Затем, по примеру самого смелого, — остальные. Смех да и только: девочкам я нравлюсь, мальчики меня побаиваются — действительно все как в младшей школе. Да и в старшей, кстати говоря, тоже.
— Чего к девчонкам не подходите? — интересуюсь. — Разбежались по углам.
— Да они как-то между собой, — мямлит светловолосый Кевин, больше других бросающий до этого взгляды на подружек у окна.
— Ну да, сами отделились, — поддакивает смуглый Сантьяго.
Ребята, с вашей смелостью, они так и будут — между собой…
— А эта блондиночка на тебя так и поглядывает, — комментирует болтун Лиам, выглядывая из-за моего плеча. — Как ее там? — почему-то спрашивает у Малькольма.
— Кора Камальски, — мечтательно отвечает тот и сам не сводит глаз с предмета своей явной симпатии. — Мы сидели рядом на первом экзамене. От нее потрясающе пахнет.
В последний момент успеваю замаскировать смех кашлем — мои однокурснички меня доконают.
Лиам, неожиданно проявивший чудеса такта и житейской мудрости, смотрит на меня осуждающе.
— А вы с ней знакомы? — набирается смелости Малькольм, обращаясь прямо ко мне.
Но ответить не успеваю.
— Тихо! — шикает на нас молчавший до этого Габриэль, вытягивая шею и высматривая кого-то в коридоре за моей спиной. — Идет.
Мне даже не надо уточнять, кого именно он там разглядел — знаю и так. Оборачиваюсь.
Морган снова в своей неизменной синей форме. Вид бодрый, шаг пружинистый. В руках — папка с бумагами.
— Слушай, — Лиам толкает меня в плечо и шепчет практически на ухо, — так ты тогда не пошутил, вы правда с ней занимаетесь дополнительно?
— С чего бы мне шутить? — отмахиваюсь, не смотря в его сторону.
Мой взгляд прикован к Миранде. А в какой-то момент она поднимает голову, и наши взгляды встречаются. Морган смотрит пристально и явно дольше, чем следовало бы, если бы она хотела, чтобы другие этого не заметили.
Заметили: Ди прячет улыбку, а вот Кора хмурится. Зато только что такой чуткий к переживаниям Малькольма Лиам в этот раз не видит дальше своего носа. Или его просто слишком сильно волнует тема дополнительных занятий с легендарным капитаном?
— И как занятия? Успешно?
О да, то, чем мы занимались вчера, прошло более чем успешно.
— Очень, — бросаю уже через плечо, потому как Морган открывает аудиторию и жестом приглашает всех войти внутрь.
Снова взгляд глаза в глаза: я смотрю на нее, а она на меня.
Весело же нам будет сохранять дистанцию «преподаватель — студент».
К счастью, Морган не только пилот от бога, но и прирожденный педагог. Потому как пожираю ее взглядом, думая совсем не об учебных вопросах, всего лишь первые пять минут. Потом начинаю внимательно слушать, и вся посторонняя дребедень быстро вылетает из моей головы.
То, что рассказывает Миранда, я слышу впервые. Скольких только ни встречал пилотов-«скачковиков», все они, включая старика Раша, никогда не проходили «окна» без предварительных расчетов координат входа и выхода, высчитывания угла захода, траектории. Морган же буквально с порога заявляет нам, что все это чушь: есть ты и корабль — просто чувствуй.
Остальные недоуменно переглядываются, явно ставя под сомнение слова капитана. Только Дилайла не крутит головой по сторонам — еще бы, если она давно и близко знакома с Морган.
Задумываюсь, пытаясь вспомнить свои ощущения при проходе через «окно» на «Искателе». Естественно, у меня не было расчетов. Я вообще понятия не имел — и по-прежнему не имею, — как их делать. Но если бы пришлось вести судно, да еще и сверяться с системой координат и другими цифрами, мы бы точно убились. Поэтому теория Миранды мне нравится, пусть даже она далека от общепринятых норм.
Не выдержав, Лиам тянет руку.
— Спрашивайте, Филлипс, — кивает ему Морган.
— А как научиться «чувствовать»? — задает тот вопрос, не забыв подняться со своего места и встать руки по швам возле своей парты. — Вот я, вот пульт, вот обзорный экран, вот «окно». Как, как вы говорите, почувствовать, что правильно выбрал курс?
