Новый год в деревне

Помнится, как мы однажды отмечали в деревне Новый год. Приехали мы к Сергею Ивановичу часов в одиннадцать утра. Продуктов навезли много, и тут встал вопрос о ёлке. Ну какой же Новый год без ёлки! Тогда дядя Серёжа надел валенки, шапку-ушанку, старую фуфайку и отправился с санками в лес. Благо до него рукой подать. Часа два его не было. А потом он появился с чудесной небольшой пушистой ёлочкой в руках. Деревце издавало дивный лесной аромат, и настроение поползло вверх абсолютно у всех. По такому случаю из кладовой принесли старый чемодан с ёлочными игрушками. Сначала вынули из него газетный свёрток, в котором хранилась старая гирлянда с маленькими круглыми лампочками. Краска на лампочках изрядно облупилась, однако от этого качество гирлянды ничуть не пострадало. Как только вилку воткнули в розетку, она тут же засветилась. При этом гирлянда издавала звук, похожий на ночное стрекотание сверчков, что непроизвольно создавало ощущение умиротворения и спокойствия. После этого из чемодана были извлечены разные стеклянные игрушки: большие круглые часы, которые показывали двенадцать часов, красная шапочка, звездочёт, сосульки, шишки, домики с серебристой крышей, шары, шишки, бусы, зверушки. За много лет использования ёлочные украшения кое-где обломились и потеряли былую красоту и блеск, но всё это было мелочью по сравнению с тем особенным предвкушением праздника, которое они великолепно олицетворяли. Возле ёлки мы поставили стол, а чтобы за ним смогли разместиться все домочадцы, его пришлось раздвинуть. Следом стол накрыли красивой белой скатертью, которая извлекалась из сундука только в особых случаях.
А в это время кипела работа по приготовлению блюд для новогоднего стола. Делалась нарезка сыра, колбасы, красной рыбы, фруктов. В духовке запекалась курица с дольками картофеля, готовились салаты, бутерброды, остужались напитки. К слову сказать, у Валентины Григорьевны тоже были припасены к празднику свои традиционные блюда. Это был тазик с её фирменным холодцом и ведро, наполненное почти до краёв домашними пельменями.
Садились за стол около девяти часов вечера. Говорили тосты, обсуждали новости, желали друг другу счастья, участвовали в небольших семейных конкурсах, сопровождающихся подарками. А после двенадцати часов вечера отправлялись в деревенский клуб, за исключением хозяев дома, которые предпочитали провести новогодний вечер у экрана телевизора. В клубе собиралась почти вся деревня: старики, ребятишки, семейные пары, незамужние парни и девушки. Праздничное мероприятие также перемежалось игровыми конкурсами, весёлыми танцами, лотереями, песнями. Было очень весело. Вокруг ёлки кружились пары, а между приезжими и деревенскими не было никакой разницы, словно это была одна большая, дружная семья…
Чтобы прогуляться по ночной деревне, из клуба возвращались по другой улице. Мороз. Под ногами скрипит снег. Светит луна, окружённая радужным кругом. Ночное небо усыпано яркими звёздами. Мне непроизвольно вспоминаются гоголевские «Вечера на хуторе близ Диканьки». Чем наша любимая деревенька не Диканька! Такие же избы, украшенные снежными шапками, из которых столбом валит дым, такие же заснеженные улочки, такая же ясная лунная ночь. Мы смотрим на светящиеся окна домов, за которыми во всю кипит жизнь. Снуют люди, работают телевизоры, весело мигают огоньки гирлянд на ёлках. Но встречаются нам и заброшенные дома. Вымершие, притихшие, заваленные непролазными сугробами, с повалившимися заборами, они поблёскивают тёмными замёрзшими окнами и производят грустное, неприятное впечатление. За некоторыми из этих домов закрепилась дурная слава, объясняющая причину отсутствия в них жильцов. В одном из них, говорят, прежде повесился какой-то мужчина, и с тех пор жильцы здесь не приживаются, хотя дом хорошо сохранился и находится почти в самом центре деревни. А в другом доме угорели муж с женой. И вот уже почти восемь лет как дом пустует.
Мы слышим за собой чьи-то шаги, оборачиваемся и видим лохматую чёрную собаку. Непонятно, откуда она взялась и почему мы её сразу не заметили? Собака какое-то время следует за нами, не проявляя ни дружелюбия, ни агрессии, а потом также внезапно исчезает. Мне приходят на ум деревенские байки про ведьм, которые могли превращаться в собак, котов, ворон, свиней. По словам сельчан, когда-то в деревне жили две ведьмы. Их дома сохранились и размещаются на разных улицах. Любили эти ведьмы наводить порчу. Есть такая порча по ветру. Скажет ведьма тайное слово, и на кого это слово упадёт, того одолеет неизвестный недуг. Я читала, что ведьмы пускали порчу по ветру как с конкретным местом назначения, так и не предопределяя, кому она предназначается. В последнем случае это делалось тогда, когда не было конкретной жертвы, а колдунью обуревали «тёмные силы» и вынуждали вносить в мир зло.
