— Значит, нет, — хамовато произнес незнакомец и добавил, — а вот я жажду тебя покатать. С ветерком. Свистом. И стоном из твоего нежного горла, — зло хмыкнул, добавляя, — но это потом, а сейчас дела, — и резко толкнул в сторону огромного, распахнутого в «хищной» улыбке люка, ведущего на борт.
Твердые руки подхватили вновь, не давая опомниться. Потом я перекочевала в другие, горячие ладони и снова потерялась, слыша противный гогот со всех сторон. Вырываться даже не пыталась, а вот скулить скулила… от обиды, от бешенства, да и от несправедливости судьбы в целом!
Так я оказалась на борту пиратского флагмана. Огромного, страшного и безумно пугающего. В очередных мощных объятиях, в самом центре распахнутого грузового отсека, вокруг которого шустро сновал экипаж, поспешно «собирая манатки» и собираясь в скором времени убраться с планеты, прихватив меня с собой.
Мне ничего другого не оставалось, как безропотно замереть в чужих, сильных руках и рассматривать пространство базы, раскинувшееся предо мной. А еще глотать слезы, прекрасно понимая что меня ждет впереди… Да, я знала что будет дальше — пираты бывало наведывались на базу, но это были маленькие капсулы с усталыми, довольно слабыми существами, жаждущими наживы простым и тривиальным способом, с помощью воровства ценных экземпляров животных. Ценная людская кровь им даже не снилась! Впрочем, на людей пиратское братство покушаться не брезговало. Но кровь… жидкость, увы, не долговечная, к длительной транспортировке пригодная только внутри сосуда. А люди на базе — великая ценность! Охраняемая, как зеница ока!
Я смотрела вниз на снующих, усталых, но довольно шустрых для подобного состояния личностей и ничего кроме страха не ощущала. Кровь в венах стыла, что собственно со мной случилось в первый раз, а ноги подгибались в коленях, грозясь опрокинуть свою хозяйку к ногам пиратов. И неизменно мое внимание привлекал незнакомец. Он управлял своей командой громко, резко и зло. При этом на его губах цвела хищная улыбка, которая, впрочем, не трогала холодную синеву его глаз. Напротив. С этой улыбкой он казался жестче, страшнее…
И вдруг он резко повернул голову ко мне, ловя мой взгляд, мой вздох. Прищурился, рассматривая меня и двинулся в мою сторону. Сказать, что я испугалась это не сказать ничего! Я дернулась, намереваясь вырваться из цепких лап стоящего позади пирата, но не смогла замерев, наблюдая за приближением незнакомца. Он шел быстро, уверенно и целенаправленно, не сводя с меня заинтересованного взгляда.
— Оставь нас, — произнес тихо, приближаясь. Могучие руки мгновенно выпустили меня из стального захвата, оставляя один на один с незнакомцем. Я вздернула подбородок и нервно прикусила щеку изнутри, чтобы хоть немного прийти в себя. Боль, она, знаете ли, отрезвляет. Странно, но такого страха наедине со сваргом я не испытывала, хотя по определению это самая опасная раса галактики!
— Откуда ты здесь, детка? — незнакомец был краток.
— Прислуга, — я тоже не отличалась словоохотливостью.
— Прислуга, — прищурился незнакомец, оценивающе меня рассматривая.
— Убираю. За тиграми, — произнесла первое, что пришло в голову. Нет, конечно, за хищниками ухаживали хванги, но чем я хуже них! Подумаешь в предрассветный час выгулять большую кошку, тоже мне невидаль!
Но, видимо, я все же хуже… Судя по бешеному взгляду замершего напротив незнакомца. Э-э-э, судя по его реакции существенно хуже!
— Знаешь, как я наказываю за вранье, — с шипящей интонацией произнес незнакомец. Странный вопрос… откуда мне знать, если я вижу этого гада в первый раз!
