Я смотрела на закрывшуюся за ним дверь, ощущая себя очень странно. Медленно подняла к глазам руки. Трухлявые пенечки!.. Старею что ли? Тряска как у древней бабки. И чего это со мной? Ладно бы переволновалась, так нет вроде. Сердце бьётся ровно, дышу тоже спокойно. Тогда почему руки дрожат?
- Я знаю, что она здесь, - послышался приглушенный злой голос с шипящими нотками, от которого я вздрогнула и сосредоточила все внимание на том, чтобы не пропустить ни слова.
- Вэлиан, успокойся, - ровный голос учителя прозвучал строго. – Ты ошибся.
- Она!..
- Здесь никого нет, - перебил Волег. – Если тебе что-то привиделось, то мы поговорим об этом позже.
- Но…
- А сейчас ты развернешься и пойдёшь спать. И стоит переодеться. Простуда – не тот враг, на которого стоит тратить сейчас свои силы.
- Как скажете, лиар Дэрриан, - после небольшой паузы внезапно согласился прорицатель. Вот только яда в его голосе много было. Ещё бы! Судя по услышанному, моя маленькая месть удалась. Не просто так ведь меня искал. А в том, что меня, я не сомневалась.
- Подожди, - окликнул мужчина скорее всего уже собирающегося уйти парня. – Прибери за собой. Лужа под моей дверье – не то, о чем я тебя просил.
Глухое злое рычание было отрезано захлопнувшейся дверью, а на моем лице начала расползаться улыбка. И противоядие он тоже нашёл оказывается. Интересно, болотная водичка не сильно холодная была? Да-да, именно она снимает зуд того жучка, который тоже оказался очень даже мстительным. Если враг не зачешется досмерти, то может утопнет хоть.
Я начала подхихикивать, стоило представить мокрого, в красные пятнышки Вэлиана с перекошенным от ярости лицом. И даже понимание того, что теперь надо ждать ответного хода, не убавило моего веселья.
- Не стоило так с ним, - осуждающе посмотрел на меня вернувшийся учитель.
Я резко выпрямилась, пытаясь не улыбаться. Выходило плохо, но я не могла ничего поделать с собой. Сделать пакость противному прорицателю было так приятно, что даже стыдно.
- Он сам виноват, - упрямо возразила стоящему напротив мужчине.
- Ребячество, - парировал тот, покачав головой, и вдруг… улыбнулся. Тепло и так непривычно, что екнуло сердце. Я просто не могла отвести взгляда, напитываясь этими новыми эмоциями, запоминая его такого…
- Я поговорю с ним, - прошёл учитель к камину и положил на полку над ним такой знакомый и печально бесполезный коробок.
- Почему рокул не сработал? – нахмурилась я.
Волег повернулся. На его лице снова была нечитаемая маска. И куда только делось хорошее настроение? Разве я спросила о чем-то запретном?
- Для охранителя на его территории нет преград, - сухой ответ.
Так уж и нет. Нападение на Торха Заклятой души я ещё не забыла. Да и неужели учитель не принял в расчёт, что Багор может на меня напасть, когда оставлял одну? Я хотела спросить об этом, но мне не позволили, опередив.
- Хватит на сегодня вопросов. Думаю, я сполна удовлетворил твоё любопытство и, судя по всему, разочаровал. Мне жаль.
Ага, а раскаяния в голосе ни на щепку не слышно. Но я промолчала, мысленно делая пометку, что стоит лучше контролировать свои эмоции, а то читают, как открытую книгу. Разочарование – не совсем правильное слово. Вопросы ещё оставались, но судя по всему, он не может дать на них ответ. Где-то внутри ещё до начала разговора понимала, что могу так ничего и не узнать. И мою маму он тоже не помнит…
- Ты устала.
- Что? – вынырнула из собственных мыслей и действительно ощутила жуткую усталость.
- И, наверное, хочешь спать. День ведь был весьма не простой, не правда ли?
