— Так вот, возьму его на перевоспитание, — предложил Игнат.
Интендант не сдержался и расхохотался. Ведун предвидел подобную реакцию — и, как только смех стих, продолжил:
— Смотри, какие перспективы вырисовываются: мне нужны маги в количестве двух штук — этот Бузье, а Хемна с Астилой просто вернутся обратно на службу. А у тебя — минус головная боль. Потому как я больше чем уверен: этот маг навертел дел.
Игнат блефовал — он не знал, что именно произошло. Но он успел пообщаться с магом и понял: у того в одном месте шило, и сидеть спокойно он не будет. На свадьбе Хемна в общих чертах обрисовала деяния Бузье, но в подробности не вдавалась из?за секретности происходящего. Однако что от него многие уже лезут на стенку, Игнат выводы сумел сделать. И вот сейчас он предлагал забрать этого «мучителя» себе — и снять груз ответственности с плеч интенданта.
— В чём подвох? — Артур заподозрил неладное. Он хотел избавиться от мага, потому что от него вреда больше, чем пользы. Да и неучтённых «богинь» он так и не зарегистрировал — начались бы разбирательства: что, где и откуда? Тогда полетели бы головы. А так — просто колдунья с привязанной душой. Многие понимали, но молчали: им тоже не хотелось уходить с насиженных мест.
И вот одним широким жестом Игнат хочет избавить его от проблем. В чём его выгода? Может, интендант чего-то не знает?
— Его нет… Просто все должны иметь второй шанс, — пространно и обтекаемо ответил ведун.
Артур Бенедиктович ему не верил. Игнат очень хорошо втирался в доверие и мог договориться практически с каждым — даже не используя свои эмпатические навыки. Артур чувствовал любое магическое воздействие, а мужчина напротив ничего не использовал: был достаточно откровенен — и этим самым рождал сомнения.
— Ладно, в чём твоя выгода? — зашёл с другой стороны начальник, внимательно следя за реакцией ведуна.
Игнат приблизился к Артуру настолько, насколько позволял находившийся между ними стол, и тихим голосом произнёс:
— Её нет, как и подвоха… Я просто делаю всё, что в моих силах, чтобы упростить тебе и себе жизнь — даже если на первый взгляд это кажется странным и лишённым логики.
— То, что это лишено здравого смысла, я давно понял, но всё равно пытался тебя понять… Это за гранью моего мира восприятия, Игнат Андреевич, — заключил интендант, высматривая в глазах ведуна зачатки безумия. Но в них была лишь бескрайняя безмятежность и уверенность в своих словах.
— Открыть программу заново я не смогу — слишком много вопросов будет и пристального внимания. Но перевод заключённого могу обеспечить — на время. Максимальный срок — три месяца. Причина… Вот с ней могут возникнуть сложности, — остановился Артур и приложил указательный палец к губам, раздумывая.
— Сделай банальную аллергию на пыль, — предложил Игнат.
От простоты решения Артур аж подавился собственной слюной и закашлялся, прикрывая рот сгибом локтя.
— До этого не было — и тут раз появилась, — откашлившись, просипел начальник.
— На что?то другое пусть будет аллергия, — стоял на своём Игнат. Тут его озарила гениальная идея. — Можешь позвать Хемну?
— Могу… А зачем? — насторожился интендант.
— Зови — расскажу, — довольно улыбнулся ведун.
Хемна пришла не сразу: Артур и Игнат успели обсудить ряд неприятных, но нужных вопросов.
Она была рада увидеть Игната, подойдя, обняла ведуна.
— Дорогая, — начал Игнат, — ты можешь выкачать магию из Бузье?
Она кивнула, насторожившись.
— Прекрасно. На протяжении недели пусть истощится,— излагал свою идею собравшимся Игнат, как тогда в избе. Богиня слушала — и начала понимать, куда клонит ведун.
— Потом Хемна подтвердит, что магу нужна смена обстановки, потому что его жизненная энергия истощается. Как раз из?за того, что он делал…— Он, вращая запястьем, подсказывал Артуру, что тут он должен продолжить идею, раскручивая её.
