– Пока ты магически несовершеннолетний и сам находишься под протекторатом, подобное заявление незаконно и не имеет Силы, – почти по-дружески напомнил Дэн. – Советую озаботиться более вескими аргументами.
– Благодарю за совет, непременно им воспользуюсь, – архонт тоном дал понять, что разговор окончен.
Боевики подхватили под локти виновника аварии и исчезли в окне портала.
Тоня застонала и попыталась шевельнуться. Реснички дрогнули.
– Ну нет, подруга, так дело не пойдёт, – Влад крепче зафиксировал тело и снова погрузил в глубокий сон. Убрал магией с одежды и волос засохшую кровь, грязь и мусор. Нужно ещё вправить тазобедренный сустав и срастить перелом, чтобы тело стало хотя бы транспортабельным. Что с ней делать потом, потом и подумает. Но на растерзание спецслужбам эту маленькую жизнь он точно не отдаст. И блокировать её слабенький, безобидный дар, стирать память не позволит тем более. Подобное вмешательство на фоне травмы головы приведёт к чудовищным головным болям, прогрессирующей амнезии, а может вовсе оставить ужика овощем. Слишком велика цена одного пьяного косяка одного придурка.
Он зачем-то коснулся ладонью её щеки. Погладил по волосам, словно хотел успокоить, согреть, заверить, что всё будет хорошо. Такая маленькая, хрупкая, дитё дитём, и такая смелая. Даже отчаянная. Не каждый мужик так защищает свою семью. Это вызывало у Кота уважение, непривычное тёплое чувство, желание защитить, даже какую-то непонятную нежность. Несмотря на её киберхулиганство и взломанные базы. Да к демонам эти базы, пусть ломает. Лишь бы была жива и здорова. А ведь если бы она сдуру не полезла пакостить в его зону ответственности – сегодня её жизнь уже бы оборвалась, придурок-братец разбился или сел в тюрьму, а мать этого просто не пережила. Линии реальности не лгут. Фактически, маленький ужик неосознанно спас всю семью, даже не зная об этом.
– Сам принесу ноут, с отмычками, ключей тебе напишу каких хочешь, хоть эльфийскими рунами, хоть лемурийскими иероглифами. Хочешь, банк взломаем, или Пентагон, да хоть Хроники Акаши. Только живи, ужик камышовый, – вздохнул Влад. – К прежней жизни у тебя возврата уже не будет. Но жизнь сама по себе – шанс, возможность и альтернатива.
Влад скрупулёзно закончил с первой помощью, мысленно задал нужные координаты и принялся формировать портал. Юной хакерше предстояли слишком непростые времена и трудные перемены. А ему – серьёзный разговор с родителями.
... Земной Веер. Базовая реальность Земля-А-19/004-6-17. Россия, ЮФО / Базовая реальность с переходами на отражения и боковые стриммеры, загородная резиденция рода Ивашиных. Координаты засекречены
Андрей и Юля вернулись порталом, когда уже сгущались сумерки.
– В Париже и Милане, конечно, хорошо, но дома лучше! А где же Тонька? Пары давно закончились, – уставшая, но довольная девушка с наслаждением сбросила туфли и упала на старенький диванчик, забросив гудящие ноги на подлокотник. Устало вытащила телефон, набрала подругу. – Абонент недоступен. Ну, значит не дождалась и поехала к матери. Вот казюля, хоть бы сообщение или записку оставила... Ёжки-матрёшки, ты что, пол-Парижа и весь Милан скупил? Куда мне столько вещей... ещё и таких, что только звёзды и первые леди носят...
Разглядев, во что превратилась квартира, Юля растерялась и растеряла все мысли. Кухня, куда маг телепортировал обновки, теперь больше напоминала склад или оптовую базу. Везде громоздились пакеты, коробки, свёртки, упакованные в дорогую даже на вид бумагу. Чему не нашлось места на полу или столе, просто висело в воздухе. Сколько всё это стоит, девушка боялась даже подумать. Когда она вертелась перед Андреем, развлекаясь примеркой кучи нарядов, и в голову не приходило, что он станет оптом скупать шоурумы и бутики.
