Ну и о чем с ним говорить? Об анкарах? Рано, наверное.
«Каких вы зверей любите»? Банально и скучно. Лин вдруг вспомнила свой первый разговор с Асиром — о зверинцах. Свое резкое «я не желаю учиться у ваших анкаров». Невольно покачала головой: оказался прав Асир, а не она тогдашняя. И спросила:
— Вы тоже считаете, что нам есть чему поучиться у анкаров? Или в вашем зверинце в Шитанаре их нет?
— У нас и зверинца-то нет, в том смысле, в каком его обычно понимают, — ответил Назиф охотно, будто только и ждал, когда она заговорит. — Есть небольшой сад с птицами и грызунами для анх из сераля. Территория с боевыми хищниками для арен и отдельно — с ездовыми животными. Просто сходить, понаблюдать и полюбоваться ими не выйдет. Поэтому об анкарах я знаю не слишком много, но мне кажется, ими можно восхищаться.
— Они достойны восхищения, несомненно, — согласилась Лин. И, не удержавшись, добавила вполголоса: — В отличие от грызунов.
При слове «грызуны» в памяти возникали мерзкие трущобные крысы — возможно, тоже достойные восхищения своей живучестью и готовностью вцепиться в глотку, но Лин терпеть их не могла. Нет, она знала, конечно, что к грызунам относятся и милые пушистые кролики, и драгоценные шиншиллы, и забавные хомячки, которых наверняка любят изнеженные анхи, но сама предпочитала обойтись без грызунов в питомцах. Да и все равно нет никого лучше Исхири!
— Чем же милые пушистые крохи удостоились такой неприязни? — с улыбкой спросил Назиф, но ответа не ждал. — Единственный анкар, которого я видел несколько раз и выделял среди прочих, погиб несколько лет назад в бою, — он вдруг поморщился, будто вспоминать об этом ему не хотелось. — Анкар владыки Латифа, тоже подаренный вашим владыкой. Но я надеюсь, что теперь все немного изменится. Мне будет с чем сравнивать. Пока я видел только зверинец в Нилате. Владыка Акиль любит крупных хищников. А о зверинце Имхары говорят по всей Ишвасе. Владыка Асир в самом деле собирает самых разных зверей? Не только для боев, перевозок и развлечения анх?
И тут Лин поняла, что она как-то и не заходила дальше вольеров с анкарами…
— Зверинец владыки Асира огромен, и я, признаюсь честно, не видела всего. Я недавно здесь. Но знаю, что наш владыка действительно собирает самых разных зверей, не только тех, что красивы или полезны. — Она улыбнулась: — Однажды он сказал мне, что у анкаров есть чему поучиться. Тогда я не поняла, но теперь понимаю. Анкары владыки… да вы и сами увидите. Это драгоценный дар.
— Похоже, ваша любовь отдана не слишком подходящим для анхи зверям.
— Зато достойным.
Зверинец встретил привычным рабочим шумом. Зверей уже покормили, и сейчас клибы-смотрители чистили клетки, меняли воду в поилках, укротители школили верховых зверей и дрессировали бойцовых, а сами звери вели себя на удивление тихо: в дневную жару многие из них предпочитали спать. Разве что попугаи орали беспрерывно. Лин свернула к анкарам. Здесь было тише: Адамас никогда не рычал попусту, а мелкие уже наигрались и лениво валялись на рыжем песке, в скудной тени ограды.
Триан заметил гостей, отложил щетку.
— Доброго дня, госпожа. Вы сегодня не в обычное время.
— Здравствуйте, Триан. Я с гостем. Владыка Назиф, это Триан, смотритель. Триан, владыка Асир попросил меня познакомить владыку Шитанара с вами и Адамасом. Хочет подарить ему анкара.
— Приветствую, владыка, прошу меня простить, я не ждал таких высоких гостей, — Триан склонился в низком поклоне, но Назиф шагнул к нему, тронув за плечо. То ли еще не привык к таким церемониям, то ли вообще не желал их.
— Не нужно. Мне не за что прощать вас. Приветствую, господин Триан.
