В углублении находилось упакованное в мешки содержимое сундуков из обоза. Рядом, завёрнутый в ткань -- тот самый футляр. Я уж было собирался достать отрядного летуна Уни, чтобы послать с ним сообщение в штаб о местонахождении «груза», но в этот момент обретённое «сокровище» засветилось необычным, неприятным глазу сиянием…
Избранный в отчаянии вскрикнул:
-- Кто-то пытается переместить «груз», и я не могу «это» остановить, потому что не вижу противника…
Все замерли, понимая, что сейчас мы потеряем всё, что получили с таким трудом, а значит, Раса нам уже не спасти. Даже не заметил, как Селим бросился в это подозрительное свечение, и его шерсть мгновенно вспыхнула. Сан кричал вместе с горящем в огне другом, стараясь своим плащом сбить полыхавшее пламя, пока мы, вцепившись в него, пытались оттащить младшего напарника подальше от опасных чар непредсказуемой запретной магии…
Огонь вспыхнул в последний раз и погас, оставив после себя на нетронутых пламенем мешках обнажённое тело темноволосого юноши. Его смуглая кожа была покрыта страшными ожогами, даже простой взгляд на которые вызывал боль и страдание. Сан упал рядом на колени, крича:
-- Что ты наделал, Селим, зачем? -- а Рас создал магией невесомое покрывало, укрыв им пострадавшего напарника, и, присев на корточки, ответил:
-- Он сохранил груз, чтобы спасти мне жизнь… Уговори его вернуться в прежний облик, Сан, так будет проще лечить раны.
Избранный встал, дрожа, и я обнял его, чтобы поддержать:
-- Хороший он парень, жаль, что раньше этого не понял… Пошлю Летуна с сообщением и поедем домой -- дело сделано.
Под покрывалом что-то зашевелилось, и Сан взял на руки израненную собаку, переложив её на снег подальше от ямы. По очереди с Расом они читали исцеляющее заклинание, пока раны не начали затягиваться. Дарси настоял, чтобы Сан с Селимом на руках и Избранный отправились в город первыми, а мы с ним дождались прибытия нового обоза. На том и порешили.
Я смотрел вслед медленно исчезавшим среди деревьев друзьям, молясь, чтобы всё обошлось, и бедный мальчик скорее поправился. Перед отъездом спросил Избранного:
-- Раз Селим смог сегодня вернуть себе человеческий облик, получится ли у него это и в следующий раз?
Он покачал головой:
-- Вряд ли, Крэг. Это случилось только потому, что наш герой уже перешёл грань между жизнью и смертью. Честно говоря, не понимаю, как он выжил? Видно, что-то держит его рядом с нами. Надеюсь, так будет и дальше, ведь теперь Рас из Дома Плачущих цветов его вечный должник…
И в этом я был с ним полностью согласен.
Чудовище не отпускало меня из своей пасти, снова и снова облизывая огненным языком. Я чувствовал, как горят волосы, как вгрызаются в плоть раскалённые зубы смеющейся твари с огненно-рыжими кудрями и отвратительным алым ртом. Горячая волна мгновенно испаряла с кожи остатки влаги, заставляя её поджариваться и хрустеть, как корки хлеба на углях, и только уносящееся во мрак сознание кричало очень знакомым голосом:
-- Что же ты наделал, Селим?
Капли воды смочили губы, и, открыв глаза, увидел перед собой заплаканное лицо Ксандра. Его шёпот вперемешку со всхлипами оглушал как внезапный грохот обвала среди мёртвой тишины деревенского кладбища:
-- Зачем, глупый?
В горящем мозгу лениво шевельнулась мысль:
-- О чём это он, и почему так невыносимо больно? Ах да, я же упал, прервав чёрное заклинание… Только жертвенная смерть могла его остановить, но почему тогда ещё дышу? Наверное, тот демон с рыжими волосами, что творил это ужасное колдовство, решил ещё позабавиться, не давая мне умереть. Разыщи его, Ксандр, и убей ради своих несчастных друзей…
Юноша со светлыми кудрями что-то шептал, и от этого по коже проносился слабый прохладный ветерок, немного охлаждая сгоревшее тело и вызывая в душе чувство благодарности:
-- Спасибо, Ксандр… нет, это не ты. Это же Сан, маленький отрядный маг с большим и добрым сердцем. Не старайся, простым заклинанием исцеления не остановить неумолимый смертельный поток, призванный унести меня из этой проклятой жизни. Ничто не может исправить то, что я натворил -- отдал жизнь, чтобы спасти другого, малознакомого, но очень важного для тебя человека… Это и есть отсроченная смерть.
