— Я думал, в Консиллуме нет музыки.
— Конечно, есть. Я купил минимальную лицензию на шесть лет.
— А как же Скаргл?
— Музыка — большая роскошь, — протянул демон, плавной танцевальной походкой возвращаясь к стойке. — Не волнуйся, я всё уладил.
Эри некоторое время постоял, привыкая к новой атмосфере. Если в прошлый раз Каррас был праздником, то теперь он стал фейерверком. Глядя на то, как быстро и весело он делает свою работу, Эри понял, почему Скаргл сказал, что это место создано для него. Каррас выглядел потрясающе. Он сменил строгий костюм на светло-серую футболку и черные брюки и распустил хвост, теперь черные волосы свободно падали ему на спину. Эри подумал, что сам он тоже неплох, он освоил коронную улыбку напарника, а туфли компенсировали ему недостаток роста. Вот только та одежда, что он взял из дома уже порядком износилась. Пора бы ему озаботиться обновлением гардероба.
Народ всё прибывал и Эри поспешил занять свое рабочее место. Каково ж было его удивление, когда Каррас исчез в кладовке и вернулся оттуда спустя пять минут, неся в руках большую кружку горячего шоколада, приправленного корицей. Он протянул парню напиток со словами:
— Я взял немного твоей воды. Слышал, шоколад хорошо восстанавливает силы, — сказал он, улыбаясь. — Человеческие дети любят такое.
Эри благодарно взял кружку, и как только выдалась свободная минута, выпил всё до капли, Каррас поглядывал на него с каким-то странным выражением лица, и вдруг до Эри дошло — человеческие дети. Так вот в чем дело! И как так получилось, что с напарника его понизили до ребенка?
— Каррас, я не ребенок, — внушительно серьезно сказал он, глядя тому в глаза. — Мне почти девятнадцать. Это нормальный человеческий возраст.
Демон сложил руки на груди и чуть нахмурился.
— Меня занесло? — серьезно спросил он.
— Определённо, — подтвердил Эри.
— Ясно. Понимаешь, недавно я видел ребенка, впервые не помню, за сколько лет, сына одного из моих сослуживцев, и вот, когда ты упал в обморок, я вдруг вспомнил о нём.
— У вас мало детей, на них что, тоже лицензия требуется?
Каррас сарказма в этих словах не уловил, потому ответил очень серьезно:
— Нет, но как только умирает кто-то из твоей семьи, ты получаешь право на продление рода, и если не пользуешься этим правом, с тебя начинает взиматься налог на бездетность. Как-то так, — добавил он, заметив ошарашенный взгляд Эри.
— Сурово. Спасибо за шоколад. Знаешь, на Земле его не только дети пьют.
— Не надо благодарить, лучше расскажи, что тебя тревожит.
Эри кивнул хоть и не испытывал уверенности в том, что Каррасу стоит рассказывать. О недоверии не могло быть и речи. Эри видел его насквозь. Но в противостоянии со Скарглом его честность и простодушие могли сослужить плохую службу. Эри сомневался довольно долго. До очередного обморока. Из-за того, что музыка привела в бар новых, по большей части молодых и очень веселых посетителей, работы стало еще больше. Эри поражался тому, как такое возможно, пока не заметил, что порой даже не видит стен, будто пространство бара искажается, или становится резиновым и растягивается, чтоб вместить всех желающих. Каррас посмеивался, говоря, что Антилус теперь может претендовать на звание клуба, но Эри было не до смеха, он по-прежнему почти не спал и валился с ног от усталости.
Когда, потеряв сознание, Эри проспал целые сутки, Каррас всерьез обеспокоился, а Скаргл сделался ещё более подозрительным. Прикрываясь заботой о собственном достатке, он не покидал бар до тех пор, пока Каррас не заявил что нервическая обстановка наоборот лишь мешает работе. К удивлению Эри, Скаргл послушался. После этого, поняв, наконец, что этот бой в одиночку ему не выиграть Эри решился поговорить с Каррасом.
