На него кладётся саван. Покойного накрывают до подбородка покровом с вышитыми рунами. Вокруг алтаря зажигают четыре светильника из магического серебра. В них наливают масло. То же чистейшее оливковое, что использовалось и в наших древних храмах и называлось елеем. Для похорон одарённых силой, в него добавляют несколько капель чистой маны из источника. Руну прощанья рисуют на лбу той же смесью. Указательным пальцем левой руки. От сердца. Рядом со светильниками и с чашей стоят мужчины с оружием. Охрана от нежити. Рядом с покойным Грань истончается. Может прорваться неживая тварь. Особенно, если покойник погиб грязной смертью. Боюсь нам придётся ещё и у двери охрану пристроить. Смерть Сони чистой не назовёшь.
А вот обряд прощания, на котором слухи о указании на убийцу или сообщника в поступке приведшем к смерти, оправдывались в действительности, Биче видеть не приходилось. Возможно Лаппа знает что должно произойти, чтоб мы могли выявить злую душу. К тётке со мной отправился и Китий. Уже наступила ночь, но оба спать и не думали. Я посвятила обоих в мою задумку. Я не могу сказать, что заместитель сотника вызывал у меня особое доверие, но у него не было никаких поводов участвовать в заговоре. Сотником стать он всё равно не сможет. Не по Сеньке шапка. А на своём месте заместителя он ещё долго прослужить может. Своих людей он знает. Контачит с ними без проблем. Такой человек и новому сотнику полезен будет. С магами связываться ему тоже ни к чему. Его семья при ведьмах всегда жила. Привыкла к их покровительству и заботе. Два поколения назад в семье даже стихийная ведьмочка родилась. Типа Сонечки. Слабосилка. А маги пришли и дом его пожгли. И сынок его младшенький заразился болезнью, что маг притащил в деревню. А молодая герцогиня вылечила. И покои в замке семье дала. Как ей не служить?
Китий про обряд даже не слышал. Он хоть и хитрован был, но слухи собирал житейские, такие, что помогали бы своих подчинённых в узде держать. Всякая магия, да и болтовня про чудеса, ему ни к чему. Пусть этим ведьмы занимаются. А он вот узнал, что Прон Лушку на сеновале извалял. Теперь, если надумает против его воли солдат настраивать, он ему пригрозит, что расскажет от кого у соседской жены пузцо пухнет. Он, видишь ли сам рвётся в заместители сотника. Да только молод ещё. Хоть и хваток. Глядишь годков через восемь- десять, он и сам его на своё место подготовит. А вот Лаппа такую историю знала. Видела в Лесных пределах. Там муж жену грибками притравил. На другую глаз положил. Только тёща не поверила, что смерть дочки чистая. У старушки дара не было, но жизненный опыт давал понятие разглядеть как зятёк на чужую бабёнку слюни пускает. Заподозрила его в подлой смерти, жене причинённой и Верховной пожаловалась. Оказывается не просто так с этим обрядом. Ведьма на елей должна наговор сделать. И чем сильней ведьма, тем ярче результат проявится.
Наговора Лаппа не знала, но время до утра ещё было. Можно найти в Храмовом сборнике обрядов. Эта книга в любом домашнем храме хранилась. Не на все прощанья Верховную вызывали. Я решила, что и сама управлюсь. Тётка предложила омыть тело, но я глянула на её измученное усталостью лицо и приказала найти заговор и приготовить всё для похорон. А тело я приготовлю сама. Ничего страшного. Я в морге при больнице и вскрытия делала. А тут раздеть, вынуть стрелы, омыть тело, протереть и надеть посмертную рубаху. Ну ещё волосы вычесать. Я их и стрелы с кровью на всякий случай припрячу. Если этот обряд ничего не выявит, поищем какой-нибудь ещё. А для всяких связующих заклинаний кровь и волосы самые эффективные ингридиенты. Я всё подготовлю, а на саван и похоронное ложе её перенесут завтра те же ветераны, которых я обязана буду предупредить о возможных знаках преступления, чтоб не зевнули мне с перепугу сообщника. Лаппа заявила, что лакеи проверили все комнаты. Женихи были в замке. Крыло замка, где проживали гости, тоже перекрыла охраной. Ещё и следилки навешала. На всех дверях.