Избранный с длинной тёмной косой и странно-жёлтыми глазами склонился, добавляя сильную волну магии, снимавшую жар и боль. Я слышал, как он шептал:
-- Рас из Дома Плачущих Цветов твой вечный должник, Селим. Держись, друзья рядом, мы сделаем всё, чтобы помочь, -- и, обращаясь к Сану, сказал, -- уговори его вернуться в прежний облик, так будет проще лечить.
Наслаждаясь пусть и недолгим покоем, подумал:
-- Прежний облик… Неужели я снова стал человеком? Какая ирония -- столько лет провести собакой и на пороге смерти всё-таки стать собой. Крэг, наш добродушный великан, наверняка придумал бы какую-нибудь шутку на эту тему, но сейчас и у него слёзы на глазах… Да и Дарси снова держится за сердце. Неужели чужак Селим настолько им дорог?
Внезапно в виске сильно запульсировало -- я вспомнил, что должен передать Сану какое-то важное сообщение. Сейчас, пока не забыл и не вернулся к прежнему безмолвию верного пса. Было очень больно шевелить губами, но, чувствуя стекавшую на язык кровь, всё же сумел выдохнуть:
-- Чистый лист -- ключ к записям…
Не уверен, что Сан разобрал эти даже для меня странно звучавшие хрипы, быстро превратившиеся в слабое повизгивание, и перед глазами замелькали фигуры суетившихся друзей. Рас, видимо, снова применил исцеляющее заклинание, и в темноту «подземного» мага утянула ласковая прохладная волна, а не жар чужого проклятия…
В комнате было хорошо натоплено, но Сан подкладывал всё новые поленья в печку, не слушая ворчавшего на него Раса:
-- Прекрати, от того что здесь тепло как на острове в Южном море, Селиму лучше не станет. Ему нужны свежий воздух и наше внимание, а не адская баня…
Отрядный маг сердито на него посмотрел:
-- Говори, что хочешь, но у бедняжки вся шерсть облезла, ему наверняка холодно. Не хочу, чтобы он, вдобавок ко всему, ещё и простудился.
Рас заботливо поправил толстое, но лёгкое, купленное специально для меня одеяло:
-- Десять дней прошло, шерсть прекрасно отрастает, будет даже лучше прежней. Он уже хорошо ходит, а ты кудахчешь над ним как наседка, займись лучше тетрадями. Как вернулись с прошлого задания, так и в руки их не берёшь. Почему?
Сан помолчал, ворочая кочергой в печи:
-- Я дал себе слово, пока Селим не поправится, никаких других дел. Вот как только выйдем первый раз на прогулку…
Рас усмехнулся:
-- Понятно… А на улице лютый холод, и бедная собачка наверняка там замёрзнет, да? Ох, Сан, ты перегибаешь палку…
Дверь радостно хлопнула, впуская румяного с мороза, весёлого Дарси:
-- Привет, я только из канцелярии -- на этот раз жалование будет вовремя, рады? Не ужинали ещё? Это хорошо, значит, подожду Крэга… -- он придвинулся поближе и, погладив по голове, засюсюкал:
-- Как дела у нашего дорогого Селима? Ох, какая шерсть растёт -- густая и блестящая. Да ты красавчик… Смотри, что я принёс, -- и он начал скармливать мне кусочки куриной лапки, умиляясь тому, как замечательно наш пёсик хрустит. Чем вызвал неприкрытую ревность Сана и смех Избранного.
В довершение всего, я спрятал ещё одну сахарную косточку под трёхслойную подстилку, мечтая съесть это богатство, как только друзья уснут.
В дверь заглянула Матильда и, о чём-то поговорив с Расом, ушла, Избранный заставил меня встать, напялив сверху толстый вязаный жилет и застегнув пуговицы на спине.