И тут подал голос Исхири. Наверное, услышал Лин или почуял. Протяжный и возмущенный еще не рык, скорее возмущенный мявк заставил Назифа дернуться и быстро осмотреться, а Триана укоризненно покачать головой.
— Терпению и сдержанности мы друг друга точно не научим, — рассмеялась Лин. — Пойду объясню, как вести себя перед высоким гостем.
— Лучше вы, госпожа, чем Адамас, — усмехнулся Триан, и, словно в ответ, над зверинцем пронесся могучий, низкий рык матерого анкара. — Видите, он тоже не одобряет.
— Это… воспитательный процесс? — с заминкой спросил Назиф, продолжая прислушиваться. Но растерянности в нем не чувствовалось, только интерес.
— Пока еще нет, но сейчас будет, — пообещала Лин. — Простите, владыка Назиф. А впрочем, вы ведь все равно пришли на них посмотреть.
Исхири стоял у ограды вольера на задних лапах, закинув передние на край, тянул голову, высматривая Лин. А увидев, коротко взмявкнул и резко сел.
— Ну прости, я не по форме, — развела она руками. — Играть не будем. Если ты изорвешь этот наряд, нехорошо получится, не может же анха повелителя оказаться перед его дорогими гостями в драном? Даже если кое-кто был бы совсем не против такого зрелища.
Исхири снова вскочил, завертелся, потянулся к Лин.
— Да-да, я тоже скучала, — она подбежала к ограде, погрузила пальцы в мягкую шерсть. Чесала Исхири под горлом, а он мурчал и норовил лизнуть в ответ. — Я приду, как только смогу. У владыки гости, это важно. Был бы ты взрослый и рассудительный, как твой отец, наверное, мог бы иногда там присутствовать. Хотя вряд ли тебе понравилось бы, уж поверь!
Исхири презрительно чихнул: мол, какая разница, понравилось бы или нет.
— Предки, — негромко сказал Назиф. — Он похож на своевольного мальчишку-кродаха, которому не дают того, чего хочется.
— Владыка, госпожа, входите внутрь, — Триан распахнул калитку. — Я сейчас приведу Адамаса.
— Внутрь? — переспросил Назиф, с изумлением глядя на Лин. — Вы пойдете прямо туда? К ним?
— Прямо туда, — рассмеялась она, входя первой. — Прямо здесь хорошо. Мне нравится.
Исхири кинулся обниматься в своей манере, бухнул лапы на плечи. За несколько дней, что Лин к нему не приходила, он вырос еще больше, теперь удержаться на ногах под его обнимашками стало сложно.
— Веди себя прилично, у нас гости! — за рыжим меховым боком мелькнуло напряженное лицо Назифа: кажется, тот думал, не пора ли спасать глупую анху. — И я же сказала, эта одежда не для игры! Сядь, балбес!
«Балбес» терся мордой о ее лицо, мурчал утробно. Соскучился. Даже стыдно стало, что бросила «братца» скучать, пусть и по понятным причинам. Лин чесала его и гладила, сама не слишком думая о сохранности драгоценного наряда. Если не выпустит когти, все обойдется.
— Никогда не видел ничего подобного, — раздался задумчивый голос Назифа. — Даже представить не мог.
А Исхири вдруг прижал уши и чинно замер у ног.
— Наконец-то решил показать воспитанность, — проворчала Лин. — О, а вон и Адамас. Ты поэтому так присмирел?
Но если примерное поведение Исхири и могло ввести кого-то в заблуждение, то уж точно не его отца. Весь вид Адамаса говорил об исключительном неодобрении. И смотрелось это слегка пугающе. Для тех, кто его знал. А тех, кто не знал… — Лин покосилась на шитанарца, — и вовсе должен устрашать.
Назиф замер на месте и будто даже дышать забыл. Только чуть подрагивали ноздри, видимо, он пытался разобраться в запахе этого огромного зверя, разложить его на составляющие. Адамас также замер напротив, слегка наклонив морду, внимательно смотрел на гостя исподлобья, загораживая калитку. И Лин лишь слегка угадывала за ним Триана. Клиба не вмешивался, да и бояться на самом деле было нечего, но приди сюда Назиф со своими советниками, возможно, они бы решили, что это не меньше чем покушение на жизнь их владыки. Так и до дипломатического скандала недалеко.
