— Я тоже это чувствую.Что-то надвигается, и масштабы могут быть серьёзные.
— Панику разводить не будем, — сказал Игнат. — Но быть готовыми надо ко всему.
— Значит, нужно проверить запасы, — оборотень уже прикидывал в уме, с чего начать. — Артефакты, накопители. В оружейной всё пересчитать, у каждого из наших глянуть личные комплекты. И к Заринель зайти насчёт зелий — пусть посмотрит, чего не хватает, запрос составит, чтобы прислали.
— Займись, — кивнул Игнат. Волков вышел из кабинета и занялся делом. Проверял, заглядывал к Булату в мастерскую, перебирал накопители, сверялся со списками. И чем дольше он этим занимался, тем напряжённее становилась атмосфера в отделе. Сотрудники переглядывались, перешёптывались, но напрямую не спрашивали. Булат вообще без слов понял: раз Волков полез в артефакты, значит, что-то назревает. Когда оборотень зашёл к Заринель, она сразу почуяла неладное.
— Что происходит? — спросила она, глядя на него в упор.
Волков вместо ответа прижал палец к губам и медленно покачал головой. Сказать ничего не сказал, но этого жеста хватило. Заринель поняла. Готовятся. К чему-то серьёзному. О чём вслух говорить не принято, чтобы не накликать.
Она кивнула уже по-другому — не как на просьбу, а как на приказ.
— Сегодня вечером скажу, сколько чего надо. Разберусь быстро.
— Хорошо, — коротко ответил Волков и вышел.
Заринель тут же отодвинула все посторонние занятия и принялась перебирать запасы. Надо успеть, чтобы запрос ушёл как можно раньше — доставка тоже время занимает.
Ночью дежурившие ребята ещё несколько раз выезжали на точки, которые показывали артефакты. И снова — пусто. Ни прорывов, ни истончений, ничего. Тишина. В конце концов они отключили звук, потому что эта сирена въелась в мозг. От неё было только хуже — она не помогала, не предупреждала, а просто нагнетала, добавляла тревожности и нервозности, от которых хотелось забиться в угол и ждать.
Наталья делала своё дело — готовила документы на новое оборудование, переписывала номера, заполняла бумаги. Она не оперативник, не боец, её задача — чтобы всё было учтено и оформлено правильно. Радость от новой техники, которую так долго ждали, как-то быстро померкла. Работа шла, но без обычного оживления. Слишком гнетущей была атмосфера ожидания, тяжёлым — это затишье перед чем-то неизбежным.
В проходном конференц-зале висела карта, и каждый раз, когда кто-то проходил мимо, она привлекала внимание — мерцала красным, нагоняла тревогу и страх. Специально туда никто не заходил, но невозможно было не заметить это алое свечение, когда шёл по коридору.
Все эти дни тянулись одинаково: оперативная группа моталась снова и снова, но каждый раз возвращалась ни с чем. Пусто. Тишина. И только карта горела алым, напоминая, что спокойствие ложное.
Воздух за эти дни стал до того плотным и наэлектризованным, что ощущался физически — будто перед грозой, когда разряд вот-вот ударит, но небо всё ещё молчит.
И в один из дней, когда всё вокруг замерло в ожидании, Бузье, который шёл мимо конференц-зала снова на поводке у Хемны, вдруг остановился.
— Смотрите, — сказал он тихо.
Карта перестала мерцать. Красные огоньки, которые несколько дней не давали им покоя, просто исчезли. Богиня замерла, вглядываясь в погасшую карту. Ни звука. Ни вспышек. Ничего. Всё. Это настало. То, чего они боялись, чего ждали, то, к чему готовились все эти дни — пришло.
Хемна повернулась на голос Бузье и шагнула к карте. Несколько секунд просто смотрела на нее, не веря своим глазам. А потом резко дёрнулась и побежала — в сторону кабинета Игната, несмотря на то, что лет ей было уже довольно много. Бузье, не раздумывая, последовал за ней. По реакции богини стало ясно: случилось что-то из ряда вон выходящее. Что-то, отчего даже древняя, видавшая виды Хемна сорвалась с места так, будто за ней самой гнались все демоны этого мира.