— Серая зона слишком сильно на него воздействует, — закончил за ведуна интендант.
— Серая зона? — заинтересованно повторил Игнат Андреевич.
— Угу, — нехотя подтвердил Артур, но в подробности вдаваться не стал. — Значит, держим связь и через неделю забираешь их.
— Прекрасно! — потёр руки довольный ведун.
Хемна не до конца поняла, что задумали эти двое. Но то, что она с сестрой возвращается домой, не могло не радовать.
Естественно, никто ставить в известность мага и не подумал. Он мог всё испортить или начать противиться плану.
А сопротивляться он умел. Хоть и смог найти общий язык с богинями, его пытливый ум, неуёмная жажда познания и любовь к экспериментам доставляли головную боль всем без исключения. Каждый его «научный интерес» оборачивался для окружающих чередой неожиданных последствий.
На двойной свадьбе Хемна вскользь рассказала Игнату, как она черпает силу из мага, чтобы держать его под контролем и самой оставаться в форме. Всё дело было в нательной рубахе, которую она носила уже не одно столетие. Ткань впитала пот, кровь и магию, исходившую от тела богини, и постепенно превратилась в своеобразный артефакт. Именно его Хемна использовала, чтобы ограничить возможности иномирца.
Если быть точным, она связала себя с магом посредством магического канала. Теперь она могла подпитываться его энергией, при этом Хемна сознательно избегала брать силу напрямую из мира — опасалась нарушить и без того крайне плачевное состояние энергетического полотна. Любое неосторожное вмешательство, и последствия могли оказаться необратимыми: разрывы в структуре энергетического полотна и аномалии, которые пришлось бы ликвидировать неделями, если не месяцами.
Игнат не собирался подвергать кого?либо неоправданному риску. Но и бездействовать больше не мог. Серая зона давила, прорывы учащались, а ресурсов катастрофически не хватало. Если план сработает, они получат не просто «ещё одного мага» — они получат инструмент, способный стабилизировать ситуацию. Ни в коем случае не дать Бузье догадаться о готовящейся авантюре.
Довольный проведёнными переговорами, ведун вышел из кабинета интенданта. Если Игнат лучился хорошим настроением, то у Артура оставалось стойкое ощущение, что его обвели вокруг пальца. Он хмурился, перебирая в памяти каждое слово, каждую паузу, каждый взгляд — но никак не мог ухватить, где именно допустил промах. Что он потеряет спустя время? Почему Игнат столь явно торжествует, покидая Уральское отделение? Вопросы крутились в голове, но ответов не было.
В портальном зале, стояла Наталья, она сжимала в руках накопитель, но теперь страх в её глазах слегка поутих. Из арки портала появился ведун — с видом донельзя удовлетворённым, почти ликующим.
«Значит, переговоры удались», — мысленно заключили все, кто находился в зале.
— Что ж, мои дорогие подчинённые, это стоит отметить! Чай и ватрушки — через двадцать минут в беседке! — то ли пригласил, то ли распорядился Игнат. Сотрудники не вполне поняли интонацию, но дружно закивали: инициатива начальства — не повод для дискуссий.
Булат, едва уловив намёк на перерыв в работе, тут же принялся за деактивацию портала.
В этот раз вместо Ника в зале находился Савелий. Обменявшись с оборотнем парой колких фраз, он покинул помещение, пообещав к ватрушкам принести овсяное печенье с шоколадом.
После произошедшего на свадьбе Савелий и Наталья не разговаривали. Их общение свелось к дежурным приветствиям: короткий взгляд, сдержанное «здравствуйте» и сделать вид, что так было всегда.
Дежурившим ватрушки, печенье и чай принесли отдельно, чтобы и они поучаствовали в застолье. Все свободные от работы, с позволения начальства, сидели в уличной беседке и грели руки о тёплые бока кружек с ароматным чаем.