- Да, - рассеянно согласилась и тут же широко зевнула. Надо же… А спать и правда хочется. Почему до этого не замечала? Похоже на наваждение какое-то…
Я прикрыла веки и покачнулась, тут же ощутив надежное тепло чьих-то подхвативших рук. В груди что-то протестующе встрепенулось и тут же исчезло. Больше не хотелось вопросов. Хотелось, чтобы не уходило тепло, не исчезал стук сердца под моей ладонью. Я глубоко вздохнула, не размыкая глаз, и улыбнулась, прижавшись сильнее. Почему-то впервые мне казалось, что я дома. Будто я уже засыпала вот так, в колыбели сильных рук. Это были странные мысли, но очень приятные. Я держалась за них, все глубже проваливаясь в сон.
- … она опасна… - прошептали на грани сознания. – Мне придётся доложить… Прости, моя девочка…
Впервые в жизни мне настолько сильно не хотелось просыпаться. Сон был таким живым, что я бы осталась в нем навсегда, хоть мне и снились всего лишь разрозненные и бессмысленные обрывки чужой жизни. Они так были не похожи на мою и одновременно казалось, что это моя жизнь, как это бывает только во сне. Но одна пушистая зараза решила устроить на мне прыгательное место. И верещит же как противно! Даже натянутое на голову одеяло и прижатая сверху подушка не спасают. Ай, моя пяточка! Хи-хи! Я же щекотки бою-ю-юсь!
Дернула ногой, пытаясь спрятаться от пушистой пытки, и услышало тихое протяжное “пи-и-иу”, закончившееся глухим шлепком. Ой, я, кажись, попала…
- Так тебе и надо, - пробурчала для виду, обеспокоенно выглянув одним глазом из-под подушки и обнаружив живописно пришпиленного к стене над кроватью Анаи Пушка. Тот радужно переливался, будто молнии раскрасили шкурку путевого. А глазки ж какие бешеные. Кто-то злится. Нет, ну а как он хотел, приставая к сонной ведьме? И тут он начал сползать вниз. Мстительно подумала, что вот бы не смог взлететь и шмякнулся на Анаю.
Путевой расправил крылья и с вмиг расширившимися глазами внезапно кулем упал на стихийницу. Вот так совпадение…
- Что такое? Где горит? Это не я! – Подскочила стихийница, силясь продрать глаза кулаками и понять, что творится вокруг усиленным вертением головы. Босая, с прической “воронье гнездо” на голове, где решил устроиться Пушок, и в белой ночной рубахе, она выглядела ничуть не хуже сторожевого умертвия. Вроде как некроманты любят такими свои владения по границе заселять. Откуда знаю? Так учитель книжки всякие приносил, и про некромантов тоже. Он их, некромантов, почему-то совсем не жаловал. Глаза прям такие злые становились…
И тут словно ушат воды на голову вылились все события, произошедшие накануне. Не обращая внимания на полусонную Анаю и что-то обьясняющего ей Пушка, я медленно села на кровати, обняв подушку и слепо глядя перед собой. Это что ж получается? Учитель тоже ничего не помнит, а до моего восемнадцатилетия осталось… А сколько осталось? Я ведь и не знаю теперь, когда родилась. Сельчане день моего появления на пороге избы причислили ко дню явления в мир живых. До него чуть более двух месяцов осталось. А полное количество летов Торх назвал, когда я полюбопытствовала. И что теперь? Я даже не знаю, когда память вернётся. А с другой стороны, такое событие я точно не пропущу, потому можно не думать пока об этом и заняться другим делом. Договор-то остался незавершенным.
- Моя сумка! – Вскочила я, вспомнив о Сэле и книге. – Где она?
На меня уставились две пары глаз, воцарилась тишина. Хм, а похожи чем-то. Выражением, что ли… Будто только сейчас меня увидели, чего не ожидали. Тут эти глазастики в сторону одновременно посмотрели. Ну и я туда же. О-о-о… Моя сумка лежала на стуле недалеко от меня. Сердце бешено заколотилось, и я присела обратно на кровать, не спеша проверить, на месте ли подарок Сэла. Не стоит кому-то ещё знать о нем.
- А как я сюда попала? – Спросила, не отрывая взгляда от сумки, где была книга. Или не была. А вдруг её обнаружили и забрали?
- Не знаю. Когда ложилась спать, тебя не было ещё. А ты разве сама не знаешь, когда пришла?
