Шаманка

       - Что, серьёзно пятьсот? – успела она услышать чуть насмешливый вопрос, уходя.
       
       - Серьёзно три мужа? – отбил выпад Учитель.
       
       «Точно споются,» - мысленно усмехнулась Трис, качая головой. – «Что угодно ставлю на то, что скоро их свадьбу отпразднуем и никакой страх бабе Томе не помешает. Безупречная же пара!».
       
       - Как ты своих стариков так ошеломила? – раздался рядом голос Алисы, когда Трис проверяла, достаточно ли крепко связаны тюки и хорошо ли на них держатся амулеты от гниения, сырости, воровства и прочего.
       
       - А? – чуть рассеянно обернулась Трис к девушке, с которой они за вчерашний вечер успели даже спеться и почти подружиться. – Ах это… Да спорить с ними устала, вот и в сердцах сказала, что ещё чуть-чуть и поженю их. Ну правда, я у них уже столько сходств в характере нашла, что мама не горюй!
       
       Алиска прыснула в кулак и выдавила, сдерживая хохот:
       
       - Ну ты даёшь, такое двум пожилым людям ляпнуть! Переспорила хоть?
       
       - А такое когда-нибудь бывало? – слегка сварливо поинтересовалась Трис с саркастической усмешкой. – Ощущение порой, что эти двое сами то и дело забывают о собственном почтенном возрасте. Оба постоянно взваливают на себя выше крыши, словно молодые, постоянно в движении, что-то делают, на предложения лишний раз отдохнуть ответ один: «в гробу отдохнём, когда время помереть найдётся», причём отвечают так порой хором. Теперь вон, Тамар Степанна категорически заявила, что ни за что не сядет в телегу, верхом поедет, ибо она «старая, а не дряхлая»… И вообще не слушают голос разума в моём лице, что им как бы тоже себя поберечь надо.
       
       - Да, других таких живчиков ещё поискать надо, - согласно кивнула Алиса, принимаясь помогать ей с проверкой. – Надеюсь, на свадьбу позовёте? У меня тут и знакомый священник появился. Молодой, красивый, умный как три меня… Шаманам, конечно, не слишком доверяет, всё-таки религиозный человек, сама понимаешь, специфика бывшей профессии, но ради меня хоть дьявола с архангелом обвенчает и бровью не поведёт.
       
       - Оу, - подняла брови Трис. – Когда это ты в этой всей суматохе таких людей охмурить-то умудрилась?
       
       - Да тюки когда вместе связывали разговорились пару дней назад, выяснилось, что он, как и я, историей всерьёз увлекается, а там уже слово за слово, ну и… - Алиса многозначительно замолчала и стрельнула глазками. – Так что на случай чего у нас подходящие специалисты имеются.
       
       Девушки переглянулись и тихо рассмеялись. Общество некогда ненавистной сводной сестры на удивление хорошо помогало не думать о плохом. Та то и дело безобидно подкалывала её, устраивая к их обоюдному удовлетворению «взаимный обмен ядом», шутила над серьёзными вещами, но не потому, что была легкомысленна, а потому, что знала – так проще и легче пережить «кризис», старалась помогать по мере сил, болтала без умолку, отвлекая… В общем, делала всё то, чего Трис знатно не хватало. Девушка даже ловила себя на мысли, что теперь, спустя все эти годы и множество личностных изменений, они вполне могут стать очень и очень хорошими подругами.
       
       Через пол часа все мелочи были доделаны и люди собрались на условленном месте отправки. Трис на своём Аро оказалась во главе их своеобразного «табора», как они с Учителем это в шутку называли, слева ехал Учитель, справа – Тамара Степановна и Алиса. Обернувшись к людям, Трис просканировала их заклинанием, чтобы убедиться, что никого не забыли и все готовы к отправке, и, удовлетворённо кивнула, поворачиваясь обратно и с тревогой вгляделась в даль. Зов она чувствовала чётко, куда идти знала хорошо, но вот что их ждало в пути… это до сих пор было тайной. И «яснознание» отказывалось приходить на помощь, как это часто бывало, когда было слишком много версий развития событий.
       