В кабинете Игната зазвонил стационарный телефон. Тот самый, что годами молчал и использовался разве что, как подставка для бумаг. Игнат замер на секунду, глядя на аппарат, а потом схватил трубку. Он уже знал. Если этот телефон зазвонил — значит, прорыв начался. Не локальный, а тот самый, к которому готовились и подсознательно боялись.
— Слушаю, — быстро сказал он в трубку.
Голос на том конце был жёстким, без лишних эмоций, такие разговоры не располагали к вежливостям.
— Масштабный прорыв. Используйте все доступные магические артефакты и средства для локализации проблемной зоны. Время на раскачку нет. Подключайте всех, кого можете. Действуйте по обстановке, но зону нужно закрыть. Любой ценой.
Игнат кивнул, хотя его и не видели:
— Принял. Работаем.
В конференц-зале собрались все, кто был в отделе. Игнат стоял у карты — той самой, что ещё недавно мерцала красным, а теперь на ней был обычный топографический рисунок
Говорил быстро, без лишних слов:
— Мне передали: прорыв масштабный. ОМОН уже на связи, но они не справляются. Лезут какие-то твари, каких раньше не видели. Люди в панике. Нужно действовать быстро.
Все кивнули. Лишних вопросов не задавали — не тот момент.
— Самые крупные очаги в трёх местах, — Игнат ткнул пальцем в карту. — Один там, куда мы в первый раз выезжали, когда артефакты сошли с ума. Два других рядом. Туда пойдут три группы. В каждой должен быть маг. — ведун обвёл взглядом присутствующих.
Бузье пожал плечами, глядя на него с лёгкой насмешкой.
— Сочувствую, — сказал он. — Но ничем не могу помочь. — и специально поднял руки, демонстрируя громоздкие браслеты на запястьях.
Никто из находящихся в помещении не разделял его веселья. Хемна переглянулась с Игнатом. Между ними завязался безмолвный диалог — тот, что понимают без слов люди, проработавшие вместе не один год.
Она стреляла глазами в сторону мага, он хмурил брови и качал головой, медленно, из стороны в сторону. Сначала яростно, потом остановился, а через мгновение тяжело выдохнул и коротко кивнул. Хемна шагнула к Бузье, маг возвышался над ней почти на полторы головы, но это не имело значения.
Она схватила его за руку — цепко, без возможности вырваться и потянула вниз, заставляя наклониться. Он подчинился. Не потому, что хотел, а потому, что в этом жесте чувствовалось нечто такое, чему невозможно было противиться . Она приблизила губы к его уху. Говорила тихо так, что никто в комнате не мог разобрать ни слова. Но сам звук её голоса, низкий и вязкий, разливался по телу иномирца холодом.
— Если попробуешь сбежать, — шепнула она, — если сделаешь хоть что-то против этого мира или против живущих здесь людей, если даже просто подумаешь о чём-то плохом, то я высушу тебя досуха. Заберу всю магию, до последней капли. Ты не спрячешься, не сбежишь, не скроешься. Я помню вкус твоей силы. Она стала частью меня. Я найду тебя везде.— Она отпустила его руку.
Маг медленно выпрямился. Лицо его утратило привычную насмешливость — теперь на нём застыло то самое выражение, которое бывает у человека, только что заглянувшего в безду и понявшего, что бездна заглянула в ответ. Никто не слышал слов. Каждый в комнате понял: она сказала ему то, что не захотел бы услышать никто из присутствующих.
— Первая группа: я, Савелий, Александр. Идём на центральный очаг. Савелий молча кивнул. Александр поправил снаряжение.
— Вторая группа: Хемна, Роман, Пётр. — Игнат перевёл взгляд на богиню. — Хемна, ты за старшего. Роман, прикрываешь. Пётр, страховка. — Третья группа: Бузье, Волков, Ник. — Игнат посмотрел на мага, потом на оборотня. — Волков, ты за старшего. Ник, поддержка. Бузье… — он сделал паузу, — ты идёшь как маг. По необходимости.
— Астила, — добавил Игнат, обернувшись к полупрозрачной фигуре, — ты со второй группой, но ты не в счёт. Будешь дополнительной страховкой. Астила согласно качнулась в воздухе.
