Серая дымка медленно растаяла, открывая горящие гневом глаза и плотно сжатые губы.
— Другое дело.
Эльф махнул рукой, и державшие Дуда толкнули парня в сторону друзей. Тот упал на колени, а поднимаясь, встретился взглядом с командиром и задрожал как осиновый лист.
— Мы остановимся на ночь неподалеку, — предупредил лар’элланец. – Но вряд ли еще встретимся.
Он отвернулся и пошел прочь, нарочито громко переговариваясь со своим товарищем на саальге, и разобравший их разговор Иоллар зло сжал кулаки.
— Сволочь, — бросила в спину эльфу Галла.
— Они поспорили между собой, что этот, с мечом, заставит Сумрака открыть лицо, — шепотом перевела подошедшая к Буревестнику Лил. – А зачем… Зачем ему маска?
Она смотрела на Лара, решившего, что прятаться уже поздно. Остальные тоже.
Буревестник обернулся к брату: вдруг не узнает? Но Най никогда на память не жаловался.
— Ну вы и… — выдавил он.
Сумрак предупреждающе поднял руку:
— Не здесь.
Он отшвырнул в сторону смятую ткань:
— Хоть какая-то радость – от тряпки этой избавился. И хватит на меня глазеть! Кто у костра? Мясо горит. Дозорные – на позиции. Лони, пойдешь вместо… этого.
— Лар…
— Что? – Иоллар резко повернулся к жене. – Не обижу я твоего мальчика, не волнуйся. Но и в караул не поставлю. Сегодня, по крайней мере.
Он произнес это на кассаэл, но Дуд догадался, что речь о нем. Замер, ссутулился. На приблизившегося командира боялся глаза поднять.
— Я что, такой страшный без маски? – едко поинтересовался у него Сумрак. – Ужинать и спать – это приказ. И я ни в чем тебя не обвиняю… Но надеюсь, подобного не повторится.
Принесли же хоры этих эльфов! И ведь встретятся еще, что бы этот заносчивый тип в кольчуге не говорил – было у Сэла такое предчувствие.
И предчувствие себя оправдало.
Но сначала было объяснение с Наем, беспокойный сон и серое утро. Выбравшись из палатки, Сэллер по колено провалился в туман. От реки тянуло сыростью, едва тлеющий костер не грел озябших ладоней, а суставы ломило после ночевки на брошенном на землю одеяле. Да, совсем раскис. Раньше вот…
— Иди-ка сюда, — дернула за руку Галла. – Что с тобой такое, Сэл?
— Отвык, наверное, от всего этого.
Подруга с сомнением покачала головой. Потом коснулась ладонью лба, и по телу прошла дрожь от переданного заряда.
— Утренний кофе, — улыбнулась она.
Кофе Буревестник однажды пробовал и понять не мог, что Галла и Лайс в нем находят, – ему напиток, даже изрядно подслащенный, не понравился.
— Я поговорила с Ларом, пусть Най займется переправой.
Братец держался бодрячком: стоянки в деревнях, на одной из которых удалось его застать, для партизан были редкостью, и спать на земле ему было не привыкать.
— Сделаю, — улыбнулся он довольно, узнав о первом поручении Сумрака. – Позавтракаем и перейдем, как посуху.
На завтрак был хлеб, сыр и то, что осталось от ужина. Удовольствие сомнительное, но и его умудрились испортить.
— Снова гости, — поморщилась Галла.
Лар криво усмехнулся, поняв о каких гостях речь:
— И что они захотят увидеть на этот раз?
Но явившийся от лагеря лар’элланцев гонец не требовал ничего показывать. Когда дежуривший в это утро Мэт подвел его к костру, эльф коротко кивнул, никому конкретно, и отыскал глазами Сумрака.
— Мой Лорд спрашивает, все ли ваши люди на месте.
Иоллар даже оглядываться не стал – знал, что все тут. Но утвердительный ответ давать не торопился.
— Как думаете, в чем подвох? – спросил он на языке драконов.
Сэл и Галла, единственные, кто мог понять этот вопрос, переглянулись.
— Поймали какого-то человека, — предположил проводник.
— Нас должно это заботить? – За эти слова Сумрак удостоился укоризненного взгляда от супруги.
