- …полила все вокруг маслом и подожгла. Потом, скорее всего обмотала голову какой-то тканью и подпалила ее, чтобы обжечь лицо. Вряд ли просто держала его над огнем. А затем выпрыгнула. Может быть, предварительно дождалась, пока ночевавший в конюшне грум поднимет панику и соберутся свидетели.
- Холодная расчетливая тварь, - с чувством выговорил Джед. – А ты…
- Не такая дура, какой ты меня считал? – Наконец-то представилась возможность вернуть насмешку, но удовлетворения мне это не принесло. – У меня есть еще одно предположение. Насчет того, что может быть скрыто в этих бумагах.
- У меня тоже, - сказал оборотень. – Но говори первая.
- Лучше ты.
- Вместе? – предложил он. – На счет три.
Он поднял вверх палец. Потом второй. Третий…
- Ребенок, - выпалили мы одновременно.
И так же одновременно вздохнули.
Да-а…
Джед
Волк всегда просыпался ночью. Раньше я никогда не замечал этого, но сегодня понял. Именно сегодня, когда впервые за всю жизнь остался наедине с темнотой. Это было странно. Необычно. Неприятно.
А потом пришла Сана, и отсутствие зверя вновь напомнило о себе.
Волк чувствует иначе. Глубже, острее. Привязывается сильнее. Запоминает все: запах, голос, прикосновения… А потом злится и мучается оттого, что голос вдруг звучит иначе, а к знакомому аромату теплой кожи примешивается резкий запах чужака, как в той комнате в доме Ленсвитов, куда она привела меня…
Человек не замечает этих нюансов, переносит все проще. Даже когда ему прямо заявляют, что хотели бы видеть на его месте другого.
А еще человек способен присмирить неуместные мысли и заставиться себя сосредоточиться на главном.
- Ребенок.
По-настоящему серьезная проблема. И для ее величества Элмы, и для нас.
- Мы с Риком засиделись немного. – Я перевел взгляд с взволнованного лица девушки на трепещущий огонек свечи. – Поговорили. В этой суете не получалось даже обсудить все нормально, подумать… Иначе давно догадались бы. Какие еще тайны может раскрыть кровавый отпечаток? Только тайны кровной связи. Кровного родства. Второй патент был уничтожен не случайно. И этот, как я понял, тоже пытались.
- Виктория… То есть, Анна просматривала вестранские легенды перед встречей с герцогом, - сказала Лисанна. – Легенду о Джанелл. Помнишь эту историю? О девушке, которая отвергла короля, а он пришел к ней под личиной ее возлюбленного? Дэйни Мадлен сказала, что магистр Тисби создавал для Эдуарда личины.
Вот вам и документы из шкатулки.
Если мы не ошибаемся в своих предположениях, получается примерно следующее. Король Эдуард воспылал страстью к некой даме. Далее – две версии развития событий: романтичная и прагматичная. По романтичной, принадлежавшей, конечно же, Сане, эта дама не оценила чувственных порывов его величества, и чтобы добиться желаемого Эдуард воспользовался помощью придворного мага и явился к предмету грез в образе ее супруга или жениха. Прагматичная (моя) заключалась в том, что дама, не будь дурой, ответила на чувства монарха полной взаимностью, но, чтобы избежать подозрений и слежки, тот все же приходил к ней под чужой личиной. Как бы там ни было, Натан Тисби был осведомлен о похождениях своего короля и наверняка знал о ребенке, родившемся в результате этой связи. И я не знаю, что стало впоследствии с любовницей Эдуарда, но тот ребенок, судя по развернутой Людвигом Менно деятельности, до сих пор жив.
- Есть закон о королевской крови. – Юрист же я, в конце концов? - Принят сводным собранием вестольского дворянства и храмовников лет триста назад после смерти короля Мартина. У того не было прямых наследников, но остался внебрачный сын, ставший впоследствии королем Яковом Вторым. Собственно ради того, чтобы короновать его и не отдать Вестолию во власть междоусобиц этот закон и приняли. Король – наместник Создателя на земле, королевская кровь священна… И так далее, и тому подобное. Три страницы текста, суть которого сводится к тому, что короли не плодят ублюдков. Только законных наследников… Как правило, их величества весьма аккуратны в подобных вопросах, но все-таки следовало подумать о возможных последствиях, прежде чем вписывать этот закон в «вечный свод».