Игнат посмотрел на тех, кто оставался в отделе:
— Заринель, Наталья, Булат — вы за координацию и тыл. — Он перевёл дыхание и продолжил:
— Кинжалы берёте с собой. Заринель, твой остаётся у тебя — чтобы в случае чего могла быстро переместиться туда, где нужна помощь. Связь держите по рациям. Булат, следишь за артефактами, чтобы ни у кого не сели. Наталья, ты координируешь информацию от спецслужб, передаёшь группам. Все входящие данные — сразу нам.
Он на секунду замялся, потом добавил уже чуть мягче:
— И чтобы чай горячий был, когда вернёмся. Последняя фраза прозвучала почти с улыбкой, но напряжение в комнате не разрядилось.
—- Когда группы начали расходиться, Хемна подошла к Бузье. Маг напрягся, но виду не подал.
— Повернись, — сказала она коротко. Он повернулся, Хемна медленно сняла с шеи повязку, ту самую, что всё это время ограничивала мага и была своеобразным ошейником с поводком, связывающим их магией. Кто-то из присутствующих помог снять браслеты. Тяжёлые блокираторы наконец покинули запястья, и Бузье замер, не веря своим ощущениям. Впервые за долгое время магия внутри него не была заблокирована — она просто... молчала. Пустота звенела в груди, как в высохшем колодце.
— Сколько тебе нужно для пополнения резерва? — спросила Хемна, глядя на него в упор. Маг задумался, прикидывая что-то в уме, потом перевёл взгляд на Булата:
— А сколько у вас есть накопителей?
Булат от его вопроса чертыхнулся, ругнувшись сквозь зубы, но кочевряжиться и спорить не стал. Ситуация была не та. Мотнул головой и повёл мага в мастерскую. Там он один за другим начал подавать ему кристаллы. Бузье брал, закрывал глаза, и через несколько секунд прозрачный камень тускнел, становясь пустым.
Первый, второй, третий, четвёртый... Булат мрачнел на глазах. Пятый, шестой, седьмой... На восьмом гном не выдержал:
— Да сколько ж в тебя влезает? Ты мне так все накопители сожрёшь! Бузье, принимая очередной кристалл, усмехнулся: — Сколько был без магии? Прилично. Нужно чуть больше, чем до краёв. Он взял последний накопитель, опустошил его и наконец выдохнул — ровно, глубоко, с явным облегчением.
— Всё. Можно работать. И в этот момент все, кто был рядом, заметили перемену. Бузье словно раздался в плечах — осунувшаяся худоба исчезла, черты лица заострились, но уже не той болезненной остротой, а той, что бывает у сильных хищников. В глазах зажглась жизнь, даже волосы, казалось, заблестели, перестав быть тусклыми и безжизненными. Он расправил плечи и вдруг стал тем, кем был на самом деле — магом, учёным, тем, кто привык повелевать, а не подчиняться.
Волков, наблюдавший за этим со стороны, молча кинул ему свёрток с одеждой. — Переоденься. Не в робе же идти. Бузье поймал на лету, коротко кивнул и скрылся за углом.
Первая группа к тому времени уже ушла.
Наталья стояла посреди конференц-зала, когда группы разъехались, и чувствовала, как внутри всё дрожит. Не только от страха, а от непонимания. Её, секретаря, человека без магии, вдруг бросило в самую гущу событий. Ей дали ответственность — координировать, передавать информацию, следить за обстановкой. А она понятия не имела, за что хвататься.
В голове шумело: рации, карта, спецслужбы, группы, кинжалы, прорыв... Слишком много всего, слишком быстро. Ещё пару дней назад она раскладывала бумаги и радовалась новой технике, а теперь от нее требовалось спасать людей.
Руки слегка подрагивали, когда она поправляла наушник рации.
— Наталья, ты как? — голос Заринель выдернул из оцепенения.
— Я... — Наталья сглотнула. — Я не знаю, с чего начать. Их трое групп, у каждой своя точка, и если что-то пойдёт не так...
