Люди никогда не переставали им удивляться и завидовать. А когда птицы собирались в стаи и кружили над их головами, все смотрели на небо и замирали в изумлении. Это было действительно сказочно красиво.
Ходила в той стране легенда, что якобы у птиц была некая птичья великая тайна — непостижимая людьми из тех краёв. И все пытались эту тайну разгадать, но спросить у птиц не могли, потому что большинству птиц, как известно, чужд и непонятен человеческий язык. Собственно, как человеку — птичий. Поэтому легенда о птичьей тайне так и оставалась загадкой и всегда лишь порождала новые тайны и загадки. Особенно легенда была популярна среди детей. Многие дети мечтали о том, чтобы птицы с ними заговорили и поведали свою великую тайну. Они загадывали это желание на падающие звёзды и даже на дни рождения, задувая свечи. Глупые были люди в той стране. Разве могут исполнить человеческие желания праздничный торт и умирающие метеоры и кометы? Впрочем, они даже не знали о том, что настоящие звёзды на самом деле никогда не падают. А то, на что они каждый раз загадывали желание, то были вовсе не звёзды. Впрочем, какая разница, на что загадывать желания, большинству которых всё равно не суждено было сбыться в бедной стране, населённой глупыми людьми. Этим людям были чужды грёзы о великом. Как говорится: «Где родишься, там и пригодишься». А яблоки от яблони-то не всегда далеко падают, вот и плодили люди нищету да глупость в той стране из года в год, да из поколения в поколение.
Увидел Господь Бог, что в стране этой жизнь не ладится, да не мог ничего изменить. Но попробовать стоило. Толи из милости божьей, толи чтобы просто посмеяться над человеческой беспомощностью, сумел он отдать вселенной такое распоряжение, что следующий метеор, что упадёт и будет замечен человеком, исполнит одно его желание. Но исполнится оно лишь только в том случае, когда человек будет чего-то желать не себе самому, а кому-то другому. Так неделю Бог смеялся над эгоистичной человеческой натурой.
Что эти люди себе только не нажелали! И миллионерами стать хотели, и океан золотых монет, принадлежащий только им, и крылья ангельские себе загадывали. Некоторые особенно ярко фантазировали — нисколько не скромничали и не стеснялись. Представьте себе, загадывали даже место господнее занять. А кто-то вовсе нарушал своими желаниями библейские заповеди. Смеялся Бог над этими людьми долго-долго, от всей души. Но вот однажды божья комедия закончилась. Желание досталось маленькой девочке. Она не просила ничего того, чем бы могла уподобиться Богу по состоянию величия. Она лишь попросила понимать пение птиц и разговаривать с ними так же просто, как мы, люди, разговариваем между собой. Такому повороту событий сам Бог очень сильно удивился. Сдержал он слово, данное самому себе, и наградил чудную школьницу возможностью общаться с птицами.
В этот момент у девочки начался сильный зуд на одной из ладоней. Она взглянула на свою ладонь и начала было чесаться, вдруг сильно удивилась и даже испугалась. Каким-то магическим образом на ладони девочки образовался текст, а после снова пропал. Но девочка, конечно, всё успела прочитать. Там светящимся шрифтом цвета солнечных лучей были написаны такие строки: «Взмахнёшь волшебною рукой — мир птиц общается с тобой, коль их устанешь понимать — взмахни рукой своей опять». Так Бог предусмотрел и позаботился о том, чтобы девочка просто-напросто не сошла с ума, общаясь сразу с тысячами птиц.
Девочка сперва не поверила своим глазам. Сам Бог подарил ей мечту, которую она загадала на падающую звезду. А ведь она раньше никогда не загадывала желаний — это было её первое желание. Повезло. Но что же с плодами этого везения делать теперь? Девочка задумалась и ушла погулять в сад, где было мало людей и много птиц. Девочка осматривалась в поисках птицы, которая была не сильно занята птичьими делами и могла бы с ней поговорить. Наконец-то девочка заметила, как одна птичка сама смотрит прямо на неё. Но вот незадача. Бог и тут жестоко насмехался. Как только девочка взмахнула рукой, птичка испугалась и улетела. И стала девочка снова думать о том, как бы всё-таки с птицами поговорить, если все они улетают, как только она взмахивает своей рукой.