Поспать нам с тёткой всё же удалось. Принцев слуги тоже не стали будить. Правда дальние и Рико, по их словам, были пташки ранние. Тем, кто проснётся сам, было приказано доложить, что соревнование переносится на завтра. В замке происшествие, о котором им герцогиня поведает сама. К десяти часам всем должно быть готовым к обряду погребения. Все к этому времени должны спуститься к завтраку. В конце которого, к одиннадцати, я спущусь сообщить о планах на сегодня. Хоронят здесь всегда в полдень, когда наиболее крепка Грань. Часа, на всё про всё, хватит. Хотя в замке народа много. Но детей, да и всех, кто продолжает оставаться в карантине, на похоронах не будет. Пройти мимо покойной и нарисовать руну, много времени не нужно. А взять сообщника, если таковой найдётся, тоже, надеюсь, проблем не вызовет. Опустить тело на костёр нужно ровно в полдень.
Спала я часов пять. Но выспалась нормально. Всё произошедшее вчера и мои надежды на оптимистичный исход дела, которое меня мучало, вызвали лёгкое возбуждение. Я успела даже позавтракать и переодеться в церемониальное платье, когда пришло время собрать женишков. После завтрака прочла заклинание над елеем и Лаппа пошла залить его в светильники и чашу. Солдаты уже перенесли покойницу и охраняли Храм. Женихи ещё завтракали, когда я управилась со всем задуманным и пошла в столовую. Одиннадцати ещё не было, но я подумала, что чем больше у меня будет запас времени на объяснение, тем лучше. Кто-то может устроить истерику. Может граф Тито, а может виновный, из опасения провести ритуал, который может его выдать. А вдруг он или она, достаточно осведомлены..
Почему-то о графе думалось именно как о балованном аристократике, а не как об заведомом убийце. Мне казалось, что такого как он просто не включат в серьёзную игру. Но,.. кто знает. У такого как он всяких мерзостей за душой хватает. Такого легко поймать на одной из них. Потому я женихов проведу через обряд первыми. Да и то не всех разом. Солдатикам с виновным сладить проще будет, если не все разом будут у них под ногами толкаться. Да и в часовне места не много. Это же не общий Храм в Пределах, где и сотня прихожан одновременно на службу стать могут. Честно говоря, пока у меня даже в подозрении никого нет. Плохой я детектив видно. А может улик у меня не достаточно. Из материального так и вовсе только стрела, которой в Единорога стреляли. Но эта ночь даже времени мне не оставила пошарить в отцовских книгах или поговорить с тем же Китием по поводу её принадлежности к мастеру изготовителю или какому-то семейному знаку на ней. Может особенностям формы. Да просто тупо и не вспомнила об этом. Как-то сразу навалилось всё. И смерть Сони и подготовка обряда. Мне показалось более перспективным положиться на его последствия. Тем более, что Лаппа подтвердила, что своими глазами наблюдала результат.
Я осмотрела толпу людей с хмурыми лицами, выстраивающимися на тропинке, ведущей в часовню в длинную очередь для прощания. Часовня стояла в роще мэллорнов. Когда я в первый раз прищла сюда после того, как очнулась и стала осматривать замок, то поразилась величественной красоте этих деревьев. И вспомнила описания их в книге Толкиена. И подумала, что вполне возможно, что самые талантливые фантасты могут быть попаданцами из других миров. Или видеть пророческие сны о них. Ведь даже в мире технократическом, возможно когда-то была магия или существует небольшое количество её и теперь. Просто в определённых местах. Предположений может быть много. Ведь есть же люди, которые пропадают неведомо куда. И рассказы об аномальных зонах, куда не рискуют забираться местные жители. Но у нас мэллорны не растут. Хоть я и думала, когда о них упомянула тётушка, что может просто это какой-то вид, который мы привыкли называть другим названием. Но тётка мои фантазии обломала, сказав, что эти деревья растут только в мире, где есть магия. И прорастают они сами, без специальных посадок там, где строят Храмы Вседержателя. Даже, если они такие маленькие, домашние, как наш замковый.
Храм был построен на территории защищённой крепостной стеной, а потому не пострадал от нападения магов. Но, в мирное время, доступ туда был открыт любому из поселян. Службы в Храмах, как в нашем мире, здесь не проводились. И специальных служителей тоже не было. В замковой часовне был смотритель, который присматривал за порядком. А все обряды проводили ведьмы, которые держали протекторат над территорией. Вот и сегодня прощание предстояло вести мне, как раньше делала это мама. Или Лаппа, пока я лежала в отключке. Ей ведь пришлось провести прощание для погибших в бою с магами. Сейчас я провела к входу выводок своих женихов. Крестьяне посторонились, пропуская аристократов. А я шествовала впереди, как мама утка, ведущая к озеру своих птенцов.
