Влад перешёл на шаг, тяжело дыша. Он намеревался направиться домой, как вдруг впереди на дороге вновь увидел тряпичную куклу с нахмуренным лицом. На этот раз ужас завладел им окончательно, и полицейский ринулся бежать, не соображая, что несётся к окраине посёлка. Он мчался во весь дух, но, когда оборачивался, всё равно видел там, где только что пробегал, зловещую куклу. От этого зрелища Влад совсем потерял способность оценивать ситуацию и не видел, что бежит в лес. По дороге ему встретился сосед-алкаш.
— Куда несёшься, Влад? — спросил тот.
— Кукла! Меня преследует эта чёртова кукла! — завопил обезумевший от страха полицейский и помчался дальше.
Как только он вступил под сень тёмных елей, за спиной его поползли белёсые сгустки. Они очень быстро превратились в плотный, непроницаемый для взора туман. Путь назад был перекрыт. Влад бежал вперёд, но скоро резко затормозил, увидев, что дорога впереди упирается в плотную стену тумана. Через несколько мгновений полицейский был полностью окутан белёсой мглой. А потом в ушах его заголосил зловещий вой.
Влад замер, не в силах оглянуться назад, полицейская форма его пропиталась потом, ноги дрожали, окаменев. Сзади раздался хруст веток. Полицейский медленно обернулся. Взору его предстала пугающая картина: сквозь белую пелену проступила человеческая фигура. Она приближалась медленно, будто упиваясь страхом жертвы. Постепенно молодой человек различил длинные растрёпанные волосы и изорванное запачканное платье.
— Нет! Не надо! — закричал Влад. — Это не я! Это всё Кривой и его парни, ты же знаешь! Я тебя не трогал!
— Ты стоял и потешался, — послышался глухой замогильный голос, — любовался на эту забаву, не так ли? Теперь пришёл черёд мне водить. Кто не спрятался, я не виновата.
— Не-е-ет! — завопил Влад.
Он заставил свои непослушные отяжелевшие ноги бежать. Но бежал он недолго. В тумане не было видно дороги, Влад, споткнувшись, упал в грязь. За спиной он услышал рычание. Его лёгкие наполнились болотным зловонием. Он заплакал.
— Прошу тебя... пощади...
— Плохой мальчик плохого отца, — послышалось в ответ, — теперь я до всех вас доберусь. Передавай привет Бугаю, Лихому и Кире. Надеюсь, вам и в аду будет нескучно.
Наступила тишина... а потом жуткий рык раздался над самым ухом Влада. Грудь пронзила острая боль. Каменея от ужаса, полицейский увидел, как рубашка его рвётся, а на груди, рассечённой невидимым лезвием, проступают кровавые буквы.
— Не надо, — тихо простонал Влад и через мгновение захлебнулся в предсмертном крике, чувствуя, как горло его разрывают острые зубы.
Часа через три Костя и Маша, отдохнувшие, собирались прогуляться по посёлку. Они уже обулись. Внезапно в сенях послышался торопливый топот, а через несколько секунд в комнату ввалился запыхавшийся белобрысый парень. Он наткнулся прямо на Костю и замер, вытаращив глаза.
— На ловца и зверь бежит, — буркнул Костя угрюмо.
— Как! Ты тут! Приехал...
— Как видишь. Мать тебе не сказала?
— Костя, я не знал, что ты приедешь, — пролепетал парень растерянно.
— Лёня, если бы знал, не пришёл бы домой, так? — начал раздражаться мужчина.
— Ты обо мне что-то узнал? — с замиранием сердца спросил Лёня.
— Достаточно, чтобы у меня появилось желание надрать тебе задницу!
— Костя, успокойся, — начала уговаривать возлюбленного Мария, — разве так должны встречаться братья после долгой разлуки?
— Ладно, разбор полётов устроим позже, — смягчился Константин, — прогулку не хочу отменять. Ты чего, кстати, такой встревоженный?
— Там это... Влада убили!
— Как! — поразился Костя. — Влада Трунского? Сына начальника полиции?
— Да! — выпалил Костя. — Тут один мужик в лес пошёл, рецидивист одни. Фёдор, помнишь?
— А, этот, которого я несколько лет назад задерживал за кражу, — припомнил Костя.
