Раиса Борисовна Николаева
Роман
ТАНЦОВЩИЦА
Клари уже столько раз перевоплощалась, постоянно приходя в себя в чужом теле, что уже ничему не удивлялась и ничего не боялась. Открыв глаза, она, уже в который раз, внимательно и осторожно осмотрела все доступное взору пространство, не пытаясь сразу вскочить на ноги. Да, да, каждый раз оказываясь в чужом теле, она заставала это тело лежащим, причем не только на кровати, а порой в самых неожиданных местах, например на берегу реки, или в лесу в ловчей яме, или в подвале на холодных камнях, что поделать, ее душа перемещалось в чужое тело, только после того, как душа бывшего владельца отправлялась на перерождение.
Поэтому в первый момент Клари (это имя, она считала своим настоящим) медленно осматривалась, осторожно поворачивая голову то в одну, то в другую сторону. В этот раз ей кажется, повезло, она попала в тело молодой женщины, явно живущей в роскоши и достатке. Успокоившись, Клари закрыла глаза и приготовилась принять в свое сознание память умершей. Картинки закружились в ее сознании с безумной скоростью, шквал чужих чувств обрушился на нее, грозя утопить в эмоциях. Так было не всегда, и зависело, в первую очередь, от психологического состояния, бывшего владельца тела, но в этот раз эмоции были похожи на взорвавшийся гейзер и били с небывалой силой. Клари сосредоточилась, стараясь взять эти эмоции под контроль. Она медленно и глубоко вздохнула несколько раз, заставляя себя успокоиться и после десятого вздоха, ей это удалось. Вот теперь Клари осторожно приподнялась, спустила ноги с роскошного ложа на пол, и встала с кровати. Как всегда перед глазами сразу все поплыло, но Клари не рухнула снова на кровать, а лишь замерла неподвижно, ожидая, когда пройдет эта мимолетная слабость. Так и случилось.
Она медленно обошла комнату, потом зашла комнату для омовений, потом перешла в комнату, очевидно служившую гостиной. Клари шла медленно, смотрела очень внимательно, обращая внимание на малейшие детали. Ей хотелось получить независимое представление о девушке, в чьем теле она оказалась, до того как их сознания и их память сольются воедино.
Ну что сказать? Девушка не была обременена ни большим умом, ни широким кругозором. Нигде не было видно ни книг, ни писчей бумаги, ни перьев с чернилами. Зато, аж четыре зеркала. Три зеркала в полный рост и одно небольшое на туалетном столике. Зеркала были красивы. Немного затемненные, из-за чего отражения выглядели прекрасными и таинственными. Клари мельком оглядела новую себя. Красива просто невероятно. Кого-то это отображение ей напоминало. Клари прикрыла глаза, быстро перебирая в памяти подходящие типажи. Точно! В фильме «Мумия» младшая жена фараона возлюбленная Имхотепа. Как же ее звали? А! Неважно. Точно, очень похожа. Клари присмотрелась к своему отображению, и решила, что она еще красивее. Клари снова оглянулась по сторонам. Чем занималась эта девушка? Ответ нашелся еще в одной комнате, дверь в которую Клари заметила не сразу. Она вошла внутрь и ахнула. Комната была набита нарядами, тканями, шалями, покрывалами и многими, многими вещами, которые были обязаны украсить хозяйку, сделав ее еще прекраснее. Похоже, что девушка день и ночь она думала только о том, как понравиться Господину и какие наряды, и украшения для этого надо заказать… Стоп! Понравиться Господину?! Клари тяжело вздохнула, догадавшись, что она попала в тело наложницы гарема. Такого с ней еще не было. Клер тряхнула головой, решив про себя, что и такой опыт может быть интересным. Оставалось выяснить, что же случилось с этой девушкой? От чего она умерла? Клер погрузилась в воспоминания.
