В ожидании моего возвращения друзья поневоле развлекались во всю: дэй Ричард Эмилио Энсоре раскачивался на стуле, дэйни Корделия заплела не голове десяток косичек и теперь пыталась уложить их в какую-то сложную прическу, а княжна Дманевская сидела на кровати, подобрав ноги и, судя по всему, считала цветочки на украшенном вышивкой подоле.
- Черный человек! – радостно завизжала Яра и в следующий миг повисла на Унго. Что ж, для него, наверное, она все же осталась милой девочкой. Хотя и меня, помнится, встречала подобным образом, а после устроила это представление у костров.
- Доброй ночи, дэйни Корделия. – Тайлубиец аккуратно поставил Яру на пол и повернулся к унери: - Рад видеть вас, дэй Ричард.
Шаман помахал рукой, продолжая расшатывать трактирную мебель, а Унго уже обратился к смущенно слезшей с кровати Сане. Сначала раскланялся со всей церемонностью, которую только позволяло тесное помещение, и почтительно произнес:
- Счастлив познакомиться с вами еще раз, дэйни. Для меня большая честь приветствовать будущую графиню Гросерби.
От неожиданности я выронил саквояж, который взялся помочь донести, Сана сделалась белее мела, а Рик рухнул на пол вместе со стулом. За спиной удивленно икнула Яра.
Ох, Унго, не считал бы я тебя своим другом…
- Не стоит торопить события, - выговорил я, приходя в себя. – Дэйни Лисанна пока не получала предложения от ар-дэя графа и, естественно, не давала своего согласия. Речь, как я помню, шла лишь о смотринах. Сана тебе… Унго привез некоторые вещи, посмотри, пожалуйста. Возможно, захочешь переодеться к ужину, раз уж тот задерживается…
Следовало во что бы то ни стало выпроводить княжну из комнаты и разъяснить кое-что дорогой кузине и дэю виконту, смотревшим на меня со смесью неверия, удивления и священного ужаса.
Лисанна
Я была рада увидеть Унго, но его обращение, ввергло меня в состояние шока.
Правда, не настолько, чтобы не заметить, как отреагировали на слова тайлубийца остальные, и не понять, что Джед под благовидным предлогом попросту выставил меня за дверь.
- Все куплено в лавке готовой одежды, дэйни, - отчитывался Унго, проводив меня в соседнюю комнату, где он аккуратно разложил на кровати простое светло-голубое платье и поставил на пол рядом атласные туфельки в тон наряду. - У меня верный глаз - ошибаюсь редко, но если что-то не подойдет, скажите.
- Да-да, обязательно. Спасибо.
После его ухода я занялась отнюдь не примеркой. Мне нужно было знать, о чем Джед станет говорить с Ярой и Риком. И пускай подслушивать - занятие недостойное, но и обман ничуть не лучше. А я не без оснований полагала, что меня обманывают или же утаивают от меня нечто важное, что в данном случае - суть одно и то же.
К сожалению снятые дэем Селаном, вернее дэем Леймсом, комнаты разделяла не только стена (стены в подобных заведениях таковы, что через них не только слышно, что твориться в соседнем номере, но иногда и видно): тут меж номеров втиснулся зачем-то узкий проход, упирающийся в маленькую дверку - очевидно кладовку для швабр и веников.
Но я нашла выход. Окна в теплую летнюю ночь были распахнуты, и, если выглянуть наружу, можно было уловить обрывки чужого разговора. Я слышала, как несколько раз называлось мое имя и, кажется, имя престарелого графа, но больше, увы, ничего было не разобрать.
Хотела уже отойти от окна, как заметила, что старое бревенчатое здание трактира на уровне второго этажа обегает своеобразный карниз - толстая деревянная балка выпирала из стены, сколько я видела.
Милая моя Милисента! Помнится, ты упрекала меня в недостаточной смелости и говорила, что мне недостает дерзости, которую я, к слову никогда не считала и не считаю добродетелью. Что бы ты сказала, увидь, как я, подобрав подол, вылезла в окно на карниз и сделала несколько шажков в сторону интересовавшей меня комнаты?
