Только обычно у черепах нет острых шипов на панцире, множества злых глаз на морде, оскаленной пасти с клубками мерзкой, окровавленной слюны. Под ногами у предводителя то и дело оказывались тела младших демонов, перекушенные пастью этого монстра. Эной брызги крови даже не стирал с лица, он с диким бешенством наблюдал, как к нему приближается сверкающее воинство богов.
Предвкушая кровавый пир и месть, столь сладкую, сколь и неожиданную для зажравшихся существ, сидящих на перекрёстке миров, не позволяющим кому бы то ни было припасть к этому источнику, он улыбался и лил тьму из глаз. О, с каким удовольствием он увидит затухающие глаза всей тримурти! А уж мелкую, белокожую человечку сам, лично съест, следя за её болью и ужасом! Богов ждёт большой сюрприз... Ракшас потянул за сизую цепь, продетую в пасть существа, подал сигнал асурам. Всё, как и договаривались: они отвлекают Индру, а он с демонами уничтожит богов! А потом этот мир, все его богатства и чудеса станут принадлежать ему!
- Чего они ждут? - спросил Шива Индру, - Боятся?
- Нет, - коротко и очень напряжённо ответил царь. Его глаза разом выхватили расположение противника, с присущим ему многовековым опытом сразу же увидели несоответствие, бог прикинул возможные варианты атаки, - Разделимся. Асуры не одни, хоть так и не видно, кто их ведёт. Как бы нас не взяли в клещи...
- Тогда я со своими отойду к провалу! - решил Шива. Затрубил в рог, призывая своих ганов(1). Топот возвестил, что пехота догнала Небесных воинов. Ганеша снизу отсалютовал палашем отцу, готовый к любому его приказу. - Вперёд, сын! Нужно проверить, что там с Бездной!
Шива развернул своего быка Нандина и улетел за гору. Асуры стояли у входа в свои подземелья, словно ожидая чего-то. Индра поднял руку с мечом, призывая своих гандхарвов приготовиться, резко опустил её, и войско с криком и неистовым шумом крыльев пегасов накрыло колышущееся море голов. Кровь и куски плоти летели во все стороны. Волшебные доспехи защищали от едкого действия слизистой субстанции. Лёгкость, с какой Небесное воинство смяло врага, порядком насторожила якшасов, знакомых с подлостью Эноя.
И не зря. Тысячи тысяч мелких, кусючих тварей подземелий налетели на воинов, заползали внутрь доспехов, впивались в плоть, прогрызая ходы в телах. Брахма поднял руки и послал алое облако, которое уничтожило всех тварей вмиг, но воины были ранены, и ранены серьёзно. Их тела могли восстановиться, но на это нужно было время. Многие выпили волшебные зелья из волшебных же плодов или же хлебнули сомы, которая тоже помогала восстановить силы. Мелкое и незначительное происшествие помогло пособникам Эноя вывести на поле боя ещё несколько фигур.
Тёмные боги, сильные порождения богов Подземного, самого дальнего мира. Великаны, могучие, суровые, кровожадные и безжалостные, они поднялись и стряхнули с себя пелену невидимости. Сосчитать их не представлялось возможным: чернильная тьма протянулась до горы Стражей, заперла вход в Подземелья, где томился сын Индры Арджун.
- Лакшми, Ушас, Сарасвати! Уходите! - повелел Брахма.
Однако мы не успели... Излучающие зло и ненависть ко всему живому существа разом взвились в воздух и стали ломать гандхарвов как кукол! Боги оказались втянуты в битву, всё их внимание было сосредоточено на убийственно сильных противниках. Вишну маневрировал между небесными воинами и асурами из Нижнего мира, хлестал всех солнечной плетью, а его птица оглушала врагов криком, жалила волшебными перьями.
Индра рубил головы направо и налево, но тьма только гуще ставала! Брахма вертел головой на все стороны, посылая алый туман исцеления нашим, и алые же молнии - врагам, но он стал сдавать, внимание рассеялось настолько, что чёрная стрела пробила нагрудник и вошла в лёгкое. Облако верховного плавно спустилось на землю. Там его окружили гандхарвы и мои якшасы.