… Ее звали Селинэ. В возрасте четырех лет родители продали Селинэ в Храм, в котором готовили храмовых танцовщиц, продавая затем в гаремы знатных вельмож. Красота Селинэ сразу же выделила ее среди других девочек. Ее и еще двух девочек обучали отдельно ото всех, готовя в гарем не просто богатого и зажиточного человека, а готовя в гарем самого Повелителя. Прошло несколько лет, и вот в один из дней было объявлено, что они втроем будут танцевать перед Повелителем. Он выберет только одну, и именно она отправиться с Повелителем во дворец, чтобы стать его возлюбленной, чтобы стать жемчужиной гарема. Как же Селинэ волновалась! Как же ей хотелось понравиться Повелителю! Селинэ танцевала так, как не танцевала никогда, вкладывая в танец всю свою страсть, все свое желание понравиться этому мужчине. И она понравилась. И он выбрал ее одну и увез в свой дворец, и она стала самой прекрасной жемчужиной гарема… жаль, что это продлилось недолго.
Клари, словно кинопленку, мысленно прокручивала память Селинэ. Как можно быстрее пролистнула моменты первой близости, потом очень быстро просмотрела недели скучнейшей, тягучей, словно патока, жизни Селинэ в качестве звезды гарема Повелителя. Н-да. Клари вынуждена была признать, что мужик еще долго продержался. Видеть рядом с собой хоть и красивое, но совершенно безмозглое существо (а Селинэ была именно существом, человеком ее назвать просто не поворачивался язык). Ну а как еще можно относиться к тому, кто на любой вопрос отвечает: «Как тебе угодно, Повелитель. Все будет, так как ты прикажешь Повелитель. Мне нравится то, что тебе нравится, Повелитель». А Селинэ отвечала именно так, да не просто отвечала, она так, действительно, думала и так, действительно, чувствовала. Ни каких собственных мыслей, никаких собственных желаний. Мужчина несколько раз пытался что-то рассказать, о чем-то посоветоваться, но Селинэ было достаточно слушать звук его голоса, а сами слова она не воспринимала, лишь ласково терлась о его руки, о его бедра. Бррррр! Но самым страшным были мысли Селинэ, когда Повелитель ее отсылал в комнаты.
Селинэ думала только о том, как понравиться Повелителю и все свободное время примеряла наряды, разучивала новые танцевальные движения и меняла прически. Она не уставала по тридцать раз в день переодеваться, не уставала по нескольку заставлять служанок переплетать ей волосы, украшая их то цветами, то перьями редких птиц, то драгоценностями. Это была такая жесть с точки мировоззрения Клари, такая беспросветная скукота, такая тоска, что и представить невозможно. А вот Селинэ была счастлива. Она записывала на магические кристаллы свое изображение то в том, то в другом наряде, потом придирчиво рассматривала, потом что-то меняла и снова записывала и снова рассматривала. Это был какой-то нескончаемый ужас. Если Повелитель говорил ей, что ему понравился или какой-то танец, или какие-то ее ласки, она начинала до бесконечности это повторять, пока это не надоедало мужчине до чертиков. Повелителю оставалось только посочувствовать! Он выдержал целый год. Очевидно, Селинэ его и правда чем-то зацепила, но потом он стал все реже и реже приглашать ее в свои покои. Селинэ страдала и плакала, виня во всем завистниц, думая, что на нее наслали проклятие, но то, что умному мужчине с ней просто скучно, Селинэ даже в голову не приходило… а потом наступил тот страшный день.
Повелитель вызвал ее в свои покои, предупредив, что хочет видеть ее самый красивый танец. Селинэ выбрала самый откровенный наряд, который тем не менее был очень роскошным. Она шла в покои Повелителя в предвкушении такого счастья, такой радости, близости у них не было уже несколько дней, и Селинэ изнывала от неутоленного желания. – Когда эти воспоминания промелькнули в сознании Клари, она презрительно скривилась: так унижаться из-за желания чтобы тебе въехали – какая глупость! Но Селинэ думала иначе. И какое же ее ждало разочарование.
