– Я еще займусь твоим воспитанием, – пообещала фея, дезактивируя свой чародейский хлыст. – Поднимайся!
Эмбер отставил опустевшую сахарницу.
– Переход готов. Поймайте ктонибудь Пака, маленький проныра пойдет с нами.
Руби вытянула руку, зеленый упал в подставленную ладонь дохлой мухой.
– Мои крылья…
Фея рассмеялась и подула на него. Пак захлебнулся писком и застыл. Его тельце стало серебристым и блестящим. Я подумала, что еще пару дней назад с удовольствием носила бы на груди такой оригинальный кулон.
– Держи, – будто прочитав мои мысли, скомандовала фея. – Своих хуманов положено одаривать безделушками.
Желтые глаза Эмбера не мигая смотрели, как я снимаю с шеи подвеску со знаком зодиака и продеваю серебряную цепочку между зажатых в беззвучной мольбе рук малыша.
– Мне нужно одеться, – проговорила я в пространство.
– Зачем? – Эмбер явно получал эстетическое удовольствие от черного кружевного лифчика, в котором меня и притащили на кухню. Ах да, еще были джинсы и светлые туфельки. – Руби набросит на нас морок, и ни один хуман не заметит нас.
– Амулет почти истощился, – недовольно возразила фея. – Я давно не подпитывала его свежими душами.
– Возьми старуху, – отмахнулся Эмбер, накидывая мне на шею скользящую петлю удавки, которую он снял с пояса. – Сапфир!
Третий паладин появился будто из воздуха.
– Все спокойно.
– Хорошо, сейчас Руби зарядит артефакт и…
Сапфир пожал плечами и сел на табурет, тот хрустнул и раскололся. Низкий истошный рев разнесся, казалось, на весь микрорайон. Зубчатый обломок деревяшки прошил тело паладина насквозь и вышел из бедра. Фонтаном брызнула кровь – зеленозолотистая и липкая даже на вид. Запахло жасмином.
– Он умирает! – растерянно проговорил Эмбер. – Это рябина…
Руби склонилась над пострадавшим. Спиральная раковина на ее груди пульсировала.
– Твоя смерть послужит делу Дома Лета, – шепнула фея.
Сапфир смотрел на нее с ненавистью, изо рта у него текла кровь. Когда все было кончено, на сером линолеуме моей кухни остались только лохмотья черного комбинезона и лужица золотистозеленой жидкости. Нелепая смерть соратника паладинов почемуто совсем не расстроила.
– Ну сколько можно, – нетерпеливо переминался на пороге Эмбер и, как бы играя, затягивал на моей шее удавку. – Пошли, переход не может быть открыт бесконечно.
– Старуху тоже надо осушить, – возразила Руби. Фея стояла на коленях у неподвижной бабы Нюры.
– Глупо оставлять ее в живых. Мы и так наследили.
– Оставь ее в покое, – закричала я. – Не трогай! Твой амулет и без нее полон. – И захрипела, почувствовав, что не могу дышать.
– В присутствии высших фейри не положено говорить, пока тебя не спросят, – почти ласково объяснил Эмбер. – Ты поняла, дева? Если поняла, кивни.
Я качнула головой и резко ударила паладина в солнечное сплетение. С таким же успехом я могла бы пытаться расшибить лбом стену. Фей отвесил мне пощечину, я поскользнулась на липком полу и упала. Удавка дернулась, впиваясь мне в шею. В желтых глазах я увидела свою смерть, но он расслабил руку, впуская в мои легкие воздух.
– Я потом займусь твоим воспитанием.
– Придется стать в очередь, – прохрипела я. – Много вас таких, желающих.
– Я готова. – Руби поднялась с колен.
Меня потащили к выходу. Через плечо я посмотрела на бабу Нюру. Сквозь слезы видно было плохо, но мне показалось, что старуха слегка пошевелилась.
Третья сторона медали, или Все женщины – ведьмы
Улыбайтесь чаще, и чаща улыбнется вам.
