— А ты кто? — спросила Даша, внимательно рассматривая её щупальца.
Они вышли из каморки.
— Я полуосьминог. Я из другого мира, — Одри старалась не смотреть на Дашу, чтобы не увидеть на её лице отвращение.
— А я думаю, почему ты так быстро всё успеваешь сделать? А у тебя много щупалец, — рассмеялась Даша, пробуя пальцем присоску, чем вызвала у Одри щекотку.
— На все щупальца мастер, — хмыкнула девушка.
— Ты меня не боишься? — не веряще спросила Одри.
— Нет. А должна? — удивилась Даша. — Ну, ног у тебя нет. У некоторых паралимпийцев тоже нет, и ничего — золотые медали выигрывают.
Даша улыбалась. Она несла откровенную чушь, чтобы скрыть свой шок. Правду она сказала — не боится, но шокирована. Как она столько времени не замечала?
— А как ты ноги делаешь? — не смогла сдержать любопытства.
Одри засмущалась, собрала щупальца вместе, вытянула их. Через некоторое время они пошли рябью — такое ощущение, что смотришь на них сквозь марево, и постепенно вместо охро-коричневых щупалец появились ноги. Вот почему у девушки бёдра казались такими широкими.
— Это невероятно, — восхитилась Даша и прижала руки к щекам, заворожённо глядя на ноги.
Одри расплылась в улыбке против воли.
— Мне надо уехать, — тихо произнесла она, комкая подол платья.
— Зачем и куда? — сразу с вопросами накинулась Даша.
— Ты видела, что у нас произошло? — шёпотом спросила Одри.
Даша нахмурилась. Кроме отключения электричества, ничего, что могло бы заставить Одри уехать, она не могла вспомнить. Осьминожка поняла, что Даша в замешательстве, встала со стула, взяла свой телефон и открыла видео — но его уже не было. Она поискала другие по запросу: больше половины было удалено, но в интернете сложно что-то удалить насовсем, и через время она всё же нашла то, что искала.
— Вот, смотри, — и вручила телефон Даше.
С каждой секундой проигрывания ролика брови Даши забирались всё выше.
— Кто они? Ты их знаешь? — теперь девушка действительно испугалась.
— Нет, она не из моего мира, но те, кто их отлавливал, могут и за мной прийти.
Одри замолчала, прикусила губу и отвернулась, сдерживая подступившие слёзы.
— Почему? — не поняла Даша.
Одри не была монстром, как те твари, ни на кого не нападала и вела себя даже лучше некоторых людей.
— Ну как почему? — Одри всплеснула руками. — Я из другого мира, я здесь нелегально!
Даша задумалась. На её лице явно читалась мыслительная деятельность — она действительно не видела связи между теми чудовищами и её Одри.
Рассуждая вслух, Даша начала перечислять, что есть у осьминожки, чего нет у тех пришельцев:
— Смотри, у тебя ателье, значит, у тебя документы в порядке, раз ты можешь заниматься легальной деятельностью.
В этом Даша была права — с юридической точки зрения всё было легально. У Одри было ИП, налоги она платила исправно. Но был один главный документ — паспорт. Подделка. Качественная, но подделка. Она сама его сделала. Пришлось пожертвовать собственной кожей, чтобы сделать обложку для главного документа в этом мире. Это была кропотливая и ювелирная работа — сделать так, чтобы ни один сканер не мог распознать подделку. Получилось не сразу, но за годы, проведённые в этом мире, она научилась многому.
— Я всё равно не понимаю, зачем тебе уезжать? — даже после признания подруги причина всё ещё казалась надуманной.
— Ну как? А если они меня найдут? — озвучила свои страхи Одри.
— А как они тебя найдут? За столько времени не нашли, а тут обязательно найдут? — скептически произнесла Даша.
В голове у Одри это было страшно и логично, но когда те же слова произнесла Даша, они прозвучали странно. Однако Одри нашла довод:
— Они будут искать сбежавших и прочёсывать город.
Довод звучал весомо, и, немного подумав, Даша согласилась — это вполне реально, но процент мал.