— Да, да, он самый, — закивал парень, — так вот, Фёдор этот говорит, за малинкой в лес пошёл. Он, знаешь ли, странный какой-то стал. Как освободился, приехал домой. А дома-то никого. Жена ушла, не дождалась, мать померла. Вот и живёт с тех пор один.
— И с криминалом завязал? — спросил Костя.
— Завязал, — подтвердил его брат, — и не только с криминалом. С алкоголем тоже. Стал в церквушку нашу ходить. Уж что у него на уме, не знаю, может, это он всех мочит?
— Да зачем ему это? — засомневался мужчина.
— Не знаю, — пожал плечами Лёня, — вдруг крыша у него поехала? В общем, это он наткнулся на труп. Говорит, тёплый ещё... Там такой переполох поднялся!
— Да где там-то? — не выдержал Костя. — Где это случилось?
— На опушке, — ответил парень, — то есть не совсем на опушке, а чуть подальше в лесу. Влад пробежал по Новопоселковой улице мимо моего приятеля, даже не заметил его и на вопросы не ответил. Крикнул только моему знакомому, что за ним кукла какая-то гонится.
— Кто? — изумилась Маша, до этого молчавшая.
— Кукла, — повторил Лёня, — а что за кукла, непонятно.
— Это что же Влад, выходит, бежал из самого центра посёлка сюда, на окраину? — озадачился Константин. — Здорово же его кто-то напугал. Пойду, гляну. Это же совсем рядом.
— Я с тобой! — сказала Маша.
Костя нахмурился:
— Не думаю, что созерцание места преступления у тебя вызовет восторг. И не пустят тебя. Да и меня-то, возможно, не пустят, хоть я и работал несколько лет в местном отделении полиции. Но теперь-то я не их сотрудник.
— Я всё равно хочу пойти с тобой, — заупрямилась девушка.
— И я тоже пойду, — проговорил Костя, — надо же, такое стряслось! Сына главного нашего мента убили!
Костя пожал плечами, не пытаясь никого отговорить от такого мероприятия.
Все трое вышли из дома и поспешили к месту преступления. Идти и правда оказалось недалеко. Войдя в лес, молодые люди сразу услышали голоса. Место происшествия уже оцепили. Костя потребовал, чтобы Мария и Леонид стояли поодаль, а сам подошёл к бывшим сослуживцам.
— О! Какие люди! — загорланил толстый немолодой мужчина в форме. — А я-то дурак не поверил Петьке, когда тот сказал, что ты в городе.
— Здорово, Никита Максимович, — ответил Константин.
— Как в Москве служится? — поинтересовался Никита Максимович.
— Нормально служится, — усмехнулся Костя, — у вас тут тоже работы хватает, я погляжу.
— Да, — помрачнел толстяк, — чертовщина какая-то. Теперь такое начнётся! Убили ведь не кого-то, а Трунского Влада.
— Отец его в курсе?
— В курсе. Еле дозвонились. Едет сюда. Ох, полетят, я чувствую, головы.
— Тело Фёдор нашёл?
— А ты откуда знаешь? — удивился Никита Максимович.
— Новости быстро наш посёлок облетают, — ответил Костя и покосился на брата.
— Фёдора допросили уже, вон он в сторонке сидит, курит.
Константин пригляделся. Неподалёку на пне сидел лысый мужчина с гладко выбритым лицом. Он смотрел задумчиво на ели, образующие густую чащу. Костя подошёл к нему.
— Ну, здравствуй, Фёдор, — буркнул он.
Мужчина, не поднимая на полицейского взгляда серых глаз, степенно ответил:
— И тебе не хворать, Константин Иванович.
— Надо же, как официально...
— Приучили с вами, ментами, так общаться... Помнишь, как ты при задержании мне в зубы двинул?
Костя нахмурился.
— А на допросах, помнишь, как колотил меня, заставляя обращаться к тебе по имени отчеству, — продолжал бесстрастно говорить бывший заключённый.
Полицейский молчал.
— Так что ты хотел спросить, Константин Иванович?
— Тело ведь ты нашёл?
— Да, я. Пошёл за ягодой в лес. Не успел пройти и триста метров, как вижу, кровь везде и труп этого гадёныша.