Мне тоже интересен ответ на этот вопрос. Нет, сам бы его не задал, потому что и так примерно понял, что капитан имеет в виду. Но как Морган это объяснит, мне любопытно.
— Чувствовать? — повторяет Миранда, смотря на вытянувшегося перед ней студента и снисходительно и в то же время с умилением, как смотрят на еще глупых, но подающих надежды детей. — Чувствовать, Лиам, надо сердцем, — отвечает, при этом бросив короткий, но мгновенно перехваченный мною взгляд в мою сторону. — А думать — головой. — И вот она уже смотрит в лицо студенту, задавшему ей вопрос. — Остальное вы узнаете в ходе наших занятий. Не забегайте вперед.
— Да, мэм! Спасибо, капитан! — радостно отчеканивает Лиам, разве что не отдает честь и не ударяет каблуком о каблук. Шут.
— Садитесь, Филлипс, — торопит Морган.
Лиам поспешно возвращается на свой стул и едва не опрокидывает его на пол от спешки и восторга из-за того, что капитан поговорила персонально с ним.
Миранда закусывает губу, наблюдая за суетой и волнением студента, но ничего не говорит, принимая как должное. Она терпеть не может этот пафос и раболепие, с которым к ней обращаются малознакомые люди, это я уже понял. Но привыкла и смирилась — репутация сделала свое дело.
Чувствовать сердцем, говоришь?
Согласен.
Думать головой?
Может, ну ее, эту голову?..
Джейс
Занятия заканчиваются к обеду: в отличие от абитуриентов, своих студентов ЛЛА не перегружает. Впрочем, и с объемом самостоятельной работы не щадит, и повозиться с учебниками мне еще придется.
Выхожу из туалета и вижу Дилайлу, переминающуюся с ноги на ногу у ближайшего подоконника.
— Вот ты где! — Девушка тут же бросается ко мне с таким видом, будто я провел в уборной годы. Не засекал, но вряд ли больше пары минут.
— Меня отчислили? — спрашиваю с надеждой.
Полагаю, это решило бы большинство моих сегодняшних проблем.
— Что? — Ди на мгновение теряется. — О боже, нет, конечно. — А жаль. — Мне велели оповестить всех из нашей группы: не уходить, через час будет общее собрание.
Тоже мне, событие. Приподнимаю руку с коммуникатором на запястье.
— А позвонить, написать — не? — Как-то мне не по себе, когда девушки дожидаются меня у мужского туалета.
Дилайла корчит недовольную гримасу и складывает руки на груди.
— А комм включить — не? — передразнивает. — Хорошо еще, Лиам видел, куда ты пошел.
Серьезно?
Ничего не говорю, касаюсь коммуникатора — и правда мертвый: от моего прикосновения экран и не думает загораться. Ничего себе. Разрядился? Принудительно включаю комм и тут же убеждаюсь, что батарея полностью заряжена.
Ди все это время стоит рядом, руки по-прежнему скрещены на груди.
— Убедился? — подначивает. — Три сообщения от меня и два звонка.
Хм. Она права. Все так: три и два. А еще сообщение от Морган, пришедшее полчаса назад: «Джейс, поднимись ко мне, пожалуйста, сразу после занятий». Вот черт.
— Убедился, — признаю.
Вот только «полетевшего» коммуникатора мне не хватало. Учитывая то, что Молли, возможно, придется перевозить и прятать, а значит, оплачивать дополнительный медперсонал, мне следовало бы поэкономить.
Должно быть, расстройство по поводу предательства комма так живо отражается на моем лице, что Дилайла смягчается.
— Хочешь, я попрошу Тайлера? Если с коммом что-то случилось, он починит.
Смотрю в ответ недоверчиво. С чего бы ему этим заниматься? Есть мастерские, в которые я вполне могу наведаться самостоятельно. Зачем мне напрягать своими проблемами малознакомого человека?
— Не стоит, — качаю головой. — Мелочи. Разберусь.
— Как знаешь, — Ди не настаивает. Делает шаг от меня спиной вперед и только потом поворачивается. — Ладно, давай. Сбор в зале для конференций через час, — бросает уже через плечо.