- Селинэ – ты моя любимая наложница, - спокойным, почти равнодушным голосом сказал Повелитель. – Но у меня появилась новая танцовщица – Гардэ, - с этими словами он кивнул куда-то в бок, и Селинэ, проследив за взглядом Повелителя, увидела девушку, что стояла почти обнаженная, едва прикрытая прозрачными лоскутами танцевального костюма. - Вы будете одновременно танцевать для меня, - продолжал, между тем, Повелитель, - и та, чей танец мне больше понравится, останется со мной и именно она станет моей Жемчужиной. – Клари заскрипела зубами:
- Вот урод! – в ярости прошептала она. – Танцевать перед этим козлом! А он, значит, жюри в единственном числе. Вот же скотина, - возмущенно шипела она. А вот Селинэ встала перед ложем мужчины без единого намека на неудовольствие. Она хотела победить, она хотела, чтобы Повелитель вновь выбрал ее. Девушки танцевали рядом друг с другом, потом то одна то другая по знаку Повелителя приближались к нему, танцуя прямо перед ним. Селинэ старалась. Как же она старалась! Ее гибкое тело извивалось, босые ступки не знали отдыха, без устали кружа свою хозяйку по кругу. Каждый раз, приближаясь к Повелителю, Селинэ с мольбой старалась заглянуть ему в глаза. Клари, в подчинении которой перебывало уже двенадцать команд с не самыми легкими в общении существами, один раз взглянув на Повелителя глазами Селинэ, сразу же поняла, что он ее не выберет. Нет, Повелитель ничем не выдавал свое предпочтение ни одной из танцующих девушек, и все же Клари безошибочно поняла, что мужчина уже сделал свой выбор, и это была не Селинэ.
Так и случилось. Когда музыка затихла, две танцовщицы приблизились к Повелителю и он надел на голову соперницы Селинэ диадему по центру украшенную редкой жемчужиной, символом того, кем эта девушка стала. У Селинэ не хватило ни гордости, ни достоинства, чтобы с честью принять поражение, она рухнула на колени, прижалась лицом к ступням мужчины и стала молить его не забирать у нее свою любовь. Селинэ лежала на полу, поэтому Клари не знала, как повел себя мужчина, но судя по тому, что Селинэ вынесли из комнаты, было понятно, что он отдал этот приказ. Селинэ уложили на кровать. Несколько прислужниц хлопотали вокруг нее, но как-то, на взгляд Клари без особого энтузиазма. Было понятно, что как только Селинэ потеряла любовь Повелителя, ее звезда мгновенно закатилась. Но саму Селинэ такие мелочи не волновали, она испытывала такую боль, такое отчаяние, которое нарастало и нарастало с каждой секундой, пока в какой-то момент ее сердце не остановилось. Да, Селинэ просто умерла, лишившись любви. Когда Клари это осознала, то была по-настоящему потрясена. Ей приходилось испытывать такие трудности, такие лишения, а тут какой-то хмырь! Ну разлюбил и что тут такого? Он ее оставил в роскошных комнатах, не забрал ни слуг, ни украшения. Мало того, он подарил Селинэ вечную молодость, то есть пока она будет жить, то ее красота и молодость сохраняться, даже если ей будет сто пятьдесят лет. И Селинэ вместо того, чтобы воспользоваться такими подарками судьбы предпочла умереть от горя! Нет, Клари этого совершенно не понимала. Впрочем, какая разница!
Клари потянулась, как кошка, потом встрепенулась, потом отбросив в сторону воспоминания Селинэ, задумалась о своих собственных проблемах. Итак, что мы имеем? Роскошные условия жизни – это плюс. Отсталый в техническом плане мир – это минус. Каких-нибудь особенных вещей и предметов тут найти, скорее всего, не получится, да и отсек с вещами практически полон, а вот отсек с продуктами заполнен всего на две трети. Значит, собираем еду! На всякий случай Клари зашла в гардеробную, осмотрела наряды Селинэ, выбрала три длинных тончайших покрывала из шелка, и начала плотно их скручивать, решив, что они подойдут для противомоскитной сетки, ну или в крайнем случай для процеживания бульона или какого-то отвара. Платья Селинэ были непрактичны, также как и обувь, которая была без задников. Клари стала рассматривать украшения, а особенно комплект с бриллиантами. Воровато оглянувшись она вытащила монокуляр и стала сквозь него рассматривать камни. Ну что сказать? Камни были, конечно, хороши, тем более что они были натуральными, и все же искусственные камни, созданные в космосе на корабле, были на порядок лучше. Бриллианты Клари брать не стала, вместо них она выбрала несколько небольших колье и браслетов, мало ли куда ее может забросить провидение, эти украшения можно продать, золото и камни ценились во многих мирах.