NN
Лифтом мы не пользовались. Руби отдернула руку от панели вызова и легко сбежала по лестнице первой. Я чувствовала себя дворняжкой на поводке, но послушно переставляла ноги. На первом этаже нам встретился сосед – пузатенький и подвыпивший, вышедший на лестничную клетку вдохнуть ночную дозу никотина. Эмбер дернул удавку и, не глядя по сторонам, прошествовал к выходу. Сосед подавился дымом и закашлялся. Я готова была заложить последние джинсы, что он нас видел. Фея не набросила обещанный морок? Мужичонка в майке и трениках обладает иммунитетом к волшебству? Лучше бы второе, иначе о моем позоре забудут лет через пятнадцать, и то при условии, что случится чтото не менее выдающееся – конец света или чемпионат мира по футболу, который решат проводить именно у нас.
Во дворе вышла небольшая заминка. Дождь кончился, огромные умытые звезды мягко мерцали. При других обстоятельствах я бы с удовольствием на них полюбовалась.
– Ты сможешь открыть короткий путь к Эсмеральду? – спросил Эмбер принюхивающуюся к чемуто фею.
Та покачала головой:
– Слишком далеко. Надо воспользоваться местным средством передвижения.
– Принцип действия механических повозок мне незнаком.
– Значит, надо найти и возницу.
Я хмыкнула про себя. Украсть машину в нашем спальном районе – не проблема. Вон их сколько на парковке, в прошлом году переделанной из детской площадки. А вот водитель…
– Я могу попытаться, – будто прочитала мои мысли Руби. – Если толкнуть механизм достаточно сильно, он начнет гудеть, предупреждая хозяина. И как только ктонибудь выскочит проверить свое имущество…
Фея уверенно пошла к стоянке. Было довольно свежо, моя кожа покрылась мурашками, и я обняла себя за плечи. Липкая рябиновая щепка, которую я успела поднять с пола кухни, была зажата в кулаке. Что будет, если я хотя бы оцарапаю ею своего захватчика? До жизненно важных органов я, конечно, не дотянусь. Но если сделать полтора шага вперед, изящное запястье будет в пределах досягаемости.
Пока я раздумывала, Руби поравнялась с серебристой «девяткой». Машина мигнула фарами, мотор взревел. От удара о бампер фея откатилась. Я полоснула щепкой по своему поводку, он поддался, как масло. Я отскочила, отбрасывая ошейник, и побежала прочь от подъезда.
– Дашка!
Я обернулась, тяжело дыша.
Кричал водитель «девятки», в котором я с удивлением узнала Сережу.
– Давай к нам!
Девятьсот килограммов металла в это время подминали колесами ненавистного Эмбера. Тормоза взвизгнули, пассажирская дверца распахнулась, и я быстро села в машину.
– Гони! – скомандовала с заднего сиденья женщина. – Они скоро очухаются!
Сережа выжал максимум. Я очень надеялась, что наши сто пятьдесят километров в час не привлекут внимания дорожной полиции.
– Куда едем? – спросила я, ни к кому, собственно, не обращаясь.
– В безопасное место.
Я обернулась и встретила приветливую улыбку менеджера отеля «Райские кущи» Елизаветы Серовой.
– Не волнуйтесь, Даша, теперь вашей судьбой займется местный ковен.
– Лизонька ведьма, – промурлыкал Сережа, не отрывая взгляда от дороги. – Она тебе поможет.
Лизонька покраснела, оправляя складки твидового костюмчика.
– Верховная ведьма, мой зайчик…
Я фыркнула. Чуть длинноватые резцы Сереги не у нее одной вызывали такие ассоциации.
– А ты, Шитов, тогда кто? Оборотень, вампир, норлок?
Одноклассник не ответил, вместо него это сделала Лиза:
– Прекратите болтать, Даша. Ваш друг зачарован, и если вы думаете, что мне легко дается полное управление чужим сознанием…
Завибрировал телефон в кармане джинсов, наверное, звонил Ларс.
– Прошу прощения, – пробормотала я и потянулась его достать.
– Медленно, – сказала ведьма. – Очень медленно, не нажимая никаких кнопок, Даша, вы открываете окно и выбрасываете мобильник на дорогу.
– Делать мне больше нечего! – хмыкнула я и бессильно зарычала, проследив за полетом своего телефона. – Значит, говорите, полное управление вам непросто дается?
Лиза потерла виски.
– Успокойтесь и смотрите вперед. Шум меня отвлекает…
Громада отеля показалась изза поворота. Стоянка была пуста, Сережа аккуратно припарковался и заглушил мотор.
