Хотя деваться со станции некуда. Тут и мятежники, и недопервородный, и автопилот, что меняет курс и, наверняка, куча оружия, которое применят в случае необходимости. О боевых заклятьях уже и не упоминаю.
Близость мага вызывала странные ощущения: хотелось одновременно и бежать, и драться. Чувствовалось, что Олтрикс очень опасен, пусть и не настолько, как первородный, но любого другого заткнет за пояс. И жутко не хотелось подчиняться похитителю. Тем более, уже знала новые требования.
– Умница ты, однако, гостья из прошлого, – неторопливо обронил Олтрикс, обошел вокруг, словно присматривался, и обнаруживал нечто новое. – Я недооценил тебя и твою дочку. Вместе вы огого какая силища!
Вместе? Я чего-то недопонимаю? Еще недавно казалось все очень просто. Неприятно, отвратительно, но просто и банально. Олтрикс подслушал диалог с Таней и знает о ее особенном даре. Хочет вернуть потерянную руку…
Маг усмехнулся, еще раз обогнул меня, остановился напротив и резко выпалил:
– Валтарь сообщал о белой химере. Но я не подозревал, что это Татьяна. Теперь, неожиданно выяснил и другое. Вместе вы можете все восстанавливать. Ты даешь импульс к регенерации плоти, она – к полной реанимации ауры. Если вы с Таней действуете вместе – можно устранить магические повреждения. Полностью, быстро и практически бесследно. Вот что пытался скрыть Ковалль. Валтарь очень вовремя обо всем догадался. Правда, похоже его рассекретили, – Олтрикс застыл в картинной позе, словно плохой актер на помосте, что изображает ужасное расстройство, но получается из рук вон плохо. Рисуется, гаденыш. Сдал своего и даже ни капли не переживает. Эмоции отразились на моем лице. Губы непроизвольно презрительно поджались. Олтрикс заметил, но не разозлился. Скорее усмехнулся – нервно, но искренне, с каким-то неподдельным высокомерным сочувствием. Так бог реагирует на трагедии смертной о том, что сломала на работе ноготь.
Маг усмехнулся и разразился речью:
– Видишь ли, дорогая гостья из прошлого. Я не привязан к своим информаторам. Они работали на меня не бесплатно и получали достаточное вознаграждение. Скрыться и остаться не пойманными правительством – это уже их личная задача. Моя – оплатить оказанную услугу. В общем, дорогая трехликая химера. У меня дополнение к прежним условиям. Через пару часов идем на переговоры. Повстанцы выдвинут свои предложения. Часть из них я тебе уже озвучивал. Сыворотка против зелья лишающего магии, вернее того, что ее ослабляет взамен на безопасность, деньги и власть. В целом расклад вот примерно такой. Но у меня есть новое условие. Озвучивать при всех его не хочется. Представь, сколько сразу выстроится желающих? Чародеек, что потеряли красоту в схватке, магов, что стали в бою инвалидами. Всех исцелить у вас не получится. Зря перетратите силу и энергию. Мне же нужна только рука. И я никому не скажу о Татьяне.
Наверное, мне стоило всерьез испугаться, страшиться плена, возможных последствий. Но я ощущала лишь твердую решимость. Защитить Танюшку, помочь Коваллю. Поэтому предельно выпрямила спину, развела плечи и спокойно ответила:
– Дочку в мятеж вмешивать не стану! Ни под каким предлогом и соусом. Хоть режьте меня, хоть на куски порвите. Хоть пытайте каленым железом! Танюшку вы никогда не получите!
Олтрикс почему-то опять не расстроился, лишь рассмеялся прямо в лицо.
– Да не нужна мне здесь Татьяна. Что я, матерей никогда не видел? Я ведь обещал – ее не похитим. Не тронем и вообще не станем контактировать.
– Тогда как вы задействуете ее способности?
– По вашему аурному каналу связи! Просто удивительно, что ты не догадалась. Недавно Татьяна передавала энергию – ту самую, особенную, что мне и требуется. Прямо через вашу астральную пуповину.
