Его взгляд наконец-то прошелся – или пересчитал по головам, лысым, как и принято у взрослых дарголцев – тех, кто стоял за ее спиной.
Мила за это время сделала еще несколько шагов в сторону стола, где сидели оба сына Гурмона. Китр и Торги бесшумно ступали за ней, она их скорее чувствовала, чем видела. Урнак и Шогр разошлись по бокам в разные стороны просторного зала, кажущегося теперь не таким уж большим. Взрослые наемники – те трое, что ввалились за ними – продолжали молча стоять на пороге и наблюдать.
– Я говорю, мы арендуем на сегодня твою таверну целиком, ладно? – но интонация у нее была скорее утвердительной, чем вопросительной. – Других клиентов у тебя все равно пока нет и сегодня не появятся, так что упущенной выгоды у тебя не будет... Даже наоборот.
– Че-его? – Вернер, наконец, догадался встать из-за стола и целиком развернуться к ней.
Но так, чтобы не загораживать обзор все еще сидящему брату.
– В смысле... э-э, ты хочешь заплатить мне за временный наем моей таверны? – хмыкнул. – Случайно не из тех денег, что мы же тебе за взнос заплатили?
Мила, останавливаясь рядом с ним, тоже хмыкнула.
– Ты о каких, вообще, деньгах говоришь, дорогой мой партнер? Сделаем взаиморасчет за будущую мою работу по обучению и контролю ваших работников...
– Чего?! – озадаченно нахмурился мужчина. И, хлопнув себя по бедру, вновь рассмеялся, сверкая ровными зубами. Одернул камзол, довольно богато украшенный, с утонченной вышивкой, выпятил грудь. Улыбнулся лукаво. – Ми-ила, а что ты делаешь сегодня вечером? Давай встретимся... отдельно...
Мимолетно покосился на амбалов в стороне.
– И ты мне расскажешь, откуда такие чудные идеи постоянно берешь? Только я разберусь… или смирюсь, что так и не понял твою прошлую затею, как ты выдаешь что-то новое! И еще более... эм, заковыристое. А ты точно знатнорожденная? В твоей крови нет ничего от двергов?
Конечно, они договорились об аренде двора. И котлов, и всего, что к ним нужно.
Пока мальчишки под надзором Урнака таскали с рынка мясо – не все оно было потрошенным, кое-какое еще сопротивлялось и блеяло – и прочие продукты, деньги на которые выдала им Мила, сама она успела поговорить с людьми. Потому что в это время орги были заняты исследованием всей таверны и что за ней. Кажется, даже в подвал и на чердак успели сунуться – по крайней мере, девушка видела, что оттуда появляются горзанские мальчишки, не ее – незнакомцы из общины, которые, видимо, незаметно шныряли до этого по рынку. Как и где перемещаются взрослые лысые дарголцы человечка не успевала замечать.
И все это происходящее явно не нравилась Айварсу.
– Какого харга они везде суют свои носы? Эти уродливо-плоские, – недовольно буркнул человеческий наемник, стоя на выходе из зала, что вел во внутренний двор, и заложив пальцы за оружейный пояс, нервно дергал его.
Мила отвлеклась от Вернера, заливающегося перед ней соловьем, и обернулась к старшему брату.
– Плоские или нет, но нюх у них хороший. Может, доглядят то, что вы упустили. Урнак! – окликнула лидера своего отряда, который оставался в зале, но ближе к уличной двери, чтобы бдеть за происходящим там и кто приходит. – Скажи своим, чтобы, если найдут где плесень, слабые балки или протекающие поверхности, или вроде такого непорядок, нам сказали.
В ответ ей лишь едва уловимо кивнули.
А когда на нее обернулся и зло зыркнул Айварс, добавила, разводя руками:
– Строительный "аудит"... э-э, проверка здания. И заметь – бесплатно. Бонусом.
– Ты не знатнорожденная! – повернувшись к ней, предъявил мужчина.
Таким тоном, как ревизор сообщает о найденной недостаче проверяемому.
– С чего вдруг?
– Да ты будто сама трактирщица! Знатные девы себя так не ведут. И не лезут... везде... так нагло, – негодующе пыхтя, явно сдерживаясь от более резких словечек, пояснил старший брат.
