- Асин, ты пришел ко мне как подданный Зиндарии, и просил оставить тебя в моей свите. Зиндарийский принц подарил тебе право поменять подданство. С того дня ты можешь считать себя подданным Саккарских правителей. С другой стороны, ты можешь считать себя подданным норуландского императора, и тогда я не вправе решать твою судьбу. Скоро норуландский принц покидает нашу страну. Если ты решишь вернуться вместе с ним, скажи, и завтра тебя отведут в посольство. У тебя есть время подумать до захода солнца. Если ты решишь остаться моим подданным, тебе придется принять от меня наказание. Тогда завтра на рассвете охранник проводит тебя в горный монастырь, где ты проведешь целый год, обдумывая свою прежнюю жизнь. Через год ты вернешься ко мне и расскажешь о своих размышлениях. А я подумаю о твоей судьбе дальше.
- Но, Верховная, как вы можете! - Не удержал свое возмущение Старший Охраны. - Он же профессиональный убийца! Что, если он убьет вас?
- Зачем? Моя смерть ничего не изменит в политике Саккара и ничего не даст норуландцам. Впрочем, как и смерть наследницы или даже самого Хранителя. Даже господин Джунки признал это. Так что, Асин, теперь твоя жизнь зависит от принятого тобой решения.
- Я хочу к моему Принцу.
- Уверен? Может, еще подумаешь?
- Я хочу к моему Принцу.
Ворота норуландского посольства открылись через асур после полудня. Конные воины сразу же выстраивались в колонну по шесть всадников в ряд и неторопливо двигались по площади, в направлении городских ворот. В центре колонны Джунки обдумывал свое предстоящее возвращение домой. Эн-асин ехал сразу за его плечом, впереди его телохранителей. Браш, любимый пес принца, трусивший рядом, тихо рыкнул, завиляв обрубком хвоста. Джунки поднял голову и увидел в проулке трех дворцовых охранников. Кажется, вон та, самая маленькая фигурка ему знакома. Да и Браш узнал ее. Принц поднял руку, останавливая своих солдат. Выехав из колонны, вторым взмахом руки он отправил солдат дальше, а сам вернулся к проулку. Оставив коня эн-асину, принц, в сопровождении пса, подошел к ожидавшим его охранникам.
- Ты хотела лично убедиться, что я уехал? - Джунки сложил руки на груди и даже не пытался спрятать насмешку в голосе.
Айю опустила ворот капюшона и погладила собаку, ткнувшуюся модой ей в живот.
- Я хотела попрощаться и проводить вас. Мне жаль, что вы уезжаете разочарованным.
- Ты права, в моем сердце сейчас мед и перец. Горечь от неудачи и радость, что я узнал тебя.
- Джунки, позвольте мне сделать еще один подарок вашей сестре. - Девушка протянула принцу круглый костяной медальон. - Это бирка наследницы. Если ей понадобится моя помощь, она может показать эту бирку любому саккарцу, и ей незамедлительно помогут.
Кругляшок с желто-розовой кисточкой в ушке был размером с половину его ладони. В центре медальона была вырезана морская черепаха с растопыренными плавниками. Принц Джунки сжал бирку в кулаке, внимательно посмотрел в глаза Айю.
- А мне ты не сделаешь прощальный подарок?
- Я хотела. Но я много читала о ваших обычаях, и решила, что вы не станете просить помощи у женщины, даже у Верховной Хранительницы. Я ошиблась?
- Нет.
Джунки похлопал по лохматому боку собаки, сказал ей несколько слов. Пес остановился за спиной Айю, мордой к телохранителям девушки, легонько рыкнул. Те дружно взялись за рукоятки кинжалов, совершенно не представляя, что им позволено делать, если пес решится напасть. С легкой улыбкой принц шагнул к девушке, чуть наклонился к уху, как заговорщик. Айю, удивленно открыв глаза, потянулась навстречу. Но принц не стал ничего говорить. Мягко обхватив одной рукой затылок Айю, он просто крепко поцеловал ее в губы.