Ритуальный наряд был жёстким из-за ткани, в которую были вплетены нити из магического серебра. Ими же вышивались руны на подоле и рукавах. Сама ткань была зеленоватой и жутко бесила меня, поскольку напоминала крылышки жука бронзовки. И, кстати, меня жутко удивило то, что магическое серебро было не привычного белого цвета, а именно такого жёлто-бронзового оттенка. Оно становилось таким не сразу, а со временем. Как покрывается патиной обычное серебро, цвет которой может изменятся от переливчато жёлтого до голубовато-зелёного и даже чёрного, то патина серебра магического скорее напоминает медную или латунную. Из-за этого у ритуальной одежды такой цвет. Я сразу назвала её рясой, когда Лаппа достала мне её из под алтаря, где в специальном ящике хранилось всё нужное для разных обрядов. Но переводчик этого мира выдал из меня другое название - фелион. Так же назывались все предметы из ритуальной ткани. В том числе и покрывало, которым накрывали покойника. И другое покрывало, которым накрывали головы вступающих в брак. Переводилось это слово, приблизительно, как божественный свет.
Впереди всей толпы крестьян, прижавшись к своей матери, рыдала Симочка. Ещё одна ведьмочка моего замка. Она не была мне роднёй. Потому аристократкой не числилась. Спонтанные ведьмы могли получить первый титул баронессы и взять под протекторат какое-то количество людей из поселений герцогства, когда у неё самой появятся потомки с даром. Как правило и сила их другая. На порядок выше спонтанных. Уровень силы Тины, дочки графа Тито, был бы таким же, если бы он не умудрился отдать ей свой дар. А мог родиться и обычный, неодарённый ребёнок. Дети ведьмаков в наследственной передаче одарённости не стабильны. Основной дар наследуется ведьмой от ведьмы. Как и для ведьмака, рождённого в браке. То, что Тито передал свой дар дочке, рождённой от крестьянки, только его личная проблема. От брака с ведьмой в любом случае появятся одарённые. Иначе его вообще можно было гнать с отбора.
А вот за появлением потомства от спонтанных ведьм могли стоять разные обстоятельства. Первое и самое простое, как ни странно, было именно замужество за ведьмаком. Со спонтанными ведьмами они могли повлиять на одарённость потомства. Только для этого нужно было настоящее чувство. Но ведьмаки редко брали их в жёны. Непрестижно. Второй вариант, ритуал, проведённый Верховной ведьмой. Но для этого нужно было исполнить какое-то задание Храма. Ведьма проводила месяц очищения в Пределах. И в определённую ночь оставалась в Храме на ночь. Считалось, что Вседержатель даст понять, что ей следует совершить. И это задание нужно хранить в тайне. Эти задания никогда не были простыми и я подумала, что с этим отбором у моих ведьмочек появлялся шанс найти себе пару среди ведьмаков. И мне жаль, что Соня его потеряла. Как и собственную жизнь. И я повела в часовню первую четвёрку своих женихов. Всего их было шестнадцать. Так что как раз можно было поделить поровну.
Первым я повела к алтарю графа Тито и графа Рико, а так же двух староверов с запада. Иги и Хаут Холзы были парнями забитыми. Они согласны были на любые условия, чтоб не возвращаться назад. И не вызывали во мне подозрений. А вот мои соседи.. К ним моё отношение было неоднозначным. Тито мне не нравился активно. И у него была причина влезть в заговор. Но свои сомнения насчёт него я имела. А Рико, как раз наоборот, вызывал мою симпатию. А может даже несколько больше. Но он был единственным у кого я видела возможность находиться в паре с Соней, поскольку именно его встретила за пределами замка. И, конечно же, Тито не подвёл с ожиданием неприятностей. Чем ближе он подходил к алтарю, тем больше замедлял шаг. Его начала бить дрожь. Шагах в пяти он вообще стал, как вкопанный, и заныл с подвизгиваниями.
-Я не хочу её трогать. Я мертвецов боюсь.
