Обнаженные руки скользнули по моим пальцам. Легкое, быстрое прикосновение и вспышка в моей голове! Тогда я даже не понял, что произошло. Просто дернуло! Ошпарило кипятком! Неожиданно, резко, скорее неприятно…
По нашим традициям в присутствии женщин я ношу перчатки. Взрослый дракарис может касаться голыми руками только свою нареченную, истинную пару — женщину, предназначенную звездами! Только истинной паре я готов позволить трогать меня везде! Только ее прикосновения я готов ощутить на своем теле…
Впрочем, девчонка не знала кто я, и уж тем более не знала, что я нашел свою истинную пару! Она просто лежала голая в капсуле с геликсом и улыбалась во сне. А я стоял с открытым ртом и вздыбленным в штанах органом и любовался ее наивной и такой счастливой улыбкой и, кажется, лыбился в ответ.
— Видишь, у нее глюки, — тихо произнес позади меня Алекс. Я и забыл о его существовании. И даже смутится, нервно сгибая ногу в коленке, чтобы скрыть свое возбуждение. — И в себя она не приходит именно поэтому. Смотри на спектрограмму, — и ткнул на прибор, встроенный в капсулу сверху, — мозг работает неправильно! Она то приходит в себя, то снова отключается.
— Ну, судя по показаниям прибора, — усмехнулся я и с трудом оторвался от лица девушки, чтобы взглянуть на этот дурацкий прибор, — ей сейчас хорошо.
— Ей было «хорошо» с час назад. Когда я приводил ее в чувство. Знаешь, еле отбился, — выдохнул Алекс и покраснел. А я окатил его презрительным и задумчивым взглядом. Девушка нравилось Алексу. Это могло быть проблемой. Впрочем, она нравилась и мне — и в этом я проблемы не видел.
Я аккуратно снял перчатки со своих рук и медленно наклонился к девчонке. Кончики пальцев привычно защипало от магнитных потоков. Аккуратно провел руками над телом девушки, сначала прощупывая ее общее состояние, а потом медленно остановил руки над ее головой, посылая легкие магнитные импульсы в ее мозг. Больно быть ей не должно, от моей силы чаще бывает приятно…
Атренка немного повела головой и улыбнулась, распахивая глаза. Яркие, голубые, такие чистые… А я, как не плачевно это осознавать, улыбнулся ей в ответ… Даже и не помню, когда я так глупо и искренне улыбался преступнице!
— Где это я? — тихо прошептала девушка. — Не фига себе, какой красавчик! — присвистнула она, а потом легонько затрясла головой. — А я тебя помню белокурый принц. Ты мне снился. И еще знаешь что? — тихо заговорчески произнесла она. Не удержался от любопытства. Спросил:
— Что?
— В моем сне ты был неплох! Честное слово, неплох. Мы там… м-м-м… не только целовались, — хихикнула она и закатила глаза.
— Эй! Атренка, только не спи. Надо немного потерпеть, перебороть сон и тогда… ты придешь в себя.
— Не хочу в себя, — хихикнула девушка, — хочу, чтобы ты в меня!
— Видишь, она не вменяема, — подал голос Алекс. — На Земле подобное состояние называется «быть в умат», хотя я не уверен. А еще земляне любят горячительные напитки. Землянское пойло, это друг, Вингред, убойная штука. Может, атренка пристрастилась к местным напиткам, и потому сыворотка подействовала на нее так… странно?
Девушка прищурила глаза пытаясь сосредоточиться, а потом глухо произнесла:
— Давай ты меня поцелуешь. Ну как в сказке. Утро. Солнышко в глаза светит, и принц целует свою спящую принцессу, прогоняя столетний сон…
Я обескураженно посмотрел на девушку. Теперь я видел, проблемы с мозгом присутствовали и нагнулся к ней ближе, рассматривая ее и тихонько вдыхая ее запах, смешанный со сладким запахом геликса. И меня, как током ударило.