— Полегче, — процедил Костя, — а то решат, что ты убил.
— А это вы запросто, — хмыкнул Фёдор, — и смерти Бугая, Лихого и Киры тоже сможете мне в два счёта приписать, за вами не заржавеет.
— Так, может, ты и грохнул их? — злобно спросил Костя.
— Да нет, не я...
— Тогда кто?
— Их убила... она... — задумчиво ответил Фёдор.
— Кто она-то? — Костя начал терять терпение.
— А это ты сам выясняй, ты же мент, — отозвался Фёдор, — можешь, кстати, у своего сосунка спросить. Уверен, ему есть что рассказать.
— Ты Лёньку имеешь в виду? — спросил Константин.
— Его самого, — подтвердил догадку рецидивист.
— Да он-то здесь при чём может быть? — растерялся полицейский. — Как вообще все эти жертвы связаны между собой? Криминальные элементы и сын начальника полиции...
— Ты давно не был в нашем городке, Константин Иванович, — не меняя равнодушного тона, ответил Фёдор, — сейчас не то, что было раньше. Теперь уж не поймёшь, кто мент, кто вор, всё смешалось... оборотни везде.
— Что ты имеешь в виду? — Костя напряжённо растирал лоб.
— При бывшем начальнике полиции всё было просто. Вы ловите, мы скрываемся. Было ясно, кто есть кто. Начальник-то принципиальный у вас был. Честный. А теперешний хуже любого беспредельщика. Почти все менты теперь в нашем городке повязаны с криминалом. А Трунский их покрывает. С Кривым общие дела имеет.
— И не боишься ты мне всё это рассказывать? — с сомнением покачал головой Константин.
— Да мне, похоже, жить пару дней осталось, — вздохнул Фёдор, — она тоже за мной придёт...
— Кто она-то? Объяснишь ты наконец или нет?
Но Фёдор молча встал и, не ответив на вопрос, буркнул:
— До свидания, Константин Иванович, пора мне.
Костя молча смотрел, как мужчина, сгорбившись, плетётся к опушке леса.
— Рехнулся Фёдор, что ли? — проворчал он.
Полицейский постоял ещё немного, задумчиво осматривая верхушки величественных елей. Потом он приблизился к Марии и Лёне.
— Ну-ка, расскажи мне, братец, как все эти убитые связаны между собой? А главное, как они связаны с тобой? — глядя в упор на брата, спросил Константин.
— Ты... ты чего, Костян? Не знаю я ничего! — занервничал парень. — И вообще, мне пора.
Он развернулся и засеменил прочь.
— Лёня! — заорал остервенело Костя. — Вернулся, быстро!
Но парень продолжал уходить с места происшествия. Старший брат намеревался ринуться за ним, но Мария остановила его:
— Погоди, любимый. Так ты ничего не добьёшься. Будешь давить на него, он вообще закроется и ничего никогда не расскажет. Ты видишь, что он и так напуган.
— Вижу, — мрачно отозвался мужчина, — и это означает, что ему есть что скрывать.
Между тем к влюблённым подошёл Пётр.
— Ну, что я говорил? — нервно смеясь, сказал он. — Опять убийство! И не кого-нибудь, а сына самого Тругунского!
— Там свидетель про какую-то куклу говорил, — вспомнил Константин, — что за кукла?
— Да это местный пьяница сказал, что когда Влад проносился мимо него, заявил, что его преследует какая-то кукла.
— Может, они все обдолбанные тут? — нахмурился Костя. — Фёдор этот тоже чушь городит. Считает, его скоро убьют.
— Я же сразу тебе сказал, чертовщина здесь какая-то началась, — вздохнул участковый.
— Слушай, а ты мог бы меня проинформировать обо всех страшных случаях, произошедших в посёлке за последнее время?
— Да легко! — ответил Пётр. — Пойдём ко мне в кабинет, глянем.
— Можно Мария с нами пойдёт? Не хочу оставлять её одну в незнакомом ей месте, — попросил Костя.
— Конечно, можно! — оживился участковый. — Пошли быстрее. Не хочу присутствовать здесь в тот момент, когда появится Трунский-старший.
— Ещё бы! — буркнул Константин.
Они направились к выходу из этого таинственного леса.