Я промолчала. Память услужливо предоставила мне парочку воспоминаний. Вроде даже знаю. Принесли? Или переместили? Не уверена, но Волег меня спать уложил – это точно. И моё согласие он при этом не спрашивал. Ещё и переодел. Уй, стыдобище… Хотя, чего это я? Обнаженной он меня видел ведь, да не раз. И все равно! Гад хыров, так со мной поступать! Будто б сама не ушла.
- Юланка, все хорошо? – Моей руки коснулись прохладные пальцы стихийницы. – Было очень страшно? Ну, отработка, - уточнила девушка, увидев моё непонимание.
- Страшно? – На лице начала расползаться улыбка. – О да, было очень страшно. Страшно весело!
И я рассказала Анае о моей мести прорицателю, о моей исключительной отработке и о той, которой все боятся. Правда о многом я промолчала, боясь выдать моё необычное знакомство с Адаларом. О непонятной связи с Волегом тоже не хотелось пока говорить. Ну а свое неведение о том, как попала в комнату, объяснила усталостью, которая и свалила меня, стоило доползти до кровати.
За все время рассказа путевой не пискнул и слова. Он просто медленно парил между нами раздутым обиженным шаром, которому не уделили внимания и вообще игнорируют бедного и несчастного. Не выдержав, я шепнула, подмигнув только-только отдышавшейся от смеха Анае:
- А с ним что? На занятия опаздываем, да?
- Нет, - вмиг стала серьёзной стихийница. – Сэл пропал. Пушок говорит, что совсем, а не как обычно. Он волнуется.
- Бои-и-ицца, - протянул путевой и сел на руки Анае, прикрывшись крылышками, словно прячась.
Я удивлённо смотрела на подрагивающего от страха Пушка, а в голове начали сладываться мысли. Глаз нервно дернулся.
- И ради этого ты меня разбудил?! Нашёл мне новость!..
И тут я запнулась. Ой, они ж ничего не знают. Две пары глаз подозрительно дырявили мою шкурку вопросительными взорами.
- Чего так смотрите? Не я ж его куда-то дела, - попыталась изобразить обиду, а у самой сердце не на месте. - Мне лиар Дэрриан сказал, что он ошибка, случайно призванная этой вот дверкой, - махнула рукой, - которая двоих не должна вроде как призывать. Вот Сэла, как это ни печально, и отправили туда, откуда пришёл.
- А так бывает? – Посмотрела Аная на путевого.
Крылышки Пушка с тихим шелестом расправились, явив взору задумчивого и немного будто пришибленного путевого, у которого ещё и нижняя челюсть отпала от удивления, показав острые зубки. Судя по такой реакции, этот вопрос его тоже интересует. Интересно, а дверь изменилась?
Отбросила подушку и бодренько добежала до выхода. Открыла дверь и… замерла.
Надо же, все в сборе. Скелетик Некромус, паучок Халемус и голем “не знаю как его там зовут”, вообще жуткий какой-то. Весь каменный, неровный и смутно напоминающий очертаниями полуорку. Все стоят и на меня кто глазами, а кто глазницами смотрят. И вид у них какой-то встревоженный.
- Ночки добрейшей, - произнесла, первой придя в себя. – А вы чего тут? Собрание путевых у вас никак намечается? Так Пушок не выйдет, он заболел.
Позади кто-то возмущенно пискнул, а толпа впереди даже не шелохнулась, будто замороженная. Только моргнули так слаженно. Странные они. Не долго думая, вышла в коридор, прикрыв дверь за собой, и, сделав шаг вперёд, стала рядом с путевыми, молчаливо наблидающими за мной. Ну а я на дверь взглянула, что и хотела сделать с самого начала. Так и думала… Только знаки четырёх стихий. И все, никаких следов Смерти и Сэла. Все равно странно.
- Ну так чего пришли? – Все же спросила, хоть и догадывалась об ответе.
- Так это, - отмер Некромус, махнув рукой на дверь, и снова запнулся.
- Угу… - протянула и продолжила совершенно серьёзным тоном: – Ну а что тут неясного? Ну захотелось уважаемому путевому уйти, так что с того?