С момента ухода Авалии и появления богинь никто не устраивал чаепитий здесь. И сейчас было… словно что?то не так. Всё?таки колдунья придавала этому месту жизнь, наполняя всё вокруг своей тёплой, живой и уютной энергией. И кто бы мог подумать, что такое способна сделать богиня смерти? Или, может, в купе со своей сестрой они создавали тот самый хрупкий баланс, без которого пространство будто теряло часть души.
— Что?то я погорячился — ещё не время для уличных чаепитий, — вдруг произнёс Игнат, но тут же поправился: — Но раз уж собрались — слушайте. К нам вернутся Хемна с сестрой… и маг! — Он широко улыбнулся, ожидая бурной реакции от сотрудников.
Однако собравшиеся отреагировали вяло. Кто?то кивнул, кто?то едва приподнял бровь, а большинство и вовсе потянулись к чашкам, явно намереваясь завершить «обед».
— Откуда мага взяли? — всё же поинтересовалась Заринель, заметив, как сжимаются в тонкую линию губы начальника.
Игнат чувствовал общий фон скептицизма. Ярких эмоций, живого интереса — не было. Сложно было понять, что именно думают собравшиеся: недоверие, усталость или просто привычная осторожность.
— Это тот маг, который устроил нам весёлую ночку, — без былого энтузиазма пояснил ведун и откусил ватрушку. От холода творог в лунке сдобы замёрз и разломился пополам. Одну половинку Игнат успел поймать губами, а другую проводил печальным взглядом — она упала на плитку, которой было выложено основание беседки.
На мгновение повисла тишина. Кто?то кашлянул, кто?то нервно поправил рукав. Заринель медленно поставила чашку на стол, не сводя глаз с Игната.
— И вы всерьёз считаете, что это хорошая идея? — наконец спросила она, и в её голосе прозвучала не просто настороженность, а почти тревога. — Тот маг… он же едва не убил нас. А теперь вы хотите привести его сюда?
Игнат поднял взгляд, встретившись с её настороженным выражением. Они все едва не погибли и Бузье изменил спектр, чем увеличил зону контроля и «благодаря» ему они еще больше зашиваются.
— Я понимаю ваши опасения, — спокойно ответил он. — Но у нас нет выбора. Нам нужны силы и этот маг может стать тем, кто поможет нам да и богинь сможем вернуть, они теперь работают в тандеме и Хемна его контролирует по полной. Нам нужны люди и он отличный вариант, просто вы еще не осознали его перспектив.
— Перспектив отправиться в бездну — тихо добавил Булат, не поднимая глаз от своей чашки.
Игнат усмехнулся:
— Возможно. Но если мы не попробуем отправимся в бездну своим бездействием.
— повторюсь. Хемна будет с ним, она сможет контролировать его. Это не авантюра — это шанс.
Кто?то вздохнул. Кто?то переглянулся с соседом, но возражать больше не стали.
Чай остывал в кружках. Ватрушки стали невкусными и холодными. А в беседке, несмотря на солнечный день, будто сгущался туман, который, казалось, не рассеять ни горячим питьём, ни сладкими угощениями.
Когда перекус подошёл к концу и сотрудники начали собирать посуду, к Булату подошёл Волков и положил ему руку на плечо.
— Ищи плюсы там, где их нет, — со смешком произнёс он. — Перестанешь кормить кур, убирать за ними…
Волков пытался приободрить гнома. В глубине души он был искренне благодарен Булату: тот, пусть в грубой форме, но нашёл слова, которые удержали оборотня от ошибки.
После того как Хемна ушла через портал в Уральское отделение, остался её курятник. Желающих заботиться о птице не нашлось и тогда прибегли к жеребьёвке. Не повезло Булату, он вытащил короткую палочку. Остальные вздохнули с облегчением.
Гном, впрочем, не стал унывать. Не любивший лишних движений, он сразу решил подойти к делу с умом: смастерил автоматическую поилку и кормушку, обустроил выгул на территории, огороженной сеткой?рабицей, только убирать приходилось по старинке. От Булата требовалось лишь раз в несколько дней насыпать корм и наливать воду.