– Приехали!
– Надеюсь, вы пойдете сами, и мне не придется приказывать вашему другу нести вас на руках. – Лиза выбралась из машины первой.
Я посмотрела на Сережу. Представив, какие несовместимые с жизнью травмы он может получить, попытавшись меня просто поднять, решила особо не сопротивляться.
Дом Лета хочет моей смерти. Господин Зимы… Чего добивается он, я еще не поняла, но, если уж светлые фейри оказались такими отморозками, чего ждать от темных? Неожиданно появившаяся на сцене третья сторона – ведьмы – тоже оставалась для меня загадкой. Но если не задашь вопрос, не получишь ответ.
Именно такими рассуждениями я успокаивала себя, пока мы входили в здание. Фойе освещалось тусклыми лампами дневного света. На стойке портье стоял старинный дисковый телефон.
– Мне нужно позвонить, – твердо сказала я.
– Куда?
– Вызвать «скорую помощь». В моей квартире осталась раненая соседка.
– Вы еще способны сочувствовать людям? – жестко улыбнулась Лиза. – Мы же для вас не более чем хуманы…
Я пожала плечами:
– Пожилая одинокая женщина истекает сейчас кровью на полу моей кухни, пока вы демонстрируете свое остроумие.
Ведьма пружинным шагом подошла к телефону, сняла трубку.
– Срочный вызов! – Мой домашний адрес она проговорила без запинки. – Да, полис в порядке. Да, да, быстрее… Они сейчас подъедут.
– Лизонька, что я должен делать? – вдруг жалобно спросил Сережа.
– Зайчик мой, пока посиди здесь. – Ведьма кивнула на кресло за конторкой. – Никого не впускай, на телефонные звонки не отвечай.
– Покурить можно?
– Курить вредно. Книжку лучше почитай.
Пачка сигарет полетела в мусорную корзину по эллипсоиде. Сережа сел в кресло и придвинул к себе пухлый томик со смуглым мачо на обложке. Я могла бы указать ведьме на необходимость привития хорошего литературного вкуса, в нагрузку к избавлению от вредных привычек, но меня уже пригласили пройти дальше.
Конференцзал был обшит дубовыми панелями. Большой длинный стол поблескивал полированной столешницей, вокруг него стояли стулья. Лиза провела рукой по стене, нащупывая выключатель. Нестерпимо ярким светом вспыхнули десятки ламп в аляповатой рожковой люстре.
– Присаживайтесь, – кивнула ведьма, занимая кресло во главе стола. – Вам придется ответить на несколько вопросов.
Я устроилась сбоку и сложила руки перед собой. Мне в данный момент недоставало двух вещей: рябиновой щепки, которую я так неосмотрительно выронила, перерезав поводок, и какойнибудь рубашки – накинуть на плечи. Потому что по сравнению с аккуратной Лизаветой чувствовала я себя как попавшая под обвал стриптизерша. Ведьма моего дискомфорта не замечала или решила не обращать на него внимания.
– Объясните мне, Даша, что происходит?
– Я хотела спросить вас о том же. Зачем вы устроили мое эффектное похищение?
– Что мне оставалось? Вы явились к нам с нелепой историей про маньяка, захватившего вашу подругу. Устроили цирк с гиканьем и пробежками по коридорам. До этого момента фейри никогда не нарушали договора, никогда не пытались попасть на территорию ковена.
Мне показалось, что диалог зашел в тупик. Для достойного ответа мне не хватало информации.
– Елизавета, – проникновенно начала я. – Давайте мы с вами для начала договоримся о терминологии. Существуют ведьмы, и существуют фейри, за одну из которых вы меня принимаете.
– Не пытайтесь меня зачаровать, – испуганно вскрикнула женщина. – Иначе я активирую Печати Отрицания.
Я оглянулась. По периметру конференцзала в дубовой обшивке стен мягко пульсировали какието руны.
– Хорошо. – Не колдовать было легко, тем более что я этого никогда не умела. – Значит, феи – это пришельцы из какогото другого мира. Назовем его для удобства параллельным. Откуда в Энске появились ведьмы?
– Мы люди! – обиженно ответила Лиза. – И были здесь всегда.