Вдохновение нашло на девочку там, где она меньше всего этого ожидала. Она заметила, как бабушка жменями кидает курам зерно, набрала горсть зерна и побежала в сад. На этот раз, когда девочка взмахнула своей рукой перед птицами, одна птица не улетела, а стала зерно с аппетитом поклёвывать. Так и заговорила девочка с птицей, впервые наконец исполнив свою заветную мечту. Наконец, когда все глупые вопросы, которые только можно было задать птице, были уже заданы, девочка вспомнила о легенде про птичью тайну.
— Птица, милая, ходят слухи у нас среди людей, что у вас, у птиц, якобы есть некая тайна…
— Тайна и вправду есть, — заметила птица. — Но только у перелётных. Тебе повезло, — добавила птица, — я могу тебе эту тайну поведать. Девочка замерла в ожидании.
— О чём ваша тайна? — тихо спросила девочка, прислонившись поближе к птице.
— Ну, беги за мной, как доберёмся — я тебе расскажу. Бежала девочка за птицей изо всех ног, но не отстала. Добрались они до высокого холма, откуда на местность открывался красивый вид. Высоким был тот холм — девочка еле туда забралась, но была готова всё вытерпеть, лишь бы разгадать наконец-то великую птичью тайну.
— Видишь те горизонты? — спросила птица.
— Вижу, вижу! — радостно прокричала девочка.
— Тайна в том, что дай тебе хоть четыре крыла, куда бы ты себя ни отправила, за каждым горизонтом всегда будет ожидать ещё один горизонт, и только жизнь решает, какой горизонт для тебя будет последним.
После этого птица взмахнула крыльями и улетела. Бог был хитер. И когда исполнилось желание девочки, как только удалось ей пообщаться с птицей, дар этот пропал, как и надпись на ладони. И больше разговаривать с птицами девочка не могла. Каждый вечер она наблюдала за закатом, смотрела на небо, как все, и изредка всматривалась в линию горизонта. И думала о смысле того — о чём же всё-таки говорила тайна перелётных птиц?..
Тайна перелётных птиц 2
Наступила весна. Прошёл холодный зимний период. Девочка, некогда говорящая с птицами, подросла, однако мало в её жизни поменялось. Она жила всё в том же доме, под крышей которого гнездились всё те же птицы. А её саму в жизни окружали всё те же люди, что с блеском в глазах всё пытались заглянуть хоть за один горизонт, но не видели ничего дальше своего носа.
Оттаявшие снега превращались в ручьи, ручьи растекались в лужи. Наступала пора недоверия к прогнозам погоды, которую должно было прервать возвращение птиц из тёплых краёв. Добрая, милая девочка с помощью друзей соорудила некое подобие кормушки и установила около гнезда под навесом родительского дома, чтобы птицам по прилёту было комфортнее. Она считала, что это и их родной дом тоже. Так же считали и сами птицы. Мало кто, кроме них, узнавал родной дом по поверхности крыши, глядя на него с высоты птичьего полёта. И мало кто был так верен своему дому и родному краю.
Ходила народная молва, мол, перелётные птицы — это самые искренние патриоты. Их не волнует ни политика, ни экономика; для них не бывает ни границ, ни горизонтов. Люди всегда завидовали свободе перелётных птиц. Но перелётные птицы, всё так же как и всегда, достигая новые горизонты, видели перед собой лишь очередной горизонт, и за всю свою короткую птичью жизнь их торопили лишь погодные условия. Всю зиму им приходилось бороздить просторы чужбины, чтобы прокормиться, и мысль о возвращении домой грела сильней, чем те края, что были ближе к солнцу в периоды непогоды. Нечто манило их прилетать обратно, и они прилетали. Из года в год, всю свою птичью жизнь.
А та самая девочка, познавшая птичью тайну, с нетерпением ждала их возвращения, хоть дар её уж год как покинул. Её разум раздирала очередная тайна, о которой в народе слагали новые легенды. Как было сказано, люди в тех краях были бедны, а горизонты так и манили их своей недосягаемостью. И если с этим смириться было можно, и люди мирились, то нечто иное не оставляло их мысли в покое. И та девочка, ограниченная одним горизонтом, мало чем от своих соседей отличалась, хоть в силу возраста не до конца ещё успела это осознать.