— Слушай сюда, — Заринель подошла ближе и положила руку ей на плечо. — Ты не одна. Булат тут, я тут. Ты просто делай то, что всегда делаешь — собирай информацию и раскладывай по полочкам. Только теперь это не бумаги, а люди. Ты справишься.
Наталья кивнула, но ей все равно страшно. Одно дело — отчёты и накладные. И совсем другое — жизни коллег, которые сейчас ехали туда, откуда, возможно, не все вернутся.
Она глубоко вздохнула, в очередной раз поправила наушник.
Булат пододвинул к Наталье стул перед массивным экраном, каких она раньше не видела.
— Это радар-координатор. Подключён к общей сети.
Она опустилась на стул, всё ещё не понимая, что делать дальше, но Булат уже ткнул пальцем в панель с россыпью светящихся кнопок.
— Смотри. Видишь карту? — он обвёл рукой экран, где пульсировали очертания города и пригородов. — Вот сейчас первая группа уже на месте. Вторая подходит. Третья — вот здесь.
Он замолчал на секунду, потом ткнул в сенсорную панель справа.
— А это твой главный инструмент. Кинжалы у них с собой. Они уже вышли из отдела через разрез — я активировал, пока ты добиралась. Теперь всё в твоих руках.
Наталья непонимающе уставилась на панель.
— Смотри, — Булат нажал одну из кнопок. На карте, рядом с точкой третьей группы, загорелся яркий зелёный крест.
— Видишь? Это точка выхода. Если им нужно будет быстро переместиться — допустим, Волков решит, что они зажаты, или понадобится поддержать вторую группу — ты ставишь новый крест там, куда им нужно. Хоть через весь город. Хоть обратно в отдел.
— А дальше? — тихо спросила Наталья.
— А дальше тот, у кого кинжал, режет полотно. Прямо там, где стоит. И через разрез они выходят ровно туда, куда ты указала. Быстро, чисто, без машин и пробок.
Наталья смотрела на карту, на зелёный крест, на мигающие точки групп. В голове пыталось уложиться: она будет решать, куда их отправлять. Прямо сейчас. Секретарь, который ещё утром заполнял бумаги.
— А если я ошибусь? — спросила она, чувствуя, как внутри всё холодеет.
Булат хмыкнул.
— Тогда они выйдут не туда. Может, в стену. Может, прямо в гущу тварей. — Он помолчал, глядя на неё. — Так что старайся не ошибаться.
И ушёл к своим артефактам.
Наталья осталась одна перед экраном. В наушнике затрещало:
— Вторая группа на точке, вижу движение.
— Принял, — ответил Волков. — Ник, страхуй. Бузье, не отставай.
А следом — другой голос, с помехами:
— Первый сектор, запрашиваю подкрепление. Здесь реально жёстко.
Наталья замерла. На неё обрушился поток чужих голосов, коротких фраз, позывных, шума помех и треска раций. Где-то там, за пределами отдела, её коллеги и незнакомые люди из спецслужб пытались справиться с тем, что лезло из прорыва. А она должна была это координировать.
Рядом пищала аппаратура, на карте вспыхивали и гасли точки групп, зелёный крест всё ещё горел там, где его поставил Булат.
Наталья сглотнула, сделала первый выдох.
— Координатор на связи. Приём.— сказала она в микрофон, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Когда Волков вспорол пространство кинжалом, разрез засветился неровным серебристым маревом. Они вошли в него по очереди: Ник, Волков, и последним — Бузье. Тишина координаторской сменилась адом.
Какофония звуков обрушилась со всех сторон: крики, рыки, треск рвущейся плоти, вой сирен где-то в отдалении, мат и короткие команды незнакомых бойцов. Воздух пах озоном, гарью и чем-то сладковато-мерзким, от чего подкатывало к горлу.
Бузье ступил в этот хаос и даже не успел сделать шаг — тело сработало быстрее мысли. Инстинкты, отточенные годами выживания в чужом мире, дёрнули его в сторону. Он упал, уходя перекатом, и туша существа тяжело плюхнулась на то место, где он только что стоял. Монстр мгновенно перевернулся и бросился в атаку на вновь прибывших. Маг не стал ждать. Он просто поднял руку.