Незнакомец властно дернул меня к себе, больно притягивая за талию, и ухватил второй рукой за затылок, насильно привлекая к себе. Дернулась, осознавая происходящее, но сил оттолкнуть мощного, настырного гада не хватило. К бездне, не хочу! Пока я мысленно вопила, пытаясь сопротивляться, незнакомец впился в мой рот жалящим, злым поцелуем, сминая мягкие губы, властно провел языком по щеке, нахально облизываясь, и вновь вернулся к моим губам, мягко надавливая на них, углубляя поцелуй. Его ладони с силой сжались на талии, так что заскрипели кости, причиняя боль. А губы ласкали мягко, нежно, настойчиво, создавая пугающий контраст происходящий с моим телом.
Внутри разливалась паника, но дернуться и вырваться из цепких, настырных лап я не решилась, предпочитая немного потерпеть. Такие, как этот, любят сопротивление, игры, вопли и плач. К равнодушию они не привыкли, к терпению и безразличию, я надеюсь, тоже…
И я терпела, сдержанно шевеля губами. В конце концов, это всего лишь поцелуй! Подумаешь! Сложного то ничего… губами шевелить, да постоять немного, не дергаясь. Можно еще о чем-нибудь думать, отвлеченном, чтобы не так противно было.
А незнакомец все не отставал, не желая выпускать меня из тесных объятий. Притягивал ближе, стараясь сильнее вжаться в мое податливое, расслабленное тело. Пусть… скоро все равно выдохнется, успокоиться и отстанет. Я слышала тихий хрип этого гада, его прерывистое дыхание, стук сердца под нервно сжатой в кулак ладонью — единственной ощутимой преградой между нашими телами.
— Остановись! — я с силой дернулась назад, вырываясь. Вытерпеть подобное оказалось задачей непосильной! Мокрые губы успели оставить влажный след не только на моих губах, щеке, но и на шее. Незнакомец ухмыльнулся и отодвинулся.
Тишина… Она оглушала… И только сейчас я ощутила взгляды нескольких десятков человек. Пронзительные, злые, и насмешливые…
— Я не представляю ценности. Зачем тебе… — паника накрыла с головой, мешая сформулировать мысли, — лишние неприятности. На языке вертелся неприятный, щекотливый вопрос, ответ на который висел в воздухе. Я прекрасно осознавала, зачем особь женского пола может понадобиться мужской особи в долгом и, несомненно, нелегком путешествии.
Осознание… оно такое… бьет наотмашь и сразу ставит мозги на место. Так и я, приняв свою судьбу, решительно ее отвергла, собираясь бороться!
— Отпусти. Мне пора! — рыкнула я и сделала поспешные шаги назад. Незнакомец не сдвинулся с места, лишь смотрел и улыбался. В его глазах я видела приговор и простое — «не отпустит».
— Уже уходишь, — насмешливо произнес этот гад и добавил с сарказмом, — детка, мы только начали, ты упускаешь самое интересное.
— Спасибо, звезды я уже видела. А желания лететь у меня напрочь отсутствует. Укачивает, знаешь ли, — нагло, не спорю. Но надо же было чем-то его отвлечь! Пока я двигалась назад к трапу. Мне всего лишь надо удалиться подальше от этого типа, а потом неожиданный удар огнем и бег с препятствиями, поспешный, скорый и очень-очень резвый!
Сердце билось в груди так громко, что, кажется, его стук слышали все присутствующие. Увы, их было слишком много на одну меня, но сдаваться я не собиралась, а вот прыгнуть прямо вниз я была морально готова. Впрочем, пока я рассчитывала на трап, а уж прыжок — это так, на крайний случай. Только вот тихий вкрадчивый голос заставил вздрогнуть не только меня, но и всех наблюдающих за представлением личностей.
— Команда в сборе, капитан. Все готово к отлету.
Тихий скрежет закрылок, мягкое движение трапа и одновременное движение в грузовом отсеке заставили отмереть не только меня, но и всю команду звездолета. Все, спектакль окончен, народ решительно взялся за дело, неохотно растекаясь по своим местам.
Команда свалила так же незаметно, как и появилась. А вот незнакомец с довольной улыбкой на губах и по-прежнему злыми, бешеными глазами не двигался с места. Он стоял и смотрел на меня, а я… я смотрела на трап, незаметно втягивающийся в основу корабля, на пространство базы и на… сварга, застывшего напротив, где-то там внизу, на линии моего взгляда.