- Ты! - возмущенно выдохнула девушка.
- Спасибо за подарок, - улыбнулся принц. Свистнув псу, Джунки вернулся к эн-асину и вскочил на коня. - Ну, хотя бы первый поцелуй я у него отнял.
Всадники направились вслед уходящей колонне.
Драгоценные мои читатели! Это первый мой опус, очень прошу — не сочтите таким уж большим трудом, черкните пару строчек о своих впечатлениях. Что понравилось, что нет, насколько сюжет показался (показался ли?) интересным? Может, мешали какие-то нестыковки в тексте? Есть совет, что нужно исправить? Есть ли смысл выкладывать продолжение? Или оно никому не интересно?
Прошло два года. Эрим и Раc, возвращаясь из полугодовой поездки в Норуланд, как всегда, немного поспорили, обсуждая действия харуза. Подъехали к Городской гостинице и легко попрощались. Раса тянуло во Дворец, хоть он никогда и не признался бы в этом, а бывший принц почему-то предпочитал эту гостиницу своим покоям во Дворце. У самых ворот Эрим спрыгнул с коня, повел его во двор. Рас, проводив друга взглядом, собрался разворачиваться, как вдруг взгляд его зацепился за очень даже знакомые зеленые глаза. Живо спрыгнув с коня, Рас поспешил вслед Эриму, остановившемуся у столика помощника судьи.
- Дайн … ээ … Нак, я полагаю?
Кан смущенно улыбнулся: - Ну, так вышло. Ребята! Как же я рад вас видеть! - Кан вышел из-за стола, обнял за плечи обоих.
- Мин! Прими лошадей и накрой стол для моих друзей. Подай лучшее вино и закуски. - По-хозяйски отдав распоряжения, Кан повел путешественников на веранду второго этажа. - Ну как вы? Рассказывайте!
Парни переглянулись.
- Ну, если одним словом, то — нормально. А если с подробностями, то у нас было много довольно скучных деловых переговоров и занимательных личных бесед.
- О которых ты регулярно получал от нас отчеты. Так что, начни лучше ты.
- Я? Очень скучно. Потихоньку воюю то со Старейшинами, то с Главами Кланов - с переменным успехом. Сегодня не выдержал и сбежал. И оказалось, так удачно!
- Как Айю? Вы наконец, помирились? - Не выдержал Эрим.
Рас откинулся на спинку стула. О том, что с началом беременности у Айю открылся Дар, он знал из писем обоих. А вот о сложностях их семейной жизни Рас узнал впервые. Похоже, с Эримом были более откровенны. И судя по недовольному лицу Кана, откровенничала именно Айю.
Кан отвлекся на слугу принесшего вино и закуски, а Эрим вдруг просиял лицом, увидев кого-то во дворе гостиницы. Рас проследил за его взглядом. Молодая женщина, в форме дворцовой служащей, не смотря на аккуратно округлившийся животик, шла по направлению к кухне.
- Помиришься с ней, как же! - Прорвалось недовольство Кана. - Она фактически заперлась в государственном архиве и проводит там целые дни. Никаких разговоров и личной жизни. По сути, добровольное заточение.
- Да? - Эрим растерянно покосился во двор. А Рас уселся поудобнее, в предвкушении. Кажется, сейчас будет очень интересно! И — точно.
- Ани, детка, где ты пропадала? - Старушка за столиком во дворе, как многие плохо слышащие, говорила довольно громко. - Вчера я искала тебя, но так и не нашла.
Рука Кана, разливавшего вино, повисла в воздухе.
- Дайна Аша, как вы себя чувствуете?
- Ты почему долго не приходила? Позавчера мы не договорили. Я хотела показать тебе письмо сына.
Женщина села рядом, улыбнулась.
- Ну, вы же знаете, во Дворце сейчас новые правители, все заняты переустройством жизни в Саккаре. Даже не представляю, что они будут делать, если я плохо подмету садовые дорожки.
- Повторите, что вы делаете во Дворце? - Голос Кана режет воздух, как меч.