- То есть, если у Эдуарда был сын, и он старше принца… короля Дарена, он и будет истинным наследником престола? – ошарашено спросила Сана.
- Нет, там есть множество тонкостей, чтобы не ущемлять в правах по-настоящему законных наследников. Но если с Дареном что-то случится, или кто-нибудь, кто не очень доволен правлением Вестранов и непосредственно ее величеством Элмой, задумает переворот… Да и без этого ребенку королевской крови причитается порция королевских милостей. И тот, кто возьмет на себя труд осчастливить незаслуженно обиженное дитя, тоже в накладе не останется. А дополнительный претендент на престол до конца своих дней будет пугалом для Дарена и козырной картой в колоде его недоброжелателей.
- Можно я присяду?
Я лишь теперь понял, что девушка до сих пор стоит передо мной, переминаясь с ноги на ногу, и подвинулся, освобождая ей место на кровати, так как стульев в комнате почему-то не было.
- Спасибо. – Она умостилась на самом краю, подальше от меня. Предпочел не думать сейчас об этом… но не получалось.
- Кровь на патенте будет доказательством, - продолжил я, стараясь даже не глядеть в ее сторону. – А в блокноте наверняка записано имя. Только я не знаю, как нам его прочесть. Мы с Риком пробовали. Вспомнили о невидимых чернилах. Прогрели страницу над свечой. Смочили зольной водой. Снова прогрели…
- И что?
- Теперь у нас есть желтая, в двух местах пропаленная страница, - усмехнулся я горько. – Но блокнот не может быть пуст, иначе не имел бы никакой ценности. И с письмами тоже непонятно, не из сентиментальности же она их хранила?
- Думаешь? – переспросила Сана тихо. - А если она действительно любила его?
Если любила… Женщина в один день хладнокровно убившая десятерых, а потом еще четырнадцать лет пившая жизни молоденьких девушек, кого-то любила? Впрочем, Мун этих женщин разберет! Но тогда письма можно просто выкинуть.
- Давай закончим этот разговор утром? – предложил я княжне.
Ни с того, ни с сего навалилась слабость, веки отяжелели, перед глазами все плыло. Видимо, недостаток сна давал о себе знать.
- Да-да, конечно. – Она поспешно поднялась и прошла к выходу. – Мне… пора.
Дверь напротив, дэйни Лисанна. Не ошибетесь.
Вспомнив о приличиях, я привстал, чтобы проводить гостью, и собственное тело показалось неожиданно легким, как перышко.
Глаза закрылись…
Лисанна
Не успела я выйти в коридор, как услышала за спиной грохот, обернулась и схватилась за сердце.
- Джед!
Создатель всемогущий, неужели снова?!
В тот же миг неслышно отворилась дверь, и спокойный голос негромко скомандовал:
- Не кричи.
- Рик?
Шаман прошел мимо меня и склонился над упавшим на пол мужчиной. Кончиками пальцев коснулся его лица и зажмурился.
- Не получилось, - пробормотал он с сожалением. – Но хоть выспится.
Он легко поднял Джеда и уложил на кровать. У метаморфов иной, отличный от людского предел силы, и хотя мне было известно об этом, происходившее все равно казалось нереальным – я совершенно ничего не понимала.
- Что с ним? – спросила я шепотом, видя, что Ричард собирается уйти, ничего не объяснив. – Что именно не получилось?
Унери застыл в дверях, поглядел на меня так, словно только что узнал о моем существовании, несколько раз моргнул и вернулся в комнату.
- Я думал, он сможет хотя бы во сне возвращаться к волку, - произнес он.
- К волку?
- Да, к своему волку. Он тебе не рассказал? – Скользнувшая по губам оборотня улыбка ознаменовала уход отрешенного от мира сего шамана и возвращение легкомысленного виконта Энсоре. – А чем вы тут вообще занимались?