Ясно, надо пилить вниз и смотреть схему ЛЛА, потому что понятия не имею, что это за зал и для каких конференций его используют.
— Погоди. — К черту зал, найду.
— А? — Девушка оборачивается, перекидывает за спину косу, от резкого движения упавшую через плечо ей на грудь.
— А тема собрания? Из-за чего сыр-бор? — По мне, так уже достаточно поздравлять первогодок с поступлением в святая святых. Уверен, все уже осознали, как им повезло.
— Приедет Рикардо Тайлер, — невозмутимо отвечает Ди.
Непохоже, что девушку беспокоит встреча с дядюшкой ее парня. А вот меня — да. Теперь ясно, зачем я понадобился Миранде, да еще и в срочном порядке.
А я все еще здесь.
— Окей, я буду, — быстро заверяю Дилайлу и почти бегом бросаюсь в сторону лифтов. — Спасибо!
— Не за что, — раздается растерянное, но уже мне в спину.
Лифт едет до противного медленно.
Морган явно хотела, чтобы я уже был у нее, когда заявится старший Тайлер, как это произошло в прошлый раз. Хорош же я буду, если ворвусь к ней, когда гость уже там. Помог, называется. Это же надо было комму отрубиться в самый неподходящий момент.
Стучусь в двери кафедры Морган и вхожу, не дожидаясь ответа. Барбара на месте, вскидывает голову, и я снова вижу на ее миловидном личике неудовлетворение от того, кого она видит на пороге.
Интересно, сын правда так часто навещает Миранду, или Барбара просто ждет его каждую минуту? Бедный Тайлер. Надеюсь, малышка Кора не зациклится на мне так же.
— Добрый день, — здороваюсь первым, так и не дождавшись от опечаленного секретаря элементарного «здравствуйте». — Капитан у себя? — киваю на дверь, ведущую в кабинет Морган.
— У себя, — отвечает немного растерянно.
— Одна?
Чересчур длинные ресницы начинают моргать с удвоенной скоростью.
— Одна… — На лице девушки так и написан вопрос: «А с кем ей еще быть на своем рабочем месте?»
Отлично. Значит, я успел вовремя.
— Забудь, — отмахиваюсь и, нагло пересекая приемную, направляюсь прямо к кабинету. — Никого не пускай без предупреждения.
— А?.. — Барбара окончательно теряется и, кажется, даже лишается дара речи.
Не отвечаю — уже толкаю дверь, делая вид, что не замечаю замешательства секретаря. Я же любовник ее начальницы, что мне какие-то помощницы?
Самое нелепое во всем этом то, что я действительно любовник Миранды. И, если бы не наша изначальная сделка и не необходимость запудрить мозги будущему президенту, никогда и ни за что я бы не стал выставлять наши отношения напоказ.
Не знаю, успевает ли Барбара что-то возразить, потому как дверь за моей спиной отрезает от меня звуки из приемной. А звукоизоляция тут отличная.
Морган и правда в кабинете и действительно одна. Сидит за столом, что-то печатает в компьютере. Лицо — серьезное.
— Барбара, я… — начинает. Потом поднимает голову и прерывается. — Джейс? — почему-то удивляется.
Пожимаю плечами.
— Ты же просила зайти.
Учитывая, что занятия завершились полчаса назад, похоже, просьба устарела и больше неактуальна.
Или нет.
— Да. Конечно. — Морган отводит взгляд. И смотрит сначала на свои руки, затем на экран компьютера, снова на руки, потом в окно. — Рикардо должен подъехать с минуты на минуту. Я подумала, что имеет смысл лишний раз помозолить ему глаза.
Выражение ее лица, поведение и голос ясно говорят о том, что если бы не визит премьера, то она скорее отпилила бы себе руку тупой пилой, чем позвала бы меня. Интересно…
— Что случилось? — спрашиваю прямо.
Именно «что», а не «что-то», потому что вижу наверняка: случилось.
А еще этот ее говорящий взгляд во время лекции на моменте: «Чувствовать надо сердцем, а думать — головой». Поэтому пусть объяснит — я не мастер чтения мыслей.