Единственное, что гному по?настоящему нравилось, — собирать яйца. Он делал это с большим удовольствием, а потом непременно ел блюда, приготовленные на их основе. Делиться плодами своих трудов Булат не спешил — в отличие от Хемны, которая раздавала яйца всем желающим, а порой и тем, кто вовсе не выражал особого интереса.
В один из дней своего существования в магической тюрьме — не самой плохой, по мнению мага, — Лекорбузье вдруг ощутил знакомое, леденящее чувство опустошения.
Тело словно разом лишилось опоры: мышцы ослабли, в висках застучала тупая боль, а в груди возникло то самое противное ощущение пустоты, будто кто?то высасывал из него магию — капля за каплей, неторопливо и безжалостно.
«Опять», — мелькнуло в голове.
Он вспомнил тот раз, когда его полностью истощили, тогда он потерял сознание. Сейчас было похоже, но лишать его сознания не спешили. Браслеты на руках оставались прежними, без изменений. Значит, это не тюремная система выкачивает силу. Значит… это делает она. Хемна.
«Для чего? Что она задумала?»
Он не мог ни проверить, ни остановить процесс. Ни малейшего контроля. Только чувствовать, как энергия утекает сквозь невидимые щели, а он остаётся всё более уязвимым.
При этом у него было куда больше свободы, чем у других заключённых. Его не держали в камере сутками, не заковывали в цепи, даже позволяли работать — до определённого предела. Но за этой «милостью» скрывалась настороженность и холодная враждебность. В глазах надсмотрщиков он был не учёным, не исследователем, а угрозой. В глазах магов — предателем. В глазах простых служащих — чужаком, иномирцем, которого лучше держать на расстоянии.
Его эксперименты…
Он остановил распространение чёрного спектра. Не уменьшил, не замедлил — остановил превратив его серую безмагическую зону — это был прорыв, но руководители проекта смотрели на результат иначе.
Их мышление было ограничено. Они не понимали, что остановка распространения — это уже победа. Что без его вмешательства чёрный спектр поглотил бы ещё три сектора за месяц. Серая зона — это не то чего они хотели добиться и теперь проблема другая « что делать с серой зоной? Если магии там нет?»
Лекорбузье опустился на край узкой койки, прикрыл глаза.
«Они боятся меня. Я знаю и умею больше, чем они, мои методы выходят за рамки их правил. Когда я перестану быть удобным заключённым и они от меня попытаются избавиться. И сейчас по всей видимости они начали задуманное». Маг глубоко вдохнул, пытаясь собрать остатки сил.
Он проснулся от чужого прикосновения, но не смог открыть глаза — они казались невыносимо тяжёлыми, словно налились свинцом.
— Эй, ты чего? — Хемна снова дотронулась до него, и в её голосе звучало неподдельное беспокойство.
Ответа не последовало. «Переборщила, что ли?» — мелькнуло у неё в голове. Она тут же уменьшила потребление его магии.
Через некоторое время Бузье смог приоткрыть один глаз, но сквозь мутное марево не сумел сфокусироваться на женщине.
— Совсем тебе худо, милок? — запереживала она, приложив руки к груди.
— Не переигрывай… — вяло прокомментировал он, различая лишь мелькание её фигуры у койки.
Хемна тут же выпрямилась, скривила гримасу недовольства и вышла из камеры. Асти, едва сдерживая смех, плыла следом — полупрозрачная фигура скользила по коридору, не касаясь пола.
— Хемни, ты уверена, что у нас получится? И никто не заподозрит? — прошептала сестра.
— Не уверена. Но если он будет выглядеть совсем вялым, его отправят в лечебницу, наверное, а этого как раз нам очень нужно, — отрезала Хемна, ускоряя шаг. Она направлялась в медпункт, чтобы вызвать медика.
Сегодня дежурил Станислав. Грузный мужчина с брезгливой миной, он относился ко всем заключённым с откровенным презрением и это было на руку богине.