- Разговаривали, - ответила я сдержанно, не поддаваясь на провокацию. – Но не о волках. Поэтому придется тебе мне все разъяснить.
- Если Джед не посчитал нужным…
Я просто обошла его и стала, прислонившись спиной к двери. Мне нужно знать, что с ним происходит, и пока я этого не узнаю, ни один скрытный метаморф из этой комнаты не выйдет. И начхать, во сколько там раз он сильнее меня!
- Ладно, слушай, - без боя сдался Рик, поняв серьезность моих намерений.
Рассказ получился недлинным, и хотя унери говорил о случившемся как о чем-то обыденном, я чувствовала его тревогу. Впрочем, одного того, что алмаз у Менно, достаточно, чтобы начать паниковать.
- А он… - Я тщательно подбирала слова. – Он может остаться так? Чтобы камень насовсем потерял над ним власть?
- А он - потерял своего зверя? – зашипел на меня шаман. - Ты сама понимаешь, что говоришь?
- Нет, - призналась я. – Потому и спрашиваю.
- Потерять волка – потерять часть себя. Половину или даже больше. Еще и суток не прошло, как он живет без зверя в себе, и уже начинает меняться. И волк без него – тоже. Я хотел сделать так, чтобы он вновь становился целым хотя бы на время сна, но не сумел. Наверное, виери решила, что в этом случае он не сумеет сам разорвать связь поутру, а пока камень у Менно, это может быть опасно. Ула верит, что он выдержит весь срок.
- А ты?
- А я… - он посмотрел на неподвижно лежащего на кровати Джеда. – Я иду спать.
- Но…
- Сана, я устал. Очень. И все, что мог, уже сделал. Если хочешь, останься с ним на случай непредвиденных осложнений, а я пойду.
- Остаться? Мне?
- Он не проснется до утра, - угадал причину моего смущения Рик. – Да и утром не проснется, пока я не разбужу. А твое присутствие будет нелишним: даже если ничего не случится, ты ему нужна.
Я покачала головой.
- Не стоит, Рик. На нас ведь не спустили опять волкодавов, и мне не надо бежать что есть мочи… Но я побуду с ним. Иди.
Свеча догорела почти до основания, а я еще сидела со спящим мужчиной. Сначала просто смотрела на него. Потом осторожно взяла за руку. Он не шевелился, словно дух его в самом деле был сейчас не здесь, а на вершине Паруни, вместе со сторожившим его жизнь зверем.
Когда глаза начали слипаться, я тихонько прилегла рядом с Джедом на узкой кровати, прижавшись нему вcем телом, не чувствуя ни стыда, ни страха – только исходящее от него тепло и покой. Волк под боком – это не просто привычка. Это… судьба? И сегодня это был именно тот волк. А завтра… Завтра для нас могло и не наступить, и понимая это, я недолго сомневалась прежде, чем приподняться на локте и легонько коснуться губами его приоткрывшихся во сне губ.
…Ушла я на рассвете, не дожидаясь, пока Рик явится его разбудить. Погладила напоследок спутавшиеся русые волосы, провела рукой по колючей щеке и еще раз поцеловала. Пусть потом ничего и не будет… Для него – не будет. А у меня уже была эта ночь.
Джед
Человек приходил поутру. Делился снами, с улыбкой трепал по загривку и позволял дремать у своего огня до следующей ночи или до тех пор, пока ему не понадобится сила зверя. Волку нравился его человек. Нравилось быть нужным и знать, что он не одинок…
Сегодня человек не пришел. Не было знакомого тепла. Не было запахов и голосов. Снег не пах ничем, а из всех звуков остался лишь шум ветра и тихое потрескивание облепивших влажную морду льдинок. Волк отправился бы на поиски, но висевший на шее блестящий камень не позволял сдвинуться с места. Камень был холодным и очень тяжелым, зверь понимал, что никогда не поднимет его один – только со своим человеком.
Но сегодня человек не пришел…
- Вставай, брат! Новый день зовет!
- Куда? – Я зевнул, открыл глаза, увидел довольную физиономию Рика и снова зажмурился.