Он стоял неподвижно и сосредоточенно взирал на космолет, как будто что-то напряженно просчитывая в уме. Его лицо было бледным, зрачки темными, вертикальными, а кулаки сжатыми. И в этой разливающейся внутри сварга темноте я видела смерть…
— Отойди от нее.
Произнес спокойно, без тени эмоций. Только вот за этими простыми словами скрывался ураган. И этот ураган мы ощутили на своих шкурах — волна необъяснимого, животного страха пронзила все тело, заставляя его дернуться, содрогаясь. Незнакомец услышал слова, произнесенные сваргом, я скорее прочитала по губам.
— Отойди. От нее, — громко, четко и не придерешься… типа ничего не слышал, а оттого ничего не ведаю!
— Сварг из правящей ветви. Собственной персоной… — протянул незнакомец. Я слышала вибрацию двигателей, трап полностью поглотило нутро корабля, осталось дело за малым — «крышка» грузового отсека и взлет. И сварг останется на ненавистной мной планете, а я окажусь в полной власти темной личности неизвестного происхождения. При таком раскладе планета вовсе не так плоха, как казалось на первый взгляд.
И я посмотрела на сварга. С надеждой так посмотрела, с раскаянием. Мне еще никогда не приходилось прощаться. Ну вот, видимо, и наступил тот момент… И да, я ненавидела себя за трусость. Приблизившись к краю грузового отсека, не обнаружив там трап, я поняла, что не смогу. Не смогу прыгнуть с надеждой, что мне повезет, и шею я себе не сломаю. Да, я просто хотела жить, а оттого смотрела на сварга, прекрасно понимая, что ничего уже не изменить. И мне было жаль. По-настоящему жаль, что все вышло вот так… Просто сварг, он был не так плох, особенно в сравнении…
Незнакомец быстро пересек расстояние между нами и схватил меня за шею, что собственно оказалось полной неожиданностью. Сварг не двигался с места, наблюдая за нами снизу вверх.
— Значит, не хочешь по-хорошему! — крикнул он с вызовом. Глаза метали молнии, а лицо почему-то казалось расслабленным… Нет, скорее уверенным в себе.
— Твой сварг самоуверен, — зло хихикнул пират мне на ухо, читая мои мысли. И уже громко, для сварга:
— Шаг и она умрет, — а вот это мне не понравилось вовсе. Сварг взглянул на незнакомца, хищно оскалился. А я пискнула, не сдержавшись, получив больной тычок под ребра от незнакомца.
— Значит, она нужна тебе. Что ж, урод, поиграем, — со смехом произнес пират и недобро ухмыльнулся, продолжая сжимать мое тело в стальном капкане.
— А не боишься? — выдохнул сварг. И «врата» между нами захлопнулись. Грузовой отсек поглотила темнота.
— Бояться тебя, Нагрид из рода Азгард, я привык, — прошипел тихо, над ухом.
Короткое, командное:
— Взлетаем!
Тихий вздох двигателя, шумный выдох — мой. И взлет.
— Нет, у него кончилось небо! (* Джо Хилл).
Космолет стремительно набирал скорость, унося меня на борту. Я же, зажатая в сильных руках, глупо пялилась на противоположную стену и мысленно гадала.
«Скажите как?! Вот как?! Такой идеальный, тщательно спланированный план превратился в это…»
Взгляд затравленно метнулся по замкнутому пространству. Пошарил немного по металлу стен и вернулся обратно к носам собственных ботинок.
«Да. План дал трещину! Это очевидно».
И тут внутренний голос сорвался на крик…
Спустя пару мгновений я все же смогла связно мыслить, пусть и с трудом.
«Трещину… Нет, он просто рассыпался на моих глазах… оставляя меня в штиле скорби и пустоте непонимания».