- Как уйти?... – Оглушенный моими словами скелетончик уронил бессильно руки по швам, а паук резво повернулся ко мне, нависнув над моим маленьким, как оказалось, тельцем лохматой жуткой громадиной и уставился кучкой разноразмерных красных глазок.
Я сглотнула и развела руками в извиняющемся жесте. И кто вообще меня дернул за язык? Зачем вообще врать взялась? Но эту телегу уже было не остановить...
- Разве ж так можно? – Развернул меня за плечо скелет, выдернув из-под почти погребшего под собой шокированного паука. А шокированные пауки – то ещё зрелище! Я аж выдохнула от облегчения.
- А почему нельзя? - Сделала тут же шаг в сторону. От такого маневра рука некромантского путевого с хрустом ушла вместе со мной, все так же сжимая плечо. – Ой, простите, это ваше.
Оторвала от себя чужую конечность и, всунув её в другую руку опешевшего Некромуса, попыталась быстренько в комнату прошмыгнуть. Но там оказалась другая преграда, схватившая за плечи, тем самым оторвав меня от пола, и прооравшая на ухо “Рррркакх?”. От этого непонятного вопроса я поняла, как чувствует себя жук, накрытый кувшином, по которому потом хорошенько так постучали.
- А? – Тряхнула головой, пытаясь разогнать звон и бессильно перебирая в воздухе ногами. Этот голем подстать своей подопечной...
- Что здесь происходит? – Раздался ровный мужской голос, в котором слышались подступающие раскаты грома. Правда меня этот голос совсем не напугал. Наоборот даже. Какая-то детская радость встрепенулась внутри.
Тут же меня отпустили, отчего я мешком осела на пол, больно ударившись одной важной частью тела, обычно отвечающей за интуицию. Вокруг никого больше не было, все испарились. Кроме учителя. Он то как раз исчезать не спешил, неспешно приближаясь. И что мы тут делаем?
- Я что-то недоотработала? – Потирая плечо, предприняла попытку встать.
- Нет, - мою руку схватили, помогая подняться. – Что здесь произошло?
- Да ничего особенного. Всем интересно, где Сэл.
Я кивком указала на дверь. Учитель молча скользнул по ней взглядом, а затем посмотрел на меня. Его взгляд быстро прошелся по мне, напомнив, во что я одета. Захотелось тоже испариться. Ну почему он пришёл так не вовремя?! И тут он протянул руку и решил меня добить, видимо. Его пальцы бережно коснулись плеча, вызвав бурю неясных эмоций. А потом ещё и ткань вниз потянул, оголив. Эй! Какого хыра?! Резко вернула ткань на место, одарив домогателя гневным взглядом. По моим подсчетам, он должен от него тоже исчезнуть.
- Зайдешь к Хелене, она даст мазь от синяков, - синие глаза почернели. Весь мой гнев вдруг испарился. Удивленно повернулась, уже самолично оголив плечо, и увидела кровоподтек, оставленный големом. Ого! Вот это хватка…
- Скажешь Анае, что я жду её внизу. Пусть поторопится.
Анае? А она ему зачем? Хотела прояснить этот момент, но задавать вопросы было уже некому. Нет, он не испарился, как путевые. Просто ушёл. Мне только и осталось, как провести взглядом удаляющуюся спину. Очень напряженную и ровную спину...
Отступление от романа
Так как история была заброшена на неопределенное время, но в планах автора все же ее закончить, то здесь приводится краткий, очень краткий! пересказ написанного, дабы освежить память дорогим читателям, которым не хочется все перечитывать.
Жила-была Юланка, слепая внешне, но на самом деле зрячая девушка с непонятной для самой себя силой и способностью отвоевывать души у смерти. И был у неё учитель Дэрриан Волег. Появлялся в ее жизни проездами и чаще всего смертельно раненым, но она его всегда спасала. Однажды не спасла сына старосты деревни, где жила и считалась наследницей почившей ведьмы, и встретилась с Адаларом – хозяином туманной грани, повелителем мира мертвых. А до этого спасла охранителя леса и сам лес от заклятой души (сильный маг, обретший бессмертие и силу, но взамен должен служить смерти и питаться жизненными силами всего живого), заключила с ним договор «найти остов Алтарраира, отдать сердце таллилари смерти» и получила кулон, который соединился с ней, оставив след под грудью.