- В путь! – Шаман силком стащил меня с кровати и поставил на пол. – В путь, приятель, ибо движение – это жизнь. А в нашем случае, чем быстрее будем двигаться, тем дольше проживем.
- Угу.
Вчера меня здорово разморило: уснул в одежде и даже не помнил, как ушла Сана. Но, кажется, выспался. Только плечо затекло отчего-то.
- Джед, ты в порядке? – Под улыбкой виконта Энсоре затаилась тревога, но я не видел для нее причин.
- Да.
- Вот и хорошо. Я заказал завтрак. Но прежде… Мы можем поговорить?
- Конечно. – Я внутренне напрягся, почувствовав, как изменился его тон.
- О Лисанне.
- Нет.
- Тебе нужно знать…
- Мне не нужно ничего знать, - резко оборвал я его.
- Не пожалеешь потом? – ухмыльнулся наглец.
- Пожалею? – Я схватил его за грудки: не поздно ли ты, приятель, обо мне вспомнил? Ощерился… И понял, насколько глупо это выглядит, когда не можешь показать клыков. Просто оттолкнул красавчика-шамана в сторону. – Не о чем жалеть.
- Джед…
- Мне надо привести себя в порядок. – Я провел рукой по лицу. – Побриться. Кликни Унго, если увидишь. Там, за дверью.
Что-то было не так.
Нет, все было не так. Я оглох и ослеп, вместе с тем продолжая слышать и видеть. А самое главное – перестал чувствовать, насколько услышанному и увиденному можно верить.
- Вам помочь, дэй Джед? – спросил тайлубиец после того, как бритва в третий раз оставила на моей щеке кровавую полосу.
- Сам справлюсь.
Порезы пекли, но боль помогала прийти в себя.
Спокойно, Джед, спокойно. Не распыляйся на ерунду. У тебя всего три дня… Мун семихвостая! Еще один алый росчерк украсил мое лицо: два дня! Всего два дня.
Ничего, разберусь.
А если нет – мне будет уже все равно.
Исходя из того, что мы не ошиблись насчет ребенка, единственное, что нам осталось – узнать имя. А сделать это можно было, лишь прочитав блокнот Тисби. Дневник Тисби, я полагал.
- Это не алхимия, это не магия… - Рик, причесанный, гладко без единой царапинки выбритый, одетый в вычищенный дорожный костюм, загибал свои ухоженные длинные пальчики, перечисляя наши несбывшиеся надежды.
- Обрядовая магия? - подала голос Сана.
Целительница выглядела не выспавшейся. Под глазами темные круги, щеки бледны, но стоит на миг задержать на девушке взгляд, как они вспыхивают стыдливым румянцем. Скромница наша! В начале завтрака Яра шепотом спросила у благовоспитанной дэйни, где та провела ночь…
- Вполне возможно, учитывая специализацию Тисби, - согласился Ричард. – Как думаешь, Джед?
- Думаю, так и есть. В той книге не описываются ритуалы, защищающие записи от посторонних глаз?
- К сожалению, нет. – Лисанна в очередной раз опустила глаза и покраснела.
- Не беда. – Виконт Энсоре лучился жизнерадостностью. – Уверен, что есть более полные справочники, где мы найдем ответ. Или можно… - он понизил голос, покосившись на давешнего «вампира», суетившегося у стойки. – Можно спросить у самой Виктории… То есть, Анны.
Я без слов отправил в рот уже поддетый с тарелки гриб и ткнул себя в руку вилкой. Нет, не сплю.
- И как это сделать? – заинтересованно подалась вперед Яра.
- Воззвать к духу. – Унери пожал плечами. – Она умерла не так давно. Не от чар, не от огня, а от обычных пуль. Должно получиться.
- Ну так… Давай, - предложил тут же начать я.
- Не так быстро, брат. Это можно сделать только рядом с телом. С могилой хотя бы.
Я прикинул, сколько времени уйдет на поиск книг с описанием возможно – возможно! – использованного Тисби ритуала защиты дневника. В Лазоревую Бухту, если Рик проведет нас по Тропе, доберемся быстрее.
- Вызывать дух умершего не своей смертью очень опасно, - прошептала Сана. – Иначе маги-дознаватели только так и вели бы расследования.