Эри рассказал ему всё: о своей ночи в библиотечном хранилище, повлекшем спонтанное появление слов в голове, о том, как он заметил связь слов с находившимися рядом людьми, о том, что после его проникновения в Консиллум его способность видеть ключевые для людей слова стала развиваться. Он признался, что хоть он и не читает мысли, но всегда видит, что беспокоит или радует окружающих, особенно тех, с кем много общается.
— Это значит, что я знаю, что тебе нравится и что тебя в каждый конкретный момент раздражает, — закончил свой рассказ Эри.
— О! — воскликнул демон, скептически скривив рот: — Удивил! Я так ярко выражаю свои эмоции, что мои предпочтения как на ладони, по крайней мере, для тех, кто более-менее не замкнут на самом себе. Что еще ты умеешь?
— Прямо сейчас тебя больше волнуют не мои умения, а какие неприятности они повлекут, если кто-нибудь о них узнает. Еще я знаю, что телепатия для Консиллума большая редкость и чуть ли не преступление. А только что ты подумал о костре. А вот это плохо. — Последние слова Эри проговорил шепотом, подобрав под себя ноги и сжавшись, он с опаской огляделся.
Эри сидел на сложенном вдвое футоне, а Каррас устроился рядом на его импровизированном столе. Никакой деревянный ящик его вес не смог бы выдержать, да и этот скрипел при каждом резком движении гиганта. Мысли о костре испугали Эри настолько, что недавно выпитый энергетик чуть было, не запросился обратно. Он сглотнул и спешно запил его двумя большими глотками воды, а затем протянул стакан Каррасу.
— Благодарю, — заулыбался демон, сжимая стакан обеими руками, и медленно с наслаждением отпил. — Не волнуйся, сжигали телепатов еще до начала правления Величайшего Иастараса, а это, как ты понимаешь, было давно. Говорят, в те времена еще не вся вода в Консиллуме иссохла. Говорят, — мечтательно прикрыв глаза, проговорил демон, — в лесах, на месте где сейчас находится 42М, было огромное озеро с кристально-чистой водой, но затем, когда кто-то построил там завод...
— Завод? — воскликнул Эри. Он был искренне поражен этим. На Земле подобное давно находилось под строжайшим запретом. Потеряв в последней экологической войне слишком много, человечество смогло, наконец, остановиться. Теперь, увидев бедственное состояние Консиллума, парень порадовался, что люди смогли справиться со своей жадностью. Лучше поздно, чем потерять всё.
— Кто до такого додумался? — спросил он.
— Об этом история умалчивает, но ты должен понимать, что намерения строителей завода были самые благие. Они лишь хотели обеспечить водой быстро растущие города. Кто же знал, что такое случится? Но, Эри, — сказал демон, с сожалением возвращая наполовину полный стакан. — Мы отвлеклись. Хочу сказать, что теперь я понимаю, откуда ты знаешь о махинациях Скаргла. Поэтому ты не спишь?
— Боюсь проговориться, — кивнул парень. — Никто об этом не задумывается, а может и не знает, но человеку без магических способностей сюда никак не попасть.
— Наверно, Скаргл считает тебя слишком молодым человеком, у которого способности еще не развились, ведь даже демонам нужно время.
— Так ты не с пеленок файерболы запускал? — рассмеялся Эри, представив маленького Карраса мечущего по родителям огненные шары. Демоненок в его представлении получился пухлым и глянцевым, будто игрушка. От этого стало еще смешнее.
— Хорошо, что я не знаю, о чем ты думаешь, — прокомментировал его веселье, чуть обескураженный демон.
— Это нервное, — заверил его парень. — Мои помыслы чисты, как..., нет, — мотнул он головой, разгоняя образы, — не буду сравнивать, просто чисты. По крайней мере, во всем, что касается тебя.
— Если что-то изменится, не забудь мне сообщить.
— Обещаю, — сказал Эри и протянул руку.
Эри решил, что честность способна нивелировать преимущество, которое дает ему дар. Даже в том случае, если он вырастет до полноценной телепатии, это позволит его единственному другу чувствовать себя уверенно в общении с ним. Каррас секунду смотрел на протянутую руку, будто раздумывая, затем перевел взгляд на лицо Эри.