– Нет, вы точно ненормальные, – простонала Юлька, закрывая лицо ладошками.
Андрей присел рядом и тихо рассмеялся, погладив её под коленкой.
– Впервые вижу женщину, которая жалуется, что у неё слишком много одежды.
– И когда только успел?
– Пока ты глазела по сторонам и дефилировала перед зеркалами, можно было успеть захватить небольшое государство. Не то что оплатить и переместить покупки. С оплатой проблем не было, нет и не придумывай, сейчас в любом крупном городе спокойно конвертируют Силу в ваши деньги. А со временем все расчёты переведём на энергию, как это заложено в природе и во всех развитых мирах делается.
– Господи, это слишком! – Юля медленно осознавала масштаб бедствия в пределах отдельно взятой кухни, прихожей и жизни.
– Ну зачем снова так официально: Господи. Можно просто Андрей, милый, любимый, родной, – Андрей интимно провёл ладонью по её бедру. – Вот всяких зай, пусиков и прочий зоопарк терпеть не могу, но от тебя так и быть, потерплю. Если не часто и не прилюдно.
Глаза Юли распахнулись ещё сильнее и растерянно заморгали.
– Андрей, – назвать нелюдя так фамильярно, как он предложил на выбор, она была совершенно не готова. А заями и пусиками тем более. – Куда я буду всё это девать? Оно же в три шкафа не влезет.
– Это не обновок много, а квартира слишком маленькая и шкафчик сиротский, – парировал нелюдь. – Не проблема, пространственная магия на что. Зачарую я твой шкаф, всё поместится, хоть табун коней. Наложить расширение пространства, добавить несколько вложенных, и можно опять за покупками отправляться. А захотите, можно и квартиру зачаровать. Из однушки пентхаус или дворец сделать, на десяток комнат. Добавить зимний сад, гостиную с камином, кабинет, библиотеку, террасу, бассейн, да хоть бальный зал... Можно пару замкнутых пространственных гейтов привязать. Оттяпаем тропический островок или лесную полянку, хоть в этой реальности, хоть в смежной, м-м-м? Никто и не заметит. А ты шагнула из кухни – и уже встречаешь рассвет над океаном, с чашечкой лавандового рафа... Ну и я, убогий, с тобой, если не выгонишь и рафом поделишься, – Андрей мечтательно улыбнулся.
– Юморист, от твоих шуточек можно с психическим здоровьем попрощаться, – представить такую квартиру мозг просто отказывал. – Представляю, как квартирная хозяйка обрадуется такому... дизайнерскому ремонту её имущества. И сколько мы с Тонькой коммуналки будем платить за такое скромное жильё.
Первое Юльку насмешило, второе ужаснуло. Но количество обновок уже не вводило в шок и транс. В принципе, зачарованный шкаф – должно быть, очень вместительная и удобная штука.
– Если бы можно так зачаровать шкаф, чтоб там ещё и порядок всегда был, – мечтательно протянула она.
– Элементарно, Ватсон, – Андрей шутливо щёлкнул её по вздёрнутому веснушчатому носику. – Бытовое заклинание самоочистки от пыли, плюс один раз вписать местоположение каждой вещи, задать структуру, например ячеистую – и шмотки сами по местам разложатся, хоть ты их туда самосвалом высыпай. Меню на ментальном плане настроить, примерно как на смартфоне. Всегда будешь знать, где что лежит, а вещь сможешь найти и достать, просто подумав о ней.
– Вот это да! – в медовых глазах вспыхнул чистый детский восторг. Даже шикарные люксовые платья, дорогие ювелирные украшения и сумочки по цене космолёта не вызвали у Искорки такого интереса и радости, как банальный предмет мебели, дополненный парой штучек для удобства и комфорта в быту. Это и удивляло, и умиляло Андрея.
– Пустяки. У нас все сейфы, хранилища, тайники и схроны по такому принципу делаются, маг-пространственник – очень востребованная и ценная паранорма. А в моём роду эта способность наследственная, – ответил Андрей, пожав плечами.