На самом деле множество противоречивых чувств роилось в моей груди, сбивая с толку и не давая сосредоточиться и действовать. Но, главное, не давая осознать всю степень моего погружения собственно в… нечистоты! И это хорошо… надвигающаяся истерика немного отступила. На смену ей пришло желание действовать, пусть и в данной ситуации оно казалось смешным.
«Ха! Действовать! Остановите судно — я сойду!»
«Так тебя и отпустили!»
Подтверждая мои мысли, пират озвучил собственно свои:
— Итак, детка, добро пожаловать на мой космолет. Для особо непонятливых — будешь вести себя пристойно — выживешь. А если нет — то пусть небеса станут тебе пухом.
Улыбнулся собственной шутке. Я же замерла, осознавая произнесенное им.
Ну, что сказать, жизнеутверждающе. Ободряюще. И вообще оптимистично!
— Пристойно это, конечно, хорошо, — произнесла спокойно, уверенно и даже голос не дрогнул. На самом деле дрогнул, но никто не услышал из-за громкого, разрывающего пространство звука. Стены, они ходили ходуном, треща, как кучка металлического хлама, сотрясаясь и грозясь развалиться здесь и сейчас на множество маленьких космолетиков! Это база палила по нам из всех «орудий», собираясь сбить космолет. И это с одной стороны логично, но с другой оказалось для меня неожиданностью!
Я тихонько заверещала, падая на пол и обхватывая лысую голову руками. Самое ценное как-никак! Пират возился где-то ориентировочно по соседству. Спесь, гонор и прочие атрибуты победителя «валялись» рядом с ним, в пыли и «печали», а наши, потерявшие опору тела, катались по хвостовому отсеку космолета, собирая пыль, грязь и собственно все что попадалось на пути. Впрочем, меня сей факт не беспокоил. А вот факт нашего обстрела волновал чрезвычайно сильно! В этот миг я поняла, как скоротечна жизнь… а оттого забыла про все каверзы судьбы и решила выжить во что бы то ни стало… «Пристойно» не такое уж непонятное слово! Ради выживания я готова была сполна изучить его смысл…
Спустя пару минут, показавшихся мне вечностью, какофония звуков стихла. Космолет тряхнуло в последний раз, и он с тихим скрежетом, раненый, но не добитый рванул в гиперпространство. Тихий вздох облегчения вырвался у нас с пиратом, только-только принявших вертикальное положение, одновременно. Вздох облегчения, радости и счастья.
— Он пытался нас сбить, — задумчиво пробурчал пират. — Сильно. Не ожидал, — добавил угрюмо.
— Сварги жестоко мстят обидчикам, — спокойно произнесла я, собирая побитое тело в единое целое. — Такое развитие событий ожидаемо, — добавила глухо. Наверное, зря. Пират, до этого забывший о моем существовании, резко повернул голову и посмотрел прямо в глаза. Скафандр, разбитый в процессе взлета частично открывал его лицо. Я видела толстые губы, тяжелый подбородок и часть жилистой шеи.
Пират задумчиво жевал губу и смотрел на меня.
— Сварги берегут своих женщин, как зеницу ока. И не важно, возлюбленная это или девушка на час. Это дело чести, знаешь ли, — медленно произнес он, пронизывая меня настойчивым, злым взглядом. — Я был уверен, что ты гарантия нашей безопасности. И собирался вернуть столь ценный груз в целостности и сохранности. Неприятности, и уж тем более разборки со сваргом мне не нужны.
— Вернуть? – хмыкнула я. Не настолько я доверчива, чтобы поверить словам пирата.
— Вернуть. По сходной цене, — повторил пират. А вот в этом я не сомневалась.
— За простую уборщицу ты получишь немного, а вот за оскорбление сварга на его территории ты можешь лишиться не только корабля, но жизни.
Не знаю, зачем мне понадобилось сыпать соль на открытую рану пирата…
— Выкинуть тебя за борт? — просто ответил пират, меняя интонацию. И я запнулась, обрывая свою монотонную речь на полуслове. Только сейчас до меня дошел смысл его слов. Мое присутствие на корабле терпели только из-за сварга, считая меня его собственностью. Лелеемой и оберегаемой. А значит ценной и баснословно дорогой! А раз это не так, то и обуза, в моем лице, кораблю и соответственно его капитану без надобности.