-- Какая красота, хозяйка сама связала… Давай, Сан, погуляй с Селимом -- ему нужен свежий воздух, ну хоть ненадолго. Посмотри, как он виляет хвостом, совсем засиделся дома. Может, на прогулке встретите Крэга, вот наш «кузнец» обрадуется…
На улице стоял лёгкий мороз, снег под лапами приятно хрустел, и, веселя Сана, я ловил пастью крупные снежинки, а потом даже немного за ним побегал. Правда, слегка прихрамывая -- задняя лапа пока ещё не полностью восстановилась. Возвращавшийся домой Крэг, увидев нас, счастливо рассмеялся, потрепав меня по холке и гордо показывая другу новый меч:
-- Наконец-то я снова почувствовал себя человеком, парень. Сегодня празднуем, надеюсь, Дарси, как обычно, «случайно» заглянул на огонёк?
За накрытым столом вместо надоевшей уже каши на большом блюде лежала принесённая Крэгом тушка жареной индейки, встреченная отрядом с нескрываемой радостью. И, похвалив потрясающий клинок нашего полудемона, все принялись уничтожать этот «дар богов», слушая его рассказы о сложном процессе создания настоящего произведения искусства…
Мне тоже кое-что перепало, и, радуясь, что все друзья собрались вместе, я спокойно догрызал хрящики, мечтая о том, что однажды за этим столом будут сидеть и Лис с Хлоей. После того как по кругу пошла бутыль с новым творением нашего дорогого Командира, быстро поднялся на второй этаж -- резкий запах самогона заставлял «бедного пёсика» чихать без остановки.
Вскоре пришёл Сан, обычно засыпавший после первой же кружки горячительного, но на этот раз он, погладив «дорогого Селима», сел на кровать, достав из мешка обе тетради. Я насторожился. После удачного эксперимента с нагревом последней страницы отрядного мага ждало страшное разочарование -- ни одна из обеих рукописей не среагировала на тепло. Наверное, это привело его в такое отчаяние, что он стал искать любые предлоги, лишь бы больше не браться за разгадку «закорючек». Чем расстраивал нас с Расом…
Избранный с самого начала пытался ему помочь в изучении записей -- он перерыл все известные книги, где говорилось о подобных «секретах» и разных способах спрятать написанное от посторонних глаз. Втайне от друга опробовал многие из них, но пока всё было безрезультатно. Рас рассказывал мне о своих неудачах, потому что знал -- Селим в любом случае не сможет ничего передать слишком чувствительному другу.
А тем временем я сходил с ума, ведь, находясь в этом теле, не мог открыть друзьям тайну, которую узнал, пока был в плену у Второго министра. Тому нравилось мучить пленника, не скрывая своих планов в отношении захвата власти. Этот негодяй был так уверен в себе, что повторял:
-- Я всё продумал до мелочей, Селим. Здесь, в этой тетради, есть то, что могло бы мне помешать. Но если ты когда-нибудь и найдёшь эти записи, уже будет слишком поздно. К тому же, чтобы прочитать их, нужен ключ, -- он показал чистый лист бумаги, -- вот он. Интересно, правда?
Потом голова закружилась, унося сознание пленника куда-то очень далеко, и, наверное, я так и не вспомнил об этом, если бы не увидел похожую тетрадь в руках Сана. Десять дней назад мне, наконец, выпал шанс сказать об этом другу, и, думая, что умираю, я сделал всё, что мог. Но вряд ли маг разобрал тот невнятный бред…
Сегодня, выполняя данное Крэгу обещание, Сан листал тетради и злился:
-- Что за ерунда… Этот листок точно был на последней странице или за обложкой. Не такой уж я неудачник, чтобы потерять, возможно, единственную надежду разобраться в этом кошмаре и спасти всех…
Услышав это бормотание, подскочил к нему, начав бить лапой по тетради. Сан удивлённо поднял голову, посмотрев в глаза:
-- Скажи, Селим, мне ведь не показалось, что ты тогда сказал про «чистый лист»?