Клари еще раз перебрала украшение Селинэ, она надеялась найти изделия из платины – вот этот металл ей очень бы пригодился. Но, увы, украшений из платины не было, только золото и серебро. «Ну и фиг с ним, - беспечно подумала Клари, - в отсеке, где хранились вещи места все равно нет. Буду запасать еду!». Какое же страшное разочарование ее ожидало совсем-совсем скоро, когда для Селинэ принесли завтрак.
Серебряное блюдо, украшенное камнями, на котором располагалось несколько крошечных предметов. Во-первых, чайник, сделанный из какого-то невесомого фарфора, к нему прилагалась чашечка с блюдцем, а также тарелочка, на которой лежала лепешка величиной с ладонь Селинэ (это было не случайностью, размер лепешки соответствовал размеру ладони Селинэ), рядом находилась небольшая пиала с какой-то светло-коричневой субстанцией. Служанка низко поклонилась, а, потом, не спрашивая, видимо по ранее заведенному обычаю, разорвала лепешку на четыре части, аккуратно положив их на тарелку. Селинэ кивнула в знак благодарности, и служанка неслышно покинула комнату. Клари посмотрела на эти четыре несчастных кусочка и тяжело вздохнула. Было понятно, что с таким завтраком еды на запас не собрать. Что ж, придется ждать обеда. Лепешка была безумно вкусной, такой же вкусной была и подливка в пиале. Что-то фруктово-орехово-масляное. Чай был не сладким, но очень приятным на вкус. Завтрак Клари понравился. Примерно через час в ее комнаты без стука ворвалась женщина. Клари, призвав память Селинэ поняла, что перед ней наставница Селинэ по храмовым танцам - жрица Леная.
- Я знаю, откуда эта Гардэ! – взволнованным голосом, прямо с порога, закричала она. – Ее привезли из Храма Королевской Кобры! - Клари нахмурилась и прикрыла глаза, пытаясь вспомнить, к какому Храму принадлежала она. Огненная Саламандра! А что, красиво звучит.
- Разве танец Огненной Саламандры хуже танца Королевской Кобры? – осторожно спросила она.
- Ты же видела, что хуже! Повелителю танец Гардэ понравился больше. – Клари нахмурилась. Хотелось сказать, что вкусы разные, кому-то нравится кобра, а кому-то мангуст, но самое главное, ей хотелось сказать, что Правитель выбирал не танец, а девушку. И если он захотел Гардэ, то она могла бы двигаться с грацией парализованной черепахи – он все равно бы выбрал ее. Клари хотела все это сказать… но не сказала. Причина была проста. Жрица Леная совсем немного отличалась по умственному развитию от Селинэ и также свято, как и та верила, что все дело только в красивых танцевальных движениях.
«Кстати, - вдруг подумала Клари, - а где была эта жрица вчера? Почему она не прибежала утешать Селинэ сразу после проигрыша. Разве настоящие тренеры… в смысле наставники, так себя ведут со своими подопечными?», - и словно отвечая на немой вопрос Клани, Леная с детской непосредственность и с праведным гневом в голосе сказала:
- После того, как Повелитель приказал отнести тебя в твои покои, он приказал этой кобре Гардэ переодеться и ждать его в своих комнатах. Я осторожно подошла к ней, чтобы спросить… - тут Леная как-то замялась, а потом лживым голосом продолжила: - Хотела спросить, кто ее наставница по танцу...