— Нужно хотя бы узнать, что это за человек, — сказала она. – К тому же, Арай знает, где приблизительно мы находимся, и мог послать кого-нибудь.
— Арай? И как бы его посланник нас догнал? Как в сказке — птицей летел, зверем бежал?
Что-то в собственных словах заставило Иоллара задуматься
— Зверем, — повторил он, а лицо без маски приобрело недоброе выражение.
Сэллер еще не понял, что к чему, но Галла, кажется, догадалась, что на уме у мужа, и обеспокоено схватила его за руку.
— Надеюсь, я ошибаюсь, — растянул Сумрак. – В противном случае, кому-то не поздоровится.
Он поднялся на ноги и подошел к эльфу. Тому хватило одного взгляда на барона Ал-Хашер, чтобы сбросить с физиономии маску высокомерного безразличия и испуганно попятиться.
— Меня просили только задать вопрос и получить ответ.
— Я передам его лично.
Иоллар не хотел, чтобы его предположение оказалось правдой. Но сложившаяся в голове картинка вышла на удивление цельной: если кто-то и мог нагнать телепортировавшийся от Ясуны отряд, так это девчонка-оборотень, перекинувшись волком. И вряд ли она это делала по поручению командира: небось, еще только получив отказ, решила, что все равно увяжется с ними. Потакать ее капризам Сумрака желания не было, но к эльфам пошел. Во-первых, проверить свою версию. Во-вторых, если он все же прав, забрать ослушницу у лар’элланцев. Галла могла не знать, но он, бывая на Саатаре задолго до встречи с ней, слышал, как относятся жители Леса к оборотням. Они считали изменяющихся животными, причем животными неправильными, а значит, достойными если не смерти, то кары за свою противоестественность. И пусть такого мнения придерживались не все эльфы, в отношении вчерашнего визитера Лар не сомневался – тот и людей не слишком жаловал.
Устроились эльфы с шиком: в десяти минутах ходьбы, вверх по течению от того места, где остановился со своими ребятами Лар, на зеленом лугу пестрели шелковые шатры – четыре образовывали ровный квадрат, пятый, роскошный, кричаще-алый, - в центре. По периметру лагерь обегала живая изгородь, очевидно, выращенная тут за какой-то час лар’элланским магом. Густые, аккуратные кусты вымахали по грудь взрослому мужчине, а в тех местах, где они расходились, образовывая проходы, стояли навытяжку длинноухие воины в блестящих, будто бы никогда не видевших битв, дождей и пыли дорог, кольчугах.
Лорд был так любезен, что приказал проводить гостя в свои временные апартаменты и сам вышел навстречу. При свете дня его лицо показалось Иоллару смутно знакомым, но еще более неприятным.
— Значит, ты все-таки потерял кого-то, Сумрак.
— Нет. Я думаю, что не успел кого-то встретить, — спокойно возразил Лар.
— А теперь хочешь забрать… это?
Уже по тону черноволосого Иоллар понял, что не ошибся.
— Да.
— Жаль. У дочери моего друга праздник рождения в конце этого месяца, я думал порадовать девочку зверюшкой.
Сумрак не испытывал симпатии к Авелии, но после этих слов захотелось съездить кулаком по самодовольной морде лар’элланца.
— Оно там, — эльф распахнул перед ним вход в шатер.
Внутри было прохладно и пахло цветами. Тут была какая-то мебель: кажется, походная кровать, стол, громоздкие сундуки и еще что-то, но Лар не рассматривал убранство и не задумывался, как все это сюда доставили. Взгляд, бегло обшарив шатер на предмет опасности, остановился на девушке, сидевшей в центре, между трех воткнутых в землю дубовых веток. Не в силах перейти обозначенную этим треугольником границу, она подтянула к подбородку колени, сжалась, пытаясь спрятать свою наготу, а пробивавшееся сквозь ткань солнце красило ее бледную кожу зловещими алыми разводами.
Когда они вошли, Вель на миг подняла лицо, и Иоллар заметил размазанную под носом и по подбородку кровь. Маловероятно, чтобы эльф бил ее - не стал бы марать руки об оборотня. Значит, это другое. Что именно, Сумрак узнал, когда спросил, где ее одежда.
— Зачем ей одежда? – удивился черноволосый. – Можно сделать проще.