Я радостно залаял, и друг вытер рукавом вспотевший лоб:
-- Понятно, а один идиот, похоже, его «посеял»…
Как следует обнюхав тетрадь и, видя, что Сан не понимает, зубами вытащил обложку. Он ахнул:
-- Ну, конечно, листок был здесь -- ищи, друг, ищи, дорогой…
Меня не надо было уговаривать: проверено было всё -- от кроватей и маленького комода до мусорной корзины в углу -- её я нарочно уронил, заставив друга перебрать содержимое. Он чуть не плакал:
-- Прошло слишком много времени, боже, и почему я не сделал этого сразу? А теперь нам уже ничто не поможет -- Матильда убирает комнаты раз в два дня. Если она и нашла клочок бумаги, наверняка бросила в печь…
Пришлось схватить его за штанину и тащить в сторону комнаты хозяйки. Совершенно приунывший друг, опустив голову, постучался в её дверь. Матильда внимательно выслушала сбивчивую просьбу вернуть потерянный, но жизненно важный лист чистой бумаги, и вместо того чтобы обругать нас за нерасторопность, сказав что-нибудь, вроде:
-- Вы бы ещё через год за мусором пришли, дуралеи… -- велела подождать.
Вскоре она отдала растерянному Сану стопку белых листочков разного размера:
-- Я собирала их везде, где могла -- Мич очень любит рисовать. Сейчас он так ослаб, что и руки не может поднять. Когда… если ему станет лучше, верните то, что вам не пригодится…
Сан растерянно моргал, и пришлось ткнуть его носом в бок, чтобы он очнулся и поблагодарил добрую женщину. Пока они смущённо молчали, я скользнул в комнату малыша и, увидев улыбку на его бледном личике, облизал худенькую руку ребёнка.
Сан и Матильда вбежали следом, но я уже беззвучно читал заклинание, облегчая страдания мальчика, и когда встревоженная мать подошла к сыну, Мич сам сел на кровати, сказав, что очень проголодался…
Мы оставили их вдвоём, аккуратно прикрыв дверь.
-- Он поправится, Селим? -- голос друга был печален, в ответ я заскулил, опустив голову.
Сидя на кровати, Сан сортировал листы, выбирая похожие на «наш» клочок, и окончательно запутался. Я вытащил нужный, шлёпнув им по носу недогадливого мага, и, обрадованный, он сделал вид, что собирается оттаскать меня за ухо:
-- Хитрюга, почему сразу не достал?
Подразнил его языком, хотя он не оценил собачий юмор, спросив:
-- Ты что, пить хочешь?
Влетевший в комнату Рас строго сказал:
-- Заканчивайте игры, у нас срочное дело -- в местном борделе нашествие змей. Одевайся, Сан, а Селиму, наверное, на этот раз лучше остаться дома…
Отрядный маг заметался по комнате, убирая «важный листок» в тетрадь, а остальные -- под подушку; я принёс в зубах вязаный жилет, намекая, что иду вместе со всеми. Сан бормотал, натягивая плащ:
-- Что ещё за ерунда -- змеи посреди зимы? Да они все в спячке…
Рас грустно усмехнулся:
-- Получается, не все -- вот, например, жена Дарси никогда не дремлет… А ты что это так задёргался -- никогда не был в борделе? Ну это поправимо. Сан, куда побежал, дурачина?
Коляска ехала по спящему городу, и Дарси, краснея, объяснялся со смеющимися Крэгом и Расом:
-- Ну что пристали, болваны? Хозяйка «Красного бархата» -- просто старая знакомая, и давайте без глупых намёков. Госпожа Далия попросила меня разобраться с этой ситуацией -- кто же пойдёт туда, где полно змей? Репутация заведения оказалась под угрозой, поэтому она и не обратилась в Городскую стражу. Надеюсь, отрядные маги быстро разберутся с этими гадинами…
Крэг хмыкнул:
-- Ты это о ком, Командир? У тебя проблемы с дамочками из борделя?
Вспыльчивый Командир замахнулся на Дылду, но Рас примирительно его обнял:
-- Не ругайтесь, берегите силы -- кто знает, вдруг они ещё пригодятся не только для змей?
Дарси попытался дать смеющемуся Избранному подзатыльник, но тот ловко увернулся, пересев на другу сторону и потеснив хмурого Сана:
-- А ты почему такой кислый, отрядный маг? -- веселился Крэг.