– Какую пуповину? – не выдержала я. Казалось, что Олтрикс бредит наяву. Или попросту нагло меня разыгрывает. Зубы заговаривает, нелепости описывает, чтобы ослабила внимание и сопротивление.
– Ничего не объяснили эти защитнички, – маг намекал на оборотня с первородным. – А Мей ведь поклялся тебя обезвредить. Дал слово, взамен на свободу брата. Ты в курсе, что он, по сути, предатель? И заключил сделку с Бриолисом?
Я поняла – Олтрикс намекает на то, о чем Мей и Ковалль умалчивали, хотя первородный порой проговаривался. Когда начинал злиться на оборотня. Словно инстинктивно ставил на место, чтобы не особенно Мей зарывался.
Мда… Как все сложно, запутанно, странно. Хорошо, пусть даже Мей и предатель. Коваллю я доверяю по-прежнему полностью. Главное сейчас – узнать про Танюшку. Я не переживу ее похищения.
От одной мысли сердце в груди останавливалось, в глазах темнело, а кулаки сжимались. Из горла вырывалось сдавленное рычание – так медведица предупреждает неловкого охотника, что подошел к пещере с медвежатами…
Олтрикс догадался о моих мыслях, о том, что гораздо важнее Мея и всех его клятв, планов, предательств.
– Мне нужно, чтобы ты связалась с дочкой. Она в безопасности, насколько я знаю. Там, куда мне никогда не добраться. Ее охраняют агенты правительства, плюс ворожея особого назначения. В общем, фактически Татьяна недоступна. Но нам она и не нужна на станции. Нужно чтобы ты связалась по рации и снова задействовала канал энергии. Получила от дочери нужную магию и передала ее мне, в полное пользование. Дальше я сам приращу руку, полностью восстановлюсь для сражения с Коваллем. Даю тебе слово – Татьяну не тронем.
– И почему я должна вам верить?
– Верить не надо – включайте логику. Поверьте, никто не собирается вредить ей. Видите ли, от этого зависит магия, именно от ее желания и расположения.
– Как это? –спросила я ошарашенно.
– Боевая магия не зависит от эмоций, эмоции живут отдельно от нее, бытовая техномагия уже и подавно. Другое дело редкая магия исцеления. Эту способность не просто задействовать. Работает она только на искреннем сочувствии, хотя бы на желании помочь и вылечить. Никто вашу дочку пальцем не тронет. Пусть она находится там, где находится. Ваша задача только убедить ее сделать как прошу и не противится. Я объясню. Если поможете, могу поклясться – о магии Татьяны никто не узнает, ни от меня, ни от Валтаря. Очередь страждущих к ней не выстроится. Преступники не начнут похищать девочку. Подпольные клиники тоже не заинтересуются уникальным предложением для особых клиентов. Убирать все шрамы у боссов группировок, у лучших боевиков и прочих колдунов. Поверьте, я действую в общих интересах. Мне нужно лишь вернуть свою руку. До остального мне дела нет.
– А как же восстание? Борьба за магов? Ваш флаг о Вселенской несправедливости?
– Я разделяю их убеждения. Считаю, что сильные маги заслуживают особенного отношения, власти, условий. Нечестно уравнивать их со смертными и даже с более слабыми коллегами. Все остальное – личная выгода.
Я отступила на несколько шагов, оставив между нами приличное расстояние. Олтрикс не преследовал: следил и молчал.
– Почему я должна верить преступнику? Откуда мне знать, что сдержите слово? Может, получите то, что хотите, а после сдадите Танюшку сообщникам…
Олтрикс усмехнулся с таким видом, что мне вдруг стало очень не по себе. Так усмехается тигр над сусликом, что вздумал ставить ему условия.