Тем временем Леонид поспешным шагом направился к одному дому, стоявшему на окраине Данилова. Пройдя через калитку, он осторожно постучал в дверь.
— Не заперто! — послышался грубый прокуренный голос.
Лёня зашёл в дом и оказался в комнате, окутанной дымом. У окна стоял небольшой обшарпанный стол, за котором восседал на табуретке мужчина и дымил сигаретой. Внешность у хозяина неуютного жилища была более чем отталкивающая. Лицо его вследствие какого-то недуга было немного искривлено, создавая злобную гримасу. Свирепые затуманенные глаза неопределённого цвета смотрели страшно исподлобья.
— Кривой... там это... — заминаясь от волнения, проговорил Лёня.
— Знаю уже, — угрюмо отозвался Кривой, — что менты говорят?
— Менты... говорят, тело нашёл Фёдор...
— Тот самый? — поинтересовался Кривой.
— Да, — ответил парень и нервно сглотнул слюну, — думаешь, это он их?
— Возможно, — процедил бандит.
— Там ещё алкаш один заявляет, что Влад перед смертью упоминал про какую-то куклу... вдруг это та самая кукла?
— Влад звонил мне, перед тем как это случилось, — сообщил Кривой, — ему в кабинет кто-то подбросил записку.
— Это точно она! — взвизгнул Лёня. — Она явилась сюда для мести! Теперь нам капец всем!
— Заткнись! — вскричал Кривой. — Мёртвые с того света не возвращаются!
— Так как тогда объяснить всё то, что происходит? — несмело возразил молодой человек.
— Может, это и вправду зек этот, Фёдор, — предположил Кривой, — сам подумай, он знает все подробности того происшествия, всех участников, знает про куклу. К тому же говорят, что он в религию ударился после отсидки. Вдруг крыша поехала и возомнил себя ангелом мести, мать его! Надо с ним разобраться, пока он и нас из-за угла не грохнул!
— Ты... ты что же... его убить хочешь? — ужаснулся Лёня.
— А почему бы и нет? — усмехнулся Кривой. — Если он может, почему нам не воспользоваться тем же способом устранения проблем?
— А вдруг это всё-таки не он? — продолжал упорствовать Лёня.
— Сам подумай, если не он, то кто? — проговорил бандит. — Будешь ждать, пока он тебе глотку перережет?
— И как ты собираешься всё это провернуть? — настороженно спросил Лёня.
— Сейчас Трунский очухается от шока, потолкую с ним. Вместе решим, как быть с этим Фёдором. А ты пока дуй к себе и ни слова никому, понял?
— Хорошо! — выпалил Лёня и торопливо вышел на улицу.
В это время Константин с Марией уставились в экран компьютера, где на мониторе высвечивалась криминальная хроника за прошедшие два года. Пётр рылся в бумагах.
— Нашёл! — победоносно вскричал он и стал трясти какой-то папкой. — Вот! Год назад! Поистине жуткое преступление. Тут всё: и надругательство, и тяжкие телесные, и убийство.
— Дай-ка сюда, — потребовал Костя, — так, что тут у нас... потерпевшая Валентина Григорьевна Сорокина, двадцать лет....
— Погоди, это та умалишённая, что ли? — всполошился Константин.
— Она самая, — подтвердил участковый, — Валька-дурочка мы её называли, помнишь?
— Это вы её так называли, — отозвался Костя, — я её никогда не дразнил, жалко было. Грех над умственно отсталыми издеваться, они и без того судьбою обижены.
— Ой, ой, какие мы правильные стали, — подколол бывшего коллегу Пётр, — того и гляди рехнёшься, как и Фёдор. Ты ещё пойди в церковь, поклончики сотвори.
— А я, между прочим, ничего не имею против религии. И, если Фёдор искренне поверил в Бога и встал на путь исправления, я очень рад за него. Пусть уж лучше Богу молится, чем ворует. Не позакрывали бы в нашей стране храмы, не было бы сейчас столько сломленных судеб, столько заблудших душ. Религия даёт человеку понятие о нравственности.
— Хорош заливать, — рассмеялся участковый, — а то ты меня пугаешь уже. Лучше материалы дела почитай. Правда, девушке, наверное, неприятно будет слушать подробности.
Мужчины взглянули на Марию.