– Прекрасно, – кивнула я. – Только я тоже человек и могу рассказать вам свою родословную примерно до начала девятнадцатого века. Значит, я тоже некоторым образом была здесь всегда.
– Глупости! У вас явная золотистая аура.
– Вы видели настоящих фейри. Одного из них Сережа даже переехал машиной. У них зеленая блестящая кровь. А у меня обычная – вторая положительная, можете посмотреть мою медицинскую карту в регистратуре пятой районной поликлиники.
– Вы не идете на контакт, – после паузы проговорила ведьма. – Несмотря на опасность ссоры с Домом Зимы… Мне очень жаль.
– Подождите! – протянула я руку. – У вас договор с повелителем темных фейри?
– Да, мы контактируем с этим Домом примерно двести лет.
– А с другим Домом – Лета?
– Светлые не любят общаться с хуманами. – В вихре золотистой пыли напротив меня материализовался Ларс. – Милые леди позволят мне принять участие в разговоре?
Мы с Лизой синхронно ахнули. Я осталась на месте, а ведьма молниеносно перетекла со своего кресла на колени к Блондину Моей Мечты.
– Хитрый Лис, – горловые вздохи перемежались поцелуями, – ты подслушивал!
Я внимательно изучала текстуру столешницы и возмущенно сопела.
– Ты же обещала привести сирену сюда. Я всего лишь немного предвосхитил события.
Наверное, ему трудно было разговаривать с чужим языком во рту. Елизавета Серова целовалась с такой самоотдачей, будто пыталась откусить от лица блондина кусок побольше. «Чтоб ты подавилась!» – пожелала я ведьме про себя.
– Ну все, отстань! – Блондин шутливо отстранился и хлопнул Лизу по обтянутой твидом попке. – Развлекись пока со своим новым поклонником.
– Да, мальчик вовремя мне позвонил. – Женщина изогнулась, собирая в хвост растрепавшиеся волосы, приталенный пиджачок расстегнулся, демонстрируя всем желающим яркоалое кружевное белье. – Представляете, Даша, ваш верный паж пытался пригласить меня на свидание.
Я молчала.
– Нельзя его разочаровывать. Как вы думаете? Тем более что занятия любовью стимулируют мои способности.
Вопрос был риторическим. Покачиваясь и виляя бедрами, ведьма пошла к двери.
– Я хочу как можно быстрее получить свою долю, Ларс.
– Как обычно, дорогая. – Он послал Лизе воздушный поцелуй.
Я заметила, что манжеты белой рубашки скрывают цепочку татуировок.
– Это защита, – объяснил блондин, проследив за моим взглядом. – Я слишком много времени провожу в вашем мире.
– А как же костюмы из кожи гидры?
Дверь триумфально хлопнула.
– Я иду к тебе, мой зайчик, – донеслось из фойе.
Ларс пожал плечами.
– Я веду здесь дела, общаюсь с разными людьми. Думаю, мои партнеры были бы озадачены, если бы владелец ночного клуба явился на переговоры в черном комбинезоне. Татуировки выглядят гораздо естественнее.
– Почему тогда я могу находиться здесь без защиты?
– Вопервых, моя дорогая, ты полукровка. А вовторых, это привычка. Как только мы совершим переход, ты поймешь, под каким прессингом жила все эти годы.
– О, хорошо, что мы заговорили об этом, – как можно более саркастично произнесла я. – Ты пойдешь без меня. Обмен завершен, моя подруга в безопасности. А твой крылатый друг…
Я расстегнула цепочку, серебряное тело Пака упало на столешницу.
– Вот он. Я не знаю, как его оживить, но думаю, ты и сам с этим прекрасно справишься. Так что причин переноситься в чудесный Фейриленд я не вижу.
Ларс осторожно спрятал Пака во внутренний карман пиджака.
– Номинально сирены находятся под протекторатом Дома Лета.
– Я человек, может быть (глупо отрицать очевидное) с небольшой примесью зеленой крови. Досадная оплошность, совершенная кемто из моих предков. Не более того. Я человек, и все вопросы фейриполитики, фейриэкономики и фейримонополий меня не волнуют.
– Главное, что твое существование волнует Янтарную Леди. Ей не нравятся сирены.