— Вингред, что? Что с ней? Ты что-то почувствовал…
Конечно, почувствовал! Дикое неконтролируемое возбуждение от запаха этой девчонки! В штанах опять все колом. Хорошо на мне простая корабельная форма, а не военный комбинезон s – класса. Позора было бы не избежать. Но, по понятным причинам, озвучивать мысли я не стал. Вместо этого я тихо произнес:
— Я знаю, что с ней. Она — землянка. Мы облажались, друг. Мы облажались, — и аккуратно дотронулся рукой до головы девушки, вытаскивая из спутанных волос остренький кусочек пластика, бывший когда-то ее ушком…
Лизавета
Я с трудом разлепила глаза и увидела перед собой мужчину моей мечты. Впрочем, конкретно какой мечты, я не помнила, знала только одно — это он, красавчик из моего сна! И снился мне он так долго, что казалось целую вечность! И во сне он… любил меня!
— Где это я? — произнесла тихо и попыталась сглотнуть. Но нет, в горле застрял ком и было немного больно. Но это телу, а душе… Душе было хорошо и радостно. Чувство невероятной свободы пронизывало меня всю. Казалось, еще немного и я взлечу. И я махнула рукой, но нет — не взлетела! И даже не приподнялась над землей. И скажем прямо, не сдвинулась с места. Но это ерунда. Ведь так?! Главное желание! И я попробовала махнуть рукой еще раз — и снова не вышло, руки оказались разведанными в стороны и даже двинуть ими не получалось. Ну и пусть! И я медленно сфокусировала поплывший взгляд на мужчине, склонившемся надо мной. И нахально произнесла:
— Не фига себе, какой красавчик! — присвистнула нагло, а потом легонько затрясла головой. — А я тебя помню белокурый принц. Ты мне снился. И еще знаешь что? — тихо заговорчески добавила, сделав паузу в конце и ожидая его встречного вопроса. И да, блондинчик не удержался от любопытства. Спросил низким, волнующим голосом:
— Что?
— В моем сне ты был неплох! Честное слово, неплох. Мы там… м-м-м… не только целовались, — хихикнула я и прикрыла глаза, пытаясь вызвать воспоминание. Телу стало очень легко. И в то же время неприятно. В голове смешались мысли, оставляя после себя густой, плотный туман. И казалось, что я вновь куда-то лечу… нет, скорее проваливаюсь в бездну!
— Эй! Атренка, только не спи. Надо немного потерпеть, перебороть сон и тогда… ты придешь в себя, — произнес мужчина. И я услышала его. Открыла глаза… Просто захотелось увидеть его вновь. А еще захотелось быть смелой, раскованной, наглой и не скучной. Захотелось больше не быть «ледяной» и гордой! В одно мгновение я вспомнила все наставления Тамарки, собрала все пошлости, услышанные мной в жизни, и томно хихикнула:
— Не хочу в себя. Хочу, чтобы ты в меня!
А потом мне стало хорошо. Как-то внезапно и быстро. Взгляд вновь поплыл, теряя ориентацию в пространстве. Перед глазами все пошло рябью и пришлось слегка отвлечься от разговора, пытаясь сосредоточиться на собственных ощущениях. Я слышала, как сильно бьется мое сердце, как рывками оно гонит кровь по жилам. И я пыталась нормализовать сбившиеся дыхание и прийти в себя хоть немного. Я сначала щурила глаза, пытаясь сфокусироваться на белом пятне волос красавца, искала взглядом его глаза, но не видела ничего, кроме красного марева перед собой. И мне было то страшно, то весело. Хотелось то засмеяться, то удариться в панику… И надоело лежать.
— Давай ты меня поцелуешь. Ну как в сказке. Утро. Солнышко в глаза светит, и принц целует свою спящую принцессу, прогоняя столетний сон… — произнесла я сухим горлом, практически не соображая, что несу. Впрочем, соображать мне сейчас не хотелось, только почувствовать его горячие губы на своих сухих губах.
— Детка, я тебя обязательно поцелую, — произнес красавчик, своим нереально возбуждающим голосом, а позади него появился еще один темненький. И добавил:
— Я тоже готов тебя поцеловать. Так что выбирай. Черное или белое. Так что мы всегда готовы. Только подожди, сейчас обсудим, что с тобой дальше делать и сразу… поцелуем!