— Ничего, — успокоила их она, — я уже привыкла к страшным рассказам Кости о его работе. К тому же девушка должна быть готова ко всему, если собирается замуж за сотрудника уголовного розыска.
— Повезло тебе с будущей женой, — улыбнулся Пётр, — у вас будет полное взаимопонимание.
— Куда несёшься, Влад? — спросил тот.
— Кукла! Меня преследует эта чёртова кукла! — завопил обезумевший от страха полицейский и помчался дальше.
Как только он вступил под сень тёмных елей, за спиной его поползли белёсые сгустки. Они очень быстро превратились в плотный, непроницаемый для взора туман. Путь назад был перекрыт. Влад бежал вперёд, но скоро резко затормозил, увидев, что дорога впереди упирается в плотную стену тумана. Через несколько мгновений полицейский был полностью окутан белёсой мглой. А потом в ушах его заголосил зловещий вой.
Влад замер, не в силах оглянуться назад, полицейская форма его пропиталась потом, ноги дрожали, окаменев. Сзади раздался хруст веток. Полицейский медленно обернулся. Взору его предстала пугающая картина: сквозь белую пелену проступила человеческая фигура. Она приближалась медленно, будто упиваясь страхом жертвы. Постепенно молодой человек различил длинные растрёпанные волосы и изорванное запачканное платье.
— Нет! Не надо! — закричал Влад. — Это не я! Это всё Кривой и его парни, ты же знаешь! Я тебя не трогал!
— Ты стоял и потешался, — послышался глухой замогильный голос, — любовался на эту забаву, не так ли? Теперь пришёл черёд мне водить. Кто не спрятался, я не виновата.
— Не-е-ет! — завопил Влад.
Он заставил свои непослушные отяжелевшие ноги бежать. Но бежал он недолго. В тумане не было видно дороги, Влад, споткнувшись, упал в грязь. За спиной он услышал рычание. Его лёгкие наполнились болотным зловонием. Он заплакал.
— Прошу тебя... пощади...
— Плохой мальчик плохого отца, — послышалось в ответ, — теперь я до всех вас доберусь. Передавай привет Бугаю, Лихому и Кире. Надеюсь, вам и в аду будет нескучно.
Наступила тишина... а потом жуткий рык раздался над самым ухом Влада. Грудь пронзила острая боль. Каменея от ужаса, полицейский увидел, как рубашка его рвётся, а на груди, рассечённой невидимым лезвием, проступают кровавые буквы.
— Не надо, — тихо простонал Влад и через мгновение захлебнулся в предсмертном крике, чувствуя, как горло его разрывают острые зубы.
Часа через три Костя и Маша, отдохнувшие, собирались прогуляться по посёлку. Они уже обулись. Внезапно в сенях послышался торопливый топот, а через несколько секунд в комнату ввалился запыхавшийся белобрысый парень. Он наткнулся прямо на Костю и замер, вытаращив глаза.
— На ловца и зверь бежит, — буркнул Костя угрюмо.
— Как! Ты тут! Приехал...
— Как видишь. Мать тебе не сказала?
— Костя, я не знал, что ты приедешь, — пролепетал парень растерянно.
— Лёня, если бы знал, не пришёл бы домой, так? — начал раздражаться мужчина.
— Ты обо мне что-то узнал? — с замиранием сердца спросил Лёня.
— Достаточно, чтобы у меня появилось желание надрать тебе задницу!
— Костя, успокойся, — начала уговаривать возлюбленного Мария, — разве так должны встречаться братья после долгой разлуки?
— Ладно, разбор полётов устроим позже, — смягчился Константин, — прогулку не хочу отменять. Ты чего, кстати, такой встревоженный?
— Там это... Влада убили!
— Как! — поразился Костя. — Влада Трунского? Сына начальника полиции?
— Да! — выпалил Костя. — Тут один мужик в лес пошёл, рецидивист одни. Фёдор, помнишь?
— А, этот, которого я несколько лет назад задерживал за кражу, — припомнил Костя.
— Да, да, он самый, — закивал парень, — так вот, Фёдор этот говорит, за малинкой в лес пошёл. Он, знаешь ли, странный какой-то стал. Как освободился, приехал домой. А дома-то никого. Жена ушла, не дождалась, мать померла. Вот и живёт с тех пор один.