Роман
ТАНЦОВЩИЦА
Часть 1
Глава 1
Клари уже столько раз перевоплощалась, постоянно приходя в себя в чужом теле, что уже ничему не удивлялась и ничего не боялась. Открыв глаза, она, уже в который раз, внимательно и осторожно осмотрела все доступное взору пространство, не пытаясь сразу вскочить на ноги. Да, да, каждый раз оказываясь в чужом теле, она заставала это тело лежащим, причем не только на кровати, а порой в самых неожиданных местах, например на берегу реки, или в лесу в ловчей яме, или в подвале на холодных камнях, что поделать, ее душа перемещалось в чужое тело, только после того, как душа бывшего владельца отправлялась на перерождение.
Поэтому в первый момент Клари (это имя, она считала своим настоящим) медленно осматривалась, осторожно поворачивая голову то в одну, то в другую сторону. В этот раз ей кажется, повезло, она попала в тело молодой женщины, явно живущей в роскоши и достатке. Успокоившись, Клари закрыла глаза и приготовилась принять в свое сознание память умершей. Картинки закружились в ее сознании с безумной скоростью, шквал чужих чувств обрушился на нее, грозя утопить в эмоциях. Так было не всегда, и зависело, в первую очередь, от психологического состояния, бывшего владельца тела, но в этот раз эмоции были похожи на взорвавшийся гейзер и били с небывалой силой. Клари сосредоточилась, стараясь взять эти эмоции под контроль. Она медленно и глубоко вздохнула несколько раз, заставляя себя успокоиться и после десятого вздоха, ей это удалось. Вот теперь Клари осторожно приподнялась, спустила ноги с роскошного ложа на пол, и встала с кровати. Как всегда перед глазами сразу все поплыло, но Клари не рухнула снова на кровать, а лишь замерла неподвижно, ожидая, когда пройдет эта мимолетная слабость. Так и случилось.
Она медленно обошла комнату, потом зашла комнату для омовений, потом перешла в комнату, очевидно служившую гостиной. Клари шла медленно, смотрела очень внимательно, обращая внимание на малейшие детали. Ей хотелось получить независимое представление о девушке, в чьем теле она оказалась, до того как их сознания и их память сольются воедино.
Ну что сказать? Девушка не была обременена ни большим умом, ни широким кругозором. Нигде не было видно ни книг, ни писчей бумаги, ни перьев с чернилами. Зато, аж четыре зеркала. Три зеркала в полный рост и одно небольшое на туалетном столике. Зеркала были красивы. Немного затемненные, из-за чего отражения выглядели прекрасными и таинственными. Клари мельком оглядела новую себя. Красива просто невероятно. Кого-то это отображение ей напоминало. Клари прикрыла глаза, быстро перебирая в памяти подходящие типажи. Точно! В фильме «Мумия» младшая жена фараона возлюбленная Имхотепа. Как же ее звали? А! Неважно. Точно, очень похожа. Клари присмотрелась к своему отображению, и решила, что она еще красивее. Клари снова оглянулась по сторонам. Чем занималась эта девушка? Ответ нашелся еще в одной комнате, дверь в которую Клари заметила не сразу. Она вошла внутрь и ахнула. Комната была набита нарядами, тканями, шалями, покрывалами и многими, многими вещами, которые были обязаны украсить хозяйку, сделав ее еще прекраснее. Похоже, что девушка день и ночь она думала только о том, как понравиться Господину и какие наряды, и украшения для этого надо заказать… Стоп! Понравиться Господину?! Клари тяжело вздохнула, догадавшись, что она попала в тело наложницы гарема. Такого с ней еще не было. Клер тряхнула головой, решив про себя, что и такой опыт может быть интересным. Оставалось выяснить, что же случилось с этой девушкой? От чего она умерла? Клер погрузилась в воспоминания.