– Я не червонец, чтобы всем нравиться.
Эмбер отставил опустевшую сахарницу.
– Переход готов. Поймайте ктонибудь Пака, маленький проныра пойдет с нами.
Руби вытянула руку, зеленый упал в подставленную ладонь дохлой мухой.
– Мои крылья…
Фея рассмеялась и подула на него. Пак захлебнулся писком и застыл. Его тельце стало серебристым и блестящим. Я подумала, что еще пару дней назад с удовольствием носила бы на груди такой оригинальный кулон.
– Держи, – будто прочитав мои мысли, скомандовала фея. – Своих хуманов положено одаривать безделушками.
Желтые глаза Эмбера не мигая смотрели, как я снимаю с шеи подвеску со знаком зодиака и продеваю серебряную цепочку между зажатых в беззвучной мольбе рук малыша.
– Мне нужно одеться, – проговорила я в пространство.
– Зачем? – Эмбер явно получал эстетическое удовольствие от черного кружевного лифчика, в котором меня и притащили на кухню. Ах да, еще были джинсы и светлые туфельки. – Руби набросит на нас морок, и ни один хуман не заметит нас.
– Амулет почти истощился, – недовольно возразила фея. – Я давно не подпитывала его свежими душами.
– Возьми старуху, – отмахнулся Эмбер, накидывая мне на шею скользящую петлю удавки, которую он снял с пояса. – Сапфир!
Третий паладин появился будто из воздуха.
– Все спокойно.
– Хорошо, сейчас Руби зарядит артефакт и…
Сапфир пожал плечами и сел на табурет, тот хрустнул и раскололся. Низкий истошный рев разнесся, казалось, на весь микрорайон. Зубчатый обломок деревяшки прошил тело паладина насквозь и вышел из бедра. Фонтаном брызнула кровь – зеленозолотистая и липкая даже на вид. Запахло жасмином.
– Он умирает! – растерянно проговорил Эмбер. – Это рябина…
Руби склонилась над пострадавшим. Спиральная раковина на ее груди пульсировала.
– Твоя смерть послужит делу Дома Лета, – шепнула фея.
Сапфир смотрел на нее с ненавистью, изо рта у него текла кровь. Когда все было кончено, на сером линолеуме моей кухни остались только лохмотья черного комбинезона и лужица золотистозеленой жидкости. Нелепая смерть соратника паладинов почемуто совсем не расстроила.
– Ну сколько можно, – нетерпеливо переминался на пороге Эмбер и, как бы играя, затягивал на моей шее удавку. – Пошли, переход не может быть открыт бесконечно.
– Старуху тоже надо осушить, – возразила Руби. Фея стояла на коленях у неподвижной бабы Нюры.
– Глупо оставлять ее в живых. Мы и так наследили.
– Оставь ее в покое, – закричала я. – Не трогай! Твой амулет и без нее полон. – И захрипела, почувствовав, что не могу дышать.
– В присутствии высших фейри не положено говорить, пока тебя не спросят, – почти ласково объяснил Эмбер. – Ты поняла, дева? Если поняла, кивни.
Я качнула головой и резко ударила паладина в солнечное сплетение. С таким же успехом я могла бы пытаться расшибить лбом стену. Фей отвесил мне пощечину, я поскользнулась на липком полу и упала. Удавка дернулась, впиваясь мне в шею. В желтых глазах я увидела свою смерть, но он расслабил руку, впуская в мои легкие воздух.
– Я потом займусь твоим воспитанием.
– Придется стать в очередь, – прохрипела я. – Много вас таких, желающих.
– Я готова. – Руби поднялась с колен.
Меня потащили к выходу. Через плечо я посмотрела на бабу Нюру. Сквозь слезы видно было плохо, но мне показалось, что старуха слегка пошевелилась.
ГЛАВА 6
Третья сторона медали, или Все женщины – ведьмы
Улыбайтесь чаще, и чаща улыбнется вам.
