Это, конечно, тщательно скрывается. Для вида с любовницами подписывается договор, в котором они обязуются, кроме всего прочего, в случае беременности плод вытравить, и за несоблюдение данного пункта положена смертная казнь и будущей матери, и всему ее роду. Что меня всегда удивляло, подобная жестокость почему-то не только никого не останавливает от желания подложить свою дочь, сестру или племянницу в королевскую постель, а еще и работает на нашу с братом репутацию. Как говорится, бей своих, чтобы чужие боялись. Никогда не понимал эту пословицу! Но работает, да.
В гостиной Камиллы не оказалось, только служанка суетилась, накрывая стол к ужину. Приложил палец к губам, давая знак, чтобы не поднимала шум. Девушка понятливо кивнула, указала на одну из дверей и выскользнула из покоев.
Шагнул к указанной двери, которая, кстати, была немного приоткрыта, и аккуратно толкнул створку, стараясь ни единым звуком не выдать своего присутствия.
Увиденная картина оказалось довольно милой: девушка сидела на стоящем у окна стуле, задумчиво смотрела на дворцовый парк и держала на руках белую пушистую кошку. Вспомнил, как баронесса просила разрешение взять с собой во дворец домашнего питомца. Отказать я причины не видел, не заострил и внимания на том, что это за питомец. Собака, кошка, хомячок или канарейка — какая разница! Главное, чтобы под ногами не путался.
Кошка, кстати, меня тоже не замечала. Это было немного странно. Да, я умел передвигаться бесшумно, но животные каким-то образом все равно чувствовали мое присутствие.
Толкнул створку посильнее, и тут кошка уже среагировала, видимо, боковым зрением что-то заметила. Повернула в мою сторону голову, а на движение питомца среагировала и баронесса.
И вот за те мгновения, что Камилла, довольно небрежно скинув питомицу на подоконник, вставала и приседала в положенном по этикету реверансе, я невольно встретился глазами с кошкой. А после перевел взгляд на девушку, улыбнулся и хотел уже произнести дежурный комплимент, как мозг прошило осознание: передо мной моя истинная пара.
Первый порыв — схватить в охапку и назвать своей — удалось подавить только чудом. Да и то лишь потому, что побоялся напугать. Просто стоял и смотрел на склоненную белокурую головку. «Боги, неужели мое ожидание закончилось?!» — билась в голове единственная мысль.
А потом Камилла выпрямилась, подняла голову и улыбнулась. Голубой взгляд светился радостью, а меня немного отпустило.
— Добрый вечер, ваше высочество! — прощебетала девушка. — Очень рада вас видеть. Составите мне компанию за ужином?
Но что странно — ступор у меня прошел и мозг включился, подмечая очевидные несостыковки. И самым главным было то, что я почувствовал истинную только сейчас. А ведь эта наша встреча не первая! Пятая или шестая, не помню. Почему же раньше чувство обретения не проснулось? Неужели... Неужели враги нашли способ обмануть, навязать связь истинных? Но как информация могла просочиться? С этим срочно надо разобраться!
— Простите, Камилла, но мне нужно идти, — пробормотал я и, не обращая внимания на пытающуюся что-то сказать девушку, максимально быстрым шагом, на который был только способен, вылетел из покоев любовницы.
Пронесся по коридорам, забежал к себе в спальню. Едва сдерживая нетерпение, отодвинул одну из картин и дернул потайной рычаг. Шкаф отъехал в сторону, открывая темный проход, ведущий в тайную библиотеку нашего рода. О ней не знала ни единая душа, кроме членов семьи, здесь хранились дневники давно ушедших в другой мир предков, сюда же будет помещен и мой, когда придет черед. Кстати, вести дневник было обязанностью любого альва.
Отбросив ненужные сейчас мысли, я быстро преодолел темный коридор и вышел в большую круглую комнату, заставленную стеллажами от пола до потолка. Хлопнул в ладоши. Ход в спальню моментально закрылся, наверху зажегся осветительный шар, а на столе засветилась бирюзовым пластина — артефакт поиска.
— Истинные пары, — четко проговорил я, положив ладони на специальные выемки на этой пластине.