И, скорее всего, не ради девушки, а из-за вопросительных взглядов своего младшего.
– Хочешь сказать, что знатных девушек не учат быть хозяйками? Вроде как следить за домом? Наводить порядки, устраивать приемы? – пришлось отвечать Миле, поскольку темные глаза Вернера перескочили на нее в ожидании. – Уверен? Откуда тебе знать, если сам ты не из такой семьи?
– Приемы? Для оргов, что ли? Следить... наводить порядки в чужом доме... таверне? – в голосе Айварса вибрировал гнев, а он сам развернулся и сделал пару шагов в их сторону.
Китр, который оставался рядом с Милой, поглядывал то на одного, то на другого, но не вмешивался. Лишь чуть лыбился, наверное, в ожидании, когда их наставница, нерыар, сама разберется с наемником. Орги уважали силу и не мешали другим проявлять ее.
– Ой, для кого и как – это уже мелочи, – отмахнулась девушка. – А насчет таверны, то не чужой. Я по договору имею право следить за франчайзи и наставлять их на путь правильный. Вот, кстати, Вернер! Ты здесь торчишь, чтобы пить эль или за своими работниками следить? Рамы окон у вас покрашены синим, а ставни желтым. А надо наоборот! Ты все приложения договора до конца прочитал? Внимательно? Или твои работники вообще читать не умеют? Перекрашивайте!
– Да какая разница, милая моя Мила? – Вернер улыбался лучезарно, никак не прекращая флирт. – Синий, желтый... ярко и ладно!
– Не ладно, Вернер, не ладно! Стандарты придумали не для того, чтобы их нарушали! Все должно быть четко по брендбуку! А то если каждый начнет отсебятину творить... Вот уж не думала, что за этим придется следить именно у людей, а не оргов... Хотя да! Действительно! – хлопнула себя по лбу Мила, усмехнулась. – Именно люди обычно и творят всякое... разнообразие и отсебятину. Но нет! Надо...
Договорить она не успела.
– "Стандарты", "брент"... что? "Удит" этот. Это не санайские слова! Откуда ты такая взялась? – совсем близко подошел Айварс и почти навис над ней.
От него буквально пахнуло гневом. Или все же терпким мужским духом?
Хуже, что Китр заметно навострил уши. Но Мила не собиралась отчитываться о своем происхождении по первому требованию окружающих.
– Откуда взялась, там меня больше нет, – и не думала отодвигаться девушка, упрямо смотрела в темные глаза склонившегося мужчины. – Главное, что теперь именно вам повезло общаться со мной.
Рядом хохотнул Вернер, поддакивая с радостью и тем снижая градус напряжения.
Однако Мила все равно сбежала во двор, якобы контролировать готовку обеда.
Орги-наемники тоже притащили барашков. Кажется, или их самих стало больше?
Но сейчас Мила была занята – котлы уже установлены, дрова и воду мальчишки натаскали, пора закладывать мясо в будущие блюда. Повязать фартук, найденный в дальних кладовках таверны, помыть руки и можно приступать к готовке.
Взрослые орги внимательно следили за каждым движением ее рук. Мила даже почувствовала себя будто на важном экзамене под пристальным надзором многочисленных судий. Хорошо, что Торги рядом крутился, отвлекая ее разговорами, а иногда забывался и начинал по старой памяти хвататься за нож, помогая ей.
Он рассказывал ей, в каких городах успевал побывать. Она ему о том, как ездила в Дарлетх с волками и не могла там заселиться в гостиницы. Торги похвалялся ей, в каких боях поучаствовал и какие трофеи заработал, Мила ему со смешком описывала, как познакомилась с дарзанцами, когда заявилась в их постоялый двор, и те их переговоры – с Дрыхом и Нагкашем.
– Ты знаешь Нагкаша? – вдруг раздалось со стороны низким басом. Кстати, на санайском языке, на котором она трещала с Торги. – Говорила с ним?
Мила аж вздрогнула, как и нож в ее руке. Уже и забыла, что вокруг отираются еще незнакомые орги, которые тоже не скучали – кто-то разделывал за дровником приведенных с рынка животин, кто-то молча возился у других котлов.