Смех в такой ситуации выглядел бы неуместно, но староверы и не пытались смеяться. Может они понимали, что такое страх. А вот Рико гадливо скривился. Именно на такую реакцию всех троих я и рассчитывала, составляя четвёрку. Я сдавила локоть Тито настолько сильно, что он вздрогнул и в самое ухо прошептала, что подержу его за ручку, чтоб он, не дай Вседержатель, не обгадился от чувств. И добавила, что если он со своим страхом не справится, то сегодня же вылетит из испытаний. Мне такой сотник ни к чему.
-Все люди подвержены страхам,- шептала я, подтаскивая его к алтарю,- но храбрецы не те, кто не боится, а те, кто со своими страхами справляются.
Наконец я дотащила его до чаши. Он опустил в елей трясущуюся руку и подвывая дотронулся указательным пальцем до лба Сонечки и быстро начертил продольную восьмёрку. В нашем мире этот знак символизировал бесконечность... И ничего не произошло. Граф Тито отпрянул в сторону, покрываясь зеленоватой бледностью. Оставалась надежда, что его не вырвет. Староверы быстро справились со своей задачей. Только перед тем, как прощаться, они показали открытые ладони безликой статуе Вседержателя. Да, это действительно так. Здесь у бога не принято изображать лицо. Считается, что для каждого оно своё. Последним подошёл Рико. Наклонился ко мне и спросил расскажу ли я, что в действительности произошло с девочкой, а то его, мол, эти разговоры о несчастном случае не впечатлили. Я молча подтолкнула его к чаше, давая понять, что не потерплю фамильярности. Тем более на похоронах. И Рико, криво ухмыльнувшись, опустил руку в чашу. Через пару секунд я едва сдержала вздох облегчения. С ним тоже ничего не случилось.
Остальные женихи прошли ритуал с лёгкостью. Каждый добавлял к нему что-то из своих традиций, но основная часть была у всех схожа. Так, если западные демонстрировали открытые ладони Вседержателю, восточные сначала рисовали руну "лотос", что означала чистоту помыслов у себя на лбу, а уж затем прощальную на покойнице. Дальние прикладывали руку к сердцу, а после опускали в елей, что тоже было вполне говоряще. Рыболюд бросил в чашу с елеем жемчужину, что тоже имела в магических описаниях значение чистоты и вечности, поскольку чтоб она образовалась в раковине моллюск покрывает её перламутром слой за слоем, длительное количество времени. У южных обряд отличался только тем, что одежда для обряда погребения была у всех одинакова и включала перчатки, которые снимали для нанесения знака.
Все, кто проходил обряд шли на замковую площадь, где уже подготовили погребальный костёр.
А вот обряд прощания, на котором слухи о указании на убийцу или сообщника в поступке приведшем к смерти, оправдывались в действительности, Биче видеть не приходилось. Возможно Лаппа знает что должно произойти, чтоб мы могли выявить злую душу. К тётке со мной отправился и Китий. Уже наступила ночь, но оба спать и не думали. Я посвятила обоих в мою задумку. Я не могу сказать, что заместитель сотника вызывал у меня особое доверие, но у него не было никаких поводов участвовать в заговоре. Сотником стать он всё равно не сможет. Не по Сеньке шапка. А на своём месте заместителя он ещё долго прослужить может. Своих людей он знает. Контачит с ними без проблем. Такой человек и новому сотнику полезен будет. С магами связываться ему тоже ни к чему. Его семья при ведьмах всегда жила. Привыкла к их покровительству и заботе. Два поколения назад в семье даже стихийная ведьмочка родилась. Типа Сонечки. Слабосилка. А маги пришли и дом его пожгли. И сынок его младшенький заразился болезнью, что маг притащил в деревню. А молодая герцогиня вылечила. И покои в замке семье дала. Как ей не служить?
Китий про обряд даже не слышал. Он хоть и хитрован был, но слухи собирал житейские, такие, что помогали бы своих подчинённых в узде держать. Всякая магия, да и болтовня про чудеса, ему ни к чему. Пусть этим ведьмы занимаются. А он вот узнал, что Прон Лушку на сеновале извалял. Теперь, если надумает против его воли солдат настраивать, он ему пригрозит, что расскажет от кого у соседской жены пузцо пухнет. Он, видишь ли сам рвётся в заместители сотника. Да только молод ещё. Хоть и хваток. Глядишь годков через восемь- десять, он и сам его на своё место подготовит. А вот Лаппа такую историю знала. Видела в Лесных пределах. Там муж жену грибками притравил. На другую глаз положил. Только тёща не поверила, что смерть дочки чистая. У старушки дара не было, но жизненный опыт давал понятие разглядеть как зятёк на чужую бабёнку слюни пускает. Заподозрила его в подлой смерти, жене причинённой и Верховной пожаловалась. Оказывается не просто так с этим обрядом. Ведьма на елей должна наговор сделать. И чем сильней ведьма, тем ярче результат проявится.