Интендант не сдержался и расхохотался. Ведун предвидел подобную реакцию — и, как только смех стих, продолжил:
— Смотри, какие перспективы вырисовываются: мне нужны маги в количестве двух штук — этот Бузье, а Хемна с Астилой просто вернутся обратно на службу. А у тебя — минус головная боль. Потому как я больше чем уверен: этот маг навертел дел.
Игнат блефовал — он не знал, что именно произошло. Но он успел пообщаться с магом и понял: у того в одном месте шило, и сидеть спокойно он не будет. На свадьбе Хемна в общих чертах обрисовала деяния Бузье, но в подробности не вдавалась из?за секретности происходящего. Однако что от него многие уже лезут на стенку, Игнат выводы сумел сделать. И вот сейчас он предлагал забрать этого «мучителя» себе — и снять груз ответственности с плеч интенданта.
— В чём подвох? — Артур заподозрил неладное. Он хотел избавиться от мага, потому что от него вреда больше, чем пользы. Да и неучтённых «богинь» он так и не зарегистрировал — начались бы разбирательства: что, где и откуда? Тогда полетели бы головы. А так — просто колдунья с привязанной душой. Многие понимали, но молчали: им тоже не хотелось уходить с насиженных мест.
И вот одним широким жестом Игнат хочет избавить его от проблем. В чём его выгода? Может, интендант чего-то не знает?
— Его нет… Просто все должны иметь второй шанс, — пространно и обтекаемо ответил ведун.
Артур Бенедиктович ему не верил. Игнат очень хорошо втирался в доверие и мог договориться практически с каждым — даже не используя свои эмпатические навыки. Артур чувствовал любое магическое воздействие, а мужчина напротив ничего не использовал: был достаточно откровенен — и этим самым рождал сомнения.
— Ладно, в чём твоя выгода? — зашёл с другой стороны начальник, внимательно следя за реакцией ведуна.
Игнат приблизился к Артуру настолько, насколько позволял находившийся между ними стол, и тихим голосом произнёс:
— Её нет, как и подвоха… Я просто делаю всё, что в моих силах, чтобы упростить тебе и себе жизнь — даже если на первый взгляд это кажется странным и лишённым логики.
— То, что это лишено здравого смысла, я давно понял, но всё равно пытался тебя понять… Это за гранью моего мира восприятия, Игнат Андреевич, — заключил интендант, высматривая в глазах ведуна зачатки безумия. Но в них была лишь бескрайняя безмятежность и уверенность в своих словах.
— Открыть программу заново я не смогу — слишком много вопросов будет и пристального внимания. Но перевод заключённого могу обеспечить — на время. Максимальный срок — три месяца. Причина… Вот с ней могут возникнуть сложности, — остановился Артур и приложил указательный палец к губам, раздумывая.
— Сделай банальную аллергию на пыль, — предложил Игнат.
От простоты решения Артур аж подавился собственной слюной и закашлялся, прикрывая рот сгибом локтя.
— До этого не было — и тут раз появилась, — откашлившись, просипел начальник.
— На что?то другое пусть будет аллергия, — стоял на своём Игнат. Тут его озарила гениальная идея. — Можешь позвать Хемну?
— Могу… А зачем? — насторожился интендант.
— Зови — расскажу, — довольно улыбнулся ведун.
Хемна пришла не сразу: Артур и Игнат успели обсудить ряд неприятных, но нужных вопросов.
Она была рада увидеть Игната, подойдя, обняла ведуна.
— Дорогая, — начал Игнат, — ты можешь выкачать магию из Бузье?
Она кивнула, насторожившись.
— Прекрасно. На протяжении недели пусть истощится,— излагал свою идею собравшимся Игнат, как тогда в избе. Богиня слушала — и начала понимать, куда клонит ведун.
— Потом Хемна подтвердит, что магу нужна смена обстановки, потому что его жизненная энергия истощается. Как раз из?за того, что он делал…— Он, вращая запястьем, подсказывал Артуру, что тут он должен продолжить идею, раскручивая её.