Миранда качает головой, но в глаза по-прежнему не смотрит.
— Все в порядке.
Ну да, конечно.
Вчера ее чем-то накрыло, поэтому-то она быстро оделась и сбежала. Понимаю, я тоже человек и знаю, как это бывает. Поэтому и написал ей «не за что» в ответ на ее «извини». Но продолжать играть в «кошки-мышки» на следующий день — уже попахивает детским садом. Терпеть не могу недосказанность.
Морган молчит и упрямо смотрит в окно справа от ее места.
Приближаюсь. Останавливаюсь в шаге от стола.
— Там что-то интересное? — уточняю издевательски. — Может быть, повернешься?
Миранда вздрагивает, затем стремительно поворачивается ко мне.
— Что? — спрашивает резко. Ее глаза мечут молнии — о да, так мне нравится гораздо больше, чем тот меланхолично-обреченный настрой, который был секунду назад.
— Ничего, — огрызаюсь. — Что случилось?
Теперь я у самого ее стола. Стою, а она сидит. Получается, ей приходится смотреть на меня снизу вверх. Таким образом я давлю, лишая хозяйку кабинета статуса хозяйки положения. И ей это не нравится.
Как и предполагаю, Морган решительно отталкивается обеими ладонями от стола, откатывается от него на стуле и встает в полный рост. Миранда все равно ниже меня, но если бы она забралась на стол, чтобы попытаться посмотреть на меня сверху вниз, то это было бы уже смешно. Увы, я тоже не намерен вставать на колени.
Миранда обходит стол, вынуждая меня попятиться и освободить ей место для маневра.
— Ты прав, — отчеканивает. — Нам нужно поговорить.
Ну вот, добро пожаловать, надменный капитан. И где, спрашивается, та женщина, от близости которой я теряю рассудок?
— Говори, — отзываюсь.
По мне, так рановато для первой ссоры. Лично я вообще не вижу для нее причин. Но опыт прошлых отношений подсказывает мне, что женщине виднее, и она всегда найдет к чему придраться. Встала не с той ноги — уже отличный повод. Однако вчерашнее поведение Морган на обратном пути говорит о том, что у нас проблемы посерьезнее.
— То, что вчера между нами произошло… — начинает Миранда и прерывается. Убирает руки в карманы.
— Было здорово? — подсказываю.
В то, что ей не понравилось, в жизни не поверю, что бы она сейчас ни ляпнула.
Но, нет, нужно отдать Морган должное, она не лжет:
— Было здорово, — повторяет за мной с утвердительной интонацией. И на том спасибо. — Но это было ошибкой и больше не должно повториться.
Ну, приехали.
Не сказать чтобы я особо удивлен, но недоволен, это уж точно.
— Почему? — спрашиваю спокойно.
Должны же быть причины, помимо «не той ноги», предменструального синдрома, погоды — на что там еще списывали свое неадекватное поведение мои бывшие? К черту, не помню.
На лице Миранды написано удивление: не ожидала, что я попрошу подробностей. Она вынимает руки из карманов и обнимает себя ими, будто ей вдруг стало холодно. В помещении тепло, и я вполне не прочь подойти к ней и согреть, но я тоже не двигаюсь с места: если начала — пусть объясняет.
— Много причин, и тебе об этом известно.
Да, причины, по которым нам не следовало бы приближаться друг к другу, есть. Например, разведка Альфа Крита, висящая у меня на хвосте и угрожающая убить мою сестру, если я не начну приносить им ценные сведения, полученные от Морган тайным путем. Это да, причина. Но, во-первых, Миранде о РДАКе ничего не известно, а во-вторых, «не следовало приближаться» — в прошедшем времени. Мы уже это сделали.
— Будь добра, поясни конкретнее, — настаиваю.
Миранда возводит глаза к потолку с таким видом, будто я спрашиваю по-настоящему очевидные вещи. Но я не притворяюсь, мне действительно требуется пояснение, почему мне нельзя к ней приближаться, при том, что то, что произошло во время моего прошлого «приближения», ей явно тоже пришлось по душе.
— Джейс, ты мой студент.
Согласен, аргумент. Но чем больше мы будем появляться вместе, чтобы покрасоваться перед Рикардо Тайлером, тем больше о нас будет ползти слухов. Спим мы вместе или нет, уже будет без разницы.
