— Он и без крыльев нас уделал, — выругался воин, всё ещё тяжело дыша. — Нужно обязательно рассказать Михаилу о том, что здесь случилось. Ты полежи пока, восстановись немного, а я постараюсь Святым огнём избавить землю от трупов.
— Нет, Лариил, не трать напрасно силы! — Рамдэль схватил друга за край тоги, не давая
уйти. — Ты помнишь Падшего, что мы видели, когда летели сюда? Он был один и поэтому поспешил удрать, но он может вернуться с подкреплением! Нам нужно улетать, пока есть возможность, иначе в таком состоянии мы станем лёгкой добычей!
— Ты прав, — поразмышляв немного, Лариил кивнул, — Нужно улетать, — он склонился над раненым, — Давай, обхвати меня покрепче, — приказал он, приподнимая друга под мышки.
Рамдэль потянулся было к нему, но вдруг позеленел и, откинув голову, затрясся в жестоком припадке. Лариил держал его за плечи, пока воина выворачивало так, что скрипели кости.
— Да что же это! — с отчаянием выдохнул Светлый, прижимая друга к себе, чтобы тот не бился о землю.
Приступ Рамдэля продолжался довольно долго, но, в конце концов, стал ослабевать, и воин задышал спокойней, а потом и вовсе открыл глаза.
— Слава Создателю! — облегчённо выдохнул Лариил и улыбнулся, хотя его глаза оставались слишком серьёзными. — Ты меня напугал, Рамдэль! А теперь давай, пора убираться отсюда! — он сделал ещё одну попытку приподнять друга, но тут в вышине раздались пронзительные крики ангелов.
— Поздно! — скривился раненый, поднимая глаза на прозрачную синь небес. — Это Падшие, Лариил!
— Значит, нужно торопиться! — воин вновь попытался подхватить товарища, но тот отстранился.
— Нет! Если ты потащишь меня, нам не уйти! Возвращайся один, Лариил! Ты самый быстрый из нас — ты сможешь!
— Я тебя не оставлю! — воин решительно качнул головой, потянувшись к другу. — Я спасу тебя, Рамдэль!
— Ты уже спас меня, когда заслонил собой от Карлика! — раненый умоляюще вцепился в руки товарища. — Моя душа в безопасности, а значит, мы однажды встретимся, друг мой! Прошу тебя: лети! Ты обязан предупредить Михаила и всех наших! Они ведь не знают, о той ужасной опасности, что ожидает при встрече с Нигаром! Передай, что я идентифицировал одну из его характеристик, когда тот превратился в змею и поглотил душу — это «Адский Жнец», Лариил! Самая страшная характеристика в любом из миров! Ты должен… Должен их предупредить!
— Рамдэль, но…
— Лети же! — раненый резко оттолкнул товарища и упал, откинувшись на спину.
Лариил поднял голову и взглянул на небо. Чёрные крылья Падших, которых было не меньше десятка, заслоняли солнце и быстро приближались.
— Я буду ждать тебя в Раю, друг мой, — дрогнувшим голосом прошептал Лариил, прощальным пожатием стиснув кисть товарища. — Прости! — и он стрелой взмыл в небеса, исчезая в ледяной белизне облаков.
* * *
— Афаэл! — Сариил, один из самых сильных и опасных воинов клана Падших, бегом ворвался в полутьму естественных катакомб, пролегающих внутри горной гряды, где вот уже несколько столетий скрывались Отступники. — Хемах с отрядом вернулись! Они притащили Светлого!
— Неужели? — Афаэл оторвал взгляд от какой-то книги и удивлённо приподнял брови. Его чёрные как ночь глаза остановились на двухметровом воине, который был лишь ненамного ниже его самого. — Где они его нашли?
— В поселении людей, на юге, Правитель, — Сариил обошёл вокруг стола и решительно ткнул пальцем в разложенный на нём свиток с картой. — Светлых было двое, но один успел уйти. Наши чуть-чуть не успели. А вот второй оказался сильно ранен. Думали, сдохнет, пока летели сюда, но пленный ещё держится.
— Хемах узнал, кто его ранил? — помрачнев, задал вопрос Афаэл.