Все свитки или книги, содержащие информацию об истинных парах, подсветились тем же бирюзовым цветом, что светился артефакт поиска. И таких книг оказалось великое множество! Нет, так дело не пойдет. Запрос надо конкретизировать.
— Первая встреча истинных, — пробормотал я, не отнимая рук. Подсвеченных книг стало меньше, но все равно слишком много. Я и за месяц не найду нужное! А если... — Возможные ошибки при первой встрече истинных.
К счастью (ну или не особо к счастью), нужная мне информация оказалась в небольшом количестве записей.
— Подтверждаю выбор! — твердо произнес я, и на стол опустились две книги и один свиток.
Итак, надеюсь, мудрость предков поможет разобраться в происходящем. Перенес магией с дворцовой кухни чашку чая и тарелку бутербродов, устроился в кресле и взял в руки свиток. Похоже, ночь предстоит бессонная.
Мария
Во дворце мне понравилось. Камилле, как фаворитке старшего принца, выделили просто шикарные покои, состоящие из гостиной, спальни, будуара и ванной комнаты с просто огромной купелью. Да это целый бассейн был, вмонтированный в пол!
Правда, так показалось только мне-человеку. А вот я-кошка была не в восторге. Нет, заглянула, конечно, из любопытства, когда исследовала предоставленное нам на неизвестно какой срок жилье. Но здесь так сильно пахло различными благовониями, что я даже расчихалась. Подойти же к бассейну не позволили кошачьи инстинкты. Что-то в моем сознании буквально завывало: «Там же вода! Фу! Бр-р!»
Так что заглянула в ванную, можно сказать, мельком, и больше туда не заходила.
Будуар, оформленный в чисто женском стиле, примыкал к спальне. Здесь полагалось госпоже одеваться-раздеваться, готовиться ко сну, к приему гостей, ну и все в таком духе. Кроме даже на вид удобного кресла, трюмо с зеркалом и большого шкафа, никакой мебели больше не стояло. А, ковер еще был. Очень мягкий, с длинным ворсом, по нему мне понравилось ходить и не менее понравилось на нем лежать.
В спальне меня впечатлили обои. Не огромная кровать — разве удивишь жителя двадцать первого века большой кроватью? Ну да, удобная, покрывалом застелена, я, потакая кошачьим инстинктам, запрыгнула, потопталась, решила, что вполне можно здесь спать, и интерес потеряла. А вот стены разглядывала с восторгом. Хочу, хочу что-то подобное в своей новой квартире!
Ну, строго говоря, это, конечно, были не обои. То есть не знакомые мне виниловые (или какие там еще бывают, не очень сильна в этом вопросе). Здесь стены были обиты тканью, напоминающей шелк. И вот на этом шелке бледно-голубого цвета, более темным, почти лазурным, какой-то мастер вышил цветы, больше всего похожие на пионы из моего мира. «Пионы» разного размера — от больших до маленьких — перемежались вышитыми золотой нитью стеблями и листьями. И все это вместе заставило меня замереть на некоторое время в эстетическом восторге. Камилла даже с удивлением окликнула замершую по неизвестной причине питомицу. Пришлось брать себя в руки, то есть лапы, и вернуться к обычному кошачьему поведению.
Ну а гостиную и описывать особо незачем — стильно, да, диванчики-пуфики-креслица всякие. Все в разных оттенках бежевого. Впечатлило только окно. Точнее, не оно само, конечно, а вид на великолепный дворцовый парк. Мне очень понравилось сидеть на подоконнике и разглядывать довольно бурную жизнь дворян. А разглядывать там было что и кого! Разодетые в шикарные платья дамы всех возрастов и не менее великолепно одетые кавалеры прогуливались по дорожкам парка и группами, и парами, и поодиночке. Все так чинно-благородно: женщины скромно приседают при встрече с особами противоположного пола в реверансе, мужчины склоняются к их ручкам, все держат дистанцию, никаких объятий или – боже упаси! – поцелуев.
