- Странно пахнет, чем-то. Не пойму.
Тут и Потап Потапыч заметил незваных гостей.
- Это кто ко мне пожаловал?- спросил он.
- Я – Кикиморочка Заморочная из рода кикимор болотных. А она, моя подруга. Жаба, Квакша Григорьевна,- ответила нечисть,- А это вы Потап Потапыч?
Медведь поднялся во весь могучий рост, став на задние лапы.
- Я, Потап Потапыч,- улыбнулся он,- Да, вы подходите к столу. Не бойтесь, я не обижу.
Кикимора послушно села за стол, а жабу посадила рядом с горшком.
Потапыч поставил кружки перед ними, в которые заранее разлил душистый, липовый чай. Кикиморочке досталась кружка побольше. Перед Квакшей Григорьевной оказалась самая маленькая кружка, какая только могла быть у Потап Потапыча.
- Вот, угощайтесь. Как говориться, чем богаты, тем и рады,- проговорил хозяин берлоги.
Для мёда расставил тарелки с деревянными ложками. Кикимора взяла ложку и слизнула с неё капельку мёда. В следующий момент мордочка её скривилась.
- Что это за сладость такая гадкая?- спросила она.
- Так, это мёд!- гордо ответил медведь,- Самый свежий! Липовый. Что?! Не понравился?
Заморочная отодвинула от себя тарелку подальше, со словами:
- Не обижайся Потап Потапыч, только еда эта не по моему вкусу.
В отличие от кикиморы, Квакша Григорьевна ничего такого не замечала. Она и с ложки мёд слизала, и лапками в тарелку угодила. В общем, и наелась, и перепачкалась. А вскоре, вовсе задремала на солнышке.
- Не ешь, коль не нравится,- согласился медведь,- Расскажи тогда, куда путь держите? Что привело вас ко мне?
- Ох, и не спрашивай!- тяжело вздохнула кикимора,- Видишь мою подругу? Больна она сильно.
- Да, ну?!- не поверил Потап Потапыч,- А что с ней?
- Тоска смертельная.
- Неужто и такое бывает? Никогда о таком не слыхал. Ай-я-я-й!
- Бывает. Ещё как бывает! Потому и идём мы, чтоб счастье для неё найти.
Медведь озадачился.
- Вон, оно как!- почесал он за ухом,- Сам я не знаю, где счастье находится. Но, есть у меня одна волшебная вещица! Думаю, она прольёт свет на этот вопрос.
На короткое время Потапыч скрылся в берлоге. Вышел он с книгой, на обложке которой было написано «Энциклопедия».
Кикиморочка сразу замахала руками в знак протеста.
- Я читать не могу,- заявила она,- Предупреждаю сразу! Я грамоте не обученная. Мне, эти буквы ваши ни к чему!
Медведь спокойно нацепил на нос очки, положил книгу на стол, раскрыв её на оглавлении.
- Сейчас посмотрим, на букву «Сча»,- сказал он вслух,- Вот, оно! Тут написано, что счастье есть, его не может не быть. Хм! Как мудрёно написали.
- Ну, а дальше? Дальше-то что?- нетерпеливо перебила медведя Кикиморочка.
- Дальше. Страницу вырвали. Но, тут вот, продолжение. Написано, что живёт в райском месте Ирий, возле реки Евфрат, птица Алконост, чарующая пением и дарующая счастье.
- Что за порода такая Алконост?- удивилась Кикиморочка,- Может, из семейства зябликов?
- Может и зябликов,- кивнул головой медведь,- Только идти вам надо, пока не похолодало.
- Это верно,- согласилась с ним кикимора.
Она разбудила Квакшу Григорьевну, чтобы продолжить путь в неведомое место Ирий.
3
Осень всё больше вступала в свои права. Дни делались короче. И если днём ещё сохранялось тепло, то ночами заметно холодало.
По словам Кикиморочки, они шли уже десятый день. Жаба не особо полагалась на слова подруги, так как знала, что считать кикимора не умела точно так же, как и читать.
- Слушай, что-то я не уверена, что мы правильно идём. Давай сверимся с той картой, что у тебя в рюкзаке,- предложила Заморочная.
Ни слова не говоря, Квакша Григорьевна достала карту. Там было нарисовано болото, чуть в стороне три сосны и один пенёк.
- И это всё?!- спросила Кикиморочка.
- Всё,- подтвердила жаба.
- Что это за карта такая дурацкая? Она не помогает ориентироваться,- не удержалась от критики нечисть.