Палец, на котором блеснула золотая печатка, начертив в воздухе круг, указал на девушку, а с губ лесного колдуна слетел невнятный шепот. В тот же миг Авелию приподняло над землей и растянуло в струну, чтобы тут же с силой толкнуть обратно. Она вскрикнула, ударившись спиной, а потом уже жалобно заскулила, пытаясь подняться. Но следующий пасс эльфа вынудил ее перекатиться на живот, встать на четвереньки, опираясь на скрюченные пальцы, и выгнуть стремительно обрастающую шерстью спину. Измазанное кровью лицо начало вытягиваться в звериную морду, и это, по-видимому, причиняло девушке особо сильную боль.
Зрелище было жутким, но не смотреть, отвернуться означало бы показать слабость. Не вмешаться – поставить себя в один ряд с этим длинноухим извергом. А вмешайся, и никто не даст гарантий, что у лар’элланского мага не найдется заклятья против Сумрака.
Но Лар рискнул, перехватил запястье эльфа и заставил опустить руку.
— Хватит. Я забираю своего человека.
Последнее слово он выделил.
Чародей брезгливо потряс пальцами, словно прикосновение Иоллара оставило грязь на белоснежной манжете его рубашки, и скривился.
— Забирай, — выплюнул он. – И тот хлам, что твоя зверюшка, — эльф тоже расставил акценты, — тащила с собой.
Иоллар посмотрел туда, куда кивнул пожелавший остаться безымянным Лорд, и с удивлением узнал лук Авелии. Вместе с колчаном он был прикреплен к небольшой кожаной сумке длинными плетенными ремешками. Приподняв вещи, Сумрак увидел, что ремни по бокам обвисают двумя петлями. Должно быть, при должной сноровке и немного помучавшись, волчица могла вдеть в них лапы и забросить поклажу за спину. Упертая, однако, девчонка — бежать через лес да еще и с неудобным грузом!
Сунув в петли руку, Лар закинул лук и сумку на плечо и склонился над тяжело дышащей девушкой, уже вернувшей себе человеческий облик. Не спрашивая позволения, выдернул из земли ветки и отшвырнул подальше. Пока лар’элланец не передумал, поднял Авелию на руки. Она захныкала и попыталась оттолкнуть от себя незнакомого эльфа (он сам в этот миг в кои веки вспомнил, что выглядит, как эльф), а потом, измотанная насильственными трансформациями, неизвестно сколько раз уже повторенными, выпустила когти и впилась в его плечо.
— Уймись, — стиснув зубы, прошипел Лар. – Я свой.
Вель уткнулась окровавленным лицом ему в грудь и потянула носом, принюхиваясь.
— Сумрак…
— Зверюга, — пробормотал Иоллар, вынося ее из шатра.
Судя по тому, как обмякло и потяжелело худенькое тельце в его руках, девушка потеряла сознание. Накатило ощущение дежавю.
— Надеюсь, это не войдет у тебя в привычку.
Один из стоявших у прохода в живой изгороди эльф презрительно усмехнулся, заметив Сумрака с его ношей, и тот не сдержался. Призрачный клинок коснулся шеи стража, в то время как Лар придерживал девушку одной рукой.
— Тебя что-то развеселило?
Ухмылка сменилась испугом пополам с удивлением, а длинную царапину Иоллар счел достаточной компенсацией. Обернулся напоследок на мага. Тот стоял у шатра, сложив на груди руки.
Отойдя от стоянки эльфов, Лар свернул к реке, всмотрелся в течение у берега, прикинул в уме глубину, и бросил девчонку в воду. Нет, если и было желание ее утопить, делать это сейчас он не собирался. Напротив, приготовился, если что, вытянуть ее на поверхность. Но Вель пришла в себя, забарахталась на мели, а после села на дно так, что над водой осталась лишь голова и дрожащие плечи.
— Отмывайся и одевайся, — велел он, отворачиваясь. – У тебя две минуты.
Что делать с ней потом, еще не решил. Оставить здесь? Пойдет за ними или опять попадется эльфам.
— Возьмешь меня с собой? – несмело спросила она.
— Пока да.