Наговора Лаппа не знала, но время до утра ещё было. Можно найти в Храмовом сборнике обрядов. Эта книга в любом домашнем храме хранилась. Не на все прощанья Верховную вызывали. Я решила, что и сама управлюсь. Тётка предложила омыть тело, но я глянула на её измученное усталостью лицо и приказала найти заговор и приготовить всё для похорон. А тело я приготовлю сама. Ничего страшного. Я в морге при больнице и вскрытия делала. А тут раздеть, вынуть стрелы, омыть тело, протереть и надеть посмертную рубаху. Ну ещё волосы вычесать. Я их и стрелы с кровью на всякий случай припрячу. Если этот обряд ничего не выявит, поищем какой-нибудь ещё. А для всяких связующих заклинаний кровь и волосы самые эффективные ингридиенты. Я всё подготовлю, а на саван и похоронное ложе её перенесут завтра те же ветераны, которых я обязана буду предупредить о возможных знаках преступления, чтоб не зевнули мне с перепугу сообщника. Лаппа заявила, что лакеи проверили все комнаты. Женихи были в замке. Крыло замка, где проживали гости, тоже перекрыла охраной. Ещё и следилки навешала. На всех дверях.
Поспать нам с тёткой всё же удалось. Принцев слуги тоже не стали будить. Правда дальние и Рико, по их словам, были пташки ранние. Тем, кто проснётся сам, было приказано доложить, что соревнование переносится на завтра. В замке происшествие, о котором им герцогиня поведает сама. К десяти часам всем должно быть готовым к обряду погребения. Все к этому времени должны спуститься к завтраку. В конце которого, к одиннадцати, я спущусь сообщить о планах на сегодня. Хоронят здесь всегда в полдень, когда наиболее крепка Грань. Часа, на всё про всё, хватит. Хотя в замке народа много. Но детей, да и всех, кто продолжает оставаться в карантине, на похоронах не будет. Пройти мимо покойной и нарисовать руну, много времени не нужно. А взять сообщника, если таковой найдётся, тоже, надеюсь, проблем не вызовет. Опустить тело на костёр нужно ровно в полдень.
Спала я часов пять. Но выспалась нормально. Всё произошедшее вчера и мои надежды на оптимистичный исход дела, которое меня мучало, вызвали лёгкое возбуждение. Я успела даже позавтракать и переодеться в церемониальное платье, когда пришло время собрать женишков. После завтрака прочла заклинание над елеем и Лаппа пошла залить его в светильники и чашу. Солдаты уже перенесли покойницу и охраняли Храм. Женихи ещё завтракали, когда я управилась со всем задуманным и пошла в столовую. Одиннадцати ещё не было, но я подумала, что чем больше у меня будет запас времени на объяснение, тем лучше. Кто-то может устроить истерику. Может граф Тито, а может виновный, из опасения провести ритуал, который может его выдать. А вдруг он или она, достаточно осведомлены..
Почему-то о графе думалось именно как о балованном аристократике, а не как об заведомом убийце. Мне казалось, что такого как он просто не включат в серьёзную игру. Но,.. кто знает. У такого как он всяких мерзостей за душой хватает. Такого легко поймать на одной из них. Потому я женихов проведу через обряд первыми. Да и то не всех разом. Солдатикам с виновным сладить проще будет, если не все разом будут у них под ногами толкаться. Да и в часовне места не много. Это же не общий Храм в Пределах, где и сотня прихожан одновременно на службу стать могут. Честно говоря, пока у меня даже в подозрении никого нет. Плохой я детектив видно. А может улик у меня не достаточно. Из материального так и вовсе только стрела, которой в Единорога стреляли. Но эта ночь даже времени мне не оставила пошарить в отцовских книгах или поговорить с тем же Китием по поводу её принадлежности к мастеру изготовителю или какому-то семейному знаку на ней. Может особенностям формы. Да просто тупо и не вспомнила об этом. Как-то сразу навалилось всё. И смерть Сони и подготовка обряда. Мне показалось более перспективным положиться на его последствия. Тем более, что Лаппа подтвердила, что своими глазами наблюдала результат.