К счастью, окна выходили на заброшенный и неосвещенный задний двор, и можно было не бояться, что меня кто-то заметит. Осторожно ступая босыми ногами по шершавой балке, я продвинулась еще немного и остановилась, прижавшись спиной к стене.
- …твои шутки, Рик, сейчас неуместны! – услышала я голос Джеда.
- И не думал шутить, - серьезно отвечал унери. – Поверь, тебе в данной ситуации я могу лишь посочувствовать.
- Вот, опять! – вспылил дэй Леймс.
- Да нет, я лишь представил, что будет, если о твоих… ваших с княжной совместных похождениях станет известно дэю Эрику.
- Надеюсь, что не станет. В любом случае после того, как все закончится, она вернется домой…
- И никто не припомнит тебе… хм, хотя бы тех же танцев? Ты слишком наивен мой друг.
- Хватит мне угрожать, - прорычал Джед негромко, но так, что у меня мурашки пошли по коже. – И закончим этот разговор: Сана может прийти в любую минуту. И впредь – Унго, тебя это в первую очередь касается – я не хочу ничего слышать о графе Гросерби, особенно в присутствии княжны, а так же о помолвках и женитьбах. Если, конечно, Рик, речь пойдет не о твоей свадьбе. Всем ясно?
- Как скажешь, брат, - спокойно согласился шаман.
- Не беспокойтесь, дэй Джед, этого больше не повторится. – Просто увидела, как тайлубиец виновато опустил глаза.
- Яра?
- Я буду молчать, - со злой насмешкой проговорила девушка. – Посмотрю потом, как ты из всего этого выкрутишься. Дэй Эрик…
- Хватит!
От этого гневного окрика сердце в пятки ушло, и я едва не упала с карниза. Создатель всемогущий, что же они все так боятся этого дэя Эрика? Неужели отец избрал мне в мужья какое-то чудовище?
Или все дело в их волчьих законах? Вполне может оказаться, что по ним я, даже не дав согласия, уже считаюсь чужой невестой, и, как сказал Ричард, наши с Джедом «похождения», танцы у костров и совместные ночевки выльются в новые проблемы для молодого метаморфа.
- Если вы закончили, дэй Селан, я отлучусь с вашего позволения, - голос Рика прервал тревожные размышления. – Хочу обсудить с духами предков наше бедственное положение. Заодно погляжу, где у них тут… удобства.
Хлопнула дверь. Пора и мне возвращаться в комнату.
- Простите еще раз, дэй Джед, - сказал Унго, когда я уже отступила в сторону своего окна. – Я лишь хотел напомнить об особенном положении дэйни Лисанны в вашем обществе.
- Спасибо. Тебе это удалось.
Странно и страшно было слышать его таким - растерянным, потерянным…
Но в следующий миг стало еще страшнее: скрипнула, открываясь, дверь их комнаты, и тело сковал мороз, как всегда бывает при близости чужой и сильной волшбы. Стук, грохот, тяжелые шаги. И та же леденящая магия. Я лишь чудом не полетела вниз, удержалась, но так и не смогла пошевелиться.
- Все, что ли? – послышался незнакомый сиплый голос.
- Да вроде бы все. – Еще один, грубый, раскатистый. – Он так сказал: черномазый, волк и девка. Вот они миленькие. А больше и быть никого не должно.
- А отчего служка сказал, что они две комнаты взяли и хавки на пятерых затребовали? – просипел первый.
- Кто ж их знает? Может, волчара жрет за троих?
Я стояла ни жива, ни мертва, прилипнув к стене и в ужасе зажмурившись: только бы чужаки не выглянули в окно.
- А комната? – Снова первый. – На кой им две, когда в одной места полно?
- Дык благородные: мужики отдельно, девка отдельно.
- Проверь все же.
Шаги, скрип двери. Через время снова скрип, уже тише, со стороны моей комнаты. Незнакомец пробыл там долго, чем-то шуршал, кажется, двигал мебель.
- Пусто. – Вернулся. – Одежа девкина лежит, и все. Бумаг никаких.
- Здесь гляди и уходим.
Стук сердца отдавался в ушах, и я почти не слышала происходящего внутри. Догадывалась, что они обшаривают комнату, роются в привезенных Унго вещах.
- Вот писульки какие-то – все, что есть. А там деньги еще. Немало. Брать? За это не говорено.