— Чего к девчонкам не подходите? — интересуюсь. — Разбежались по углам.
— Да они как-то между собой, — мямлит светловолосый Кевин, больше других бросающий до этого взгляды на подружек у окна.
— Ну да, сами отделились, — поддакивает смуглый Сантьяго.
Ребята, с вашей смелостью, они так и будут — между собой…
— А эта блондиночка на тебя так и поглядывает, — комментирует болтун Лиам, выглядывая из-за моего плеча. — Как ее там? — почему-то спрашивает у Малькольма.
— Кора Камальски, — мечтательно отвечает тот и сам не сводит глаз с предмета своей явной симпатии. — Мы сидели рядом на первом экзамене. От нее потрясающе пахнет.
В последний момент успеваю замаскировать смех кашлем — мои однокурснички меня доконают.
Лиам, неожиданно проявивший чудеса такта и житейской мудрости, смотрит на меня осуждающе.
— А вы с ней знакомы? — набирается смелости Малькольм, обращаясь прямо ко мне.
Но ответить не успеваю.
— Тихо! — шикает на нас молчавший до этого Габриэль, вытягивая шею и высматривая кого-то в коридоре за моей спиной. — Идет.
Мне даже не надо уточнять, кого именно он там разглядел — знаю и так. Оборачиваюсь.
Морган снова в своей неизменной синей форме. Вид бодрый, шаг пружинистый. В руках — папка с бумагами.
— Слушай, — Лиам толкает меня в плечо и шепчет практически на ухо, — так ты тогда не пошутил, вы правда с ней занимаетесь дополнительно?
— С чего бы мне шутить? — отмахиваюсь, не смотря в его сторону.
Мой взгляд прикован к Миранде. А в какой-то момент она поднимает голову, и наши взгляды встречаются. Морган смотрит пристально и явно дольше, чем следовало бы, если бы она хотела, чтобы другие этого не заметили.
Заметили: Ди прячет улыбку, а вот Кора хмурится. Зато только что такой чуткий к переживаниям Малькольма Лиам в этот раз не видит дальше своего носа. Или его просто слишком сильно волнует тема дополнительных занятий с легендарным капитаном?
— И как занятия? Успешно?
О да, то, чем мы занимались вчера, прошло более чем успешно.
— Очень, — бросаю уже через плечо, потому как Морган открывает аудиторию и жестом приглашает всех войти внутрь.
Снова взгляд глаза в глаза: я смотрю на нее, а она на меня.
Весело же нам будет сохранять дистанцию «преподаватель — студент».
***
К счастью, Морган не только пилот от бога, но и прирожденный педагог. Потому как пожираю ее взглядом, думая совсем не об учебных вопросах, всего лишь первые пять минут. Потом начинаю внимательно слушать, и вся посторонняя дребедень быстро вылетает из моей головы.
То, что рассказывает Миранда, я слышу впервые. Скольких только ни встречал пилотов-«скачковиков», все они, включая старика Раша, никогда не проходили «окна» без предварительных расчетов координат входа и выхода, высчитывания угла захода, траектории. Морган же буквально с порога заявляет нам, что все это чушь: есть ты и корабль — просто чувствуй.
Остальные недоуменно переглядываются, явно ставя под сомнение слова капитана. Только Дилайла не крутит головой по сторонам — еще бы, если она давно и близко знакома с Морган.
Задумываюсь, пытаясь вспомнить свои ощущения при проходе через «окно» на «Искателе». Естественно, у меня не было расчетов. Я вообще понятия не имел — и по-прежнему не имею, — как их делать. Но если бы пришлось вести судно, да еще и сверяться с системой координат и другими цифрами, мы бы точно убились. Поэтому теория Миранды мне нравится, пусть даже она далека от общепринятых норм.
Не выдержав, Лиам тянет руку.
— Спрашивайте, Филлипс, — кивает ему Морган.
— А как научиться «чувствовать»? — задает тот вопрос, не забыв подняться со своего места и встать руки по швам возле своей парты. — Вот я, вот пульт, вот обзорный экран, вот «окно». Как, как вы говорите, почувствовать, что правильно выбрал курс?