Даром я считала, что девушки из небесных воинов слабы! Они кричали, подбадривая себя, чёрный туман из пустых глазниц исказил их лица, сделав их самих похожими на демониц. Клинки неустанно рубили и кололи, насаживая тварей на остриё, но демонов ставало всё больше. Словно кто-то неведомый открыл им проход, широкий и удобный. Эной! Только эта скотина могла такое сотворить! По связи со своими якшаси я передала, что ощущаю подлого ракшаса за горой. Тогда Арэй метнулся, в полёте сбрасывая доспехи, и стал змеем. За миг он долетел до Индры, смял всех демонов, что его окружили, поднял его, усадил на своего коня и сказал о том, что я почувствовала.
- Там Шива! Он его сметёт! Его ганы и не такое видывали! - довольно прорычал царь, но тут же обеспокоился, - Нам нужна сила! Нужна триада верховных!
М-да, с триадой, то есть тримурти, были проблемы. Начать с того, что Шиву отослали за гору, а Брахма в куполе, который не могут преодолеть асуры с демонами - лечит свою рану и собирает силы из самой Вселенной. Сколько это займёт времени, никто не знает. Вишну ещё активен и в строю, его силы забрали бесчисленное множество врагов на тот свет, но он один.
Огненный бог испепелил половину врагов, а потом его поймали в ловушку. Коварно показали ему огненную деву, тот и остановился на миг в ступоре. Откуда бы здесь взяться такому чуду? Мужчины... Теперь в огромном кристалле бился и гудел столб рассерженного пламени. Его освободят, конечно, но нескоро - как только отойдут враги достаточно для безопасного снижения.
Варуна и Дьяус, Кама и даже Яма(откуда он здесь?), все они сейчас ворвались в ряды великанов, вырезая их, давили колесницами, поливали алыми волнами, оплавляя их как восковые фигуры. Варуна закручивал вихри, в которые улетали мускулистые фигуры демонов, его чёрная накидка трепетала от порывов ветра. Ветер и вода, такие у него силы, кажется? Водные жгуты ловили добычу, волокли к скалам, с размаху ударяли телами врагов, расплющивая их, разламывая. Кама удивил меня тем, что стрелял цветочными стрелами! Чем они могут нам помочь? Заставят нечисть друг друга полюбить? Ан-нет! Конфликт сил и интересов внутри каждого тёмного существа заставлял их корчиться на земле от противоречия внутренних энергий, они погибали в жутких муках. Силён бог любви!
За горой тоже шёл бой. Шива со своим войском лоб в лоб столкнулись с Эноем. Никогда ранее не встречая этого ракшаса, бог всё же понял, что это именно тот, о ком рассказали якшасы. Ганы очень сильны, защищены змеиными амулетами бога, выносливы и натренированы. Но их оказалось впятеро меньше, чем демонов. Они дорого продавали свои жизни, убивая врагов одного за другим. А Шива схлестнулся с Эноем.
Как и с его отцом, бог решил принять для поединка с ракшасом облик более устрашающий, и увеличил своё тело в двадцать раз. Эной усмехнулся и тоже подрос, попутно увеличив и свою черепаху. От исполинских прыжков противников, а также Нандина и монстра с панцирем, вся земля сотрясалась, падали воины и демоны. Рвали друг друга на части, оскальзывались на крови и слизи, но всё же надеялись на скорое перерождение, которое боги им обещали за эту славную битву.
Якшасы все приняли облик драконов, гордо протрубив, что силы, недоступные им на Земле, здесь в мире богов, стали доступны благодаря их якшауни - богине. Их гибкие, сильные, неуязвимые тела серебристыми молниями врезались в толпу тварей, разом уничтожив добрую половину. Я ликовала! Мои любимые! Какие же вы сильные, какие смелые! И слала им силу, всю силу, что была у меня, чтобы они выжили и победили.
- Алойя! - заложила картинный вираж на Шеше Лакшми, попутно отрезая от меня картину боя. Я недовольно на неё глянула, гадая, чего ей надо, - Давай спустимся вон туда! Здесь опасно!
