Но старался скрывать — ибо велел так Господь: имя Люцифера не восславлять, но и не порочить. Однако ненависть Михаила к Люциферу от того, что Господь всевидящий и всезнающий, не становилась менее очевидной. Господь всё видел и понимал и старался как мог оградить Михаила от дьявола, постоянно напоминая ему и другим архангелам, что их брат Люцифер — самый могущественный из рода ангелов, но самый плохой для них пример. И нельзя было описать его как-то иначе, ибо это было чистейшей истиной.
Но ненависть Михаила росла вместе с ним и не давала ему покоя. В юном возрасте он уже собирал свои первые священные воинские отряды и тренировал их якобы для того, чтобы в случае войны те могли отстоять и Землю, и Эдем. Но всякий раз, когда Михаил взмахивал своим клинком, отрабатывая точные и сокрушительные удары возмездия, он представлял перед собой истекающее кровью лицо самого зла во плоти — лицо Люцифера. Михаилом овладели грёзы о том, как дьявол снова падёт ниже земли, в самые тёмные глубины Геенны, то бишь адского огненного логова, но теперь уже падёт не как ангел, а как дьявол. Михаила жутко раздражало нарекание Люцифера «падшим ангелом», ибо в прозвище сём было священное слово райского создания — «ангел», и нельзя было так тепло и ласково отзываться о повелителе самой тьмы. Словами ни человеческими, ни ангельскими не передать, насколько это было возмутительно… И с годами сие возмущение только росло. Росло вместе с ненавистью, жаждой мести, жаждой возмездия, войны и пролитой крови. Но архангел, одурманенный своей благой идеей, этого упрямо не замечал, как бы Господь ему ни перечил. Господь добился своими упрёками лишь того, что имя Люцифера, выраженное с открытой ненавистью, всё так же звучало в раю, но теперь уже мимо его Господних ушей.
А Михаил тем временем тренировался в сражениях с менее коварным злом и оттачивал своё мастерство. Во всём Эдеме уже не было ему равных теперь и в этом. Его священные клинки могли рассечь пространство и время, а его щит мог выдержать падение на себя солнца со скоростью света.
Тогда Михаил поверил в себя как никогда раньше. Мудрый ангел в тайне от Господа сумел не только стать самой мощной силой Эдема, но и собрать самую огромную армию ангелов, даже больше той, что участвовала в войне тьмы и света во время первого апокалипсиса. И даже тогда свет победил, заточив тьму глубоко в адское пекло. Но этого было недостаточно. Тьма научилась выбираться и влиять на жизни людей, на жизни божьих творений — не дьявольских. Михаил решил раз и навсегда положить этому конец.
Началось великое сражение за спиной Господа, но от его имени, хотя он об этом даже не подозревал до случившегося. Михаил позаботился о том, чтобы сражение прошло под небесами, под самим Эдемом, — чтобы люди, упаси их Бог, — не пострадали.
Война была ожесточённой и кровопролитной. Кругом летали молнии из-под ангельских клинков и пламя из уст сторонников тьмы. Даже часть Эдема была сожжена дотла, а часть Ада проросла цветами от ангельских слёз и крови. Эта битва длилась годами, но Господь не сумел в неё ни вмешаться, ни остановить, ибо один в поле не воин, а погибни сам Господь — что же тогда будет с Эдемом и Землёй? Ему ничего не оставалось, кроме как наблюдать за тем, как его любимые ангелы проявляют небывалую жестокость, рассекая пламя и тьму, но вместе с тем проливают кровь свою; как острые, словно бритвы, демонические клинки отсекают им крылья, и как кровь орошает их прекрасные белые лица… Как демоны взрываются вспышками света, а ангелы сгорают заживо дотла, крича от боли, как самые настоящие люди, сожжённые до самых костей, и замертво падают кто на землю, а кто в самые глубины преисподни.
Любимые ангелы Господа умирали на его глазах самыми мучительными пытками: им отсекали головы, сжигали, их глаза взрывались, хлеща кровью от страха и гнева, им отрезали крылья, заживо ломали кости и выдёргивали их из плоти, их терзали адские псы, отрывая их священную плоть по кусочку, бесы кололи их своими трезубцами, нанося на их тела кровоточащие перфорации, из которых хлестали кровь, адское пламя и вытекающие души. Земля под ними заполнилась кровью и трупами душ. Только души ангелов Господь успел подобрать и спасти, отнеся их обратно в рай. Но души злых существ, а также ауры бесов и чертей падали на землю и спасали свои жизни пожиранием душ людей, используя их тела как свою новую оболочку.