NN
Лифтом мы не пользовались. Руби отдернула руку от панели вызова и легко сбежала по лестнице первой. Я чувствовала себя дворняжкой на поводке, но послушно переставляла ноги. На первом этаже нам встретился сосед – пузатенький и подвыпивший, вышедший на лестничную клетку вдохнуть ночную дозу никотина. Эмбер дернул удавку и, не глядя по сторонам, прошествовал к выходу. Сосед подавился дымом и закашлялся. Я готова была заложить последние джинсы, что он нас видел. Фея не набросила обещанный морок? Мужичонка в майке и трениках обладает иммунитетом к волшебству? Лучше бы второе, иначе о моем позоре забудут лет через пятнадцать, и то при условии, что случится чтото не менее выдающееся – конец света или чемпионат мира по футболу, который решат проводить именно у нас.
Во дворе вышла небольшая заминка. Дождь кончился, огромные умытые звезды мягко мерцали. При других обстоятельствах я бы с удовольствием на них полюбовалась.
– Ты сможешь открыть короткий путь к Эсмеральду? – спросил Эмбер принюхивающуюся к чемуто фею.
Та покачала головой:
– Слишком далеко. Надо воспользоваться местным средством передвижения.
– Принцип действия механических повозок мне незнаком.
– Значит, надо найти и возницу.
Я хмыкнула про себя. Украсть машину в нашем спальном районе – не проблема. Вон их сколько на парковке, в прошлом году переделанной из детской площадки. А вот водитель…
– Я могу попытаться, – будто прочитала мои мысли Руби. – Если толкнуть механизм достаточно сильно, он начнет гудеть, предупреждая хозяина. И как только ктонибудь выскочит проверить свое имущество…
Фея уверенно пошла к стоянке. Было довольно свежо, моя кожа покрылась мурашками, и я обняла себя за плечи. Липкая рябиновая щепка, которую я успела поднять с пола кухни, была зажата в кулаке. Что будет, если я хотя бы оцарапаю ею своего захватчика? До жизненно важных органов я, конечно, не дотянусь. Но если сделать полтора шага вперед, изящное запястье будет в пределах досягаемости.
Пока я раздумывала, Руби поравнялась с серебристой «девяткой». Машина мигнула фарами, мотор взревел. От удара о бампер фея откатилась. Я полоснула щепкой по своему поводку, он поддался, как масло. Я отскочила, отбрасывая ошейник, и побежала прочь от подъезда.
– Дашка!
Я обернулась, тяжело дыша.
Кричал водитель «девятки», в котором я с удивлением узнала Сережу.
– Давай к нам!
Девятьсот килограммов металла в это время подминали колесами ненавистного Эмбера. Тормоза взвизгнули, пассажирская дверца распахнулась, и я быстро села в машину.
– Гони! – скомандовала с заднего сиденья женщина. – Они скоро очухаются!
Сережа выжал максимум. Я очень надеялась, что наши сто пятьдесят километров в час не привлекут внимания дорожной полиции.
– Куда едем? – спросила я, ни к кому, собственно, не обращаясь.
– В безопасное место.
Я обернулась и встретила приветливую улыбку менеджера отеля «Райские кущи» Елизаветы Серовой.
– Не волнуйтесь, Даша, теперь вашей судьбой займется местный ковен.
– Лизонька ведьма, – промурлыкал Сережа, не отрывая взгляда от дороги. – Она тебе поможет.
Лизонька покраснела, оправляя складки твидового костюмчика.
– Верховная ведьма, мой зайчик…
Я фыркнула. Чуть длинноватые резцы Сереги не у нее одной вызывали такие ассоциации.
– А ты, Шитов, тогда кто? Оборотень, вампир, норлок?
Одноклассник не ответил, вместо него это сделала Лиза:
– Прекратите болтать, Даша. Ваш друг зачарован, и если вы думаете, что мне легко дается полное управление чужим сознанием…
Завибрировал телефон в кармане джинсов, наверное, звонил Ларс.
– Прошу прощения, – пробормотала я и потянулась его достать.
– Медленно, – сказала ведьма. – Очень медленно, не нажимая никаких кнопок, Даша, вы открываете окно и выбрасываете мобильник на дорогу.
– Делать мне больше нечего! – хмыкнула я и бессильно зарычала, проследив за полетом своего телефона. – Значит, говорите, полное управление вам непросто дается?
Лиза потерла виски.
– Успокойтесь и смотрите вперед. Шум меня отвлекает…
Громада отеля показалась изза поворота. Стоянка была пуста, Сережа аккуратно припарковался и заглушил мотор.