- Упс! - Девушка попыталась спрятаться за спиной старушки.
- Что ты, что ты, милый, ничего она мне не рассказывала! - Бабушка машет руками грозному «помощнику судьи».
- Простите, дайна Аша, я не подметаю дорожки во Дворце, я вообще непонятно, чем там занимаюсь. - Скромно сложив руки на животике, Айю невинно хлопает ресницами.
- Конечно, детка! - старушка оглядывается на Кана. - Бедный парень, какая тяжелая у него работа — следить за чужими разговорами.
Рас и Эрим, дружно согнувшись над столом, давятся от смеха. Но когда Кан, в сердцах, попытался пнуть ногой Раса и больно ударился коленом об стул, парни захохотали в голос.
Эрим пьет чай в круглой беседке в саду наследницы. Даже получив титул Хранительницы, Айю не стала покидать свои покои, просто велела перекрасить стены в каждой комнате в разные цвета, не оставив и следа от розового. Утром Эрим навестил Главу Дома и ушел расстроенным. Как ни старались они оба, разговор все-равно получился натянутым и неискренним. Эрим обращался к ней «матушка», в ответ слышал «сын мой», но теплых чувств друг к другу они так и не испытали. А вот с Айю Эрим с удовольствием проболтал пол дня. Рассказал все, что уже писал ей в письмах, дополнил тем, что осталось за строчками. Теперь Эрим просто наслаждался теплом и покоем, стараясь унять тревогу в сердце. Завтра должна вернуться Ина. Ее служба в Обители Старейших закончилась, и она получила обещанное повышение в ранге. Как она его встретит после столь долгой разлуки?
Эрим перевернулся со спины на живот, уперся подбородком на поставленные друг на друга кулаки, посмотрел на телохранителей Айю, предоставленных самим себе. Дина не видно, но судя по лаю и порыкиванию, он играет с Луной — значительно выросшим подарком Джунки. Там, как почти всегда в свободное время, тренируется. Вокруг него, на разном расстоянии и высоте, установлены небольшие пронумерованные мишени. Там закрывает глаза, а Рин называет номер. Разворот, бросок — тонкий дротик вонзается в мишень. Там ни разу не ошибся и ни разу не промазал. Иногда кажется, что он попадал бы и с закрытыми глазами.
- Сестренка, Кан недавно шипел на Рина: - «Может, еще раз сводишь ее в Веселый квартал прогуляться?» Ты правда, там была?
- Была. Целых четыре раза. И ни разу не заметила ни Тама, ни Дина, следовавших за мной по пятам. А они меня несколько раз незаметно выручали. И кстати, Рина там со мной как раз ни разу не было. Только я узнала об этом совсем недавно. А до этого я считала себя очень хитрой и ловкой, - совсем без огорчения признается Айю.
- И что же ты хотела там узнать?
Айю пожимает плечами.
- Почему мужчин так привлекает это место? Не только ведь телесные потребности. Почему с цветочными женщинами ведется, часто, больше разговоров, чем с женами? Почему квартал называется «веселым»? Разве так плохо проводить время с родными?
- И как, узнала? - Эрим даже сел, в ожидании веселого рассказа. Не вышло.
- Кое-что. Я поняла, что наши мужчины слишком мало доверяют своим женщинам. Зачем рассказывать жене о текущих делах? Она будет либо критиковать, либо ожидать слишком многого. А так, получится — потом похвастаюсь, не получится — и не узнает. Не разочаруется во мне. И да, дома всегда нужно быть собранным, чтобы контролировать семью, подавать пример. Это ведь очень тяжело: постоянно быть сильным. Но почему вы даже не допускаете мысли, что любить можно и за слабости тоже? Почему забываете, что нас семь лет учат быть Главой Дома? Подставлять плечо своему мужчине. Разделять его заботы. Может, не у всех все получается, и пожалуй, далеко не сразу, но вы ведь даже шанса нам не даете! Сначала приучаете своих женщин к жизни трепетной мимозы, а затем бежите расслабляться в Веселый Квартал.