— Странно, что мне приходится постоянно делать скидку на твое происхождение.
Слова друга заставили парня почувствовать себя закоренелым лжецом и махинатором поэтому, когда его рука была принята, он облегченно вздохнул, но тут перед его глазами встал образ разгневанного старика.
— Знаешь, Каррас, я не уверен, что Скаргл когда-нибудь считал меня чересчур молодым. Скорее он не верил в то, что у человека может быть какая-нибудь мало-мальски стоящая магическая сила. Думаю, я был неосторожен. Помнишь, когда я снял туфли впервые?
Каррас удивленно уставился на босые ноги парня, будто только осознал, что зачарованные туфли снять своими силами человек никак не мог. Эри пошевелил пальцами.
— Не заметил? Тогда Скаргл был так зол, что тоже не обратил внимания на то, как я это сделал. Я знаю, что он счел это случайностью, будто заклинание поистерлось, и лишь спустя долгое время он вспомнил, что перед побегом я произнёс слово "свободен". Затем ещё были моменты. Теперь я понимаю, как мне повезло, если бы мои способности не были настолько уникальны, он уже давно мог раскусить меня.
Каррас кивнул.
— Заблуждения порой не дают нам разглядеть истину.
Эри задумался о странных поступках Скаргла за прошедший год, он вспомнил все намеки, разговоры о его семье и о школе и вдруг всё встало на свои места. Его везение заключалось не в слепоте Скаргла, а в том, что сам он ничего не видел. Весь последний год он задыхался при каждой встрече с демоном, но считал это ненавистью или страхом, чем угодно, но не тем, чем оно являлось на самом деле. Теперь оглянувшись назад, Эри понял, что так он чувствовал угрозу. Скаргл догадывался, в чем заключается сила Эри, однако, мысленно угрожая его семье, чтобы заставить Эри выдать себя, он не знал, как нелегко парню дался разрыв с прошлой жизнью, и смерть друга, за которую он до сих пор винил себя. Эри хотел бы забыть и всецело отгородиться от ставших ему чужими людей, но это было слишком тяжело. И всё же на подсознательном уровне он это сделал. Чувство самосохранения заблокировало восприятие всего, что могло нанести вред психике парня, поэтому он не слышал угрозу. Возможно, это действительно спасло ему жизнь.
Каррас встал с неудобного сиденья, чтобы размять ноги и потянулся. Подняв руки, он почти коснулся трехметрового потолка. Большая темная фигура демона загораживала весь проход, от этого Эри вдруг почувствовал легкое головокружение, будто от недостатка воздуха.
— Ты не мог бы сесть обратно, — попросил он, — знаешь, мне как-то не по себе.
— Клаустрофобия? — улыбнувшись, спросил Каррас, — со мной такое бывало, в детстве. Знаешь, место, которое ты выбрал. В детстве я здесь играл, ожидая закрытия бара. Порой, когда отец подходил меня проведать, мне казалось, что его огромное тело вытесняет весь воздух. Это повергало меня в такой ужас, что я начинал задыхаться. Нрав у отца был вспыльчивый. А голос! Бокалы взрывались, когда он ругался. — Каррас, легко подпрыгнув, коснулся пальцами потолка. — Схожу за пивом. Тебе принести?
Эри кивнул. "Теперь я пугаю человеческого ребенка", — подумал Каррас, выходя со склада. Эри сидел, будто пораженный громом, впервые он слышал чьи-то мысли как связную речь, обычно слова отражали только ярко выраженные эмоции. Это плохо, очень плохо. Если Скаргл узнает...
— Держи.
Каррас протянул парню литровый бокал пива и сел на место.
— Не уверен, что смогу столько выпить, — принимая бокал, засомневался Эри.
— Время нас не теснит. — Пожал плечами Каррас. — Интересно, зачем Скарглу так рисковать, он ведь и без этого много имеет, — задумчиво протянул Каррас.
— Ты о налогах?
— Ммм, — кивнул Каррас.
— Возможно, он хочет купить себе место на кладбище, — рассмеялся Эри, почувствовав себя чуть счастливее от этой мысли.
— Что?