-- Потому что вы оба сошли с ума: смеяться перед заданием -- плохая примета, -- ответил Сан, и я одобрительно рыкнул, поддерживая друга.
Избранный в отчаянии вскрикнул:
-- Кто-то пытается переместить «груз», и я не могу «это» остановить, потому что не вижу противника…
Все замерли, понимая, что сейчас мы потеряем всё, что получили с таким трудом, а значит, Раса нам уже не спасти. Даже не заметил, как Селим бросился в это подозрительное свечение, и его шерсть мгновенно вспыхнула. Сан кричал вместе с горящем в огне другом, стараясь своим плащом сбить полыхавшее пламя, пока мы, вцепившись в него, пытались оттащить младшего напарника подальше от опасных чар непредсказуемой запретной магии…
Огонь вспыхнул в последний раз и погас, оставив после себя на нетронутых пламенем мешках обнажённое тело темноволосого юноши. Его смуглая кожа была покрыта страшными ожогами, даже простой взгляд на которые вызывал боль и страдание. Сан упал рядом на колени, крича:
-- Что ты наделал, Селим, зачем? -- а Рас создал магией невесомое покрывало, укрыв им пострадавшего напарника, и, присев на корточки, ответил:
-- Он сохранил груз, чтобы спасти мне жизнь… Уговори его вернуться в прежний облик, Сан, так будет проще лечить раны.
Избранный встал, дрожа, и я обнял его, чтобы поддержать:
-- Хороший он парень, жаль, что раньше этого не понял… Пошлю Летуна с сообщением и поедем домой -- дело сделано.
Под покрывалом что-то зашевелилось, и Сан взял на руки израненную собаку, переложив её на снег подальше от ямы. По очереди с Расом они читали исцеляющее заклинание, пока раны не начали затягиваться. Дарси настоял, чтобы Сан с Селимом на руках и Избранный отправились в город первыми, а мы с ним дождались прибытия нового обоза. На том и порешили.
Я смотрел вслед медленно исчезавшим среди деревьев друзьям, молясь, чтобы всё обошлось, и бедный мальчик скорее поправился. Перед отъездом спросил Избранного:
-- Раз Селим смог сегодня вернуть себе человеческий облик, получится ли у него это и в следующий раз?
Он покачал головой:
-- Вряд ли, Крэг. Это случилось только потому, что наш герой уже перешёл грань между жизнью и смертью. Честно говоря, не понимаю, как он выжил? Видно, что-то держит его рядом с нами. Надеюсь, так будет и дальше, ведь теперь Рас из Дома Плачущих цветов его вечный должник…
И в этом я был с ним полностью согласен.
Прода от 28.04.2025, 06:18
Глава 26. Демон. Селим
Чудовище не отпускало меня из своей пасти, снова и снова облизывая огненным языком. Я чувствовал, как горят волосы, как вгрызаются в плоть раскалённые зубы смеющейся твари с огненно-рыжими кудрями и отвратительным алым ртом. Горячая волна мгновенно испаряла с кожи остатки влаги, заставляя её поджариваться и хрустеть, как корки хлеба на углях, и только уносящееся во мрак сознание кричало очень знакомым голосом:
-- Что же ты наделал, Селим?
Капли воды смочили губы, и, открыв глаза, увидел перед собой заплаканное лицо Ксандра. Его шёпот вперемешку со всхлипами оглушал как внезапный грохот обвала среди мёртвой тишины деревенского кладбища:
-- Зачем, глупый?
В горящем мозгу лениво шевельнулась мысль:
-- О чём это он, и почему так невыносимо больно? Ах да, я же упал, прервав чёрное заклинание… Только жертвенная смерть могла его остановить, но почему тогда ещё дышу? Наверное, тот демон с рыжими волосами, что творил это ужасное колдовство, решил ещё позабавиться, не давая мне умереть. Разыщи его, Ксандр, и убей ради своих несчастных друзей…
Юноша со светлыми кудрями что-то шептал, и от этого по коже проносился слабый прохладный ветерок, немного охлаждая сгоревшее тело и вызывая в душе чувство благодарности:
-- Спасибо, Ксандр… нет, это не ты. Это же Сан, маленький отрядный маг с большим и добрым сердцем. Не старайся, простым заклинанием исцеления не остановить неумолимый смертельный поток, призванный унести меня из этой проклятой жизни. Ничто не может исправить то, что я натворил -- отдал жизнь, чтобы спасти другого, малознакомого, но очень важного для тебя человека… Это и есть отсроченная смерть.