Наверняка эта идиллия в темное время суток превращается в настоящий вертеп (я в книжках о жизни французского двора о таком читала), но видеть воочию ничего подобного не видела. А все потому, что попадала я в своем сне сюда не очень ранним утром, где-то часов в одиннадцать примерно. А засыпала я-кошка незадолго до ужина и просыпалась сразу девушкой Машей в своей кровати на Земле.
Тоже, кстати, странность – засыпать во сне! Ну да чего только не приснится.
Мы с хозяйкой Шими жили во дворце уже третий день. И сегодня наконец-то должно случиться ЭТО. Нас, точнее, конечно же, Камиллу, посетит его высочество Аланир Веларийский.
Подготовка к сему знаменательному событию, насколько я поняла, началась рано утром. Когда я открыла глаза в теле Шими, служанки уже суетились вовсю, а покои баронессы Теоли больше всего были похожи на ад, в центре которого стояла Камилла и гоняла служанок. Одна из горничных бегала туда-сюда и приносила из будуара платья, которые баронесса постоянно забраковывала. Другая — делала госпоже маникюр. Третья — занималась прической. Короче, все были при деле.
Наблюдать за таким бедламом мне надоело довольно быстро, и я залезла на свой любимый подоконник смотреть в сад, стараясь отстраниться от стоящего в покоях шума-гама. Это сделать оказалось довольно сложно, но у меня получилось не обращать на суету девушек внимания. Отвлеклась только, когда ко мне подошла Ирма — служанка, отвечающая за комфорт Шими. Она осторожно посадила меня в корзинку, отнесла на дворцовую кухню, где любимицу новой фаворитки наследника вкусно накормили, потом в сад. Там подождала, пока я сделаю все кошачьи дела, и вернула в покои баронессы.
К тому времени уже почти наступил вечер, и в покоях Камиллы паника улеглась. Служанки делали уборку, а баронесса сидела у окна, видимо, ожидая, пока они закончат. Ирма поставила корзинку со мной на подоконник, подождала, пока я выберусь, поклонилась госпоже и ушла.
Я посмотрела на Камиллу. Да уж, служанки-модистки-парикмахеры и иже с ними постарались на славу! Девушка реально была прекрасна: белокурые локоны уложены в высокую прическу, легкий макияж делает акцент на глаза, вечернее платье глубокого винного цвета подчеркивает белизну кожи, на ногтях — светло-розовый лак. И никаких украшений, кроме небольших серег. Я, правда, не понимала, зачем вся эта внешняя красота, если принцу нужно от нее лишь одно. Ну да наверное перед главным действием посмотреть на милую мордашку любому приятно.
А вот что мне совсем не понравилось – девушка дрожала. Ее буквально било мелкой дрожью. Она сцепила руки в замок, закусила губу и невидящим взглядом смотрела в окно.
Так, что-то не поняла. Она что, боится? Но ведь сама так стремилась сюда, чего теперь трястись-то? Вроде не девственница. По крайней мере, замужем была и об этой стороне жизни знать должна. Что же происходит?
Эх, в любом случае, девчонку (а она реально девчонка, лет восемнадцать, не больше) надо успокаивать.
Потерлась о сцепленные руки и громко замурлыкала.
Камилла резко выдохнула, схватила меня и прижала к груди. Я боднула ее несколько раз головой в подбородок, не переставая мурчать, и почувствовала, как тело девушки немного расслабилось.
— Ах, милая Шими, я так боюсь, – прошептала она, уткнувшись носом в мою шерстку. — Да, его высочество Аланир очень красивый и, говорят, всегда щедр с фаворитками. И ты не думай, он мне очень нравится! Я его даже люблю. Наверное. Меня никто не заставлял сюда идти, это был полностью мой выбор. Но ночь с мужчиной — это так больно! Ладно, шлепки по груди и не только я как-нибудь перетерплю... Как только перенести эту страшную боль внизу, будто раздирают надвое... Но я должна! — продолжила девушка. — Отец объяснил мне, что фаворитка для принца очень важна сейчас, и я не могу подвести его высочество!
Э-э-э, так твой муженек, упокой боги его душу, садист был, что ли? Ох ты ж бедняжка!