Для него ничего особенного, а тем более чудесного в пространственной магии не было. Как и в магии в принципе. Он жил с этим всю жизнь, и точно не одну, волшебство было для него просто рутиной. Такая же учёба, работа, естественная среда и привычный быт. Только рядом с Искоркой мир заиграл такими яркими сочными красками и полным спектром... счастья. Будто до неё чего-то не хватало, как в душном шкафу не хватает воздуха. С ней он впервые дышал полной грудью, видел мир в полной палитре красок и нот, радовался каждому моменту и ощущал что-то волшебное. Невероятное. Чудесное, щемящее, живое и очень тёплое. Без неё он был словно инвалид, не ощущающий своей инвалидности лишь потому, что привык жить без чего-то важного. Существовать наполовину. У него хватало женщин, внимания, флирта, секса, всего. Но только с ней он ощутил себя целостным и полноценным. Будто всю жизнь лихорадочно искал что-то потерянное, забытое, невыразимое, но очень важное. А теперь наконец обрёл...
Внутри нежнейшим муаром шелохнулась бездонная бархатная Тьма, так же бархатно мурлыкая нежную уютную песенку. Древнюю, как само Древо Миров, ласковую, вечную. Юля не могла её слышать, но уже подпала под этот гипнотический шёпот. Андрей ещё никогда так не ощущал собственную сущность и не видел, чтобы она так себя вела. Или не помнил? Совершенно незнакомые ощущения. И слишком знакомые. Смертоносная антрацитовая Тьма стелилась ковровой дорожкой, смущённо вспыхивала росчерками Пламени, играла тенями, ласкалась и мурлыкала, как ненормальная. Совсем сдурела, как кошка по весне.
– Искра моей Тьмы, – что-то всплыло из тёмных глубин, махнуло хвостом и снова исчезло в чернильной бесконечности.
– Тень моего Света, – в полудрёме, почти в трансе шепнула Юля и потянулась к его губам.
Все мысли, сомнения, колебания растворились в касании губ и жарком пламени желания. Одно пламя и свободное падение, одно дыхание на двоих, стирающее все границы. Бездонный омут бескрайней нежности, затягивающий водоворотом сдерживаемой страсти. Пока ещё сдерживаемой. Вся сдержанность таяла с каждой секундой, сгорала, срывалась с петель и летела в пропасть. Ни Андрей, ни Юля и не пытались её удержать. Вокруг них раскалился и искрил сам воздух, которого все больше не хватало. Но друг друга не хватало сильней.
Юля ощущала, что бесповоротно тонет в расплавленном серебре и тёмном бархате его взгляда, и обратной дороги нет. Невидимая, но осязаемая ласковая сила уже взяла её в плен, поймала в капкан неодолимого желания. Один взгляд, один поцелуй закоротил её намертво, парализовал, расплавил и сжёг все предохранители. Она представить не могла, что поцелуи могут так будоражить, воспламенять кровь, пьянить, дурманить и кружить голову хлеще карусели и шампанского, отбивая напрочь остатки здравого смысла и воли к сопротивлению. Какими твёрдыми и нежными, ласкающими и настойчивыми, жаркими и согревающими могут быть мужские губы, и как сладко пить эти ласки, отдавая взамен ещё больше. Как можно захлебнуться весной и потеряться во времени. Губы таяли на губах, оставляя глубоко внутри звёздные россыпи и невидимые метки. В трусиках почему-то стало горячо и влажно. Внизу живота растекался незнакомый, сладко пульсирующий и немного пугающий жар. Тягучий, терпкий и острый, как ток. Тело реагировало слишком остро, мощно, ярко. Всего слишком. Казалось, по венам бежит жаркая лава, жидкое пламя и чистое небо. Безумие. Наваждение. Полёт в невесомости. Только бы этот полёт не прекращался...
Она застонала Андрею в губы и зарылась пальчиками в волосы, прижимаясь ещё ближе. Провокация? Ну и что. Соски напряглись, натянули ставшую слишком грубой ткань. Плотно, почти болезненно. Она начинала понимать, почему в порыве страсти одежду часто рвут. Бесит! Хотелось, чтоб он коснулся, потрогал, сжал ладонью. Снял это напряжение единственным и самым приятным способом... и никакие тряпки не мешали... И самой коснуться обнаженной горячей кожи, без всяких дурацких преград в виде рубашек. Поцелуев уже стало слишком мало. Хотелось большего. Всего.