— Панику разводить не будем, — сказал Игнат. — Но быть готовыми надо ко всему.
— Значит, нужно проверить запасы, — оборотень уже прикидывал в уме, с чего начать. — Артефакты, накопители. В оружейной всё пересчитать, у каждого из наших глянуть личные комплекты. И к Заринель зайти насчёт зелий — пусть посмотрит, чего не хватает, запрос составит, чтобы прислали.
— Займись, — кивнул Игнат. Волков вышел из кабинета и занялся делом. Проверял, заглядывал к Булату в мастерскую, перебирал накопители, сверялся со списками. И чем дольше он этим занимался, тем напряжённее становилась атмосфера в отделе. Сотрудники переглядывались, перешёптывались, но напрямую не спрашивали. Булат вообще без слов понял: раз Волков полез в артефакты, значит, что-то назревает. Когда оборотень зашёл к Заринель, она сразу почуяла неладное.
— Что происходит? — спросила она, глядя на него в упор.
Волков вместо ответа прижал палец к губам и медленно покачал головой. Сказать ничего не сказал, но этого жеста хватило. Заринель поняла. Готовятся. К чему-то серьёзному. О чём вслух говорить не принято, чтобы не накликать.
Она кивнула уже по-другому — не как на просьбу, а как на приказ.
— Сегодня вечером скажу, сколько чего надо. Разберусь быстро.
— Хорошо, — коротко ответил Волков и вышел.
Заринель тут же отодвинула все посторонние занятия и принялась перебирать запасы. Надо успеть, чтобы запрос ушёл как можно раньше — доставка тоже время занимает.
Ночью дежурившие ребята ещё несколько раз выезжали на точки, которые показывали артефакты. И снова — пусто. Ни прорывов, ни истончений, ничего. Тишина. В конце концов они отключили звук, потому что эта сирена въелась в мозг. От неё было только хуже — она не помогала, не предупреждала, а просто нагнетала, добавляла тревожности и нервозности, от которых хотелось забиться в угол и ждать.
Наталья делала своё дело — готовила документы на новое оборудование, переписывала номера, заполняла бумаги. Она не оперативник, не боец, её задача — чтобы всё было учтено и оформлено правильно. Радость от новой техники, которую так долго ждали, как-то быстро померкла. Работа шла, но без обычного оживления. Слишком гнетущей была атмосфера ожидания, тяжёлым — это затишье перед чем-то неизбежным.
В проходном конференц-зале висела карта, и каждый раз, когда кто-то проходил мимо, она привлекала внимание — мерцала красным, нагоняла тревогу и страх. Специально туда никто не заходил, но невозможно было не заметить это алое свечение, когда шёл по коридору.
Все эти дни тянулись одинаково: оперативная группа моталась снова и снова, но каждый раз возвращалась ни с чем. Пусто. Тишина. И только карта горела алым, напоминая, что спокойствие ложное.
Воздух за эти дни стал до того плотным и наэлектризованным, что ощущался физически — будто перед грозой, когда разряд вот-вот ударит, но небо всё ещё молчит.
И в один из дней, когда всё вокруг замерло в ожидании, Бузье, который шёл мимо конференц-зала снова на поводке у Хемны, вдруг остановился.
— Смотрите, — сказал он тихо.
Карта перестала мерцать. Красные огоньки, которые несколько дней не давали им покоя, просто исчезли. Богиня замерла, вглядываясь в погасшую карту. Ни звука. Ни вспышек. Ничего. Всё. Это настало. То, чего они боялись, чего ждали, то, к чему готовились все эти дни — пришло.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ.
Хемна повернулась на голос Бузье и шагнула к карте. Несколько секунд просто смотрела на нее, не веря своим глазам. А потом резко дёрнулась и побежала — в сторону кабинета Игната, несмотря на то, что лет ей было уже довольно много. Бузье, не раздумывая, последовал за ней. По реакции богини стало ясно: случилось что-то из ряда вон выходящее. Что-то, отчего даже древняя, видавшая виды Хемна сорвалась с места так, будто за ней самой гнались все демоны этого мира.