— Он так стар, что старость уже сожрала всё его естество. Под молодой оболочкой он уже почти разложился. Думаю, остатки жизни он будет отмерять не десятилетиями.
Каррас от удивления поперхнулся. Откашлявшись, он спросил:
— Уверен?
— Да, — протянул Эри и добавил: — Да, но, сколько бы ему ни осталось, боюсь, мне его не пережить.
Сидящий напротив демон медленно опустошил свой бокал, затем поднялся и вышел. Этот странный поступок вызвал у парня легкое недоумение. Он некоторое время раздумывал, кинуться ли ему вдогонку или смиренно подождать и, в конце концов, выбрал ожидание. Он медленно потягивал пиво, когда демон вернулся с двумя полными бокалами.
— Нам на работу через..., — Эри посмотрел на подаренные ему Каррасом часы, — через два часа. Ты как?
— Я вырос на этом, — отмахнулся Каррас. — Нет, не совсем этом, — добавил он, после короткого раздумья, — сорт другой.
Они молчали. Каррас пил, уткнувшись взглядом в пол, а Эри сидел тихо, вслушиваясь в его мысли. В прохладном тихом помещении было отчетливо слышно сглатывание. Лишь после того, как выпил всё и отставил опустевший бокал, Каррас поднял взгляд.
— Скаргл вцепился в тебя словно клещ, и он не отступит.
Это сравнение насмешило уже изрядно захмелевшего парня.
— Мы можем избавиться от него, аккуратненько открутив голову.
Каррас удивленно наклонился, заглядывая в глаза парня.
— Да ты пить совсем не умеешь! — воскликнул он и отобрал бокал, на дне которого еще плескалась золотистая жидкость.
— Твоего трезвого мышления хватит на нас двоих, а я как раз дозрел до хитроумных интриг. Даже если ты не готов пойти на убийство ради друга, не говори, что ты оставишь смерть своих родителей неотомщенной.
— Так вот, какова твоя сила! Это неприятно.
— Каррас, тебе я говорю всё, что думаю, так что... А, кроме того, мы с тобой на одной чаше весов, — увидев, как собеседник удивленно приподнял бровь, Эри покачал руками, изображая весы, и добавил: — на мой взгляд, хорошее сравнение. Каррас, мы на одной, а он на другой. Нас двое, а кроме того на нашей стороне твои правдивость и щепетильность, но знаешь, почему побеждают такие, как Скаргл? Они не ведают сомнений. Их удары точны и безжалостны. Если будем колебаться, пойдем на дно. Я умру, а тебя поглотит чувство вины.
— Я защищу тебя.
— Защитишь? Ха! Защищаясь, сражения не выигрывают. Ты хотел правду? Так имей смелость её услышать. Я понимаю, что месть ниже твоей рыцарской натуры, убивать, чтоб спасти жизнь чужого человека ты не будешь, тогда позволь напомнить тебе кое о чем, друг. — Задохнувшись возмущением, Эри замолчал.
Каррас протянул ему стакан с водой. Он не выглядел особо впечатленным или обиженным. Он понимал, что сказанные Эри не очень приятные слова подсказаны страхом. Каррас и сам боялся бы, имея он такую неприятную силу. Но человеческий ребенок переходит черту, он говорит об убийстве. Дичь какая-то. Средневековые методы давно устаревшие и постыдные.
В спокойно глядящих на него глазах Эри видел непоколебимую веру в систему и высшую справедливость. Да, именно таким и должен быть благородный рыцарь. Эри вздохнул. Есть кое-что, о чем Каррас не подумал, и ради чего убивают даже такие, как он.
— Даже если долг совести велит тебе прощать, то по долгу службы ты обязан предпринять меры против нарушителя закона, — тихо проговорил он.
— Ты же понимаешь, что выдать его властям я не могу?
— Почему же? — с ехидцей спросил Эри.
— Конечно, ты понимаешь!
Каррас резко вскочил, оттолкнув ногами ящик, и выбежал из склада. Ящик врезался в стену и со скрежетом, от которого заложило уши, раскололся. Собрав пустые бокалы, Эри поплелся следом. Демон сидел, обхватив руками голову. Длинные волосы полностью закрыли его лицо.