– Глупая идея, очень глупая, – внезапно спокойно ответил маг. – Если я вдруг наращу себе руку, и лишь после сообщу правду об этом, мятежники могут попытаться убить меня. Конечно, вернув себе силу первородного, я уже могу ничего не бояться. Но мы-то с Коваллем прекрасно знаем, что каждая сила и власть ограничены. Нельзя выступать против целого мира. Правительство Земли за мной охотится. По крайней мере, считает преступником. Хотя и не знает меня лично. Если еще и мятежники возненавидят… Куда мне податься? К кому примкнуть? Один, как ты знаешь, в поле не воин. Добавим врага в лице Ковалля… Как-то совсем становится грустно…
Он выдержал небольшую театральную паузу и закончил, будто читал лекцию, объяснял студентке непреложную истину.
– Если я скрою от своих сообщников истинные способности твоей Татьяны, придется скрывать до конца жизни. Иного выхода уже не предвидится.
– А как ты объяснишь возвращенную руку?
– Скажу, что у Ковалля украл техномагию. Какое-то зелье, особенную установку. Но потом ее отобрал первородный. Я лишь успел воспользоваться случаем. Черт его знает – как это вышло. Просто повезло, ни больше, ни меньше.
А он успел хорошо все обдумать… Хотя про Танюшку выяснил только что. Я поражалась изворотливости Олтрикса. Не удивительно, что он так долго прятался и даже Ковалля водил за нос.
– Ну что, по рукам? Или рискнешь? Вдруг я случайно проговорюсь при мятежниках… Будет неприятно, особенно для Танечки.
Кулаки непроизвольно сжались до боли, я неприятно скрипнула зубами – вот уж никогда подобного не делала. Казалось секунда – и случится обращение. Я балансировала на грани ипостасей. Черная химера рвалась наружу, ей помогали рыжая и желтая. Стремились порвать, растоптать, уничтожить мерзкого Олтрикса за мою дочку. Но это ни к чему, увы, не привело бы.
Во-первых, я совершенно не уверена, что мага так легко уничтожить. Уж если даже у Ковалля не вышло…
Во-вторых, на станции полно заговорщиков. И многие, возможно, не столь радушны, менее вежливы и более агрессивны.
В-третьих, бежать мне пока некуда. Придется соглашаться на уговор с Олтриксом.
Маг изучал мое лицо, внимательно следил за сменой настроения и резюмировал с огромным удовольствием:
– Вижу, что согласна. Выхода нет. Но верить на слово я не собираюсь. Хочу, чтобы поклялась жизнью Татьяны. Если обманешь, сделаю все, чтобы девочка не дожила до зрелого возраста.
Я посмотрела в глаза Олтрикса. Нет, он не шутит и не запугивает.
Злые слова вертелись на языке, сердце забилось тревожно и рвано. Хотелось вгрызться в лицо Олтрикса и разорвать его на кусочки. Клыками рвать мясо, ломать кости, когтями раздирать связки и сухожилия. Химеры продолжали рваться на волю. Но я проглотила злые эпитеты и процедила:
– Даю тебе слово!
– Ну вот и отлично! Всем сразу легче! И чтобы ты уже совсем не увиливала, сеанс восстановления назначим на завтра.
– Почему не сегодня? – я удивилась. Он вроде стремился вернуть себе руку, кажется считал часы и минуты.
– Мне нужно еще подготовить конечность.
Олтрикс сказал с таким видом, словно рука уже давно выращена, и только ждет своего часа. Нужно лишь разморозить, как следует подготовить… Хм… вероятно он долго ждал и явно готовился к подобному эксперименту.
– Ну вот и отлично, хорошего дня. Вечером приду за тобой снова. Отправимся на собрание к нашим главарям. Послушаешь требования и предложения.
Олтрикс вернулся на пятачок пола, где появился еще недавно. Секунда – и он исчез из комнаты. Видимо, ушел недопорталом, тем самым, который мне недоступен.
Я неторопливо вернулась в спальню. Доела оставшиеся бутерброды и решила, что достаточно набила желудок. Потом поем чего-нибудь существенного. Если оно вообще есть на станции. Мысли потекли спокойно и размеренно.