… Ее звали Селинэ. В возрасте четырех лет родители продали Селинэ в Храм, в котором готовили храмовых танцовщиц, продавая затем в гаремы знатных вельмож. Красота Селинэ сразу же выделила ее среди других девочек. Ее и еще двух девочек обучали отдельно ото всех, готовя в гарем не просто богатого и зажиточного человека, а готовя в гарем самого Повелителя. Прошло несколько лет, и вот в один из дней было объявлено, что они втроем будут танцевать перед Повелителем. Он выберет только одну, и именно она отправиться с Повелителем во дворец, чтобы стать его возлюбленной, чтобы стать жемчужиной гарема. Как же Селинэ волновалась! Как же ей хотелось понравиться Повелителю! Селинэ танцевала так, как не танцевала никогда, вкладывая в танец всю свою страсть, все свое желание понравиться этому мужчине. И она понравилась. И он выбрал ее одну и увез в свой дворец, и она стала самой прекрасной жемчужиной гарема… жаль, что это продлилось недолго.
Клари, словно кинопленку, мысленно прокручивала память Селинэ. Как можно быстрее пролистнула моменты первой близости, потом очень быстро просмотрела недели скучнейшей, тягучей, словно патока, жизни Селинэ в качестве звезды гарема Повелителя. Н-да. Клари вынуждена была признать, что мужик еще долго продержался. Видеть рядом с собой хоть и красивое, но совершенно безмозглое существо (а Селинэ была именно существом, человеком ее назвать просто не поворачивался язык). Ну а как еще можно относиться к тому, кто на любой вопрос отвечает: «Как тебе угодно, Повелитель. Все будет, так как ты прикажешь Повелитель. Мне нравится то, что тебе нравится, Повелитель». А Селинэ отвечала именно так, да не просто отвечала, она так, действительно, думала и так, действительно, чувствовала. Ни каких собственных мыслей, никаких собственных желаний. Мужчина несколько раз пытался что-то рассказать, о чем-то посоветоваться, но Селинэ было достаточно слушать звук его голоса, а сами слова она не воспринимала, лишь ласково терлась о его руки, о его бедра. Бррррр! Но самым страшным были мысли Селинэ, когда Повелитель ее отсылал в комнаты.
Селинэ думала только о том, как понравиться Повелителю и все свободное время примеряла наряды, разучивала новые танцевальные движения и меняла прически. Она не уставала по тридцать раз в день переодеваться, не уставала по нескольку заставлять служанок переплетать ей волосы, украшая их то цветами, то перьями редких птиц, то драгоценностями. Это была такая жесть с точки мировоззрения Клари, такая беспросветная скукота, такая тоска, что и представить невозможно. А вот Селинэ была счастлива. Она записывала на магические кристаллы свое изображение то в том, то в другом наряде, потом придирчиво рассматривала, потом что-то меняла и снова записывала и снова рассматривала. Это был какой-то нескончаемый ужас. Если Повелитель говорил ей, что ему понравился или какой-то танец, или какие-то ее ласки, она начинала до бесконечности это повторять, пока это не надоедало мужчине до чертиков. Повелителю оставалось только посочувствовать! Он выдержал целый год. Очевидно, Селинэ его и правда чем-то зацепила, но потом он стал все реже и реже приглашать ее в свои покои. Селинэ страдала и плакала, виня во всем завистниц, думая, что на нее наслали проклятие, но то, что умному мужчине с ней просто скучно, Селинэ даже в голову не приходило… а потом наступил тот страшный день.
Повелитель вызвал ее в свои покои, предупредив, что хочет видеть ее самый красивый танец. Селинэ выбрала самый откровенный наряд, который тем не менее был очень роскошным. Она шла в покои Повелителя в предвкушении такого счастья, такой радости, близости у них не было уже несколько дней, и Селинэ изнывала от неутоленного желания. – Когда эти воспоминания промелькнули в сознании Клари, она презрительно скривилась: так унижаться из-за желания чтобы тебе въехали – какая глупость! Но Селинэ думала иначе. И какое же ее ждало разочарование.