– Искорка, если ты начнёшь раздеваться и меня раздевать, мы оба сильно пожалеем, – Андрей с явным усилием отстранился, мягко удерживая её руки от опрометчивых действий. Его зрачки вытянулись и расширились, отливая опасным антрацитовым блеском. В глазах плескалась бездонная завораживающая Тьма и гипнотические язычки пламени. – Пожалуй, мне сейчас лучше уйти. Пока не натворил непоправимого, как распоследний конченый идиот.
В паре шагов тонким призрачным контуром засеребрился портал.
Меньше всего на свете он хотел уходить, но слишком боялся сорваться, не совладать с собой. У девочки только-только пробудилось желание, но совсем нет опыта. Для Юли все впервые, она просто не понимает. Играя с его Тьмой и Пламенем, провоцируя и дразня голодного хищника, девчонка не соображает, что творит. Слишком острые, слишком сильные чувства, с которыми она ещё не умеет справляться. Да он со своими совладать не мог, как какой-то жалкий мальчишка. Переоценил свой контроль. Этот контроль уже балансировал на опасной грани, за которой маячил срыв. Полный... хроносдвиг. По всем фазам.
– Не уходи, – девушка подняла на него чуть затуманенные глаза с огромными зрачками. – Раз начал – доводи до конца. Или струсил?
В её глазах плавало отражение его собственных чувств и желаний. Диких, шальных, первобытных, искрящих той же обнажённой жаждой. Руки беспомощно дёрнулись, пытаясь освободиться из его мёртвой хватки. Но не для того, чтобы оттолкнуть его или убежать, а наоборот, удержать.
– На «слабо» меня берёшь, маленькая искорка? Ты не осознаёшь, что творишь, – Андрей нежно провёл кончиками пальцев по её щеке, очертил контуры приоткрытых, чуть припухших губ. Так хотелось снова сделать это языком. Но как потом заставить себя уйти... Он ещё никого так исступленно и отчаянно не желал. Уйти сейчас – просто невыносимо. И так же необходимо, если хочет удержать крышу. Иначе возьмёт Юльку прямо здесь, на этом ушатанном продавленном кухонном диване, среди завалов, пакетов и коробок.
– Осознаю. Не уходи, останься, – тихо повторила Юля, отрезая дорогу назад и сжигая все мосты. Она раскраснелась и тяжело дышала, глаза потемнели от страсти, в цвет коньяка, тёмный янтарь и дикий мёд. Он демонски хотел её. Это было сродни голоду или жажде. Только и она желала его не меньше. В её ауре, взгляде, рваном дыхании и грохочущем пульсе ощущалась та же жажда. Сопротивляться этому сладкому безумию и безумному притяжению больше не осталось сил.
– Не здесь, – архонт оглядел захламленную кухоньку-клетушку. Свой первый раз девочка запомнит на всю жизнь. Не хотелось, чтобы она запомнила экспресс-перепих на кухне, этот хлам и торчащие пружины. У него осталось не так много Силы, но вполне хватит, чтобы исчезнуть из этой тесной реальности в свой собственный рай. Пусть ненадолго, зато только вдвоём. И вернуться обратно в тот самый момент, что не успеют затихнуть шаги – но уже с общей тайной. У них с Искоркой будет целая ночь блаженства, которую при желании можно даже продлить. Остановить волшебные мгновения, и пусть весь Мультиверсум подождёт. Потом, конечно, Андрей получит на орехи от родителей, но это будет потом. Энергозатраты, злоупотребление темпоральной магией, нарушение территории одного из самых секретных объектов целой ветви миров, гнев сразу двоих иерархов уровня – все стало неважным. Все, кроме его Искры, ответного желания и целого океана звёзд в её глазах. Немного изменить координаты полупроявленного портала – что может быть проще.