В кабинете Игната зазвонил стационарный телефон. Тот самый, что годами молчал и использовался разве что, как подставка для бумаг. Игнат замер на секунду, глядя на аппарат, а потом схватил трубку. Он уже знал. Если этот телефон зазвонил — значит, прорыв начался. Не локальный, а тот самый, к которому готовились и подсознательно боялись.
— Слушаю, — быстро сказал он в трубку.
Голос на том конце был жёстким, без лишних эмоций, такие разговоры не располагали к вежливостям.
— Масштабный прорыв. Используйте все доступные магические артефакты и средства для локализации проблемной зоны. Время на раскачку нет. Подключайте всех, кого можете. Действуйте по обстановке, но зону нужно закрыть. Любой ценой.
Игнат кивнул, хотя его и не видели:
— Принял. Работаем.
В конференц-зале собрались все, кто был в отделе. Игнат стоял у карты — той самой, что ещё недавно мерцала красным, а теперь на ней был обычный топографический рисунок
Говорил быстро, без лишних слов:
— Мне передали: прорыв масштабный. ОМОН уже на связи, но они не справляются. Лезут какие-то твари, каких раньше не видели. Люди в панике. Нужно действовать быстро.
Все кивнули. Лишних вопросов не задавали — не тот момент.
— Самые крупные очаги в трёх местах, — Игнат ткнул пальцем в карту. — Один там, куда мы в первый раз выезжали, когда артефакты сошли с ума. Два других рядом. Туда пойдут три группы. В каждой должен быть маг. — ведун обвёл взглядом присутствующих.
Бузье пожал плечами, глядя на него с лёгкой насмешкой.
— Сочувствую, — сказал он. — Но ничем не могу помочь. — и специально поднял руки, демонстрируя громоздкие браслеты на запястьях.
Никто из находящихся в помещении не разделял его веселья. Хемна переглянулась с Игнатом. Между ними завязался безмолвный диалог — тот, что понимают без слов люди, проработавшие вместе не один год.
Она стреляла глазами в сторону мага, он хмурил брови и качал головой, медленно, из стороны в сторону. Сначала яростно, потом остановился, а через мгновение тяжело выдохнул и коротко кивнул. Хемна шагнула к Бузье, маг возвышался над ней почти на полторы головы, но это не имело значения.
Она схватила его за руку — цепко, без возможности вырваться и потянула вниз, заставляя наклониться. Он подчинился. Не потому, что хотел, а потому, что в этом жесте чувствовалось нечто такое, чему невозможно было противиться . Она приблизила губы к его уху. Говорила тихо так, что никто в комнате не мог разобрать ни слова. Но сам звук её голоса, низкий и вязкий, разливался по телу иномирца холодом.
— Если попробуешь сбежать, — шепнула она, — если сделаешь хоть что-то против этого мира или против живущих здесь людей, если даже просто подумаешь о чём-то плохом, то я высушу тебя досуха. Заберу всю магию, до последней капли. Ты не спрячешься, не сбежишь, не скроешься. Я помню вкус твоей силы. Она стала частью меня. Я найду тебя везде.— Она отпустила его руку.
Маг медленно выпрямился. Лицо его утратило привычную насмешливость — теперь на нём застыло то самое выражение, которое бывает у человека, только что заглянувшего в безду и понявшего, что бездна заглянула в ответ. Никто не слышал слов. Каждый в комнате понял: она сказала ему то, что не захотел бы услышать никто из присутствующих.
— Первая группа: я, Савелий, Александр. Идём на центральный очаг. Савелий молча кивнул. Александр поправил снаряжение.
— Вторая группа: Хемна, Роман, Пётр. — Игнат перевёл взгляд на богиню. — Хемна, ты за старшего. Роман, прикрываешь. Пётр, страховка. — Третья группа: Бузье, Волков, Ник. — Игнат посмотрел на мага, потом на оборотня. — Волков, ты за старшего. Ник, поддержка. Бузье… — он сделал паузу, — ты идёшь как маг. По необходимости.
— Астила, — добавил Игнат, обернувшись к полупрозрачной фигуре, — ты со второй группой, но ты не в счёт. Будешь дополнительной страховкой. Астила согласно качнулась в воздухе.