Так… Мне предложат сотрудничество преступники. Самое лучшее – вначале согласиться. Сделать вид, что заинтересована, но еще раздумываю. И очень желательно, чтобы враги поверили. Какие у меня есть аргументы? За мной неотрывно следит правительство. Я сильный маг, трехликий оборотень. Меня уже пытались посадить в клетку. Я не желаю новой попытки и не хочу, чтобы меня контролировали. Желаю действовать как вздумается. Управлять главными заклятьями города, призывать боевые и подчинять их. Пусть защищают новую хозяйку, причем от любого, кто мне перечит.
Ведь именно так рассуждают преступники? Судя по скудному описанию Олтрикса главная цель нового восстания, впрочем, как и всех остальных, прежних – господство и власть сильных магически. Чтобы остальные нам подчинялись.
Ладно, но следует потребовать гарантии. Сразу соглашаться тоже рискованно. Могут заподозрить, что претворяюсь.
Хорошо. Попросим личную землю, большой надел, на берегу моря. С личным садом, парком и большим домом. И чтобы не хуже замка Ковалля. Нечто интересное, новое, гротескное. К примеру – особняк в виде химеры. Есть же дома в форме птиц, здания в центре в виде зверей. Значит, химеру сделать возможно.
Хочу еще какое-нибудь предприятие, чтобы обеспечивать себя и Танюшку. Чтобы не работать, но иметь средства. Например, новое агентство чистильщиков – сильного конкурента существующим «Химерам». Буду обслуживать лишь сильных магически.
Далее мне нужно немного денег, чтобы начать устраиваться в будущем. Купить машину, одежду, обувь, всякие там приятные примочки, вроде украшений и дорогой мебели. Чем больше деталей я изобрету, тем убедительней стану выглядеть.
Я еще практически не жила в будущем. Годы в коме и сутки у Ковалля не считаются. Следовательно, не особенно привязана к правительству, нынешнему установленному порядку вещей. Надеюсь, мятежники меня не вычислят.
Я собиралась с ними поторговаться, выждать какое-то недолгое время и попытаться бежать со станции. Как бы ни уверял недавно Олтрикс, что Танюшке совсем ничего не угрожает, я не собиралась использовать дочку. И не планировала дарить магу руку.
Попытка не пытка. Я ведь нужна им. Надо изучить местные заклятья. У каждой даже самой обустроенной системы, есть хоть одно слабое звено. То, что легко вывести из строя. Уверена, у системы защиты станции, таких вот звеньев даже несколько.
Попробую пока исследовать магию. Обращаться я уже практически научилась, почти соединила три ипостаси. Еще немного – и смогу разъединять их. Теперь дело за общением с заклятьями. Я просто чувствовала, что сумею. Хотя никто подобного не делал. Даже упомянутая Коваллем Химера, что работала в казино, распознавая заклятья, такими колоссами не управляла. Хотя читала магию не хуже.
Жаль, что не смогу активировать рацию, необходимую для связи с Коваллем. Она работала лишь в звериной ипостаси. Откуда-то я это точно знала. Обращение сейчас – неудачная затея. Я еще не до конца набралась сил и могу опять потерять сознание. Насколько хватит энергии Танюшки? Получится ли у дочки опять меня вытащить? Я даже пробовать не собиралась. Так рисковать смысла не имеет. Справляться придется самостоятельно.
Я постаралась перестроить аурное зрение. Раньше, я не понимала, как это происходит. Теперь же попробовала уловить ощущения, чтобы переключаться, если потребуется, а не ждать, когда способность сама заработает.
Желание видеть заклятья не сработало, как ни прищуривалась – ничего не вышло. Черт! Я же недавно все это делала! Я посмотрела словно в никуда, мимо предметов и очень далеко. Будто рассматривала линию горизонта и даже пыталась заглянуть подальше…
Комната расцвела призрачными узорами, диковинными чудищами, прозрачными конструкциями. По потолку и полу выстроились тарантулы – защитные заклятья от проникновения. Они располагались с обеих сторон. Тонкие ажурные лепестки заклятий опутывали станцию диковинной паутиной. Где-то истончались, где-то утолщались, где-то соединялись, а где-то раздваивались. Казалось, я внутри объемной микросхемы, и не понимаю, что и откуда.
На некоторое время я растерялась. Нет, невозможно прочитать заклятье, разобраться – какие участки и для чего предназначены. У меня даже голова немного заболела.