– Пойдёшь со мной? – Андрей кивнул на портал, который светился все ярче, затягиваясь серебристой дымкой.
– Благодарю за совет, непременно им воспользуюсь, – архонт тоном дал понять, что разговор окончен.
Боевики подхватили под локти виновника аварии и исчезли в окне портала.
Тоня застонала и попыталась шевельнуться. Реснички дрогнули.
– Ну нет, подруга, так дело не пойдёт, – Влад крепче зафиксировал тело и снова погрузил в глубокий сон. Убрал магией с одежды и волос засохшую кровь, грязь и мусор. Нужно ещё вправить тазобедренный сустав и срастить перелом, чтобы тело стало хотя бы транспортабельным. Что с ней делать потом, потом и подумает. Но на растерзание спецслужбам эту маленькую жизнь он точно не отдаст. И блокировать её слабенький, безобидный дар, стирать память не позволит тем более. Подобное вмешательство на фоне травмы головы приведёт к чудовищным головным болям, прогрессирующей амнезии, а может вовсе оставить ужика овощем. Слишком велика цена одного пьяного косяка одного придурка.
Он зачем-то коснулся ладонью её щеки. Погладил по волосам, словно хотел успокоить, согреть, заверить, что всё будет хорошо. Такая маленькая, хрупкая, дитё дитём, и такая смелая. Даже отчаянная. Не каждый мужик так защищает свою семью. Это вызывало у Кота уважение, непривычное тёплое чувство, желание защитить, даже какую-то непонятную нежность. Несмотря на её киберхулиганство и взломанные базы. Да к демонам эти базы, пусть ломает. Лишь бы была жива и здорова. А ведь если бы она сдуру не полезла пакостить в его зону ответственности – сегодня её жизнь уже бы оборвалась, придурок-братец разбился или сел в тюрьму, а мать этого просто не пережила. Линии реальности не лгут. Фактически, маленький ужик неосознанно спас всю семью, даже не зная об этом.
– Сам принесу ноут, с отмычками, ключей тебе напишу каких хочешь, хоть эльфийскими рунами, хоть лемурийскими иероглифами. Хочешь, банк взломаем, или Пентагон, да хоть Хроники Акаши. Только живи, ужик камышовый, – вздохнул Влад. – К прежней жизни у тебя возврата уже не будет. Но жизнь сама по себе – шанс, возможность и альтернатива.
Влад скрупулёзно закончил с первой помощью, мысленно задал нужные координаты и принялся формировать портал. Юной хакерше предстояли слишком непростые времена и трудные перемены. А ему – серьёзный разговор с родителями.
Глава 7. СОБИРАЯ ОСКОЛКИ
... Земной Веер. Базовая реальность Земля-А-19/004-6-17. Россия, ЮФО / Базовая реальность с переходами на отражения и боковые стриммеры, загородная резиденция рода Ивашиных. Координаты засекречены
Андрей и Юля вернулись порталом, когда уже сгущались сумерки.
– В Париже и Милане, конечно, хорошо, но дома лучше! А где же Тонька? Пары давно закончились, – уставшая, но довольная девушка с наслаждением сбросила туфли и упала на старенький диванчик, забросив гудящие ноги на подлокотник. Устало вытащила телефон, набрала подругу. – Абонент недоступен. Ну, значит не дождалась и поехала к матери. Вот казюля, хоть бы сообщение или записку оставила... Ёжки-матрёшки, ты что, пол-Парижа и весь Милан скупил? Куда мне столько вещей... ещё и таких, что только звёзды и первые леди носят...
Разглядев, во что превратилась квартира, Юля растерялась и растеряла все мысли. Кухня, куда маг телепортировал обновки, теперь больше напоминала склад или оптовую базу. Везде громоздились пакеты, коробки, свёртки, упакованные в дорогую даже на вид бумагу. Чему не нашлось места на полу или столе, просто висело в воздухе. Сколько всё это стоит, девушка боялась даже подумать. Когда она вертелась перед Андреем, развлекаясь примеркой кучи нарядов, и в голову не приходило, что он станет оптом скупать шоурумы и бутики.
– Нет, вы точно ненормальные, – простонала Юлька, закрывая лицо ладошками.