И указала на тёмные пятна на земле. Я пожала плечами, показывая, что в принципе не против. Мы спустились, осторожно облетев местность по кругу. Не стреляют, не взлетают нам навстречу? Хорошо. Сели, я слезла с кобылки, размяла ноги. Внезапно взметнулось что-то, в глаза сыпануло песком, да таким жгучим, что я мигом ослепла. Стала тереть глаза, из них лились слёзы вперемешку с кровью. Что это было? Боль стала стихать, в теле будто включился процесс восстановления, прилило тепло от моих ладоней к щекам, саднящим векам. Выдохнула облегчённо, но не успела этому обрадоваться, как моё тело сдавило что-то огромное, безжалостное.
- Что ты будешь делать теперь, мелкая дрянь? - шипела мне на ухо Лакшми. Я разлепила налитые свинцом веки и увидела её, она восседала на жёлтом кольце, одном из многих, коими меня обвил змей Вишны.
- Зачем? - только и смогла я сказать. Эта су... божественная вцепилась мне в волосы, и била, била по лицу до тех пор, пока в голове не зазвенело, а из носа не брызнула щедро кровь.
- А ты не знаешь? И твои молодые, жадные до твоих ласк якшаси не знают? - вызверилась она, забрызгав меня слюной. Каюсь, я не удержалась. С визгом эта психованная отскочила от меня, утирая морду. - Ты заплатишь за это! За всё, за всё поплатишься!
Она слезла со змея, отошла на пару метров и злобно ему что-то рявкнула. Безумная боль полоснула по нервам! Моё тело рвалось, кости трещали, руки будто облили кипятком - Шеш душил меня, убивал. Не знаю, можно ли умереть в этом мире, но я не хочу проверять! Помогите, кто-нибудь! Выгнулась и закричала. Мой крик вызвал глубинный обвал где-то в подземельях, у которых эта тварь приказала приземлиться. Алые браслеты причиняли змею боль, он ревел и визжал, оглушая меня, но приказ хозяйки намерен был исполнить даже ценою своей жизни.
На руке зашевелилась змейка, подарок Шивы. Но она быстро поняла, что на меня, как на воина, не стоит рассчитывать. Она сама вылезла на полоза, превратилась в клинок и взрезала ему брюхо! Судороги умирающего Шеша окончательно превратили моё тело в отбивную. В глазах помутнело, я теряла сознание. Арэй... теперь ясно, кто не вернётся!
В грудь Лакшми плавно вошёл золотой клинок, а воин, тот самый брюнет, обошёл её по кругу, зло заглянул в её удивлённые глаза и одним махом снёс ей голову. Я не могла порадоваться: змей издох, а я лежала сломанной куклой в его кишках. Алая кровь скользила под пальцами, руки подламывались, и я снова ныряла в его живот. Моя змейка уже вернулась на запястье, а алые браслеты Брахмы испускали ровное сияние, облегчая боль, сращивая переломы.
- Госпожа! - кинулся ко мне Ильяс, взлетел на шкуру змея легко и плавно. Его доспехи были в тёмных пятнах, на рукаве запеклась кровь - он был ранен. Шлем где-то потерял, коса растрепалась, сделав его демонически прекрасным.
Я протянула ему руку, всё ещё не в силах подняться. Гандхарв схватил меня в руки, поморщился от моего визга: всё и сразу в теле взметнулось алым туманом боли. Уложил меня на чёрную землю, она пахла пеплом и горьким маслом. Противный запах. Поморщилась и повернулась на спину. Почему меня всё время калечат? Дурная ворона...
- Тебя... накажут? - кивнула на тело мёртвой богини.
- Нет. Я должен был защитить тебя. Неважно от кого, - Ильяс полыхнул ненавистью в сторону Лакшми. - Так приказал Индра.
- А она... - я умолкла на миг, переводя дыхание: исцеление добралось до моих внутренностей, а это сулило и зуд, и жжение, в общем массу преприятнейших ощущений. - Совсем мёртвая?
- Совсем! - подтвердил мужчина, - Пройдёт перерождение и несколько веков потомится у Ямы в Аду, вдруг и раскается. Не думай о ней! Мы были в своём праве.