— Нет, Светлый молчит. Им сейчас доктор Армисаэль занимается.
— Что ж, идем, посмотрим на вашу добычу, — Афаэл не спеша свернул карту, аккуратно поместил её и книгу в каменную нишу и, не торопясь, направился к разветвлению узкого коридора. Сариил последовал за Правителем.
Падшие шагали по лабиринту поземных пещер, огибая скалистые выступы и едва не касаясь головами нависшие сталагмиты. Одетые в добротные кожаные доспехи, с одинаковыми, убранными в хвост чёрными волосами, Афаэл и Сариил выглядели настоящими великанами, и перед ними безропотно расступались все, кто оказывался на пути. И если в Сарииле Падшие признавали силу и мастерство бойца, то Афаэла в клане по-настоящему уважали и побаивались. Он имел не только мощное, покрытое стальными мышцами тело, но и множество других достоинств, которые использовал для достижения непререкаемой власти среди ангелов, не последовавших за Люцифером, а пожелавших остаться на Земле. Среди таких ангелов были и Хемах с Сариилом, быстро завоевавших себе славу сильнейших в клане воинов и по праву занявших места помощников и телохранителей у четырёхкрылого Афаэла, полное имя которого звучало как Афаэлон. Поговаривали, что многие ангелы поначалу также метили на пост Правителя, но вид жутких смертей, постигших не самых слабых конкурентов Афаэла, отбил у всех охоту переходить тому дорогу.
Проделав довольно долгий путь в глубину катакомб, Афаэл с Сариилом добрались наконец до отсека, выделенного под больничное крыло, где единолично хозяйничал доктор Армисаэль. Этот Падший был чрезвычайно талантлив в области медицины и очень быстро завоевал уважение всех ангелов клана, несмотря на то, что был рождён уже на Земле, а не в Раю, и, значит, считался только Старшим, а не Высшим, как все остальные.
Армисаэль, в отличие от остальных, не выглядел натренированным бойцом и имел гораздо более скромную фигуру, но зато обладал невероятной интуицией и исследовательским азартом. Он собирал сведения о медицине везде, где только мог, и радовался как ребёнок, если ему в руки попадало нечто новое и непонятное. В такие моменты красивое лицо доктора, обрамлённое гривой вьющихся каштановых волос, светилось от счастья, а его умные, с вечным прищуром, карие глаза вспыхивали удовольствием. Открытая белозубая улыбка, ямочки на щеках и природный шарм дополняли образ, и доктор вполне бы мог претендовать на титул Казановы, если бы не его страсть к профессии, которой он посвящал всё свободное время. Пропадая в лаборатории сутками напролёт, Армисаэль превращался в сухого, брюзжащего индивидуума, ревностно охраняющего только ему одному ведомые секреты. Лишь изредка Армисаэль допускал в свою вотчину посторонних, предпочитая разбираться в загадочных болячках самостоятельно, смакуя мельчайшие подробности, педантично занося данные о симптомах и найденном лечении в собственный архив.
Но сегодня доктору всё же пришлось потесниться, допустив в святая святых помощников, поскольку то, что доставили Хемах и компания из очередной вылазки, нельзя было назвать живым существом в полном смысле этого слова. Светлый ангел, которого они подобрали, тоже относился к типичному представителю воинов. Он был идеально сложен для бойца Великого Воинства: высокий, с широкими плечами, узкой талией, крепким прессом, сильными ногами и внушительной мускулатурой. В остальном пленный, пожалуй, мог бы служить эталоном для всех ангелов, явившихся из Рая: высокие скулы, почти прозрачная кожа лица, шёлковые пепельные волосы до плеч, большие голубые глаза, обрамлённые густыми ресницами, прямые брови и идеально вылепленные губы — их не портила даже запёкшаяся на них кровь. Однако сейчас Рамдэль был так плох, что приходилось удивляться, как он до сих пор ещё жив.
Едва бросив взгляд на пациента, Армисаэль был настолько потрясён, что вызвал в помощь не только Ангела Жертвы — Тадиэля, но и специалиста по генетике и всяким аномалиям — Даниила. Все трое внимательно обследовали раненого, но так и не пришли к однозначному выводу о том, кто или что смогло нанести такие чудовищные поражения всему организму.