       Однако всё, что ей оставалось, это тронуть коня с места и снова шагнуть в пропасть с наивной надеждой не разбиться, как уже однажды довелось сделать много лет назад. В конце концов, тогда это ведь привело к хорошим последствиям, верно? Быть может, и теперь всё будет хорошо? Будет же, да? Это же её предназначение, так? Значит, ей должно быть по силам справиться. «Ты справишься. А я помогу,» - прозвучали в её голове слова Учителя и на пару мгновений, требовавшихся, чтобы тронуться с места, Трис почти поверила в первое, а во втором никогда и не сомневалась.
       
       Целый день на лошадях без сёдел и в неудобных самодельных повозках мог вымотать кого угодно. Плакали дети, успокаивали их измученные матери, ворчали старики, но громко роптать никто не смел. Все понимали, что нужно добраться до цели в кратчайшие сроки. Застать зиму в руинах родной страны никто желанием не горел.
       
       И всё равно Трис было тяжело это слушать. «Я делаю всё, что могу,» - напоминала она себе и тут же самой себе возражала. – «И всё же этого недостаточно. Как? Как мне облегчить им тяготы пути? Останавливаться до ночи нельзя, нам нужно торопиться, но что тогда? Неужели это всё, что было возможно?». Видеть и слышать, как тяжело людям, она не могла, но и придумать, что можно ещё сделать, не получалось.
       
       Остановились только когда солнце уже заходило за горизонт, в лесу, разбив некое подобие лагеря. И стоило им кое-как устроиться, развести костры и расслабиться, когда была установлена магическая защита от диких животных и несколько мужчин, охотившихся в своей прежней жизни, ушли на охоту за дичью, как у одной из беременных женщин на самой окраине лагеря начались схватки.
       
       Трис, находившейся тогда рядом, показалось, что сердце каким-то образом оказалось в пятках. И в тот же момент девушка словно раздвоилась. В голове была звенящая пустота, ни единой мысли, чувство, будто она маленький беззащитный ребёнок. А другая её часть, которой Трис, кажется, не совсем уже управляла, перехватила контроль. Трис не поняла, как оказалась рядом с роженицей, как вместе с каким-то мужиком подхватила падающую женщину, помогла ей улечься на землю, как окинула беглым, испуганным и вместе с тем цепким взглядом. Голос свой услышала как будто со стороны и даже не сразу поняла, что собирается говорить и говорит сейчас, сидя на земле рядом с кричащей от боли бедняжкой:
       
       - Акушеры или хотя бы просто люди с медицинским образованием рядом есть?
       
       - У меня мать акушеркой в деревне работала, я в детстве часто её работу наблюдала, а подростком помогала, - быстрее всех сориентировалась Тамара Степановна, падая рядом с роженицей на колени и принимаясь что-то делать. Обернулась к народу и гаркнула. – Воды и чистых простыней достаньте где-нибудь, что встали, бестолочи?!
       
       «Хоть что-то,» - мелькнула и пропала в небытие облегчённая мысль. Лагерь тут же пришёл в движение. И хоть чувство испуганного маленького ребёнка, потерявшего маму в толпе, никуда не исчезло, звенящая пустота в голове постепенно заполнялась мыслями, от чего немного подташнивало. Но вот он, резкий миг, на который она словно потеряла сознание, почувствовав резкую, но очень сильную дурноту, и разум вновь един, а в голове чёткий план действий. Найдя взглядом Учителя и Алису, стараясь перекрыть крики бедняжки, крикнула:
       
       - Учитель, выстраивай над лагерем защиту, самую мощную, какую только можешь! Алиса, займись организационными вопросами! Я буду пытаться сохранить жизнь роженице, одна она явно не справится.
       