Вот, кстати, заодно и узнаем, кто убил дэйну шантажистку. Если только она рассмотрела в темноте своего убийцу…
- Холодная расчетливая тварь, - с чувством выговорил Джед. – А ты…
- Не такая дура, какой ты меня считал? – Наконец-то представилась возможность вернуть насмешку, но удовлетворения мне это не принесло. – У меня есть еще одно предположение. Насчет того, что может быть скрыто в этих бумагах.
- У меня тоже, - сказал оборотень. – Но говори первая.
- Лучше ты.
- Вместе? – предложил он. – На счет три.
Он поднял вверх палец. Потом второй. Третий…
- Ребенок, - выпалили мы одновременно.
И так же одновременно вздохнули.
Да-а…
Джед
Волк всегда просыпался ночью. Раньше я никогда не замечал этого, но сегодня понял. Именно сегодня, когда впервые за всю жизнь остался наедине с темнотой. Это было странно. Необычно. Неприятно.
А потом пришла Сана, и отсутствие зверя вновь напомнило о себе.
Волк чувствует иначе. Глубже, острее. Привязывается сильнее. Запоминает все: запах, голос, прикосновения… А потом злится и мучается оттого, что голос вдруг звучит иначе, а к знакомому аромату теплой кожи примешивается резкий запах чужака, как в той комнате в доме Ленсвитов, куда она привела меня…
Человек не замечает этих нюансов, переносит все проще. Даже когда ему прямо заявляют, что хотели бы видеть на его месте другого.
А еще человек способен присмирить неуместные мысли и заставиться себя сосредоточиться на главном.
- Ребенок.
По-настоящему серьезная проблема. И для ее величества Элмы, и для нас.
- Мы с Риком засиделись немного. – Я перевел взгляд с взволнованного лица девушки на трепещущий огонек свечи. – Поговорили. В этой суете не получалось даже обсудить все нормально, подумать… Иначе давно догадались бы. Какие еще тайны может раскрыть кровавый отпечаток? Только тайны кровной связи. Кровного родства. Второй патент был уничтожен не случайно. И этот, как я понял, тоже пытались.
- Виктория… То есть, Анна просматривала вестранские легенды перед встречей с герцогом, - сказала Лисанна. – Легенду о Джанелл. Помнишь эту историю? О девушке, которая отвергла короля, а он пришел к ней под личиной ее возлюбленного? Дэйни Мадлен сказала, что магистр Тисби создавал для Эдуарда личины.
Вот вам и документы из шкатулки.
Если мы не ошибаемся в своих предположениях, получается примерно следующее. Король Эдуард воспылал страстью к некой даме. Далее – две версии развития событий: романтичная и прагматичная. По романтичной, принадлежавшей, конечно же, Сане, эта дама не оценила чувственных порывов его величества, и чтобы добиться желаемого Эдуард воспользовался помощью придворного мага и явился к предмету грез в образе ее супруга или жениха. Прагматичная (моя) заключалась в том, что дама, не будь дурой, ответила на чувства монарха полной взаимностью, но, чтобы избежать подозрений и слежки, тот все же приходил к ней под чужой личиной. Как бы там ни было, Натан Тисби был осведомлен о похождениях своего короля и наверняка знал о ребенке, родившемся в результате этой связи. И я не знаю, что стало впоследствии с любовницей Эдуарда, но тот ребенок, судя по развернутой Людвигом Менно деятельности, до сих пор жив.
- Есть закон о королевской крови. – Юрист же я, в конце концов? - Принят сводным собранием вестольского дворянства и храмовников лет триста назад после смерти короля Мартина. У того не было прямых наследников, но остался внебрачный сын, ставший впоследствии королем Яковом Вторым. Собственно ради того, чтобы короновать его и не отдать Вестолию во власть междоусобиц этот закон и приняли. Король – наместник Создателя на земле, королевская кровь священна… И так далее, и тому подобное. Три страницы текста, суть которого сводится к тому, что короли не плодят ублюдков. Только законных наследников… Как правило, их величества весьма аккуратны в подобных вопросах, но все-таки следовало подумать о возможных последствиях, прежде чем вписывать этот закон в «вечный свод».