Близость мага вызывала странные ощущения: хотелось одновременно и бежать, и драться. Чувствовалось, что Олтрикс очень опасен, пусть и не настолько, как первородный, но любого другого заткнет за пояс. И жутко не хотелось подчиняться похитителю. Тем более, уже знала новые требования.
– Умница ты, однако, гостья из прошлого, – неторопливо обронил Олтрикс, обошел вокруг, словно присматривался, и обнаруживал нечто новое. – Я недооценил тебя и твою дочку. Вместе вы огого какая силища!
Вместе? Я чего-то недопонимаю? Еще недавно казалось все очень просто. Неприятно, отвратительно, но просто и банально. Олтрикс подслушал диалог с Таней и знает о ее особенном даре. Хочет вернуть потерянную руку…
Маг усмехнулся, еще раз обогнул меня, остановился напротив и резко выпалил:
– Валтарь сообщал о белой химере. Но я не подозревал, что это Татьяна. Теперь, неожиданно выяснил и другое. Вместе вы можете все восстанавливать. Ты даешь импульс к регенерации плоти, она – к полной реанимации ауры. Если вы с Таней действуете вместе – можно устранить магические повреждения. Полностью, быстро и практически бесследно. Вот что пытался скрыть Ковалль. Валтарь очень вовремя обо всем догадался. Правда, похоже его рассекретили, – Олтрикс застыл в картинной позе, словно плохой актер на помосте, что изображает ужасное расстройство, но получается из рук вон плохо. Рисуется, гаденыш. Сдал своего и даже ни капли не переживает. Эмоции отразились на моем лице. Губы непроизвольно презрительно поджались. Олтрикс заметил, но не разозлился. Скорее усмехнулся – нервно, но искренне, с каким-то неподдельным высокомерным сочувствием. Так бог реагирует на трагедии смертной о том, что сломала на работе ноготь.
Маг усмехнулся и разразился речью:
– Видишь ли, дорогая гостья из прошлого. Я не привязан к своим информаторам. Они работали на меня не бесплатно и получали достаточное вознаграждение. Скрыться и остаться не пойманными правительством – это уже их личная задача. Моя – оплатить оказанную услугу. В общем, дорогая трехликая химера. У меня дополнение к прежним условиям. Через пару часов идем на переговоры. Повстанцы выдвинут свои предложения. Часть из них я тебе уже озвучивал. Сыворотка против зелья лишающего магии, вернее того, что ее ослабляет взамен на безопасность, деньги и власть. В целом расклад вот примерно такой. Но у меня есть новое условие. Озвучивать при всех его не хочется. Представь, сколько сразу выстроится желающих? Чародеек, что потеряли красоту в схватке, магов, что стали в бою инвалидами. Всех исцелить у вас не получится. Зря перетратите силу и энергию. Мне же нужна только рука. И я никому не скажу о Татьяне.
Наверное, мне стоило всерьез испугаться, страшиться плена, возможных последствий. Но я ощущала лишь твердую решимость. Защитить Танюшку, помочь Коваллю. Поэтому предельно выпрямила спину, развела плечи и спокойно ответила:
– Дочку в мятеж вмешивать не стану! Ни под каким предлогом и соусом. Хоть режьте меня, хоть на куски порвите. Хоть пытайте каленым железом! Танюшку вы никогда не получите!
Олтрикс почему-то опять не расстроился, лишь рассмеялся прямо в лицо.
– Да не нужна мне здесь Татьяна. Что я, матерей никогда не видел? Я ведь обещал – ее не похитим. Не тронем и вообще не станем контактировать.
– Тогда как вы задействуете ее способности?
– По вашему аурному каналу связи! Просто удивительно, что ты не догадалась. Недавно Татьяна передавала энергию – ту самую, особенную, что мне и требуется. Прямо через вашу астральную пуповину.
– Какую пуповину? – не выдержала я. Казалось, что Олтрикс бредит наяву. Или попросту нагло меня разыгрывает. Зубы заговаривает, нелепости описывает, чтобы ослабила внимание и сопротивление.