— Конечно, есть. Я купил минимальную лицензию на шесть лет.
— А как же Скаргл?
— Музыка — большая роскошь, — протянул демон, плавной танцевальной походкой возвращаясь к стойке. — Не волнуйся, я всё уладил.
Эри некоторое время постоял, привыкая к новой атмосфере. Если в прошлый раз Каррас был праздником, то теперь он стал фейерверком. Глядя на то, как быстро и весело он делает свою работу, Эри понял, почему Скаргл сказал, что это место создано для него. Каррас выглядел потрясающе. Он сменил строгий костюм на светло-серую футболку и черные брюки и распустил хвост, теперь черные волосы свободно падали ему на спину. Эри подумал, что сам он тоже неплох, он освоил коронную улыбку напарника, а туфли компенсировали ему недостаток роста. Вот только та одежда, что он взял из дома уже порядком износилась. Пора бы ему озаботиться обновлением гардероба.
Народ всё прибывал и Эри поспешил занять свое рабочее место. Каково ж было его удивление, когда Каррас исчез в кладовке и вернулся оттуда спустя пять минут, неся в руках большую кружку горячего шоколада, приправленного корицей. Он протянул парню напиток со словами:
— Я взял немного твоей воды. Слышал, шоколад хорошо восстанавливает силы, — сказал он, улыбаясь. — Человеческие дети любят такое.
Эри благодарно взял кружку, и как только выдалась свободная минута, выпил всё до капли, Каррас поглядывал на него с каким-то странным выражением лица, и вдруг до Эри дошло — человеческие дети. Так вот в чем дело! И как так получилось, что с напарника его понизили до ребенка?
— Каррас, я не ребенок, — внушительно серьезно сказал он, глядя тому в глаза. — Мне почти девятнадцать. Это нормальный человеческий возраст.
Демон сложил руки на груди и чуть нахмурился.
— Меня занесло? — серьезно спросил он.
— Определённо, — подтвердил Эри.
— Ясно. Понимаешь, недавно я видел ребенка, впервые не помню, за сколько лет, сына одного из моих сослуживцев, и вот, когда ты упал в обморок, я вдруг вспомнил о нём.
— У вас мало детей, на них что, тоже лицензия требуется?
Каррас сарказма в этих словах не уловил, потому ответил очень серьезно:
— Нет, но как только умирает кто-то из твоей семьи, ты получаешь право на продление рода, и если не пользуешься этим правом, с тебя начинает взиматься налог на бездетность. Как-то так, — добавил он, заметив ошарашенный взгляд Эри.
— Сурово. Спасибо за шоколад. Знаешь, на Земле его не только дети пьют.
— Не надо благодарить, лучше расскажи, что тебя тревожит.
Эри кивнул хоть и не испытывал уверенности в том, что Каррасу стоит рассказывать. О недоверии не могло быть и речи. Эри видел его насквозь. Но в противостоянии со Скарглом его честность и простодушие могли сослужить плохую службу. Эри сомневался довольно долго. До очередного обморока. Из-за того, что музыка привела в бар новых, по большей части молодых и очень веселых посетителей, работы стало еще больше. Эри поражался тому, как такое возможно, пока не заметил, что порой даже не видит стен, будто пространство бара искажается, или становится резиновым и растягивается, чтоб вместить всех желающих. Каррас посмеивался, говоря, что Антилус теперь может претендовать на звание клуба, но Эри было не до смеха, он по-прежнему почти не спал и валился с ног от усталости.
Когда, потеряв сознание, Эри проспал целые сутки, Каррас всерьез обеспокоился, а Скаргл сделался ещё более подозрительным. Прикрываясь заботой о собственном достатке, он не покидал бар до тех пор, пока Каррас не заявил что нервическая обстановка наоборот лишь мешает работе. К удивлению Эри, Скаргл послушался. После этого, поняв, наконец, что этот бой в одиночку ему не выиграть Эри решился поговорить с Каррасом.