Интересно, кинулись бы защищать, или… поддержали начинание Асира?
Адамас вопросительно рыкнул. Лин улыбнулась: сама она не сразу начала различать его интонации, но теперь не понимала, как можно их спутать. Но новый человек, конечно же, не смог бы определить, когда Адамас раздражен, когда в недоумении, а когда просто предлагает оставить его в покое.
— Предки, — выдохнул Назиф, осторожно переступая с ноги на ногу. — Я странно себя чувствую. Хочется поклониться ему. Как равному. Это очень глупо, да?
— Это правильно, я думаю, — серьезно ответила Лин. — Вы можете даже рассказать ему, зачем мы сюда пришли. Он поймет.
— Владыка Асир считает, что я достоин роскошного дара, — медленно произнес шитанарец, обращаясь к Адамасу. — Он хотел, чтобы я увидел молодых анкаров и… тебя? вас? Эмм… госпожа Линтариена, скажите, у них с владыкой Асиром и правда… связь? Как в древних легендах? Я никогда не верил, но сейчас…
— Надеюсь, это не секретная информация, — пробормотала Лин. Пожала плечами и ответила честно: — Я прискорбно невежественна по части древних легенд. Но о возможной связи со зверем владыка рассказывал мне, как о реальности. Правда, говорил и о том, что сейчас она встречается редко и совсем не на том уровне, что раньше. Но с Адамасом они росли вместе. — Это точно не было секретом, не могло быть, слишком многие должны помнить детство владыки.
— Да, я знаю, сейчас все иначе. Владыка Акиль рассказывал, что у него в юности была возможность связать себя со зверем, но он не рискнул. И все же мне казалось, что это скорее дань традиции, чем реальное взаимопонимание. Но сейчас я не могу в это не верить. Удивительно.
Чуткие уши Адамаса двигались, будто он вслушивался в человеческие слова, потом, слегка склонив голову, он воззрился на Назифа с тем выражением, с каким смотрел иногда на своих детей — словно решал, достойны ли, не посрамят ли его и свою честь. Насколько знала Лин, такой пристальный интерес к чужим он проявлял исключительно редко. Похоже, владыка Назиф и в самом деле был неординарным молодым человеком.
— Это что-то значит, да?
Ответить Лин не успела. Адамас обошел Назифа, слегка задев боком, и устремился в глубину вольера, где развалились в тени остальные разморенные жарой молодые анкары. Обернулся на людей, и Лин перевела выразительный взгляд:
— Он приглашает знакомиться. Идите, владыка.
— А вы?
— А я давно с ними знакома, как и они со мной. Идите, ведь это вам предназначен сегодня драгоценный дар.
«И у меня есть Исхири», — она погрузила пальцы в густую шерсть на загривке.
Бесшумно подошел Триан. Сказал так тихо, что и она едва услышала:
— Молодой владыка Шитанара действительно достоин этого дара. Он понимает. Или еще не совсем понимает, но поймет.
Лин только кивнула, слова были необязательны. Молодые анкары под внимательным взглядом Адамаса принюхивались к гостю, не так пугливо, как когда-то к Лин: они уже достаточно выросли, чтобы осознать свою силу и желать испробовать ее. Чтобы и в человеке рядом искать такого же сильного. Назиф стоял неподвижно в их бело-рыжем мельтешении и вдруг неуловимо быстро припал на одно колено, положил ладонь на холку темно-рыжей самочки. Лин с Трианом услышали:
— Ты. Дэва.
— Он дал ей имя? — прошептала Лин. — Вот так, сразу? Это что, связь?
— Пока нет, — неторопливо ответил Триан. — Пока… а там — кто знает?
Дэва, огненная демоница. Интересные имена раздает этот шитанарец!
Самочка потерлась о его ногу. Приняла? Его рука уверенно прошлась по рыжей спине, приглаживая шерсть.