Мне тоже интересен ответ на этот вопрос. Нет, сам бы его не задал, потому что и так примерно понял, что капитан имеет в виду. Но как Морган это объяснит, мне любопытно.
— Чувствовать? — повторяет Миранда, смотря на вытянувшегося перед ней студента и снисходительно и в то же время с умилением, как смотрят на еще глупых, но подающих надежды детей. — Чувствовать, Лиам, надо сердцем, — отвечает, при этом бросив короткий, но мгновенно перехваченный мною взгляд в мою сторону. — А думать — головой. — И вот она уже смотрит в лицо студенту, задавшему ей вопрос. — Остальное вы узнаете в ходе наших занятий. Не забегайте вперед.
— Да, мэм! Спасибо, капитан! — радостно отчеканивает Лиам, разве что не отдает честь и не ударяет каблуком о каблук. Шут.
— Садитесь, Филлипс, — торопит Морган.
Лиам поспешно возвращается на свой стул и едва не опрокидывает его на пол от спешки и восторга из-за того, что капитан поговорила персонально с ним.
Миранда закусывает губу, наблюдая за суетой и волнением студента, но ничего не говорит, принимая как должное. Она терпеть не может этот пафос и раболепие, с которым к ней обращаются малознакомые люди, это я уже понял. Но привыкла и смирилась — репутация сделала свое дело.
Чувствовать сердцем, говоришь?
Согласен.
Думать головой?
Может, ну ее, эту голову?..
ГЛАВА 21
Джейс
Занятия заканчиваются к обеду: в отличие от абитуриентов, своих студентов ЛЛА не перегружает. Впрочем, и с объемом самостоятельной работы не щадит, и повозиться с учебниками мне еще придется.
Выхожу из туалета и вижу Дилайлу, переминающуюся с ноги на ногу у ближайшего подоконника.
— Вот ты где! — Девушка тут же бросается ко мне с таким видом, будто я провел в уборной годы. Не засекал, но вряд ли больше пары минут.
— Меня отчислили? — спрашиваю с надеждой.
Полагаю, это решило бы большинство моих сегодняшних проблем.
— Что? — Ди на мгновение теряется. — О боже, нет, конечно. — А жаль. — Мне велели оповестить всех из нашей группы: не уходить, через час будет общее собрание.
Тоже мне, событие. Приподнимаю руку с коммуникатором на запястье.
— А позвонить, написать — не? — Как-то мне не по себе, когда девушки дожидаются меня у мужского туалета.
Дилайла корчит недовольную гримасу и складывает руки на груди.
— А комм включить — не? — передразнивает. — Хорошо еще, Лиам видел, куда ты пошел.
Серьезно?
Ничего не говорю, касаюсь коммуникатора — и правда мертвый: от моего прикосновения экран и не думает загораться. Ничего себе. Разрядился? Принудительно включаю комм и тут же убеждаюсь, что батарея полностью заряжена.
Ди все это время стоит рядом, руки по-прежнему скрещены на груди.
— Убедился? — подначивает. — Три сообщения от меня и два звонка.
Хм. Она права. Все так: три и два. А еще сообщение от Морган, пришедшее полчаса назад: «Джейс, поднимись ко мне, пожалуйста, сразу после занятий». Вот черт.
— Убедился, — признаю.
Вот только «полетевшего» коммуникатора мне не хватало. Учитывая то, что Молли, возможно, придется перевозить и прятать, а значит, оплачивать дополнительный медперсонал, мне следовало бы поэкономить.
Должно быть, расстройство по поводу предательства комма так живо отражается на моем лице, что Дилайла смягчается.
— Хочешь, я попрошу Тайлера? Если с коммом что-то случилось, он починит.
Смотрю в ответ недоверчиво. С чего бы ему этим заниматься? Есть мастерские, в которые я вполне могу наведаться самостоятельно. Зачем мне напрягать своими проблемами малознакомого человека?
— Не стоит, — качаю головой. — Мелочи. Разберусь.
— Как знаешь, — Ди не настаивает. Делает шаг от меня спиной вперед и только потом поворачивается. — Ладно, давай. Сбор в зале для конференций через час, — бросает уже через плечо.