Эри рассказал ему всё: о своей ночи в библиотечном хранилище, повлекшем спонтанное появление слов в голове, о том, как он заметил связь слов с находившимися рядом людьми, о том, что после его проникновения в Консиллум его способность видеть ключевые для людей слова стала развиваться. Он признался, что хоть он и не читает мысли, но всегда видит, что беспокоит или радует окружающих, особенно тех, с кем много общается.
— Это значит, что я знаю, что тебе нравится и что тебя в каждый конкретный момент раздражает, — закончил свой рассказ Эри.
— О! — воскликнул демон, скептически скривив рот: — Удивил! Я так ярко выражаю свои эмоции, что мои предпочтения как на ладони, по крайней мере, для тех, кто более-менее не замкнут на самом себе. Что еще ты умеешь?
— Прямо сейчас тебя больше волнуют не мои умения, а какие неприятности они повлекут, если кто-нибудь о них узнает. Еще я знаю, что телепатия для Консиллума большая редкость и чуть ли не преступление. А только что ты подумал о костре. А вот это плохо. — Последние слова Эри проговорил шепотом, подобрав под себя ноги и сжавшись, он с опаской огляделся.
Эри сидел на сложенном вдвое футоне, а Каррас устроился рядом на его импровизированном столе. Никакой деревянный ящик его вес не смог бы выдержать, да и этот скрипел при каждом резком движении гиганта. Мысли о костре испугали Эри настолько, что недавно выпитый энергетик чуть было, не запросился обратно. Он сглотнул и спешно запил его двумя большими глотками воды, а затем протянул стакан Каррасу.
— Благодарю, — заулыбался демон, сжимая стакан обеими руками, и медленно с наслаждением отпил. — Не волнуйся, сжигали телепатов еще до начала правления Величайшего Иастараса, а это, как ты понимаешь, было давно. Говорят, в те времена еще не вся вода в Консиллуме иссохла. Говорят, — мечтательно прикрыв глаза, проговорил демон, — в лесах, на месте где сейчас находится 42М, было огромное озеро с кристально-чистой водой, но затем, когда кто-то построил там завод...
— Завод? — воскликнул Эри. Он был искренне поражен этим. На Земле подобное давно находилось под строжайшим запретом. Потеряв в последней экологической войне слишком много, человечество смогло, наконец, остановиться. Теперь, увидев бедственное состояние Консиллума, парень порадовался, что люди смогли справиться со своей жадностью. Лучше поздно, чем потерять всё.
— Кто до такого додумался? — спросил он.
— Об этом история умалчивает, но ты должен понимать, что намерения строителей завода были самые благие. Они лишь хотели обеспечить водой быстро растущие города. Кто же знал, что такое случится? Но, Эри, — сказал демон, с сожалением возвращая наполовину полный стакан. — Мы отвлеклись. Хочу сказать, что теперь я понимаю, откуда ты знаешь о махинациях Скаргла. Поэтому ты не спишь?
— Боюсь проговориться, — кивнул парень. — Никто об этом не задумывается, а может и не знает, но человеку без магических способностей сюда никак не попасть.
— Наверно, Скаргл считает тебя слишком молодым человеком, у которого способности еще не развились, ведь даже демонам нужно время.
— Так ты не с пеленок файерболы запускал? — рассмеялся Эри, представив маленького Карраса мечущего по родителям огненные шары. Демоненок в его представлении получился пухлым и глянцевым, будто игрушка. От этого стало еще смешнее.
— Хорошо, что я не знаю, о чем ты думаешь, — прокомментировал его веселье, чуть обескураженный демон.
— Это нервное, — заверил его парень. — Мои помыслы чисты, как..., нет, — мотнул он головой, разгоняя образы, — не буду сравнивать, просто чисты. По крайней мере, во всем, что касается тебя.
— Если что-то изменится, не забудь мне сообщить.
— Обещаю, — сказал Эри и протянул руку.
Эри решил, что честность способна нивелировать преимущество, которое дает ему дар. Даже в том случае, если он вырастет до полноценной телепатии, это позволит его единственному другу чувствовать себя уверенно в общении с ним. Каррас секунду смотрел на протянутую руку, будто раздумывая, затем перевел взгляд на лицо Эри.
— Странно, что мне приходится постоянно делать скидку на твое происхождение.