— Хорошо, давай не пороть горячку. Нужно подождать, пока схлынет шумиха, потому что они точно начнут проверять тех, кто резко решит куда-то сбежать, всё бросив, — говорила она шёпотом, поманив Одри пальцем, чтобы та нагнулась. — А что с ателье будет?
Даша приподняла бровь.
Об этом Одри не подумала. И людей подводить, которые доверились её опыту и мастерству, тоже неправильно.
— И мы только внесли аренду, — напомнила Даша.
Действительно, Одри только два дня назад внесла сумму по договору.
— Так что как минимум ещё месяц надо будет пробыть тут. И бросать оборудование неправильно — за оверлок и машинку для вышивки кредиты не оплачены.
— И то верно, — подтвердила Одри.
Когда адреналин схлынул и голос разума в виде Даши пробился сквозь её панику, она поняла: не может всё просто бросить и уехать.
— Давай сделаем так, — Даша взяла Одри за руку и поместила её ладонь между своих. — Мы максимально дорабатываем этот месяц, собираем деньги на поездку. За неделю до назначенной даты отъезда выставляем на продажу всё, что можно продать, продаём, гасим кредиты и потом вместе уезжаем.
Каждое слово она подтверждала мягким поглаживанием ладошки осьминожки.
Одри всхлипнула. Даша от этого вздрогнула. «Что снова не так?» — пронеслось в её голове.
— Спасибо, Дашенька. Ты просто не представляешь, каково это — постоянно быть одной и бояться... Я ведь совершенно одна здесь была, пока тебя не встретила...
У Даши самой навернулись слёзы. Она подошла к подруге и обняла её. Одри прижалась крепко, и они обе стояли и обливались слезами.
Когда последняя влажная салфетка, пропитанная слезами, отправилась в урну, девушки наконец смогли посмотреть друг на друга. Только тогда заметили последствия недавней потасовки. У Даши на лбу красовалась приличная шишка, а на руках Одри наливались багровые синяки. Посмотрели друг на друга и не сговариваясь рассмеялись — нервно, но искренне.
— Красивые мы, — хмыкнула Даша, осторожно трогая шишку.
— Очень, — согласилась Одри, потирая ушибленное место.
Свет ещё несколько раз мигал, моргал, даже возвращался на некоторое время, а потом снова тьма поглотила маленькое ателье. Не первый раз уже случалось подобное, и запас свечек был на постоянной основе у девушек в каморке. Не придумав ничего лучше, они взяли подставку под чайник со свечкой, которая воду, конечно, не вскипятила, но со временем разогрела её с чайными листьями до приемлемой отметки, чтобы можно было попить с пирожными. Которые хозяйка кофейни списала из-за того, что холодильник не работал и они вот-вот должны были испортиться, и перед закрытием раздала всем желающим. А таких в здании осталось немного: Одри, Даша и бариста.
— Я жила в городе, который во время приливов находился под водой, а во время отливов был обычным городом. У меня и там была небольшая лавочка, и во время отливов я торговала с людьми, а во время приливов — с русалками. Не сказать что я прям хорошо зарабатывала, но на жизнь хватало. Я задержалась, потому что заказчик должен был приплыть с минуты на минуту, но он задерживался, и погода изменилась — предсказывали шторм. Я его так и не дождалась, а возвращаться в море, чтобы укрыться на дне от шторма, не успевала и решила переждать в портовом городе. Ноги я могла имитировать. Когда я шла, стала свидетелем насилия и убийства девушки. Мне бы замереть и спрятаться, но я испугалась и закричала. А убийца погнался за мной. Бегаю на щупальцах я медленно, плаваю быстрей, и я не придумала ничего лучше, чем убежать к морю и с пирса прыгнуть в воду. А волны были сильные, и волна меня подхватила, ударила об пирс, и я потеряла сознание. А когда очнулась, оказалась в неизвестных мне водах и, как выяснилось позже, вообще в другом мире.
Когда Одри закончила свой рассказ и отхлебнула чая, электричество наконец дали. Девушки сидели, обе щурились от непривычно яркого света, и у обоих были красные носы и щёки.
По приезду Волков был злой как свора голодных собак. Он бросил носки с пеплом Заринель и, не сказав ни слова, пошёл к себе.