Падшие пытались расспросить самого Светлого, но тот, то ли не хотел, то ли просто не мог отвечать на вопросы. Время от времени пленник терял сознание или бился в конвульсиях очередного припадка, после каждого всё тяжелее приходя в себя. Когда явился Афаэл, раненый находился в полубреду и уже почти не реагировал на прикосновения Падших, суетившихся над ним.
— Что это… такое? — бросив первый взгляд на пленника, привязанного цепями к столу, Афаэл невольно сглотнул появившийся в горле жёсткий комок и попятился.
— Я бы тоже хотел знать, — мрачно огрызнулся Армисаэль, ощупывая живот Светлого. — У него такая температура, словно кровь внутри кипит.
— Боюсь, что так оно и есть, — задумчиво заметил Даниил, ковыряясь в останках Неллиэля, лежащих на другом столе.
Даниил не так давно присоединился к клану Падших и сразу же заявил, что предпочитает науку войне. И хотя его железным бицепсам, твёрдой руке и отточенной до совершенства технике боя мог позавидовать любой воин, Даниил не спешил восхищать своими подвигами членов клана. Поначалу некоторые горячие головы пытались спровоцировать новичка и даже обозвать того трусом, но быстро притихли, стоило миролюбивому красавчику взять в руки меч и оставить парочку смельчаков без конечностей. Афаэл тогда жутко разозлился, но, выяснив в чём дело, запретил задевать Даниила, позволив тому соорудить собственную лабораторию подальше от любопытных глаз. Новичок ушёл в самую глубь катакомб, где обустроил себе жилище и место для своей исследовательской деятельности, в важности которой сумел убедить даже Правителя.
Даниил слыл одиночкой. Он не лез в вотчину Армисаэля, не интересовался его изысканиями и не претендовал на авторитет. Он вообще не любил чем-то походить на других, и потому, сбежав из Рая, сразу же отрезал свои роскошные тёмные волосы, сделав короткую стрижку и оставив длинной лишь чёлку, которая падала на глаза, закрывая больше половины лица. Работая, ангел скручивал чёлку в узел, и, чтобы не мешалась, закалывал каким-то нехитрым, но довольно изящным приспособлением собственного изобретения. Сейчас Даниил скрупулезно копался в трупе Неллиэля, то и дело чертыхаясь и нервно заправляя непослушную чёлку за ухо. На его породистом лице, украшенным тонкими прямыми чертами, сквозили раздражение и нетерпение одновременно. Синие глаза то и дело щурились, а на высоком лбу собрались напряжённые морщинки.
— Здесь внутренности просто сварены, словно кто-то залил внутрь кипящего масла, — без всякого выражения констатировал он. — Там, кстати, — он кивнул Афаэлу на соседнюю келью, — ещё десяток трупов — наши приволокли. Только там люди — не ангелы. У всех одно и то же.
— У людей не совсем та же картина, Правитель, — доложил Ангел Жертвы Тадиэль, внезапно появившись в дверях. — Человечки умерли быстро — у них мозг сварился.
— Сварился?! В каком смысле? — ахнул Афаэл, потрясённо застыв.
— В прямом, — Тадиэль прошёл и небрежно бросил на поднос, извлечённый из трупа серый кусок непонятного желе. — Вот, взгляните, что стало с беднягой. Судя по всему, ему хватило десяти секунд, чтобы расплавиться.
— Тадиэль, не порти мне материал! — поморщился доктор, с досадой кусая губу. Он неодобрительно взглянул на Падшего, но тот сделал вид, что этого не заметил.
Тадиэль вообще предпочитал не замечать таких мелочей. Являясь единственным Ангелом Жертвы в клане, он пользовался едва ли не большим авторитетом, чем сам Правитель, и почти неограниченной властью. Вся эта мишура вроде накаченных мускулов и мощного торса была ему не нужна, потому что её с лихвой заменяла магия. Тадиэль был Жрецом. Но Жрецом не простым, а невероятно сильным. Он знал тысячи заклинаний, обрядов и умел управлять душами умерших на расстоянии. Без его контроля и одобрения не проводился ни один ритуал. Ни один суд не вершился, если на нём не присутствовал Ангел Жертвы. И даже принимая решение на Сборе Падших, Правитель был вынужден учитывать мнение Тадиэля.