— И с криминалом завязал? — спросил Костя.
— Завязал, — подтвердил его брат, — и не только с криминалом. С алкоголем тоже. Стал в церквушку нашу ходить. Уж что у него на уме, не знаю, может, это он всех мочит?
— Да зачем ему это? — засомневался мужчина.
— Не знаю, — пожал плечами Лёня, — вдруг крыша у него поехала? В общем, это он наткнулся на труп. Говорит, тёплый ещё... Там такой переполох поднялся!
— Да где там-то? — не выдержал Костя. — Где это случилось?
— На опушке, — ответил парень, — то есть не совсем на опушке, а чуть подальше в лесу. Влад пробежал по Новопоселковой улице мимо моего приятеля, даже не заметил его и на вопросы не ответил. Крикнул только моему знакомому, что за ним кукла какая-то гонится.
— Кто? — изумилась Маша, до этого молчавшая.
— Кукла, — повторил Лёня, — а что за кукла, непонятно.
— Это что же Влад, выходит, бежал из самого центра посёлка сюда, на окраину? — озадачился Константин. — Здорово же его кто-то напугал. Пойду, гляну. Это же совсем рядом.
— Я с тобой! — сказала Маша.
Костя нахмурился:
— Не думаю, что созерцание места преступления у тебя вызовет восторг. И не пустят тебя. Да и меня-то, возможно, не пустят, хоть я и работал несколько лет в местном отделении полиции. Но теперь-то я не их сотрудник.
— Я всё равно хочу пойти с тобой, — заупрямилась девушка.
— И я тоже пойду, — проговорил Костя, — надо же, такое стряслось! Сына главного нашего мента убили!
Костя пожал плечами, не пытаясь никого отговорить от такого мероприятия.
Все трое вышли из дома и поспешили к месту преступления. Идти и правда оказалось недалеко. Войдя в лес, молодые люди сразу услышали голоса. Место происшествия уже оцепили. Костя потребовал, чтобы Мария и Леонид стояли поодаль, а сам подошёл к бывшим сослуживцам.
— О! Какие люди! — загорланил толстый немолодой мужчина в форме. — А я-то дурак не поверил Петьке, когда тот сказал, что ты в городе.
— Здорово, Никита Максимович, — ответил Константин.
— Как в Москве служится? — поинтересовался Никита Максимович.
— Нормально служится, — усмехнулся Костя, — у вас тут тоже работы хватает, я погляжу.
— Да, — помрачнел толстяк, — чертовщина какая-то. Теперь такое начнётся! Убили ведь не кого-то, а Трунского Влада.
— Отец его в курсе?
— В курсе. Еле дозвонились. Едет сюда. Ох, полетят, я чувствую, головы.
— Тело Фёдор нашёл?
— А ты откуда знаешь? — удивился Никита Максимович.
— Новости быстро наш посёлок облетают, — ответил Костя и покосился на брата.
— Фёдора допросили уже, вон он в сторонке сидит, курит.
Константин пригляделся. Неподалёку на пне сидел лысый мужчина с гладко выбритым лицом. Он смотрел задумчиво на ели, образующие густую чащу. Костя подошёл к нему.
— Ну, здравствуй, Фёдор, — буркнул он.
Мужчина, не поднимая на полицейского взгляда серых глаз, степенно ответил:
— И тебе не хворать, Константин Иванович.
— Надо же, как официально...
— Приучили с вами, ментами, так общаться... Помнишь, как ты при задержании мне в зубы двинул?
Костя нахмурился.
— А на допросах, помнишь, как колотил меня, заставляя обращаться к тебе по имени отчеству, — продолжал бесстрастно говорить бывший заключённый.
Полицейский молчал.
— Так что ты хотел спросить, Константин Иванович?
— Тело ведь ты нашёл?
— Да, я. Пошёл за ягодой в лес. Не успел пройти и триста метров, как вижу, кровь везде и труп этого гадёныша.
— Полегче, — процедил Костя, — а то решат, что ты убил.
— А это вы запросто, — хмыкнул Фёдор, — и смерти Бугая, Лихого и Киры тоже сможете мне в два счёта приписать, за вами не заржавеет.
— Так, может, ты и грохнул их? — злобно спросил Костя.