- То есть, если у Эдуарда был сын, и он старше принца… короля Дарена, он и будет истинным наследником престола? – ошарашено спросила Сана.
- Нет, там есть множество тонкостей, чтобы не ущемлять в правах по-настоящему законных наследников. Но если с Дареном что-то случится, или кто-нибудь, кто не очень доволен правлением Вестранов и непосредственно ее величеством Элмой, задумает переворот… Да и без этого ребенку королевской крови причитается порция королевских милостей. И тот, кто возьмет на себя труд осчастливить незаслуженно обиженное дитя, тоже в накладе не останется. А дополнительный претендент на престол до конца своих дней будет пугалом для Дарена и козырной картой в колоде его недоброжелателей.
- Можно я присяду?
Я лишь теперь понял, что девушка до сих пор стоит передо мной, переминаясь с ноги на ногу, и подвинулся, освобождая ей место на кровати, так как стульев в комнате почему-то не было.
- Спасибо. – Она умостилась на самом краю, подальше от меня. Предпочел не думать сейчас об этом… но не получалось.
- Кровь на патенте будет доказательством, - продолжил я, стараясь даже не глядеть в ее сторону. – А в блокноте наверняка записано имя. Только я не знаю, как нам его прочесть. Мы с Риком пробовали. Вспомнили о невидимых чернилах. Прогрели страницу над свечой. Смочили зольной водой. Снова прогрели…
- И что?
- Теперь у нас есть желтая, в двух местах пропаленная страница, - усмехнулся я горько. – Но блокнот не может быть пуст, иначе не имел бы никакой ценности. И с письмами тоже непонятно, не из сентиментальности же она их хранила?
- Думаешь? – переспросила Сана тихо. - А если она действительно любила его?
Если любила… Женщина в один день хладнокровно убившая десятерых, а потом еще четырнадцать лет пившая жизни молоденьких девушек, кого-то любила? Впрочем, Мун этих женщин разберет! Но тогда письма можно просто выкинуть.
- Давай закончим этот разговор утром? – предложил я княжне.
Ни с того, ни с сего навалилась слабость, веки отяжелели, перед глазами все плыло. Видимо, недостаток сна давал о себе знать.
- Да-да, конечно. – Она поспешно поднялась и прошла к выходу. – Мне… пора.
Дверь напротив, дэйни Лисанна. Не ошибетесь.
Вспомнив о приличиях, я привстал, чтобы проводить гостью, и собственное тело показалось неожиданно легким, как перышко.
Глаза закрылись…
Лисанна
Не успела я выйти в коридор, как услышала за спиной грохот, обернулась и схватилась за сердце.
- Джед!
Создатель всемогущий, неужели снова?!
В тот же миг неслышно отворилась дверь, и спокойный голос негромко скомандовал:
- Не кричи.
- Рик?
Шаман прошел мимо меня и склонился над упавшим на пол мужчиной. Кончиками пальцев коснулся его лица и зажмурился.
- Не получилось, - пробормотал он с сожалением. – Но хоть выспится.
Он легко поднял Джеда и уложил на кровать. У метаморфов иной, отличный от людского предел силы, и хотя мне было известно об этом, происходившее все равно казалось нереальным – я совершенно ничего не понимала.
- Что с ним? – спросила я шепотом, видя, что Ричард собирается уйти, ничего не объяснив. – Что именно не получилось?
Унери застыл в дверях, поглядел на меня так, словно только что узнал о моем существовании, несколько раз моргнул и вернулся в комнату.
- Я думал, он сможет хотя бы во сне возвращаться к волку, - произнес он.
- К волку?
- Да, к своему волку. Он тебе не рассказал? – Скользнувшая по губам оборотня улыбка ознаменовала уход отрешенного от мира сего шамана и возвращение легкомысленного виконта Энсоре. – А чем вы тут вообще занимались?
- Разговаривали, - ответила я сдержанно, не поддаваясь на провокацию. – Но не о волках. Поэтому придется тебе мне все разъяснить.