– Приехали!
– Надеюсь, вы пойдете сами, и мне не придется приказывать вашему другу нести вас на руках. – Лиза выбралась из машины первой.
Я посмотрела на Сережу. Представив, какие несовместимые с жизнью травмы он может получить, попытавшись меня просто поднять, решила особо не сопротивляться.
Дом Лета хочет моей смерти. Господин Зимы… Чего добивается он, я еще не поняла, но, если уж светлые фейри оказались такими отморозками, чего ждать от темных? Неожиданно появившаяся на сцене третья сторона – ведьмы – тоже оставалась для меня загадкой. Но если не задашь вопрос, не получишь ответ.
Именно такими рассуждениями я успокаивала себя, пока мы входили в здание. Фойе освещалось тусклыми лампами дневного света. На стойке портье стоял старинный дисковый телефон.
– Мне нужно позвонить, – твердо сказала я.
– Куда?
– Вызвать «скорую помощь». В моей квартире осталась раненая соседка.
– Вы еще способны сочувствовать людям? – жестко улыбнулась Лиза. – Мы же для вас не более чем хуманы…
Я пожала плечами:
– Пожилая одинокая женщина истекает сейчас кровью на полу моей кухни, пока вы демонстрируете свое остроумие.
Ведьма пружинным шагом подошла к телефону, сняла трубку.
– Срочный вызов! – Мой домашний адрес она проговорила без запинки. – Да, полис в порядке. Да, да, быстрее… Они сейчас подъедут.
– Лизонька, что я должен делать? – вдруг жалобно спросил Сережа.
– Зайчик мой, пока посиди здесь. – Ведьма кивнула на кресло за конторкой. – Никого не впускай, на телефонные звонки не отвечай.
– Покурить можно?
– Курить вредно. Книжку лучше почитай.
Пачка сигарет полетела в мусорную корзину по эллипсоиде. Сережа сел в кресло и придвинул к себе пухлый томик со смуглым мачо на обложке. Я могла бы указать ведьме на необходимость привития хорошего литературного вкуса, в нагрузку к избавлению от вредных привычек, но меня уже пригласили пройти дальше.
Конференцзал был обшит дубовыми панелями. Большой длинный стол поблескивал полированной столешницей, вокруг него стояли стулья. Лиза провела рукой по стене, нащупывая выключатель. Нестерпимо ярким светом вспыхнули десятки ламп в аляповатой рожковой люстре.
– Присаживайтесь, – кивнула ведьма, занимая кресло во главе стола. – Вам придется ответить на несколько вопросов.
Я устроилась сбоку и сложила руки перед собой. Мне в данный момент недоставало двух вещей: рябиновой щепки, которую я так неосмотрительно выронила, перерезав поводок, и какойнибудь рубашки – накинуть на плечи. Потому что по сравнению с аккуратной Лизаветой чувствовала я себя как попавшая под обвал стриптизерша. Ведьма моего дискомфорта не замечала или решила не обращать на него внимания.
– Объясните мне, Даша, что происходит?
– Я хотела спросить вас о том же. Зачем вы устроили мое эффектное похищение?
– Что мне оставалось? Вы явились к нам с нелепой историей про маньяка, захватившего вашу подругу. Устроили цирк с гиканьем и пробежками по коридорам. До этого момента фейри никогда не нарушали договора, никогда не пытались попасть на территорию ковена.
Мне показалось, что диалог зашел в тупик. Для достойного ответа мне не хватало информации.
– Елизавета, – проникновенно начала я. – Давайте мы с вами для начала договоримся о терминологии. Существуют ведьмы, и существуют фейри, за одну из которых вы меня принимаете.
– Не пытайтесь меня зачаровать, – испуганно вскрикнула женщина. – Иначе я активирую Печати Отрицания.
Я оглянулась. По периметру конференцзала в дубовой обшивке стен мягко пульсировали какието руны.
– Хорошо. – Не колдовать было легко, тем более что я этого никогда не умела. – Значит, феи – это пришельцы из какогото другого мира. Назовем его для удобства параллельным. Откуда в Энске появились ведьмы?
– Мы люди! – обиженно ответила Лиза. – И были здесь всегда.