Камилла замолчала и снова уставилась в окно. А я почувствовала — именно почувствовала, а не увидела или услышала, — что в комнате мы уже не одни. Резко повернула голову и столкнулась глазами с синим взглядом просто невероятного брюнета. Высокий, широкоплечий, с немного грубоватыми, будто высеченными из камня чертами лица — он мне показался самим совершенством. А самое главное — родным. Моим.
В этот момент Камилла подскочила, а я плюхнулась на подоконник. Хорошо, кошачьи инстинкты снова сработали, и я не ушиблась, а уверенно встала на четыре лапы.
— Добрый вечер, ваше высочество! Очень рада вас видеть, — вполне уверенно проговорила Камилла. Голос ее больше не дрожал, видимо, смогла справиться со страхом. Ну, или котикотерапия помогла. — Составите мне компанию за ужином?
Девушка повела рукой в сторону накрытого стола, но принц никак не отреагировал. Камилла замерла, недоуменно глядя на застывшего истуканом мужчину, и явно растерялась, не зная, что дальше делать. Так они и стояли несколько мгновений, я же увидела, что девушку снова затрясло то ли от нервов, то ли от страха. Подумала даже, что она вот-вот рухнет в обморок, но тут принц отмер.
— Простите, Камилла, но мне нужно идти, — выпалил он и пулей выскочил за дверь.
Не поняла? Это что сейчас было-то? А шуры-муры, любовь-морковь как же? Может, нам принц дефектный попался?
В этот момент меня со страшной силой потянуло в сон, и я поняла, что на Земле мне пора просыпаться. Последнее, что увидела — как Камилла сломанной куклой оседает на стул. Надеюсь, служанка подоспеет вовремя, позаботится о госпоже.
Открыла глаза в своей кровати. В окно вовсю светило солнце, время, похоже, совсем не раннее. Интересно, почему я до темноты задержалась в своем сне? Обычно часа два-три после полудня, и все, пожалуй Маша в реальность. Может, дело в том, что сегодня выходной, вот я и разоспалась после трудовой недели?
На кровать запрыгнул Зар, принялся мурчать и ластиться. А я посмотрела в его синие глаза, так похожие на глаза принца из сна, и снова вспомнила того великолепного мужчину. Лизард ревниво муркнул, будто понял, что в моих мыслях сейчас другой.
— Ты — мой самый любимый мужчина, — весело сказала я. — Не ревнуй!
В гостиной Камиллы не оказалось, только служанка суетилась, накрывая стол к ужину. Приложил палец к губам, давая знак, чтобы не поднимала шум. Девушка понятливо кивнула, указала на одну из дверей и выскользнула из покоев.
Шагнул к указанной двери, которая, кстати, была немного приоткрыта, и аккуратно толкнул створку, стараясь ни единым звуком не выдать своего присутствия.
Увиденная картина оказалось довольно милой: девушка сидела на стоящем у окна стуле, задумчиво смотрела на дворцовый парк и держала на руках белую пушистую кошку. Вспомнил, как баронесса просила разрешение взять с собой во дворец домашнего питомца. Отказать я причины не видел, не заострил и внимания на том, что это за питомец. Собака, кошка, хомячок или канарейка — какая разница! Главное, чтобы под ногами не путался.
Кошка, кстати, меня тоже не замечала. Это было немного странно. Да, я умел передвигаться бесшумно, но животные каким-то образом все равно чувствовали мое присутствие.
Толкнул створку посильнее, и тут кошка уже среагировала, видимо, боковым зрением что-то заметила. Повернула в мою сторону голову, а на движение питомца среагировала и баронесса.
И вот за те мгновения, что Камилла, довольно небрежно скинув питомицу на подоконник, вставала и приседала в положенном по этикету реверансе, я невольно встретился глазами с кошкой. А после перевел взгляд на девушку, улыбнулся и хотел уже произнести дежурный комплимент, как мозг прошило осознание: передо мной моя истинная пара.
Первый порыв — схватить в охапку и назвать своей — удалось подавить только чудом. Да и то лишь потому, что побоялся напугать. Просто стоял и смотрел на склоненную белокурую головку. «Боги, неужели мое ожидание закончилось?!» — билась в голове единственная мысль.