Приведет в лагерь и спросит мнения остальных. Вель не любят в отряде. Может, когда она услышит ото всех, что они против ее компании, отстанет? Но двое будут за нее. Во-первых, Галла. А во-вторых, тот, кто сообщил девчонке, где их искать.
Удивительно, но девушка умудрилась впихнуть в сумку даже легкие сапожки, не говоря уже о штанах, рубахе и коротенькой курточке. Нашлось место и для широкого ремня, и для ножа в кожаных ножнах, зато в «багаж» не влезла лента, чтобы подвязать растрепанные волосы, и они падали на лицо, когда она шла рядом с Сумраком перебежками, пытаясь подстроиться под его широкий шаг. Создавалось впечатление, что Вель прячется под этими лохмами.
— Можно я дальше с вами пойду? – пролепетала она, когда до ждущих на берегу людей было уже рукой подать.
— Я тебе еще в Ясуне ответил.
Авелия остановилась и шмыгнула носом.
— Это потому, что я оборотень?
— Нет.
— Да, — вздохнула она. – А ты эльф. Я же не знала, что ты эльф. А вы все… все…
Должно быть, это единственное объяснение, которое она нашла его отказу.
— Я – не эльф, — ответил он резко. — И не забывай, кто тебя вытащил.
— Лучше бы оставил, если с собой не берешь.
Ожидаемой поддержки в отряде Иоллар не нашел. Встретили Авелию без радости, но и гнать не торопились.
— Для начала я хочу знать, кто из вас рассказал этому недоразумению, где нас искать.
У Лара было два варианта. Или Най ходил проститься с бывшей подружкой и сболтнул лишнего, или кто-то из женщин, просто так, потому что женщины. Ответ стал для него неожиданностью.
— Выходит, я рассказал, — почесал бороду Белка. — Вы место на карте показали, самая чаща, а я тут и бывал-то от силы раза два. А Вель по весне еще все избегала. Тропками, пусть и звериными, все ж легче идти, чем напролом. Вот я и спросил у нее. Подсказала.
— Подсказала? – Иоллар сам себе удивился, зацепившись за это, как за оправдание присутствия девчонки в отряде. Не хотелось быть приравненным к мучителю-магу. – Дальше тоже может подсказать?
— Могу! – вместо проводника ответила Вель, которой кто-то уже всучил ломоть хлеба, а потому говорила она с набитым ртом, спешно жуя и глотая между словами. – Я хорошо лес знаю, правда, Белк? Он скажет. Мы раньше вместе в дозоры ходили. Пока Иска ревновать не начала…
— Чего? – возмутилась Исора. – К тебе, замухрышке, ревновать? И ходила бы себе, я тебя гнала, что ли?
— Не-а. Смотрела только вот так, — Вель проглотила остатки еды и состроила злобную мордочку.
Получилось даже похоже на жену проводника, только та сейчас еще и покраснела. Кто-то хихикнул.
— Хватит, — Лар оборвал возможную женскую перебранку, впрочем, достаточно беззлобную. – Белка, прямо спрашиваю: будет от нее толк, или только лишний рот и обуза?
— Толк-то будет, — рыжий опасливо покосился на жену, — но…
— Ясно. Значит, пойдет с нами. Если у кого-то есть возражения, говорите сейчас, чтобы потом эту тему больше не поднимать.
Возражений, таких, чтоб можно было высказать словами, а не взглядами или ухмылками, ни у кого не нашлось.
— Да пусть идет, — ответила за всех Исора.
Видимо, так же как Лару не хотелось закрепить за собой репутацию эльфа-оборотнененавистника, ей не хотелось прослыть ревнивой женой.
Королева Аэрталь поднялась навстречу гостю и протянула руку для поцелуя. При сановниках она не могла позволить себе большего.
— Я ждала тебя раньше, Лестеллан.
— Прости, задержали непредвиденные обстоятельства в пути.
Мужчина поклонился, коснулся губами изящных пальцев. Длинные, ничем не поддерживаемые смоляные пряди упали вниз, скрывая лицо.
«Нужно поговорить, разгони всех»
«Не могу, еще полчаса. Подожди»
— Наверное, ты устал с дороги? Не стану утомлять тебя нашими делами.
— Благодарю. Лорды. Леди.
Раскланявшись с присутствующими, маг покинул зал, прошел по анфиладе и свернул в неприметную дверку. Узкий коридор привел на увитую виноградом террасу.