— Ну, ладно… — заторможено произнесла я, — немного подожду…
И я даже какое-то время молча лежала и обозревала «окрестности». Моя постель была странной и… глубокой. Продолговатая, обтекаемая… без подушки и одеяла. И почему-то напомнила пустую гильзу от пистолета. Только большую, вполне удобную и наполненную чем-то вроде пыли. Я попробовала скосить глаза на стены, но ничего не увидела. В своем положении я могла разглядывать лишь потолок. Серебристый. В выпуклый квадратик. Но это занятие надоело мне быстро, а еще обида клокотала внутри. На этого белобрысого гада! Почему он не подходит? Не дотрагивается… В конце концов, я тут голая лежу! И почему-то этот факт не вызывает стеснения?!
— Эй, вы там? Про меня забыли? — хмыкнула в голос и попробовала подняться. Тонкие прозрачные трубки с тихим хлюпом от соединились от тела. Так и не поняла крепились они на присосках или как-то иначе. Но трубки отсоединились, а вот встать я все равно не смогла. Руки и ноги были надежно прикованы к этой странной конструкции. Я могла только немного шевелиться, но не свободно встать.
Мужчины резко повернулись ко мне. В унисон глянули строго, а белобрысый даже приблизился и нагнулся, рассматривая мое лицо.
— Я знаю, что с ней. Она — землянка. Мы облажались, друг. Мы облажались, — и аккуратно прикоснулся к моей голове, ласково проводя по волосам, а потом в его руках оказалось мое ухо. То, что эльфийское, парадно выходное!
Я широко улыбнулась и даже покивала головой. Типо да, господа инопланетяне, или кто там вы… Вы облажались. А я, между прочим, говорила! И да, уверена, что у землян и атренцев есть множество признаков, что отличают их друг от друга! Могли бы заметить хоть что-то… А вы, господа инопланетяне, просто заткнули мне рот… В смысле пульнули что-то в зад… Не выслушали, одним словом! И да, я готова уделить вам время и послушать ваши оправдания и извинения!
Но все свои мысли я оставила при себе. Из горла вырвался тихий хрип и воздуха стало не хватать. А через мгновение острая боль пронзила тело болезненным выстрелом.
— Что происходит, — услышала я где-то на периферии сознания.
— Скорей… Она задыхается…
Громко щелкнул металл креплений и горячие руки больно сжав мое тело, вытащили меня из углубления и куда-то понесли. Было жарко, а еще душно. Перед глазами все плыло, а тело трясло от болезненных судорог, сотрясающих всю меня как в ознобе.
Меня положили на что-то ровное, белое и холодное. То ли стол, то ли кровать. Распяли, прижав твердыми широкими обручами, появившимися неизвестно откуда… И в этот миг я захрипела и начала задыхаться. От ужаса и страха внутри все дернулось, сжалось и да, воздуха больше не было. Был только ужас и холод, окутывающий все тело. А потом я почувствовала укол. В горло. И стало еще хуже… В смысле, было очень больно! Правда, сознание медленно возвращалось, а в легкие начал поступать кислород. Я попробовала повернуть голову — не вышло. Казалось, мышцы шеи заледенели и не желали меня слушаться. Закричать я тоже не смогла. Оставалось только молча следить за манипуляциями красивого мужчины с зелеными глазами, за его четкими отточенными движениями.
Мужчина действовал быстро и очень… странно. Сначала резко стянул с себя часть одежды, оставаясь по пояс голым, а потом принялся трогать меня руками. И в другой ситуации я, наверное, была бы не против… Но сейчас… Сейчас мне было страшно и оставалось только наблюдать, как он прикасался ко мне ладонями, водил вдоль шеи медленно разгоняя кровь вместе укола, прощупывая мышцы… От его прикосновений исходило странное тепло. Там, где касались мужские пальцы я чувствовала жжение сродни с болью… от горячего. Но при этом я… хотела этой боли, буквально жаждала, выгибаясь всем телом на встречу его рукам.