Странными были люди в этих краях. Бедны они были не только материально, но и всем сердцем и разумом. И только птицы могли принести маленькой девочке мудрость, что от тех краёв всю жизнь скрывалась за горизонтами, куда улетали птицы каждый год с наступлением холодов. И могла бы она поделиться, да только какому ещё человеку пригодилась бы птичья мудрость?.. Людям не нужна птичья мудрость. Людям дай только птичьи крылья. Стали люди изобретать всякие разные крылья, но обходились они настолько дорого, что полёты до сих пор оставались мечтой для абсолютного большинства. И так за что бы ни брались люди из того бедного поселения, ничего у них не получалось как у людей. Вот бы хоть как у птиц, да гордость человеческая там была бескрайнее птичьих полётов, в тех людских краях, где было всё по-людски. И только девочка, что некогда общалась с птицами, познала такие тайны в своём окружении.
И поведала девочка людям птичью тайну, но не все её поняли. Люди всегда были больше заняты разговорами, чем их сутью. И в разговорах о птичьих тайнах терялась суть. Вот и теперь они, как и прежде, стали наблюдать за птицами, что поднимались выше них и видели мир дальше собственного порога, и как прежде слагали легенды и сплетни о перелётных птицах, что кружили над их головами, что из года в год пересекали тысячи горизонтов и сквозь тысячу горизонтов умели вернуться обратно. И много чему было поучиться тому народу у птиц, что кружили над ними, да времени на это у них всё не находилось. Почти всё время они трудились в поте лица под небосклоном, рассекаемым птичьими крыльями, а всё свободное время слагали легенды, обычно сбиваясь в небольшие группы, которые они гордо нарекали кругом близких людей. Пусть и часто менялись те близкие, всякий раз, как стоило поменяться кругу. Но какая же была разница, если с каждым едва знакомым человеком люди обсуждали всё одно и то же — тайны, которые их волновали. А волновали их — тайны птиц.
И стали люди все как один ту девочку своими волнениями тревожить.
— Не могу я ничем больше помочь ни вам, ни себе, — с грустью отвечала девочка. — Забрали птицы мой дар понимания их языка вместе с собой в далёкие края и не вернули обратно…
И стали люди думать, как же птицам вопрос задать, да разузнать их очередную тайну, и пришли к выводу, что для этого необходимо найти грань, на которой пересекались птичье и человеческое понимание. Долго думали люди. Кто-то рассуждал об этом, беседуя в своём кругу, кто-то наедине с собой, а подавляющее большинство то и дело просто слагали по новому поводу новые легенды.
Но однажды девочка, в тоске по тем самым птицам, что некогда заговорили с ней по-человечески, вышла к месту, где они гнездились, и обнаружила два гнезда по соседству. И увидела она, что в одном гнезде было свежее птичье перо от тех птиц, с которыми ей доводилось общаться, а в другом и пуха того же не было, и пера подавно. И стало ясно, что те птицы в соседнем гнезде давно уж не проживали. Осмотрела девочка то гнездо и заметила, что в нём теперь перья другого окраса. А под ними — птичьи яйца. Но самой птицы не было.
Собрала она несколько перьев, отнесла на народный совет, а остальными перьями накрыла птичье потомство. Совет долго спорил, но перьев не распознал. Пришла девочка на следующий день к тому гнезду, а там всё так же никого не было. Лишь только птичьи яйца. Так продолжалось несколько дней, а птицы в то гнездо всё не возвращались. Решила девочка собрать птичьи яйца, выпросила у матери маленький инкубатор. С горем пополам удалось уговорить бедную мать на покупку. Положила девочка те яйца в инкубатор, и вылупились из них птенцы. Но они не были похожи на птенцов тех птиц, которые гнездились под её крышей.
Показала девочка птенцов народному совету, и одна мудрая бабушка вдруг распознала, кого же девочка вырастила. Стало быть, опекала она семейство кукушек. А когда птенцы подросли — выпустила их на волю. Долго ждала девочка, что хоть кукушки вернутся к ней обратно, но не возвращались ни те перелётные птицы, что раньше проживали в том же гнезде, ни кукушки.
Проведя логическую цепочку, сопоставив все события, так и познала девочка очередную птичью тайну собственной человеческой головой, хоть и не совсем без помощи птиц.
И тайна была таковой: если за каждым очередным горизонтом будет ещё один горизонт, стало быть, это потому, что земля круглая и нигде не найдёшь ей края, но своё место под солнцем на земном шаре можно как найти, так и потерять. Когда в дома перелётных птиц заселились кукушки, перелётные птицы, по всей видимости, улетели в другое место.