— Серая зона слишком сильно на него воздействует, — закончил за ведуна интендант.
— Серая зона? — заинтересованно повторил Игнат Андреевич.
— Угу, — нехотя подтвердил Артур, но в подробности вдаваться не стал. — Значит, держим связь и через неделю забираешь их.
— Прекрасно! — потёр руки довольный ведун.
Хемна не до конца поняла, что задумали эти двое. Но то, что она с сестрой возвращается домой, не могло не радовать.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ.
Естественно, никто ставить в известность мага и не подумал. Он мог всё испортить или начать противиться плану.
А сопротивляться он умел. Хоть и смог найти общий язык с богинями, его пытливый ум, неуёмная жажда познания и любовь к экспериментам доставляли головную боль всем без исключения. Каждый его «научный интерес» оборачивался для окружающих чередой неожиданных последствий.
На двойной свадьбе Хемна вскользь рассказала Игнату, как она черпает силу из мага, чтобы держать его под контролем и самой оставаться в форме. Всё дело было в нательной рубахе, которую она носила уже не одно столетие. Ткань впитала пот, кровь и магию, исходившую от тела богини, и постепенно превратилась в своеобразный артефакт. Именно его Хемна использовала, чтобы ограничить возможности иномирца.
Если быть точным, она связала себя с магом посредством магического канала. Теперь она могла подпитываться его энергией, при этом Хемна сознательно избегала брать силу напрямую из мира — опасалась нарушить и без того крайне плачевное состояние энергетического полотна. Любое неосторожное вмешательство, и последствия могли оказаться необратимыми: разрывы в структуре энергетического полотна и аномалии, которые пришлось бы ликвидировать неделями, если не месяцами.
Игнат не собирался подвергать кого?либо неоправданному риску. Но и бездействовать больше не мог. Серая зона давила, прорывы учащались, а ресурсов катастрофически не хватало. Если план сработает, они получат не просто «ещё одного мага» — они получат инструмент, способный стабилизировать ситуацию. Ни в коем случае не дать Бузье догадаться о готовящейся авантюре.
***
Довольный проведёнными переговорами, ведун вышел из кабинета интенданта. Если Игнат лучился хорошим настроением, то у Артура оставалось стойкое ощущение, что его обвели вокруг пальца. Он хмурился, перебирая в памяти каждое слово, каждую паузу, каждый взгляд — но никак не мог ухватить, где именно допустил промах. Что он потеряет спустя время? Почему Игнат столь явно торжествует, покидая Уральское отделение? Вопросы крутились в голове, но ответов не было.
В портальном зале, стояла Наталья, она сжимала в руках накопитель, но теперь страх в её глазах слегка поутих. Из арки портала появился ведун — с видом донельзя удовлетворённым, почти ликующим.
«Значит, переговоры удались», — мысленно заключили все, кто находился в зале.
— Что ж, мои дорогие подчинённые, это стоит отметить! Чай и ватрушки — через двадцать минут в беседке! — то ли пригласил, то ли распорядился Игнат. Сотрудники не вполне поняли интонацию, но дружно закивали: инициатива начальства — не повод для дискуссий.
Булат, едва уловив намёк на перерыв в работе, тут же принялся за деактивацию портала.
В этот раз вместо Ника в зале находился Савелий. Обменявшись с оборотнем парой колких фраз, он покинул помещение, пообещав к ватрушкам принести овсяное печенье с шоколадом.
После произошедшего на свадьбе Савелий и Наталья не разговаривали. Их общение свелось к дежурным приветствиям: короткий взгляд, сдержанное «здравствуйте» и сделать вид, что так было всегда.
Дежурившим ватрушки, печенье и чай принесли отдельно, чтобы и они поучаствовали в застолье. Все свободные от работы, с позволения начальства, сидели в уличной беседке и грели руки о тёплые бока кружек с ароматным чаем.