Сейчас Жрец был не в лучшем настроении, что всегда отражалось на благополучии окружающих. И хотя внешне Тадиэль не выглядел угрожающе, от него исходили почти осязаемые, зловещие волны потусторонней силы, от которой холодело в груди и мурашки бегали по телу.
Ростом чуть выше среднего, обычного телосложения, но, как и все ангелы, очень красивый внешне, этот Падший ничем бы не выделялся среди людей, если бы не его тяжёлый взгляд, мрачно полыхающий язычками кровавого пламени. Этот жуткий, леденящий душу, завораживающий огонь, горел в его тёмных зрачках всегда и был готов в любое мгновение вырваться из плена, превратив недруга в пылающий факел. А уж учитывая непростой нрав Тадиэля, его злопамятность и коварство, в клане Жреца откровенно боялись, предпочитая, по возможности, вообще с ним не связываться.
Пожалуй, доктор Армисаэль был единственным, кто воспринимал Тадиэля на равных, и то лишь потому, что в силу своего полного погружения в науку, просто иногда забывал, кто перед ним.
— Этого материала целое поселение, — буркнул Тадиэль, давно смирившись с тем, что у доктора напрочь отсутствует чувство самосохранения, когда тот чем-то увлечён. Он снисходительно простил Армисаэлю непочтительность, лишь скривился, устало опускаясь на стул. — Ты не успеешь и половины исследовать, так что не жадничай, док.
— Ты говоришь, что все в поселении мертвы?! — внезапно очнулся Афаэл, встряв в разговор. Его чёрные, как бездонная воронка глаза, стали огромными. — Но… кто?!
— Сейчас только он один может об этом поведать, — Даниил оторвался от останков Неллиэля и приблизился к раненому, внимательно его разглядывая.
— Знакомы? — заметив, как сузились зрачки Падшего, вдруг спросил Афаэл.
Даниил пожал плечами.
— Возможно, встречались, — ответил он уклончиво. Потом обернулся к Армисаэлю: — Можешь привести Светлого в чувство?
— Попробую, — доктор неуверенно кивнул. — Только предупреждаю: времени будет не так много, и второй раз его расшевелить у меня не получится.
— Тогда вам всем лучше отойти пока, — скомандовал Даниил, обменявшись взглядом с Правителем. — Попробую разговорить беднягу по старой памяти.
Ангелы отошли к стене, и только Армисаэль, распустив свои широкие чёрные крылья, ловко выдернул из них перо и растёр его в ладонях. Угольная пыль окрасила его пальцы, после чего доктор осторожно сдул её пациенту в приоткрытый рот.
Рамдэль вскрикнул и дёрнулся, бешено забившись в цепях. Его голубые глаза распахнулись, обводя полубезумным взглядом келью и останавливаясь на Данииле, склонившемся над ним.
— Ты?! — внезапно выдохнул пленник, и его дыхание смешалось с булькающим звуком крови в горле. — И ты с ними, Даниил?! — его зрачки потрясённо расширились. — Но как же так?!.. Почему?!
— Так случилось, — Даниил сухо повёл плечами, но его голос при этом всё же немного дрогнул. — Я с трудом узнал тебя, Рамдэль, — после паузы продолжил он. — Скажи: что случилось с тобой и с твоими спутниками в том поселении? Кто на вас напал?
— Дьявол! — после долгой паузы, прохрипел Светлый, обессиленно откинув голову. — Не знаю, как ещё можно назвать эту тварь…
— Так это демон? — тут же вскинулся Даниил. — Вы его видели?
— И даже разговаривали, — раненый криво усмехнулся. — Его зовут Нигар… Только он не демон, Даниил, а ангел, вроде нас.
— Ни у одного ангела в Раю не было подобной силы — я бы знал! — Падший недоверчиво качнул головой. — Ты уверен, что речь идёт об ангеле?
— Да, с характеристикой Адского Жнеца.