- Бери. На кой они мертвецам?
- Живые ж пока.
- Так то пока… Грузи давай.
От страха почти теряя сознание, я помнила лишь то, что должна держаться и молчать, молчать и держаться.
Звук волочимых по полу тел, какой-то стук, лязг. Шаги, захлопнутая дверь…
Вернуться в комнату? В свою? Джеда? А если там кто-то остался?
Вновь заскрипела дверь, и сердце сжалось…
- Великие предки, что здесь… Джед? Где…
- Рик, - прошептала я.
Слишком тихо, чтобы меня услышали.
Опять дверь захлопнулась, потом открылась, но уже другая – в моей комнате – резко, без стука.
- Лисанна! Мун семихвостая, что здесь творится?
- Рик! – Писк, но уже не шепот. – Рик, помоги!
Сама я не сдвинулась бы уже ни на шаг: ноги намертво приросли к карнизу, а вспотевшая спина прилипла к стене.
- Рик…
Каким-то чудом волк меня услышал. Выглянул в окно, и я даже в темноте разглядела, как вытянулось от удивления его лицо.
- Сана? Как ты тут оказалась?
- Я… Я… Помоги мне, пожалуйста.
В следующие несколько минут я не способна была ничего объяснять, только плакала. А Ричард терпеливо ждал, пока я успокоюсь.
- Так что все-таки произошло? – спросил он, когда рыдания перешли в редкие всхлипывания. – Где все?
- Их забрали… - выдавила я, рукавом размазывая по лицу слезы. – Какие-то люди, я не видела. Оглушили магией… Сильное заклинание, и меня чуть-чуть зацепило… Куда-то погрузили и унесли…
- Всех троих? – переспросил волк недоверчиво. – Невозможно. Я был внизу, заметил бы. Правда, два оборванца стащили по лестнице какой-то сундучок, но тот был невелик, да и нетяжел, судя по тому, что несли его без труда. Верно, кто-то из постояльцев выезжал…
- Куда они его понесли? – спросила я, сглотнув.
- Сундук? В карету. Стояла у входа. Но на кой нам… В смысле, к чему нам говорить о том сундуке, когда непонятно, куда подевались Джед и Яра, и… этот…
- Унго, - вздохнула я. – Думаю, в том сундуке они и были. Все.
Рик поглядел на меня с тревогой: очевидно, подумал, что я лишилась рассудка.
- Нам рассказывали о подобных вещах, - пояснила я свою догадку, борясь с готовыми вновь политься слезами. – Искажение всех законов природы, нарушение понятий размера, массы и других пространственных величин. Говорят, раньше подобные чары часто использовались, даже в быту…
- Но уже лет триста, как их секрет потерян, - закончил за меня волк. – Виери Ула – образованная женщина, и у нее немало книг, которые я тоже читал, дэйни Лисанна. Но все это почти уже сказки. Может быть подобные сундучки еще остались где-нибудь в королевской сокровищнице, один или два, но я не думаю, что ее величество стала бы одалживать столь ценные предметы какому-то отребью.
- А Менно?
- Что?
- Дэю Людвигу Менно одолжила бы?
Определенно, имя этого человека производило впечатление. Скептическая улыбка и легкомысленные подозрения, что с ним разыгрывают какую-то шутку, враз слетели с лица унери, и в глубоких черных глазах промелькнул настоящий испуг.
- Великие предки, - прошептал он. – Во что вы с Джедом вляпались? И… я?
- О тебе никто не знает, - проговорила я, отвернувшись. – Можешь уйти прямо сейчас, и… - Голос все-таки дрогнул. – И ничего с тобой не случится…
- Думайте, что говорите, дэйни! – вспыхнул шаман. – Сын Энрике Энсоре не бросает в беде друзей и никогда не бежит от опасности… только от ревнивых женщин и их разъяренных отцов… иногда… Короче, рассказывай. Но лучше бы нам поговорить в другом месте.
- Думаешь, они вернутся? – задрожала я.
- Думаю, что сейчас принесут ужин – принесут же его, в конце концов? – а мы с тобой, судя по разгрому в нашей комнате, остались без денег. Чем станем расплачиваться?