- Где мы? - внутри так свербело, что я не могла больше ни сидеть, ни лежать, привстала и огляделась. Чёрные скалы, невысокие, с пятиэтажку где-то, а под ними длинные трещины в земле. Оттуда несёт гарью и болью. Вдали, в сером тумане, виднелось исполинское древо, уходящее стволом и ветками в небеса. Это оно? То самое, где зреют плоды бессмертия?
- Мы у подземелий асуров! - ответил Ильяс, потом подобрался весь, глаза заледенели, - Кажется, там кто-то есть, Алойя. Нужно убираться отсюда!
Мужчина поднял меня на руки и понёс к ожидающим нас коням. Спросил, смогу ли я держаться в седле. Я пожала плечами, не зная, что ответить. Постараюсь, а там будет видно. Вороной пегас с готовностью расправил крылья, когда хозяин уселся ему на спину. Ильяс с тревогой посмотрел на меня, взял в руку уздечку моей кобылки и приготовился к полёту.
На нас рухнула тьма. Только так я могу описать то, что вдруг перестала видеть, где я, и что со мной.
1 - Ганы - войско-свита Шивы. Под началом Ганеши.
Что это? Где я? Под руками зашуршали камешки, мелкие и колкие, будто гравий или уголь, они крошились, рассыпаясь мелкой пылью. Она тут же забивалась в лёгкие, вызывала глухой кашель. Каменный мешок, тюрьма или просто провал? Может мы с Ильясом лежим под завалами в этих самых подземельях? А что? После того, как Шеш истово трясся, умирая, бился о землю, я не исключаю этот вариант.
- Ильяс? - тихо позвала я, опасаясь, что гандхарв разозлится за такое панибратство. Он вон как меня нежно называл "госпожа!". Но это слово подразумевало и определённую дистанцию.
В ответ только неясный шорох и снова тишина. Жуткая такая. Хоть бы свет какой, маленькую искорку! Плечо прошило болью, я с силой сжала его рукой и заскулила от ощущения жжения на коже. Под пальцами разгоралось пламя! Я потрясла рукой, но оно всё так же было на мне, охватывая всю руку. Оно не жгло меня, кожа была здоровой, не обуглилась. Дар Агни? Как же вовремя! Спасибо, спасибо тебе за всё, пламенный бог! И за моих якшаси, всех троих, и за то, что в этом жутком месте я теперь вижу всё!
Лучше бы мне это не видеть... Зажмурилась, пережидая приступ мучительной тошноты. Я действительно в темнице, об этом ясно говорили тёмные решётки, с трёх сторон окружающие квадрат пола. Метров семь где-то в квадрате была эта прекрасная палата. На полу, прямо в лужах собственных испражнений, рвоты и крови лежали все пропавшие воины. Ильяс, которого приковали черными оковами к стене, был относительно свеж и чист. Только лицо заплыло от ударов. Судя по тому, насколько раны ещё свежи, его отделали совсем недавно.
Чем же нас таким вырубили? Просто вдруг стало темно... Эной! Он показал этим асурам, как можно победить с помощью своей тьмы! На моей ноге тоже была цепь. Я не заметила её сразу, потому что ноги я вовсе отлежала, да и от холода окоченела порядком. Волшебные штаны и куртка со свитером грели, были чистые и целые. Это утешало, но не намного. Нужно отсюда выбираться. Судя по отдалённости связи с моими якшаси, мы очень глубоко.
Браслеты Брахмы тускло светились, явно уступая силе ночи и зла, которая тут просто ощутима, она заползала в лёгкие, забивала дыхание. Потрясла змейку, та вяло укусила меня. Я ойкнула и пригрозила всё рассказать её прежнему хозяину, если она мне не поможет. Тогда она юркнула вдоль моего тела, сползла к щиколотке, засунула свой хвост в дырочку на кольце оков. Щёлкнуло, я довольно вскочила, тут же вскрикнув. Тело совершенно не желало слушаться. Пришлось долго себя растирать, немного поводить руками и шеей. Теперь приглушу свой свет и пойду к другим узникам!
Пламя поутихло, повинуясь моей воле. В его неверном свете я едва различала лица воинов. Вот два блондина, красивые, как и все гандхарвы. Только сейчас им обезобразили головы! Порезы и раны, синяки и опухоли - и блондины, и четверо брюнетов, включая Ильяса, и сам златогривый богатырь, который был весь в отца, все были страшно избиты. Возможно их пытали!