       Роды – опасный момент. Очень опасный. Грань между мирами истончается и твари с той стороны так и норовят забрать жизнь и ребёнка, и матери, а то и кого-то ещё. В последнее время грань стала прочной и умирали женщины в родах как правило по другим причинам, но теперь, когда произошла смена цивилизаций, когда было столько смертей, Грань тонка совсем и роды – катастрофа. Грань того и гляди порвётся вовсе и тогда неизвестно, что выползет из-за неё и нападёт на лагерь. А если учесть полную антисанитарию, отсутствие профессионального акушера и то, что мужчин шаманов в такие моменты к работе подпускать нельзя, а Трис подобного никогда не делала – то ситуация вообще патовая.
       
       Сутки. Женщина мучилась сутки. Трис отражала атаки сущностей, жадных бестелесных тварей, тянущихся к беззащитным матери и ребёнку свои, как могла, параллельно делясь силами с измученной роженицей и чувствовала себя так, будто с минуты на минуту достанется тварям сама. Но этого допустить было нельзя, куда все эти люди без неё? Баба Тома тоже делала всё, что могла, но как человек, не наделённый магией, сделать в подобных условиях могла мало. К ним присоединился ещё какой-то врач, но так как он не был акушером по образованию, сделать помочь в полевых условиях он мог примерно так же, как и баба Тома. Пришлось установить щит, глушащий звуки, чтобы не мешать спать другим. За этим щитом Алиса с Учителем усмиряли весь тот дурдом, в который могут превратиться три сотни единомоментно потерявших всё человек, пытаясь всё как-то организовать по задуманному ранее плану, но с учётом новых обстоятельств, а Трис пыталась держаться. Магических сил хватало с избытком, но вот тело и психика находились уже на грани.
       
       Когда женщина наконец разрешилась от бремени, Трис было выдохнула с облегчением, но, как выяснилось, рано. Мгновение передышки, и она буквально всем телом ощутила удар по установленной Учителем защите. «Порвалась Грань,» - мелькнула в измученном сознании мысль, к её удивлению не вызвавшая ровным счётом никаких эмоций – видимо на них сил просто не осталось – и девушка повернула голову в ту сторону, откуда был нанесён удар. Тварь, прорвавшуюся сквозь дыру в ткани мироздания, она узнала сразу, хотя прежде о ней только в книгах читала. Страшная тварь. Марраа. Фактически – наделённый разумом и жаждой человеческих душ сгусток тьмы, способный соткать из себя всё, что угодно, в случае необходимости защищаться. Почти непобедимая сущность. Что делать стало понятно сразу же.
       
       - Что это? – прошептала за её спиной Тамара Степановна, возившаяся с ребёнком и матерью. Люди, видевшие происходящее, оцепенели от ужаса.
       
       - Демон, - коротко ответила Трис, поднимаясь с колен.
       
       Странно, но сейчас усталости она не чувствовала совсем. Видимо, разум блокировал это чувство, понимая, что иначе они погибнут. Страха не было тоже. Она знала: он придёт потом, и за себя, и за других, страх перед тем, что смогла предотвратить. Если сможет. А если нет, то бояться будет уже некому. Это только в сказках героям не страшно. В реальной жизни им страшно, как и любому нормальному человеку, просто иногда с запозданием. Разница лишь в том, чтобы уметь не обращать на этот страх внимание, продолжая делать то, что до?лжно. Повернувшись к тревожно хмурящемуся и уже бормочущему какие-то заклинания Учителю, девушка с удивительным для неё самой спокойствием произнесла, чувствуя какую-то отчаянную и почти весёлую пополам с холодом решимость:
       
       - Зашивай Грань. Мне подобное не под силу, навыков не хватит. А с тварью я справлюсь.
       
       - Уверена? – нахмурившись ещё сильнее, уточнил Учитель.
       
       - А если нет, то это что-то изменит? – абсолютно безразлично пожала плечами Трис. – Ты не боец последние лет сто сорок, если дело касается боёв, где нужно быстро передвигаться и увёртываться, сам знаешь. А мне при всём моём желании не зашить Грань. Третьего шамана кроме нескольких детей с нераскрывшимся пока ещё даром здесь не наблюдается. Я не погибну, не беспокойся. У меня есть ещё треть резерва, в моём случае этого хватит, а тело… тело знает, что погибать нельзя.
       