А потом Камилла выпрямилась, подняла голову и улыбнулась. Голубой взгляд светился радостью, а меня немного отпустило.
— Добрый вечер, ваше высочество! — прощебетала девушка. — Очень рада вас видеть. Составите мне компанию за ужином?
Но что странно — ступор у меня прошел и мозг включился, подмечая очевидные несостыковки. И самым главным было то, что я почувствовал истинную только сейчас. А ведь эта наша встреча не первая! Пятая или шестая, не помню. Почему же раньше чувство обретения не проснулось? Неужели... Неужели враги нашли способ обмануть, навязать связь истинных? Но как информация могла просочиться? С этим срочно надо разобраться!
— Простите, Камилла, но мне нужно идти, — пробормотал я и, не обращая внимания на пытающуюся что-то сказать девушку, максимально быстрым шагом, на который был только способен, вылетел из покоев любовницы.
Пронесся по коридорам, забежал к себе в спальню. Едва сдерживая нетерпение, отодвинул одну из картин и дернул потайной рычаг. Шкаф отъехал в сторону, открывая темный проход, ведущий в тайную библиотеку нашего рода. О ней не знала ни единая душа, кроме членов семьи, здесь хранились дневники давно ушедших в другой мир предков, сюда же будет помещен и мой, когда придет черед. Кстати, вести дневник было обязанностью любого альва.
Отбросив ненужные сейчас мысли, я быстро преодолел темный коридор и вышел в большую круглую комнату, заставленную стеллажами от пола до потолка. Хлопнул в ладоши. Ход в спальню моментально закрылся, наверху зажегся осветительный шар, а на столе засветилась бирюзовым пластина — артефакт поиска.
— Истинные пары, — четко проговорил я, положив ладони на специальные выемки на этой пластине.
Все свитки или книги, содержащие информацию об истинных парах, подсветились тем же бирюзовым цветом, что светился артефакт поиска. И таких книг оказалось великое множество! Нет, так дело не пойдет. Запрос надо конкретизировать.
— Первая встреча истинных, — пробормотал я, не отнимая рук. Подсвеченных книг стало меньше, но все равно слишком много. Я и за месяц не найду нужное! А если... — Возможные ошибки при первой встрече истинных.
К счастью (ну или не особо к счастью), нужная мне информация оказалась в небольшом количестве записей.
— Подтверждаю выбор! — твердо произнес я, и на стол опустились две книги и один свиток.
Итак, надеюсь, мудрость предков поможет разобраться в происходящем. Перенес магией с дворцовой кухни чашку чая и тарелку бутербродов, устроился в кресле и взял в руки свиток. Похоже, ночь предстоит бессонная.
Глава 11
Мария
Во дворце мне понравилось. Камилле, как фаворитке старшего принца, выделили просто шикарные покои, состоящие из гостиной, спальни, будуара и ванной комнаты с просто огромной купелью. Да это целый бассейн был, вмонтированный в пол!
Правда, так показалось только мне-человеку. А вот я-кошка была не в восторге. Нет, заглянула, конечно, из любопытства, когда исследовала предоставленное нам на неизвестно какой срок жилье. Но здесь так сильно пахло различными благовониями, что я даже расчихалась. Подойти же к бассейну не позволили кошачьи инстинкты. Что-то в моем сознании буквально завывало: «Там же вода! Фу! Бр-р!»
Так что заглянула в ванную, можно сказать, мельком, и больше туда не заходила.
Будуар, оформленный в чисто женском стиле, примыкал к спальне. Здесь полагалось госпоже одеваться-раздеваться, готовиться ко сну, к приему гостей, ну и все в таком духе. Кроме даже на вид удобного кресла, трюмо с зеркалом и большого шкафа, никакой мебели больше не стояло. А, ковер еще был. Очень мягкий, с длинным ворсом, по нему мне понравилось ходить и не менее понравилось на нем лежать.
В спальне меня впечатлили обои. Не огромная кровать — разве удивишь жителя двадцать первого века большой кроватью? Ну да, удобная, покрывалом застелена, я, потакая кошачьим инстинктам, запрыгнула, потопталась, решила, что вполне можно здесь спать, и интерес потеряла. А вот стены разглядывала с восторгом. Хочу, хочу что-то подобное в своей новой квартире!