Предвкушая кровавый пир и месть, столь сладкую, сколь и неожиданную для зажравшихся существ, сидящих на перекрёстке миров, не позволяющим кому бы то ни было припасть к этому источнику, он улыбался и лил тьму из глаз. О, с каким удовольствием он увидит затухающие глаза всей тримурти! А уж мелкую, белокожую человечку сам, лично съест, следя за её болью и ужасом! Богов ждёт большой сюрприз... Ракшас потянул за сизую цепь, продетую в пасть существа, подал сигнал асурам. Всё, как и договаривались: они отвлекают Индру, а он с демонами уничтожит богов! А потом этот мир, все его богатства и чудеса станут принадлежать ему!
- Чего они ждут? - спросил Шива Индру, - Боятся?
- Нет, - коротко и очень напряжённо ответил царь. Его глаза разом выхватили расположение противника, с присущим ему многовековым опытом сразу же увидели несоответствие, бог прикинул возможные варианты атаки, - Разделимся. Асуры не одни, хоть так и не видно, кто их ведёт. Как бы нас не взяли в клещи...
- Тогда я со своими отойду к провалу! - решил Шива. Затрубил в рог, призывая своих ганов(1). Топот возвестил, что пехота догнала Небесных воинов. Ганеша снизу отсалютовал палашем отцу, готовый к любому его приказу. - Вперёд, сын! Нужно проверить, что там с Бездной!
Шива развернул своего быка Нандина и улетел за гору. Асуры стояли у входа в свои подземелья, словно ожидая чего-то. Индра поднял руку с мечом, призывая своих гандхарвов приготовиться, резко опустил её, и войско с криком и неистовым шумом крыльев пегасов накрыло колышущееся море голов. Кровь и куски плоти летели во все стороны. Волшебные доспехи защищали от едкого действия слизистой субстанции. Лёгкость, с какой Небесное воинство смяло врага, порядком насторожила якшасов, знакомых с подлостью Эноя.
И не зря. Тысячи тысяч мелких, кусючих тварей подземелий налетели на воинов, заползали внутрь доспехов, впивались в плоть, прогрызая ходы в телах. Брахма поднял руки и послал алое облако, которое уничтожило всех тварей вмиг, но воины были ранены, и ранены серьёзно. Их тела могли восстановиться, но на это нужно было время. Многие выпили волшебные зелья из волшебных же плодов или же хлебнули сомы, которая тоже помогала восстановить силы. Мелкое и незначительное происшествие помогло пособникам Эноя вывести на поле боя ещё несколько фигур.
Тёмные боги, сильные порождения богов Подземного, самого дальнего мира. Великаны, могучие, суровые, кровожадные и безжалостные, они поднялись и стряхнули с себя пелену невидимости. Сосчитать их не представлялось возможным: чернильная тьма протянулась до горы Стражей, заперла вход в Подземелья, где томился сын Индры Арджун.
- Лакшми, Ушас, Сарасвати! Уходите! - повелел Брахма.
Однако мы не успели... Излучающие зло и ненависть ко всему живому существа разом взвились в воздух и стали ломать гандхарвов как кукол! Боги оказались втянуты в битву, всё их внимание было сосредоточено на убийственно сильных противниках. Вишну маневрировал между небесными воинами и асурами из Нижнего мира, хлестал всех солнечной плетью, а его птица оглушала врагов криком, жалила волшебными перьями.
Индра рубил головы направо и налево, но тьма только гуще ставала! Брахма вертел головой на все стороны, посылая алый туман исцеления нашим, и алые же молнии - врагам, но он стал сдавать, внимание рассеялось настолько, что чёрная стрела пробила нагрудник и вошла в лёгкое. Облако верховного плавно спустилось на землю. Там его окружили гандхарвы и мои якшасы.