– Прекрасно, – кивнула я. – Только я тоже человек и могу рассказать вам свою родословную примерно до начала девятнадцатого века. Значит, я тоже некоторым образом была здесь всегда.
– Глупости! У вас явная золотистая аура.
– Вы видели настоящих фейри. Одного из них Сережа даже переехал машиной. У них зеленая блестящая кровь. А у меня обычная – вторая положительная, можете посмотреть мою медицинскую карту в регистратуре пятой районной поликлиники.
– Вы не идете на контакт, – после паузы проговорила ведьма. – Несмотря на опасность ссоры с Домом Зимы… Мне очень жаль.
– Подождите! – протянула я руку. – У вас договор с повелителем темных фейри?
– Да, мы контактируем с этим Домом примерно двести лет.
– А с другим Домом – Лета?
– Светлые не любят общаться с хуманами. – В вихре золотистой пыли напротив меня материализовался Ларс. – Милые леди позволят мне принять участие в разговоре?
Мы с Лизой синхронно ахнули. Я осталась на месте, а ведьма молниеносно перетекла со своего кресла на колени к Блондину Моей Мечты.
– Хитрый Лис, – горловые вздохи перемежались поцелуями, – ты подслушивал!
Я внимательно изучала текстуру столешницы и возмущенно сопела.
– Ты же обещала привести сирену сюда. Я всего лишь немного предвосхитил события.
Наверное, ему трудно было разговаривать с чужим языком во рту. Елизавета Серова целовалась с такой самоотдачей, будто пыталась откусить от лица блондина кусок побольше. «Чтоб ты подавилась!» – пожелала я ведьме про себя.
– Ну все, отстань! – Блондин шутливо отстранился и хлопнул Лизу по обтянутой твидом попке. – Развлекись пока со своим новым поклонником.
– Да, мальчик вовремя мне позвонил. – Женщина изогнулась, собирая в хвост растрепавшиеся волосы, приталенный пиджачок расстегнулся, демонстрируя всем желающим яркоалое кружевное белье. – Представляете, Даша, ваш верный паж пытался пригласить меня на свидание.
Я молчала.
– Нельзя его разочаровывать. Как вы думаете? Тем более что занятия любовью стимулируют мои способности.
Вопрос был риторическим. Покачиваясь и виляя бедрами, ведьма пошла к двери.
– Я хочу как можно быстрее получить свою долю, Ларс.
– Как обычно, дорогая. – Он послал Лизе воздушный поцелуй.
Я заметила, что манжеты белой рубашки скрывают цепочку татуировок.
– Это защита, – объяснил блондин, проследив за моим взглядом. – Я слишком много времени провожу в вашем мире.
– А как же костюмы из кожи гидры?
Дверь триумфально хлопнула.
– Я иду к тебе, мой зайчик, – донеслось из фойе.
Ларс пожал плечами.
– Я веду здесь дела, общаюсь с разными людьми. Думаю, мои партнеры были бы озадачены, если бы владелец ночного клуба явился на переговоры в черном комбинезоне. Татуировки выглядят гораздо естественнее.
– Почему тогда я могу находиться здесь без защиты?
– Вопервых, моя дорогая, ты полукровка. А вовторых, это привычка. Как только мы совершим переход, ты поймешь, под каким прессингом жила все эти годы.
– О, хорошо, что мы заговорили об этом, – как можно более саркастично произнесла я. – Ты пойдешь без меня. Обмен завершен, моя подруга в безопасности. А твой крылатый друг…
Я расстегнула цепочку, серебряное тело Пака упало на столешницу.
– Вот он. Я не знаю, как его оживить, но думаю, ты и сам с этим прекрасно справишься. Так что причин переноситься в чудесный Фейриленд я не вижу.
Ларс осторожно спрятал Пака во внутренний карман пиджака.
– Номинально сирены находятся под протекторатом Дома Лета.
– Я человек, может быть (глупо отрицать очевидное) с небольшой примесью зеленой крови. Досадная оплошность, совершенная кемто из моих предков. Не более того. Я человек, и все вопросы фейриполитики, фейриэкономики и фейримонополий меня не волнуют.
– Главное, что твое существование волнует Янтарную Леди. Ей не нравятся сирены.
– Я не червонец, чтобы всем нравиться.