— Эй, Волчара, — крикнул ему вслед маг, — браслетики забыл! — усмехаясь.
Оборотень резко остановился, вытащил из кармана блокираторы и кинул их в мага. Бузье поймал их потоком воздуха, но на запястья не надел — так они и зависли.
Опешившая эльфийка смотрела на мага и не знала, что делать: бежать за мужем или как-то попытаться скрутить мага.
— Ты их надевать будешь? — тихо спросила она.
— Нет, — коротко ответил маг и повернул хитрые глаза к ней. — Господин Волков посчитал, что я не опасен.
Он улыбнулся и послал ей воздушный поцелуй с потоком воздуха. Заринель сделала резкий вдох и прикрыла глаза, но ветерок только растрепал ей волосы. Женщина стояла с несколько ошарашенным видом и торчащими во все стороны локонами.
Прижимая к себе импровизированные мешочки к груди, она бегом отправилась в отведённые им с Волковым апартаменты. Резко раскрыла дверь и влетела вихрем в ванную, где её муж вытирал волосы полотенцем.
— Дмитрий! Ты что наделал? Почему блокираторы не надел? — накинулась она на него.
Оборотень скривился. Да, он напортачил. Совсем забыл, что маг опасный. Он почему-то записал его к себе в команду после вторжения и после проделанной работы напрочь забыл про браслеты. А когда Бузье напомнил ему об этом, было глупо их на него надевать — потому что у этого выскочки было много времени сбежать и испепелить самого Волкова. И раз он не сбежал, то и не сбежит. Чуйка молчала, но он решил довериться поступку — маг не сбежал. А значит, и не сбежит. Он и так должен покаяться Игнату за оплошность.
— Зара, я знаю. Я забыл, — он снял с головы полотенце и чмокнул в нос супругу. — И это Бузье тебе передал. Пепел от сожжённых тварей. Не знаю, надо тебе или нет, но мы принесли.
Эльфийка посмотрела на носки и скривилась.
Обнажённый Волков потопал в комнату. Эльфийка последовала за ним.
— А теперь что будет? — поинтересовалась она, пока муж надевал боксёры.
Тот пожал плечами:
— Что-то нас точно ждёт. А хорошее или плохое — время покажет.
Донельзя довольный маг пришёл в столовую, но там не было еды — это его огорчило. Полазив по шкафчикам, которые аккуратно висели на стене, он нарыл печеньки, какую-то сухую лапшу со специями. Больше всего ему понравились шоколадные конфеты, и, не стесняясь ни капли, он съел все.
За этим делом его и застал Пётр.
— Ты что делаешь? — спросил он.
— Ем, не видно? — огрызнулся маг. — Вообще, почему не организовано питание? Я с задания вернулся, голодный между прочим. А меня и до, и после никто не покормил.
Он размахивал обёрткой от конфеты, и только сейчас Пётр увидел, что на Бузье нет браслетов. Они лежали сиротливо на столе. Не долго думая, он схватил стул и с криком бросился на мага. Тот на долю секунды удивился, но с траектории движения стула ушёл, сделав резкий прогиб в пояснице. Единственное, что он не учёл — что стоял возле стола. Он хорошо приложился об него и так на нём и остался, придавленный стулом, который всё же его настиг. Бузье скривился от боли. Глухой звук от удара головой услышал и Пётр.
— Ты совсем с катушек слетел? — зашипел Бузье. Стул его заблокировал, он не мог пошевелиться руками.
— Ты как браслеты снял? — загудел своим басом бывший ратник.
— Их Волков снял, — маг смотрел на Петра одним своим взглядом, показывая уровень своего отношения к его действиям.
— Как Волчара? — не поверил ему мужчина.
— Ты же понимаешь, если бы я хотел, я бы изжарил тебя вместе с этим стулом? — приподнял бровь Бузье.
Только когда маг озвучил это, Пётр понял, что он слаб и его попытки остановить мага выглядят как если бы ребёнок напал на него с надувной битой. Богатырь убрал стул и протянул руку, помогая магу принять вертикальное положение. Бузье не стал шутить или ехидничать — помощь принял, только потер ушибленное место. И они какое-то время сверлили друг друга глазами. Потом Пётр хмыкнул.