И поведала девочка людям новую тайну перелётных птиц, и тайна была о том, что те птицы называют собственным домом. Стало быть, хорошо может быть везде, когда ты вольная птица, а не та птица, которую обременяет собственное гнездо.
Долина беспечности
Однажды в далёкой богатой стране люди стали настолько богаты, что работа для них становилась всё более бессмысленной. Деньги сыпались людям в карманы словно с небес благодаря тому, что та страна производила столько разных товаров, коих хватало на то, чтобы одеть, обуть и прокормить полмира. И большая часть населения, кроме обслуживающего персонала, никогда не ходила на работу. Остались на своих рабочих местах лишь кассиры, таксисты, продавцы в магазинах, официанты и прочие рабочие из сферы услуг. А всё потому, что любую человеческую работу теперь делали роботы, а деньги, заработанные каждым роботом, платили тому человеку, которому он принадлежал.
Так и жили люди в тех краях — счастливо и богато. И прозвали эти края «Долиной Беспечности», потому как местные жители поистине были беспечны. Они всё своё время, которое теперь целиком и полностью было «свободным», посвящали различного рода развлечениям и радостям жизни. Долго стремились люди к этой утопии, и вот наконец, спустя столько лет, содружество богатейших энтузиастов воплотило общемировую мечту в реальность. Пусть и для начала хотя бы для одного региона. Однако жильё в этом регионе стоило стольких денег, сколько простому человеку и за век жизни не заработать, а потому там жили лишь только богатейшие люди, которые сами же и занимались спонсированием строительства и развития будущего города.
Простые люди недолюбливали эти причудливые края, ограниченные златыми вратами со всех сторон, за которые ни глазком не взглянуть простому смертному работяге. Налогов в этом городе тоже не было, что вызывало среди простолюдинов ещё большую волну тотального негодования и возмущения.
Большая часть жизни горожан представляла собой бесконечные гулянки и пиршества, устраиваемые городским советом на деньги, которые им даже не приходилось зарабатывать. А зачем человеку работать при постоянном наличии под боком железного раба — в самом прямом значении фразы «железный раб»? Каждый день здесь считался выходным днём, и люди даже не знали счёта дням недели — тенденция следить за ними как-то отпала сама собой за ненадобностью.
Ходила в той стране легенда, что якобы у птиц была некая птичья великая тайна — непостижимая людьми из тех краёв. И все пытались эту тайну разгадать, но спросить у птиц не могли, потому что большинству птиц, как известно, чужд и непонятен человеческий язык. Собственно, как человеку — птичий. Поэтому легенда о птичьей тайне так и оставалась загадкой и всегда лишь порождала новые тайны и загадки. Особенно легенда была популярна среди детей. Многие дети мечтали о том, чтобы птицы с ними заговорили и поведали свою великую тайну. Они загадывали это желание на падающие звёзды и даже на дни рождения, задувая свечи. Глупые были люди в той стране. Разве могут исполнить человеческие желания праздничный торт и умирающие метеоры и кометы? Впрочем, они даже не знали о том, что настоящие звёзды на самом деле никогда не падают. А то, на что они каждый раз загадывали желание, то были вовсе не звёзды. Впрочем, какая разница, на что загадывать желания, большинству которых всё равно не суждено было сбыться в бедной стране, населённой глупыми людьми. Этим людям были чужды грёзы о великом. Как говорится: «Где родишься, там и пригодишься». А яблоки от яблони-то не всегда далеко падают, вот и плодили люди нищету да глупость в той стране из года в год, да из поколения в поколение.
Увидел Господь Бог, что в стране этой жизнь не ладится, да не мог ничего изменить. Но попробовать стоило. Толи из милости божьей, толи чтобы просто посмеяться над человеческой беспомощностью, сумел он отдать вселенной такое распоряжение, что следующий метеор, что упадёт и будет замечен человеком, исполнит одно его желание. Но исполнится оно лишь только в том случае, когда человек будет чего-то желать не себе самому, а кому-то другому. Так неделю Бог смеялся над эгоистичной человеческой натурой.