А людей Господь убить не посмел, ибо Он их творец и отец своих творений… Как же может отец сыновей и дочерей своих убивать, когда он их любит? Вот именно. И любил Господь своих творений и не посмел забрать души их раньше нужного. И с тех пор ходят по земле люди с душами ангелов и демонов. И сам Бог не всегда их друг от друга отличит.
А что насчёт дьявола? Как ни убивали его, как ни терзали в клочья его душу, как ни сжигали её — оказался дьявол совершенно бессмертен, ибо насилие породило насилие, а зло — новое зло. И восстал дьявол в своём прежнем облике, как ни в чём не бывало, из этого зла и укрылся в аду. Но теперь живёт он отнюдь не только в Геенне, но теперь ещё и в душах людей, на которые пал его дух.
А архангела Бог наказал за непослушание. И теперь он ходит по земле в невидимом облике, всегда появляясь там, где происходит зло, как задумал Господь в своём наказании, но никак архангел при всём желании не может ни на что повлиять и даже поведать ничего не может. И кричит он во всё своё горло людям, дабы очистились они от зла, но никто его больше не слышит — ни люди, ни ангелы, ни Господь. Один только дьявол слышит его вечный плач и зловеще над ним насмехается…
Макгаффин-ключ
В некотором огромном древнем городе, полном таинственности и загадочности, жила принцесса. Она была бесподобно красива и искусно привлекала внимание своей красотой. Ни один мужчина не мог пройти мимо, не обернувшись и не возжелав её. Её красотой измеряли красоты природных явлений и объектов; её рисовали на холстах тысячи художников по всему миру; тысячи поэтов восхваляли и превозносили её прекрасный образ в стихах; тысячи музыкантов сочиняли музыку к тем стихам и пели о ней песни с признаниями в любви; тысячи моряков останавливались в порту города, чтобы воочию лицезреть божественную красоту — ангела, сошедшего с неба, как о ней поговаривали в народе. Миллионы мужчин по всему миру, зная о том, насколько она прекрасна, лишь с холстов художников и из народной молвы, передававшейся из уст в уста цепочкой, несколько раз обогнувшей весь земной шар, — мечтали о ней. Мечтали хотя бы увидеть её хоть одним глазком, хоть раз в жизни, но во плоти. Однако им оставалось лишь довольствоваться холстами, что были не менее прекрасны. Многие принцы, цари и короли мечтали заполучить принцессу в жёны, ибо это предвещало статус, которого не было бы ни у кого более в этом мире, — статус мужа самого прекрасного создания на земле. Ну и, конечно же, нельзя оставить без внимания миллионы мужчин, которые сходили с ума от её красоты. Буквально.
Но скромная и воспитанная принцесса не спешила замуж. Да и не то чтобы она была рада такому вниманию со стороны мужчин. Более того, она могла часами запираться в своих покоях, занимаясь своими делами: изучением иностранных языков, культур, наук, творчеством, спортом, а также помогая отцу-королю в его важных внутренних и внешних политических вопросах. Принцесса была умнейшей девушкой, но публичные выступления не любила. Она с самого детства не особо доверяла обществу, хоть и не относилась к нему с какой-либо ненавистью. «Доверяй, но проверяй» — это современная истина, которая могла бы приблизительно охарактеризовать нашу античную принцессу. И нет, не то чтобы у принцессы, у самой дочери короля, были какие-либо проблемы с доверием. Ну, глупость же. Дело скорее в том, что принцесса тонко понимала натуру людей, разбиралась в психологии и порой даже своим взглядом, насквозь пронзающим очарованием, смотрела словно сквозь душу человека. И по зеркалу той души словно умела определить наличие своего отражения, а также понять, отражаются ли в той душе слова того или иного мужчины, которые у него на устах, или же он просто сказочный балабол.
Принцесса безмерно ценила в людях честность и искренность, а также презирала лжецов и тех, чьи поступки шли вразрез со своими словами. А потому ей было тяжело выбрать себе жениха. Хотя царь заботливо предлагал ей по десятку на день самых завидных мужчин того мира и времени, молодая принцесса их всех почему-то отвергла, причём ей для этого оказалось достаточно просто пообщаться с человеком денёк-другой и понять его сущность. И как правило, не увидев в этой сущности ничего хорошего, принцесса отчаивалась и выдавала очередной отказ.