Слова друга заставили парня почувствовать себя закоренелым лжецом и махинатором поэтому, когда его рука была принята, он облегченно вздохнул, но тут перед его глазами встал образ разгневанного старика.
— Знаешь, Каррас, я не уверен, что Скаргл когда-нибудь считал меня чересчур молодым. Скорее он не верил в то, что у человека может быть какая-нибудь мало-мальски стоящая магическая сила. Думаю, я был неосторожен. Помнишь, когда я снял туфли впервые?
Каррас удивленно уставился на босые ноги парня, будто только осознал, что зачарованные туфли снять своими силами человек никак не мог. Эри пошевелил пальцами.
— Не заметил? Тогда Скаргл был так зол, что тоже не обратил внимания на то, как я это сделал. Я знаю, что он счел это случайностью, будто заклинание поистерлось, и лишь спустя долгое время он вспомнил, что перед побегом я произнёс слово "свободен". Затем ещё были моменты. Теперь я понимаю, как мне повезло, если бы мои способности не были настолько уникальны, он уже давно мог раскусить меня.
Каррас кивнул.
— Заблуждения порой не дают нам разглядеть истину.
Эри задумался о странных поступках Скаргла за прошедший год, он вспомнил все намеки, разговоры о его семье и о школе и вдруг всё встало на свои места. Его везение заключалось не в слепоте Скаргла, а в том, что сам он ничего не видел. Весь последний год он задыхался при каждой встрече с демоном, но считал это ненавистью или страхом, чем угодно, но не тем, чем оно являлось на самом деле. Теперь оглянувшись назад, Эри понял, что так он чувствовал угрозу. Скаргл догадывался, в чем заключается сила Эри, однако, мысленно угрожая его семье, чтобы заставить Эри выдать себя, он не знал, как нелегко парню дался разрыв с прошлой жизнью, и смерть друга, за которую он до сих пор винил себя. Эри хотел бы забыть и всецело отгородиться от ставших ему чужими людей, но это было слишком тяжело. И всё же на подсознательном уровне он это сделал. Чувство самосохранения заблокировало восприятие всего, что могло нанести вред психике парня, поэтому он не слышал угрозу. Возможно, это действительно спасло ему жизнь.
Каррас встал с неудобного сиденья, чтобы размять ноги и потянулся. Подняв руки, он почти коснулся трехметрового потолка. Большая темная фигура демона загораживала весь проход, от этого Эри вдруг почувствовал легкое головокружение, будто от недостатка воздуха.
— Ты не мог бы сесть обратно, — попросил он, — знаешь, мне как-то не по себе.
— Клаустрофобия? — улыбнувшись, спросил Каррас, — со мной такое бывало, в детстве. Знаешь, место, которое ты выбрал. В детстве я здесь играл, ожидая закрытия бара. Порой, когда отец подходил меня проведать, мне казалось, что его огромное тело вытесняет весь воздух. Это повергало меня в такой ужас, что я начинал задыхаться. Нрав у отца был вспыльчивый. А голос! Бокалы взрывались, когда он ругался. — Каррас, легко подпрыгнув, коснулся пальцами потолка. — Схожу за пивом. Тебе принести?
Эри кивнул. "Теперь я пугаю человеческого ребенка", — подумал Каррас, выходя со склада. Эри сидел, будто пораженный громом, впервые он слышал чьи-то мысли как связную речь, обычно слова отражали только ярко выраженные эмоции. Это плохо, очень плохо. Если Скаргл узнает...
— Держи.
Каррас протянул парню литровый бокал пива и сел на место.
— Не уверен, что смогу столько выпить, — принимая бокал, засомневался Эри.
— Время нас не теснит. — Пожал плечами Каррас. — Интересно, зачем Скарглу так рисковать, он ведь и без этого много имеет, — задумчиво протянул Каррас.
— Ты о налогах?
— Ммм, — кивнул Каррас.
— Возможно, он хочет купить себе место на кладбище, — рассмеялся Эри, почувствовав себя чуть счастливее от этой мысли.
— Что?