- Я знаю, что она здесь, - послышался приглушенный злой голос с шипящими нотками, от которого я вздрогнула и сосредоточила все внимание на том, чтобы не пропустить ни слова.
- Вэлиан, успокойся, - ровный голос учителя прозвучал строго. – Ты ошибся.
- Она!..
- Здесь никого нет, - перебил Волег. – Если тебе что-то привиделось, то мы поговорим об этом позже.
- Но…
- А сейчас ты развернешься и пойдёшь спать. И стоит переодеться. Простуда – не тот враг, на которого стоит тратить сейчас свои силы.
- Как скажете, лиар Дэрриан, - после небольшой паузы внезапно согласился прорицатель. Вот только яда в его голосе много было. Ещё бы! Судя по услышанному, моя маленькая месть удалась. Не просто так ведь меня искал. А в том, что меня, я не сомневалась.
- Подожди, - окликнул мужчина скорее всего уже собирающегося уйти парня. – Прибери за собой. Лужа под моей дверье – не то, о чем я тебя просил.
Глухое злое рычание было отрезано захлопнувшейся дверью, а на моем лице начала расползаться улыбка. И противоядие он тоже нашёл оказывается. Интересно, болотная водичка не сильно холодная была? Да-да, именно она снимает зуд того жучка, который тоже оказался очень даже мстительным. Если враг не зачешется досмерти, то может утопнет хоть.
Я начала подхихикивать, стоило представить мокрого, в красные пятнышки Вэлиана с перекошенным от ярости лицом. И даже понимание того, что теперь надо ждать ответного хода, не убавило моего веселья.
- Не стоило так с ним, - осуждающе посмотрел на меня вернувшийся учитель.
Я резко выпрямилась, пытаясь не улыбаться. Выходило плохо, но я не могла ничего поделать с собой. Сделать пакость противному прорицателю было так приятно, что даже стыдно.
- Он сам виноват, - упрямо возразила стоящему напротив мужчине.
- Ребячество, - парировал тот, покачав головой, и вдруг… улыбнулся. Тепло и так непривычно, что екнуло сердце. Я просто не могла отвести взгляда, напитываясь этими новыми эмоциями, запоминая его такого…
- Я поговорю с ним, - прошёл учитель к камину и положил на полку над ним такой знакомый и печально бесполезный коробок.
- Почему рокул не сработал? – нахмурилась я.
Волег повернулся. На его лице снова была нечитаемая маска. И куда только делось хорошее настроение? Разве я спросила о чем-то запретном?
- Для охранителя на его территории нет преград, - сухой ответ.
Так уж и нет. Нападение на Торха Заклятой души я ещё не забыла. Да и неужели учитель не принял в расчёт, что Багор может на меня напасть, когда оставлял одну? Я хотела спросить об этом, но мне не позволили, опередив.
- Хватит на сегодня вопросов. Думаю, я сполна удовлетворил твоё любопытство и, судя по всему, разочаровал. Мне жаль.
Ага, а раскаяния в голосе ни на щепку не слышно. Но я промолчала, мысленно делая пометку, что стоит лучше контролировать свои эмоции, а то читают, как открытую книгу. Разочарование – не совсем правильное слово. Вопросы ещё оставались, но судя по всему, он не может дать на них ответ. Где-то внутри ещё до начала разговора понимала, что могу так ничего и не узнать. И мою маму он тоже не помнит…
- Ты устала.
- Что? – вынырнула из собственных мыслей и действительно ощутила жуткую усталость.
- И, наверное, хочешь спать. День ведь был весьма не простой, не правда ли?
- Да, - рассеянно согласилась и тут же широко зевнула. Надо же… А спать и правда хочется. Почему до этого не замечала? Похоже на наваждение какое-то…
Я прикрыла веки и покачнулась, тут же ощутив надежное тепло чьих-то подхвативших рук. В груди что-то протестующе встрепенулось и тут же исчезло. Больше не хотелось вопросов. Хотелось, чтобы не уходило тепло, не исчезал стук сердца под моей ладонью. Я глубоко вздохнула, не размыкая глаз, и улыбнулась, прижавшись сильнее. Почему-то впервые мне казалось, что я дома. Будто я уже засыпала вот так, в колыбели сильных рук. Это были странные мысли, но очень приятные. Я держалась за них, все глубже проваливаясь в сон.