- Гм, ммм… По-моему, ты слишком преувеличиваешь… Иногда я удивляюсь подготовке твоих телохранителей. - Эрим попробовал уйти от неудобного разговора. - Судя по тому, чего от них требует Кан, их задача защищать тебя не от нападения, а от необдуманных, импульсивных поступков.
- Угу. Это я поняла, еще когда отец разрешил мне учиться с близнецами, при условии, что я никогда не выйду из Дворца без, хотя бы одного, телохранителя.
- И ты никогда не нарушала условие?
- Нарушила пять раз. В конце-концов, это не справедливо! Ты не представляешь, как иногда надоедает такая опека!
- Ты дочь, а теперь и жена правителя.
- Эрим, разве ты не замечал, что девушки в Саккаре никогда не ходят по городу без сопровождения? Брата, отца, или даже друзей брата, которым семья доверяет, но ни в коем случае не одна! Советницу, Хранительницу или Верховную постоянно сопровождают телохранители, даже во Дворце. Хотя самому Хранителю достаточно знака Печати. Возможно, когда-то в древности, это была разумная предосторожность, все-таки, девушек у нас рождается намного меньше, чем парней. Но сейчас? Я даже представить себе не могу, чтобы кому-то из саккарцев пришло в голову обидеть женщину!
Эрим вздохнул. Безусловно, в Саккаре для женщины безопасней, чем в любой другой точке на Астрее, но как говорится: «Кто не бережет себя сам, того и Создатель не убережет». Эрим уже попросил Старшего Охраны подобрать телохранителей для Ина. Пожалуй, лучше сменить тему.
- Айю, Рас говорил, что секрет изготовления брикетов известен лишь Хранительницам. Это правда? - Опять пытается перевести разговор Эрим.
- Ты не веришь словам Раса?
- Верю. Просто умираю от любопытства. Если это не ископаемое, то почему нельзя увеличить его производство? Ведь все удобства жизни в Саккаре связаны с этими брикетами. Чем их будет больше, тем больше благ получат ваши жители.
- Это невозможно.
- Почему?
- Таковы условия их производства.
Эрим решил чуть-чуть схитрить.
- Неужели, даже Хранитель ничего не знает?
- Совсем немного.
- Вот! Но ведь он же чужеземец! А я — саккарец! И даже кровный брат тебе! Разве это правильно, что Кан знает больше, чем я?
- Хорошо, я скажу тебе. Ровно столько, сколько знает Кан. Но если ты позволишь себе хотя бы намек на эту тайну, ты отправишься на переработку. Ни я, ни Кан, не сможем тебя спасти.
- Согласен.
- Переработка.
- Что?
- Их делают из содержимого горшков.
- Эээ…
Айю удобно развалилась на подушках, ласково поглаживая тугой животик. Снисходительно посмотрела на кузена.
- Ты и правда, думаешь, что именно это — главный секрет Хранительниц?
- А что же тогда?
- Сохранение стабильности и мира в стране. Тебя не удивляет, что в Саккаре нет палачей, нет показательных казней, а преступлений очень мало?
- Ты права. За кошелем, полных серебряных монет, нечаянно оставленным в трактире, можно прийти через десятидневку и получить его обратно, не потеряв ни монетки… Я думал, такая исключительная честность — национальная черта саккарцев. Ведь, кроме небольших денежных штрафов за мелкие нарушения, у вас есть только одно наказание — переработка. Да, это удивляет.
- Ну почему же? Иногда людей могут отправить на несколько лет работать в каменоломни… Но главный секрет Хранительниц заключается в незыблемости Основ… Как воспитывать детей так, чтобы взрослому не пришло в голову солгать или украсть. Как заставить каждого нести ответственность за всю семью, за весь Клан, за всю страну. Именно это заложено в Основы, каждый шаг тщательно продуман древними Хранительницами… Но именно это и дается мне самой тяжелей всего - соблюдение Основ.
- Да уж, вы с Расом две перчатки - пара. Лепешками не корми, только позволь нарушить хоть одно правило. Страшно придумать, что получилось бы, стань вы парой.