- Я просто не успела дорисовать,- оправдывалась жаба,- И вообще, не кричи на меня. Мне и так плохо.
Слова о плохом самочувствии, удержали кикимору от дальнейших обвинений.
- Ладно,- сказала она,- Будем продолжать идти, как и шли.
Удивительное дело, но продолжение пути вывело их из леса, а затем и вовсе привело к сказочному дворцу с павлинами. В саду сказочного дворца рос оазис из диковинных растений, ранее не виданных ни кикиморой, ни жабой.
Запрокинув высоко головы, обе долгое время осматривали пальмы. Потом их внимание привлекли длинные лианы с говорливыми попугаями. А вид дремлющего удава заставил ускорить шаг, дабы покинуть опасное место.
Так, и дошли туда, где перед дворцом, под балдахином, на золотой кровати с мягкими подушками дремал падишах.
- Мне кажется, мы уже пришли,- предположила Кикиморочка,- Остаётся спросить у толстяка, где в его райском саду птица Алконост. И всё!
- Я боюсь спрашивать. Лучше ты спроси.
Падишах действительно был тучным. Это не смогли скрыть его просторные, роскошные одежды, в которых он лежал на кровати. Даже сандалии с причудливо изогнутыми носами, поленился снять. А тюрбан, украшенный пером и бусинами, съехал набок.
Кикиморочка на цыпочках подкралась к дремлющему мужчине и пощекотала тому травинкой нос. Уж больно сладко он спал. Вот, и не удержалась проказница от шалости малой.
- А! Апчхи! Апчхи!- чихнул тот в ответ,- Кто?! Кто здесь?
Падишах, открыв глаза, увидал хулиганскую, зелёную рожицу с растрёпанными волосами.
- Ай, шайтан! Ты кто?! Стража! Стража!!!
На шум прибежали стражники, вооружённые саблями. Тут, Кикиморочке сделалось не до смеха.
- Эй! Вы чего?! Мы с миром пришли!- закричала она,- Так не честно! У вас оружие, а у нас ничего нет!
Падишах поднял руку в знак того, чтоб стражники остановились. Они не могли ослушаться своего господина. Все замерли.
- С миром, говоришь?- недоверчиво покосился падишах,- Тогда скажи нам, кто ты? И почему дерзнула трогать мой нос?
- Я, Кикиморочка Заморочная, из рода болотных кикимор. Это жаба моя, Квакша Григорьевна. Пришли мы к вам из тридевятого царства-государства,- отчеканила кикимора,- А нос, это я пошутила.
- А зачем пришли?- не отставал правитель.
- По великой необходимости,- более жалостливо заговорила Кикиморочка,- Подруга моя, Квакша Григорьевна, совсем расстроилась. Нам сказали, что птица Алконост в силах одарить её счастьем. Вот, и пришли мы к вам спросить, не живёт ли случайно в ваших садах необходимая нам птица?
Падишах с важным видом сел на кровати. Он поправил тюрбан на голове, а затем сказал:
- Возможно, живёт у меня такая птица. Только с чего вы взяли, что я вам её отдам?
- Как так?! Об этом я не подумала.
Обнадёженная Квакша Григорьевна, робко попросила:
- Хоть покажите её нам. Какая она?
Падишах махнул рукой и стража удалилась. Потом, он встал с постели, похлопал в ладоши, и кровать плавно полетела во дворец.
- Чудеса!- восхитилась жаба,- И кровать у вас сама летает!
- Нет. Это мои слуги несут её. Они невидимые, чтобы не надоедать мне своим присутствием,- пояснил падишах.
Он всегда любил, чтобы восхищались им самим, его дворцом и всем вокруг, чем он обладает. Именно поэтому, просьба жабы посмотреть на чудо птицу, падишаху понравилась.
- Хорошо! Я покажу вам Алконост. Все идите за мной!- скомандовал восточный правитель.
Они шли по лабиринту из растений до тех пор, пока не пришли к золотой клетке, где сидела роскошная птица с огненным опереньем.
- Вот, моя красавица,- похвалился падишах.
У подружек рты по открывались от увиденного чуда. Первой пришла в себя жаба.
- Прекрасная Алконост,- обратилась она к птице,- Не могла бы ты, хоть чуточку, одарить меня счастьем? Спой, прошу тебя.
Но, гордая птица не издала ни звука в ответ и отвернула голову.
Кикиморочку несказанно рассердило такое поведение. Не обращая внимание на присутствие падишаха, нечисть набросилась на клетку.