Рик сгреб в сумки все, что не унесли похитители, сунул подмышку бубен – бесценный подарок виери, и мы, стараясь не привлекать к себе внимания, покинули шумный трактир.
Переодеться я не успела, осталась в платье горянки, а под такой наряд вряд ли пошли бы атласные туфли, что купил Унго, и теперь деревянные башмачки быстро отстукивали по мостовой в такт готовому выскочить из груди сердцу.
- Куда мы идем? – спросила я волка спустя несколько минут. Казалось, просто спешим убраться подальше, бесцельно петляя по улочкам спящего городка.
- Ищем, где стать на ночлег, - ответил он. – Точнее, я ищу. А ты пока можешь начинать рассказывать, где, когда и каким образом вы с Джедом перешли дорожку Людвигу Менно.
Рассказ вышел коротким.
Да, я – княжна Лисанна Дманевская. Да, как он уже знает, я сбежала, чтобы… ну это он тоже знает… Потом я работала в одном доме и там случайно познакомилась с Джедом. Затем так же случайно к нам попали бумаги, которые очень интересовали дэя Людвига…
- Вот и все, - закончила я, уложившись в две минуты.
- Какие бумаги? – шаман остановился и развернулся ко мне.
- Какая теперь разница? – Я тяжело вздохнула. – Все равно их забрали те люди.
- Может, и нет, - как-то странно сказал Рик. – Так что за бумаги? Не было среди них парочки любовных писем, патента за знаком Королевской длани и пустого блокнота?
- Джед тебе показал? – удивилась я.
- Нет, - невесело хмыкнул унери. – Джед хотел их от меня спрятать. Стало любопытно и пока он выходил… В общем, я думал, погляжу и положу на место, под матрас, а там вы с Ярой заявились… - Метаморф смущенно вытащил из-под широкой рубашки небольшой тряпичный сверток. – Честно, хотел посмотреть, и назад… Не успел.
- Рик, ты… ты…
Шаман зажмурился, видимо, ожидая возмущенных воплей, а я, не найдя нужных слов, обняла его и расцеловала в обе щеки.
- Э-э… - Волк обескураженно застыл, а когда пришел в себя и надумал обнять меня в ответ, я уже совладала с эмоциями и скромно отступила. – Наверное, я сделал что-то хорошее?
- Пока Менно не получит документов, он их… их не…
Я закусила губу: это лишь догадки и надежды. Но с бумагами Виктории эти надежды не беспочвенны.
Рик словно угадал мои мысли, ободряюще пожал руку.
- Будем верить в лучшее.
- Да, конечно. Спасибо. Просто не знаю, что бы я делала, если бы осталась одна.
- Не стоит благодарности, дэйни, - улыбнулся он. - Но… Может быть, я заслуживаю еще одного поцелуя?
Легкомысленность дэя Энсоре, особенно учитывая обстоятельства, поражала, но именно благодаря его легкомысленности у нас появился шанс, и за это я многое готова была ему простить.
С час побродив по улицам, мы вышли к небольшому дому на окраине, хозяйкой которого оказалась немолодая и неприветливая волчица. Не знаю, как Рик нашел ее, быть может, одну единственную во всем городке, по какому-то особому запаху вокруг жилища, или духи предков подсказали, и тем более не знаю, каким образом женщина распознала в нем унери, но подозрительный взгляд в секунды сменился радушной улыбкой, нас впустили, накормили и выделили уголок, где мы могли бы поспать до утра. Мне постелили на узкой лавке, а дэй виконт устроился поблизости, прямо на полу. От мысли, что я не одна, становилось спокойнее, и несколько раз просыпаясь среди ночи, я с тревогой вслушивалась в тишину, чтобы уловить негромкий звук его дыхания. В конце концов не выдержала, стащила с лавки тюфяк и улеглась рядом с оборотнем. Да, я знаю, насколько это неприличный и вызывающий поступок, и клянусь всеми святынями, что когда все это закончится, я вновь стану скромной добропорядочной дэйни. А пока… Пока я просто высплюсь, потому что завтра нас ждет трудный день.