Повернулась к говорящему.
– Ой, а я вас помню! Это вы забрали тогда Торги с дрохгара!
Этот здоровяк со шрамами на физиономии год назад увел ребенка в отряд наемников!
– Ур'гок, – сказал этот орг, и пока Мила пыталась понять, как это переводится, продолжил. – Нагкаш не стал бы говорить с человеческой девкой.
– Так Дрых не мог сам рассказать насчет дела, а там много чего нужно было объяснять, – пожала плечами Мила, вновь возвращаясь к нарезке мяса, сообразив, что орг ей назвался. Ну надо же, какая честь! – И кто еще лучше болтливой человечки может рассказать о чем угодно, да?
– Нагкаш не говорит с людьми, – не отставал от нее свежепредставившийся Ур'гок. – Никогда. Теперь.
– А, вы о его шрамах? Об этом мы с ним тоже поговорили. Но вообще, мы вначале говорили о кухне... блюдах ваших, орочьих. Да и потом он мою стряпню оценил. Вы вначале попробуйте мою еду, потом, я уверена, тоже по-другому будете говорить!
Рядом похрюкивал Торги, давя в себе смех.
– Эт правда! Мила кого угодно заболтает. И накормит, – поддакивал он. – И драконов, и айна. Даже они ее слушали.
Взглядом Ур'гока можно было асфальт укатывать, но когда подобное смущало иномирянку?
– Иначе откуда у меня дарзанские ребята? Я же их не украла! – без пауз продолжала "болтливая" человечка, переходя на смесь орочьих диалектов. – Шо-огр, скажи? Доверили бы мне вас, если бы мы с Нагкашем не общались?
Нужный парень материализовался рядом с ней как из-под земли.
– Правду говорит, – коротко доложился он под взглядами чужих воинов. А потом неожиданно прозвучало: – У наших даже головы болеть стали от этой человечки. Нагкаш сказал, чтоб мы ее подальше увезли, надоела, а Могтар – что ежели смогем выдерживать подолгу ее трескотню, то потом с любыми человеками справимся. Даже с магами.
– Чего?! – с возмущением обернулась на него Мила, услышав такие подробности.
Шогр лыбился, оголив нижние клычки. И это был не показатель его агрессии, а именно проявление юмора. От кого он только такого нахватался?! Торги уже в полный голос гоготал. Другие орги со все еще серьезными физиономиями со всего двора оборачивались на них.
– Откуда у тебя дарголская поросль? – еще один громила, появившийся рядом беззвучно, проявил любопытство. – Здесь кого ты знаешь?
– Здесь никого, – призналась Мила, опять вынужденно отвлекаясь от готовки. Стоя у очередного котла и покручивая запястьем, разминала кисть с ножом – чужим, поэтому большим и неудобным. – Этих мне сразу выдали, можно сказать, прямо на входе. Не знаю зачем, но зато в обмен на урганиш.
По двору пронеслась волна удивленных уханий. То есть ее болтовню весь двор слушал? Хотя с их-то слухом неудивительно. Торги перестал смеяться.
– Быть не может, Мила! Чтоб урганиш... – не сдержался он и высказал, видимо, всеобщее неверие.
– Урнак, скажи? – произнесла девушка, даже не став искать того взглядом в толпе вокруг.
И да, этот парень с бусинками в косах тоже появился, вывинтившись вперед меж взрослыми лысыми оргами, и что-то быстро заговорил на своем наречии. Мила успевала выхватывать только редкие знакомые слова, пока еще одно подозрительно знакомое слово не встретилось.
– Орнуг? – повторила она едва слышно. Откуда ей это слово – или все-таки имя? – знакомо?
– Орнуг! – стукнул себя в грудь тот любопытный орг. Значит, все-таки имя. – А ты Милдред, знатнорожденная без рода, которая жила у Лайнфаэра год. И выжила.
Последнее он добавил, будто сам себе не верил.
Какой он, оказывается, всеведущий. Кстати, был ли он сразу с Торги на рынке или позже откуда-то появился?