Дочь Сергея Ивановича, Светлана, рассказала нам историю про порчу. Будучи ещё ребёнком, она пришла в деревенский магазин, куда привезли какой-то дефицитный товар. Собралось много народа. Маленькая Света почувствовала на себе чей-то взгляд. Обернувшись, она увидела старуху, про которую в деревне поговаривали, что она ведьма. Неожиданно старуха оказалась возле Светы и как бы невзначай дотронулась рукой до её спины. Когда Света вернулась домой, у неё приключилась сильная головная боль, высокая температура и расстройство желудка. Может, всё это было и по другой причине, но Светлана склонна винить в том ведьму. По всей видимости, это была порча на прикосновение. Я слышала, что такого рода порча наводится на любого человека в любом месте, но наиболее часто она делается в местах с наиболее мощным скоплением отрицательной энергетики – либо на перекрёстках, либо просто в толпе людей. Умные люди утверждают, что ни в коем случае нельзя проявлять негатив в таких ситуациях, иначе мы облегчим работу ведьме. По возвращении домой нужно обязательно умыть лицо освящённой водой и вытереться наружной стороной одежды. С помощью таких действий восстанавливается энергетическое поле и убирается негатив.
   В новогодние праздники мы иногда гадали. Гадания были довольно простые: на тень, на воске, по книге, на картах, на иголке, на спичках. Ничего страшного они нам, как правило, не предвещали.
   Но приведу, со слов Валентины Григорьевны, одну историю, которую рассказала ей свекровь. Когда-то в деревне жили две девушки. У одной из девушек родители уехали по делам в город, и она позвала к себе с ночёвкой подругу. А поскольку был канун Рождества, решили подруги погадать. Начали с самых безобидных гаданий. Кидали валенки, чтобы узнать, с какой стороны ждать суженого, гадали по штакетнику, приговаривая: «Кол-колец, вдовец, молодец», также гадали на обручальное кольцо, на воске, на бумаге. Следом они вознамерились погадать на суженого с помощью зеркала и свечки. Проходило это гадание так: одна из девушек заходила в пустую комнату и ставила на стол зеркало и свечу. Зажгя свечу, она усаживалась напротив зеркала и начинала шептать: «Суженый, ряженый, приди ко мне ужинать». В тот вечер ничего особенного девчата не увидели, а вот ночью, когда они легли спать, со стены возле умывальника сорвалось зеркало и разбилось, в буфете зазвенела посуда, а пол заходил ходуном. С перепугу девушки стали произносить молитвы, все подряд, какие знали. В какой-то момент всё стихло. Они включили свет, но до рассвета так и не сомкнули глаз. На следующий день была служба в церкви. Когда представился удобный случай, подруги подошли к священнику и рассказали о ночном происшествии. Тот им объяснил, что гадания являются грехом и прямо запрещены Богом. Священник предположил, что они по неосторожности вызвали какую-то сущность, которая, возможно, ещё вернётся. Он почитал над девушками молитвы и дал попить святой воды. Сущность в доме больше не объявлялась, но у девушек с тех пор пропала всякая охота гадать…
   Первое января у нас начиналось с того, что Валентина Григорьевна вставала часов в шесть утра и топила берёзовыми дровами печку. По дому постепенно разливалось живительное тепло. И мы, до этого боявшиеся даже высунуть нос из-под одеяла, помаленьку согревались. К слову сказать, дом у Сергея Ивановича старый, и в зимние морозы он быстро выстывал. Вставали мы обычно поздно. Излюбленным блюдом в этот день были пельмени. Очистив от кожуры луковицу и морковь, Валентина Григорьевна ставила на печь большую кастрюлю, наполненную водой. Затем она заносила из сеней ведро с пельменями и опускала их в кипящую воду по счёту. Сюда же она добавляла соль, луковицу, морковь и лавровый лист. Сергей Иванович и Валентина Григорьевна предпочитали есть пельмени по старинке, заливая их бульоном. Мы же ели всё по отдельности. Надо сказать, что бульон у домашних пельменей наваристый и очень вкусный. Помимо этого, на стол ставили сметану, горчицу, холодец и те блюда, которые остались от праздничного стола. Обед сопровождался задушевными беседами, воспоминаниями о прошлом, шутками и смехом.
   Частенько в этот день к нам приходили гости. То зайдёт поболтать соседка, то заглянет на огонёк какой-нибудь дальний родственник. Гостя обязательно приглашали к столу и угощали…