Джед
Случается, только откроешь утром глаза, сощуришься от бьющего в окно солнца, потянешься, а в голове уже пульсирует нервная жилка и на душе неуютно от смутного предчувствия. Это Судьба подает знак: плохой предстоит денек, хоть с постели не вставай. В последнее время у меня частенько такое бывало.
- Черный человек! – радостно завизжала Яра и в следующий миг повисла на Унго. Что ж, для него, наверное, она все же осталась милой девочкой. Хотя и меня, помнится, встречала подобным образом, а после устроила это представление у костров.
- Доброй ночи, дэйни Корделия. – Тайлубиец аккуратно поставил Яру на пол и повернулся к унери: - Рад видеть вас, дэй Ричард.
Шаман помахал рукой, продолжая расшатывать трактирную мебель, а Унго уже обратился к смущенно слезшей с кровати Сане. Сначала раскланялся со всей церемонностью, которую только позволяло тесное помещение, и почтительно произнес:
- Счастлив познакомиться с вами еще раз, дэйни. Для меня большая честь приветствовать будущую графиню Гросерби.
От неожиданности я выронил саквояж, который взялся помочь донести, Сана сделалась белее мела, а Рик рухнул на пол вместе со стулом. За спиной удивленно икнула Яра.
Ох, Унго, не считал бы я тебя своим другом…
- Не стоит торопить события, - выговорил я, приходя в себя. – Дэйни Лисанна пока не получала предложения от ар-дэя графа и, естественно, не давала своего согласия. Речь, как я помню, шла лишь о смотринах. Сана тебе… Унго привез некоторые вещи, посмотри, пожалуйста. Возможно, захочешь переодеться к ужину, раз уж тот задерживается…
Следовало во что бы то ни стало выпроводить княжну из комнаты и разъяснить кое-что дорогой кузине и дэю виконту, смотревшим на меня со смесью неверия, удивления и священного ужаса.
Глава 13
Лисанна
Я была рада увидеть Унго, но его обращение, ввергло меня в состояние шока.
Правда, не настолько, чтобы не заметить, как отреагировали на слова тайлубийца остальные, и не понять, что Джед под благовидным предлогом попросту выставил меня за дверь.
- Все куплено в лавке готовой одежды, дэйни, - отчитывался Унго, проводив меня в соседнюю комнату, где он аккуратно разложил на кровати простое светло-голубое платье и поставил на пол рядом атласные туфельки в тон наряду. - У меня верный глаз - ошибаюсь редко, но если что-то не подойдет, скажите.
- Да-да, обязательно. Спасибо.
После его ухода я занялась отнюдь не примеркой. Мне нужно было знать, о чем Джед станет говорить с Ярой и Риком. И пускай подслушивать - занятие недостойное, но и обман ничуть не лучше. А я не без оснований полагала, что меня обманывают или же утаивают от меня нечто важное, что в данном случае - суть одно и то же.
К сожалению снятые дэем Селаном, вернее дэем Леймсом, комнаты разделяла не только стена (стены в подобных заведениях таковы, что через них не только слышно, что твориться в соседнем номере, но иногда и видно): тут меж номеров втиснулся зачем-то узкий проход, упирающийся в маленькую дверку - очевидно кладовку для швабр и веников.
Но я нашла выход. Окна в теплую летнюю ночь были распахнуты, и, если выглянуть наружу, можно было уловить обрывки чужого разговора. Я слышала, как несколько раз называлось мое имя и, кажется, имя престарелого графа, но больше, увы, ничего было не разобрать.
Хотела уже отойти от окна, как заметила, что старое бревенчатое здание трактира на уровне второго этажа обегает своеобразный карниз - толстая деревянная балка выпирала из стены, сколько я видела.
Милая моя Милисента! Помнится, ты упрекала меня в недостаточной смелости и говорила, что мне недостает дерзости, которую я, к слову никогда не считала и не считаю добродетелью. Что бы ты сказала, увидь, как я, подобрав подол, вылезла в окно на карниз и сделала несколько шажков в сторону интересовавшей меня комнаты?
К счастью, окна выходили на заброшенный и неосвещенный задний двор, и можно было не бояться, что меня кто-то заметит. Осторожно ступая босыми ногами по шершавой балке, я продвинулась еще немного и остановилась, прижавшись спиной к стене.
