не предупредив?
- Я не знаю... Она спустилась на планету и не пришла через пять часов, и пилоты привезли меня сюда...
Мужчина задумался, подошёл к какой-то бадье и налил себе попить:
- Меня зовут Ктарго. Ты можешь мне доверять. Я женат на сестре твоей жены.
Сестре? Во мне как будто отпустило что-то, долгое время зажатое в тиски. Даже слёзы выступили на глазах. Получается, меня не бросили?! Меня просто отослали к родственнице! На время! Даккарец, конечно, страшноват, но ведь Лия говорила, что кто-то из её сестер имеет в мужьях воинов Даккара. Лия задержалась, и меня привезли к её сестре! Я опустился на табуретку. Как я, оказывается, устал.
7 ГЛ 7
Глава 7-1. Лия:
Душа-мятежница, заложница-душа
В оковах мира бьётся о барьеры.
Я мыслю, я ещё заражена стремленьем жить!
Вдох через силу, тяжесть век и рук
Не выйдет! Я ещё полна желаний:
Меч вознести,
Коснуться с лаской губ,
Услышать крик младенца...
Сжать зубы и намеченным путём
Пройти, превозмогая все преграды.
Построить райский сад, обнять любимых в нём,
И вот тогда проститься...
Голова тяжёлая, веки как будто свинцом налиты, и плечо горит. Хороший знак. Значит, я ещё жива. Я всё-таки открыла глаза. Каюта корабля. Женщина-нэрми. Влага на моих губах. Зов улыбается. Что-то говорит, но я не слышу. Улыбается – это хорошо, это значит, что я выберусь.
Глава 7-2. Дэни:
Это был немного странный дом. За окнами гудели механизмы, а иногда пробегали солдаты. Взрослой неолетанки в доме не было, но зато я заметил ребёнка эми. Совсем маленькую. Тут, вообще, было много детей.
Я сидел за массивным деревянным столом и ел острый суп, который мне налила странная женщина.