— Нет!!! — тут уж пришла очередь Тадиэля подскочить, его лицо внезапно окаменело, посерев от ужаса.
— Нет, Лариил, не трать напрасно силы! — Рамдэль схватил друга за край тоги, не давая
уйти. — Ты помнишь Падшего, что мы видели, когда летели сюда? Он был один и поэтому поспешил удрать, но он может вернуться с подкреплением! Нам нужно улетать, пока есть возможность, иначе в таком состоянии мы станем лёгкой добычей!
— Ты прав, — поразмышляв немного, Лариил кивнул, — Нужно улетать, — он склонился над раненым, — Давай, обхвати меня покрепче, — приказал он, приподнимая друга под мышки.
Рамдэль потянулся было к нему, но вдруг позеленел и, откинув голову, затрясся в жестоком припадке. Лариил держал его за плечи, пока воина выворачивало так, что скрипели кости.
— Да что же это! — с отчаянием выдохнул Светлый, прижимая друга к себе, чтобы тот не бился о землю.
Приступ Рамдэля продолжался довольно долго, но, в конце концов, стал ослабевать, и воин задышал спокойней, а потом и вовсе открыл глаза.
— Слава Создателю! — облегчённо выдохнул Лариил и улыбнулся, хотя его глаза оставались слишком серьёзными. — Ты меня напугал, Рамдэль! А теперь давай, пора убираться отсюда! — он сделал ещё одну попытку приподнять друга, но тут в вышине раздались пронзительные крики ангелов.
— Поздно! — скривился раненый, поднимая глаза на прозрачную синь небес. — Это Падшие, Лариил!
— Значит, нужно торопиться! — воин вновь попытался подхватить товарища, но тот отстранился.
— Нет! Если ты потащишь меня, нам не уйти! Возвращайся один, Лариил! Ты самый быстрый из нас — ты сможешь!
— Я тебя не оставлю! — воин решительно качнул головой, потянувшись к другу. — Я спасу тебя, Рамдэль!
— Ты уже спас меня, когда заслонил собой от Карлика! — раненый умоляюще вцепился в руки товарища. — Моя душа в безопасности, а значит, мы однажды встретимся, друг мой! Прошу тебя: лети! Ты обязан предупредить Михаила и всех наших! Они ведь не знают, о той ужасной опасности, что ожидает при встрече с Нигаром! Передай, что я идентифицировал одну из его характеристик, когда тот превратился в змею и поглотил душу — это «Адский Жнец», Лариил! Самая страшная характеристика в любом из миров! Ты должен… Должен их предупредить!
— Рамдэль, но…
— Лети же! — раненый резко оттолкнул товарища и упал, откинувшись на спину.
Лариил поднял голову и взглянул на небо. Чёрные крылья Падших, которых было не меньше десятка, заслоняли солнце и быстро приближались.
— Я буду ждать тебя в Раю, друг мой, — дрогнувшим голосом прошептал Лариил, прощальным пожатием стиснув кисть товарища. — Прости! — и он стрелой взмыл в небеса, исчезая в ледяной белизне облаков.
* * *
— Афаэл! — Сариил, один из самых сильных и опасных воинов клана Падших, бегом ворвался в полутьму естественных катакомб, пролегающих внутри горной гряды, где вот уже несколько столетий скрывались Отступники. — Хемах с отрядом вернулись! Они притащили Светлого!
— Неужели? — Афаэл оторвал взгляд от какой-то книги и удивлённо приподнял брови. Его чёрные как ночь глаза остановились на двухметровом воине, который был лишь ненамного ниже его самого. — Где они его нашли?
— В поселении людей, на юге, Правитель, — Сариил обошёл вокруг стола и решительно ткнул пальцем в разложенный на нём свиток с картой. — Светлых было двое, но один успел уйти. Наши чуть-чуть не успели. А вот второй оказался сильно ранен. Думали, сдохнет, пока летели сюда, но пленный ещё держится.
— Хемах узнал, кто его ранил? — помрачнев, задал вопрос Афаэл.
— Нет, Светлый молчит. Им сейчас доктор Армисаэль занимается.