- Ах, ты не хочешь петь?! Ну, я тебе покажу!
И она взялась трясти сооружение в разные стороны, обжигая при этом руки о перья невиданной птицы. Падишах бросился, чтобы остановить безумную, но было поздно. В какой-то момент крючок откинулся, дверца отворилась, и птице осталось лишь вспорхнуть, чем она и воспользовалась.
- Да будет вам известно, что я не птица Алконост. Я – Жар Птицею зовусь!- возвестила огненная красавица,- А теперь прощайте! Не ищите меня!
Сказала так и улетела.
Тогда, разгневанный падишах, как затопает ногами! Да, как закричит!
- Стража! Стража!!!
Снова прибежали стражники с саблями.
- Схватите их!- приказал хозяин дворца.
- Я! Я нечаянно!- оправдывалась Кикиморочка.
- Ква!- дополнила жаба.
Только на этот раз, никто их слушать не собирался. Пленённые подруги начали прощаться друг с другом. Они были уверены, что их казнят на месте, и очень удивлялись, почему падишах медлит отдавать такой приказ.
И в самом деле, правитель вместо этого призвал к себе всех мудрецов и одного звездочёта. Те беспрекословно явились к своему повелителю.
- Наивернейшие мои мурзы!- обратился к ним падишах,- Я собрал вас, чтобы узнать, как вы меня называете?
- О! Светлоокий!- в один голос произнесли мудрецы, видимо привыкшие к такому вопросу господина.
- А ещё?- спросил он второй раз.
- Бесподобный падишах!- хором похвалили мудрецы.
- Ещё?! Как вы называете меня, когда я должен принять важное решение?
- А-а-а! Наимудрейший!
- Вот! Скажите мне, мои мурзы, что полагается тому, кто причинит утрату моего имущества?
Собравшиеся испуганно переглянулись. Лишь звездочёт сказал совершенно спокойно: «Смерть»
Падишах поднял палец и повернулся к подружкам.
- Вы слышали?!- спросил он.
- Да, но, говорю же, что я не специально!- начала было вновь оправдываться Кикиморочка.
Однако, падишах её нетерпеливо перебил.
- Благословен сегодняшний день, я не лишу вас жизни!- произнёс он.
Все мудрецы, включая звездочёта, зааплодировали.
- Великодушный правитель!- принялись они хвалить наперебой.
- За это! Я принимаю решение, компенсировать потерю. Я посажу в золотую клетку, красавицу Квакшу Григорьевну!- объявил всем падишах.
- Справедливейший в мире!- поддержали его мудрецы.
Услыхав, что их не казнят, жаба как-то слишком быстро смирилась со своей участью. Она постоянно повторяла: «Мне всё равно. Мне всё равно»
Не согласной была одна Заморочная.
- Это произвол!- кричала кикимора,- Нельзя живое существо держать в клетке! Будь она даже тысячу раз золотой, всё равно нельзя!
Падишах лениво отмахнулся от этих слов.
- Вышвырните эту буйную за пределы моего дворца,- приказал повелитель.
Стражники всё исполнили. Кикимору вышвырнули, а жабу заточили вместо Жар Птицы.
Напоследок Кикиморочка успела крикнуть подруге: «Я спасу тебя! Я приду и освобожу!»
А Квакша Григорьевна, словно заведённая твердила: «Мне всё равно»
Оказавшись за пределами дворца, Кикиморочка озадачилась.
«Что же делать? Куда идти?- думала она,- Где помощь искать?»
Заморочная огляделась по сторонам. Впереди – ничего, справа тоже ничего, позади дворец, из которого её вытолкали, а слева то ли город, то ли деревня какая.
«Пойду туда»- решила кикимора.
Приблизившись на достаточное расстояние, нечисть поняла, что перед ней никакой не город и не деревня, а обычная хижина, перед которой сидел седовласый, слепой старец в тюбетейке.
- Дедушка, а ты тут один живёшь?- спросила у него Кикиморочка.
Старик встрепенулся и повернул в её сторону голову, будто зрячий.
- Почему один? Нет, конечно!- ответил он,- Разве ты не видишь, как многолюдны улицы нашего города?!
Кикимора удивилась, но спорить не стала.
- А что ты делаешь, дедушка?- спросила она.
- Разве не видишь?! Ослика пасу.
И снова Кикиморочка не поверила ему. Не было поблизости никакого осла.
Третий раз спросила нечисть старика:
- А разве ты не слепой, дедушка?