Даром я считала, что девушки из небесных воинов слабы! Они кричали, подбадривая себя, чёрный туман из пустых глазниц исказил их лица, сделав их самих похожими на демониц. Клинки неустанно рубили и кололи, насаживая тварей на остриё, но демонов ставало всё больше. Словно кто-то неведомый открыл им проход, широкий и удобный. Эной! Только эта скотина могла такое сотворить! По связи со своими якшаси я передала, что ощущаю подлого ракшаса за горой. Тогда Арэй метнулся, в полёте сбрасывая доспехи, и стал змеем. За миг он долетел до Индры, смял всех демонов, что его окружили, поднял его, усадил на своего коня и сказал о том, что я почувствовала.
- Там Шива! Он его сметёт! Его ганы и не такое видывали! - довольно прорычал царь, но тут же обеспокоился, - Нам нужна сила! Нужна триада верховных!
М-да, с триадой, то есть тримурти, были проблемы. Начать с того, что Шиву отослали за гору, а Брахма в куполе, который не могут преодолеть асуры с демонами - лечит свою рану и собирает силы из самой Вселенной. Сколько это займёт времени, никто не знает. Вишну ещё активен и в строю, его силы забрали бесчисленное множество врагов на тот свет, но он один.
Огненный бог испепелил половину врагов, а потом его поймали в ловушку. Коварно показали ему огненную деву, тот и остановился на миг в ступоре. Откуда бы здесь взяться такому чуду? Мужчины... Теперь в огромном кристалле бился и гудел столб рассерженного пламени. Его освободят, конечно, но нескоро - как только отойдут враги достаточно для безопасного снижения.
Варуна и Дьяус, Кама и даже Яма(откуда он здесь?), все они сейчас ворвались в ряды великанов, вырезая их, давили колесницами, поливали алыми волнами, оплавляя их как восковые фигуры. Варуна закручивал вихри, в которые улетали мускулистые фигуры демонов, его чёрная накидка трепетала от порывов ветра. Ветер и вода, такие у него силы, кажется? Водные жгуты ловили добычу, волокли к скалам, с размаху ударяли телами врагов, расплющивая их, разламывая. Кама удивил меня тем, что стрелял цветочными стрелами! Чем они могут нам помочь? Заставят нечисть друг друга полюбить? Ан-нет! Конфликт сил и интересов внутри каждого тёмного существа заставлял их корчиться на земле от противоречия внутренних энергий, они погибали в жутких муках. Силён бог любви!
За горой тоже шёл бой. Шива со своим войском лоб в лоб столкнулись с Эноем. Никогда ранее не встречая этого ракшаса, бог всё же понял, что это именно тот, о ком рассказали якшасы. Ганы очень сильны, защищены змеиными амулетами бога, выносливы и натренированы. Но их оказалось впятеро меньше, чем демонов. Они дорого продавали свои жизни, убивая врагов одного за другим. А Шива схлестнулся с Эноем.
Как и с его отцом, бог решил принять для поединка с ракшасом облик более устрашающий, и увеличил своё тело в двадцать раз. Эной усмехнулся и тоже подрос, попутно увеличив и свою черепаху. От исполинских прыжков противников, а также Нандина и монстра с панцирем, вся земля сотрясалась, падали воины и демоны. Рвали друг друга на части, оскальзывались на крови и слизи, но всё же надеялись на скорое перерождение, которое боги им обещали за эту славную битву.
Якшасы все приняли облик драконов, гордо протрубив, что силы, недоступные им на Земле, здесь в мире богов, стали доступны благодаря их якшауни - богине. Их гибкие, сильные, неуязвимые тела серебристыми молниями врезались в толпу тварей, разом уничтожив добрую половину. Я ликовала! Мои любимые! Какие же вы сильные, какие смелые! И слала им силу, всю силу, что была у меня, чтобы они выжили и победили.
- Алойя! - заложила картинный вираж на Шеше Лакшми, попутно отрезая от меня картину боя. Я недовольно на неё глянула, гадая, чего ей надо, - Давай спустимся вон туда! Здесь опасно!