Адамас лег рядом и следил за происходящим так внимательно, что Лин невольно снова вспомнила тот день, когда сама знакомилась с Исхири. Вот так же, почти на том же самом месте. Она тогда еще очень многого не понимала и не чувствовала, но помнила и острую радость, и переполнявшую благодарность. И собственную неуверенность — сможет ли? У Назифа неуверенности не было и в помине. Да и объяснять ему не требовалось, сам знал все о связи, пусть и считал ее легендой. А Лин так и не поняла бы, и не поверила, если бы не Асир. Она тогда была как слепой котенок, и как же повезло, что нашелся человек, кродах, который взял за руку и провел единственным, наверное, подходящим для нее путем. Позволив спорить и возмущаться, спрашивать и самой искать ответы. И только благодаря ему и, пожалуй, ради него приняла и этот мир, и себя новую, и продолжает принимать. Каждый день. «И даже жаль, что не каждую ночь», — усмехнулась собственным мыслям.
— Пойдемте, владыка Назиф, — сказала, еще немного подождав. — Вы сможете вернуться позже, если захотите. Иначе мы рискуем пропустить приезд новых гостей.
— Да, — ответил тот, с явной неохотой поднимаясь на ноги, и добавил, обращаясь почему-то к Адамасу: — Нам пора. Хотя, видят предки, я предпочел бы задержаться.
— Грядет что-то очень, очень занимательное, — негромко сказал Акиль.
— В самое ближайшее время, — усмехнулся Асир.
— Думаешь, уже сегодня?
— Думаю, прямо сейчас.
В галерею, где они стояли, тянуло густым сладким запахом роз из сада. На Им-Рок опускался вечер, и владыки с советниками, а кое-кто еще и с анхами, собирались в Лазурном зале — приятно провести время за пряным кальяном, чашей вина или чего-нибудь покрепче.
Что ж, этот день еще не закончился, но уже мог поспорить богатством событий со всеми предыдущими. Затмил даже вчерашний с неожиданными новостями о новом владыке Шитанара. Что все пошло не так, как они с Сардаром ждали и рассчитывали, Асир понял незадолго до церемонии приветствия. Когда Сардар, от которого на всю округу фонило злостью и раздражением, принес чудные новости: владыка Вахид вместо того, чтобы тащиться по Имхаре еще с неделю и наслаждаться всеобщим ожиданием, умудрился догнать Рабаха в дне пути от Им-Рока. Твари бездны его несли, не иначе.
Он оставил позади свой бесконечный выезд с сановниками и слугами, прихватив только десяток любимых анх и приветственный подарок. Это было вообще ни на что не похоже. Но и взбешенный Сардар, которому не успели донести заранее, и сам Асир прекрасно понимали, в чем тут дело. Наверняка до Вахида дошли слухи о смерти старого Латифа и об имени его преемника. А значит, с верным союзником надо было сговариваться заранее, подумать, как взять нового наследничка в оборот и стоит ли тратить время на того, кого на родине, вполне возможно, ждет либо яд, либо пика вместо радушной встречи.
К какому решению склонялись Рабах и Вахид, еще только предстояло понять, но владыка Азрая уж слишком настойчиво с первых же минут знакомства выражал Назифу симпатию и готовность помочь-поддержать-наставить в любой момент. «Только попросите, мой мальчик. Мы с вашим дедом…» От «мальчика» передергивало даже обычно спокойного Акиля. Что уж говорить о не готовом к такому навязчивому радушию Назифе. Но «мальчик» пока держался, и Асир с интересом наблюдал за ним.
Но не только новый владыка Шитанара занимал умы двух почтенных старых козлов, был еще Нариман, который с каждым часом, с каждым словом и ядовитой улыбкой Вахида становился все мрачнее и потеряннее. Даже, пожалуй, затравленнее, хотя это слово уж совсем никак не сочеталось с громким титулом «владыка». Впрочем, прежде всего с этим титулом не должно сочетаться безмозглое расточительство, а владыка Баринтара славился по всей Ишвасе умением проматывать несусветные суммы, брать в долг и тут же проматывать снова.
Баринтар и без того был одним из самых проблемных лепестков, не спасало даже богатое на всяческих тварей и жемчуг море. Когда Асир пришел к власти, Баринтар еще выживал сам, лишь иногда пользуясь небольшой помощью соседей. Но с каждым годом нажитое и построенное прошлым владыкой истощалось и рушилось, а новый все глубже утопал в долгах и страхах.