Так продолжалось даже тогда, когда принцесса достаточно выросла и уже сама желала выйти замуж, но не могла подобрать ни одного достойного кандидата, как бы они ни толпились около неё и у врат дворца, как бы ни воспевали её в своих одах, как бы ни пытались одарить её всеми самыми дорогими богатствами на этой земле, что были, несомненно, в их распоряжении. Как бы то ни было, ни один из этих мужчин не заслужил отклика в сердце принцессы. Она не была горделива и разбалована, скорее даже наоборот. Но почему-то именно горделивые и разбалованные окружали её повсеместно. Почему так? — философская загадка, но уверяю вас, разгадка кроется не в принцессе.
Принцесса, между прочим, сама отчаялась и уже было потеряла надежду найти достойного мужчину и выйти за него замуж, пока один момент не перевернул всю её жизнь с ног снова на ноги. На пороге дворца, а после и в её покоях, с позволения короля и позволения самой принцессы появилась странной, но доброго вида старушка. Она что-то прошептала на ухо принцессе, и в этот самый момент глаза той словно загорелись идеей, которую ей любезно поведала добрая волшебница, коей собственно старушка и оказалась. Принцесса тут же вышла из своих покоев, попросила батюшку-царя созвать народное собрание и на том собрании объявила:
«Ключ от моей двери парадной повиснет на шее самой красивой кошки. Кто тем ключом мою дверь отворит, за того замуж и пойду».
А чтобы было ещё интереснее, или сложнее, или ещё по какой-либо причине, принцесса добавила, что кошка та выходит гулять только в полночь и лишь в течение часа показывается на человеческих глазах.
Её объявление с того момента подняло целый ажиотаж на ночные шествия. Кошку пытались изловить, приманивали к различным ловушкам едой из самых изысканных деликатесов, но она их все игнорировала. Мужчины словно марафонцы ночи напролёт стали гоняться за кошкой, но то и дело пугали бедное животное, а потому всё никак не могли её поймать. К тому же была кошка ловка и проворна, и возможно ловить её было… бессмысленно…
Казалось, кошку никто никогда так и не поймает. Это расстраивало царя и тысячи мужчин, но каприз принцессы — закон, ибо попусту она не капризничает. И хотя большинство тех, кто гнался за кошкой, уже утратили надежду, нашёлся один-единственный юноша, который не стал ни пугать, ни обманывать бедное животное. Он понял, что не нужно гнаться за кошкой, — кошка сама к тебе подойдёт, если найти к ней правильный подход и приручить.
Сотни ночей ещё потратил юноша на свою, как казалось всем остальным, бессмысленную идею. Но на сотую ночь кошка лежала у парня на коленях и довольно мурлыкала, пока тот её гладил. Парнишка так умилялся этому, что уже было позабыл о ключе, но кошка вспрыгнула с его колен и, постоянно оглядываясь и поджидая, стала постепенно уходить и оборачиваться, словно хотела убедиться, что парень следует за ней, — словно поняла, что его доброе сердце слишком скромно, чтобы сорвать с её шеи ключ.
Так парень проследовал за кошкой весь путь и отворил тем ключом покои принцессы, а наутро проснулся рядом с самой принцессой. Глядит парнишка по сторонам, да не верит своим глазам: кошки нет, а миловидная принцесса спит, положив голову ему на грудь и обнимая его за плечо. И хоть он умнее и лучше большинства других, он не сразу поймёт, как это произошло и кем на самом деле оказалась та самая кошка…
В поисках радуги
Жил-был один маленький мальчик. И было ему лет пятнадцать от роду. А может, и меньше — кто его помнит? Давно это было. Был он и умен, и хорош собой, хоть и юн весьма, но вот только друзей у него не было. С детства он был намного умнее своих товарищей-сверстников, и те его не совсем понимали. Ну а для компаний постарше он был ещё слишком мал. Не то чтобы те его отвергали, — да просто не по-христиански как-то детям со взрослыми развлечения искать. Да ладно, автор — шутник просто маленько. Не обращайте внимания. Просто у взрослых детей и маленьких развлечения разные, и понятное дело нашего воспитанного мальчика не сильно привлекали дискотеки и прочая ерунда, по которой дети помладше обычно судят, да делают выводы, мол, те дети постарше — взрослые. Хотя это совершенно не имеет связи с реальностью, да не в этом суть.