— Если есть хочешь, пошли, покормлю, — по-свойски предложил он.
— Давай, — согласился маг.
Он кинул взгляд на пустой пакет из-под конфет, полный фантиками.
— Это были конфеты Наташи, — сказал Пётр, глядя, как маг с тоской смотрит на кулёк.
— То-то они такие вкусные, — хохотнул маг. — Приду к ней за добавкой.
— Ты за собой убери. У нас самообслуживание, — отчитал его Пётр.
Маг закатил глаза и взял пакетик двумя пальцами, вопросительно уставился на собеседника. Тот указал ему на урну своей огромной лапищей с толстыми узловатыми пальцами. Маг кивнул и подошёл к тёмному металлическому цилиндру. Не поняв, где отверстие и куда что кидать, он просто положил пакетик сверху. Улыбнувшись, направился обратно, с чувством выполненного долга.
Пётр посмотрел на него — и в глазах у него читалось: «Идиот». Он взял мага за руку, снова подвёл к мусорке, наступил на механическую педаль, которая находилась внизу, у самого основания корпуса ведра, выступая вперёд. Крышка открылась, и он напоказ бросил кулёк в урну. Убрал ногу — крышка закрылась.
— Чудеса, — выдал маг и усмехнулся.
— Бестолочь, — буркнул Пётр и направился к выходу.
— Но-но-но, я бы попросил! Я сам Лекорбузье Эль Жуфлю! Да я этот кулёк испепелю одним щелчком! Да знаешь, что я самый великий маг! — все эти слова летели в спину Петра, но он не впечатлился.
Когда он уже надавил на ручку двери, открывая её, он обернулся к магу и сказал:
— Ага. А мусоркой пользоваться не умеешь.
И вышел.
Маг от этого заявления подавился своими словами и сказать против ничего не нашёл. Действительно, сей агрегат для него стал непостижимым с первого раза. Этот мир ему нравился с каждой проведённой минутой всё больше. И он хотел его изучить. Особенно конфеты. Он поспешил за Петром. А с того станется — он уйдёт, и Бузье останется голодным. Магия требовала энергии, раз накопителей ему не дают, то придётся по старинке — насыщаться едой.
Отъевшись от пуза, Бузье довольно растянулся на стуле. Ему не пришлось расстёгивать штаны на животе, как Петру, которому ремень стал слишком туг. У Бузье штаны болтались на тощих бёдрах.
— Хорошо, — протянул Пётр, отхлёбывая из литровой кружки.
Бузье, хоть и был худым, ел столько же, сколько и богатырь. Еда была простой, без изысков — тушёная картошка с мясом и зеленью. Вкусно и сытно. Горячий сладкий чай отлично завершил трапезу.
После еды у Бузье глаза сами начали закрываться, он начал клевать носом. Пётр это заметил.
— Ты где спать-то будешь? — спросил он.
— В камере или в больничке? — приоткрыв один глаз, спросил маг. — Других вариантов нет?
— Да шут его знает. Надо у Игната спросить, — пожал плечами мужчина.
— В принципе, какая разница. Кровать и кровать, не на земле же спать.
Бузье поднялся, размялся, пару раз покрутив корпус, и выдохнул.
— Сам дойдёшь или караулить надо? — прищурился Пётр.
— Ой, да сиди уже, караульщик, — махнул на него рукой Бузье и пошаркал к выходу. — Спасибо за ужин, — крикнул он напоследок и покинул территорию Петра.
«Что за беспечность?» — думал маг, когда шёл по пустым коридорам.
Послышались голоса, и он пошёл на звук. В тёмном коридоре виднелась полоска света — Бузье направился туда, открыл дверь и заглянул. Внутри сидели двое: Александр и Роман. Роман дремал на широком диване, а Саша играл на телефоне.
Бузье улыбнулся. Как только его заметили, один из дежуривших насторожился.
— Ты чё один бродишь? — нахмурился мужчина.
— Иду на боковую, — Бузье потёр глаз кулаком.
Александр, как и Пётр до него, среагировал молниеносно, выхватил пистолет и направил его на мага, сняв с предохранителя.