— Другое дело.
Эльф махнул рукой, и державшие Дуда толкнули парня в сторону друзей. Тот упал на колени, а поднимаясь, встретился взглядом с командиром и задрожал как осиновый лист.
— Мы остановимся на ночь неподалеку, — предупредил лар’элланец. – Но вряд ли еще встретимся.
Он отвернулся и пошел прочь, нарочито громко переговариваясь со своим товарищем на саальге, и разобравший их разговор Иоллар зло сжал кулаки.
— Сволочь, — бросила в спину эльфу Галла.
— Они поспорили между собой, что этот, с мечом, заставит Сумрака открыть лицо, — шепотом перевела подошедшая к Буревестнику Лил. – А зачем… Зачем ему маска?
Она смотрела на Лара, решившего, что прятаться уже поздно. Остальные тоже.
Буревестник обернулся к брату: вдруг не узнает? Но Най никогда на память не жаловался.
— Ну вы и… — выдавил он.
Сумрак предупреждающе поднял руку:
— Не здесь.
Он отшвырнул в сторону смятую ткань:
— Хоть какая-то радость – от тряпки этой избавился. И хватит на меня глазеть! Кто у костра? Мясо горит. Дозорные – на позиции. Лони, пойдешь вместо… этого.
— Лар…
— Что? – Иоллар резко повернулся к жене. – Не обижу я твоего мальчика, не волнуйся. Но и в караул не поставлю. Сегодня, по крайней мере.
Он произнес это на кассаэл, но Дуд догадался, что речь о нем. Замер, ссутулился. На приблизившегося командира боялся глаза поднять.
— Я что, такой страшный без маски? – едко поинтересовался у него Сумрак. – Ужинать и спать – это приказ. И я ни в чем тебя не обвиняю… Но надеюсь, подобного не повторится.
Принесли же хоры этих эльфов! И ведь встретятся еще, что бы этот заносчивый тип в кольчуге не говорил – было у Сэла такое предчувствие.
И предчувствие себя оправдало.
Но сначала было объяснение с Наем, беспокойный сон и серое утро. Выбравшись из палатки, Сэллер по колено провалился в туман. От реки тянуло сыростью, едва тлеющий костер не грел озябших ладоней, а суставы ломило после ночевки на брошенном на землю одеяле. Да, совсем раскис. Раньше вот…
— Иди-ка сюда, — дернула за руку Галла. – Что с тобой такое, Сэл?
— Отвык, наверное, от всего этого.
Подруга с сомнением покачала головой. Потом коснулась ладонью лба, и по телу прошла дрожь от переданного заряда.
— Утренний кофе, — улыбнулась она.
Кофе Буревестник однажды пробовал и понять не мог, что Галла и Лайс в нем находят, – ему напиток, даже изрядно подслащенный, не понравился.
— Я поговорила с Ларом, пусть Най займется переправой.
Братец держался бодрячком: стоянки в деревнях, на одной из которых удалось его застать, для партизан были редкостью, и спать на земле ему было не привыкать.
— Сделаю, — улыбнулся он довольно, узнав о первом поручении Сумрака. – Позавтракаем и перейдем, как посуху.
На завтрак был хлеб, сыр и то, что осталось от ужина. Удовольствие сомнительное, но и его умудрились испортить.
— Снова гости, — поморщилась Галла.
Лар криво усмехнулся, поняв о каких гостях речь:
— И что они захотят увидеть на этот раз?
Но явившийся от лагеря лар’элланцев гонец не требовал ничего показывать. Когда дежуривший в это утро Мэт подвел его к костру, эльф коротко кивнул, никому конкретно, и отыскал глазами Сумрака.
— Мой Лорд спрашивает, все ли ваши люди на месте.
Иоллар даже оглядываться не стал – знал, что все тут. Но утвердительный ответ давать не торопился.
— Как думаете, в чем подвох? – спросил он на языке драконов.
Сэл и Галла, единственные, кто мог понять этот вопрос, переглянулись.
— Поймали какого-то человека, — предположил проводник.
— Нас должно это заботить? – За эти слова Сумрак удостоился укоризненного взгляда от супруги.