«Каких вы зверей любите»? Банально и скучно. Лин вдруг вспомнила свой первый разговор с Асиром — о зверинцах. Свое резкое «я не желаю учиться у ваших анкаров». Невольно покачала головой: оказался прав Асир, а не она тогдашняя. И спросила:
— Вы тоже считаете, что нам есть чему поучиться у анкаров? Или в вашем зверинце в Шитанаре их нет?
— У нас и зверинца-то нет, в том смысле, в каком его обычно понимают, — ответил Назиф охотно, будто только и ждал, когда она заговорит. — Есть небольшой сад с птицами и грызунами для анх из сераля. Территория с боевыми хищниками для арен и отдельно — с ездовыми животными. Просто сходить, понаблюдать и полюбоваться ими не выйдет. Поэтому об анкарах я знаю не слишком много, но мне кажется, ими можно восхищаться.
— Они достойны восхищения, несомненно, — согласилась Лин. И, не удержавшись, добавила вполголоса: — В отличие от грызунов.
При слове «грызуны» в памяти возникали мерзкие трущобные крысы — возможно, тоже достойные восхищения своей живучестью и готовностью вцепиться в глотку, но Лин терпеть их не могла. Нет, она знала, конечно, что к грызунам относятся и милые пушистые кролики, и драгоценные шиншиллы, и забавные хомячки, которых наверняка любят изнеженные анхи, но сама предпочитала обойтись без грызунов в питомцах. Да и все равно нет никого лучше Исхири!
— Чем же милые пушистые крохи удостоились такой неприязни? — с улыбкой спросил Назиф, но ответа не ждал. — Единственный анкар, которого я видел несколько раз и выделял среди прочих, погиб несколько лет назад в бою, — он вдруг поморщился, будто вспоминать об этом ему не хотелось. — Анкар владыки Латифа, тоже подаренный вашим владыкой. Но я надеюсь, что теперь все немного изменится. Мне будет с чем сравнивать. Пока я видел только зверинец в Нилате. Владыка Акиль любит крупных хищников. А о зверинце Имхары говорят по всей Ишвасе. Владыка Асир в самом деле собирает самых разных зверей? Не только для боев, перевозок и развлечения анх?
И тут Лин поняла, что она как-то и не заходила дальше вольеров с анкарами…
— Зверинец владыки Асира огромен, и я, признаюсь честно, не видела всего. Я недавно здесь. Но знаю, что наш владыка действительно собирает самых разных зверей, не только тех, что красивы или полезны. — Она улыбнулась: — Однажды он сказал мне, что у анкаров есть чему поучиться. Тогда я не поняла, но теперь понимаю. Анкары владыки… да вы и сами увидите. Это драгоценный дар.
— Похоже, ваша любовь отдана не слишком подходящим для анхи зверям.
— Зато достойным.
Зверинец встретил привычным рабочим шумом. Зверей уже покормили, и сейчас клибы-смотрители чистили клетки, меняли воду в поилках, укротители школили верховых зверей и дрессировали бойцовых, а сами звери вели себя на удивление тихо: в дневную жару многие из них предпочитали спать. Разве что попугаи орали беспрерывно. Лин свернула к анкарам. Здесь было тише: Адамас никогда не рычал попусту, а мелкие уже наигрались и лениво валялись на рыжем песке, в скудной тени ограды.
Триан заметил гостей, отложил щетку.
— Доброго дня, госпожа. Вы сегодня не в обычное время.
— Здравствуйте, Триан. Я с гостем. Владыка Назиф, это Триан, смотритель. Триан, владыка Асир попросил меня познакомить владыку Шитанара с вами и Адамасом. Хочет подарить ему анкара.
— Приветствую, владыка, прошу меня простить, я не ждал таких высоких гостей, — Триан склонился в низком поклоне, но Назиф шагнул к нему, тронув за плечо. То ли еще не привык к таким церемониям, то ли вообще не желал их.
— Не нужно. Мне не за что прощать вас. Приветствую, господин Триан.
И тут подал голос Исхири. Наверное, услышал Лин или почуял. Протяжный и возмущенный еще не рык, скорее возмущенный мявк заставил Назифа дернуться и быстро осмотреться, а Триана укоризненно покачать головой.