Его пальцы медленно скользили по шее, погладили кожу плеча, предплечья и спустились ниже, вдоль по руке. Я задержала дыхание, пытаясь не выдать собственных противоречивых ощущений. В глазах мужчины застыло настороженное, холодно-безучастное и отстраненное выражение. А я… я едва могла сдержать стон. И он как-то понял мое состояние. Вот не знаю как, но понял… Его губы дрогнули, и я осознала, что мы слишком близко. Что он наклонился ко мне и слушает мое дыхание, внимательно рассматривает из-под полуопущенных ресниц, а заодно, наверное, и мысли мои читает… Да плевать! Пусть читает… Я просто не могла оторвать от него взгляд, мне хотелось смотреть на него, изучать каждую ресничку, каждый волосок, утонуть в этом взгляде…
— Землянка, дыши, — тихо произнес он, — опасности больше нет. Тебе нечего бояться.
— Что это было?
— Свет в конце туннеля. Кажется, так говорят на Земле.
— Нет. Так не говорят, — произнесла тихо и зажмурилась, пытаясь осознать что происходит со мной.
— Как тебя зовут?
— Лиза…
Мужчина рядом вздохнул. Я ощутила его дыхание на своей щеке.
— Лиза. Тебе нужно поспать.
— Снова меня усыпишь?
— Нет. Нужно попробовать заснуть самой. Препараты могут быть для тебя опасны.
— Я боюсь, — произнесла честно.
— Чего?
— Снова увидеть свет, — улыбнулась я и открыла глаза. — Побудь, пожалуйста, со мной пока я не усну. Это возможно? Я чувствую… что с тобой безопасно.
Мужчина замер от моих слов. Улыбка медленно стекла с его лица.
— Ты не в себе. Опьянение еще бурлит в твоей крови.
— Пожалуйста, — произнесла тихо и закрыла глаза. А потом почувствовала, как горячие руки подхватили меня и куда-то понесли.
Вингред
Я принес землянку в свою каюту. Подобной глупости я не совершал… никогда в жизни. Устроил ее на свою кровать и пристроился рядом, поверх одеяла. А потом собрался свалить спать на пол, других горизонтальных поверхностей в каюте не было… Но не ушел… Так и лежал и смотрел на девушку. Мне просто нравилось… смотреть на нее спящую. Когда она вот такая расслабленная, нежная. Когда глаза закрыты, и я не вижу ни страха, ни боли…
Я придвинулся ближе и аккуратно дотронулся до ее волос, намотал на палец рассматривая. Белая, шелковистая прядка… Как у меня. Волосы они и в космосе волосы. Но… ее волосы чем -то пахли. И я нагнулся ниже к девушке и втянул ее запах. Внутри что-то дернуло и вспыхнуло. Жар прокатился по телу, а пальцы заискрили магнитными полями. Ее запах был для меня необычным и возбуждающим. Пахло лесом, чем-то сладковатым, а еще телом девушки… Может быть, даже естественными человеческими выделениями… Кажется, у людей это называется пот, слезы… Не помню, точного названия. И вспоминать, если честно, не хотелось. Хотелось уткнуться в шелк волос и со всей силы втянуть этот запах, почувствовать ее гладкую кожу под пальцами рук и… И я отодвинулся резко, забывая о том, что девушка может проснуться. А ей… просто необходимо поспать.
Себя я контролировал плохо. Чувствовал, что несколько дней без разрядки сводит меня с ума, заставляя желать первую встречную. Но ее природный запах безумно возбуждал. И я снова приблизился к ней, рассматривая… А потом неожиданно даже для себя самого нагнулся и тронул ее кожу губами.
И снова отодвинулся, боясь потерять контроль от простого прикосновения. Внизу живота болезненно заныло, настойчиво требуя разрядки. Но почему-то вот так, уединившись «по-соседству», не хотелось. Хотелось… с ней. Дотронуться, прикоснуться, услышать стон наслаждения и ощутить это хрупкое человеческое тело под собой, безумно хотелось ощутить под руками бархат ее кожи… И я отвел взгляд, пытаясь успокоиться и немного подумать.
Ну вот что? Что с ней не так, что цепляет меня, притягивает и манит? Меня высшего А'дрона и дракариса Галактического Союза, у которого инстинкты и чувства притупляются магнитным чипом в голове? Я в принципе не способен «запасть» на первую встречную! Меня, как мужчину, нашедшего свою истинную… невозможно «взять на инстинкты»!