— Нужно хотя бы узнать, что это за человек, — сказала она. – К тому же, Арай знает, где приблизительно мы находимся, и мог послать кого-нибудь.
— Арай? И как бы его посланник нас догнал? Как в сказке — птицей летел, зверем бежал?
Что-то в собственных словах заставило Иоллара задуматься
— Зверем, — повторил он, а лицо без маски приобрело недоброе выражение.
Сэллер еще не понял, что к чему, но Галла, кажется, догадалась, что на уме у мужа, и обеспокоено схватила его за руку.
— Надеюсь, я ошибаюсь, — растянул Сумрак. – В противном случае, кому-то не поздоровится.
Он поднялся на ноги и подошел к эльфу. Тому хватило одного взгляда на барона Ал-Хашер, чтобы сбросить с физиономии маску высокомерного безразличия и испуганно попятиться.
— Меня просили только задать вопрос и получить ответ.
— Я передам его лично.
Иоллар не хотел, чтобы его предположение оказалось правдой. Но сложившаяся в голове картинка вышла на удивление цельной: если кто-то и мог нагнать телепортировавшийся от Ясуны отряд, так это девчонка-оборотень, перекинувшись волком. И вряд ли она это делала по поручению командира: небось, еще только получив отказ, решила, что все равно увяжется с ними. Потакать ее капризам Сумрака желания не было, но к эльфам пошел. Во-первых, проверить свою версию. Во-вторых, если он все же прав, забрать ослушницу у лар’элланцев. Галла могла не знать, но он, бывая на Саатаре задолго до встречи с ней, слышал, как относятся жители Леса к оборотням. Они считали изменяющихся животными, причем животными неправильными, а значит, достойными если не смерти, то кары за свою противоестественность. И пусть такого мнения придерживались не все эльфы, в отношении вчерашнего визитера Лар не сомневался – тот и людей не слишком жаловал.
Устроились эльфы с шиком: в десяти минутах ходьбы, вверх по течению от того места, где остановился со своими ребятами Лар, на зеленом лугу пестрели шелковые шатры – четыре образовывали ровный квадрат, пятый, роскошный, кричаще-алый, - в центре. По периметру лагерь обегала живая изгородь, очевидно, выращенная тут за какой-то час лар’элланским магом. Густые, аккуратные кусты вымахали по грудь взрослому мужчине, а в тех местах, где они расходились, образовывая проходы, стояли навытяжку длинноухие воины в блестящих, будто бы никогда не видевших битв, дождей и пыли дорог, кольчугах.
Лорд был так любезен, что приказал проводить гостя в свои временные апартаменты и сам вышел навстречу. При свете дня его лицо показалось Иоллару смутно знакомым, но еще более неприятным.
— Значит, ты все-таки потерял кого-то, Сумрак.
— Нет. Я думаю, что не успел кого-то встретить, — спокойно возразил Лар.
— А теперь хочешь забрать… это?
Уже по тону черноволосого Иоллар понял, что не ошибся.
— Да.
— Жаль. У дочери моего друга праздник рождения в конце этого месяца, я думал порадовать девочку зверюшкой.
Сумрак не испытывал симпатии к Авелии, но после этих слов захотелось съездить кулаком по самодовольной морде лар’элланца.
— Оно там, — эльф распахнул перед ним вход в шатер.
Внутри было прохладно и пахло цветами. Тут была какая-то мебель: кажется, походная кровать, стол, громоздкие сундуки и еще что-то, но Лар не рассматривал убранство и не задумывался, как все это сюда доставили. Взгляд, бегло обшарив шатер на предмет опасности, остановился на девушке, сидевшей в центре, между трех воткнутых в землю дубовых веток. Не в силах перейти обозначенную этим треугольником границу, она подтянула к подбородку колени, сжалась, пытаясь спрятать свою наготу, а пробивавшееся сквозь ткань солнце красило ее бледную кожу зловещими алыми разводами.
Когда они вошли, Вель на миг подняла лицо, и Иоллар заметил размазанную под носом и по подбородку кровь. Маловероятно, чтобы эльф бил ее - не стал бы марать руки об оборотня. Значит, это другое. Что именно, Сумрак узнал, когда спросил, где ее одежда.
— Зачем ей одежда? – удивился черноволосый. – Можно сделать проще.