Они вышли из каморки.
— Я полуосьминог. Я из другого мира, — Одри старалась не смотреть на Дашу, чтобы не увидеть на её лице отвращение.
— А я думаю, почему ты так быстро всё успеваешь сделать? А у тебя много щупалец, — рассмеялась Даша, пробуя пальцем присоску, чем вызвала у Одри щекотку.
— На все щупальца мастер, — хмыкнула девушка.
— Ты меня не боишься? — не веряще спросила Одри.
— Нет. А должна? — удивилась Даша. — Ну, ног у тебя нет. У некоторых паралимпийцев тоже нет, и ничего — золотые медали выигрывают.
Даша улыбалась. Она несла откровенную чушь, чтобы скрыть свой шок. Правду она сказала — не боится, но шокирована. Как она столько времени не замечала?
— А как ты ноги делаешь? — не смогла сдержать любопытства.
Одри засмущалась, собрала щупальца вместе, вытянула их. Через некоторое время они пошли рябью — такое ощущение, что смотришь на них сквозь марево, и постепенно вместо охро-коричневых щупалец появились ноги. Вот почему у девушки бёдра казались такими широкими.
— Это невероятно, — восхитилась Даша и прижала руки к щекам, заворожённо глядя на ноги.
Одри расплылась в улыбке против воли.
— Мне надо уехать, — тихо произнесла она, комкая подол платья.
— Зачем и куда? — сразу с вопросами накинулась Даша.
— Ты видела, что у нас произошло? — шёпотом спросила Одри.
Даша нахмурилась. Кроме отключения электричества, ничего, что могло бы заставить Одри уехать, она не могла вспомнить. Осьминожка поняла, что Даша в замешательстве, встала со стула, взяла свой телефон и открыла видео — но его уже не было. Она поискала другие по запросу: больше половины было удалено, но в интернете сложно что-то удалить насовсем, и через время она всё же нашла то, что искала.
— Вот, смотри, — и вручила телефон Даше.
С каждой секундой проигрывания ролика брови Даши забирались всё выше.
— Кто они? Ты их знаешь? — теперь девушка действительно испугалась.
— Нет, она не из моего мира, но те, кто их отлавливал, могут и за мной прийти.
Одри замолчала, прикусила губу и отвернулась, сдерживая подступившие слёзы.
— Почему? — не поняла Даша.
Одри не была монстром, как те твари, ни на кого не нападала и вела себя даже лучше некоторых людей.
— Ну как почему? — Одри всплеснула руками. — Я из другого мира, я здесь нелегально!
Даша задумалась. На её лице явно читалась мыслительная деятельность — она действительно не видела связи между теми чудовищами и её Одри.
Рассуждая вслух, Даша начала перечислять, что есть у осьминожки, чего нет у тех пришельцев:
— Смотри, у тебя ателье, значит, у тебя документы в порядке, раз ты можешь заниматься легальной деятельностью.
В этом Даша была права — с юридической точки зрения всё было легально. У Одри было ИП, налоги она платила исправно. Но был один главный документ — паспорт. Подделка. Качественная, но подделка. Она сама его сделала. Пришлось пожертвовать собственной кожей, чтобы сделать обложку для главного документа в этом мире. Это была кропотливая и ювелирная работа — сделать так, чтобы ни один сканер не мог распознать подделку. Получилось не сразу, но за годы, проведённые в этом мире, она научилась многому.
— Я всё равно не понимаю, зачем тебе уезжать? — даже после признания подруги причина всё ещё казалась надуманной.
— Ну как? А если они меня найдут? — озвучила свои страхи Одри.
— А как они тебя найдут? За столько времени не нашли, а тут обязательно найдут? — скептически произнесла Даша.
В голове у Одри это было страшно и логично, но когда те же слова произнесла Даша, они прозвучали странно. Однако Одри нашла довод:
— Они будут искать сбежавших и прочёсывать город.
Довод звучал весомо, и, немного подумав, Даша согласилась — это вполне реально, но процент мал.