Ясно, надо пилить вниз и смотреть схему ЛЛА, потому что понятия не имею, что это за зал и для каких конференций его используют.
— Погоди. — К черту зал, найду.
— А? — Девушка оборачивается, перекидывает за спину косу, от резкого движения упавшую через плечо ей на грудь.
— А тема собрания? Из-за чего сыр-бор? — По мне, так уже достаточно поздравлять первогодок с поступлением в святая святых. Уверен, все уже осознали, как им повезло.
— Приедет Рикардо Тайлер, — невозмутимо отвечает Ди.
Непохоже, что девушку беспокоит встреча с дядюшкой ее парня. А вот меня — да. Теперь ясно, зачем я понадобился Миранде, да еще и в срочном порядке.
А я все еще здесь.
— Окей, я буду, — быстро заверяю Дилайлу и почти бегом бросаюсь в сторону лифтов. — Спасибо!
— Не за что, — раздается растерянное, но уже мне в спину.
***
Лифт едет до противного медленно.
Морган явно хотела, чтобы я уже был у нее, когда заявится старший Тайлер, как это произошло в прошлый раз. Хорош же я буду, если ворвусь к ней, когда гость уже там. Помог, называется. Это же надо было комму отрубиться в самый неподходящий момент.
Стучусь в двери кафедры Морган и вхожу, не дожидаясь ответа. Барбара на месте, вскидывает голову, и я снова вижу на ее миловидном личике неудовлетворение от того, кого она видит на пороге.
Интересно, сын правда так часто навещает Миранду, или Барбара просто ждет его каждую минуту? Бедный Тайлер. Надеюсь, малышка Кора не зациклится на мне так же.
— Добрый день, — здороваюсь первым, так и не дождавшись от опечаленного секретаря элементарного «здравствуйте». — Капитан у себя? — киваю на дверь, ведущую в кабинет Морган.
— У себя, — отвечает немного растерянно.
— Одна?
Чересчур длинные ресницы начинают моргать с удвоенной скоростью.
— Одна… — На лице девушки так и написан вопрос: «А с кем ей еще быть на своем рабочем месте?»
Отлично. Значит, я успел вовремя.
— Забудь, — отмахиваюсь и, нагло пересекая приемную, направляюсь прямо к кабинету. — Никого не пускай без предупреждения.
— А?.. — Барбара окончательно теряется и, кажется, даже лишается дара речи.
Не отвечаю — уже толкаю дверь, делая вид, что не замечаю замешательства секретаря. Я же любовник ее начальницы, что мне какие-то помощницы?
Самое нелепое во всем этом то, что я действительно любовник Миранды. И, если бы не наша изначальная сделка и не необходимость запудрить мозги будущему президенту, никогда и ни за что я бы не стал выставлять наши отношения напоказ.
Не знаю, успевает ли Барбара что-то возразить, потому как дверь за моей спиной отрезает от меня звуки из приемной. А звукоизоляция тут отличная.
Морган и правда в кабинете и действительно одна. Сидит за столом, что-то печатает в компьютере. Лицо — серьезное.
— Барбара, я… — начинает. Потом поднимает голову и прерывается. — Джейс? — почему-то удивляется.
Пожимаю плечами.
— Ты же просила зайти.
Учитывая, что занятия завершились полчаса назад, похоже, просьба устарела и больше неактуальна.
Или нет.
— Да. Конечно. — Морган отводит взгляд. И смотрит сначала на свои руки, затем на экран компьютера, снова на руки, потом в окно. — Рикардо должен подъехать с минуты на минуту. Я подумала, что имеет смысл лишний раз помозолить ему глаза.
Выражение ее лица, поведение и голос ясно говорят о том, что если бы не визит премьера, то она скорее отпилила бы себе руку тупой пилой, чем позвала бы меня. Интересно…
— Что случилось? — спрашиваю прямо.
Именно «что», а не «что-то», потому что вижу наверняка: случилось.
А еще этот ее говорящий взгляд во время лекции на моменте: «Чувствовать надо сердцем, а думать — головой». Поэтому пусть объяснит — я не мастер чтения мыслей.
Миранда качает головой, но в глаза по-прежнему не смотрит.
— Все в порядке.
Ну да, конечно.