– Ничего не объяснили эти защитнички, – маг намекал на оборотня с первородным. – А Мей ведь поклялся тебя обезвредить. Дал слово, взамен на свободу брата. Ты в курсе, что он, по сути, предатель? И заключил сделку с Бриолисом?
Я поняла – Олтрикс намекает на то, о чем Мей и Ковалль умалчивали, хотя первородный порой проговаривался. Когда начинал злиться на оборотня. Словно инстинктивно ставил на место, чтобы не особенно Мей зарывался.
Мда… Как все сложно, запутанно, странно. Хорошо, пусть даже Мей и предатель. Коваллю я доверяю по-прежнему полностью. Главное сейчас – узнать про Танюшку. Я не переживу ее похищения.
От одной мысли сердце в груди останавливалось, в глазах темнело, а кулаки сжимались. Из горла вырывалось сдавленное рычание – так медведица предупреждает неловкого охотника, что подошел к пещере с медвежатами…
ГЛАВА 8.4
Олтрикс догадался о моих мыслях, о том, что гораздо важнее Мея и всех его клятв, планов, предательств.
– Мне нужно, чтобы ты связалась с дочкой. Она в безопасности, насколько я знаю. Там, куда мне никогда не добраться. Ее охраняют агенты правительства, плюс ворожея особого назначения. В общем, фактически Татьяна недоступна. Но нам она и не нужна на станции. Нужно чтобы ты связалась по рации и снова задействовала канал энергии. Получила от дочери нужную магию и передала ее мне, в полное пользование. Дальше я сам приращу руку, полностью восстановлюсь для сражения с Коваллем. Даю тебе слово – Татьяну не тронем.
– И почему я должна вам верить?
– Верить не надо – включайте логику. Поверьте, никто не собирается вредить ей. Видите ли, от этого зависит магия, именно от ее желания и расположения.
– Как это? –спросила я ошарашенно.
– Боевая магия не зависит от эмоций, эмоции живут отдельно от нее, бытовая техномагия уже и подавно. Другое дело редкая магия исцеления. Эту способность не просто задействовать. Работает она только на искреннем сочувствии, хотя бы на желании помочь и вылечить. Никто вашу дочку пальцем не тронет. Пусть она находится там, где находится. Ваша задача только убедить ее сделать как прошу и не противится. Я объясню. Если поможете, могу поклясться – о магии Татьяны никто не узнает, ни от меня, ни от Валтаря. Очередь страждущих к ней не выстроится. Преступники не начнут похищать девочку. Подпольные клиники тоже не заинтересуются уникальным предложением для особых клиентов. Убирать все шрамы у боссов группировок, у лучших боевиков и прочих колдунов. Поверьте, я действую в общих интересах. Мне нужно лишь вернуть свою руку. До остального мне дела нет.
– А как же восстание? Борьба за магов? Ваш флаг о Вселенской несправедливости?
– Я разделяю их убеждения. Считаю, что сильные маги заслуживают особенного отношения, власти, условий. Нечестно уравнивать их со смертными и даже с более слабыми коллегами. Все остальное – личная выгода.
Я отступила на несколько шагов, оставив между нами приличное расстояние. Олтрикс не преследовал: следил и молчал.
– Почему я должна верить преступнику? Откуда мне знать, что сдержите слово? Может, получите то, что хотите, а после сдадите Танюшку сообщникам…
Олтрикс усмехнулся с таким видом, что мне вдруг стало очень не по себе. Так усмехается тигр над сусликом, что вздумал ставить ему условия.
– Глупая идея, очень глупая, – внезапно спокойно ответил маг. – Если я вдруг наращу себе руку, и лишь после сообщу правду об этом, мятежники могут попытаться убить меня. Конечно, вернув себе силу первородного, я уже могу ничего не бояться. Но мы-то с Коваллем прекрасно знаем, что каждая сила и власть ограничены. Нельзя выступать против целого мира. Правительство Земли за мной охотится. По крайней мере, считает преступником. Хотя и не знает меня лично. Если еще и мятежники возненавидят… Куда мне податься? К кому примкнуть? Один, как ты знаешь, в поле не воин. Добавим врага в лице Ковалля… Как-то совсем становится грустно…
Он выдержал небольшую театральную паузу и закончил, будто читал лекцию, объяснял студентке непреложную истину.