- … она опасна… - прошептали на грани сознания. – Мне придётся доложить… Прости, моя девочка…
***
Впервые в жизни мне настолько сильно не хотелось просыпаться. Сон был таким живым, что я бы осталась в нем навсегда, хоть мне и снились всего лишь разрозненные и бессмысленные обрывки чужой жизни. Они так были не похожи на мою и одновременно казалось, что это моя жизнь, как это бывает только во сне. Но одна пушистая зараза решила устроить на мне прыгательное место. И верещит же как противно! Даже натянутое на голову одеяло и прижатая сверху подушка не спасают. Ай, моя пяточка! Хи-хи! Я же щекотки бою-ю-юсь!
Дернула ногой, пытаясь спрятаться от пушистой пытки, и услышало тихое протяжное “пи-и-иу”, закончившееся глухим шлепком. Ой, я, кажись, попала…
- Так тебе и надо, - пробурчала для виду, обеспокоенно выглянув одним глазом из-под подушки и обнаружив живописно пришпиленного к стене над кроватью Анаи Пушка. Тот радужно переливался, будто молнии раскрасили шкурку путевого. А глазки ж какие бешеные. Кто-то злится. Нет, ну а как он хотел, приставая к сонной ведьме? И тут он начал сползать вниз. Мстительно подумала, что вот бы не смог взлететь и шмякнулся на Анаю.
Путевой расправил крылья и с вмиг расширившимися глазами внезапно кулем упал на стихийницу. Вот так совпадение…
- Что такое? Где горит? Это не я! – Подскочила стихийница, силясь продрать глаза кулаками и понять, что творится вокруг усиленным вертением головы. Босая, с прической “воронье гнездо” на голове, где решил устроиться Пушок, и в белой ночной рубахе, она выглядела ничуть не хуже сторожевого умертвия. Вроде как некроманты любят такими свои владения по границе заселять. Откуда знаю? Так учитель книжки всякие приносил, и про некромантов тоже. Он их, некромантов, почему-то совсем не жаловал. Глаза прям такие злые становились…
И тут словно ушат воды на голову вылились все события, произошедшие накануне. Не обращая внимания на полусонную Анаю и что-то обьясняющего ей Пушка, я медленно села на кровати, обняв подушку и слепо глядя перед собой. Это что ж получается? Учитель тоже ничего не помнит, а до моего восемнадцатилетия осталось… А сколько осталось? Я ведь и не знаю теперь, когда родилась. Сельчане день моего появления на пороге избы причислили ко дню явления в мир живых. До него чуть более двух месяцов осталось. А полное количество летов Торх назвал, когда я полюбопытствовала. И что теперь? Я даже не знаю, когда память вернётся. А с другой стороны, такое событие я точно не пропущу, потому можно не думать пока об этом и заняться другим делом. Договор-то остался незавершенным.
- Моя сумка! – Вскочила я, вспомнив о Сэле и книге. – Где она?
На меня уставились две пары глаз, воцарилась тишина. Хм, а похожи чем-то. Выражением, что ли… Будто только сейчас меня увидели, чего не ожидали. Тут эти глазастики в сторону одновременно посмотрели. Ну и я туда же. О-о-о… Моя сумка лежала на стуле недалеко от меня. Сердце бешено заколотилось, и я присела обратно на кровать, не спеша проверить, на месте ли подарок Сэла. Не стоит кому-то ещё знать о нем.
- А как я сюда попала? – Спросила, не отрывая взгляда от сумки, где была книга. Или не была. А вдруг её обнаружили и забрали?
- Не знаю. Когда ложилась спать, тебя не было ещё. А ты разве сама не знаешь, когда пришла?