- …твои шутки, Рик, сейчас неуместны! – услышала я голос Джеда.
- И не думал шутить, - серьезно отвечал унери. – Поверь, тебе в данной ситуации я могу лишь посочувствовать.
- Вот, опять! – вспылил дэй Леймс.
- Да нет, я лишь представил, что будет, если о твоих… ваших с княжной совместных похождениях станет известно дэю Эрику.
- Надеюсь, что не станет. В любом случае после того, как все закончится, она вернется домой…
- И никто не припомнит тебе… хм, хотя бы тех же танцев? Ты слишком наивен мой друг.
- Хватит мне угрожать, - прорычал Джед негромко, но так, что у меня мурашки пошли по коже. – И закончим этот разговор: Сана может прийти в любую минуту. И впредь – Унго, тебя это в первую очередь касается – я не хочу ничего слышать о графе Гросерби, особенно в присутствии княжны, а так же о помолвках и женитьбах. Если, конечно, Рик, речь пойдет не о твоей свадьбе. Всем ясно?
- Как скажешь, брат, - спокойно согласился шаман.
- Не беспокойтесь, дэй Джед, этого больше не повторится. – Просто увидела, как тайлубиец виновато опустил глаза.
- Яра?
- Я буду молчать, - со злой насмешкой проговорила девушка. – Посмотрю потом, как ты из всего этого выкрутишься. Дэй Эрик…
- Хватит!
От этого гневного окрика сердце в пятки ушло, и я едва не упала с карниза. Создатель всемогущий, что же они все так боятся этого дэя Эрика? Неужели отец избрал мне в мужья какое-то чудовище?
Или все дело в их волчьих законах? Вполне может оказаться, что по ним я, даже не дав согласия, уже считаюсь чужой невестой, и, как сказал Ричард, наши с Джедом «похождения», танцы у костров и совместные ночевки выльются в новые проблемы для молодого метаморфа.
- Если вы закончили, дэй Селан, я отлучусь с вашего позволения, - голос Рика прервал тревожные размышления. – Хочу обсудить с духами предков наше бедственное положение. Заодно погляжу, где у них тут… удобства.
Хлопнула дверь. Пора и мне возвращаться в комнату.
- Простите еще раз, дэй Джед, - сказал Унго, когда я уже отступила в сторону своего окна. – Я лишь хотел напомнить об особенном положении дэйни Лисанны в вашем обществе.
- Спасибо. Тебе это удалось.
Странно и страшно было слышать его таким - растерянным, потерянным…
Но в следующий миг стало еще страшнее: скрипнула, открываясь, дверь их комнаты, и тело сковал мороз, как всегда бывает при близости чужой и сильной волшбы. Стук, грохот, тяжелые шаги. И та же леденящая магия. Я лишь чудом не полетела вниз, удержалась, но так и не смогла пошевелиться.
- Все, что ли? – послышался незнакомый сиплый голос.
- Да вроде бы все. – Еще один, грубый, раскатистый. – Он так сказал: черномазый, волк и девка. Вот они миленькие. А больше и быть никого не должно.
- А отчего служка сказал, что они две комнаты взяли и хавки на пятерых затребовали? – просипел первый.
- Кто ж их знает? Может, волчара жрет за троих?
Я стояла ни жива, ни мертва, прилипнув к стене и в ужасе зажмурившись: только бы чужаки не выглянули в окно.
- А комната? – Снова первый. – На кой им две, когда в одной места полно?
- Дык благородные: мужики отдельно, девка отдельно.
- Проверь все же.
Шаги, скрип двери. Через время снова скрип, уже тише, со стороны моей комнаты. Незнакомец пробыл там долго, чем-то шуршал, кажется, двигал мебель.
- Пусто. – Вернулся. – Одежа девкина лежит, и все. Бумаг никаких.
- Здесь гляди и уходим.
Стук сердца отдавался в ушах, и я почти не слышала происходящего внутри. Догадывалась, что они обшаривают комнату, роются в привезенных Унго вещах.
- Вот писульки какие-то – все, что есть. А там деньги еще. Немало. Брать? За это не говорено.
- Бери. На кой они мертвецам?
- Живые ж пока.
- Так то пока… Грузи давай.