– Если я скрою от своих сообщников истинные способности твоей Татьяны, придется скрывать до конца жизни. Иного выхода уже не предвидится.
– А как ты объяснишь возвращенную руку?
– Скажу, что у Ковалля украл техномагию. Какое-то зелье, особенную установку. Но потом ее отобрал первородный. Я лишь успел воспользоваться случаем. Черт его знает – как это вышло. Просто повезло, ни больше, ни меньше.
А он успел хорошо все обдумать… Хотя про Танюшку выяснил только что. Я поражалась изворотливости Олтрикса. Не удивительно, что он так долго прятался и даже Ковалля водил за нос.
– Ну что, по рукам? Или рискнешь? Вдруг я случайно проговорюсь при мятежниках… Будет неприятно, особенно для Танечки.
ГЛАВА 8.5
Кулаки непроизвольно сжались до боли, я неприятно скрипнула зубами – вот уж никогда подобного не делала. Казалось секунда – и случится обращение. Я балансировала на грани ипостасей. Черная химера рвалась наружу, ей помогали рыжая и желтая. Стремились порвать, растоптать, уничтожить мерзкого Олтрикса за мою дочку. Но это ни к чему, увы, не привело бы.
Во-первых, я совершенно не уверена, что мага так легко уничтожить. Уж если даже у Ковалля не вышло…
Во-вторых, на станции полно заговорщиков. И многие, возможно, не столь радушны, менее вежливы и более агрессивны.
В-третьих, бежать мне пока некуда. Придется соглашаться на уговор с Олтриксом.
Маг изучал мое лицо, внимательно следил за сменой настроения и резюмировал с огромным удовольствием:
– Вижу, что согласна. Выхода нет. Но верить на слово я не собираюсь. Хочу, чтобы поклялась жизнью Татьяны. Если обманешь, сделаю все, чтобы девочка не дожила до зрелого возраста.
Я посмотрела в глаза Олтрикса. Нет, он не шутит и не запугивает.
Злые слова вертелись на языке, сердце забилось тревожно и рвано. Хотелось вгрызться в лицо Олтрикса и разорвать его на кусочки. Клыками рвать мясо, ломать кости, когтями раздирать связки и сухожилия. Химеры продолжали рваться на волю. Но я проглотила злые эпитеты и процедила:
– Даю тебе слово!
– Ну вот и отлично! Всем сразу легче! И чтобы ты уже совсем не увиливала, сеанс восстановления назначим на завтра.
– Почему не сегодня? – я удивилась. Он вроде стремился вернуть себе руку, кажется считал часы и минуты.
– Мне нужно еще подготовить конечность.
Олтрикс сказал с таким видом, словно рука уже давно выращена, и только ждет своего часа. Нужно лишь разморозить, как следует подготовить… Хм… вероятно он долго ждал и явно готовился к подобному эксперименту.
– Ну вот и отлично, хорошего дня. Вечером приду за тобой снова. Отправимся на собрание к нашим главарям. Послушаешь требования и предложения.
Олтрикс вернулся на пятачок пола, где появился еще недавно. Секунда – и он исчез из комнаты. Видимо, ушел недопорталом, тем самым, который мне недоступен.
Я неторопливо вернулась в спальню. Доела оставшиеся бутерброды и решила, что достаточно набила желудок. Потом поем чего-нибудь существенного. Если оно вообще есть на станции. Мысли потекли спокойно и размеренно.
Так… Мне предложат сотрудничество преступники. Самое лучшее – вначале согласиться. Сделать вид, что заинтересована, но еще раздумываю. И очень желательно, чтобы враги поверили. Какие у меня есть аргументы? За мной неотрывно следит правительство. Я сильный маг, трехликий оборотень. Меня уже пытались посадить в клетку. Я не желаю новой попытки и не хочу, чтобы меня контролировали. Желаю действовать как вздумается. Управлять главными заклятьями города, призывать боевые и подчинять их. Пусть защищают новую хозяйку, причем от любого, кто мне перечит.