В том и дело, что бедняга мальчик большую часть своего свободного времени был предоставлен самому себе: ни с кем не гулял, не играл, не дружил — в детском понимании этого слова. Благо, с головой дружил. Ну а всё остальное, как говорится, само придёт. Правда? Говорится, действительно… Да вот только не приходило… Большую часть времени мальчик уделял чтению книг и прочим своим полезным хобби, а дружеское общение с кем-то, к сожалению родителей, да и впоследствии — самого мальчика, как-то не задалось. Как-то не получалось. Как бы искренне ни старался мальчик друзей завести, — всё та же песня играла: взрослые компании для него слишком раннее решение, ну а сверстники от слова совсем — ну, ничуть ему не интересны. Со своими дурацкими играми, со всеми этими «майнкрафтами» да «бравл старсами», мальчик слишком уважал своё сознание, чтобы вносить в него подобный мусор. Ну а на хорошую игровую консоль мальчик заработать пока что не мог, на компьютер уж тем более, а у родителей просить — да им самим и так тяжко. С утра до вечера работают, бедные, чтобы семью кормить. Какие, к чёрту, консоли и компьютеры?
А потому мальчик постоянно захаживал в библиотеку, выбирал себе пару книжек и неделями напролёт не выходил из дому. И было ему хорошо, да комфортно. Но только вот, разве что — одиноко… Очень одиноким чувствовал себя мальчик. Порой его одиночество вводило его в настоящую депрессию, но он всегда с ней справлялся сам. Ну не мужчина ли?.. Вот и я о том же глаголю.
Книги заменили общество. Получение новых знаний заменило радость от общения. Кстати говоря, мальчик действительно находил в чтении умиротворение, как любой человек, познавший всю прелесть чтения. Говорят, что оно снимает стресс на семьдесят процентов, что вполне заменяет и сигареты, и алкоголь. Мальчик знал об этом. Он понимал, что глупо растворять в алкоголе свои проблемы. В алкоголе растворяется только печень. Особенно когда речь идёт о детской печени. Это одна из причин, почему при всём своём одиночестве мальчик ни в какую не хотел связываться со своими сверстниками.
Родители мальчика любили и практически ни в чём не обделяли. Кроме внимания. И отец, и мать целыми днями, с раннего утра до позднего вечера проводили на нелюбимой работе, приходя с вечной усталостью, что читалась на их хмурых лицах.
Но ненависть Михаила росла вместе с ним и не давала ему покоя. В юном возрасте он уже собирал свои первые священные воинские отряды и тренировал их якобы для того, чтобы в случае войны те могли отстоять и Землю, и Эдем. Но всякий раз, когда Михаил взмахивал своим клинком, отрабатывая точные и сокрушительные удары возмездия, он представлял перед собой истекающее кровью лицо самого зла во плоти — лицо Люцифера. Михаилом овладели грёзы о том, как дьявол снова падёт ниже земли, в самые тёмные глубины Геенны, то бишь адского огненного логова, но теперь уже падёт не как ангел, а как дьявол. Михаила жутко раздражало нарекание Люцифера «падшим ангелом», ибо в прозвище сём было священное слово райского создания — «ангел», и нельзя было так тепло и ласково отзываться о повелителе самой тьмы. Словами ни человеческими, ни ангельскими не передать, насколько это было возмутительно… И с годами сие возмущение только росло. Росло вместе с ненавистью, жаждой мести, жаждой возмездия, войны и пролитой крови. Но архангел, одурманенный своей благой идеей, этого упрямо не замечал, как бы Господь ему ни перечил. Господь добился своими упрёками лишь того, что имя Люцифера, выраженное с открытой ненавистью, всё так же звучало в раю, но теперь уже мимо его Господних ушей.
А Михаил тем временем тренировался в сражениях с менее коварным злом и оттачивал своё мастерство. Во всём Эдеме уже не было ему равных теперь и в этом. Его священные клинки могли рассечь пространство и время, а его щит мог выдержать падение на себя солнца со скоростью света.
Тогда Михаил поверил в себя как никогда раньше. Мудрый ангел в тайне от Господа сумел не только стать самой мощной силой Эдема, но и собрать самую огромную армию ангелов, даже больше той, что участвовала в войне тьмы и света во время первого апокалипсиса. И даже тогда свет победил, заточив тьму глубоко в адское пекло. Но этого было недостаточно. Тьма научилась выбираться и влиять на жизни людей, на жизни божьих творений — не дьявольских. Михаил решил раз и навсегда положить этому конец.