От страха почти теряя сознание, я помнила лишь то, что должна держаться и молчать, молчать и держаться.
Звук волочимых по полу тел, какой-то стук, лязг. Шаги, захлопнутая дверь…
Вернуться в комнату? В свою? Джеда? А если там кто-то остался?
Вновь заскрипела дверь, и сердце сжалось…
- Великие предки, что здесь… Джед? Где…
- Рик, - прошептала я.
Слишком тихо, чтобы меня услышали.
Опять дверь захлопнулась, потом открылась, но уже другая – в моей комнате – резко, без стука.
- Лисанна! Мун семихвостая, что здесь творится?
- Рик! – Писк, но уже не шепот. – Рик, помоги!
Сама я не сдвинулась бы уже ни на шаг: ноги намертво приросли к карнизу, а вспотевшая спина прилипла к стене.
- Рик…
Каким-то чудом волк меня услышал. Выглянул в окно, и я даже в темноте разглядела, как вытянулось от удивления его лицо.
- Сана? Как ты тут оказалась?
- Я… Я… Помоги мне, пожалуйста.
В следующие несколько минут я не способна была ничего объяснять, только плакала. А Ричард терпеливо ждал, пока я успокоюсь.
- Так что все-таки произошло? – спросил он, когда рыдания перешли в редкие всхлипывания. – Где все?
- Их забрали… - выдавила я, рукавом размазывая по лицу слезы. – Какие-то люди, я не видела. Оглушили магией… Сильное заклинание, и меня чуть-чуть зацепило… Куда-то погрузили и унесли…
- Всех троих? – переспросил волк недоверчиво. – Невозможно. Я был внизу, заметил бы. Правда, два оборванца стащили по лестнице какой-то сундучок, но тот был невелик, да и нетяжел, судя по тому, что несли его без труда. Верно, кто-то из постояльцев выезжал…
- Куда они его понесли? – спросила я, сглотнув.
- Сундук? В карету. Стояла у входа. Но на кой нам… В смысле, к чему нам говорить о том сундуке, когда непонятно, куда подевались Джед и Яра, и… этот…
- Унго, - вздохнула я. – Думаю, в том сундуке они и были. Все.
Рик поглядел на меня с тревогой: очевидно, подумал, что я лишилась рассудка.
- Нам рассказывали о подобных вещах, - пояснила я свою догадку, борясь с готовыми вновь политься слезами. – Искажение всех законов природы, нарушение понятий размера, массы и других пространственных величин. Говорят, раньше подобные чары часто использовались, даже в быту…
- Но уже лет триста, как их секрет потерян, - закончил за меня волк. – Виери Ула – образованная женщина, и у нее немало книг, которые я тоже читал, дэйни Лисанна. Но все это почти уже сказки. Может быть подобные сундучки еще остались где-нибудь в королевской сокровищнице, один или два, но я не думаю, что ее величество стала бы одалживать столь ценные предметы какому-то отребью.
- А Менно?
- Что?
- Дэю Людвигу Менно одолжила бы?
Определенно, имя этого человека производило впечатление. Скептическая улыбка и легкомысленные подозрения, что с ним разыгрывают какую-то шутку, враз слетели с лица унери, и в глубоких черных глазах промелькнул настоящий испуг.
- Великие предки, - прошептал он. – Во что вы с Джедом вляпались? И… я?
- О тебе никто не знает, - проговорила я, отвернувшись. – Можешь уйти прямо сейчас, и… - Голос все-таки дрогнул. – И ничего с тобой не случится…
- Думайте, что говорите, дэйни! – вспыхнул шаман. – Сын Энрике Энсоре не бросает в беде друзей и никогда не бежит от опасности… только от ревнивых женщин и их разъяренных отцов… иногда… Короче, рассказывай. Но лучше бы нам поговорить в другом месте.
- Думаешь, они вернутся? – задрожала я.
- Думаю, что сейчас принесут ужин – принесут же его, в конце концов? – а мы с тобой, судя по разгрому в нашей комнате, остались без денег. Чем станем расплачиваться?
Рик сгреб в сумки все, что не унесли похитители, сунул подмышку бубен – бесценный подарок виери, и мы, стараясь не привлекать к себе внимания, покинули шумный трактир.