С момента ухода Авалии и появления богинь никто не устраивал чаепитий здесь. И сейчас было… словно что?то не так. Всё?таки колдунья придавала этому месту жизнь, наполняя всё вокруг своей тёплой, живой и уютной энергией. И кто бы мог подумать, что такое способна сделать богиня смерти? Или, может, в купе со своей сестрой они создавали тот самый хрупкий баланс, без которого пространство будто теряло часть души.
— Что?то я погорячился — ещё не время для уличных чаепитий, — вдруг произнёс Игнат, но тут же поправился: — Но раз уж собрались — слушайте. К нам вернутся Хемна с сестрой… и маг! — Он широко улыбнулся, ожидая бурной реакции от сотрудников.
Однако собравшиеся отреагировали вяло. Кто?то кивнул, кто?то едва приподнял бровь, а большинство и вовсе потянулись к чашкам, явно намереваясь завершить «обед».
— Откуда мага взяли? — всё же поинтересовалась Заринель, заметив, как сжимаются в тонкую линию губы начальника.
Игнат чувствовал общий фон скептицизма. Ярких эмоций, живого интереса — не было. Сложно было понять, что именно думают собравшиеся: недоверие, усталость или просто привычная осторожность.
— Это тот маг, который устроил нам весёлую ночку, — без былого энтузиазма пояснил ведун и откусил ватрушку. От холода творог в лунке сдобы замёрз и разломился пополам. Одну половинку Игнат успел поймать губами, а другую проводил печальным взглядом — она упала на плитку, которой было выложено основание беседки.
На мгновение повисла тишина. Кто?то кашлянул, кто?то нервно поправил рукав. Заринель медленно поставила чашку на стол, не сводя глаз с Игната.
— И вы всерьёз считаете, что это хорошая идея? — наконец спросила она, и в её голосе прозвучала не просто настороженность, а почти тревога. — Тот маг… он же едва не убил нас. А теперь вы хотите привести его сюда?
Игнат поднял взгляд, встретившись с её настороженным выражением. Они все едва не погибли и Бузье изменил спектр, чем увеличил зону контроля и «благодаря» ему они еще больше зашиваются.
— Я понимаю ваши опасения, — спокойно ответил он. — Но у нас нет выбора. Нам нужны силы и этот маг может стать тем, кто поможет нам да и богинь сможем вернуть, они теперь работают в тандеме и Хемна его контролирует по полной. Нам нужны люди и он отличный вариант, просто вы еще не осознали его перспектив.
— Перспектив отправиться в бездну — тихо добавил Булат, не поднимая глаз от своей чашки.
Игнат усмехнулся:
— Возможно. Но если мы не попробуем отправимся в бездну своим бездействием.
— повторюсь. Хемна будет с ним, она сможет контролировать его. Это не авантюра — это шанс.
Кто?то вздохнул. Кто?то переглянулся с соседом, но возражать больше не стали.
Чай остывал в кружках. Ватрушки стали невкусными и холодными. А в беседке, несмотря на солнечный день, будто сгущался туман, который, казалось, не рассеять ни горячим питьём, ни сладкими угощениями.
Когда перекус подошёл к концу и сотрудники начали собирать посуду, к Булату подошёл Волков и положил ему руку на плечо.
— Ищи плюсы там, где их нет, — со смешком произнёс он. — Перестанешь кормить кур, убирать за ними…
Волков пытался приободрить гнома. В глубине души он был искренне благодарен Булату: тот, пусть в грубой форме, но нашёл слова, которые удержали оборотня от ошибки.
После того как Хемна ушла через портал в Уральское отделение, остался её курятник. Желающих заботиться о птице не нашлось и тогда прибегли к жеребьёвке. Не повезло Булату, он вытащил короткую палочку. Остальные вздохнули с облегчением.
Гном, впрочем, не стал унывать. Не любивший лишних движений, он сразу решил подойти к делу с умом: смастерил автоматическую поилку и кормушку, обустроил выгул на территории, огороженной сеткой?рабицей, только убирать приходилось по старинке. От Булата требовалось лишь раз в несколько дней насыпать корм и наливать воду.