— Терпению и сдержанности мы друг друга точно не научим, — рассмеялась Лин. — Пойду объясню, как вести себя перед высоким гостем.
— Лучше вы, госпожа, чем Адамас, — усмехнулся Триан, и, словно в ответ, над зверинцем пронесся могучий, низкий рык матерого анкара. — Видите, он тоже не одобряет.
— Это… воспитательный процесс? — с заминкой спросил Назиф, продолжая прислушиваться. Но растерянности в нем не чувствовалось, только интерес.
— Пока еще нет, но сейчас будет, — пообещала Лин. — Простите, владыка Назиф. А впрочем, вы ведь все равно пришли на них посмотреть.
Исхири стоял у ограды вольера на задних лапах, закинув передние на край, тянул голову, высматривая Лин. А увидев, коротко взмявкнул и резко сел.
— Ну прости, я не по форме, — развела она руками. — Играть не будем. Если ты изорвешь этот наряд, нехорошо получится, не может же анха повелителя оказаться перед его дорогими гостями в драном? Даже если кое-кто был бы совсем не против такого зрелища.
Исхири снова вскочил, завертелся, потянулся к Лин.
— Да-да, я тоже скучала, — она подбежала к ограде, погрузила пальцы в мягкую шерсть. Чесала Исхири под горлом, а он мурчал и норовил лизнуть в ответ. — Я приду, как только смогу. У владыки гости, это важно. Был бы ты взрослый и рассудительный, как твой отец, наверное, мог бы иногда там присутствовать. Хотя вряд ли тебе понравилось бы, уж поверь!
Исхири презрительно чихнул: мол, какая разница, понравилось бы или нет.
— Предки, — негромко сказал Назиф. — Он похож на своевольного мальчишку-кродаха, которому не дают того, чего хочется.
— Владыка, госпожа, входите внутрь, — Триан распахнул калитку. — Я сейчас приведу Адамаса.
— Внутрь? — переспросил Назиф, с изумлением глядя на Лин. — Вы пойдете прямо туда? К ним?
— Прямо туда, — рассмеялась она, входя первой. — Прямо здесь хорошо. Мне нравится.
Исхири кинулся обниматься в своей манере, бухнул лапы на плечи. За несколько дней, что Лин к нему не приходила, он вырос еще больше, теперь удержаться на ногах под его обнимашками стало сложно.
— Веди себя прилично, у нас гости! — за рыжим меховым боком мелькнуло напряженное лицо Назифа: кажется, тот думал, не пора ли спасать глупую анху. — И я же сказала, эта одежда не для игры! Сядь, балбес!
«Балбес» терся мордой о ее лицо, мурчал утробно. Соскучился. Даже стыдно стало, что бросила «братца» скучать, пусть и по понятным причинам. Лин чесала его и гладила, сама не слишком думая о сохранности драгоценного наряда. Если не выпустит когти, все обойдется.
— Никогда не видел ничего подобного, — раздался задумчивый голос Назифа. — Даже представить не мог.
А Исхири вдруг прижал уши и чинно замер у ног.
— Наконец-то решил показать воспитанность, — проворчала Лин. — О, а вон и Адамас. Ты поэтому так присмирел?
Но если примерное поведение Исхири и могло ввести кого-то в заблуждение, то уж точно не его отца. Весь вид Адамаса говорил об исключительном неодобрении. И смотрелось это слегка пугающе. Для тех, кто его знал. А тех, кто не знал… — Лин покосилась на шитанарца, — и вовсе должен устрашать.
Назиф замер на месте и будто даже дышать забыл. Только чуть подрагивали ноздри, видимо, он пытался разобраться в запахе этого огромного зверя, разложить его на составляющие. Адамас также замер напротив, слегка наклонив морду, внимательно смотрел на гостя исподлобья, загораживая калитку. И Лин лишь слегка угадывала за ним Триана. Клиба не вмешивался, да и бояться на самом деле было нечего, но приди сюда Назиф со своими советниками, возможно, они бы решили, что это не меньше чем покушение на жизнь их владыки. Так и до дипломатического скандала недалеко.