Я промолчала. Память услужливо предоставила мне парочку воспоминаний. Вроде даже знаю. Принесли? Или переместили? Не уверена, но Волег меня спать уложил – это точно. И моё согласие он при этом не спрашивал. Ещё и переодел. Уй, стыдобище… Хотя, чего это я? Обнаженной он меня видел ведь, да не раз. И все равно! Гад хыров, так со мной поступать! Будто б сама не ушла.
- Юланка, все хорошо? – Моей руки коснулись прохладные пальцы стихийницы. – Было очень страшно? Ну, отработка, - уточнила девушка, увидев моё непонимание.
- Страшно? – На лице начала расползаться улыбка. – О да, было очень страшно. Страшно весело!
И я рассказала Анае о моей мести прорицателю, о моей исключительной отработке и о той, которой все боятся. Правда о многом я промолчала, боясь выдать моё необычное знакомство с Адаларом. О непонятной связи с Волегом тоже не хотелось пока говорить. Ну а свое неведение о том, как попала в комнату, объяснила усталостью, которая и свалила меня, стоило доползти до кровати.
За все время рассказа путевой не пискнул и слова. Он просто медленно парил между нами раздутым обиженным шаром, которому не уделили внимания и вообще игнорируют бедного и несчастного. Не выдержав, я шепнула, подмигнув только-только отдышавшейся от смеха Анае:
- А с ним что? На занятия опаздываем, да?
- Нет, - вмиг стала серьёзной стихийница. – Сэл пропал. Пушок говорит, что совсем, а не как обычно. Он волнуется.
- Бои-и-ицца, - протянул путевой и сел на руки Анае, прикрывшись крылышками, словно прячась.
Я удивлённо смотрела на подрагивающего от страха Пушка, а в голове начали сладываться мысли. Глаз нервно дернулся.
- И ради этого ты меня разбудил?! Нашёл мне новость!..
И тут я запнулась. Ой, они ж ничего не знают. Две пары глаз подозрительно дырявили мою шкурку вопросительными взорами.
- Чего так смотрите? Не я ж его куда-то дела, - попыталась изобразить обиду, а у самой сердце не на месте. - Мне лиар Дэрриан сказал, что он ошибка, случайно призванная этой вот дверкой, - махнула рукой, - которая двоих не должна вроде как призывать. Вот Сэла, как это ни печально, и отправили туда, откуда пришёл.
- А так бывает? – Посмотрела Аная на путевого.
Крылышки Пушка с тихим шелестом расправились, явив взору задумчивого и немного будто пришибленного путевого, у которого ещё и нижняя челюсть отпала от удивления, показав острые зубки. Судя по такой реакции, этот вопрос его тоже интересует. Интересно, а дверь изменилась?
Отбросила подушку и бодренько добежала до выхода. Открыла дверь и… замерла.
Надо же, все в сборе. Скелетик Некромус, паучок Халемус и голем “не знаю как его там зовут”, вообще жуткий какой-то. Весь каменный, неровный и смутно напоминающий очертаниями полуорку. Все стоят и на меня кто глазами, а кто глазницами смотрят. И вид у них какой-то встревоженный.
- Ночки добрейшей, - произнесла, первой придя в себя. – А вы чего тут? Собрание путевых у вас никак намечается? Так Пушок не выйдет, он заболел.
Позади кто-то возмущенно пискнул, а толпа впереди даже не шелохнулась, будто замороженная. Только моргнули так слаженно. Странные они. Не долго думая, вышла в коридор, прикрыв дверь за собой, и, сделав шаг вперёд, стала рядом с путевыми, молчаливо наблидающими за мной. Ну а я на дверь взглянула, что и хотела сделать с самого начала. Так и думала… Только знаки четырёх стихий. И все, никаких следов Смерти и Сэла. Все равно странно.
- Ну так чего пришли? – Все же спросила, хоть и догадывалась об ответе.
- Так это, - отмер Некромус, махнув рукой на дверь, и снова запнулся.
- Угу… - протянула и продолжила совершенно серьёзным тоном: – Ну а что тут неясного? Ну захотелось уважаемому путевому уйти, так что с того?
- Как уйти?... – Оглушенный моими словами скелетончик уронил бессильно руки по швам, а паук резво повернулся ко мне, нависнув над моим маленьким, как оказалось, тельцем лохматой жуткой громадиной и уставился кучкой разноразмерных красных глазок.