Твердые руки подхватили вновь, не давая опомниться. Потом я перекочевала в другие, горячие ладони и снова потерялась, слыша противный гогот со всех сторон. Вырываться даже не пыталась, а вот скулить скулила… от обиды, от бешенства, да и от несправедливости судьбы в целом!
Так я оказалась на борту пиратского флагмана. Огромного, страшного и безумно пугающего. В очередных мощных объятиях, в самом центре распахнутого грузового отсека, вокруг которого шустро сновал экипаж, поспешно «собирая манатки» и собираясь в скором времени убраться с планеты, прихватив меня с собой.
Мне ничего другого не оставалось, как безропотно замереть в чужих, сильных руках и рассматривать пространство базы, раскинувшееся предо мной. А еще глотать слезы, прекрасно понимая что меня ждет впереди… Да, я знала что будет дальше — пираты бывало наведывались на базу, но это были маленькие капсулы с усталыми, довольно слабыми существами, жаждущими наживы простым и тривиальным способом, с помощью воровства ценных экземпляров животных. Ценная людская кровь им даже не снилась! Впрочем, на людей пиратское братство покушаться не брезговало. Но кровь… жидкость, увы, не долговечная, к длительной транспортировке пригодная только внутри сосуда. А люди на базе — великая ценность! Охраняемая, как зеница ока!
Я смотрела вниз на снующих, усталых, но довольно шустрых для подобного состояния личностей и ничего кроме страха не ощущала. Кровь в венах стыла, что собственно со мной случилось в первый раз, а ноги подгибались в коленях, грозясь опрокинуть свою хозяйку к ногам пиратов. И неизменно мое внимание привлекал незнакомец. Он управлял своей командой громко, резко и зло. При этом на его губах цвела хищная улыбка, которая, впрочем, не трогала холодную синеву его глаз. Напротив. С этой улыбкой он казался жестче, страшнее…
И вдруг он резко повернул голову ко мне, ловя мой взгляд, мой вздох. Прищурился, рассматривая меня и двинулся в мою сторону. Сказать, что я испугалась это не сказать ничего! Я дернулась, намереваясь вырваться из цепких лап стоящего позади пирата, но не смогла замерев, наблюдая за приближением незнакомца. Он шел быстро, уверенно и целенаправленно, не сводя с меня заинтересованного взгляда.
— Оставь нас, — произнес тихо, приближаясь. Могучие руки мгновенно выпустили меня из стального захвата, оставляя один на один с незнакомцем. Я вздернула подбородок и нервно прикусила щеку изнутри, чтобы хоть немного прийти в себя. Боль, она, знаете ли, отрезвляет. Странно, но такого страха наедине со сваргом я не испытывала, хотя по определению это самая опасная раса галактики!
— Откуда ты здесь, детка? — незнакомец был краток.
— Прислуга, — я тоже не отличалась словоохотливостью.
— Прислуга, — прищурился незнакомец, оценивающе меня рассматривая.
— Убираю. За тиграми, — произнесла первое, что пришло в голову. Нет, конечно, за хищниками ухаживали хванги, но чем я хуже них! Подумаешь в предрассветный час выгулять большую кошку, тоже мне невидаль!
Но, видимо, я все же хуже… Судя по бешеному взгляду замершего напротив незнакомца. Э-э-э, судя по его реакции существенно хуже!
— Знаешь, как я наказываю за вранье, — с шипящей интонацией произнес незнакомец. Странный вопрос… откуда мне знать, если я вижу этого гада в первый раз!
Незнакомец властно дернул меня к себе, больно притягивая за талию, и ухватил второй рукой за затылок, насильно привлекая к себе. Дернулась, осознавая происходящее, но сил оттолкнуть мощного, настырного гада не хватило. К бездне, не хочу! Пока я мысленно вопила, пытаясь сопротивляться, незнакомец впился в мой рот жалящим, злым поцелуем, сминая мягкие губы, властно провел языком по щеке, нахально облизываясь, и вновь вернулся к моим губам, мягко надавливая на них, углубляя поцелуй. Его ладони с силой сжались на талии, так что заскрипели кости, причиняя боль. А губы ласкали мягко, нежно, настойчиво, создавая пугающий контраст происходящий с моим телом.