- Если Джед не посчитал нужным…
Я просто обошла его и стала, прислонившись спиной к двери. Мне нужно знать, что с ним происходит, и пока я этого не узнаю, ни один скрытный метаморф из этой комнаты не выйдет. И начхать, во сколько там раз он сильнее меня!
- Ладно, слушай, - без боя сдался Рик, поняв серьезность моих намерений.
Рассказ получился недлинным, и хотя унери говорил о случившемся как о чем-то обыденном, я чувствовала его тревогу. Впрочем, одного того, что алмаз у Менно, достаточно, чтобы начать паниковать.
- А он… - Я тщательно подбирала слова. – Он может остаться так? Чтобы камень насовсем потерял над ним власть?
- А он - потерял своего зверя? – зашипел на меня шаман. - Ты сама понимаешь, что говоришь?
- Нет, - призналась я. – Потому и спрашиваю.
- Потерять волка – потерять часть себя. Половину или даже больше. Еще и суток не прошло, как он живет без зверя в себе, и уже начинает меняться. И волк без него – тоже. Я хотел сделать так, чтобы он вновь становился целым хотя бы на время сна, но не сумел. Наверное, виери решила, что в этом случае он не сумеет сам разорвать связь поутру, а пока камень у Менно, это может быть опасно. Ула верит, что он выдержит весь срок.
- А ты?
- А я… - он посмотрел на неподвижно лежащего на кровати Джеда. – Я иду спать.
- Но…
- Сана, я устал. Очень. И все, что мог, уже сделал. Если хочешь, останься с ним на случай непредвиденных осложнений, а я пойду.
- Остаться? Мне?
- Он не проснется до утра, - угадал причину моего смущения Рик. – Да и утром не проснется, пока я не разбужу. А твое присутствие будет нелишним: даже если ничего не случится, ты ему нужна.
Я покачала головой.
- Не стоит, Рик. На нас ведь не спустили опять волкодавов, и мне не надо бежать что есть мочи… Но я побуду с ним. Иди.
Свеча догорела почти до основания, а я еще сидела со спящим мужчиной. Сначала просто смотрела на него. Потом осторожно взяла за руку. Он не шевелился, словно дух его в самом деле был сейчас не здесь, а на вершине Паруни, вместе со сторожившим его жизнь зверем.
Когда глаза начали слипаться, я тихонько прилегла рядом с Джедом на узкой кровати, прижавшись нему вcем телом, не чувствуя ни стыда, ни страха – только исходящее от него тепло и покой. Волк под боком – это не просто привычка. Это… судьба? И сегодня это был именно тот волк. А завтра… Завтра для нас могло и не наступить, и понимая это, я недолго сомневалась прежде, чем приподняться на локте и легонько коснуться губами его приоткрывшихся во сне губ.
…Ушла я на рассвете, не дожидаясь, пока Рик явится его разбудить. Погладила напоследок спутавшиеся русые волосы, провела рукой по колючей щеке и еще раз поцеловала. Пусть потом ничего и не будет… Для него – не будет. А у меня уже была эта ночь.
Глава 21
Джед
Человек приходил поутру. Делился снами, с улыбкой трепал по загривку и позволял дремать у своего огня до следующей ночи или до тех пор, пока ему не понадобится сила зверя. Волку нравился его человек. Нравилось быть нужным и знать, что он не одинок…
Сегодня человек не пришел. Не было знакомого тепла. Не было запахов и голосов. Снег не пах ничем, а из всех звуков остался лишь шум ветра и тихое потрескивание облепивших влажную морду льдинок. Волк отправился бы на поиски, но висевший на шее блестящий камень не позволял сдвинуться с места. Камень был холодным и очень тяжелым, зверь понимал, что никогда не поднимет его один – только со своим человеком.
Но сегодня человек не пришел…
- Вставай, брат! Новый день зовет!
- Куда? – Я зевнул, открыл глаза, увидел довольную физиономию Рика и снова зажмурился.
- В путь! – Шаман силком стащил меня с кровати и поставил на пол. – В путь, приятель, ибо движение – это жизнь. А в нашем случае, чем быстрее будем двигаться, тем дольше проживем.
- Угу.