Здоровяк продолжил тем временем:
– Почему к тебе теперь приходят айны? – он еще и с отличной памятью, хотя все орги такие. – Но не убивают.
Ему только "мотиватором" быть – последнее таким тоном сказал, словно не одобрял поведение айнов!
– Долгая история, – пыталась увильнуть Мила.
Но орг взял и... присел на один из чурбаков, что стояли поблизости.
Он что, приготовился ее слушать? Даже если долго?
К счастью, их отвлекли – во дворе, ставшем сразу таким маленьким, прибыло еще оргов!
Эти были местными – не лысые, как дарголцы, а с тонкими косичками в черных жестких волосах, на кончиках которых поблескивали металлические бусины с выгравированными значками. И парочку из этих гостей Мила даже признала – вон тот мужик, приходящий в прошлый раз, как раз велел ей взять к себе мальчишек.
К несчастью, орги недолго друг на друга отвлеклись. Позыркали друг на друга, обменялись краткими приветствиями, и... Орнуг, так и не вставший при появлении новеньких, снова повернулся к чистящей овощи Миле и напомнил:
– Айны. Почему здесь?
Новенький, который назвался как-то созвучно Зоргар, вроде тоже заинтересовался. Окинул человечку взглядом и тоже присел на чурбак рядом с гостем города.
Придется как-то выкручиваться.
– Давным-давно, еще до того, как я попала в Санай, – начала Мила, осторожно подбирая слова так, чтобы они не были ложью, и покосилась на своих ребят, которые отирались поблизости и тоже внимательное слушали. – Я успела пожить в другом месте. Очень-очень далеком отсюда...
– Где было много льда? И замерзшего... всего? – встрял Китр, гордый своей догадкой.
Но получил дружные недовольные взгляды от взрослых оргов и, втянув голову в плечи, стих.
– Да, где иногда было много льда, – размеренно продолжала Мила. – Разное видела, много читала... тамошние книжки. Айны об этом узнали... – а если бы Лайн им не донес, то не узнали бы! Но уже поздно переживать. – ...И захотели тоже... узнать о всяком интересном из тех мест. Поэтому нашли меня и договорились с драконами, что... будут общаться со мной.
Сказала и замолчала. Она тоже умеет быть краткой.
– На каких условиях общаться? – почему-то напрягся рядом Торги.
Его старшие осаживать не стали.
– На взаимовыгодных. Ну, вроде того, – ответила Мила. – Я буду рассказывать им интересное на свое усмотрение, а они обещались поставлять зелень... за плату, правда, но недорого, в наши таверны. В смысле во все таверны нашей сети. Правда, теперь думаю, надо было сразу требовать еще хотя бы по одному воплощенному артефакту... вроде как опытный образец для испытаний.
– Че? – не сдержался кто-то из слушателей, которых собиралось вокруг все больше.
– Они будут поставлять тебе зелень в обмен на разговоры? – даже Торги не поверил ее словам, озадаченно почесывая затылок и поглядывая на ее мальчишек, которые будто должны сейчас опровергнуть сказанное. – Вроде того, как Лайнфаэр тогда Гракгашу для тебя приносил? Вот прям за разговоры? Твои?
– За плату. И не мне, а в таверны. Поэтому счета за те поставки хозяева таверн будут оплачивать. Зато на регулярной основе, мы пока на один год договаривались, а там видно будет.
Главный гость из местных что-то сказал, и Урнак, оказавшийся позади Милы, быстро перевел его слова на более понятную ей смесь санайского, который он сам только недавно стал учить, и других оргских диалектов. Что, мол, неужели айны согласились что-то делать ради человека? И по его, то есть ее требованию.
– Айны просто оказались более любопытными, чем вы, орги, – хмыкнула Мила, добавляя в котел будущей похлебки нужные корешки, которые только что почистила и порезала кусками прямо в ладони. – На-а-астолько любопытными, что даже согласны на некоторые уступки для одного из ненавистных им человеков.
А еще они точно не упустят возможность стать монополистами по созданию артефактов по иномирным идеям, но об этом умолчала.
– Зачем тебе таверны с оргами? Какой еще сети? – зато Орнуг оказался самым въедливым и дальновидным из слушателей.