И указала на тёмные пятна на земле. Я пожала плечами, показывая, что в принципе не против. Мы спустились, осторожно облетев местность по кругу. Не стреляют, не взлетают нам навстречу? Хорошо. Сели, я слезла с кобылки, размяла ноги. Внезапно взметнулось что-то, в глаза сыпануло песком, да таким жгучим, что я мигом ослепла. Стала тереть глаза, из них лились слёзы вперемешку с кровью. Что это было? Боль стала стихать, в теле будто включился процесс восстановления, прилило тепло от моих ладоней к щекам, саднящим векам. Выдохнула облегчённо, но не успела этому обрадоваться, как моё тело сдавило что-то огромное, безжалостное.
- Что ты будешь делать теперь, мелкая дрянь? - шипела мне на ухо Лакшми. Я разлепила налитые свинцом веки и увидела её, она восседала на жёлтом кольце, одном из многих, коими меня обвил змей Вишны.
- Зачем? - только и смогла я сказать. Эта су... божественная вцепилась мне в волосы, и била, била по лицу до тех пор, пока в голове не зазвенело, а из носа не брызнула щедро кровь.
- А ты не знаешь? И твои молодые, жадные до твоих ласк якшаси не знают? - вызверилась она, забрызгав меня слюной. Каюсь, я не удержалась. С визгом эта психованная отскочила от меня, утирая морду. - Ты заплатишь за это! За всё, за всё поплатишься!
Она слезла со змея, отошла на пару метров и злобно ему что-то рявкнула. Безумная боль полоснула по нервам! Моё тело рвалось, кости трещали, руки будто облили кипятком - Шеш душил меня, убивал. Не знаю, можно ли умереть в этом мире, но я не хочу проверять! Помогите, кто-нибудь! Выгнулась и закричала. Мой крик вызвал глубинный обвал где-то в подземельях, у которых эта тварь приказала приземлиться. Алые браслеты причиняли змею боль, он ревел и визжал, оглушая меня, но приказ хозяйки намерен был исполнить даже ценою своей жизни.
На руке зашевелилась змейка, подарок Шивы. Но она быстро поняла, что на меня, как на воина, не стоит рассчитывать. Она сама вылезла на полоза, превратилась в клинок и взрезала ему брюхо! Судороги умирающего Шеша окончательно превратили моё тело в отбивную. В глазах помутнело, я теряла сознание. Арэй... теперь ясно, кто не вернётся!
В грудь Лакшми плавно вошёл золотой клинок, а воин, тот самый брюнет, обошёл её по кругу, зло заглянул в её удивлённые глаза и одним махом снёс ей голову. Я не могла порадоваться: змей издох, а я лежала сломанной куклой в его кишках. Алая кровь скользила под пальцами, руки подламывались, и я снова ныряла в его живот. Моя змейка уже вернулась на запястье, а алые браслеты Брахмы испускали ровное сияние, облегчая боль, сращивая переломы.
- Госпожа! - кинулся ко мне Ильяс, взлетел на шкуру змея легко и плавно. Его доспехи были в тёмных пятнах, на рукаве запеклась кровь - он был ранен. Шлем где-то потерял, коса растрепалась, сделав его демонически прекрасным.
Я протянула ему руку, всё ещё не в силах подняться. Гандхарв схватил меня в руки, поморщился от моего визга: всё и сразу в теле взметнулось алым туманом боли. Уложил меня на чёрную землю, она пахла пеплом и горьким маслом. Противный запах. Поморщилась и повернулась на спину. Почему меня всё время калечат? Дурная ворона...
- Тебя... накажут? - кивнула на тело мёртвой богини.
- Нет. Я должен был защитить тебя. Неважно от кого, - Ильяс полыхнул ненавистью в сторону Лакшми. - Так приказал Индра.
- А она... - я умолкла на миг, переводя дыхание: исцеление добралось до моих внутренностей, а это сулило и зуд, и жжение, в общем массу преприятнейших ощущений. - Совсем мёртвая?
- Совсем! - подтвердил мужчина, - Пройдёт перерождение и несколько веков потомится у Ямы в Аду, вдруг и раскается. Не думай о ней! Мы были в своём праве.
- Где мы? - внутри так свербело, что я не могла больше ни сидеть, ни лежать, привстала и огляделась. Чёрные скалы, невысокие, с пятиэтажку где-то, а под ними длинные трещины в земле. Оттуда несёт гарью и болью. Вдали, в сером тумане, виднелось исполинское древо, уходящее стволом и ветками в небеса. Это оно? То самое, где зреют плоды бессмертия?