Началось великое сражение за спиной Господа, но от его имени, хотя он об этом даже не подозревал до случившегося. Михаил позаботился о том, чтобы сражение прошло под небесами, под самим Эдемом, — чтобы люди, упаси их Бог, — не пострадали.
Война была ожесточённой и кровопролитной. Кругом летали молнии из-под ангельских клинков и пламя из уст сторонников тьмы. Даже часть Эдема была сожжена дотла, а часть Ада проросла цветами от ангельских слёз и крови. Эта битва длилась годами, но Господь не сумел в неё ни вмешаться, ни остановить, ибо один в поле не воин, а погибни сам Господь — что же тогда будет с Эдемом и Землёй? Ему ничего не оставалось, кроме как наблюдать за тем, как его любимые ангелы проявляют небывалую жестокость, рассекая пламя и тьму, но вместе с тем проливают кровь свою; как острые, словно бритвы, демонические клинки отсекают им крылья, и как кровь орошает их прекрасные белые лица… Как демоны взрываются вспышками света, а ангелы сгорают заживо дотла, крича от боли, как самые настоящие люди, сожжённые до самых костей, и замертво падают кто на землю, а кто в самые глубины преисподни.
Любимые ангелы Господа умирали на его глазах самыми мучительными пытками: им отсекали головы, сжигали, их глаза взрывались, хлеща кровью от страха и гнева, им отрезали крылья, заживо ломали кости и выдёргивали их из плоти, их терзали адские псы, отрывая их священную плоть по кусочку, бесы кололи их своими трезубцами, нанося на их тела кровоточащие перфорации, из которых хлестали кровь, адское пламя и вытекающие души. Земля под ними заполнилась кровью и трупами душ. Только души ангелов Господь успел подобрать и спасти, отнеся их обратно в рай. Но души злых существ, а также ауры бесов и чертей падали на землю и спасали свои жизни пожиранием душ людей, используя их тела как свою новую оболочку.
А людей Господь убить не посмел, ибо Он их творец и отец своих творений… Как же может отец сыновей и дочерей своих убивать, когда он их любит? Вот именно. И любил Господь своих творений и не посмел забрать души их раньше нужного. И с тех пор ходят по земле люди с душами ангелов и демонов. И сам Бог не всегда их друг от друга отличит.
А что насчёт дьявола? Как ни убивали его, как ни терзали в клочья его душу, как ни сжигали её — оказался дьявол совершенно бессмертен, ибо насилие породило насилие, а зло — новое зло. И восстал дьявол в своём прежнем облике, как ни в чём не бывало, из этого зла и укрылся в аду. Но теперь живёт он отнюдь не только в Геенне, но теперь ещё и в душах людей, на которые пал его дух.
А архангела Бог наказал за непослушание. И теперь он ходит по земле в невидимом облике, всегда появляясь там, где происходит зло, как задумал Господь в своём наказании, но никак архангел при всём желании не может ни на что повлиять и даже поведать ничего не может. И кричит он во всё своё горло людям, дабы очистились они от зла, но никто его больше не слышит — ни люди, ни ангелы, ни Господь. Один только дьявол слышит его вечный плач и зловеще над ним насмехается…
Макгаффин-ключ
В некотором огромном древнем городе, полном таинственности и загадочности, жила принцесса. Она была бесподобно красива и искусно привлекала внимание своей красотой. Ни один мужчина не мог пройти мимо, не обернувшись и не возжелав её. Её красотой измеряли красоты природных явлений и объектов; её рисовали на холстах тысячи художников по всему миру; тысячи поэтов восхваляли и превозносили её прекрасный образ в стихах; тысячи музыкантов сочиняли музыку к тем стихам и пели о ней песни с признаниями в любви; тысячи моряков останавливались в порту города, чтобы воочию лицезреть божественную красоту — ангела, сошедшего с неба, как о ней поговаривали в народе. Миллионы мужчин по всему миру, зная о том, насколько она прекрасна, лишь с холстов художников и из народной молвы, передававшейся из уст в уста цепочкой, несколько раз обогнувшей весь земной шар, — мечтали о ней. Мечтали хотя бы увидеть её хоть одним глазком, хоть раз в жизни, но во плоти. Однако им оставалось лишь довольствоваться холстами, что были не менее прекрасны. Многие принцы, цари и короли мечтали заполучить принцессу в жёны, ибо это предвещало статус, которого не было бы ни у кого более в этом мире, — статус мужа самого прекрасного создания на земле. Ну и, конечно же, нельзя оставить без внимания миллионы мужчин, которые сходили с ума от её красоты. Буквально.