— Что ж, идем, посмотрим на вашу добычу, — Афаэл не спеша свернул карту, аккуратно поместил её и книгу в каменную нишу и, не торопясь, направился к разветвлению узкого коридора. Сариил последовал за Правителем.
Падшие шагали по лабиринту поземных пещер, огибая скалистые выступы и едва не касаясь головами нависшие сталагмиты. Одетые в добротные кожаные доспехи, с одинаковыми, убранными в хвост чёрными волосами, Афаэл и Сариил выглядели настоящими великанами, и перед ними безропотно расступались все, кто оказывался на пути. И если в Сарииле Падшие признавали силу и мастерство бойца, то Афаэла в клане по-настоящему уважали и побаивались. Он имел не только мощное, покрытое стальными мышцами тело, но и множество других достоинств, которые использовал для достижения непререкаемой власти среди ангелов, не последовавших за Люцифером, а пожелавших остаться на Земле. Среди таких ангелов были и Хемах с Сариилом, быстро завоевавших себе славу сильнейших в клане воинов и по праву занявших места помощников и телохранителей у четырёхкрылого Афаэла, полное имя которого звучало как Афаэлон. Поговаривали, что многие ангелы поначалу также метили на пост Правителя, но вид жутких смертей, постигших не самых слабых конкурентов Афаэла, отбил у всех охоту переходить тому дорогу.
Проделав довольно долгий путь в глубину катакомб, Афаэл с Сариилом добрались наконец до отсека, выделенного под больничное крыло, где единолично хозяйничал доктор Армисаэль. Этот Падший был чрезвычайно талантлив в области медицины и очень быстро завоевал уважение всех ангелов клана, несмотря на то, что был рождён уже на Земле, а не в Раю, и, значит, считался только Старшим, а не Высшим, как все остальные.
Армисаэль, в отличие от остальных, не выглядел натренированным бойцом и имел гораздо более скромную фигуру, но зато обладал невероятной интуицией и исследовательским азартом. Он собирал сведения о медицине везде, где только мог, и радовался как ребёнок, если ему в руки попадало нечто новое и непонятное. В такие моменты красивое лицо доктора, обрамлённое гривой вьющихся каштановых волос, светилось от счастья, а его умные, с вечным прищуром, карие глаза вспыхивали удовольствием. Открытая белозубая улыбка, ямочки на щеках и природный шарм дополняли образ, и доктор вполне бы мог претендовать на титул Казановы, если бы не его страсть к профессии, которой он посвящал всё свободное время. Пропадая в лаборатории сутками напролёт, Армисаэль превращался в сухого, брюзжащего индивидуума, ревностно охраняющего только ему одному ведомые секреты. Лишь изредка Армисаэль допускал в свою вотчину посторонних, предпочитая разбираться в загадочных болячках самостоятельно, смакуя мельчайшие подробности, педантично занося данные о симптомах и найденном лечении в собственный архив.
Но сегодня доктору всё же пришлось потесниться, допустив в святая святых помощников, поскольку то, что доставили Хемах и компания из очередной вылазки, нельзя было назвать живым существом в полном смысле этого слова. Светлый ангел, которого они подобрали, тоже относился к типичному представителю воинов. Он был идеально сложен для бойца Великого Воинства: высокий, с широкими плечами, узкой талией, крепким прессом, сильными ногами и внушительной мускулатурой. В остальном пленный, пожалуй, мог бы служить эталоном для всех ангелов, явившихся из Рая: высокие скулы, почти прозрачная кожа лица, шёлковые пепельные волосы до плеч, большие голубые глаза, обрамлённые густыми ресницами, прямые брови и идеально вылепленные губы — их не портила даже запёкшаяся на них кровь. Однако сейчас Рамдэль был так плох, что приходилось удивляться, как он до сих пор ещё жив.
Едва бросив взгляд на пациента, Армисаэль был настолько потрясён, что вызвал в помощь не только Ангела Жертвы — Тадиэля, но и специалиста по генетике и всяким аномалиям — Даниила. Все трое внимательно обследовали раненого, но так и не пришли к однозначному выводу о том, кто или что смогло нанести такие чудовищные поражения всему организму.