— Хорошо, давай не пороть горячку. Нужно подождать, пока схлынет шумиха, потому что они точно начнут проверять тех, кто резко решит куда-то сбежать, всё бросив, — говорила она шёпотом, поманив Одри пальцем, чтобы та нагнулась. — А что с ателье будет?
Даша приподняла бровь.
Об этом Одри не подумала. И людей подводить, которые доверились её опыту и мастерству, тоже неправильно.
— И мы только внесли аренду, — напомнила Даша.
Действительно, Одри только два дня назад внесла сумму по договору.
— Так что как минимум ещё месяц надо будет пробыть тут. И бросать оборудование неправильно — за оверлок и машинку для вышивки кредиты не оплачены.
— И то верно, — подтвердила Одри.
Когда адреналин схлынул и голос разума в виде Даши пробился сквозь её панику, она поняла: не может всё просто бросить и уехать.
— Давай сделаем так, — Даша взяла Одри за руку и поместила её ладонь между своих. — Мы максимально дорабатываем этот месяц, собираем деньги на поездку. За неделю до назначенной даты отъезда выставляем на продажу всё, что можно продать, продаём, гасим кредиты и потом вместе уезжаем.
Каждое слово она подтверждала мягким поглаживанием ладошки осьминожки.
Одри всхлипнула. Даша от этого вздрогнула. «Что снова не так?» — пронеслось в её голове.
— Спасибо, Дашенька. Ты просто не представляешь, каково это — постоянно быть одной и бояться... Я ведь совершенно одна здесь была, пока тебя не встретила...
У Даши самой навернулись слёзы. Она подошла к подруге и обняла её. Одри прижалась крепко, и они обе стояли и обливались слезами.
Когда последняя влажная салфетка, пропитанная слезами, отправилась в урну, девушки наконец смогли посмотреть друг на друга. Только тогда заметили последствия недавней потасовки. У Даши на лбу красовалась приличная шишка, а на руках Одри наливались багровые синяки. Посмотрели друг на друга и не сговариваясь рассмеялись — нервно, но искренне.
— Красивые мы, — хмыкнула Даша, осторожно трогая шишку.
— Очень, — согласилась Одри, потирая ушибленное место.
***
Свет ещё несколько раз мигал, моргал, даже возвращался на некоторое время, а потом снова тьма поглотила маленькое ателье. Не первый раз уже случалось подобное, и запас свечек был на постоянной основе у девушек в каморке. Не придумав ничего лучше, они взяли подставку под чайник со свечкой, которая воду, конечно, не вскипятила, но со временем разогрела её с чайными листьями до приемлемой отметки, чтобы можно было попить с пирожными. Которые хозяйка кофейни списала из-за того, что холодильник не работал и они вот-вот должны были испортиться, и перед закрытием раздала всем желающим. А таких в здании осталось немного: Одри, Даша и бариста.
— Я жила в городе, который во время приливов находился под водой, а во время отливов был обычным городом. У меня и там была небольшая лавочка, и во время отливов я торговала с людьми, а во время приливов — с русалками. Не сказать что я прям хорошо зарабатывала, но на жизнь хватало. Я задержалась, потому что заказчик должен был приплыть с минуты на минуту, но он задерживался, и погода изменилась — предсказывали шторм. Я его так и не дождалась, а возвращаться в море, чтобы укрыться на дне от шторма, не успевала и решила переждать в портовом городе. Ноги я могла имитировать. Когда я шла, стала свидетелем насилия и убийства девушки. Мне бы замереть и спрятаться, но я испугалась и закричала. А убийца погнался за мной. Бегаю на щупальцах я медленно, плаваю быстрей, и я не придумала ничего лучше, чем убежать к морю и с пирса прыгнуть в воду. А волны были сильные, и волна меня подхватила, ударила об пирс, и я потеряла сознание. А когда очнулась, оказалась в неизвестных мне водах и, как выяснилось позже, вообще в другом мире.
Когда Одри закончила свой рассказ и отхлебнула чая, электричество наконец дали. Девушки сидели, обе щурились от непривычно яркого света, и у обоих были красные носы и щёки.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ.
По приезду Волков был злой как свора голодных собак. Он бросил носки с пеплом Заринель и, не сказав ни слова, пошёл к себе.