Андрей присел рядом и тихо рассмеялся, погладив её под коленкой.
– Впервые вижу женщину, которая жалуется, что у неё слишком много одежды.
– И когда только успел?
– Пока ты глазела по сторонам и дефилировала перед зеркалами, можно было успеть захватить небольшое государство. Не то что оплатить и переместить покупки. С оплатой проблем не было, нет и не придумывай, сейчас в любом крупном городе спокойно конвертируют Силу в ваши деньги. А со временем все расчёты переведём на энергию, как это заложено в природе и во всех развитых мирах делается.
– Господи, это слишком! – Юля медленно осознавала масштаб бедствия в пределах отдельно взятой кухни, прихожей и жизни.
– Ну зачем снова так официально: Господи. Можно просто Андрей, милый, любимый, родной, – Андрей интимно провёл ладонью по её бедру. – Вот всяких зай, пусиков и прочий зоопарк терпеть не могу, но от тебя так и быть, потерплю. Если не часто и не прилюдно.
Глаза Юли распахнулись ещё сильнее и растерянно заморгали.
– Андрей, – назвать нелюдя так фамильярно, как он предложил на выбор, она была совершенно не готова. А заями и пусиками тем более. – Куда я буду всё это девать? Оно же в три шкафа не влезет.
– Это не обновок много, а квартира слишком маленькая и шкафчик сиротский, – парировал нелюдь. – Не проблема, пространственная магия на что. Зачарую я твой шкаф, всё поместится, хоть табун коней. Наложить расширение пространства, добавить несколько вложенных, и можно опять за покупками отправляться. А захотите, можно и квартиру зачаровать. Из однушки пентхаус или дворец сделать, на десяток комнат. Добавить зимний сад, гостиную с камином, кабинет, библиотеку, террасу, бассейн, да хоть бальный зал... Можно пару замкнутых пространственных гейтов привязать. Оттяпаем тропический островок или лесную полянку, хоть в этой реальности, хоть в смежной, м-м-м? Никто и не заметит. А ты шагнула из кухни – и уже встречаешь рассвет над океаном, с чашечкой лавандового рафа... Ну и я, убогий, с тобой, если не выгонишь и рафом поделишься, – Андрей мечтательно улыбнулся.
– Юморист, от твоих шуточек можно с психическим здоровьем попрощаться, – представить такую квартиру мозг просто отказывал. – Представляю, как квартирная хозяйка обрадуется такому... дизайнерскому ремонту её имущества. И сколько мы с Тонькой коммуналки будем платить за такое скромное жильё.
Первое Юльку насмешило, второе ужаснуло. Но количество обновок уже не вводило в шок и транс. В принципе, зачарованный шкаф – должно быть, очень вместительная и удобная штука.
– Если бы можно так зачаровать шкаф, чтоб там ещё и порядок всегда был, – мечтательно протянула она.
– Элементарно, Ватсон, – Андрей шутливо щёлкнул её по вздёрнутому веснушчатому носику. – Бытовое заклинание самоочистки от пыли, плюс один раз вписать местоположение каждой вещи, задать структуру, например ячеистую – и шмотки сами по местам разложатся, хоть ты их туда самосвалом высыпай. Меню на ментальном плане настроить, примерно как на смартфоне. Всегда будешь знать, где что лежит, а вещь сможешь найти и достать, просто подумав о ней.
– Вот это да! – в медовых глазах вспыхнул чистый детский восторг. Даже шикарные люксовые платья, дорогие ювелирные украшения и сумочки по цене космолёта не вызвали у Искорки такого интереса и радости, как банальный предмет мебели, дополненный парой штучек для удобства и комфорта в быту. Это и удивляло, и умиляло Андрея.
– Пустяки. У нас все сейфы, хранилища, тайники и схроны по такому принципу делаются, маг-пространственник – очень востребованная и ценная паранорма. А в моём роду эта способность наследственная, – ответил Андрей, пожав плечами.