Ведь именно так рассуждают преступники? Судя по скудному описанию Олтрикса главная цель нового восстания, впрочем, как и всех остальных, прежних – господство и власть сильных магически. Чтобы остальные нам подчинялись.
Ладно, но следует потребовать гарантии. Сразу соглашаться тоже рискованно. Могут заподозрить, что претворяюсь.
Хорошо. Попросим личную землю, большой надел, на берегу моря. С личным садом, парком и большим домом. И чтобы не хуже замка Ковалля. Нечто интересное, новое, гротескное. К примеру – особняк в виде химеры. Есть же дома в форме птиц, здания в центре в виде зверей. Значит, химеру сделать возможно.
Хочу еще какое-нибудь предприятие, чтобы обеспечивать себя и Танюшку. Чтобы не работать, но иметь средства. Например, новое агентство чистильщиков – сильного конкурента существующим «Химерам». Буду обслуживать лишь сильных магически.
Далее мне нужно немного денег, чтобы начать устраиваться в будущем. Купить машину, одежду, обувь, всякие там приятные примочки, вроде украшений и дорогой мебели. Чем больше деталей я изобрету, тем убедительней стану выглядеть.
Я еще практически не жила в будущем. Годы в коме и сутки у Ковалля не считаются. Следовательно, не особенно привязана к правительству, нынешнему установленному порядку вещей. Надеюсь, мятежники меня не вычислят.
Я собиралась с ними поторговаться, выждать какое-то недолгое время и попытаться бежать со станции. Как бы ни уверял недавно Олтрикс, что Танюшке совсем ничего не угрожает, я не собиралась использовать дочку. И не планировала дарить магу руку.
Попытка не пытка. Я ведь нужна им. Надо изучить местные заклятья. У каждой даже самой обустроенной системы, есть хоть одно слабое звено. То, что легко вывести из строя. Уверена, у системы защиты станции, таких вот звеньев даже несколько.
ГЛАВА 8.6
Попробую пока исследовать магию. Обращаться я уже практически научилась, почти соединила три ипостаси. Еще немного – и смогу разъединять их. Теперь дело за общением с заклятьями. Я просто чувствовала, что сумею. Хотя никто подобного не делал. Даже упомянутая Коваллем Химера, что работала в казино, распознавая заклятья, такими колоссами не управляла. Хотя читала магию не хуже.
Жаль, что не смогу активировать рацию, необходимую для связи с Коваллем. Она работала лишь в звериной ипостаси. Откуда-то я это точно знала. Обращение сейчас – неудачная затея. Я еще не до конца набралась сил и могу опять потерять сознание. Насколько хватит энергии Танюшки? Получится ли у дочки опять меня вытащить? Я даже пробовать не собиралась. Так рисковать смысла не имеет. Справляться придется самостоятельно.
Я постаралась перестроить аурное зрение. Раньше, я не понимала, как это происходит. Теперь же попробовала уловить ощущения, чтобы переключаться, если потребуется, а не ждать, когда способность сама заработает.
Желание видеть заклятья не сработало, как ни прищуривалась – ничего не вышло. Черт! Я же недавно все это делала! Я посмотрела словно в никуда, мимо предметов и очень далеко. Будто рассматривала линию горизонта и даже пыталась заглянуть подальше…
Комната расцвела призрачными узорами, диковинными чудищами, прозрачными конструкциями. По потолку и полу выстроились тарантулы – защитные заклятья от проникновения. Они располагались с обеих сторон. Тонкие ажурные лепестки заклятий опутывали станцию диковинной паутиной. Где-то истончались, где-то утолщались, где-то соединялись, а где-то раздваивались. Казалось, я внутри объемной микросхемы, и не понимаю, что и откуда.
На некоторое время я растерялась. Нет, невозможно прочитать заклятье, разобраться – какие участки и для чего предназначены. У меня даже голова немного заболела.