По нашим традициям в присутствии женщин я ношу перчатки. Взрослый дракарис может касаться голыми руками только свою нареченную, истинную пару — женщину, предназначенную звездами! Только истинной паре я готов позволить трогать меня везде! Только ее прикосновения я готов ощутить на своем теле…
Впрочем, девчонка не знала кто я, и уж тем более не знала, что я нашел свою истинную пару! Она просто лежала голая в капсуле с геликсом и улыбалась во сне. А я стоял с открытым ртом и вздыбленным в штанах органом и любовался ее наивной и такой счастливой улыбкой и, кажется, лыбился в ответ.
— Видишь, у нее глюки, — тихо произнес позади меня Алекс. Я и забыл о его существовании. И даже смутится, нервно сгибая ногу в коленке, чтобы скрыть свое возбуждение. — И в себя она не приходит именно поэтому. Смотри на спектрограмму, — и ткнул на прибор, встроенный в капсулу сверху, — мозг работает неправильно! Она то приходит в себя, то снова отключается.
— Ну, судя по показаниям прибора, — усмехнулся я и с трудом оторвался от лица девушки, чтобы взглянуть на этот дурацкий прибор, — ей сейчас хорошо.
— Ей было «хорошо» с час назад. Когда я приводил ее в чувство. Знаешь, еле отбился, — выдохнул Алекс и покраснел. А я окатил его презрительным и задумчивым взглядом. Девушка нравилось Алексу. Это могло быть проблемой. Впрочем, она нравилась и мне — и в этом я проблемы не видел.
Я аккуратно снял перчатки со своих рук и медленно наклонился к девчонке. Кончики пальцев привычно защипало от магнитных потоков. Аккуратно провел руками над телом девушки, сначала прощупывая ее общее состояние, а потом медленно остановил руки над ее головой, посылая легкие магнитные импульсы в ее мозг. Больно быть ей не должно, от моей силы чаще бывает приятно…
Атренка немного повела головой и улыбнулась, распахивая глаза. Яркие, голубые, такие чистые… А я, как не плачевно это осознавать, улыбнулся ей в ответ… Даже и не помню, когда я так глупо и искренне улыбался преступнице!
— Где это я? — тихо прошептала девушка. — Не фига себе, какой красавчик! — присвистнула она, а потом легонько затрясла головой. — А я тебя помню белокурый принц. Ты мне снился. И еще знаешь что? — тихо заговорчески произнесла она. Не удержался от любопытства. Спросил:
— Что?
— В моем сне ты был неплох! Честное слово, неплох. Мы там… м-м-м… не только целовались, — хихикнула она и закатила глаза.
— Эй! Атренка, только не спи. Надо немного потерпеть, перебороть сон и тогда… ты придешь в себя.
— Не хочу в себя, — хихикнула девушка, — хочу, чтобы ты в меня!
— Видишь, она не вменяема, — подал голос Алекс. — На Земле подобное состояние называется «быть в умат», хотя я не уверен. А еще земляне любят горячительные напитки. Землянское пойло, это друг, Вингред, убойная штука. Может, атренка пристрастилась к местным напиткам, и потому сыворотка подействовала на нее так… странно?
Девушка прищурила глаза пытаясь сосредоточиться, а потом глухо произнесла:
— Давай ты меня поцелуешь. Ну как в сказке. Утро. Солнышко в глаза светит, и принц целует свою спящую принцессу, прогоняя столетний сон…
Я обескураженно посмотрел на девушку. Теперь я видел, проблемы с мозгом присутствовали и нагнулся к ней ближе, рассматривая ее и тихонько вдыхая ее запах, смешанный со сладким запахом геликса. И меня, как током ударило.