Игнат посмотрел на тех, кто оставался в отделе:
— Заринель, Наталья, Булат — вы за координацию и тыл. — Он перевёл дыхание и продолжил:
— Кинжалы берёте с собой. Заринель, твой остаётся у тебя — чтобы в случае чего могла быстро переместиться туда, где нужна помощь. Связь держите по рациям. Булат, следишь за артефактами, чтобы ни у кого не сели. Наталья, ты координируешь информацию от спецслужб, передаёшь группам. Все входящие данные — сразу нам.
Он на секунду замялся, потом добавил уже чуть мягче:
— И чтобы чай горячий был, когда вернёмся. Последняя фраза прозвучала почти с улыбкой, но напряжение в комнате не разрядилось.
—- Когда группы начали расходиться, Хемна подошла к Бузье. Маг напрягся, но виду не подал.
— Повернись, — сказала она коротко. Он повернулся, Хемна медленно сняла с шеи повязку, ту самую, что всё это время ограничивала мага и была своеобразным ошейником с поводком, связывающим их магией. Кто-то из присутствующих помог снять браслеты. Тяжёлые блокираторы наконец покинули запястья, и Бузье замер, не веря своим ощущениям. Впервые за долгое время магия внутри него не была заблокирована — она просто... молчала. Пустота звенела в груди, как в высохшем колодце.
— Сколько тебе нужно для пополнения резерва? — спросила Хемна, глядя на него в упор. Маг задумался, прикидывая что-то в уме, потом перевёл взгляд на Булата:
— А сколько у вас есть накопителей?
Булат от его вопроса чертыхнулся, ругнувшись сквозь зубы, но кочевряжиться и спорить не стал. Ситуация была не та. Мотнул головой и повёл мага в мастерскую. Там он один за другим начал подавать ему кристаллы. Бузье брал, закрывал глаза, и через несколько секунд прозрачный камень тускнел, становясь пустым.
Первый, второй, третий, четвёртый... Булат мрачнел на глазах. Пятый, шестой, седьмой... На восьмом гном не выдержал:
— Да сколько ж в тебя влезает? Ты мне так все накопители сожрёшь! Бузье, принимая очередной кристалл, усмехнулся: — Сколько был без магии? Прилично. Нужно чуть больше, чем до краёв. Он взял последний накопитель, опустошил его и наконец выдохнул — ровно, глубоко, с явным облегчением.
— Всё. Можно работать. И в этот момент все, кто был рядом, заметили перемену. Бузье словно раздался в плечах — осунувшаяся худоба исчезла, черты лица заострились, но уже не той болезненной остротой, а той, что бывает у сильных хищников. В глазах зажглась жизнь, даже волосы, казалось, заблестели, перестав быть тусклыми и безжизненными. Он расправил плечи и вдруг стал тем, кем был на самом деле — магом, учёным, тем, кто привык повелевать, а не подчиняться.
Волков, наблюдавший за этим со стороны, молча кинул ему свёрток с одеждой. — Переоденься. Не в робе же идти. Бузье поймал на лету, коротко кивнул и скрылся за углом.
Первая группа к тому времени уже ушла.
Наталья стояла посреди конференц-зала, когда группы разъехались, и чувствовала, как внутри всё дрожит. Не только от страха, а от непонимания. Её, секретаря, человека без магии, вдруг бросило в самую гущу событий. Ей дали ответственность — координировать, передавать информацию, следить за обстановкой. А она понятия не имела, за что хвататься.
В голове шумело: рации, карта, спецслужбы, группы, кинжалы, прорыв... Слишком много всего, слишком быстро. Ещё пару дней назад она раскладывала бумаги и радовалась новой технике, а теперь от нее требовалось спасать людей.
Руки слегка подрагивали, когда она поправляла наушник рации.
— Наталья, ты как? — голос Заринель выдернул из оцепенения.
— Я... — Наталья сглотнула. — Я не знаю, с чего начать. Их трое групп, у каждой своя точка, и если что-то пойдёт не так...