Ну, строго говоря, это, конечно, были не обои. То есть не знакомые мне виниловые (или какие там еще бывают, не очень сильна в этом вопросе). Здесь стены были обиты тканью, напоминающей шелк. И вот на этом шелке бледно-голубого цвета, более темным, почти лазурным, какой-то мастер вышил цветы, больше всего похожие на пионы из моего мира. «Пионы» разного размера — от больших до маленьких — перемежались вышитыми золотой нитью стеблями и листьями. И все это вместе заставило меня замереть на некоторое время в эстетическом восторге. Камилла даже с удивлением окликнула замершую по неизвестной причине питомицу. Пришлось брать себя в руки, то есть лапы, и вернуться к обычному кошачьему поведению.
Ну а гостиную и описывать особо незачем — стильно, да, диванчики-пуфики-креслица всякие. Все в разных оттенках бежевого. Впечатлило только окно. Точнее, не оно само, конечно, а вид на великолепный дворцовый парк. Мне очень понравилось сидеть на подоконнике и разглядывать довольно бурную жизнь дворян. А разглядывать там было что и кого! Разодетые в шикарные платья дамы всех возрастов и не менее великолепно одетые кавалеры прогуливались по дорожкам парка и группами, и парами, и поодиночке. Все так чинно-благородно: женщины скромно приседают при встрече с особами противоположного пола в реверансе, мужчины склоняются к их ручкам, все держат дистанцию, никаких объятий или – боже упаси! – поцелуев.
Наверняка эта идиллия в темное время суток превращается в настоящий вертеп (я в книжках о жизни французского двора о таком читала), но видеть воочию ничего подобного не видела. А все потому, что попадала я в своем сне сюда не очень ранним утром, где-то часов в одиннадцать примерно. А засыпала я-кошка незадолго до ужина и просыпалась сразу девушкой Машей в своей кровати на Земле.
Тоже, кстати, странность – засыпать во сне! Ну да чего только не приснится.
Мы с хозяйкой Шими жили во дворце уже третий день. И сегодня наконец-то должно случиться ЭТО. Нас, точнее, конечно же, Камиллу, посетит его высочество Аланир Веларийский.
Подготовка к сему знаменательному событию, насколько я поняла, началась рано утром. Когда я открыла глаза в теле Шими, служанки уже суетились вовсю, а покои баронессы Теоли больше всего были похожи на ад, в центре которого стояла Камилла и гоняла служанок. Одна из горничных бегала туда-сюда и приносила из будуара платья, которые баронесса постоянно забраковывала. Другая — делала госпоже маникюр. Третья — занималась прической. Короче, все были при деле.
Наблюдать за таким бедламом мне надоело довольно быстро, и я залезла на свой любимый подоконник смотреть в сад, стараясь отстраниться от стоящего в покоях шума-гама. Это сделать оказалось довольно сложно, но у меня получилось не обращать на суету девушек внимания. Отвлеклась только, когда ко мне подошла Ирма — служанка, отвечающая за комфорт Шими. Она осторожно посадила меня в корзинку, отнесла на дворцовую кухню, где любимицу новой фаворитки наследника вкусно накормили, потом в сад. Там подождала, пока я сделаю все кошачьи дела, и вернула в покои баронессы.
К тому времени уже почти наступил вечер, и в покоях Камиллы паника улеглась. Служанки делали уборку, а баронесса сидела у окна, видимо, ожидая, пока они закончат. Ирма поставила корзинку со мной на подоконник, подождала, пока я выберусь, поклонилась госпоже и ушла.
Я посмотрела на Камиллу. Да уж, служанки-модистки-парикмахеры и иже с ними постарались на славу! Девушка реально была прекрасна: белокурые локоны уложены в высокую прическу, легкий макияж делает акцент на глаза, вечернее платье глубокого винного цвета подчеркивает белизну кожи, на ногтях — светло-розовый лак. И никаких украшений, кроме небольших серег. Я, правда, не понимала, зачем вся эта внешняя красота, если принцу нужно от нее лишь одно. Ну да наверное перед главным действием посмотреть на милую мордашку любому приятно.