Для него ничего особенного, а тем более чудесного в пространственной магии не было. Как и в магии в принципе. Он жил с этим всю жизнь, и точно не одну, волшебство было для него просто рутиной. Такая же учёба, работа, естественная среда и привычный быт. Только рядом с Искоркой мир заиграл такими яркими сочными красками и полным спектром... счастья. Будто до неё чего-то не хватало, как в душном шкафу не хватает воздуха. С ней он впервые дышал полной грудью, видел мир в полной палитре красок и нот, радовался каждому моменту и ощущал что-то волшебное. Невероятное. Чудесное, щемящее, живое и очень тёплое. Без неё он был словно инвалид, не ощущающий своей инвалидности лишь потому, что привык жить без чего-то важного. Существовать наполовину. У него хватало женщин, внимания, флирта, секса, всего. Но только с ней он ощутил себя целостным и полноценным. Будто всю жизнь лихорадочно искал что-то потерянное, забытое, невыразимое, но очень важное. А теперь наконец обрёл...
Внутри нежнейшим муаром шелохнулась бездонная бархатная Тьма, так же бархатно мурлыкая нежную уютную песенку. Древнюю, как само Древо Миров, ласковую, вечную. Юля не могла её слышать, но уже подпала под этот гипнотический шёпот. Андрей ещё никогда так не ощущал собственную сущность и не видел, чтобы она так себя вела. Или не помнил? Совершенно незнакомые ощущения. И слишком знакомые. Смертоносная антрацитовая Тьма стелилась ковровой дорожкой, смущённо вспыхивала росчерками Пламени, играла тенями, ласкалась и мурлыкала, как ненормальная. Совсем сдурела, как кошка по весне.
– Искра моей Тьмы, – что-то всплыло из тёмных глубин, махнуло хвостом и снова исчезло в чернильной бесконечности.
– Тень моего Света, – в полудрёме, почти в трансе шепнула Юля и потянулась к его губам.
Все мысли, сомнения, колебания растворились в касании губ и жарком пламени желания. Одно пламя и свободное падение, одно дыхание на двоих, стирающее все границы. Бездонный омут бескрайней нежности, затягивающий водоворотом сдерживаемой страсти. Пока ещё сдерживаемой. Вся сдержанность таяла с каждой секундой, сгорала, срывалась с петель и летела в пропасть. Ни Андрей, ни Юля и не пытались её удержать. Вокруг них раскалился и искрил сам воздух, которого все больше не хватало. Но друг друга не хватало сильней.
Юля ощущала, что бесповоротно тонет в расплавленном серебре и тёмном бархате его взгляда, и обратной дороги нет. Невидимая, но осязаемая ласковая сила уже взяла её в плен, поймала в капкан неодолимого желания. Один взгляд, один поцелуй закоротил её намертво, парализовал, расплавил и сжёг все предохранители. Она представить не могла, что поцелуи могут так будоражить, воспламенять кровь, пьянить, дурманить и кружить голову хлеще карусели и шампанского, отбивая напрочь остатки здравого смысла и воли к сопротивлению. Какими твёрдыми и нежными, ласкающими и настойчивыми, жаркими и согревающими могут быть мужские губы, и как сладко пить эти ласки, отдавая взамен ещё больше. Как можно захлебнуться весной и потеряться во времени. Губы таяли на губах, оставляя глубоко внутри звёздные россыпи и невидимые метки. В трусиках почему-то стало горячо и влажно. Внизу живота растекался незнакомый, сладко пульсирующий и немного пугающий жар. Тягучий, терпкий и острый, как ток. Тело реагировало слишком остро, мощно, ярко. Всего слишком. Казалось, по венам бежит жаркая лава, жидкое пламя и чистое небо. Безумие. Наваждение. Полёт в невесомости. Только бы этот полёт не прекращался...
Она застонала Андрею в губы и зарылась пальчиками в волосы, прижимаясь ещё ближе. Провокация? Ну и что. Соски напряглись, натянули ставшую слишком грубой ткань. Плотно, почти болезненно. Она начинала понимать, почему в порыве страсти одежду часто рвут. Бесит! Хотелось, чтоб он коснулся, потрогал, сжал ладонью. Снял это напряжение единственным и самым приятным способом... и никакие тряпки не мешали... И самой коснуться обнаженной горячей кожи, без всяких дурацких преград в виде рубашек. Поцелуев уже стало слишком мало. Хотелось большего. Всего.