Айю чуть смущенно улыбнулась.
- Хорошо, что Доля подстраховалась, и мы не узнаем этого… Эрим, скажи, у тебя не появляется чувство тревоги, когда ты возвращаешься в Сакккар?
- Тревоги? Нет, я радуюсь, что, наконец, оказался дома. Что тебя беспокоит?
- Но, Верховная, как вы можете! - Не удержал свое возмущение Старший Охраны. - Он же профессиональный убийца! Что, если он убьет вас?
- Зачем? Моя смерть ничего не изменит в политике Саккара и ничего не даст норуландцам. Впрочем, как и смерть наследницы или даже самого Хранителя. Даже господин Джунки признал это. Так что, Асин, теперь твоя жизнь зависит от принятого тобой решения.
- Я хочу к моему Принцу.
- Уверен? Может, еще подумаешь?
- Я хочу к моему Принцу.
Ворота норуландского посольства открылись через асур после полудня. Конные воины сразу же выстраивались в колонну по шесть всадников в ряд и неторопливо двигались по площади, в направлении городских ворот. В центре колонны Джунки обдумывал свое предстоящее возвращение домой. Эн-асин ехал сразу за его плечом, впереди его телохранителей. Браш, любимый пес принца, трусивший рядом, тихо рыкнул, завиляв обрубком хвоста. Джунки поднял голову и увидел в проулке трех дворцовых охранников. Кажется, вон та, самая маленькая фигурка ему знакома. Да и Браш узнал ее. Принц поднял руку, останавливая своих солдат. Выехав из колонны, вторым взмахом руки он отправил солдат дальше, а сам вернулся к проулку. Оставив коня эн-асину, принц, в сопровождении пса, подошел к ожидавшим его охранникам.
- Ты хотела лично убедиться, что я уехал? - Джунки сложил руки на груди и даже не пытался спрятать насмешку в голосе.
Айю опустила ворот капюшона и погладила собаку, ткнувшуюся модой ей в живот.
- Я хотела попрощаться и проводить вас. Мне жаль, что вы уезжаете разочарованным.
- Ты права, в моем сердце сейчас мед и перец. Горечь от неудачи и радость, что я узнал тебя.
- Джунки, позвольте мне сделать еще один подарок вашей сестре. - Девушка протянула принцу круглый костяной медальон. - Это бирка наследницы. Если ей понадобится моя помощь, она может показать эту бирку любому саккарцу, и ей незамедлительно помогут.
Кругляшок с желто-розовой кисточкой в ушке был размером с половину его ладони. В центре медальона была вырезана морская черепаха с растопыренными плавниками. Принц Джунки сжал бирку в кулаке, внимательно посмотрел в глаза Айю.
- А мне ты не сделаешь прощальный подарок?
- Я хотела. Но я много читала о ваших обычаях, и решила, что вы не станете просить помощи у женщины, даже у Верховной Хранительницы. Я ошиблась?
- Нет.
Джунки похлопал по лохматому боку собаки, сказал ей несколько слов. Пес остановился за спиной Айю, мордой к телохранителям девушки, легонько рыкнул. Те дружно взялись за рукоятки кинжалов, совершенно не представляя, что им позволено делать, если пес решится напасть. С легкой улыбкой принц шагнул к девушке, чуть наклонился к уху, как заговорщик. Айю, удивленно открыв глаза, потянулась навстречу. Но принц не стал ничего говорить. Мягко обхватив одной рукой затылок Айю, он просто крепко поцеловал ее в губы.
- Ты! - возмущенно выдохнула девушка.
- Спасибо за подарок, - улыбнулся принц. Свистнув псу, Джунки вернулся к эн-асину и вскочил на коня. - Ну, хотя бы первый поцелуй я у него отнял.
Всадники направились вслед уходящей колонне.