Я сглотнула и развела руками в извиняющемся жесте. И кто вообще меня дернул за язык? Зачем вообще врать взялась? Но эту телегу уже было не остановить...
- Разве ж так можно? – Развернул меня за плечо скелет, выдернув из-под почти погребшего под собой шокированного паука. А шокированные пауки – то ещё зрелище! Я аж выдохнула от облегчения.
- А почему нельзя? - Сделала тут же шаг в сторону. От такого маневра рука некромантского путевого с хрустом ушла вместе со мной, все так же сжимая плечо. – Ой, простите, это ваше.
Оторвала от себя чужую конечность и, всунув её в другую руку опешевшего Некромуса, попыталась быстренько в комнату прошмыгнуть. Но там оказалась другая преграда, схватившая за плечи, тем самым оторвав меня от пола, и прооравшая на ухо “Рррркакх?”. От этого непонятного вопроса я поняла, как чувствует себя жук, накрытый кувшином, по которому потом хорошенько так постучали.
- А? – Тряхнула головой, пытаясь разогнать звон и бессильно перебирая в воздухе ногами. Этот голем подстать своей подопечной...
- Что здесь происходит? – Раздался ровный мужской голос, в котором слышались подступающие раскаты грома. Правда меня этот голос совсем не напугал. Наоборот даже. Какая-то детская радость встрепенулась внутри.
Тут же меня отпустили, отчего я мешком осела на пол, больно ударившись одной важной частью тела, обычно отвечающей за интуицию. Вокруг никого больше не было, все испарились. Кроме учителя. Он то как раз исчезать не спешил, неспешно приближаясь. И что мы тут делаем?
- Я что-то недоотработала? – Потирая плечо, предприняла попытку встать.
- Нет, - мою руку схватили, помогая подняться. – Что здесь произошло?
- Да ничего особенного. Всем интересно, где Сэл.
Я кивком указала на дверь. Учитель молча скользнул по ней взглядом, а затем посмотрел на меня. Его взгляд быстро прошелся по мне, напомнив, во что я одета. Захотелось тоже испариться. Ну почему он пришёл так не вовремя?! И тут он протянул руку и решил меня добить, видимо. Его пальцы бережно коснулись плеча, вызвав бурю неясных эмоций. А потом ещё и ткань вниз потянул, оголив. Эй! Какого хыра?! Резко вернула ткань на место, одарив домогателя гневным взглядом. По моим подсчетам, он должен от него тоже исчезнуть.
- Зайдешь к Хелене, она даст мазь от синяков, - синие глаза почернели. Весь мой гнев вдруг испарился. Удивленно повернулась, уже самолично оголив плечо, и увидела кровоподтек, оставленный големом. Ого! Вот это хватка…
- Скажешь Анае, что я жду её внизу. Пусть поторопится.
Анае? А она ему зачем? Хотела прояснить этот момент, но задавать вопросы было уже некому. Нет, он не испарился, как путевые. Просто ушёл. Мне только и осталось, как провести взглядом удаляющуюся спину. Очень напряженную и ровную спину...
Глава 17
Отступление от романа
Так как история была заброшена на неопределенное время, но в планах автора все же ее закончить, то здесь приводится краткий, очень краткий! пересказ написанного, дабы освежить память дорогим читателям, которым не хочется все перечитывать.
Жила-была Юланка, слепая внешне, но на самом деле зрячая девушка с непонятной для самой себя силой и способностью отвоевывать души у смерти. И был у неё учитель Дэрриан Волег. Появлялся в ее жизни проездами и чаще всего смертельно раненым, но она его всегда спасала. Однажды не спасла сына старосты деревни, где жила и считалась наследницей почившей ведьмы, и встретилась с Адаларом – хозяином туманной грани, повелителем мира мертвых. А до этого спасла охранителя леса и сам лес от заклятой души (сильный маг, обретший бессмертие и силу, но взамен должен служить смерти и питаться жизненными силами всего живого), заключила с ним договор «найти остов Алтарраира, отдать сердце таллилари смерти» и получила кулон, который соединился с ней, оставив след под грудью.