Палец, на котором блеснула золотая печатка, начертив в воздухе круг, указал на девушку, а с губ лесного колдуна слетел невнятный шепот. В тот же миг Авелию приподняло над землей и растянуло в струну, чтобы тут же с силой толкнуть обратно. Она вскрикнула, ударившись спиной, а потом уже жалобно заскулила, пытаясь подняться. Но следующий пасс эльфа вынудил ее перекатиться на живот, встать на четвереньки, опираясь на скрюченные пальцы, и выгнуть стремительно обрастающую шерстью спину. Измазанное кровью лицо начало вытягиваться в звериную морду, и это, по-видимому, причиняло девушке особо сильную боль.
Зрелище было жутким, но не смотреть, отвернуться означало бы показать слабость. Не вмешаться – поставить себя в один ряд с этим длинноухим извергом. А вмешайся, и никто не даст гарантий, что у лар’элланского мага не найдется заклятья против Сумрака.
Но Лар рискнул, перехватил запястье эльфа и заставил опустить руку.
— Хватит. Я забираю своего человека.
Последнее слово он выделил.
Чародей брезгливо потряс пальцами, словно прикосновение Иоллара оставило грязь на белоснежной манжете его рубашки, и скривился.
— Забирай, — выплюнул он. – И тот хлам, что твоя зверюшка, — эльф тоже расставил акценты, — тащила с собой.
Иоллар посмотрел туда, куда кивнул пожелавший остаться безымянным Лорд, и с удивлением узнал лук Авелии. Вместе с колчаном он был прикреплен к небольшой кожаной сумке длинными плетенными ремешками. Приподняв вещи, Сумрак увидел, что ремни по бокам обвисают двумя петлями. Должно быть, при должной сноровке и немного помучавшись, волчица могла вдеть в них лапы и забросить поклажу за спину. Упертая, однако, девчонка — бежать через лес да еще и с неудобным грузом!
Сунув в петли руку, Лар закинул лук и сумку на плечо и склонился над тяжело дышащей девушкой, уже вернувшей себе человеческий облик. Не спрашивая позволения, выдернул из земли ветки и отшвырнул подальше. Пока лар’элланец не передумал, поднял Авелию на руки. Она захныкала и попыталась оттолкнуть от себя незнакомого эльфа (он сам в этот миг в кои веки вспомнил, что выглядит, как эльф), а потом, измотанная насильственными трансформациями, неизвестно сколько раз уже повторенными, выпустила когти и впилась в его плечо.
— Уймись, — стиснув зубы, прошипел Лар. – Я свой.
Вель уткнулась окровавленным лицом ему в грудь и потянула носом, принюхиваясь.
— Сумрак…
— Зверюга, — пробормотал Иоллар, вынося ее из шатра.
Судя по тому, как обмякло и потяжелело худенькое тельце в его руках, девушка потеряла сознание. Накатило ощущение дежавю.
— Надеюсь, это не войдет у тебя в привычку.
Один из стоявших у прохода в живой изгороди эльф презрительно усмехнулся, заметив Сумрака с его ношей, и тот не сдержался. Призрачный клинок коснулся шеи стража, в то время как Лар придерживал девушку одной рукой.
— Тебя что-то развеселило?
Ухмылка сменилась испугом пополам с удивлением, а длинную царапину Иоллар счел достаточной компенсацией. Обернулся напоследок на мага. Тот стоял у шатра, сложив на груди руки.
Отойдя от стоянки эльфов, Лар свернул к реке, всмотрелся в течение у берега, прикинул в уме глубину, и бросил девчонку в воду. Нет, если и было желание ее утопить, делать это сейчас он не собирался. Напротив, приготовился, если что, вытянуть ее на поверхность. Но Вель пришла в себя, забарахталась на мели, а после села на дно так, что над водой осталась лишь голова и дрожащие плечи.
— Отмывайся и одевайся, — велел он, отворачиваясь. – У тебя две минуты.
Что делать с ней потом, еще не решил. Оставить здесь? Пойдет за ними или опять попадется эльфам.
— Возьмешь меня с собой? – несмело спросила она.
— Пока да.
Приведет в лагерь и спросит мнения остальных. Вель не любят в отряде. Может, когда она услышит ото всех, что они против ее компании, отстанет? Но двое будут за нее. Во-первых, Галла. А во-вторых, тот, кто сообщил девчонке, где их искать.