Что эти люди себе только не нажелали! И миллионерами стать хотели, и океан золотых монет, принадлежащий только им, и крылья ангельские себе загадывали. Некоторые особенно ярко фантазировали — нисколько не скромничали и не стеснялись. Представьте себе, загадывали даже место господнее занять. А кто-то вовсе нарушал своими желаниями библейские заповеди. Смеялся Бог над этими людьми долго-долго, от всей души. Но вот однажды божья комедия закончилась. Желание досталось маленькой девочке. Она не просила ничего того, чем бы могла уподобиться Богу по состоянию величия. Она лишь попросила понимать пение птиц и разговаривать с ними так же просто, как мы, люди, разговариваем между собой. Такому повороту событий сам Бог очень сильно удивился. Сдержал он слово, данное самому себе, и наградил чудную школьницу возможностью общаться с птицами.
В этот момент у девочки начался сильный зуд на одной из ладоней. Она взглянула на свою ладонь и начала было чесаться, вдруг сильно удивилась и даже испугалась. Каким-то магическим образом на ладони девочки образовался текст, а после снова пропал. Но девочка, конечно, всё успела прочитать. Там светящимся шрифтом цвета солнечных лучей были написаны такие строки: «Взмахнёшь волшебною рукой — мир птиц общается с тобой, коль их устанешь понимать — взмахни рукой своей опять». Так Бог предусмотрел и позаботился о том, чтобы девочка просто-напросто не сошла с ума, общаясь сразу с тысячами птиц.
Девочка сперва не поверила своим глазам. Сам Бог подарил ей мечту, которую она загадала на падающую звезду. А ведь она раньше никогда не загадывала желаний — это было её первое желание. Повезло. Но что же с плодами этого везения делать теперь? Девочка задумалась и ушла погулять в сад, где было мало людей и много птиц. Девочка осматривалась в поисках птицы, которая была не сильно занята птичьими делами и могла бы с ней поговорить. Наконец-то девочка заметила, как одна птичка сама смотрит прямо на неё. Но вот незадача. Бог и тут жестоко насмехался. Как только девочка взмахнула рукой, птичка испугалась и улетела. И стала девочка снова думать о том, как бы всё-таки с птицами поговорить, если все они улетают, как только она взмахивает своей рукой.
Вдохновение нашло на девочку там, где она меньше всего этого ожидала. Она заметила, как бабушка жменями кидает курам зерно, набрала горсть зерна и побежала в сад. На этот раз, когда девочка взмахнула своей рукой перед птицами, одна птица не улетела, а стала зерно с аппетитом поклёвывать. Так и заговорила девочка с птицей, впервые наконец исполнив свою заветную мечту. Наконец, когда все глупые вопросы, которые только можно было задать птице, были уже заданы, девочка вспомнила о легенде про птичью тайну.
— Птица, милая, ходят слухи у нас среди людей, что у вас, у птиц, якобы есть некая тайна…
— Тайна и вправду есть, — заметила птица. — Но только у перелётных. Тебе повезло, — добавила птица, — я могу тебе эту тайну поведать. Девочка замерла в ожидании.
— О чём ваша тайна? — тихо спросила девочка, прислонившись поближе к птице.
— Ну, беги за мной, как доберёмся — я тебе расскажу. Бежала девочка за птицей изо всех ног, но не отстала. Добрались они до высокого холма, откуда на местность открывался красивый вид. Высоким был тот холм — девочка еле туда забралась, но была готова всё вытерпеть, лишь бы разгадать наконец-то великую птичью тайну.
— Видишь те горизонты? — спросила птица.
— Вижу, вижу! — радостно прокричала девочка.
— Тайна в том, что дай тебе хоть четыре крыла, куда бы ты себя ни отправила, за каждым горизонтом всегда будет ожидать ещё один горизонт, и только жизнь решает, какой горизонт для тебя будет последним.
После этого птица взмахнула крыльями и улетела. Бог был хитер. И когда исполнилось желание девочки, как только удалось ей пообщаться с птицей, дар этот пропал, как и надпись на ладони. И больше разговаривать с птицами девочка не могла. Каждый вечер она наблюдала за закатом, смотрела на небо, как все, и изредка всматривалась в линию горизонта. И думала о смысле того — о чём же всё-таки говорила тайна перелётных птиц?..
Тайна перелётных птиц 2
Наступила весна. Прошёл холодный зимний период. Девочка, некогда говорящая с птицами, подросла, однако мало в её жизни поменялось. Она жила всё в том же доме, под крышей которого гнездились всё те же птицы. А её саму в жизни окружали всё те же люди, что с блеском в глазах всё пытались заглянуть хоть за один горизонт, но не видели ничего дальше своего носа.