— Он так стар, что старость уже сожрала всё его естество. Под молодой оболочкой он уже почти разложился. Думаю, остатки жизни он будет отмерять не десятилетиями.
Каррас от удивления поперхнулся. Откашлявшись, он спросил:
— Уверен?
— Да, — протянул Эри и добавил: — Да, но, сколько бы ему ни осталось, боюсь, мне его не пережить.
Сидящий напротив демон медленно опустошил свой бокал, затем поднялся и вышел. Этот странный поступок вызвал у парня легкое недоумение. Он некоторое время раздумывал, кинуться ли ему вдогонку или смиренно подождать и, в конце концов, выбрал ожидание. Он медленно потягивал пиво, когда демон вернулся с двумя полными бокалами.
— Нам на работу через..., — Эри посмотрел на подаренные ему Каррасом часы, — через два часа. Ты как?
— Я вырос на этом, — отмахнулся Каррас. — Нет, не совсем этом, — добавил он, после короткого раздумья, — сорт другой.
Они молчали. Каррас пил, уткнувшись взглядом в пол, а Эри сидел тихо, вслушиваясь в его мысли. В прохладном тихом помещении было отчетливо слышно сглатывание. Лишь после того, как выпил всё и отставил опустевший бокал, Каррас поднял взгляд.
— Скаргл вцепился в тебя словно клещ, и он не отступит.
Это сравнение насмешило уже изрядно захмелевшего парня.
— Мы можем избавиться от него, аккуратненько открутив голову.
Каррас удивленно наклонился, заглядывая в глаза парня.
— Да ты пить совсем не умеешь! — воскликнул он и отобрал бокал, на дне которого еще плескалась золотистая жидкость.
— Твоего трезвого мышления хватит на нас двоих, а я как раз дозрел до хитроумных интриг. Даже если ты не готов пойти на убийство ради друга, не говори, что ты оставишь смерть своих родителей неотомщенной.
— Так вот, какова твоя сила! Это неприятно.
— Каррас, тебе я говорю всё, что думаю, так что... А, кроме того, мы с тобой на одной чаше весов, — увидев, как собеседник удивленно приподнял бровь, Эри покачал руками, изображая весы, и добавил: — на мой взгляд, хорошее сравнение. Каррас, мы на одной, а он на другой. Нас двое, а кроме того на нашей стороне твои правдивость и щепетильность, но знаешь, почему побеждают такие, как Скаргл? Они не ведают сомнений. Их удары точны и безжалостны. Если будем колебаться, пойдем на дно. Я умру, а тебя поглотит чувство вины.
— Я защищу тебя.
— Защитишь? Ха! Защищаясь, сражения не выигрывают. Ты хотел правду? Так имей смелость её услышать. Я понимаю, что месть ниже твоей рыцарской натуры, убивать, чтоб спасти жизнь чужого человека ты не будешь, тогда позволь напомнить тебе кое о чем, друг. — Задохнувшись возмущением, Эри замолчал.
Каррас протянул ему стакан с водой. Он не выглядел особо впечатленным или обиженным. Он понимал, что сказанные Эри не очень приятные слова подсказаны страхом. Каррас и сам боялся бы, имея он такую неприятную силу. Но человеческий ребенок переходит черту, он говорит об убийстве. Дичь какая-то. Средневековые методы давно устаревшие и постыдные.
В спокойно глядящих на него глазах Эри видел непоколебимую веру в систему и высшую справедливость. Да, именно таким и должен быть благородный рыцарь. Эри вздохнул. Есть кое-что, о чем Каррас не подумал, и ради чего убивают даже такие, как он.
— Даже если долг совести велит тебе прощать, то по долгу службы ты обязан предпринять меры против нарушителя закона, — тихо проговорил он.
— Ты же понимаешь, что выдать его властям я не могу?
— Почему же? — с ехидцей спросил Эри.
— Конечно, ты понимаешь!
Каррас резко вскочил, оттолкнув ногами ящик, и выбежал из склада. Ящик врезался в стену и со скрежетом, от которого заложило уши, раскололся. Собрав пустые бокалы, Эри поплелся следом. Демон сидел, обхватив руками голову. Длинные волосы полностью закрыли его лицо.