Удивительно, но девушка умудрилась впихнуть в сумку даже легкие сапожки, не говоря уже о штанах, рубахе и коротенькой курточке. Нашлось место и для широкого ремня, и для ножа в кожаных ножнах, зато в «багаж» не влезла лента, чтобы подвязать растрепанные волосы, и они падали на лицо, когда она шла рядом с Сумраком перебежками, пытаясь подстроиться под его широкий шаг. Создавалось впечатление, что Вель прячется под этими лохмами.
— Можно я дальше с вами пойду? – пролепетала она, когда до ждущих на берегу людей было уже рукой подать.
— Я тебе еще в Ясуне ответил.
Авелия остановилась и шмыгнула носом.
— Это потому, что я оборотень?
— Нет.
— Да, — вздохнула она. – А ты эльф. Я же не знала, что ты эльф. А вы все… все…
Должно быть, это единственное объяснение, которое она нашла его отказу.
— Я – не эльф, — ответил он резко. — И не забывай, кто тебя вытащил.
— Лучше бы оставил, если с собой не берешь.
Ожидаемой поддержки в отряде Иоллар не нашел. Встретили Авелию без радости, но и гнать не торопились.
— Для начала я хочу знать, кто из вас рассказал этому недоразумению, где нас искать.
У Лара было два варианта. Или Най ходил проститься с бывшей подружкой и сболтнул лишнего, или кто-то из женщин, просто так, потому что женщины. Ответ стал для него неожиданностью.
— Выходит, я рассказал, — почесал бороду Белка. — Вы место на карте показали, самая чаща, а я тут и бывал-то от силы раза два. А Вель по весне еще все избегала. Тропками, пусть и звериными, все ж легче идти, чем напролом. Вот я и спросил у нее. Подсказала.
— Подсказала? – Иоллар сам себе удивился, зацепившись за это, как за оправдание присутствия девчонки в отряде. Не хотелось быть приравненным к мучителю-магу. – Дальше тоже может подсказать?
— Могу! – вместо проводника ответила Вель, которой кто-то уже всучил ломоть хлеба, а потому говорила она с набитым ртом, спешно жуя и глотая между словами. – Я хорошо лес знаю, правда, Белк? Он скажет. Мы раньше вместе в дозоры ходили. Пока Иска ревновать не начала…
— Чего? – возмутилась Исора. – К тебе, замухрышке, ревновать? И ходила бы себе, я тебя гнала, что ли?
— Не-а. Смотрела только вот так, — Вель проглотила остатки еды и состроила злобную мордочку.
Получилось даже похоже на жену проводника, только та сейчас еще и покраснела. Кто-то хихикнул.
— Хватит, — Лар оборвал возможную женскую перебранку, впрочем, достаточно беззлобную. – Белка, прямо спрашиваю: будет от нее толк, или только лишний рот и обуза?
— Толк-то будет, — рыжий опасливо покосился на жену, — но…
— Ясно. Значит, пойдет с нами. Если у кого-то есть возражения, говорите сейчас, чтобы потом эту тему больше не поднимать.
Возражений, таких, чтоб можно было высказать словами, а не взглядами или ухмылками, ни у кого не нашлось.
— Да пусть идет, — ответила за всех Исора.
Видимо, так же как Лару не хотелось закрепить за собой репутацию эльфа-оборотнененавистника, ей не хотелось прослыть ревнивой женой.
Королева Аэрталь поднялась навстречу гостю и протянула руку для поцелуя. При сановниках она не могла позволить себе большего.
— Я ждала тебя раньше, Лестеллан.
— Прости, задержали непредвиденные обстоятельства в пути.
Мужчина поклонился, коснулся губами изящных пальцев. Длинные, ничем не поддерживаемые смоляные пряди упали вниз, скрывая лицо.
«Нужно поговорить, разгони всех»
«Не могу, еще полчаса. Подожди»
— Наверное, ты устал с дороги? Не стану утомлять тебя нашими делами.
— Благодарю. Лорды. Леди.
Раскланявшись с присутствующими, маг покинул зал, прошел по анфиладе и свернул в неприметную дверку. Узкий коридор привел на увитую виноградом террасу.