Оттаявшие снега превращались в ручьи, ручьи растекались в лужи. Наступала пора недоверия к прогнозам погоды, которую должно было прервать возвращение птиц из тёплых краёв. Добрая, милая девочка с помощью друзей соорудила некое подобие кормушки и установила около гнезда под навесом родительского дома, чтобы птицам по прилёту было комфортнее. Она считала, что это и их родной дом тоже. Так же считали и сами птицы. Мало кто, кроме них, узнавал родной дом по поверхности крыши, глядя на него с высоты птичьего полёта. И мало кто был так верен своему дому и родному краю.
Ходила народная молва, мол, перелётные птицы — это самые искренние патриоты. Их не волнует ни политика, ни экономика; для них не бывает ни границ, ни горизонтов. Люди всегда завидовали свободе перелётных птиц. Но перелётные птицы, всё так же как и всегда, достигая новые горизонты, видели перед собой лишь очередной горизонт, и за всю свою короткую птичью жизнь их торопили лишь погодные условия. Всю зиму им приходилось бороздить просторы чужбины, чтобы прокормиться, и мысль о возвращении домой грела сильней, чем те края, что были ближе к солнцу в периоды непогоды. Нечто манило их прилетать обратно, и они прилетали. Из года в год, всю свою птичью жизнь.
А та самая девочка, познавшая птичью тайну, с нетерпением ждала их возвращения, хоть дар её уж год как покинул. Её разум раздирала очередная тайна, о которой в народе слагали новые легенды. Как было сказано, люди в тех краях были бедны, а горизонты так и манили их своей недосягаемостью. И если с этим смириться было можно, и люди мирились, то нечто иное не оставляло их мысли в покое. И та девочка, ограниченная одним горизонтом, мало чем от своих соседей отличалась, хоть в силу возраста не до конца ещё успела это осознать.
Странными были люди в этих краях. Бедны они были не только материально, но и всем сердцем и разумом. И только птицы могли принести маленькой девочке мудрость, что от тех краёв всю жизнь скрывалась за горизонтами, куда улетали птицы каждый год с наступлением холодов. И могла бы она поделиться, да только какому ещё человеку пригодилась бы птичья мудрость?.. Людям не нужна птичья мудрость. Людям дай только птичьи крылья. Стали люди изобретать всякие разные крылья, но обходились они настолько дорого, что полёты до сих пор оставались мечтой для абсолютного большинства. И так за что бы ни брались люди из того бедного поселения, ничего у них не получалось как у людей. Вот бы хоть как у птиц, да гордость человеческая там была бескрайнее птичьих полётов, в тех людских краях, где было всё по-людски. И только девочка, что некогда общалась с птицами, познала такие тайны в своём окружении.
И поведала девочка людям птичью тайну, но не все её поняли. Люди всегда были больше заняты разговорами, чем их сутью. И в разговорах о птичьих тайнах терялась суть. Вот и теперь они, как и прежде, стали наблюдать за птицами, что поднимались выше них и видели мир дальше собственного порога, и как прежде слагали легенды и сплетни о перелётных птицах, что кружили над их головами, что из года в год пересекали тысячи горизонтов и сквозь тысячу горизонтов умели вернуться обратно. И много чему было поучиться тому народу у птиц, что кружили над ними, да времени на это у них всё не находилось. Почти всё время они трудились в поте лица под небосклоном, рассекаемым птичьими крыльями, а всё свободное время слагали легенды, обычно сбиваясь в небольшие группы, которые они гордо нарекали кругом близких людей. Пусть и часто менялись те близкие, всякий раз, как стоило поменяться кругу. Но какая же была разница, если с каждым едва знакомым человеком люди обсуждали всё одно и то же — тайны, которые их волновали. А волновали их — тайны птиц.
И стали люди все как один ту девочку своими волнениями тревожить.
— Не могу я ничем больше помочь ни вам, ни себе, — с грустью отвечала девочка. — Забрали птицы мой дар понимания их языка вместе с собой в далёкие края и не вернули обратно…
И стали люди думать, как же птицам вопрос задать, да разузнать их очередную тайну, и пришли к выводу, что для этого необходимо найти грань, на которой пересекались птичье и человеческое понимание. Долго думали люди. Кто-то рассуждал об этом, беседуя в своём кругу, кто-то наедине с собой, а подавляющее большинство то и дело просто слагали по новому поводу новые легенды.