– Искорка, если ты начнёшь раздеваться и меня раздевать, мы оба сильно пожалеем, – Андрей с явным усилием отстранился, мягко удерживая её руки от опрометчивых действий. Его зрачки вытянулись и расширились, отливая опасным антрацитовым блеском. В глазах плескалась бездонная завораживающая Тьма и гипнотические язычки пламени. – Пожалуй, мне сейчас лучше уйти. Пока не натворил непоправимого, как распоследний конченый идиот.
В паре шагов тонким призрачным контуром засеребрился портал.
Меньше всего на свете он хотел уходить, но слишком боялся сорваться, не совладать с собой. У девочки только-только пробудилось желание, но совсем нет опыта. Для Юли все впервые, она просто не понимает. Играя с его Тьмой и Пламенем, провоцируя и дразня голодного хищника, девчонка не соображает, что творит. Слишком острые, слишком сильные чувства, с которыми она ещё не умеет справляться. Да он со своими совладать не мог, как какой-то жалкий мальчишка. Переоценил свой контроль. Этот контроль уже балансировал на опасной грани, за которой маячил срыв. Полный... хроносдвиг. По всем фазам.
– Не уходи, – девушка подняла на него чуть затуманенные глаза с огромными зрачками. – Раз начал – доводи до конца. Или струсил?
В её глазах плавало отражение его собственных чувств и желаний. Диких, шальных, первобытных, искрящих той же обнажённой жаждой. Руки беспомощно дёрнулись, пытаясь освободиться из его мёртвой хватки. Но не для того, чтобы оттолкнуть его или убежать, а наоборот, удержать.
– На «слабо» меня берёшь, маленькая искорка? Ты не осознаёшь, что творишь, – Андрей нежно провёл кончиками пальцев по её щеке, очертил контуры приоткрытых, чуть припухших губ. Так хотелось снова сделать это языком. Но как потом заставить себя уйти... Он ещё никого так исступленно и отчаянно не желал. Уйти сейчас – просто невыносимо. И так же необходимо, если хочет удержать крышу. Иначе возьмёт Юльку прямо здесь, на этом ушатанном продавленном кухонном диване, среди завалов, пакетов и коробок.
– Осознаю. Не уходи, останься, – тихо повторила Юля, отрезая дорогу назад и сжигая все мосты. Она раскраснелась и тяжело дышала, глаза потемнели от страсти, в цвет коньяка, тёмный янтарь и дикий мёд. Он демонски хотел её. Это было сродни голоду или жажде. Только и она желала его не меньше. В её ауре, взгляде, рваном дыхании и грохочущем пульсе ощущалась та же жажда. Сопротивляться этому сладкому безумию и безумному притяжению больше не осталось сил.
– Не здесь, – архонт оглядел захламленную кухоньку-клетушку. Свой первый раз девочка запомнит на всю жизнь. Не хотелось, чтобы она запомнила экспресс-перепих на кухне, этот хлам и торчащие пружины. У него осталось не так много Силы, но вполне хватит, чтобы исчезнуть из этой тесной реальности в свой собственный рай. Пусть ненадолго, зато только вдвоём. И вернуться обратно в тот самый момент, что не успеют затихнуть шаги – но уже с общей тайной. У них с Искоркой будет целая ночь блаженства, которую при желании можно даже продлить. Остановить волшебные мгновения, и пусть весь Мультиверсум подождёт. Потом, конечно, Андрей получит на орехи от родителей, но это будет потом. Энергозатраты, злоупотребление темпоральной магией, нарушение территории одного из самых секретных объектов целой ветви миров, гнев сразу двоих иерархов уровня – все стало неважным. Все, кроме его Искры, ответного желания и целого океана звёзд в её глазах. Немного изменить координаты полупроявленного портала – что может быть проще.
– Пойдёшь со мной? – Андрей кивнул на портал, который светился все ярче, затягиваясь серебристой дымкой.