Вчера ее чем-то накрыло, поэтому-то она быстро оделась и сбежала. Понимаю, я тоже человек и знаю, как это бывает. Поэтому и написал ей «не за что» в ответ на ее «извини». Но продолжать играть в «кошки-мышки» на следующий день — уже попахивает детским садом. Терпеть не могу недосказанность.
Морган молчит и упрямо смотрит в окно справа от ее места.
Приближаюсь. Останавливаюсь в шаге от стола.
— Там что-то интересное? — уточняю издевательски. — Может быть, повернешься?
Миранда вздрагивает, затем стремительно поворачивается ко мне.
— Что? — спрашивает резко. Ее глаза мечут молнии — о да, так мне нравится гораздо больше, чем тот меланхолично-обреченный настрой, который был секунду назад.
— Ничего, — огрызаюсь. — Что случилось?
Теперь я у самого ее стола. Стою, а она сидит. Получается, ей приходится смотреть на меня снизу вверх. Таким образом я давлю, лишая хозяйку кабинета статуса хозяйки положения. И ей это не нравится.
Как и предполагаю, Морган решительно отталкивается обеими ладонями от стола, откатывается от него на стуле и встает в полный рост. Миранда все равно ниже меня, но если бы она забралась на стол, чтобы попытаться посмотреть на меня сверху вниз, то это было бы уже смешно. Увы, я тоже не намерен вставать на колени.
Миранда обходит стол, вынуждая меня попятиться и освободить ей место для маневра.
— Ты прав, — отчеканивает. — Нам нужно поговорить.
Ну вот, добро пожаловать, надменный капитан. И где, спрашивается, та женщина, от близости которой я теряю рассудок?
— Говори, — отзываюсь.
По мне, так рановато для первой ссоры. Лично я вообще не вижу для нее причин. Но опыт прошлых отношений подсказывает мне, что женщине виднее, и она всегда найдет к чему придраться. Встала не с той ноги — уже отличный повод. Однако вчерашнее поведение Морган на обратном пути говорит о том, что у нас проблемы посерьезнее.
— То, что вчера между нами произошло… — начинает Миранда и прерывается. Убирает руки в карманы.
— Было здорово? — подсказываю.
В то, что ей не понравилось, в жизни не поверю, что бы она сейчас ни ляпнула.
Но, нет, нужно отдать Морган должное, она не лжет:
— Было здорово, — повторяет за мной с утвердительной интонацией. И на том спасибо. — Но это было ошибкой и больше не должно повториться.
Ну, приехали.
Не сказать чтобы я особо удивлен, но недоволен, это уж точно.
— Почему? — спрашиваю спокойно.
Должны же быть причины, помимо «не той ноги», предменструального синдрома, погоды — на что там еще списывали свое неадекватное поведение мои бывшие? К черту, не помню.
На лице Миранды написано удивление: не ожидала, что я попрошу подробностей. Она вынимает руки из карманов и обнимает себя ими, будто ей вдруг стало холодно. В помещении тепло, и я вполне не прочь подойти к ней и согреть, но я тоже не двигаюсь с места: если начала — пусть объясняет.
— Много причин, и тебе об этом известно.
Да, причины, по которым нам не следовало бы приближаться друг к другу, есть. Например, разведка Альфа Крита, висящая у меня на хвосте и угрожающая убить мою сестру, если я не начну приносить им ценные сведения, полученные от Морган тайным путем. Это да, причина. Но, во-первых, Миранде о РДАКе ничего не известно, а во-вторых, «не следовало приближаться» — в прошедшем времени. Мы уже это сделали.
— Будь добра, поясни конкретнее, — настаиваю.
Миранда возводит глаза к потолку с таким видом, будто я спрашиваю по-настоящему очевидные вещи. Но я не притворяюсь, мне действительно требуется пояснение, почему мне нельзя к ней приближаться, при том, что то, что произошло во время моего прошлого «приближения», ей явно тоже пришлось по душе.
— Джейс, ты мой студент.
Согласен, аргумент. Но чем больше мы будем появляться вместе, чтобы покрасоваться перед Рикардо Тайлером, тем больше о нас будет ползти слухов. Спим мы вместе или нет, уже будет без разницы.