Избранный с длинной тёмной косой и странно-жёлтыми глазами склонился, добавляя сильную волну магии, снимавшую жар и боль. Я слышал, как он шептал:
-- Рас из Дома Плачущих Цветов твой вечный должник, Селим. Держись, друзья рядом, мы сделаем всё, чтобы помочь, -- и, обращаясь к Сану, сказал, -- уговори его вернуться в прежний облик, так будет проще лечить.
Наслаждаясь пусть и недолгим покоем, подумал:
-- Прежний облик… Неужели я снова стал человеком? Какая ирония -- столько лет провести собакой и на пороге смерти всё-таки стать собой. Крэг, наш добродушный великан, наверняка придумал бы какую-нибудь шутку на эту тему, но сейчас и у него слёзы на глазах… Да и Дарси снова держится за сердце. Неужели чужак Селим настолько им дорог?
Внезапно в виске сильно запульсировало -- я вспомнил, что должен передать Сану какое-то важное сообщение. Сейчас, пока не забыл и не вернулся к прежнему безмолвию верного пса. Было очень больно шевелить губами, но, чувствуя стекавшую на язык кровь, всё же сумел выдохнуть:
-- Чистый лист -- ключ к записям…
Не уверен, что Сан разобрал эти даже для меня странно звучавшие хрипы, быстро превратившиеся в слабое повизгивание, и перед глазами замелькали фигуры суетившихся друзей. Рас, видимо, снова применил исцеляющее заклинание, и в темноту «подземного» мага утянула ласковая прохладная волна, а не жар чужого проклятия…
В комнате было хорошо натоплено, но Сан подкладывал всё новые поленья в печку, не слушая ворчавшего на него Раса:
-- Прекрати, от того что здесь тепло как на острове в Южном море, Селиму лучше не станет. Ему нужны свежий воздух и наше внимание, а не адская баня…
Отрядный маг сердито на него посмотрел:
-- Говори, что хочешь, но у бедняжки вся шерсть облезла, ему наверняка холодно. Не хочу, чтобы он, вдобавок ко всему, ещё и простудился.
Рас заботливо поправил толстое, но лёгкое, купленное специально для меня одеяло:
-- Десять дней прошло, шерсть прекрасно отрастает, будет даже лучше прежней. Он уже хорошо ходит, а ты кудахчешь над ним как наседка, займись лучше тетрадями. Как вернулись с прошлого задания, так и в руки их не берёшь. Почему?
Сан помолчал, ворочая кочергой в печи:
-- Я дал себе слово, пока Селим не поправится, никаких других дел. Вот как только выйдем первый раз на прогулку…
Рас усмехнулся:
-- Понятно… А на улице лютый холод, и бедная собачка наверняка там замёрзнет, да? Ох, Сан, ты перегибаешь палку…
Дверь радостно хлопнула, впуская румяного с мороза, весёлого Дарси:
-- Привет, я только из канцелярии -- на этот раз жалование будет вовремя, рады? Не ужинали ещё? Это хорошо, значит, подожду Крэга… -- он придвинулся поближе и, погладив по голове, засюсюкал:
-- Как дела у нашего дорогого Селима? Ох, какая шерсть растёт -- густая и блестящая. Да ты красавчик… Смотри, что я принёс, -- и он начал скармливать мне кусочки куриной лапки, умиляясь тому, как замечательно наш пёсик хрустит. Чем вызвал неприкрытую ревность Сана и смех Избранного.
В довершение всего, я спрятал ещё одну сахарную косточку под трёхслойную подстилку, мечтая съесть это богатство, как только друзья уснут.
В дверь заглянула Матильда и, о чём-то поговорив с Расом, ушла, Избранный заставил меня встать, напялив сверху толстый вязаный жилет и застегнув пуговицы на спине.