Интересно, кинулись бы защищать, или… поддержали начинание Асира?
Адамас вопросительно рыкнул. Лин улыбнулась: сама она не сразу начала различать его интонации, но теперь не понимала, как можно их спутать. Но новый человек, конечно же, не смог бы определить, когда Адамас раздражен, когда в недоумении, а когда просто предлагает оставить его в покое.
— Предки, — выдохнул Назиф, осторожно переступая с ноги на ногу. — Я странно себя чувствую. Хочется поклониться ему. Как равному. Это очень глупо, да?
— Это правильно, я думаю, — серьезно ответила Лин. — Вы можете даже рассказать ему, зачем мы сюда пришли. Он поймет.
— Владыка Асир считает, что я достоин роскошного дара, — медленно произнес шитанарец, обращаясь к Адамасу. — Он хотел, чтобы я увидел молодых анкаров и… тебя? вас? Эмм… госпожа Линтариена, скажите, у них с владыкой Асиром и правда… связь? Как в древних легендах? Я никогда не верил, но сейчас…
— Надеюсь, это не секретная информация, — пробормотала Лин. Пожала плечами и ответила честно: — Я прискорбно невежественна по части древних легенд. Но о возможной связи со зверем владыка рассказывал мне, как о реальности. Правда, говорил и о том, что сейчас она встречается редко и совсем не на том уровне, что раньше. Но с Адамасом они росли вместе. — Это точно не было секретом, не могло быть, слишком многие должны помнить детство владыки.
— Да, я знаю, сейчас все иначе. Владыка Акиль рассказывал, что у него в юности была возможность связать себя со зверем, но он не рискнул. И все же мне казалось, что это скорее дань традиции, чем реальное взаимопонимание. Но сейчас я не могу в это не верить. Удивительно.
Чуткие уши Адамаса двигались, будто он вслушивался в человеческие слова, потом, слегка склонив голову, он воззрился на Назифа с тем выражением, с каким смотрел иногда на своих детей — словно решал, достойны ли, не посрамят ли его и свою честь. Насколько знала Лин, такой пристальный интерес к чужим он проявлял исключительно редко. Похоже, владыка Назиф и в самом деле был неординарным молодым человеком.
— Это что-то значит, да?
Ответить Лин не успела. Адамас обошел Назифа, слегка задев боком, и устремился в глубину вольера, где развалились в тени остальные разморенные жарой молодые анкары. Обернулся на людей, и Лин перевела выразительный взгляд:
— Он приглашает знакомиться. Идите, владыка.
— А вы?
— А я давно с ними знакома, как и они со мной. Идите, ведь это вам предназначен сегодня драгоценный дар.
«И у меня есть Исхири», — она погрузила пальцы в густую шерсть на загривке.
Бесшумно подошел Триан. Сказал так тихо, что и она едва услышала:
— Молодой владыка Шитанара действительно достоин этого дара. Он понимает. Или еще не совсем понимает, но поймет.
Лин только кивнула, слова были необязательны. Молодые анкары под внимательным взглядом Адамаса принюхивались к гостю, не так пугливо, как когда-то к Лин: они уже достаточно выросли, чтобы осознать свою силу и желать испробовать ее. Чтобы и в человеке рядом искать такого же сильного. Назиф стоял неподвижно в их бело-рыжем мельтешении и вдруг неуловимо быстро припал на одно колено, положил ладонь на холку темно-рыжей самочки. Лин с Трианом услышали:
— Ты. Дэва.
— Он дал ей имя? — прошептала Лин. — Вот так, сразу? Это что, связь?
— Пока нет, — неторопливо ответил Триан. — Пока… а там — кто знает?
Дэва, огненная демоница. Интересные имена раздает этот шитанарец!
Самочка потерлась о его ногу. Приняла? Его рука уверенно прошлась по рыжей спине, приглаживая шерсть.