Драгоценные мои читатели! Это первый мой опус, очень прошу — не сочтите таким уж большим трудом, черкните пару строчек о своих впечатлениях. Что понравилось, что нет, насколько сюжет показался (показался ли?) интересным? Может, мешали какие-то нестыковки в тексте? Есть совет, что нужно исправить? Есть ли смысл выкладывать продолжение? Или оно никому не интересно?
Прода от 02.04.2021, 17:29
Эпилог.
Прошло два года. Эрим и Раc, возвращаясь из полугодовой поездки в Норуланд, как всегда, немного поспорили, обсуждая действия харуза. Подъехали к Городской гостинице и легко попрощались. Раса тянуло во Дворец, хоть он никогда и не признался бы в этом, а бывший принц почему-то предпочитал эту гостиницу своим покоям во Дворце. У самых ворот Эрим спрыгнул с коня, повел его во двор. Рас, проводив друга взглядом, собрался разворачиваться, как вдруг взгляд его зацепился за очень даже знакомые зеленые глаза. Живо спрыгнув с коня, Рас поспешил вслед Эриму, остановившемуся у столика помощника судьи.
- Дайн … ээ … Нак, я полагаю?
Кан смущенно улыбнулся: - Ну, так вышло. Ребята! Как же я рад вас видеть! - Кан вышел из-за стола, обнял за плечи обоих.
- Мин! Прими лошадей и накрой стол для моих друзей. Подай лучшее вино и закуски. - По-хозяйски отдав распоряжения, Кан повел путешественников на веранду второго этажа. - Ну как вы? Рассказывайте!
Парни переглянулись.
- Ну, если одним словом, то — нормально. А если с подробностями, то у нас было много довольно скучных деловых переговоров и занимательных личных бесед.
- О которых ты регулярно получал от нас отчеты. Так что, начни лучше ты.
- Я? Очень скучно. Потихоньку воюю то со Старейшинами, то с Главами Кланов - с переменным успехом. Сегодня не выдержал и сбежал. И оказалось, так удачно!
- Как Айю? Вы наконец, помирились? - Не выдержал Эрим.
Рас откинулся на спинку стула. О том, что с началом беременности у Айю открылся Дар, он знал из писем обоих. А вот о сложностях их семейной жизни Рас узнал впервые. Похоже, с Эримом были более откровенны. И судя по недовольному лицу Кана, откровенничала именно Айю.
Кан отвлекся на слугу принесшего вино и закуски, а Эрим вдруг просиял лицом, увидев кого-то во дворе гостиницы. Рас проследил за его взглядом. Молодая женщина, в форме дворцовой служащей, не смотря на аккуратно округлившийся животик, шла по направлению к кухне.
- Помиришься с ней, как же! - Прорвалось недовольство Кана. - Она фактически заперлась в государственном архиве и проводит там целые дни. Никаких разговоров и личной жизни. По сути, добровольное заточение.
- Да? - Эрим растерянно покосился во двор. А Рас уселся поудобнее, в предвкушении. Кажется, сейчас будет очень интересно! И — точно.
- Ани, детка, где ты пропадала? - Старушка за столиком во дворе, как многие плохо слышащие, говорила довольно громко. - Вчера я искала тебя, но так и не нашла.
Рука Кана, разливавшего вино, повисла в воздухе.
- Дайна Аша, как вы себя чувствуете?
- Ты почему долго не приходила? Позавчера мы не договорили. Я хотела показать тебе письмо сына.
Женщина села рядом, улыбнулась.
- Ну, вы же знаете, во Дворце сейчас новые правители, все заняты переустройством жизни в Саккаре. Даже не представляю, что они будут делать, если я плохо подмету садовые дорожки.
- Повторите, что вы делаете во Дворце? - Голос Кана режет воздух, как меч.
- Упс! - Девушка попыталась спрятаться за спиной старушки.
- Что ты, что ты, милый, ничего она мне не рассказывала! - Бабушка машет руками грозному «помощнику судьи».
- Простите, дайна Аша, я не подметаю дорожки во Дворце, я вообще непонятно, чем там занимаюсь. - Скромно сложив руки на животике, Айю невинно хлопает ресницами.