-- Какая красота, хозяйка сама связала… Давай, Сан, погуляй с Селимом -- ему нужен свежий воздух, ну хоть ненадолго. Посмотри, как он виляет хвостом, совсем засиделся дома. Может, на прогулке встретите Крэга, вот наш «кузнец» обрадуется…
На улице стоял лёгкий мороз, снег под лапами приятно хрустел, и, веселя Сана, я ловил пастью крупные снежинки, а потом даже немного за ним побегал. Правда, слегка прихрамывая -- задняя лапа пока ещё не полностью восстановилась. Возвращавшийся домой Крэг, увидев нас, счастливо рассмеялся, потрепав меня по холке и гордо показывая другу новый меч:
-- Наконец-то я снова почувствовал себя человеком, парень. Сегодня празднуем, надеюсь, Дарси, как обычно, «случайно» заглянул на огонёк?
За накрытым столом вместо надоевшей уже каши на большом блюде лежала принесённая Крэгом тушка жареной индейки, встреченная отрядом с нескрываемой радостью. И, похвалив потрясающий клинок нашего полудемона, все принялись уничтожать этот «дар богов», слушая его рассказы о сложном процессе создания настоящего произведения искусства…
Мне тоже кое-что перепало, и, радуясь, что все друзья собрались вместе, я спокойно догрызал хрящики, мечтая о том, что однажды за этим столом будут сидеть и Лис с Хлоей. После того как по кругу пошла бутыль с новым творением нашего дорогого Командира, быстро поднялся на второй этаж -- резкий запах самогона заставлял «бедного пёсика» чихать без остановки.
Вскоре пришёл Сан, обычно засыпавший после первой же кружки горячительного, но на этот раз он, погладив «дорогого Селима», сел на кровать, достав из мешка обе тетради. Я насторожился. После удачного эксперимента с нагревом последней страницы отрядного мага ждало страшное разочарование -- ни одна из обеих рукописей не среагировала на тепло. Наверное, это привело его в такое отчаяние, что он стал искать любые предлоги, лишь бы больше не браться за разгадку «закорючек». Чем расстраивал нас с Расом…
Избранный с самого начала пытался ему помочь в изучении записей -- он перерыл все известные книги, где говорилось о подобных «секретах» и разных способах спрятать написанное от посторонних глаз. Втайне от друга опробовал многие из них, но пока всё было безрезультатно. Рас рассказывал мне о своих неудачах, потому что знал -- Селим в любом случае не сможет ничего передать слишком чувствительному другу.
А тем временем я сходил с ума, ведь, находясь в этом теле, не мог открыть друзьям тайну, которую узнал, пока был в плену у Второго министра. Тому нравилось мучить пленника, не скрывая своих планов в отношении захвата власти. Этот негодяй был так уверен в себе, что повторял:
-- Я всё продумал до мелочей, Селим. Здесь, в этой тетради, есть то, что могло бы мне помешать. Но если ты когда-нибудь и найдёшь эти записи, уже будет слишком поздно. К тому же, чтобы прочитать их, нужен ключ, -- он показал чистый лист бумаги, -- вот он. Интересно, правда?
Потом голова закружилась, унося сознание пленника куда-то очень далеко, и, наверное, я так и не вспомнил об этом, если бы не увидел похожую тетрадь в руках Сана. Десять дней назад мне, наконец, выпал шанс сказать об этом другу, и, думая, что умираю, я сделал всё, что мог. Но вряд ли маг разобрал тот невнятный бред…
Сегодня, выполняя данное Крэгу обещание, Сан листал тетради и злился:
-- Что за ерунда… Этот листок точно был на последней странице или за обложкой. Не такой уж я неудачник, чтобы потерять, возможно, единственную надежду разобраться в этом кошмаре и спасти всех…
Услышав это бормотание, подскочил к нему, начав бить лапой по тетради. Сан удивлённо поднял голову, посмотрев в глаза:
-- Скажи, Селим, мне ведь не показалось, что ты тогда сказал про «чистый лист»?