Мила за это время сделала еще несколько шагов в сторону стола, где сидели оба сына Гурмона. Китр и Торги бесшумно ступали за ней, она их скорее чувствовала, чем видела. Урнак и Шогр разошлись по бокам в разные стороны просторного зала, кажущегося теперь не таким уж большим. Взрослые наемники – те трое, что ввалились за ними – продолжали молча стоять на пороге и наблюдать.
– Я говорю, мы арендуем на сегодня твою таверну целиком, ладно? – но интонация у нее была скорее утвердительной, чем вопросительной. – Других клиентов у тебя все равно пока нет и сегодня не появятся, так что упущенной выгоды у тебя не будет... Даже наоборот.
– Че-его? – Вернер, наконец, догадался встать из-за стола и целиком развернуться к ней.
Но так, чтобы не загораживать обзор все еще сидящему брату.
– В смысле... э-э, ты хочешь заплатить мне за временный наем моей таверны? – хмыкнул. – Случайно не из тех денег, что мы же тебе за взнос заплатили?
Мила, останавливаясь рядом с ним, тоже хмыкнула.
– Ты о каких, вообще, деньгах говоришь, дорогой мой партнер? Сделаем взаиморасчет за будущую мою работу по обучению и контролю ваших работников...
– Чего?! – озадаченно нахмурился мужчина. И, хлопнув себя по бедру, вновь рассмеялся, сверкая ровными зубами. Одернул камзол, довольно богато украшенный, с утонченной вышивкой, выпятил грудь. Улыбнулся лукаво. – Ми-ила, а что ты делаешь сегодня вечером? Давай встретимся... отдельно...
Мимолетно покосился на амбалов в стороне.
– И ты мне расскажешь, откуда такие чудные идеи постоянно берешь? Только я разберусь… или смирюсь, что так и не понял твою прошлую затею, как ты выдаешь что-то новое! И еще более... эм, заковыристое. А ты точно знатнорожденная? В твоей крови нет ничего от двергов?
Конечно, они договорились об аренде двора. И котлов, и всего, что к ним нужно.
ГЛАВА 11 Посиделки по-свойски
Пока мальчишки под надзором Урнака таскали с рынка мясо – не все оно было потрошенным, кое-какое еще сопротивлялось и блеяло – и прочие продукты, деньги на которые выдала им Мила, сама она успела поговорить с людьми. Потому что в это время орги были заняты исследованием всей таверны и что за ней. Кажется, даже в подвал и на чердак успели сунуться – по крайней мере, девушка видела, что оттуда появляются горзанские мальчишки, не ее – незнакомцы из общины, которые, видимо, незаметно шныряли до этого по рынку. Как и где перемещаются взрослые лысые дарголцы человечка не успевала замечать.
И все это происходящее явно не нравилась Айварсу.
– Какого харга они везде суют свои носы? Эти уродливо-плоские, – недовольно буркнул человеческий наемник, стоя на выходе из зала, что вел во внутренний двор, и заложив пальцы за оружейный пояс, нервно дергал его.
Мила отвлеклась от Вернера, заливающегося перед ней соловьем, и обернулась к старшему брату.
– Плоские или нет, но нюх у них хороший. Может, доглядят то, что вы упустили. Урнак! – окликнула лидера своего отряда, который оставался в зале, но ближе к уличной двери, чтобы бдеть за происходящим там и кто приходит. – Скажи своим, чтобы, если найдут где плесень, слабые балки или протекающие поверхности, или вроде такого непорядок, нам сказали.
В ответ ей лишь едва уловимо кивнули.
А когда на нее обернулся и зло зыркнул Айварс, добавила, разводя руками:
– Строительный "аудит"... э-э, проверка здания. И заметь – бесплатно. Бонусом.
– Ты не знатнорожденная! – повернувшись к ней, предъявил мужчина.
Таким тоном, как ревизор сообщает о найденной недостаче проверяемому.
– С чего вдруг?
– Да ты будто сама трактирщица! Знатные девы себя так не ведут. И не лезут... везде... так нагло, – негодующе пыхтя, явно сдерживаясь от более резких словечек, пояснил старший брат.