— Слушай сюда, — Заринель подошла ближе и положила руку ей на плечо. — Ты не одна. Булат тут, я тут. Ты просто делай то, что всегда делаешь — собирай информацию и раскладывай по полочкам. Только теперь это не бумаги, а люди. Ты справишься.
Наталья кивнула, но ей все равно страшно. Одно дело — отчёты и накладные. И совсем другое — жизни коллег, которые сейчас ехали туда, откуда, возможно, не все вернутся.
Она глубоко вздохнула, в очередной раз поправила наушник.
Булат пододвинул к Наталье стул перед массивным экраном, каких она раньше не видела.
— Это радар-координатор. Подключён к общей сети.
Она опустилась на стул, всё ещё не понимая, что делать дальше, но Булат уже ткнул пальцем в панель с россыпью светящихся кнопок.
— Смотри. Видишь карту? — он обвёл рукой экран, где пульсировали очертания города и пригородов. — Вот сейчас первая группа уже на месте. Вторая подходит. Третья — вот здесь.
Он замолчал на секунду, потом ткнул в сенсорную панель справа.
— А это твой главный инструмент. Кинжалы у них с собой. Они уже вышли из отдела через разрез — я активировал, пока ты добиралась. Теперь всё в твоих руках.
Наталья непонимающе уставилась на панель.
— Смотри, — Булат нажал одну из кнопок. На карте, рядом с точкой третьей группы, загорелся яркий зелёный крест.
— Видишь? Это точка выхода. Если им нужно будет быстро переместиться — допустим, Волков решит, что они зажаты, или понадобится поддержать вторую группу — ты ставишь новый крест там, куда им нужно. Хоть через весь город. Хоть обратно в отдел.
— А дальше? — тихо спросила Наталья.
— А дальше тот, у кого кинжал, режет полотно. Прямо там, где стоит. И через разрез они выходят ровно туда, куда ты указала. Быстро, чисто, без машин и пробок.
Наталья смотрела на карту, на зелёный крест, на мигающие точки групп. В голове пыталось уложиться: она будет решать, куда их отправлять. Прямо сейчас. Секретарь, который ещё утром заполнял бумаги.
— А если я ошибусь? — спросила она, чувствуя, как внутри всё холодеет.
Булат хмыкнул.
— Тогда они выйдут не туда. Может, в стену. Может, прямо в гущу тварей. — Он помолчал, глядя на неё. — Так что старайся не ошибаться.
И ушёл к своим артефактам.
Наталья осталась одна перед экраном. В наушнике затрещало:
— Вторая группа на точке, вижу движение.
— Принял, — ответил Волков. — Ник, страхуй. Бузье, не отставай.
А следом — другой голос, с помехами:
— Первый сектор, запрашиваю подкрепление. Здесь реально жёстко.
Наталья замерла. На неё обрушился поток чужих голосов, коротких фраз, позывных, шума помех и треска раций. Где-то там, за пределами отдела, её коллеги и незнакомые люди из спецслужб пытались справиться с тем, что лезло из прорыва. А она должна была это координировать.
Рядом пищала аппаратура, на карте вспыхивали и гасли точки групп, зелёный крест всё ещё горел там, где его поставил Булат.
Наталья сглотнула, сделала первый выдох.
— Координатор на связи. Приём.— сказала она в микрофон, стараясь, чтобы голос не дрожал.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Когда Волков вспорол пространство кинжалом, разрез засветился неровным серебристым маревом. Они вошли в него по очереди: Ник, Волков, и последним — Бузье. Тишина координаторской сменилась адом.
Какофония звуков обрушилась со всех сторон: крики, рыки, треск рвущейся плоти, вой сирен где-то в отдалении, мат и короткие команды незнакомых бойцов. Воздух пах озоном, гарью и чем-то сладковато-мерзким, от чего подкатывало к горлу.
Бузье ступил в этот хаос и даже не успел сделать шаг — тело сработало быстрее мысли. Инстинкты, отточенные годами выживания в чужом мире, дёрнули его в сторону. Он упал, уходя перекатом, и туша существа тяжело плюхнулась на то место, где он только что стоял. Монстр мгновенно перевернулся и бросился в атаку на вновь прибывших. Маг не стал ждать. Он просто поднял руку.