— Эй, Волчара, — крикнул ему вслед маг, — браслетики забыл! — усмехаясь.
Оборотень резко остановился, вытащил из кармана блокираторы и кинул их в мага. Бузье поймал их потоком воздуха, но на запястья не надел — так они и зависли.
Опешившая эльфийка смотрела на мага и не знала, что делать: бежать за мужем или как-то попытаться скрутить мага.
— Ты их надевать будешь? — тихо спросила она.
— Нет, — коротко ответил маг и повернул хитрые глаза к ней. — Господин Волков посчитал, что я не опасен.
Он улыбнулся и послал ей воздушный поцелуй с потоком воздуха. Заринель сделала резкий вдох и прикрыла глаза, но ветерок только растрепал ей волосы. Женщина стояла с несколько ошарашенным видом и торчащими во все стороны локонами.
Прижимая к себе импровизированные мешочки к груди, она бегом отправилась в отведённые им с Волковым апартаменты. Резко раскрыла дверь и влетела вихрем в ванную, где её муж вытирал волосы полотенцем.
— Дмитрий! Ты что наделал? Почему блокираторы не надел? — накинулась она на него.
Оборотень скривился. Да, он напортачил. Совсем забыл, что маг опасный. Он почему-то записал его к себе в команду после вторжения и после проделанной работы напрочь забыл про браслеты. А когда Бузье напомнил ему об этом, было глупо их на него надевать — потому что у этого выскочки было много времени сбежать и испепелить самого Волкова. И раз он не сбежал, то и не сбежит. Чуйка молчала, но он решил довериться поступку — маг не сбежал. А значит, и не сбежит. Он и так должен покаяться Игнату за оплошность.
— Зара, я знаю. Я забыл, — он снял с головы полотенце и чмокнул в нос супругу. — И это Бузье тебе передал. Пепел от сожжённых тварей. Не знаю, надо тебе или нет, но мы принесли.
Эльфийка посмотрела на носки и скривилась.
Обнажённый Волков потопал в комнату. Эльфийка последовала за ним.
— А теперь что будет? — поинтересовалась она, пока муж надевал боксёры.
Тот пожал плечами:
— Что-то нас точно ждёт. А хорошее или плохое — время покажет.
***
Донельзя довольный маг пришёл в столовую, но там не было еды — это его огорчило. Полазив по шкафчикам, которые аккуратно висели на стене, он нарыл печеньки, какую-то сухую лапшу со специями. Больше всего ему понравились шоколадные конфеты, и, не стесняясь ни капли, он съел все.
За этим делом его и застал Пётр.
— Ты что делаешь? — спросил он.
— Ем, не видно? — огрызнулся маг. — Вообще, почему не организовано питание? Я с задания вернулся, голодный между прочим. А меня и до, и после никто не покормил.
Он размахивал обёрткой от конфеты, и только сейчас Пётр увидел, что на Бузье нет браслетов. Они лежали сиротливо на столе. Не долго думая, он схватил стул и с криком бросился на мага. Тот на долю секунды удивился, но с траектории движения стула ушёл, сделав резкий прогиб в пояснице. Единственное, что он не учёл — что стоял возле стола. Он хорошо приложился об него и так на нём и остался, придавленный стулом, который всё же его настиг. Бузье скривился от боли. Глухой звук от удара головой услышал и Пётр.
— Ты совсем с катушек слетел? — зашипел Бузье. Стул его заблокировал, он не мог пошевелиться руками.
— Ты как браслеты снял? — загудел своим басом бывший ратник.
— Их Волков снял, — маг смотрел на Петра одним своим взглядом, показывая уровень своего отношения к его действиям.
— Как Волчара? — не поверил ему мужчина.
— Ты же понимаешь, если бы я хотел, я бы изжарил тебя вместе с этим стулом? — приподнял бровь Бузье.
Только когда маг озвучил это, Пётр понял, что он слаб и его попытки остановить мага выглядят как если бы ребёнок напал на него с надувной битой. Богатырь убрал стул и протянул руку, помогая магу принять вертикальное положение. Бузье не стал шутить или ехидничать — помощь принял, только потер ушибленное место. И они какое-то время сверлили друг друга глазами. Потом Пётр хмыкнул.