- Конечно, детка! - старушка оглядывается на Кана. - Бедный парень, какая тяжелая у него работа — следить за чужими разговорами.
Рас и Эрим, дружно согнувшись над столом, давятся от смеха. Но когда Кан, в сердцах, попытался пнуть ногой Раса и больно ударился коленом об стул, парни захохотали в голос.
Эрим пьет чай в круглой беседке в саду наследницы. Даже получив титул Хранительницы, Айю не стала покидать свои покои, просто велела перекрасить стены в каждой комнате в разные цвета, не оставив и следа от розового. Утром Эрим навестил Главу Дома и ушел расстроенным. Как ни старались они оба, разговор все-равно получился натянутым и неискренним. Эрим обращался к ней «матушка», в ответ слышал «сын мой», но теплых чувств друг к другу они так и не испытали. А вот с Айю Эрим с удовольствием проболтал пол дня. Рассказал все, что уже писал ей в письмах, дополнил тем, что осталось за строчками. Теперь Эрим просто наслаждался теплом и покоем, стараясь унять тревогу в сердце. Завтра должна вернуться Ина. Ее служба в Обители Старейших закончилась, и она получила обещанное повышение в ранге. Как она его встретит после столь долгой разлуки?
Эрим перевернулся со спины на живот, уперся подбородком на поставленные друг на друга кулаки, посмотрел на телохранителей Айю, предоставленных самим себе. Дина не видно, но судя по лаю и порыкиванию, он играет с Луной — значительно выросшим подарком Джунки. Там, как почти всегда в свободное время, тренируется. Вокруг него, на разном расстоянии и высоте, установлены небольшие пронумерованные мишени. Там закрывает глаза, а Рин называет номер. Разворот, бросок — тонкий дротик вонзается в мишень. Там ни разу не ошибся и ни разу не промазал. Иногда кажется, что он попадал бы и с закрытыми глазами.
- Сестренка, Кан недавно шипел на Рина: - «Может, еще раз сводишь ее в Веселый квартал прогуляться?» Ты правда, там была?
- Была. Целых четыре раза. И ни разу не заметила ни Тама, ни Дина, следовавших за мной по пятам. А они меня несколько раз незаметно выручали. И кстати, Рина там со мной как раз ни разу не было. Только я узнала об этом совсем недавно. А до этого я считала себя очень хитрой и ловкой, - совсем без огорчения признается Айю.
- И что же ты хотела там узнать?
Айю пожимает плечами.
- Почему мужчин так привлекает это место? Не только ведь телесные потребности. Почему с цветочными женщинами ведется, часто, больше разговоров, чем с женами? Почему квартал называется «веселым»? Разве так плохо проводить время с родными?
- И как, узнала? - Эрим даже сел, в ожидании веселого рассказа. Не вышло.
- Кое-что. Я поняла, что наши мужчины слишком мало доверяют своим женщинам. Зачем рассказывать жене о текущих делах? Она будет либо критиковать, либо ожидать слишком многого. А так, получится — потом похвастаюсь, не получится — и не узнает. Не разочаруется во мне. И да, дома всегда нужно быть собранным, чтобы контролировать семью, подавать пример. Это ведь очень тяжело: постоянно быть сильным. Но почему вы даже не допускаете мысли, что любить можно и за слабости тоже? Почему забываете, что нас семь лет учат быть Главой Дома? Подставлять плечо своему мужчине. Разделять его заботы. Может, не у всех все получается, и пожалуй, далеко не сразу, но вы ведь даже шанса нам не даете! Сначала приучаете своих женщин к жизни трепетной мимозы, а затем бежите расслабляться в Веселый Квартал.
- Гм, ммм… По-моему, ты слишком преувеличиваешь… Иногда я удивляюсь подготовке твоих телохранителей. - Эрим попробовал уйти от неудобного разговора. - Судя по тому, чего от них требует Кан, их задача защищать тебя не от нападения, а от необдуманных, импульсивных поступков.