Падшие пытались расспросить самого Светлого, но тот, то ли не хотел, то ли просто не мог отвечать на вопросы. Время от времени пленник терял сознание или бился в конвульсиях очередного припадка, после каждого всё тяжелее приходя в себя. Когда явился Афаэл, раненый находился в полубреду и уже почти не реагировал на прикосновения Падших, суетившихся над ним.
— Что это… такое? — бросив первый взгляд на пленника, привязанного цепями к столу, Афаэл невольно сглотнул появившийся в горле жёсткий комок и попятился.
— Я бы тоже хотел знать, — мрачно огрызнулся Армисаэль, ощупывая живот Светлого. — У него такая температура, словно кровь внутри кипит.
— Боюсь, что так оно и есть, — задумчиво заметил Даниил, ковыряясь в останках Неллиэля, лежащих на другом столе.
Даниил не так давно присоединился к клану Падших и сразу же заявил, что предпочитает науку войне. И хотя его железным бицепсам, твёрдой руке и отточенной до совершенства технике боя мог позавидовать любой воин, Даниил не спешил восхищать своими подвигами членов клана. Поначалу некоторые горячие головы пытались спровоцировать новичка и даже обозвать того трусом, но быстро притихли, стоило миролюбивому красавчику взять в руки меч и оставить парочку смельчаков без конечностей. Афаэл тогда жутко разозлился, но, выяснив в чём дело, запретил задевать Даниила, позволив тому соорудить собственную лабораторию подальше от любопытных глаз. Новичок ушёл в самую глубь катакомб, где обустроил себе жилище и место для своей исследовательской деятельности, в важности которой сумел убедить даже Правителя.
Даниил слыл одиночкой. Он не лез в вотчину Армисаэля, не интересовался его изысканиями и не претендовал на авторитет. Он вообще не любил чем-то походить на других, и потому, сбежав из Рая, сразу же отрезал свои роскошные тёмные волосы, сделав короткую стрижку и оставив длинной лишь чёлку, которая падала на глаза, закрывая больше половины лица. Работая, ангел скручивал чёлку в узел, и, чтобы не мешалась, закалывал каким-то нехитрым, но довольно изящным приспособлением собственного изобретения. Сейчас Даниил скрупулезно копался в трупе Неллиэля, то и дело чертыхаясь и нервно заправляя непослушную чёлку за ухо. На его породистом лице, украшенным тонкими прямыми чертами, сквозили раздражение и нетерпение одновременно. Синие глаза то и дело щурились, а на высоком лбу собрались напряжённые морщинки.
— Здесь внутренности просто сварены, словно кто-то залил внутрь кипящего масла, — без всякого выражения констатировал он. — Там, кстати, — он кивнул Афаэлу на соседнюю келью, — ещё десяток трупов — наши приволокли. Только там люди — не ангелы. У всех одно и то же.
— У людей не совсем та же картина, Правитель, — доложил Ангел Жертвы Тадиэль, внезапно появившись в дверях. — Человечки умерли быстро — у них мозг сварился.
— Сварился?! В каком смысле? — ахнул Афаэл, потрясённо застыв.
— В прямом, — Тадиэль прошёл и небрежно бросил на поднос, извлечённый из трупа серый кусок непонятного желе. — Вот, взгляните, что стало с беднягой. Судя по всему, ему хватило десяти секунд, чтобы расплавиться.
— Тадиэль, не порти мне материал! — поморщился доктор, с досадой кусая губу. Он неодобрительно взглянул на Падшего, но тот сделал вид, что этого не заметил.
Тадиэль вообще предпочитал не замечать таких мелочей. Являясь единственным Ангелом Жертвы в клане, он пользовался едва ли не большим авторитетом, чем сам Правитель, и почти неограниченной властью. Вся эта мишура вроде накаченных мускулов и мощного торса была ему не нужна, потому что её с лихвой заменяла магия. Тадиэль был Жрецом. Но Жрецом не простым, а невероятно сильным. Он знал тысячи заклинаний, обрядов и умел управлять душами умерших на расстоянии. Без его контроля и одобрения не проводился ни один ритуал. Ни один суд не вершился, если на нём не присутствовал Ангел Жертвы. И даже принимая решение на Сборе Падших, Правитель был вынужден учитывать мнение Тадиэля.