— Если есть хочешь, пошли, покормлю, — по-свойски предложил он.
— Давай, — согласился маг.
Он кинул взгляд на пустой пакет из-под конфет, полный фантиками.
— Это были конфеты Наташи, — сказал Пётр, глядя, как маг с тоской смотрит на кулёк.
— То-то они такие вкусные, — хохотнул маг. — Приду к ней за добавкой.
— Ты за собой убери. У нас самообслуживание, — отчитал его Пётр.
Маг закатил глаза и взял пакетик двумя пальцами, вопросительно уставился на собеседника. Тот указал ему на урну своей огромной лапищей с толстыми узловатыми пальцами. Маг кивнул и подошёл к тёмному металлическому цилиндру. Не поняв, где отверстие и куда что кидать, он просто положил пакетик сверху. Улыбнувшись, направился обратно, с чувством выполненного долга.
Пётр посмотрел на него — и в глазах у него читалось: «Идиот». Он взял мага за руку, снова подвёл к мусорке, наступил на механическую педаль, которая находилась внизу, у самого основания корпуса ведра, выступая вперёд. Крышка открылась, и он напоказ бросил кулёк в урну. Убрал ногу — крышка закрылась.
— Чудеса, — выдал маг и усмехнулся.
— Бестолочь, — буркнул Пётр и направился к выходу.
— Но-но-но, я бы попросил! Я сам Лекорбузье Эль Жуфлю! Да я этот кулёк испепелю одним щелчком! Да знаешь, что я самый великий маг! — все эти слова летели в спину Петра, но он не впечатлился.
Когда он уже надавил на ручку двери, открывая её, он обернулся к магу и сказал:
— Ага. А мусоркой пользоваться не умеешь.
И вышел.
Маг от этого заявления подавился своими словами и сказать против ничего не нашёл. Действительно, сей агрегат для него стал непостижимым с первого раза. Этот мир ему нравился с каждой проведённой минутой всё больше. И он хотел его изучить. Особенно конфеты. Он поспешил за Петром. А с того станется — он уйдёт, и Бузье останется голодным. Магия требовала энергии, раз накопителей ему не дают, то придётся по старинке — насыщаться едой.
***
Отъевшись от пуза, Бузье довольно растянулся на стуле. Ему не пришлось расстёгивать штаны на животе, как Петру, которому ремень стал слишком туг. У Бузье штаны болтались на тощих бёдрах.
— Хорошо, — протянул Пётр, отхлёбывая из литровой кружки.
Бузье, хоть и был худым, ел столько же, сколько и богатырь. Еда была простой, без изысков — тушёная картошка с мясом и зеленью. Вкусно и сытно. Горячий сладкий чай отлично завершил трапезу.
После еды у Бузье глаза сами начали закрываться, он начал клевать носом. Пётр это заметил.
— Ты где спать-то будешь? — спросил он.
— В камере или в больничке? — приоткрыв один глаз, спросил маг. — Других вариантов нет?
— Да шут его знает. Надо у Игната спросить, — пожал плечами мужчина.
— В принципе, какая разница. Кровать и кровать, не на земле же спать.
Бузье поднялся, размялся, пару раз покрутив корпус, и выдохнул.
— Сам дойдёшь или караулить надо? — прищурился Пётр.
— Ой, да сиди уже, караульщик, — махнул на него рукой Бузье и пошаркал к выходу. — Спасибо за ужин, — крикнул он напоследок и покинул территорию Петра.
«Что за беспечность?» — думал маг, когда шёл по пустым коридорам.
Послышались голоса, и он пошёл на звук. В тёмном коридоре виднелась полоска света — Бузье направился туда, открыл дверь и заглянул. Внутри сидели двое: Александр и Роман. Роман дремал на широком диване, а Саша играл на телефоне.
Бузье улыбнулся. Как только его заметили, один из дежуривших насторожился.
— Ты чё один бродишь? — нахмурился мужчина.
— Иду на боковую, — Бузье потёр глаз кулаком.
Александр, как и Пётр до него, среагировал молниеносно, выхватил пистолет и направил его на мага, сняв с предохранителя.