Но однажды девочка, в тоске по тем самым птицам, что некогда заговорили с ней по-человечески, вышла к месту, где они гнездились, и обнаружила два гнезда по соседству. И увидела она, что в одном гнезде было свежее птичье перо от тех птиц, с которыми ей доводилось общаться, а в другом и пуха того же не было, и пера подавно. И стало ясно, что те птицы в соседнем гнезде давно уж не проживали. Осмотрела девочка то гнездо и заметила, что в нём теперь перья другого окраса. А под ними — птичьи яйца. Но самой птицы не было.
Собрала она несколько перьев, отнесла на народный совет, а остальными перьями накрыла птичье потомство. Совет долго спорил, но перьев не распознал. Пришла девочка на следующий день к тому гнезду, а там всё так же никого не было. Лишь только птичьи яйца. Так продолжалось несколько дней, а птицы в то гнездо всё не возвращались. Решила девочка собрать птичьи яйца, выпросила у матери маленький инкубатор. С горем пополам удалось уговорить бедную мать на покупку. Положила девочка те яйца в инкубатор, и вылупились из них птенцы. Но они не были похожи на птенцов тех птиц, которые гнездились под её крышей.
Показала девочка птенцов народному совету, и одна мудрая бабушка вдруг распознала, кого же девочка вырастила. Стало быть, опекала она семейство кукушек. А когда птенцы подросли — выпустила их на волю. Долго ждала девочка, что хоть кукушки вернутся к ней обратно, но не возвращались ни те перелётные птицы, что раньше проживали в том же гнезде, ни кукушки.
Проведя логическую цепочку, сопоставив все события, так и познала девочка очередную птичью тайну собственной человеческой головой, хоть и не совсем без помощи птиц.
И тайна была таковой: если за каждым очередным горизонтом будет ещё один горизонт, стало быть, это потому, что земля круглая и нигде не найдёшь ей края, но своё место под солнцем на земном шаре можно как найти, так и потерять. Когда в дома перелётных птиц заселились кукушки, перелётные птицы, по всей видимости, улетели в другое место.
И поведала девочка людям новую тайну перелётных птиц, и тайна была о том, что те птицы называют собственным домом. Стало быть, хорошо может быть везде, когда ты вольная птица, а не та птица, которую обременяет собственное гнездо.
Долина беспечности
Однажды в далёкой богатой стране люди стали настолько богаты, что работа для них становилась всё более бессмысленной. Деньги сыпались людям в карманы словно с небес благодаря тому, что та страна производила столько разных товаров, коих хватало на то, чтобы одеть, обуть и прокормить полмира. И большая часть населения, кроме обслуживающего персонала, никогда не ходила на работу. Остались на своих рабочих местах лишь кассиры, таксисты, продавцы в магазинах, официанты и прочие рабочие из сферы услуг. А всё потому, что любую человеческую работу теперь делали роботы, а деньги, заработанные каждым роботом, платили тому человеку, которому он принадлежал.
Так и жили люди в тех краях — счастливо и богато. И прозвали эти края «Долиной Беспечности», потому как местные жители поистине были беспечны. Они всё своё время, которое теперь целиком и полностью было «свободным», посвящали различного рода развлечениям и радостям жизни. Долго стремились люди к этой утопии, и вот наконец, спустя столько лет, содружество богатейших энтузиастов воплотило общемировую мечту в реальность. Пусть и для начала хотя бы для одного региона. Однако жильё в этом регионе стоило стольких денег, сколько простому человеку и за век жизни не заработать, а потому там жили лишь только богатейшие люди, которые сами же и занимались спонсированием строительства и развития будущего города.
Простые люди недолюбливали эти причудливые края, ограниченные златыми вратами со всех сторон, за которые ни глазком не взглянуть простому смертному работяге. Налогов в этом городе тоже не было, что вызывало среди простолюдинов ещё большую волну тотального негодования и возмущения.
Большая часть жизни горожан представляла собой бесконечные гулянки и пиршества, устраиваемые городским советом на деньги, которые им даже не приходилось зарабатывать. А зачем человеку работать при постоянном наличии под боком железного раба — в самом прямом значении фразы «железный раб»? Каждый день здесь считался выходным днём, и люди даже не знали счёта дням недели — тенденция следить за ними как-то отпала сама собой за ненадобностью.