Сейчас Жрец был не в лучшем настроении, что всегда отражалось на благополучии окружающих. И хотя внешне Тадиэль не выглядел угрожающе, от него исходили почти осязаемые, зловещие волны потусторонней силы, от которой холодело в груди и мурашки бегали по телу.
Ростом чуть выше среднего, обычного телосложения, но, как и все ангелы, очень красивый внешне, этот Падший ничем бы не выделялся среди людей, если бы не его тяжёлый взгляд, мрачно полыхающий язычками кровавого пламени. Этот жуткий, леденящий душу, завораживающий огонь, горел в его тёмных зрачках всегда и был готов в любое мгновение вырваться из плена, превратив недруга в пылающий факел. А уж учитывая непростой нрав Тадиэля, его злопамятность и коварство, в клане Жреца откровенно боялись, предпочитая, по возможности, вообще с ним не связываться.
Пожалуй, доктор Армисаэль был единственным, кто воспринимал Тадиэля на равных, и то лишь потому, что в силу своего полного погружения в науку, просто иногда забывал, кто перед ним.
— Этого материала целое поселение, — буркнул Тадиэль, давно смирившись с тем, что у доктора напрочь отсутствует чувство самосохранения, когда тот чем-то увлечён. Он снисходительно простил Армисаэлю непочтительность, лишь скривился, устало опускаясь на стул. — Ты не успеешь и половины исследовать, так что не жадничай, док.
— Ты говоришь, что все в поселении мертвы?! — внезапно очнулся Афаэл, встряв в разговор. Его чёрные, как бездонная воронка глаза, стали огромными. — Но… кто?!
— Сейчас только он один может об этом поведать, — Даниил оторвался от останков Неллиэля и приблизился к раненому, внимательно его разглядывая.
— Знакомы? — заметив, как сузились зрачки Падшего, вдруг спросил Афаэл.
Даниил пожал плечами.
— Возможно, встречались, — ответил он уклончиво. Потом обернулся к Армисаэлю: — Можешь привести Светлого в чувство?
— Попробую, — доктор неуверенно кивнул. — Только предупреждаю: времени будет не так много, и второй раз его расшевелить у меня не получится.
— Тогда вам всем лучше отойти пока, — скомандовал Даниил, обменявшись взглядом с Правителем. — Попробую разговорить беднягу по старой памяти.
Ангелы отошли к стене, и только Армисаэль, распустив свои широкие чёрные крылья, ловко выдернул из них перо и растёр его в ладонях. Угольная пыль окрасила его пальцы, после чего доктор осторожно сдул её пациенту в приоткрытый рот.
Рамдэль вскрикнул и дёрнулся, бешено забившись в цепях. Его голубые глаза распахнулись, обводя полубезумным взглядом келью и останавливаясь на Данииле, склонившемся над ним.
— Ты?! — внезапно выдохнул пленник, и его дыхание смешалось с булькающим звуком крови в горле. — И ты с ними, Даниил?! — его зрачки потрясённо расширились. — Но как же так?!.. Почему?!
— Так случилось, — Даниил сухо повёл плечами, но его голос при этом всё же немного дрогнул. — Я с трудом узнал тебя, Рамдэль, — после паузы продолжил он. — Скажи: что случилось с тобой и с твоими спутниками в том поселении? Кто на вас напал?
— Дьявол! — после долгой паузы, прохрипел Светлый, обессиленно откинув голову. — Не знаю, как ещё можно назвать эту тварь…
— Так это демон? — тут же вскинулся Даниил. — Вы его видели?
— И даже разговаривали, — раненый криво усмехнулся. — Его зовут Нигар… Только он не демон, Даниил, а ангел, вроде нас.
— Ни у одного ангела в Раю не было подобной силы — я бы знал! — Падший недоверчиво качнул головой. — Ты уверен, что речь идёт об ангеле?
— Да, с характеристикой Адского Жнеца.
— Нет!!! — тут уж пришла очередь Тадиэля подскочить, его лицо внезапно окаменело, посерев от ужаса.