Внутри разливалась паника, но дернуться и вырваться из цепких, настырных лап я не решилась, предпочитая немного потерпеть. Такие, как этот, любят сопротивление, игры, вопли и плач. К равнодушию они не привыкли, к терпению и безразличию, я надеюсь, тоже…
И я терпела, сдержанно шевеля губами. В конце концов, это всего лишь поцелуй! Подумаешь! Сложного то ничего… губами шевелить, да постоять немного, не дергаясь. Можно еще о чем-нибудь думать, отвлеченном, чтобы не так противно было.
А незнакомец все не отставал, не желая выпускать меня из тесных объятий. Притягивал ближе, стараясь сильнее вжаться в мое податливое, расслабленное тело. Пусть… скоро все равно выдохнется, успокоиться и отстанет. Я слышала тихий хрип этого гада, его прерывистое дыхание, стук сердца под нервно сжатой в кулак ладонью — единственной ощутимой преградой между нашими телами.
— Остановись! — я с силой дернулась назад, вырываясь. Вытерпеть подобное оказалось задачей непосильной! Мокрые губы успели оставить влажный след не только на моих губах, щеке, но и на шее. Незнакомец ухмыльнулся и отодвинулся.
Тишина… Она оглушала… И только сейчас я ощутила взгляды нескольких десятков человек. Пронзительные, злые, и насмешливые…
— Я не представляю ценности. Зачем тебе… — паника накрыла с головой, мешая сформулировать мысли, — лишние неприятности. На языке вертелся неприятный, щекотливый вопрос, ответ на который висел в воздухе. Я прекрасно осознавала, зачем особь женского пола может понадобиться мужской особи в долгом и, несомненно, нелегком путешествии.
Осознание… оно такое… бьет наотмашь и сразу ставит мозги на место. Так и я, приняв свою судьбу, решительно ее отвергла, собираясь бороться!
— Отпусти. Мне пора! — рыкнула я и сделала поспешные шаги назад. Незнакомец не сдвинулся с места, лишь смотрел и улыбался. В его глазах я видела приговор и простое — «не отпустит».
— Уже уходишь, — насмешливо произнес этот гад и добавил с сарказмом, — детка, мы только начали, ты упускаешь самое интересное.
— Спасибо, звезды я уже видела. А желания лететь у меня напрочь отсутствует. Укачивает, знаешь ли, — нагло, не спорю. Но надо же было чем-то его отвлечь! Пока я двигалась назад к трапу. Мне всего лишь надо удалиться подальше от этого типа, а потом неожиданный удар огнем и бег с препятствиями, поспешный, скорый и очень-очень резвый!
Сердце билось в груди так громко, что, кажется, его стук слышали все присутствующие. Увы, их было слишком много на одну меня, но сдаваться я не собиралась, а вот прыгнуть прямо вниз я была морально готова. Впрочем, пока я рассчитывала на трап, а уж прыжок — это так, на крайний случай. Только вот тихий вкрадчивый голос заставил вздрогнуть не только меня, но и всех наблюдающих за представлением личностей.
— Команда в сборе, капитан. Все готово к отлету.
Тихий скрежет закрылок, мягкое движение трапа и одновременное движение в грузовом отсеке заставили отмереть не только меня, но и всю команду звездолета. Все, спектакль окончен, народ решительно взялся за дело, неохотно растекаясь по своим местам.
Команда свалила так же незаметно, как и появилась. А вот незнакомец с довольной улыбкой на губах и по-прежнему злыми, бешеными глазами не двигался с места. Он стоял и смотрел на меня, а я… я смотрела на трап, незаметно втягивающийся в основу корабля, на пространство базы и на… сварга, застывшего напротив, где-то там внизу, на линии моего взгляда.