Переодеться я не успела, осталась в платье горянки, а под такой наряд вряд ли пошли бы атласные туфли, что купил Унго, и теперь деревянные башмачки быстро отстукивали по мостовой в такт готовому выскочить из груди сердцу.
- Куда мы идем? – спросила я волка спустя несколько минут. Казалось, просто спешим убраться подальше, бесцельно петляя по улочкам спящего городка.
- Ищем, где стать на ночлег, - ответил он. – Точнее, я ищу. А ты пока можешь начинать рассказывать, где, когда и каким образом вы с Джедом перешли дорожку Людвигу Менно.
Рассказ вышел коротким.
Да, я – княжна Лисанна Дманевская. Да, как он уже знает, я сбежала, чтобы… ну это он тоже знает… Потом я работала в одном доме и там случайно познакомилась с Джедом. Затем так же случайно к нам попали бумаги, которые очень интересовали дэя Людвига…
- Вот и все, - закончила я, уложившись в две минуты.
- Какие бумаги? – шаман остановился и развернулся ко мне.
- Какая теперь разница? – Я тяжело вздохнула. – Все равно их забрали те люди.
- Может, и нет, - как-то странно сказал Рик. – Так что за бумаги? Не было среди них парочки любовных писем, патента за знаком Королевской длани и пустого блокнота?
- Джед тебе показал? – удивилась я.
- Нет, - невесело хмыкнул унери. – Джед хотел их от меня спрятать. Стало любопытно и пока он выходил… В общем, я думал, погляжу и положу на место, под матрас, а там вы с Ярой заявились… - Метаморф смущенно вытащил из-под широкой рубашки небольшой тряпичный сверток. – Честно, хотел посмотреть, и назад… Не успел.
- Рик, ты… ты…
Шаман зажмурился, видимо, ожидая возмущенных воплей, а я, не найдя нужных слов, обняла его и расцеловала в обе щеки.
- Э-э… - Волк обескураженно застыл, а когда пришел в себя и надумал обнять меня в ответ, я уже совладала с эмоциями и скромно отступила. – Наверное, я сделал что-то хорошее?
- Пока Менно не получит документов, он их… их не…
Я закусила губу: это лишь догадки и надежды. Но с бумагами Виктории эти надежды не беспочвенны.
Рик словно угадал мои мысли, ободряюще пожал руку.
- Будем верить в лучшее.
- Да, конечно. Спасибо. Просто не знаю, что бы я делала, если бы осталась одна.
- Не стоит благодарности, дэйни, - улыбнулся он. - Но… Может быть, я заслуживаю еще одного поцелуя?
Легкомысленность дэя Энсоре, особенно учитывая обстоятельства, поражала, но именно благодаря его легкомысленности у нас появился шанс, и за это я многое готова была ему простить.
С час побродив по улицам, мы вышли к небольшому дому на окраине, хозяйкой которого оказалась немолодая и неприветливая волчица. Не знаю, как Рик нашел ее, быть может, одну единственную во всем городке, по какому-то особому запаху вокруг жилища, или духи предков подсказали, и тем более не знаю, каким образом женщина распознала в нем унери, но подозрительный взгляд в секунды сменился радушной улыбкой, нас впустили, накормили и выделили уголок, где мы могли бы поспать до утра. Мне постелили на узкой лавке, а дэй виконт устроился поблизости, прямо на полу. От мысли, что я не одна, становилось спокойнее, и несколько раз просыпаясь среди ночи, я с тревогой вслушивалась в тишину, чтобы уловить негромкий звук его дыхания. В конце концов не выдержала, стащила с лавки тюфяк и улеглась рядом с оборотнем. Да, я знаю, насколько это неприличный и вызывающий поступок, и клянусь всеми святынями, что когда все это закончится, я вновь стану скромной добропорядочной дэйни. А пока… Пока я просто высплюсь, потому что завтра нас ждет трудный день.
Джед
Случается, только откроешь утром глаза, сощуришься от бьющего в окно солнца, потянешься, а в голове уже пульсирует нервная жилка и на душе неуютно от смутного предчувствия. Это Судьба подает знак: плохой предстоит денек, хоть с постели не вставай. В последнее время у меня частенько такое бывало.