А вот что мне совсем не понравилось – девушка дрожала. Ее буквально било мелкой дрожью. Она сцепила руки в замок, закусила губу и невидящим взглядом смотрела в окно.
Так, что-то не поняла. Она что, боится? Но ведь сама так стремилась сюда, чего теперь трястись-то? Вроде не девственница. По крайней мере, замужем была и об этой стороне жизни знать должна. Что же происходит?
Эх, в любом случае, девчонку (а она реально девчонка, лет восемнадцать, не больше) надо успокаивать.
Потерлась о сцепленные руки и громко замурлыкала.
Камилла резко выдохнула, схватила меня и прижала к груди. Я боднула ее несколько раз головой в подбородок, не переставая мурчать, и почувствовала, как тело девушки немного расслабилось.
— Ах, милая Шими, я так боюсь, – прошептала она, уткнувшись носом в мою шерстку. — Да, его высочество Аланир очень красивый и, говорят, всегда щедр с фаворитками. И ты не думай, он мне очень нравится! Я его даже люблю. Наверное. Меня никто не заставлял сюда идти, это был полностью мой выбор. Но ночь с мужчиной — это так больно! Ладно, шлепки по груди и не только я как-нибудь перетерплю... Как только перенести эту страшную боль внизу, будто раздирают надвое... Но я должна! — продолжила девушка. — Отец объяснил мне, что фаворитка для принца очень важна сейчас, и я не могу подвести его высочество!
Э-э-э, так твой муженек, упокой боги его душу, садист был, что ли? Ох ты ж бедняжка!
Камилла замолчала и снова уставилась в окно. А я почувствовала — именно почувствовала, а не увидела или услышала, — что в комнате мы уже не одни. Резко повернула голову и столкнулась глазами с синим взглядом просто невероятного брюнета. Высокий, широкоплечий, с немного грубоватыми, будто высеченными из камня чертами лица — он мне показался самим совершенством. А самое главное — родным. Моим.
В этот момент Камилла подскочила, а я плюхнулась на подоконник. Хорошо, кошачьи инстинкты снова сработали, и я не ушиблась, а уверенно встала на четыре лапы.
— Добрый вечер, ваше высочество! Очень рада вас видеть, — вполне уверенно проговорила Камилла. Голос ее больше не дрожал, видимо, смогла справиться со страхом. Ну, или котикотерапия помогла. — Составите мне компанию за ужином?
Девушка повела рукой в сторону накрытого стола, но принц никак не отреагировал. Камилла замерла, недоуменно глядя на застывшего истуканом мужчину, и явно растерялась, не зная, что дальше делать. Так они и стояли несколько мгновений, я же увидела, что девушку снова затрясло то ли от нервов, то ли от страха. Подумала даже, что она вот-вот рухнет в обморок, но тут принц отмер.
— Простите, Камилла, но мне нужно идти, — выпалил он и пулей выскочил за дверь.
Не поняла? Это что сейчас было-то? А шуры-муры, любовь-морковь как же? Может, нам принц дефектный попался?
В этот момент меня со страшной силой потянуло в сон, и я поняла, что на Земле мне пора просыпаться. Последнее, что увидела — как Камилла сломанной куклой оседает на стул. Надеюсь, служанка подоспеет вовремя, позаботится о госпоже.
Открыла глаза в своей кровати. В окно вовсю светило солнце, время, похоже, совсем не раннее. Интересно, почему я до темноты задержалась в своем сне? Обычно часа два-три после полудня, и все, пожалуй Маша в реальность. Может, дело в том, что сегодня выходной, вот я и разоспалась после трудовой недели?
На кровать запрыгнул Зар, принялся мурчать и ластиться. А я посмотрела в его синие глаза, так похожие на глаза принца из сна, и снова вспомнила того великолепного мужчину. Лизард ревниво муркнул, будто понял, что в моих мыслях сейчас другой.
— Ты — мой самый любимый мужчина, — весело сказала я. — Не ревнуй!