Вчера меня здорово разморило: уснул в одежде и даже не помнил, как ушла Сана. Но, кажется, выспался. Только плечо затекло отчего-то.
- Джед, ты в порядке? – Под улыбкой виконта Энсоре затаилась тревога, но я не видел для нее причин.
- Да.
- Вот и хорошо. Я заказал завтрак. Но прежде… Мы можем поговорить?
- Конечно. – Я внутренне напрягся, почувствовав, как изменился его тон.
- О Лисанне.
- Нет.
- Тебе нужно знать…
- Мне не нужно ничего знать, - резко оборвал я его.
- Не пожалеешь потом? – ухмыльнулся наглец.
- Пожалею? – Я схватил его за грудки: не поздно ли ты, приятель, обо мне вспомнил? Ощерился… И понял, насколько глупо это выглядит, когда не можешь показать клыков. Просто оттолкнул красавчика-шамана в сторону. – Не о чем жалеть.
- Джед…
- Мне надо привести себя в порядок. – Я провел рукой по лицу. – Побриться. Кликни Унго, если увидишь. Там, за дверью.
Что-то было не так.
Нет, все было не так. Я оглох и ослеп, вместе с тем продолжая слышать и видеть. А самое главное – перестал чувствовать, насколько услышанному и увиденному можно верить.
- Вам помочь, дэй Джед? – спросил тайлубиец после того, как бритва в третий раз оставила на моей щеке кровавую полосу.
- Сам справлюсь.
Порезы пекли, но боль помогала прийти в себя.
Спокойно, Джед, спокойно. Не распыляйся на ерунду. У тебя всего три дня… Мун семихвостая! Еще один алый росчерк украсил мое лицо: два дня! Всего два дня.
Ничего, разберусь.
А если нет – мне будет уже все равно.
Исходя из того, что мы не ошиблись насчет ребенка, единственное, что нам осталось – узнать имя. А сделать это можно было, лишь прочитав блокнот Тисби. Дневник Тисби, я полагал.
- Это не алхимия, это не магия… - Рик, причесанный, гладко без единой царапинки выбритый, одетый в вычищенный дорожный костюм, загибал свои ухоженные длинные пальчики, перечисляя наши несбывшиеся надежды.
- Обрядовая магия? - подала голос Сана.
Целительница выглядела не выспавшейся. Под глазами темные круги, щеки бледны, но стоит на миг задержать на девушке взгляд, как они вспыхивают стыдливым румянцем. Скромница наша! В начале завтрака Яра шепотом спросила у благовоспитанной дэйни, где та провела ночь…
- Вполне возможно, учитывая специализацию Тисби, - согласился Ричард. – Как думаешь, Джед?
- Думаю, так и есть. В той книге не описываются ритуалы, защищающие записи от посторонних глаз?
- К сожалению, нет. – Лисанна в очередной раз опустила глаза и покраснела.
- Не беда. – Виконт Энсоре лучился жизнерадостностью. – Уверен, что есть более полные справочники, где мы найдем ответ. Или можно… - он понизил голос, покосившись на давешнего «вампира», суетившегося у стойки. – Можно спросить у самой Виктории… То есть, Анны.
Я без слов отправил в рот уже поддетый с тарелки гриб и ткнул себя в руку вилкой. Нет, не сплю.
- И как это сделать? – заинтересованно подалась вперед Яра.
- Воззвать к духу. – Унери пожал плечами. – Она умерла не так давно. Не от чар, не от огня, а от обычных пуль. Должно получиться.
- Ну так… Давай, - предложил тут же начать я.
- Не так быстро, брат. Это можно сделать только рядом с телом. С могилой хотя бы.
Я прикинул, сколько времени уйдет на поиск книг с описанием возможно – возможно! – использованного Тисби ритуала защиты дневника. В Лазоревую Бухту, если Рик проведет нас по Тропе, доберемся быстрее.
- Вызывать дух умершего не своей смертью очень опасно, - прошептала Сана. – Иначе маги-дознаватели только так и вели бы расследования.
Вот, кстати, заодно и узнаем, кто убил дэйну шантажистку. Если только она рассмотрела в темноте своего убийцу…