Тот усмехнулся в ответ:
- Города не видишь, ослика тоже. Ну, и кто из нас незрячий?
- Тогда научи меня быть как ты зрячей,- попросила Заморочная.
Она села рядом в позу лотоса, стараясь подражать старику.
- Хочешь научиться? Хорошо. Вот, тебе урок. Смотри не глазами, а сердцем,- посоветовал он.
Кикиморочка ничего не поняла.
«Каким таким сердцем?»- подумала Заморочная.
Старик наклонился в её сторону и начал вслушиваться. Через какое-то время он произнёс:
- Странное дело. Действительно нет у тебя сердца.
Кикиморочка едва не подскочила на месте.
- Да, кто же ты есть?! Ты и мысли мои читаешь?!- заверещала она.
- Не важно, кто я. Гораздо важнее, что привело тебя сюда?
Старик обратил всё внимание на кикимору, и та, поняв, что он прав, рассказала ему всю историю, приключившуюся с ней и Квакшей Григорьевной во дворце падишаха. Мужчина слушал, не перебивал, а только качал головой, как будто соглашаясь с собеседницей.
- А теперь, послушай меня,- сказал он, как только Кикиморочка закончила,- Если хочешь освободить подругу и не быть казнённой, сделай, как я скажу. Есть во дворце падишаха, в подвале, двадцать пять кувшинов. В двадцати четырёх из них огненная смерть от одного прикосновения. И лишь в одном заточён джин всемогущий. Исполняет тот джин любое желание, но только один раз.
- А как же я узнаю, в каком из кувшинов джин?- с блеском в глазах спросила Кикиморочка.
- Он единственный крестом помеченный, чтоб сам падишах не перепутал,- пояснил старец, и добавил,- Только будь осторожна с желанием. Не ошибись!
- Ладно,- махнула рукой кикимора, собравшись уходить.
- Возьми лепёшку на дорожку,- протянул ей старик что-то, одному ему видимое.
- Зачем она мне?- отмахнулась Кикиморочка.
- Дают – бери, а бьют – беги.
- У вас тоже так говорят?!
Не скрывая удивления, нечисть протянула руку. Её рот открылся ещё больше, когда она почувствовала что-то мягкое и тёплое.
- Теперь, иди! В добрый путь!- напутствовал старик.
После этого он отвернулся.
На короткое мгновение, Кикиморочке показалось, что видит она и ослика мирно пасущегося, и людные улицы большого города. А стоило один раз моргнуть, как видения исчезли.
Сунув невидимую, но тёплую лепёшку в карман, где хранился рюкзак Квакши Григорьевны, Кикиморочка заторопилась обратно во дворец.
Квакша Григорьевна, не переставая, страдала в золотой клетке. Падишах, осыпал её дорогими камнями самоцветными, увешал бусами из жемчуга, и даже корону ей на голову водрузил, только счастья это не приносило.
Напротив, давили на неё камни со всех сторон. И бусы, словно гири, тянули вниз. Корона же сковала бедняжке голову.
- Я не могу! Мне кажется, у меня скоро мигрень начнётся,- рыдала жаба.
- Зачем мигрень? Не надо тебе мигрень. Ну, что ты хочешь? Хочешь, персиков дам тебе покушать? Только не плачь, прошу тебя,- уговаривал её падишах.
- Не знаю я никаких персиков, всегда на болоте жила. Откуда на болоте персики?
- Так, я мигом тебе их принесу! Жди меня здесь, дорогая, Квакша Григорьевна!
И падишах убежал по лабиринту во дворец, чтобы приготовить жабе не только персики, но и другие угощения.
Лишь по счастливой случайности, Кикиморочка не столкнулась с правителем в лабиринте. Нечисть перемещалась так быстро, что стражники её не заметили.
Примчавшись к золотой клетке, она второй раз открыла дверцу. Достав оттуда Квакшу Григорьевну, Кикиморочка стряхнула с неё украшения и прочие драгоценности.
- Что ты делаешь?! Тебя казнят!- не на шутку перепугалась жаба за подругу.
Но, та приказала: «Молчи!»
С Квакшей Григорьевной в руках, кикимора тоже бросилась во дворец. Однако, не на кухню, а в подвал.
Тут и Потап Потапыч заметил незваных гостей.
- Это кто ко мне пожаловал?- спросил он.
- Я – Кикиморочка Заморочная из рода кикимор болотных. А она, моя подруга. Жаба, Квакша Григорьевна,- ответила нечисть,- А это вы Потап Потапыч?