Я осмотрела толпу людей с хмурыми лицами, выстраивающимися на тропинке, ведущей в часовню в длинную очередь для прощания. Часовня стояла в роще мэллорнов. Когда я в первый раз прищла сюда после того, как очнулась и стала осматривать замок, то поразилась величественной красоте этих деревьев. И вспомнила описания их в книге Толкиена. И подумала, что вполне возможно, что самые талантливые фантасты могут быть попаданцами из других миров. Или видеть пророческие сны о них. Ведь даже в мире технократическом, возможно когда-то была магия или существует небольшое количество её и теперь. Просто в определённых местах. Предположений может быть много. Ведь есть же люди, которые пропадают неведомо куда. И рассказы об аномальных зонах, куда не рискуют забираться местные жители. Но у нас мэллорны не растут. Хоть я и думала, когда о них упомянула тётушка, что может просто это какой-то вид, который мы привыкли называть другим названием. Но тётка мои фантазии обломала, сказав, что эти деревья растут только в мире, где есть магия. И прорастают они сами, без специальных посадок там, где строят Храмы Вседержателя. Даже, если они такие маленькие, домашние, как наш замковый.
Храм был построен на территории защищённой крепостной стеной, а потому не пострадал от нападения магов. Но, в мирное время, доступ туда был открыт любому из поселян. Службы в Храмах, как в нашем мире, здесь не проводились. И специальных служителей тоже не было. В замковой часовне был смотритель, который присматривал за порядком. А все обряды проводили ведьмы, которые держали протекторат над территорией. Вот и сегодня прощание предстояло вести мне, как раньше делала это мама. Или Лаппа, пока я лежала в отключке. Ей ведь пришлось провести прощание для погибших в бою с магами. Сейчас я провела к входу выводок своих женихов. Крестьяне посторонились, пропуская аристократов. А я шествовала впереди, как мама утка, ведущая к озеру своих птенцов.
Ритуальный наряд был жёстким из-за ткани, в которую были вплетены нити из магического серебра. Ими же вышивались руны на подоле и рукавах. Сама ткань была зеленоватой и жутко бесила меня, поскольку напоминала крылышки жука бронзовки. И, кстати, меня жутко удивило то, что магическое серебро было не привычного белого цвета, а именно такого жёлто-бронзового оттенка. Оно становилось таким не сразу, а со временем. Как покрывается патиной обычное серебро, цвет которой может изменятся от переливчато жёлтого до голубовато-зелёного и даже чёрного, то патина серебра магического скорее напоминает медную или латунную. Из-за этого у ритуальной одежды такой цвет. Я сразу назвала её рясой, когда Лаппа достала мне её из под алтаря, где в специальном ящике хранилось всё нужное для разных обрядов. Но переводчик этого мира выдал из меня другое название - фелион. Так же назывались все предметы из ритуальной ткани. В том числе и покрывало, которым накрывали покойника. И другое покрывало, которым накрывали головы вступающих в брак. Переводилось это слово, приблизительно, как божественный свет.
Впереди всей толпы крестьян, прижавшись к своей матери, рыдала Симочка. Ещё одна ведьмочка моего замка. Она не была мне роднёй. Потому аристократкой не числилась. Спонтанные ведьмы могли получить первый титул баронессы и взять под протекторат какое-то количество людей из поселений герцогства, когда у неё самой появятся потомки с даром. Как правило и сила их другая. На порядок выше спонтанных. Уровень силы Тины, дочки графа Тито, был бы таким же, если бы он не умудрился отдать ей свой дар. А мог родиться и обычный, неодарённый ребёнок. Дети ведьмаков в наследственной передаче одарённости не стабильны. Основной дар наследуется ведьмой от ведьмы. Как и для ведьмака, рождённого в браке. То, что Тито передал свой дар дочке, рождённой от крестьянки, только его личная проблема. От брака с ведьмой в любом случае появятся одарённые. Иначе его вообще можно было гнать с отбора.