Адамас лег рядом и следил за происходящим так внимательно, что Лин невольно снова вспомнила тот день, когда сама знакомилась с Исхири. Вот так же, почти на том же самом месте. Она тогда еще очень многого не понимала и не чувствовала, но помнила и острую радость, и переполнявшую благодарность. И собственную неуверенность — сможет ли? У Назифа неуверенности не было и в помине. Да и объяснять ему не требовалось, сам знал все о связи, пусть и считал ее легендой. А Лин так и не поняла бы, и не поверила, если бы не Асир. Она тогда была как слепой котенок, и как же повезло, что нашелся человек, кродах, который взял за руку и провел единственным, наверное, подходящим для нее путем. Позволив спорить и возмущаться, спрашивать и самой искать ответы. И только благодаря ему и, пожалуй, ради него приняла и этот мир, и себя новую, и продолжает принимать. Каждый день. «И даже жаль, что не каждую ночь», — усмехнулась собственным мыслям.
— Пойдемте, владыка Назиф, — сказала, еще немного подождав. — Вы сможете вернуться позже, если захотите. Иначе мы рискуем пропустить приезд новых гостей.
— Да, — ответил тот, с явной неохотой поднимаясь на ноги, и добавил, обращаясь почему-то к Адамасу: — Нам пора. Хотя, видят предки, я предпочел бы задержаться.
ГЛАВА 11
— Грядет что-то очень, очень занимательное, — негромко сказал Акиль.
— В самое ближайшее время, — усмехнулся Асир.
— Думаешь, уже сегодня?
— Думаю, прямо сейчас.
В галерею, где они стояли, тянуло густым сладким запахом роз из сада. На Им-Рок опускался вечер, и владыки с советниками, а кое-кто еще и с анхами, собирались в Лазурном зале — приятно провести время за пряным кальяном, чашей вина или чего-нибудь покрепче.
Что ж, этот день еще не закончился, но уже мог поспорить богатством событий со всеми предыдущими. Затмил даже вчерашний с неожиданными новостями о новом владыке Шитанара. Что все пошло не так, как они с Сардаром ждали и рассчитывали, Асир понял незадолго до церемонии приветствия. Когда Сардар, от которого на всю округу фонило злостью и раздражением, принес чудные новости: владыка Вахид вместо того, чтобы тащиться по Имхаре еще с неделю и наслаждаться всеобщим ожиданием, умудрился догнать Рабаха в дне пути от Им-Рока. Твари бездны его несли, не иначе.
Он оставил позади свой бесконечный выезд с сановниками и слугами, прихватив только десяток любимых анх и приветственный подарок. Это было вообще ни на что не похоже. Но и взбешенный Сардар, которому не успели донести заранее, и сам Асир прекрасно понимали, в чем тут дело. Наверняка до Вахида дошли слухи о смерти старого Латифа и об имени его преемника. А значит, с верным союзником надо было сговариваться заранее, подумать, как взять нового наследничка в оборот и стоит ли тратить время на того, кого на родине, вполне возможно, ждет либо яд, либо пика вместо радушной встречи.
К какому решению склонялись Рабах и Вахид, еще только предстояло понять, но владыка Азрая уж слишком настойчиво с первых же минут знакомства выражал Назифу симпатию и готовность помочь-поддержать-наставить в любой момент. «Только попросите, мой мальчик. Мы с вашим дедом…» От «мальчика» передергивало даже обычно спокойного Акиля. Что уж говорить о не готовом к такому навязчивому радушию Назифе. Но «мальчик» пока держался, и Асир с интересом наблюдал за ним.
Но не только новый владыка Шитанара занимал умы двух почтенных старых козлов, был еще Нариман, который с каждым часом, с каждым словом и ядовитой улыбкой Вахида становился все мрачнее и потеряннее. Даже, пожалуй, затравленнее, хотя это слово уж совсем никак не сочеталось с громким титулом «владыка». Впрочем, прежде всего с этим титулом не должно сочетаться безмозглое расточительство, а владыка Баринтара славился по всей Ишвасе умением проматывать несусветные суммы, брать в долг и тут же проматывать снова.
Баринтар и без того был одним из самых проблемных лепестков, не спасало даже богатое на всяческих тварей и жемчуг море. Когда Асир пришел к власти, Баринтар еще выживал сам, лишь иногда пользуясь небольшой помощью соседей. Но с каждым годом нажитое и построенное прошлым владыкой истощалось и рушилось, а новый все глубже утопал в долгах и страхах.