— Вингред, что? Что с ней? Ты что-то почувствовал…
Конечно, почувствовал! Дикое неконтролируемое возбуждение от запаха этой девчонки! В штанах опять все колом. Хорошо на мне простая корабельная форма, а не военный комбинезон s – класса. Позора было бы не избежать. Но, по понятным причинам, озвучивать мысли я не стал. Вместо этого я тихо произнес:
— Я знаю, что с ней. Она — землянка. Мы облажались, друг. Мы облажались, — и аккуратно дотронулся рукой до головы девушки, вытаскивая из спутанных волос остренький кусочек пластика, бывший когда-то ее ушком…
ГЛАВА 15
Лизавета
Я с трудом разлепила глаза и увидела перед собой мужчину моей мечты. Впрочем, конкретно какой мечты, я не помнила, знала только одно — это он, красавчик из моего сна! И снился мне он так долго, что казалось целую вечность! И во сне он… любил меня!
— Где это я? — произнесла тихо и попыталась сглотнуть. Но нет, в горле застрял ком и было немного больно. Но это телу, а душе… Душе было хорошо и радостно. Чувство невероятной свободы пронизывало меня всю. Казалось, еще немного и я взлечу. И я махнула рукой, но нет — не взлетела! И даже не приподнялась над землей. И скажем прямо, не сдвинулась с места. Но это ерунда. Ведь так?! Главное желание! И я попробовала махнуть рукой еще раз — и снова не вышло, руки оказались разведанными в стороны и даже двинуть ими не получалось. Ну и пусть! И я медленно сфокусировала поплывший взгляд на мужчине, склонившемся надо мной. И нахально произнесла:
— Не фига себе, какой красавчик! — присвистнула нагло, а потом легонько затрясла головой. — А я тебя помню белокурый принц. Ты мне снился. И еще знаешь что? — тихо заговорчески добавила, сделав паузу в конце и ожидая его встречного вопроса. И да, блондинчик не удержался от любопытства. Спросил низким, волнующим голосом:
— Что?
— В моем сне ты был неплох! Честное слово, неплох. Мы там… м-м-м… не только целовались, — хихикнула я и прикрыла глаза, пытаясь вызвать воспоминание. Телу стало очень легко. И в то же время неприятно. В голове смешались мысли, оставляя после себя густой, плотный туман. И казалось, что я вновь куда-то лечу… нет, скорее проваливаюсь в бездну!
— Эй! Атренка, только не спи. Надо немного потерпеть, перебороть сон и тогда… ты придешь в себя, — произнес мужчина. И я услышала его. Открыла глаза… Просто захотелось увидеть его вновь. А еще захотелось быть смелой, раскованной, наглой и не скучной. Захотелось больше не быть «ледяной» и гордой! В одно мгновение я вспомнила все наставления Тамарки, собрала все пошлости, услышанные мной в жизни, и томно хихикнула:
— Не хочу в себя. Хочу, чтобы ты в меня!
А потом мне стало хорошо. Как-то внезапно и быстро. Взгляд вновь поплыл, теряя ориентацию в пространстве. Перед глазами все пошло рябью и пришлось слегка отвлечься от разговора, пытаясь сосредоточиться на собственных ощущениях. Я слышала, как сильно бьется мое сердце, как рывками оно гонит кровь по жилам. И я пыталась нормализовать сбившиеся дыхание и прийти в себя хоть немного. Я сначала щурила глаза, пытаясь сфокусироваться на белом пятне волос красавца, искала взглядом его глаза, но не видела ничего, кроме красного марева перед собой. И мне было то страшно, то весело. Хотелось то засмеяться, то удариться в панику… И надоело лежать.
— Давай ты меня поцелуешь. Ну как в сказке. Утро. Солнышко в глаза светит, и принц целует свою спящую принцессу, прогоняя столетний сон… — произнесла я сухим горлом, практически не соображая, что несу. Впрочем, соображать мне сейчас не хотелось, только почувствовать его горячие губы на своих сухих губах.
— Детка, я тебя обязательно поцелую, — произнес красавчик, своим нереально возбуждающим голосом, а позади него появился еще один темненький. И добавил:
— Я тоже готов тебя поцеловать. Так что выбирай. Черное или белое. Так что мы всегда готовы. Только подожди, сейчас обсудим, что с тобой дальше делать и сразу… поцелуем!