Но скромная и воспитанная принцесса не спешила замуж. Да и не то чтобы она была рада такому вниманию со стороны мужчин. Более того, она могла часами запираться в своих покоях, занимаясь своими делами: изучением иностранных языков, культур, наук, творчеством, спортом, а также помогая отцу-королю в его важных внутренних и внешних политических вопросах. Принцесса была умнейшей девушкой, но публичные выступления не любила. Она с самого детства не особо доверяла обществу, хоть и не относилась к нему с какой-либо ненавистью. «Доверяй, но проверяй» — это современная истина, которая могла бы приблизительно охарактеризовать нашу античную принцессу. И нет, не то чтобы у принцессы, у самой дочери короля, были какие-либо проблемы с доверием. Ну, глупость же. Дело скорее в том, что принцесса тонко понимала натуру людей, разбиралась в психологии и порой даже своим взглядом, насквозь пронзающим очарованием, смотрела словно сквозь душу человека. И по зеркалу той души словно умела определить наличие своего отражения, а также понять, отражаются ли в той душе слова того или иного мужчины, которые у него на устах, или же он просто сказочный балабол.
Принцесса безмерно ценила в людях честность и искренность, а также презирала лжецов и тех, чьи поступки шли вразрез со своими словами. А потому ей было тяжело выбрать себе жениха. Хотя царь заботливо предлагал ей по десятку на день самых завидных мужчин того мира и времени, молодая принцесса их всех почему-то отвергла, причём ей для этого оказалось достаточно просто пообщаться с человеком денёк-другой и понять его сущность. И как правило, не увидев в этой сущности ничего хорошего, принцесса отчаивалась и выдавала очередной отказ.
Так продолжалось даже тогда, когда принцесса достаточно выросла и уже сама желала выйти замуж, но не могла подобрать ни одного достойного кандидата, как бы они ни толпились около неё и у врат дворца, как бы ни воспевали её в своих одах, как бы ни пытались одарить её всеми самыми дорогими богатствами на этой земле, что были, несомненно, в их распоряжении. Как бы то ни было, ни один из этих мужчин не заслужил отклика в сердце принцессы. Она не была горделива и разбалована, скорее даже наоборот. Но почему-то именно горделивые и разбалованные окружали её повсеместно. Почему так? — философская загадка, но уверяю вас, разгадка кроется не в принцессе.
Принцесса, между прочим, сама отчаялась и уже было потеряла надежду найти достойного мужчину и выйти за него замуж, пока один момент не перевернул всю её жизнь с ног снова на ноги. На пороге дворца, а после и в её покоях, с позволения короля и позволения самой принцессы появилась странной, но доброго вида старушка. Она что-то прошептала на ухо принцессе, и в этот самый момент глаза той словно загорелись идеей, которую ей любезно поведала добрая волшебница, коей собственно старушка и оказалась. Принцесса тут же вышла из своих покоев, попросила батюшку-царя созвать народное собрание и на том собрании объявила:
«Ключ от моей двери парадной повиснет на шее самой красивой кошки. Кто тем ключом мою дверь отворит, за того замуж и пойду».
А чтобы было ещё интереснее, или сложнее, или ещё по какой-либо причине, принцесса добавила, что кошка та выходит гулять только в полночь и лишь в течение часа показывается на человеческих глазах.
Её объявление с того момента подняло целый ажиотаж на ночные шествия. Кошку пытались изловить, приманивали к различным ловушкам едой из самых изысканных деликатесов, но она их все игнорировала. Мужчины словно марафонцы ночи напролёт стали гоняться за кошкой, но то и дело пугали бедное животное, а потому всё никак не могли её поймать. К тому же была кошка ловка и проворна, и возможно ловить её было… бессмысленно…
Казалось, кошку никто никогда так и не поймает. Это расстраивало царя и тысячи мужчин, но каприз принцессы — закон, ибо попусту она не капризничает. И хотя большинство тех, кто гнался за кошкой, уже утратили надежду, нашёлся один-единственный юноша, который не стал ни пугать, ни обманывать бедное животное. Он понял, что не нужно гнаться за кошкой, — кошка сама к тебе подойдёт, если найти к ней правильный подход и приручить.