       Учителю такой расклад явно не нравился, в глазах плескалась тревога, которой был прикрыт страх за неё, но он понимал, что она права. Дождавшись его кивка, девушка вздохнула и равнодушно шагнула за щиты.
       
       Тварь, почуяв доступную душу, атаковала сразу же. Трис действовала на автомате. Создала меч чистого света, что считалось высшей магией, но только свет убивает марраа, на защиту тратить сил не стала и рубанула по когтистой чёрной лапе, тянущейся к ней, всматриваясь в тварь магическим зрением. У этой чертовщины должна была быть своего рода нервная система, иначе – сборник энергетических каналов. Чтобы убить марраа нужно рассечь именно его. Проблема в том, что он может находиться где угодно, перемещаться, а ещё демон мог скрывать его от магического зрения – недолго, правда, но достаточно, чтобы запутать вымотанную почти до истощения шаманку. Если мозг блокировал чувство усталости это вовсе не означает, что сама усталость вдруг исчезла. Тело могло подвести в любой момент. А значит тянуть было нельзя, вот только не всё от неё зависело.
       
       Трис понятия не имела, сколько уже билась к моменту, когда поняла, что чувствует себя кроликом. Потому что по большей части ей, никогда не занимавшейся боями на мечах, от атак твари приходилось отпрыгивать и шарахаться. Нельзя было позволить тьме марраа коснуться её, одно её прикосновение означает для обычного человека даже не смерть, а мгновенное растворение души во тьме, а для шаманки это будет ещё и долго и мучительно. Ей же умирать и тем более исчезать было нельзя! Получив её силы, марраа точно сможет пробить щиты и даже Учителю станет не под силу сделать хоть что-то.
       
       А ещё она чувствовала внимание огромной концентрации, понимала, что за ней наблюдает целая толпа народу и она фактически позорится, однако думать ещё и о том, что начисто рушит сейчас свою репутацию как надёжного Вождя, если таковая была, времени не было. Проклятая демоническая сущность была слишком сильна даже для марраа. И слишком искусно управляла своим центром – так это подобие нервной мозговой системы называлось в книгах.
       
       Тело уже едва держалось прямо, когда в голову девушке пришла безумная идея. Войти в марраа, выстроив вокруг себя самый сложный в мире магический щит – щит истинного света. Энергия на этот щит берётся не из резерва, а из души. И Трис вовсе не была уверена, что света в её искалеченной детством душе достаточно даже для того, чтобы продержать этот щит на самом слабом уровне хотя бы минуту. Да что там, она не была уверена даже в том, что света ей хватит на то, чтобы выстроить его. Однако особого выбора не было.
       
       Выстраивать сложнейший из существующих в магии щитов и при этом уворачиваться от атак, параллельно удерживая в руках меч чистого света и быть вдобавок ко всему начисто измотанной физически и морально, когда на щит нужны в основном именно моральные силы – задача та ещё. «Я защищаю людей,» - напоминала себе Трис, прыгая выше потолка, выше того, что может совершить шаманка-недоучка. – «Я защищаю людей, наплевав на саму себя. Ну же! Это должно быть достаточно светлым намерением, да?!». На глазах выступили едва сдерживаемые слёзы отчаяния, когда плетение заклятия наконец ослепительно вспыхнуло и её окутало полупрозрачным куполом света. Единственное, что она не учла – на энергетическом уровне эта дичь покарябанная тоже светилась, а потому разглядеть центр марраа стало ещё более проблематично. Однако всё же возможно, если приложить достаточно упорства и не обращать внимания на то, как сильно слезятся глаза.
       
       Нисколько не уверенная, что колеблющийся и едва держащийся щит выдержит прикосновение к настолько сильной тёмной сущности, Трис, не давая себе времени на колебания, шагнула прямо на встречу к марраа. Тварь, понимая, что удрать не выйдет, отчаянным рывком атаковала и… ошиблась. Впервые за весь поединок, но этого хватило.