- Мы у подземелий асуров! - ответил Ильяс, потом подобрался весь, глаза заледенели, - Кажется, там кто-то есть, Алойя. Нужно убираться отсюда!
Мужчина поднял меня на руки и понёс к ожидающим нас коням. Спросил, смогу ли я держаться в седле. Я пожала плечами, не зная, что ответить. Постараюсь, а там будет видно. Вороной пегас с готовностью расправил крылья, когда хозяин уселся ему на спину. Ильяс с тревогой посмотрел на меня, взял в руку уздечку моей кобылки и приготовился к полёту.
На нас рухнула тьма. Только так я могу описать то, что вдруг перестала видеть, где я, и что со мной.
1 - Ганы - войско-свита Шивы. Под началом Ганеши.
ГЛАВА 15. Подземелья асуров
Что это? Где я? Под руками зашуршали камешки, мелкие и колкие, будто гравий или уголь, они крошились, рассыпаясь мелкой пылью. Она тут же забивалась в лёгкие, вызывала глухой кашель. Каменный мешок, тюрьма или просто провал? Может мы с Ильясом лежим под завалами в этих самых подземельях? А что? После того, как Шеш истово трясся, умирая, бился о землю, я не исключаю этот вариант.
- Ильяс? - тихо позвала я, опасаясь, что гандхарв разозлится за такое панибратство. Он вон как меня нежно называл "госпожа!". Но это слово подразумевало и определённую дистанцию.
В ответ только неясный шорох и снова тишина. Жуткая такая. Хоть бы свет какой, маленькую искорку! Плечо прошило болью, я с силой сжала его рукой и заскулила от ощущения жжения на коже. Под пальцами разгоралось пламя! Я потрясла рукой, но оно всё так же было на мне, охватывая всю руку. Оно не жгло меня, кожа была здоровой, не обуглилась. Дар Агни? Как же вовремя! Спасибо, спасибо тебе за всё, пламенный бог! И за моих якшаси, всех троих, и за то, что в этом жутком месте я теперь вижу всё!
Лучше бы мне это не видеть... Зажмурилась, пережидая приступ мучительной тошноты. Я действительно в темнице, об этом ясно говорили тёмные решётки, с трёх сторон окружающие квадрат пола. Метров семь где-то в квадрате была эта прекрасная палата. На полу, прямо в лужах собственных испражнений, рвоты и крови лежали все пропавшие воины. Ильяс, которого приковали черными оковами к стене, был относительно свеж и чист. Только лицо заплыло от ударов. Судя по тому, насколько раны ещё свежи, его отделали совсем недавно.
Чем же нас таким вырубили? Просто вдруг стало темно... Эной! Он показал этим асурам, как можно победить с помощью своей тьмы! На моей ноге тоже была цепь. Я не заметила её сразу, потому что ноги я вовсе отлежала, да и от холода окоченела порядком. Волшебные штаны и куртка со свитером грели, были чистые и целые. Это утешало, но не намного. Нужно отсюда выбираться. Судя по отдалённости связи с моими якшаси, мы очень глубоко.
Браслеты Брахмы тускло светились, явно уступая силе ночи и зла, которая тут просто ощутима, она заползала в лёгкие, забивала дыхание. Потрясла змейку, та вяло укусила меня. Я ойкнула и пригрозила всё рассказать её прежнему хозяину, если она мне не поможет. Тогда она юркнула вдоль моего тела, сползла к щиколотке, засунула свой хвост в дырочку на кольце оков. Щёлкнуло, я довольно вскочила, тут же вскрикнув. Тело совершенно не желало слушаться. Пришлось долго себя растирать, немного поводить руками и шеей. Теперь приглушу свой свет и пойду к другим узникам!
Пламя поутихло, повинуясь моей воле. В его неверном свете я едва различала лица воинов. Вот два блондина, красивые, как и все гандхарвы. Только сейчас им обезобразили головы! Порезы и раны, синяки и опухоли - и блондины, и четверо брюнетов, включая Ильяса, и сам златогривый богатырь, который был весь в отца, все были страшно избиты. Возможно их пытали!