И, скорее всего, не ради девушки, а из-за вопросительных взглядов своего младшего.
– Хочешь сказать, что знатных девушек не учат быть хозяйками? Вроде как следить за домом? Наводить порядки, устраивать приемы? – пришлось отвечать Миле, поскольку темные глаза Вернера перескочили на нее в ожидании. – Уверен? Откуда тебе знать, если сам ты не из такой семьи?
– Приемы? Для оргов, что ли? Следить... наводить порядки в чужом доме... таверне? – в голосе Айварса вибрировал гнев, а он сам развернулся и сделал пару шагов в их сторону.
Китр, который оставался рядом с Милой, поглядывал то на одного, то на другого, но не вмешивался. Лишь чуть лыбился, наверное, в ожидании, когда их наставница, нерыар, сама разберется с наемником. Орги уважали силу и не мешали другим проявлять ее.
– Ой, для кого и как – это уже мелочи, – отмахнулась девушка. – А насчет таверны, то не чужой. Я по договору имею право следить за франчайзи и наставлять их на путь правильный. Вот, кстати, Вернер! Ты здесь торчишь, чтобы пить эль или за своими работниками следить? Рамы окон у вас покрашены синим, а ставни желтым. А надо наоборот! Ты все приложения договора до конца прочитал? Внимательно? Или твои работники вообще читать не умеют? Перекрашивайте!
– Да какая разница, милая моя Мила? – Вернер улыбался лучезарно, никак не прекращая флирт. – Синий, желтый... ярко и ладно!
– Не ладно, Вернер, не ладно! Стандарты придумали не для того, чтобы их нарушали! Все должно быть четко по брендбуку! А то если каждый начнет отсебятину творить... Вот уж не думала, что за этим придется следить именно у людей, а не оргов... Хотя да! Действительно! – хлопнула себя по лбу Мила, усмехнулась. – Именно люди обычно и творят всякое... разнообразие и отсебятину. Но нет! Надо...
Договорить она не успела.
– "Стандарты", "брент"... что? "Удит" этот. Это не санайские слова! Откуда ты такая взялась? – совсем близко подошел Айварс и почти навис над ней.
От него буквально пахнуло гневом. Или все же терпким мужским духом?
Хуже, что Китр заметно навострил уши. Но Мила не собиралась отчитываться о своем происхождении по первому требованию окружающих.
– Откуда взялась, там меня больше нет, – и не думала отодвигаться девушка, упрямо смотрела в темные глаза склонившегося мужчины. – Главное, что теперь именно вам повезло общаться со мной.
Рядом хохотнул Вернер, поддакивая с радостью и тем снижая градус напряжения.
Однако Мила все равно сбежала во двор, якобы контролировать готовку обеда.
Орги-наемники тоже притащили барашков. Кажется, или их самих стало больше?
Но сейчас Мила была занята – котлы уже установлены, дрова и воду мальчишки натаскали, пора закладывать мясо в будущие блюда. Повязать фартук, найденный в дальних кладовках таверны, помыть руки и можно приступать к готовке.
Взрослые орги внимательно следили за каждым движением ее рук. Мила даже почувствовала себя будто на важном экзамене под пристальным надзором многочисленных судий. Хорошо, что Торги рядом крутился, отвлекая ее разговорами, а иногда забывался и начинал по старой памяти хвататься за нож, помогая ей.
Он рассказывал ей, в каких городах успевал побывать. Она ему о том, как ездила в Дарлетх с волками и не могла там заселиться в гостиницы. Торги похвалялся ей, в каких боях поучаствовал и какие трофеи заработал, Мила ему со смешком описывала, как познакомилась с дарзанцами, когда заявилась в их постоялый двор, и те их переговоры – с Дрыхом и Нагкашем.
– Ты знаешь Нагкаша? – вдруг раздалось со стороны низким басом. Кстати, на санайском языке, на котором она трещала с Торги. – Говорила с ним?
Мила аж вздрогнула, как и нож в ее руке. Уже и забыла, что вокруг отираются еще незнакомые орги, которые тоже не скучали – кто-то разделывал за дровником приведенных с рынка животин, кто-то молча возился у других котлов.