Единственное, что гному по?настоящему нравилось, — собирать яйца. Он делал это с большим удовольствием, а потом непременно ел блюда, приготовленные на их основе. Делиться плодами своих трудов Булат не спешил — в отличие от Хемны, которая раздавала яйца всем желающим, а порой и тем, кто вовсе не выражал особого интереса.
***
В один из дней своего существования в магической тюрьме — не самой плохой, по мнению мага, — Лекорбузье вдруг ощутил знакомое, леденящее чувство опустошения.
Тело словно разом лишилось опоры: мышцы ослабли, в висках застучала тупая боль, а в груди возникло то самое противное ощущение пустоты, будто кто?то высасывал из него магию — капля за каплей, неторопливо и безжалостно.
«Опять», — мелькнуло в голове.
Он вспомнил тот раз, когда его полностью истощили, тогда он потерял сознание. Сейчас было похоже, но лишать его сознания не спешили. Браслеты на руках оставались прежними, без изменений. Значит, это не тюремная система выкачивает силу. Значит… это делает она. Хемна.
«Для чего? Что она задумала?»
Он не мог ни проверить, ни остановить процесс. Ни малейшего контроля. Только чувствовать, как энергия утекает сквозь невидимые щели, а он остаётся всё более уязвимым.
При этом у него было куда больше свободы, чем у других заключённых. Его не держали в камере сутками, не заковывали в цепи, даже позволяли работать — до определённого предела. Но за этой «милостью» скрывалась настороженность и холодная враждебность. В глазах надсмотрщиков он был не учёным, не исследователем, а угрозой. В глазах магов — предателем. В глазах простых служащих — чужаком, иномирцем, которого лучше держать на расстоянии.
Его эксперименты…
Он остановил распространение чёрного спектра. Не уменьшил, не замедлил — остановил превратив его серую безмагическую зону — это был прорыв, но руководители проекта смотрели на результат иначе.
Их мышление было ограничено. Они не понимали, что остановка распространения — это уже победа. Что без его вмешательства чёрный спектр поглотил бы ещё три сектора за месяц. Серая зона — это не то чего они хотели добиться и теперь проблема другая « что делать с серой зоной? Если магии там нет?»
Лекорбузье опустился на край узкой койки, прикрыл глаза.
«Они боятся меня. Я знаю и умею больше, чем они, мои методы выходят за рамки их правил. Когда я перестану быть удобным заключённым и они от меня попытаются избавиться. И сейчас по всей видимости они начали задуманное». Маг глубоко вдохнул, пытаясь собрать остатки сил.
Он проснулся от чужого прикосновения, но не смог открыть глаза — они казались невыносимо тяжёлыми, словно налились свинцом.
— Эй, ты чего? — Хемна снова дотронулась до него, и в её голосе звучало неподдельное беспокойство.
Ответа не последовало. «Переборщила, что ли?» — мелькнуло у неё в голове. Она тут же уменьшила потребление его магии.
Через некоторое время Бузье смог приоткрыть один глаз, но сквозь мутное марево не сумел сфокусироваться на женщине.
— Совсем тебе худо, милок? — запереживала она, приложив руки к груди.
— Не переигрывай… — вяло прокомментировал он, различая лишь мелькание её фигуры у койки.
Хемна тут же выпрямилась, скривила гримасу недовольства и вышла из камеры. Асти, едва сдерживая смех, плыла следом — полупрозрачная фигура скользила по коридору, не касаясь пола.
— Хемни, ты уверена, что у нас получится? И никто не заподозрит? — прошептала сестра.
— Не уверена. Но если он будет выглядеть совсем вялым, его отправят в лечебницу, наверное, а этого как раз нам очень нужно, — отрезала Хемна, ускоряя шаг. Она направлялась в медпункт, чтобы вызвать медика.
Сегодня дежурил Станислав. Грузный мужчина с брезгливой миной, он относился ко всем заключённым с откровенным презрением и это было на руку богине.