А вот за появлением потомства от спонтанных ведьм могли стоять разные обстоятельства. Первое и самое простое, как ни странно, было именно замужество за ведьмаком. Со спонтанными ведьмами они могли повлиять на одарённость потомства. Только для этого нужно было настоящее чувство. Но ведьмаки редко брали их в жёны. Непрестижно. Второй вариант, ритуал, проведённый Верховной ведьмой. Но для этого нужно было исполнить какое-то задание Храма. Ведьма проводила месяц очищения в Пределах. И в определённую ночь оставалась в Храме на ночь. Считалось, что Вседержатель даст понять, что ей следует совершить. И это задание нужно хранить в тайне. Эти задания никогда не были простыми и я подумала, что с этим отбором у моих ведьмочек появлялся шанс найти себе пару среди ведьмаков. И мне жаль, что Соня его потеряла. Как и собственную жизнь. И я повела в часовню первую четвёрку своих женихов. Всего их было шестнадцать. Так что как раз можно было поделить поровну.
Первым я повела к алтарю графа Тито и графа Рико, а так же двух староверов с запада. Иги и Хаут Холзы были парнями забитыми. Они согласны были на любые условия, чтоб не возвращаться назад. И не вызывали во мне подозрений. А вот мои соседи.. К ним моё отношение было неоднозначным. Тито мне не нравился активно. И у него была причина влезть в заговор. Но свои сомнения насчёт него я имела. А Рико, как раз наоборот, вызывал мою симпатию. А может даже несколько больше. Но он был единственным у кого я видела возможность находиться в паре с Соней, поскольку именно его встретила за пределами замка. И, конечно же, Тито не подвёл с ожиданием неприятностей. Чем ближе он подходил к алтарю, тем больше замедлял шаг. Его начала бить дрожь. Шагах в пяти он вообще стал, как вкопанный, и заныл с подвизгиваниями.
-Я не хочу её трогать. Я мертвецов боюсь.
Смех в такой ситуации выглядел бы неуместно, но староверы и не пытались смеяться. Может они понимали, что такое страх. А вот Рико гадливо скривился. Именно на такую реакцию всех троих я и рассчитывала, составляя четвёрку. Я сдавила локоть Тито настолько сильно, что он вздрогнул и в самое ухо прошептала, что подержу его за ручку, чтоб он, не дай Вседержатель, не обгадился от чувств. И добавила, что если он со своим страхом не справится, то сегодня же вылетит из испытаний. Мне такой сотник ни к чему.
-Все люди подвержены страхам,- шептала я, подтаскивая его к алтарю,- но храбрецы не те, кто не боится, а те, кто со своими страхами справляются.
Наконец я дотащила его до чаши. Он опустил в елей трясущуюся руку и подвывая дотронулся указательным пальцем до лба Сонечки и быстро начертил продольную восьмёрку. В нашем мире этот знак символизировал бесконечность... И ничего не произошло. Граф Тито отпрянул в сторону, покрываясь зеленоватой бледностью. Оставалась надежда, что его не вырвет. Староверы быстро справились со своей задачей. Только перед тем, как прощаться, они показали открытые ладони безликой статуе Вседержателя. Да, это действительно так. Здесь у бога не принято изображать лицо. Считается, что для каждого оно своё. Последним подошёл Рико. Наклонился ко мне и спросил расскажу ли я, что в действительности произошло с девочкой, а то его, мол, эти разговоры о несчастном случае не впечатлили. Я молча подтолкнула его к чаше, давая понять, что не потерплю фамильярности. Тем более на похоронах. И Рико, криво ухмыльнувшись, опустил руку в чашу. Через пару секунд я едва сдержала вздох облегчения. С ним тоже ничего не случилось.
Остальные женихи прошли ритуал с лёгкостью. Каждый добавлял к нему что-то из своих традиций, но основная часть была у всех схожа. Так, если западные демонстрировали открытые ладони Вседержателю, восточные сначала рисовали руну "лотос", что означала чистоту помыслов у себя на лбу, а уж затем прощальную на покойнице. Дальние прикладывали руку к сердцу, а после опускали в елей, что тоже было вполне говоряще. Рыболюд бросил в чашу с елеем жемчужину, что тоже имела в магических описаниях значение чистоты и вечности, поскольку чтоб она образовалась в раковине моллюск покрывает её перламутром слой за слоем, длительное количество времени. У южных обряд отличался только тем, что одежда для обряда погребения была у всех одинакова и включала перчатки, которые снимали для нанесения знака.
Все, кто проходил обряд шли на замковую площадь, где уже подготовили погребальный костёр.