- Селинэ – ты моя любимая наложница, - спокойным, почти равнодушным голосом сказал Повелитель. – Но у меня появилась новая танцовщица – Гардэ, - с этими словами он кивнул куда-то в бок, и Селинэ, проследив за взглядом Повелителя, увидела девушку, что стояла почти обнаженная, едва прикрытая прозрачными лоскутами танцевального костюма. - Вы будете одновременно танцевать для меня, - продолжал, между тем, Повелитель, - и та, чей танец мне больше понравится, останется со мной и именно она станет моей Жемчужиной. – Клари заскрипела зубами:
- Вот урод! – в ярости прошептала она. – Танцевать перед этим козлом! А он, значит, жюри в единственном числе. Вот же скотина, - возмущенно шипела она. А вот Селинэ встала перед ложем мужчины без единого намека на неудовольствие. Она хотела победить, она хотела, чтобы Повелитель вновь выбрал ее. Девушки танцевали рядом друг с другом, потом то одна то другая по знаку Повелителя приближались к нему, танцуя прямо перед ним. Селинэ старалась. Как же она старалась! Ее гибкое тело извивалось, босые ступки не знали отдыха, без устали кружа свою хозяйку по кругу. Каждый раз, приближаясь к Повелителю, Селинэ с мольбой старалась заглянуть ему в глаза. Клари, в подчинении которой перебывало уже двенадцать команд с не самыми легкими в общении существами, один раз взглянув на Повелителя глазами Селинэ, сразу же поняла, что он ее не выберет. Нет, Повелитель ничем не выдавал свое предпочтение ни одной из танцующих девушек, и все же Клари безошибочно поняла, что мужчина уже сделал свой выбор, и это была не Селинэ.
Так и случилось. Когда музыка затихла, две танцовщицы приблизились к Повелителю и он надел на голову соперницы Селинэ диадему по центру украшенную редкой жемчужиной, символом того, кем эта девушка стала. У Селинэ не хватило ни гордости, ни достоинства, чтобы с честью принять поражение, она рухнула на колени, прижалась лицом к ступням мужчины и стала молить его не забирать у нее свою любовь. Селинэ лежала на полу, поэтому Клари не знала, как повел себя мужчина, но судя по тому, что Селинэ вынесли из комнаты, было понятно, что он отдал этот приказ. Селинэ уложили на кровать. Несколько прислужниц хлопотали вокруг нее, но как-то, на взгляд Клари без особого энтузиазма. Было понятно, что как только Селинэ потеряла любовь Повелителя, ее звезда мгновенно закатилась. Но саму Селинэ такие мелочи не волновали, она испытывала такую боль, такое отчаяние, которое нарастало и нарастало с каждой секундой, пока в какой-то момент ее сердце не остановилось. Да, Селинэ просто умерла, лишившись любви. Когда Клари это осознала, то была по-настоящему потрясена. Ей приходилось испытывать такие трудности, такие лишения, а тут какой-то хмырь! Ну разлюбил и что тут такого? Он ее оставил в роскошных комнатах, не забрал ни слуг, ни украшения. Мало того, он подарил Селинэ вечную молодость, то есть пока она будет жить, то ее красота и молодость сохраняться, даже если ей будет сто пятьдесят лет. И Селинэ вместо того, чтобы воспользоваться такими подарками судьбы предпочла умереть от горя! Нет, Клари этого совершенно не понимала. Впрочем, какая разница!
Глава 2
Клари потянулась, как кошка, потом встрепенулась, потом отбросив в сторону воспоминания Селинэ, задумалась о своих собственных проблемах. Итак, что мы имеем? Роскошные условия жизни – это плюс. Отсталый в техническом плане мир – это минус. Каких-нибудь особенных вещей и предметов тут найти, скорее всего, не получится, да и отсек с вещами практически полон, а вот отсек с продуктами заполнен всего на две трети. Значит, собираем еду! На всякий случай Клари зашла в гардеробную, осмотрела наряды Селинэ, выбрала три длинных тончайших покрывала из шелка, и начала плотно их скручивать, решив, что они подойдут для противомоскитной сетки, ну или в крайнем случай для процеживания бульона или какого-то отвара. Платья Селинэ были непрактичны, также как и обувь, которая была без задников. Клари стала рассматривать украшения, а особенно комплект с бриллиантами. Воровато оглянувшись она вытащила монокуляр и стала сквозь него рассматривать камни. Ну что сказать? Камни были, конечно, хороши, тем более что они были натуральными, и все же искусственные камни, созданные в космосе на корабле, были на порядок лучше. Бриллианты Клари брать не стала, вместо них она выбрала несколько небольших колье и браслетов, мало ли куда ее может забросить провидение, эти украшения можно продать, золото и камни ценились во многих мирах.