— Да нет, не я...
— Тогда кто?
— Их убила... она... — задумчиво ответил Фёдор.
— Кто она-то? — Костя начал терять терпение.
— А это ты сам выясняй, ты же мент, — отозвался Фёдор, — можешь, кстати, у своего сосунка спросить. Уверен, ему есть что рассказать.
— Ты Лёньку имеешь в виду? — спросил Константин.
— Его самого, — подтвердил догадку рецидивист.
— Да он-то здесь при чём может быть? — растерялся полицейский. — Как вообще все эти жертвы связаны между собой? Криминальные элементы и сын начальника полиции...
— Ты давно не был в нашем городке, Константин Иванович, — не меняя равнодушного тона, ответил Фёдор, — сейчас не то, что было раньше. Теперь уж не поймёшь, кто мент, кто вор, всё смешалось... оборотни везде.
— Что ты имеешь в виду? — Костя напряжённо растирал лоб.
— При бывшем начальнике полиции всё было просто. Вы ловите, мы скрываемся. Было ясно, кто есть кто. Начальник-то принципиальный у вас был. Честный. А теперешний хуже любого беспредельщика. Почти все менты теперь в нашем городке повязаны с криминалом. А Трунский их покрывает. С Кривым общие дела имеет.
— И не боишься ты мне всё это рассказывать? — с сомнением покачал головой Константин.
— Да мне, похоже, жить пару дней осталось, — вздохнул Фёдор, — она тоже за мной придёт...
— Кто она-то? Объяснишь ты наконец или нет?
Но Фёдор молча встал и, не ответив на вопрос, буркнул:
— До свидания, Константин Иванович, пора мне.
Костя молча смотрел, как мужчина, сгорбившись, плетётся к опушке леса.
— Рехнулся Фёдор, что ли? — проворчал он.
Полицейский постоял ещё немного, задумчиво осматривая верхушки величественных елей. Потом он приблизился к Марии и Лёне.
— Ну-ка, расскажи мне, братец, как все эти убитые связаны между собой? А главное, как они связаны с тобой? — глядя в упор на брата, спросил Константин.
— Ты... ты чего, Костян? Не знаю я ничего! — занервничал парень. — И вообще, мне пора.
Он развернулся и засеменил прочь.
— Лёня! — заорал остервенело Костя. — Вернулся, быстро!
Но парень продолжал уходить с места происшествия. Старший брат намеревался ринуться за ним, но Мария остановила его:
— Погоди, любимый. Так ты ничего не добьёшься. Будешь давить на него, он вообще закроется и ничего никогда не расскажет. Ты видишь, что он и так напуган.
— Вижу, — мрачно отозвался мужчина, — и это означает, что ему есть что скрывать.
Между тем к влюблённым подошёл Пётр.
— Ну, что я говорил? — нервно смеясь, сказал он. — Опять убийство! И не кого-нибудь, а сына самого Тругунского!
— Там свидетель про какую-то куклу говорил, — вспомнил Константин, — что за кукла?
— Да это местный пьяница сказал, что когда Влад проносился мимо него, заявил, что его преследует какая-то кукла.
— Может, они все обдолбанные тут? — нахмурился Костя. — Фёдор этот тоже чушь городит. Считает, его скоро убьют.
— Я же сразу тебе сказал, чертовщина здесь какая-то началась, — вздохнул участковый.
— Слушай, а ты мог бы меня проинформировать обо всех страшных случаях, произошедших в посёлке за последнее время?
— Да легко! — ответил Пётр. — Пойдём ко мне в кабинет, глянем.
— Можно Мария с нами пойдёт? Не хочу оставлять её одну в незнакомом ей месте, — попросил Костя.
— Конечно, можно! — оживился участковый. — Пошли быстрее. Не хочу присутствовать здесь в тот момент, когда появится Трунский-старший.
— Ещё бы! — буркнул Константин.
Они направились к выходу из этого таинственного леса.
Тем временем Леонид поспешным шагом направился к одному дому, стоявшему на окраине Данилова. Пройдя через калитку, он осторожно постучал в дверь.
— Не заперто! — послышался грубый прокуренный голос.