Я радостно залаял, и друг вытер рукавом вспотевший лоб:
-- Понятно, а один идиот, похоже, его «посеял»…
Как следует обнюхав тетрадь и, видя, что Сан не понимает, зубами вытащил обложку. Он ахнул:
-- Ну, конечно, листок был здесь -- ищи, друг, ищи, дорогой…
Меня не надо было уговаривать: проверено было всё -- от кроватей и маленького комода до мусорной корзины в углу -- её я нарочно уронил, заставив друга перебрать содержимое. Он чуть не плакал:
-- Прошло слишком много времени, боже, и почему я не сделал этого сразу? А теперь нам уже ничто не поможет -- Матильда убирает комнаты раз в два дня. Если она и нашла клочок бумаги, наверняка бросила в печь…
Пришлось схватить его за штанину и тащить в сторону комнаты хозяйки. Совершенно приунывший друг, опустив голову, постучался в её дверь. Матильда внимательно выслушала сбивчивую просьбу вернуть потерянный, но жизненно важный лист чистой бумаги, и вместо того чтобы обругать нас за нерасторопность, сказав что-нибудь, вроде:
-- Вы бы ещё через год за мусором пришли, дуралеи… -- велела подождать.
Вскоре она отдала растерянному Сану стопку белых листочков разного размера:
-- Я собирала их везде, где могла -- Мич очень любит рисовать. Сейчас он так ослаб, что и руки не может поднять. Когда… если ему станет лучше, верните то, что вам не пригодится…
Сан растерянно моргал, и пришлось ткнуть его носом в бок, чтобы он очнулся и поблагодарил добрую женщину. Пока они смущённо молчали, я скользнул в комнату малыша и, увидев улыбку на его бледном личике, облизал худенькую руку ребёнка.
Сан и Матильда вбежали следом, но я уже беззвучно читал заклинание, облегчая страдания мальчика, и когда встревоженная мать подошла к сыну, Мич сам сел на кровати, сказав, что очень проголодался…
Мы оставили их вдвоём, аккуратно прикрыв дверь.
-- Он поправится, Селим? -- голос друга был печален, в ответ я заскулил, опустив голову.
Сидя на кровати, Сан сортировал листы, выбирая похожие на «наш» клочок, и окончательно запутался. Я вытащил нужный, шлёпнув им по носу недогадливого мага, и, обрадованный, он сделал вид, что собирается оттаскать меня за ухо:
-- Хитрюга, почему сразу не достал?
Подразнил его языком, хотя он не оценил собачий юмор, спросив:
-- Ты что, пить хочешь?
Влетевший в комнату Рас строго сказал:
-- Заканчивайте игры, у нас срочное дело -- в местном борделе нашествие змей. Одевайся, Сан, а Селиму, наверное, на этот раз лучше остаться дома…
Отрядный маг заметался по комнате, убирая «важный листок» в тетрадь, а остальные -- под подушку; я принёс в зубах вязаный жилет, намекая, что иду вместе со всеми. Сан бормотал, натягивая плащ:
-- Что ещё за ерунда -- змеи посреди зимы? Да они все в спячке…
Рас грустно усмехнулся:
-- Получается, не все -- вот, например, жена Дарси никогда не дремлет… А ты что это так задёргался -- никогда не был в борделе? Ну это поправимо. Сан, куда побежал, дурачина?
Коляска ехала по спящему городу, и Дарси, краснея, объяснялся со смеющимися Крэгом и Расом:
-- Ну что пристали, болваны? Хозяйка «Красного бархата» -- просто старая знакомая, и давайте без глупых намёков. Госпожа Далия попросила меня разобраться с этой ситуацией -- кто же пойдёт туда, где полно змей? Репутация заведения оказалась под угрозой, поэтому она и не обратилась в Городскую стражу. Надеюсь, отрядные маги быстро разберутся с этими гадинами…
Крэг хмыкнул:
-- Ты это о ком, Командир? У тебя проблемы с дамочками из борделя?
Вспыльчивый Командир замахнулся на Дылду, но Рас примирительно его обнял:
-- Не ругайтесь, берегите силы -- кто знает, вдруг они ещё пригодятся не только для змей?
Дарси попытался дать смеющемуся Избранному подзатыльник, но тот ловко увернулся, пересев на другу сторону и потеснив хмурого Сана:
-- А ты почему такой кислый, отрядный маг? -- веселился Крэг.
-- Потому что вы оба сошли с ума: смеяться перед заданием -- плохая примета, -- ответил Сан, и я одобрительно рыкнул, поддерживая друга.