Клари еще раз перебрала украшение Селинэ, она надеялась найти изделия из платины – вот этот металл ей очень бы пригодился. Но, увы, украшений из платины не было, только золото и серебро. «Ну и фиг с ним, - беспечно подумала Клари, - в отсеке, где хранились вещи места все равно нет. Буду запасать еду!». Какое же страшное разочарование ее ожидало совсем-совсем скоро, когда для Селинэ принесли завтрак.
Серебряное блюдо, украшенное камнями, на котором располагалось несколько крошечных предметов. Во-первых, чайник, сделанный из какого-то невесомого фарфора, к нему прилагалась чашечка с блюдцем, а также тарелочка, на которой лежала лепешка величиной с ладонь Селинэ (это было не случайностью, размер лепешки соответствовал размеру ладони Селинэ), рядом находилась небольшая пиала с какой-то светло-коричневой субстанцией. Служанка низко поклонилась, а, потом, не спрашивая, видимо по ранее заведенному обычаю, разорвала лепешку на четыре части, аккуратно положив их на тарелку. Селинэ кивнула в знак благодарности, и служанка неслышно покинула комнату. Клари посмотрела на эти четыре несчастных кусочка и тяжело вздохнула. Было понятно, что с таким завтраком еды на запас не собрать. Что ж, придется ждать обеда. Лепешка была безумно вкусной, такой же вкусной была и подливка в пиале. Что-то фруктово-орехово-масляное. Чай был не сладким, но очень приятным на вкус. Завтрак Клари понравился. Примерно через час в ее комнаты без стука ворвалась женщина. Клари, призвав память Селинэ поняла, что перед ней наставница Селинэ по храмовым танцам - жрица Леная.
- Я знаю, откуда эта Гардэ! – взволнованным голосом, прямо с порога, закричала она. – Ее привезли из Храма Королевской Кобры! - Клари нахмурилась и прикрыла глаза, пытаясь вспомнить, к какому Храму принадлежала она. Огненная Саламандра! А что, красиво звучит.
- Разве танец Огненной Саламандры хуже танца Королевской Кобры? – осторожно спросила она.
- Ты же видела, что хуже! Повелителю танец Гардэ понравился больше. – Клари нахмурилась. Хотелось сказать, что вкусы разные, кому-то нравится кобра, а кому-то мангуст, но самое главное, ей хотелось сказать, что Правитель выбирал не танец, а девушку. И если он захотел Гардэ, то она могла бы двигаться с грацией парализованной черепахи – он все равно бы выбрал ее. Клари хотела все это сказать… но не сказала. Причина была проста. Жрица Леная совсем немного отличалась по умственному развитию от Селинэ и также свято, как и та верила, что все дело только в красивых танцевальных движениях.
«Кстати, - вдруг подумала Клари, - а где была эта жрица вчера? Почему она не прибежала утешать Селинэ сразу после проигрыша. Разве настоящие тренеры… в смысле наставники, так себя ведут со своими подопечными?», - и словно отвечая на немой вопрос Клани, Леная с детской непосредственность и с праведным гневом в голосе сказала:
- После того, как Повелитель приказал отнести тебя в твои покои, он приказал этой кобре Гардэ переодеться и ждать его в своих комнатах. Я осторожно подошла к ней, чтобы спросить… - тут Леная как-то замялась, а потом лживым голосом продолжила: - Хотела спросить, кто ее наставница по танцу...