Повернулась к говорящему.
– Ой, а я вас помню! Это вы забрали тогда Торги с дрохгара!
Этот здоровяк со шрамами на физиономии год назад увел ребенка в отряд наемников!
– Ур'гок, – сказал этот орг, и пока Мила пыталась понять, как это переводится, продолжил. – Нагкаш не стал бы говорить с человеческой девкой.
– Так Дрых не мог сам рассказать насчет дела, а там много чего нужно было объяснять, – пожала плечами Мила, вновь возвращаясь к нарезке мяса, сообразив, что орг ей назвался. Ну надо же, какая честь! – И кто еще лучше болтливой человечки может рассказать о чем угодно, да?
– Нагкаш не говорит с людьми, – не отставал от нее свежепредставившийся Ур'гок. – Никогда. Теперь.
– А, вы о его шрамах? Об этом мы с ним тоже поговорили. Но вообще, мы вначале говорили о кухне... блюдах ваших, орочьих. Да и потом он мою стряпню оценил. Вы вначале попробуйте мою еду, потом, я уверена, тоже по-другому будете говорить!
Рядом похрюкивал Торги, давя в себе смех.
– Эт правда! Мила кого угодно заболтает. И накормит, – поддакивал он. – И драконов, и айна. Даже они ее слушали.
Взглядом Ур'гока можно было асфальт укатывать, но когда подобное смущало иномирянку?
– Иначе откуда у меня дарзанские ребята? Я же их не украла! – без пауз продолжала "болтливая" человечка, переходя на смесь орочьих диалектов. – Шо-огр, скажи? Доверили бы мне вас, если бы мы с Нагкашем не общались?
Нужный парень материализовался рядом с ней как из-под земли.
– Правду говорит, – коротко доложился он под взглядами чужих воинов. А потом неожиданно прозвучало: – У наших даже головы болеть стали от этой человечки. Нагкаш сказал, чтоб мы ее подальше увезли, надоела, а Могтар – что ежели смогем выдерживать подолгу ее трескотню, то потом с любыми человеками справимся. Даже с магами.
– Чего?! – с возмущением обернулась на него Мила, услышав такие подробности.
Шогр лыбился, оголив нижние клычки. И это был не показатель его агрессии, а именно проявление юмора. От кого он только такого нахватался?! Торги уже в полный голос гоготал. Другие орги со все еще серьезными физиономиями со всего двора оборачивались на них.
– Откуда у тебя дарголская поросль? – еще один громила, появившийся рядом беззвучно, проявил любопытство. – Здесь кого ты знаешь?
– Здесь никого, – призналась Мила, опять вынужденно отвлекаясь от готовки. Стоя у очередного котла и покручивая запястьем, разминала кисть с ножом – чужим, поэтому большим и неудобным. – Этих мне сразу выдали, можно сказать, прямо на входе. Не знаю зачем, но зато в обмен на урганиш.
По двору пронеслась волна удивленных уханий. То есть ее болтовню весь двор слушал? Хотя с их-то слухом неудивительно. Торги перестал смеяться.
– Быть не может, Мила! Чтоб урганиш... – не сдержался он и высказал, видимо, всеобщее неверие.
– Урнак, скажи? – произнесла девушка, даже не став искать того взглядом в толпе вокруг.
И да, этот парень с бусинками в косах тоже появился, вывинтившись вперед меж взрослыми лысыми оргами, и что-то быстро заговорил на своем наречии. Мила успевала выхватывать только редкие знакомые слова, пока еще одно подозрительно знакомое слово не встретилось.
– Орнуг? – повторила она едва слышно. Откуда ей это слово – или все-таки имя? – знакомо?
– Орнуг! – стукнул себя в грудь тот любопытный орг. Значит, все-таки имя. – А ты Милдред, знатнорожденная без рода, которая жила у Лайнфаэра год. И выжила.
Последнее он добавил, будто сам себе не верил.
Какой он, оказывается, всеведущий. Кстати, был ли он сразу с Торги на рынке или позже откуда-то появился?