- Угу. Это я поняла, еще когда отец разрешил мне учиться с близнецами, при условии, что я никогда не выйду из Дворца без, хотя бы одного, телохранителя.
- И ты никогда не нарушала условие?
- Нарушила пять раз. В конце-концов, это не справедливо! Ты не представляешь, как иногда надоедает такая опека!
- Ты дочь, а теперь и жена правителя.
- Эрим, разве ты не замечал, что девушки в Саккаре никогда не ходят по городу без сопровождения? Брата, отца, или даже друзей брата, которым семья доверяет, но ни в коем случае не одна! Советницу, Хранительницу или Верховную постоянно сопровождают телохранители, даже во Дворце. Хотя самому Хранителю достаточно знака Печати. Возможно, когда-то в древности, это была разумная предосторожность, все-таки, девушек у нас рождается намного меньше, чем парней. Но сейчас? Я даже представить себе не могу, чтобы кому-то из саккарцев пришло в голову обидеть женщину!
Эрим вздохнул. Безусловно, в Саккаре для женщины безопасней, чем в любой другой точке на Астрее, но как говорится: «Кто не бережет себя сам, того и Создатель не убережет». Эрим уже попросил Старшего Охраны подобрать телохранителей для Ина. Пожалуй, лучше сменить тему.
- Айю, Рас говорил, что секрет изготовления брикетов известен лишь Хранительницам. Это правда? - Опять пытается перевести разговор Эрим.
- Ты не веришь словам Раса?
- Верю. Просто умираю от любопытства. Если это не ископаемое, то почему нельзя увеличить его производство? Ведь все удобства жизни в Саккаре связаны с этими брикетами. Чем их будет больше, тем больше благ получат ваши жители.
- Это невозможно.
- Почему?
- Таковы условия их производства.
Эрим решил чуть-чуть схитрить.
- Неужели, даже Хранитель ничего не знает?
- Совсем немного.
- Вот! Но ведь он же чужеземец! А я — саккарец! И даже кровный брат тебе! Разве это правильно, что Кан знает больше, чем я?
- Хорошо, я скажу тебе. Ровно столько, сколько знает Кан. Но если ты позволишь себе хотя бы намек на эту тайну, ты отправишься на переработку. Ни я, ни Кан, не сможем тебя спасти.
- Согласен.
- Переработка.
- Что?
- Их делают из содержимого горшков.
- Эээ…
Айю удобно развалилась на подушках, ласково поглаживая тугой животик. Снисходительно посмотрела на кузена.
- Ты и правда, думаешь, что именно это — главный секрет Хранительниц?
- А что же тогда?
- Сохранение стабильности и мира в стране. Тебя не удивляет, что в Саккаре нет палачей, нет показательных казней, а преступлений очень мало?
- Ты права. За кошелем, полных серебряных монет, нечаянно оставленным в трактире, можно прийти через десятидневку и получить его обратно, не потеряв ни монетки… Я думал, такая исключительная честность — национальная черта саккарцев. Ведь, кроме небольших денежных штрафов за мелкие нарушения, у вас есть только одно наказание — переработка. Да, это удивляет.
- Ну почему же? Иногда людей могут отправить на несколько лет работать в каменоломни… Но главный секрет Хранительниц заключается в незыблемости Основ… Как воспитывать детей так, чтобы взрослому не пришло в голову солгать или украсть. Как заставить каждого нести ответственность за всю семью, за весь Клан, за всю страну. Именно это заложено в Основы, каждый шаг тщательно продуман древними Хранительницами… Но именно это и дается мне самой тяжелей всего - соблюдение Основ.
- Да уж, вы с Расом две перчатки - пара. Лепешками не корми, только позволь нарушить хоть одно правило. Страшно придумать, что получилось бы, стань вы парой.
Айю чуть смущенно улыбнулась.
- Хорошо, что Доля подстраховалась, и мы не узнаем этого… Эрим, скажи, у тебя не появляется чувство тревоги, когда ты возвращаешься в Сакккар?
- Тревоги? Нет, я радуюсь, что, наконец, оказался дома. Что тебя беспокоит?