Он стоял неподвижно и сосредоточенно взирал на космолет, как будто что-то напряженно просчитывая в уме. Его лицо было бледным, зрачки темными, вертикальными, а кулаки сжатыми. И в этой разливающейся внутри сварга темноте я видела смерть…
— Отойди от нее.
Произнес спокойно, без тени эмоций. Только вот за этими простыми словами скрывался ураган. И этот ураган мы ощутили на своих шкурах — волна необъяснимого, животного страха пронзила все тело, заставляя его дернуться, содрогаясь. Незнакомец услышал слова, произнесенные сваргом, я скорее прочитала по губам.
— Отойди. От нее, — громко, четко и не придерешься… типа ничего не слышал, а оттого ничего не ведаю!
— Сварг из правящей ветви. Собственной персоной… — протянул незнакомец. Я слышала вибрацию двигателей, трап полностью поглотило нутро корабля, осталось дело за малым — «крышка» грузового отсека и взлет. И сварг останется на ненавистной мной планете, а я окажусь в полной власти темной личности неизвестного происхождения. При таком раскладе планета вовсе не так плоха, как казалось на первый взгляд.
И я посмотрела на сварга. С надеждой так посмотрела, с раскаянием. Мне еще никогда не приходилось прощаться. Ну вот, видимо, и наступил тот момент… И да, я ненавидела себя за трусость. Приблизившись к краю грузового отсека, не обнаружив там трап, я поняла, что не смогу. Не смогу прыгнуть с надеждой, что мне повезет, и шею я себе не сломаю. Да, я просто хотела жить, а оттого смотрела на сварга, прекрасно понимая, что ничего уже не изменить. И мне было жаль. По-настоящему жаль, что все вышло вот так… Просто сварг, он был не так плох, особенно в сравнении…
Незнакомец быстро пересек расстояние между нами и схватил меня за шею, что собственно оказалось полной неожиданностью. Сварг не двигался с места, наблюдая за нами снизу вверх.
— Значит, не хочешь по-хорошему! — крикнул он с вызовом. Глаза метали молнии, а лицо почему-то казалось расслабленным… Нет, скорее уверенным в себе.
— Твой сварг самоуверен, — зло хихикнул пират мне на ухо, читая мои мысли. И уже громко, для сварга:
— Шаг и она умрет, — а вот это мне не понравилось вовсе. Сварг взглянул на незнакомца, хищно оскалился. А я пискнула, не сдержавшись, получив больной тычок под ребра от незнакомца.
— Значит, она нужна тебе. Что ж, урод, поиграем, — со смехом произнес пират и недобро ухмыльнулся, продолжая сжимать мое тело в стальном капкане.
— А не боишься? — выдохнул сварг. И «врата» между нами захлопнулись. Грузовой отсек поглотила темнота.
— Бояться тебя, Нагрид из рода Азгард, я привык, — прошипел тихо, над ухом.
Короткое, командное:
— Взлетаем!
Тихий вздох двигателя, шумный выдох — мой. И взлет.
ГЛАВА 10. — Что случилось? У него кончился воздух?
— Нет, у него кончилось небо! (* Джо Хилл).
Космолет стремительно набирал скорость, унося меня на борту. Я же, зажатая в сильных руках, глупо пялилась на противоположную стену и мысленно гадала.
«Скажите как?! Вот как?! Такой идеальный, тщательно спланированный план превратился в это…»
Взгляд затравленно метнулся по замкнутому пространству. Пошарил немного по металлу стен и вернулся обратно к носам собственных ботинок.
«Да. План дал трещину! Это очевидно».
И тут внутренний голос сорвался на крик…
Спустя пару мгновений я все же смогла связно мыслить, пусть и с трудом.
«Трещину… Нет, он просто рассыпался на моих глазах… оставляя меня в штиле скорби и пустоте непонимания».
На самом деле множество противоречивых чувств роилось в моей груди, сбивая с толку и не давая сосредоточиться и действовать. Но, главное, не давая осознать всю степень моего погружения собственно в… нечистоты! И это хорошо… надвигающаяся истерика немного отступила. На смену ей пришло желание действовать, пусть и в данной ситуации оно казалось смешным.