— Ну, ладно… — заторможено произнесла я, — немного подожду…
И я даже какое-то время молча лежала и обозревала «окрестности». Моя постель была странной и… глубокой. Продолговатая, обтекаемая… без подушки и одеяла. И почему-то напомнила пустую гильзу от пистолета. Только большую, вполне удобную и наполненную чем-то вроде пыли. Я попробовала скосить глаза на стены, но ничего не увидела. В своем положении я могла разглядывать лишь потолок. Серебристый. В выпуклый квадратик. Но это занятие надоело мне быстро, а еще обида клокотала внутри. На этого белобрысого гада! Почему он не подходит? Не дотрагивается… В конце концов, я тут голая лежу! И почему-то этот факт не вызывает стеснения?!
— Эй, вы там? Про меня забыли? — хмыкнула в голос и попробовала подняться. Тонкие прозрачные трубки с тихим хлюпом от соединились от тела. Так и не поняла крепились они на присосках или как-то иначе. Но трубки отсоединились, а вот встать я все равно не смогла. Руки и ноги были надежно прикованы к этой странной конструкции. Я могла только немного шевелиться, но не свободно встать.
Мужчины резко повернулись ко мне. В унисон глянули строго, а белобрысый даже приблизился и нагнулся, рассматривая мое лицо.
— Я знаю, что с ней. Она — землянка. Мы облажались, друг. Мы облажались, — и аккуратно прикоснулся к моей голове, ласково проводя по волосам, а потом в его руках оказалось мое ухо. То, что эльфийское, парадно выходное!
Я широко улыбнулась и даже покивала головой. Типо да, господа инопланетяне, или кто там вы… Вы облажались. А я, между прочим, говорила! И да, уверена, что у землян и атренцев есть множество признаков, что отличают их друг от друга! Могли бы заметить хоть что-то… А вы, господа инопланетяне, просто заткнули мне рот… В смысле пульнули что-то в зад… Не выслушали, одним словом! И да, я готова уделить вам время и послушать ваши оправдания и извинения!
Но все свои мысли я оставила при себе. Из горла вырвался тихий хрип и воздуха стало не хватать. А через мгновение острая боль пронзила тело болезненным выстрелом.
— Что происходит, — услышала я где-то на периферии сознания.
— Скорей… Она задыхается…
Громко щелкнул металл креплений и горячие руки больно сжав мое тело, вытащили меня из углубления и куда-то понесли. Было жарко, а еще душно. Перед глазами все плыло, а тело трясло от болезненных судорог, сотрясающих всю меня как в ознобе.
Меня положили на что-то ровное, белое и холодное. То ли стол, то ли кровать. Распяли, прижав твердыми широкими обручами, появившимися неизвестно откуда… И в этот миг я захрипела и начала задыхаться. От ужаса и страха внутри все дернулось, сжалось и да, воздуха больше не было. Был только ужас и холод, окутывающий все тело. А потом я почувствовала укол. В горло. И стало еще хуже… В смысле, было очень больно! Правда, сознание медленно возвращалось, а в легкие начал поступать кислород. Я попробовала повернуть голову — не вышло. Казалось, мышцы шеи заледенели и не желали меня слушаться. Закричать я тоже не смогла. Оставалось только молча следить за манипуляциями красивого мужчины с зелеными глазами, за его четкими отточенными движениями.
Мужчина действовал быстро и очень… странно. Сначала резко стянул с себя часть одежды, оставаясь по пояс голым, а потом принялся трогать меня руками. И в другой ситуации я, наверное, была бы не против… Но сейчас… Сейчас мне было страшно и оставалось только наблюдать, как он прикасался ко мне ладонями, водил вдоль шеи медленно разгоняя кровь вместе укола, прощупывая мышцы… От его прикосновений исходило странное тепло. Там, где касались мужские пальцы я чувствовала жжение сродни с болью… от горячего. Но при этом я… хотела этой боли, буквально жаждала, выгибаясь всем телом на встречу его рукам.