Сотни ночей ещё потратил юноша на свою, как казалось всем остальным, бессмысленную идею. Но на сотую ночь кошка лежала у парня на коленях и довольно мурлыкала, пока тот её гладил. Парнишка так умилялся этому, что уже было позабыл о ключе, но кошка вспрыгнула с его колен и, постоянно оглядываясь и поджидая, стала постепенно уходить и оборачиваться, словно хотела убедиться, что парень следует за ней, — словно поняла, что его доброе сердце слишком скромно, чтобы сорвать с её шеи ключ.
Так парень проследовал за кошкой весь путь и отворил тем ключом покои принцессы, а наутро проснулся рядом с самой принцессой. Глядит парнишка по сторонам, да не верит своим глазам: кошки нет, а миловидная принцесса спит, положив голову ему на грудь и обнимая его за плечо. И хоть он умнее и лучше большинства других, он не сразу поймёт, как это произошло и кем на самом деле оказалась та самая кошка…
В поисках радуги
Жил-был один маленький мальчик. И было ему лет пятнадцать от роду. А может, и меньше — кто его помнит? Давно это было. Был он и умен, и хорош собой, хоть и юн весьма, но вот только друзей у него не было. С детства он был намного умнее своих товарищей-сверстников, и те его не совсем понимали. Ну а для компаний постарше он был ещё слишком мал. Не то чтобы те его отвергали, — да просто не по-христиански как-то детям со взрослыми развлечения искать. Да ладно, автор — шутник просто маленько. Не обращайте внимания. Просто у взрослых детей и маленьких развлечения разные, и понятное дело нашего воспитанного мальчика не сильно привлекали дискотеки и прочая ерунда, по которой дети помладше обычно судят, да делают выводы, мол, те дети постарше — взрослые. Хотя это совершенно не имеет связи с реальностью, да не в этом суть.
В том и дело, что бедняга мальчик большую часть своего свободного времени был предоставлен самому себе: ни с кем не гулял, не играл, не дружил — в детском понимании этого слова. Благо, с головой дружил. Ну а всё остальное, как говорится, само придёт. Правда? Говорится, действительно… Да вот только не приходило… Большую часть времени мальчик уделял чтению книг и прочим своим полезным хобби, а дружеское общение с кем-то, к сожалению родителей, да и впоследствии — самого мальчика, как-то не задалось. Как-то не получалось. Как бы искренне ни старался мальчик друзей завести, — всё та же песня играла: взрослые компании для него слишком раннее решение, ну а сверстники от слова совсем — ну, ничуть ему не интересны. Со своими дурацкими играми, со всеми этими «майнкрафтами» да «бравл старсами», мальчик слишком уважал своё сознание, чтобы вносить в него подобный мусор. Ну а на хорошую игровую консоль мальчик заработать пока что не мог, на компьютер уж тем более, а у родителей просить — да им самим и так тяжко. С утра до вечера работают, бедные, чтобы семью кормить. Какие, к чёрту, консоли и компьютеры?
А потому мальчик постоянно захаживал в библиотеку, выбирал себе пару книжек и неделями напролёт не выходил из дому. И было ему хорошо, да комфортно. Но только вот, разве что — одиноко… Очень одиноким чувствовал себя мальчик. Порой его одиночество вводило его в настоящую депрессию, но он всегда с ней справлялся сам. Ну не мужчина ли?.. Вот и я о том же глаголю.
Книги заменили общество. Получение новых знаний заменило радость от общения. Кстати говоря, мальчик действительно находил в чтении умиротворение, как любой человек, познавший всю прелесть чтения. Говорят, что оно снимает стресс на семьдесят процентов, что вполне заменяет и сигареты, и алкоголь. Мальчик знал об этом. Он понимал, что глупо растворять в алкоголе свои проблемы. В алкоголе растворяется только печень. Особенно когда речь идёт о детской печени. Это одна из причин, почему при всём своём одиночестве мальчик ни в какую не хотел связываться со своими сверстниками.
Родители мальчика любили и практически ни в чём не обделяли. Кроме внимания. И отец, и мать целыми днями, с раннего утра до позднего вечера проводили на нелюбимой работе, приходя с вечной усталостью, что читалась на их хмурых лицах.