Лёня зашёл в дом и оказался в комнате, окутанной дымом. У окна стоял небольшой обшарпанный стол, за котором восседал на табуретке мужчина и дымил сигаретой. Внешность у хозяина неуютного жилища была более чем отталкивающая. Лицо его вследствие какого-то недуга было немного искривлено, создавая злобную гримасу. Свирепые затуманенные глаза неопределённого цвета смотрели страшно исподлобья.
— Кривой... там это... — заминаясь от волнения, проговорил Лёня.
— Знаю уже, — угрюмо отозвался Кривой, — что менты говорят?
— Менты... говорят, тело нашёл Фёдор...
— Тот самый? — поинтересовался Кривой.
— Да, — ответил парень и нервно сглотнул слюну, — думаешь, это он их?
— Возможно, — процедил бандит.
— Там ещё алкаш один заявляет, что Влад перед смертью упоминал про какую-то куклу... вдруг это та самая кукла?
— Влад звонил мне, перед тем как это случилось, — сообщил Кривой, — ему в кабинет кто-то подбросил записку.
— Это точно она! — взвизгнул Лёня. — Она явилась сюда для мести! Теперь нам капец всем!
— Заткнись! — вскричал Кривой. — Мёртвые с того света не возвращаются!
— Так как тогда объяснить всё то, что происходит? — несмело возразил молодой человек.
— Может, это и вправду зек этот, Фёдор, — предположил Кривой, — сам подумай, он знает все подробности того происшествия, всех участников, знает про куклу. К тому же говорят, что он в религию ударился после отсидки. Вдруг крыша поехала и возомнил себя ангелом мести, мать его! Надо с ним разобраться, пока он и нас из-за угла не грохнул!
— Ты... ты что же... его убить хочешь? — ужаснулся Лёня.
— А почему бы и нет? — усмехнулся Кривой. — Если он может, почему нам не воспользоваться тем же способом устранения проблем?
— А вдруг это всё-таки не он? — продолжал упорствовать Лёня.
— Сам подумай, если не он, то кто? — проговорил бандит. — Будешь ждать, пока он тебе глотку перережет?
— И как ты собираешься всё это провернуть? — настороженно спросил Лёня.
— Сейчас Трунский очухается от шока, потолкую с ним. Вместе решим, как быть с этим Фёдором. А ты пока дуй к себе и ни слова никому, понял?
— Хорошо! — выпалил Лёня и торопливо вышел на улицу.
В это время Константин с Марией уставились в экран компьютера, где на мониторе высвечивалась криминальная хроника за прошедшие два года. Пётр рылся в бумагах.
— Нашёл! — победоносно вскричал он и стал трясти какой-то папкой. — Вот! Год назад! Поистине жуткое преступление. Тут всё: и надругательство, и тяжкие телесные, и убийство.
— Дай-ка сюда, — потребовал Костя, — так, что тут у нас... потерпевшая Валентина Григорьевна Сорокина, двадцать лет....
— Погоди, это та умалишённая, что ли? — всполошился Константин.
— Она самая, — подтвердил участковый, — Валька-дурочка мы её называли, помнишь?
— Это вы её так называли, — отозвался Костя, — я её никогда не дразнил, жалко было. Грех над умственно отсталыми издеваться, они и без того судьбою обижены.
— Ой, ой, какие мы правильные стали, — подколол бывшего коллегу Пётр, — того и гляди рехнёшься, как и Фёдор. Ты ещё пойди в церковь, поклончики сотвори.
— А я, между прочим, ничего не имею против религии. И, если Фёдор искренне поверил в Бога и встал на путь исправления, я очень рад за него. Пусть уж лучше Богу молится, чем ворует. Не позакрывали бы в нашей стране храмы, не было бы сейчас столько сломленных судеб, столько заблудших душ. Религия даёт человеку понятие о нравственности.
— Хорош заливать, — рассмеялся участковый, — а то ты меня пугаешь уже. Лучше материалы дела почитай. Правда, девушке, наверное, неприятно будет слушать подробности.
Мужчины взглянули на Марию.
— Ничего, — успокоила их она, — я уже привыкла к страшным рассказам Кости о его работе. К тому же девушка должна быть готова ко всему, если собирается замуж за сотрудника уголовного розыска.
— Повезло тебе с будущей женой, — улыбнулся Пётр, — у вас будет полное взаимопонимание.