Здоровяк продолжил тем временем:
– Почему к тебе теперь приходят айны? – он еще и с отличной памятью, хотя все орги такие. – Но не убивают.
Ему только "мотиватором" быть – последнее таким тоном сказал, словно не одобрял поведение айнов!
– Долгая история, – пыталась увильнуть Мила.
Но орг взял и... присел на один из чурбаков, что стояли поблизости.
Он что, приготовился ее слушать? Даже если долго?
К счастью, их отвлекли – во дворе, ставшем сразу таким маленьким, прибыло еще оргов!
Эти были местными – не лысые, как дарголцы, а с тонкими косичками в черных жестких волосах, на кончиках которых поблескивали металлические бусины с выгравированными значками. И парочку из этих гостей Мила даже признала – вон тот мужик, приходящий в прошлый раз, как раз велел ей взять к себе мальчишек.
К несчастью, орги недолго друг на друга отвлеклись. Позыркали друг на друга, обменялись краткими приветствиями, и... Орнуг, так и не вставший при появлении новеньких, снова повернулся к чистящей овощи Миле и напомнил:
– Айны. Почему здесь?
Новенький, который назвался как-то созвучно Зоргар, вроде тоже заинтересовался. Окинул человечку взглядом и тоже присел на чурбак рядом с гостем города.
Придется как-то выкручиваться.
– Давным-давно, еще до того, как я попала в Санай, – начала Мила, осторожно подбирая слова так, чтобы они не были ложью, и покосилась на своих ребят, которые отирались поблизости и тоже внимательное слушали. – Я успела пожить в другом месте. Очень-очень далеком отсюда...
– Где было много льда? И замерзшего... всего? – встрял Китр, гордый своей догадкой.
Но получил дружные недовольные взгляды от взрослых оргов и, втянув голову в плечи, стих.
– Да, где иногда было много льда, – размеренно продолжала Мила. – Разное видела, много читала... тамошние книжки. Айны об этом узнали... – а если бы Лайн им не донес, то не узнали бы! Но уже поздно переживать. – ...И захотели тоже... узнать о всяком интересном из тех мест. Поэтому нашли меня и договорились с драконами, что... будут общаться со мной.
Сказала и замолчала. Она тоже умеет быть краткой.
– На каких условиях общаться? – почему-то напрягся рядом Торги.
Его старшие осаживать не стали.
– На взаимовыгодных. Ну, вроде того, – ответила Мила. – Я буду рассказывать им интересное на свое усмотрение, а они обещались поставлять зелень... за плату, правда, но недорого, в наши таверны. В смысле во все таверны нашей сети. Правда, теперь думаю, надо было сразу требовать еще хотя бы по одному воплощенному артефакту... вроде как опытный образец для испытаний.
– Че? – не сдержался кто-то из слушателей, которых собиралось вокруг все больше.
– Они будут поставлять тебе зелень в обмен на разговоры? – даже Торги не поверил ее словам, озадаченно почесывая затылок и поглядывая на ее мальчишек, которые будто должны сейчас опровергнуть сказанное. – Вроде того, как Лайнфаэр тогда Гракгашу для тебя приносил? Вот прям за разговоры? Твои?
– За плату. И не мне, а в таверны. Поэтому счета за те поставки хозяева таверн будут оплачивать. Зато на регулярной основе, мы пока на один год договаривались, а там видно будет.
Главный гость из местных что-то сказал, и Урнак, оказавшийся позади Милы, быстро перевел его слова на более понятную ей смесь санайского, который он сам только недавно стал учить, и других оргских диалектов. Что, мол, неужели айны согласились что-то делать ради человека? И по его, то есть ее требованию.
– Айны просто оказались более любопытными, чем вы, орги, – хмыкнула Мила, добавляя в котел будущей похлебки нужные корешки, которые только что почистила и порезала кусками прямо в ладони. – На-а-астолько любопытными, что даже согласны на некоторые уступки для одного из ненавистных им человеков.
А еще они точно не упустят возможность стать монополистами по созданию артефактов по иномирным идеям, но об этом умолчала.
– Зачем тебе таверны с оргами? Какой еще сети? – зато Орнуг оказался самым въедливым и дальновидным из слушателей.