Медведь поднялся во весь могучий рост, став на задние лапы.
- Я, Потап Потапыч,- улыбнулся он,- Да, вы подходите к столу. Не бойтесь, я не обижу.
Кикимора послушно села за стол, а жабу посадила рядом с горшком.
Потапыч поставил кружки перед ними, в которые заранее разлил душистый, липовый чай. Кикиморочке досталась кружка побольше. Перед Квакшей Григорьевной оказалась самая маленькая кружка, какая только могла быть у Потап Потапыча.
- Вот, угощайтесь. Как говориться, чем богаты, тем и рады,- проговорил хозяин берлоги.
Для мёда расставил тарелки с деревянными ложками. Кикимора взяла ложку и слизнула с неё капельку мёда. В следующий момент мордочка её скривилась.
- Что это за сладость такая гадкая?- спросила она.
- Так, это мёд!- гордо ответил медведь,- Самый свежий! Липовый. Что?! Не понравился?
Заморочная отодвинула от себя тарелку подальше, со словами:
- Не обижайся Потап Потапыч, только еда эта не по моему вкусу.
В отличие от кикиморы, Квакша Григорьевна ничего такого не замечала. Она и с ложки мёд слизала, и лапками в тарелку угодила. В общем, и наелась, и перепачкалась. А вскоре, вовсе задремала на солнышке.
- Не ешь, коль не нравится,- согласился медведь,- Расскажи тогда, куда путь держите? Что привело вас ко мне?
- Ох, и не спрашивай!- тяжело вздохнула кикимора,- Видишь мою подругу? Больна она сильно.
- Да, ну?!- не поверил Потап Потапыч,- А что с ней?
- Тоска смертельная.
- Неужто и такое бывает? Никогда о таком не слыхал. Ай-я-я-й!
- Бывает. Ещё как бывает! Потому и идём мы, чтоб счастье для неё найти.
Медведь озадачился.
- Вон, оно как!- почесал он за ухом,- Сам я не знаю, где счастье находится. Но, есть у меня одна волшебная вещица! Думаю, она прольёт свет на этот вопрос.
На короткое время Потапыч скрылся в берлоге. Вышел он с книгой, на обложке которой было написано «Энциклопедия».
Кикиморочка сразу замахала руками в знак протеста.
- Я читать не могу,- заявила она,- Предупреждаю сразу! Я грамоте не обученная. Мне, эти буквы ваши ни к чему!
Медведь спокойно нацепил на нос очки, положил книгу на стол, раскрыв её на оглавлении.
- Сейчас посмотрим, на букву «Сча»,- сказал он вслух,- Вот, оно! Тут написано, что счастье есть, его не может не быть. Хм! Как мудрёно написали.
- Ну, а дальше? Дальше-то что?- нетерпеливо перебила медведя Кикиморочка.
- Дальше. Страницу вырвали. Но, тут вот, продолжение. Написано, что живёт в райском месте Ирий, возле реки Евфрат, птица Алконост, чарующая пением и дарующая счастье.
- Что за порода такая Алконост?- удивилась Кикиморочка,- Может, из семейства зябликов?
- Может и зябликов,- кивнул головой медведь,- Только идти вам надо, пока не похолодало.
- Это верно,- согласилась с ним кикимора.
Она разбудила Квакшу Григорьевну, чтобы продолжить путь в неведомое место Ирий.
3
Осень всё больше вступала в свои права. Дни делались короче. И если днём ещё сохранялось тепло, то ночами заметно холодало.
По словам Кикиморочки, они шли уже десятый день. Жаба не особо полагалась на слова подруги, так как знала, что считать кикимора не умела точно так же, как и читать.
- Слушай, что-то я не уверена, что мы правильно идём. Давай сверимся с той картой, что у тебя в рюкзаке,- предложила Заморочная.
Ни слова не говоря, Квакша Григорьевна достала карту. Там было нарисовано болото, чуть в стороне три сосны и один пенёк.
- И это всё?!- спросила Кикиморочка.
- Всё,- подтвердила жаба.
- Что это за карта такая дурацкая? Она не помогает ориентироваться,- не удержалась от критики нечисть.
- Я просто не успела дорисовать,- оправдывалась жаба,- И вообще, не кричи на меня. Мне и так плохо.
Слова о плохом самочувствии, удержали кикимору от дальнейших обвинений.
- Ладно,- сказала она,- Будем продолжать идти, как и шли.