«Ха! Действовать! Остановите судно — я сойду!»
«Так тебя и отпустили!»
Подтверждая мои мысли, пират озвучил собственно свои:
— Итак, детка, добро пожаловать на мой космолет. Для особо непонятливых — будешь вести себя пристойно — выживешь. А если нет — то пусть небеса станут тебе пухом.
Улыбнулся собственной шутке. Я же замерла, осознавая произнесенное им.
Ну, что сказать, жизнеутверждающе. Ободряюще. И вообще оптимистично!
— Пристойно это, конечно, хорошо, — произнесла спокойно, уверенно и даже голос не дрогнул. На самом деле дрогнул, но никто не услышал из-за громкого, разрывающего пространство звука. Стены, они ходили ходуном, треща, как кучка металлического хлама, сотрясаясь и грозясь развалиться здесь и сейчас на множество маленьких космолетиков! Это база палила по нам из всех «орудий», собираясь сбить космолет. И это с одной стороны логично, но с другой оказалось для меня неожиданностью!
Я тихонько заверещала, падая на пол и обхватывая лысую голову руками. Самое ценное как-никак! Пират возился где-то ориентировочно по соседству. Спесь, гонор и прочие атрибуты победителя «валялись» рядом с ним, в пыли и «печали», а наши, потерявшие опору тела, катались по хвостовому отсеку космолета, собирая пыль, грязь и собственно все что попадалось на пути. Впрочем, меня сей факт не беспокоил. А вот факт нашего обстрела волновал чрезвычайно сильно! В этот миг я поняла, как скоротечна жизнь… а оттого забыла про все каверзы судьбы и решила выжить во что бы то ни стало… «Пристойно» не такое уж непонятное слово! Ради выживания я готова была сполна изучить его смысл…
Спустя пару минут, показавшихся мне вечностью, какофония звуков стихла. Космолет тряхнуло в последний раз, и он с тихим скрежетом, раненый, но не добитый рванул в гиперпространство. Тихий вздох облегчения вырвался у нас с пиратом, только-только принявших вертикальное положение, одновременно. Вздох облегчения, радости и счастья.
— Он пытался нас сбить, — задумчиво пробурчал пират. — Сильно. Не ожидал, — добавил угрюмо.
— Сварги жестоко мстят обидчикам, — спокойно произнесла я, собирая побитое тело в единое целое. — Такое развитие событий ожидаемо, — добавила глухо. Наверное, зря. Пират, до этого забывший о моем существовании, резко повернул голову и посмотрел прямо в глаза. Скафандр, разбитый в процессе взлета частично открывал его лицо. Я видела толстые губы, тяжелый подбородок и часть жилистой шеи.
Пират задумчиво жевал губу и смотрел на меня.
— Сварги берегут своих женщин, как зеницу ока. И не важно, возлюбленная это или девушка на час. Это дело чести, знаешь ли, — медленно произнес он, пронизывая меня настойчивым, злым взглядом. — Я был уверен, что ты гарантия нашей безопасности. И собирался вернуть столь ценный груз в целостности и сохранности. Неприятности, и уж тем более разборки со сваргом мне не нужны.
— Вернуть? – хмыкнула я. Не настолько я доверчива, чтобы поверить словам пирата.
— Вернуть. По сходной цене, — повторил пират. А вот в этом я не сомневалась.
— За простую уборщицу ты получишь немного, а вот за оскорбление сварга на его территории ты можешь лишиться не только корабля, но жизни.
Не знаю, зачем мне понадобилось сыпать соль на открытую рану пирата…
— Выкинуть тебя за борт? — просто ответил пират, меняя интонацию. И я запнулась, обрывая свою монотонную речь на полуслове. Только сейчас до меня дошел смысл его слов. Мое присутствие на корабле терпели только из-за сварга, считая меня его собственностью. Лелеемой и оберегаемой. А значит ценной и баснословно дорогой! А раз это не так, то и обуза, в моем лице, кораблю и соответственно его капитану без надобности.