Его пальцы медленно скользили по шее, погладили кожу плеча, предплечья и спустились ниже, вдоль по руке. Я задержала дыхание, пытаясь не выдать собственных противоречивых ощущений. В глазах мужчины застыло настороженное, холодно-безучастное и отстраненное выражение. А я… я едва могла сдержать стон. И он как-то понял мое состояние. Вот не знаю как, но понял… Его губы дрогнули, и я осознала, что мы слишком близко. Что он наклонился ко мне и слушает мое дыхание, внимательно рассматривает из-под полуопущенных ресниц, а заодно, наверное, и мысли мои читает… Да плевать! Пусть читает… Я просто не могла оторвать от него взгляд, мне хотелось смотреть на него, изучать каждую ресничку, каждый волосок, утонуть в этом взгляде…
— Землянка, дыши, — тихо произнес он, — опасности больше нет. Тебе нечего бояться.
— Что это было?
— Свет в конце туннеля. Кажется, так говорят на Земле.
— Нет. Так не говорят, — произнесла тихо и зажмурилась, пытаясь осознать что происходит со мной.
— Как тебя зовут?
— Лиза…
Мужчина рядом вздохнул. Я ощутила его дыхание на своей щеке.
— Лиза. Тебе нужно поспать.
— Снова меня усыпишь?
— Нет. Нужно попробовать заснуть самой. Препараты могут быть для тебя опасны.
— Я боюсь, — произнесла честно.
— Чего?
— Снова увидеть свет, — улыбнулась я и открыла глаза. — Побудь, пожалуйста, со мной пока я не усну. Это возможно? Я чувствую… что с тобой безопасно.
Мужчина замер от моих слов. Улыбка медленно стекла с его лица.
— Ты не в себе. Опьянение еще бурлит в твоей крови.
— Пожалуйста, — произнесла тихо и закрыла глаза. А потом почувствовала, как горячие руки подхватили меня и куда-то понесли.
ГЛАВА 16
Вингред
Я принес землянку в свою каюту. Подобной глупости я не совершал… никогда в жизни. Устроил ее на свою кровать и пристроился рядом, поверх одеяла. А потом собрался свалить спать на пол, других горизонтальных поверхностей в каюте не было… Но не ушел… Так и лежал и смотрел на девушку. Мне просто нравилось… смотреть на нее спящую. Когда она вот такая расслабленная, нежная. Когда глаза закрыты, и я не вижу ни страха, ни боли…
Я придвинулся ближе и аккуратно дотронулся до ее волос, намотал на палец рассматривая. Белая, шелковистая прядка… Как у меня. Волосы они и в космосе волосы. Но… ее волосы чем -то пахли. И я нагнулся ниже к девушке и втянул ее запах. Внутри что-то дернуло и вспыхнуло. Жар прокатился по телу, а пальцы заискрили магнитными полями. Ее запах был для меня необычным и возбуждающим. Пахло лесом, чем-то сладковатым, а еще телом девушки… Может быть, даже естественными человеческими выделениями… Кажется, у людей это называется пот, слезы… Не помню, точного названия. И вспоминать, если честно, не хотелось. Хотелось уткнуться в шелк волос и со всей силы втянуть этот запах, почувствовать ее гладкую кожу под пальцами рук и… И я отодвинулся резко, забывая о том, что девушка может проснуться. А ей… просто необходимо поспать.
Себя я контролировал плохо. Чувствовал, что несколько дней без разрядки сводит меня с ума, заставляя желать первую встречную. Но ее природный запах безумно возбуждал. И я снова приблизился к ней, рассматривая… А потом неожиданно даже для себя самого нагнулся и тронул ее кожу губами.
И снова отодвинулся, боясь потерять контроль от простого прикосновения. Внизу живота болезненно заныло, настойчиво требуя разрядки. Но почему-то вот так, уединившись «по-соседству», не хотелось. Хотелось… с ней. Дотронуться, прикоснуться, услышать стон наслаждения и ощутить это хрупкое человеческое тело под собой, безумно хотелось ощутить под руками бархат ее кожи… И я отвел взгляд, пытаясь успокоиться и немного подумать.
Ну вот что? Что с ней не так, что цепляет меня, притягивает и манит? Меня высшего А'дрона и дракариса Галактического Союза, у которого инстинкты и чувства притупляются магнитным чипом в голове? Я в принципе не способен «запасть» на первую встречную! Меня, как мужчину, нашедшего свою истинную… невозможно «взять на инстинкты»!