Удивительное дело, но продолжение пути вывело их из леса, а затем и вовсе привело к сказочному дворцу с павлинами. В саду сказочного дворца рос оазис из диковинных растений, ранее не виданных ни кикиморой, ни жабой.
Запрокинув высоко головы, обе долгое время осматривали пальмы. Потом их внимание привлекли длинные лианы с говорливыми попугаями. А вид дремлющего удава заставил ускорить шаг, дабы покинуть опасное место.
Так, и дошли туда, где перед дворцом, под балдахином, на золотой кровати с мягкими подушками дремал падишах.
- Мне кажется, мы уже пришли,- предположила Кикиморочка,- Остаётся спросить у толстяка, где в его райском саду птица Алконост. И всё!
- Я боюсь спрашивать. Лучше ты спроси.
Падишах действительно был тучным. Это не смогли скрыть его просторные, роскошные одежды, в которых он лежал на кровати. Даже сандалии с причудливо изогнутыми носами, поленился снять. А тюрбан, украшенный пером и бусинами, съехал набок.
Кикиморочка на цыпочках подкралась к дремлющему мужчине и пощекотала тому травинкой нос. Уж больно сладко он спал. Вот, и не удержалась проказница от шалости малой.
- А! Апчхи! Апчхи!- чихнул тот в ответ,- Кто?! Кто здесь?
Падишах, открыв глаза, увидал хулиганскую, зелёную рожицу с растрёпанными волосами.
- Ай, шайтан! Ты кто?! Стража! Стража!!!
На шум прибежали стражники, вооружённые саблями. Тут, Кикиморочке сделалось не до смеха.
- Эй! Вы чего?! Мы с миром пришли!- закричала она,- Так не честно! У вас оружие, а у нас ничего нет!
Падишах поднял руку в знак того, чтоб стражники остановились. Они не могли ослушаться своего господина. Все замерли.
- С миром, говоришь?- недоверчиво покосился падишах,- Тогда скажи нам, кто ты? И почему дерзнула трогать мой нос?
- Я, Кикиморочка Заморочная, из рода болотных кикимор. Это жаба моя, Квакша Григорьевна. Пришли мы к вам из тридевятого царства-государства,- отчеканила кикимора,- А нос, это я пошутила.
- А зачем пришли?- не отставал правитель.
- По великой необходимости,- более жалостливо заговорила Кикиморочка,- Подруга моя, Квакша Григорьевна, совсем расстроилась. Нам сказали, что птица Алконост в силах одарить её счастьем. Вот, и пришли мы к вам спросить, не живёт ли случайно в ваших садах необходимая нам птица?
Падишах с важным видом сел на кровати. Он поправил тюрбан на голове, а затем сказал:
- Возможно, живёт у меня такая птица. Только с чего вы взяли, что я вам её отдам?
- Как так?! Об этом я не подумала.
Обнадёженная Квакша Григорьевна, робко попросила:
- Хоть покажите её нам. Какая она?
Падишах махнул рукой и стража удалилась. Потом, он встал с постели, похлопал в ладоши, и кровать плавно полетела во дворец.
- Чудеса!- восхитилась жаба,- И кровать у вас сама летает!
- Нет. Это мои слуги несут её. Они невидимые, чтобы не надоедать мне своим присутствием,- пояснил падишах.
Он всегда любил, чтобы восхищались им самим, его дворцом и всем вокруг, чем он обладает. Именно поэтому, просьба жабы посмотреть на чудо птицу, падишаху понравилась.
- Хорошо! Я покажу вам Алконост. Все идите за мной!- скомандовал восточный правитель.
***
Они шли по лабиринту из растений до тех пор, пока не пришли к золотой клетке, где сидела роскошная птица с огненным опереньем.
- Вот, моя красавица,- похвалился падишах.
У подружек рты по открывались от увиденного чуда. Первой пришла в себя жаба.
- Прекрасная Алконост,- обратилась она к птице,- Не могла бы ты, хоть чуточку, одарить меня счастьем? Спой, прошу тебя.
Но, гордая птица не издала ни звука в ответ и отвернула голову.
Кикиморочку несказанно рассердило такое поведение. Не обращая внимание на присутствие падишаха, нечисть набросилась на клетку.
- Ах, ты не хочешь петь?! Ну, я тебе покажу!
И она взялась трясти сооружение в разные стороны, обжигая при этом руки о перья невиданной птицы. Падишах бросился, чтобы остановить безумную, но было поздно. В какой-то момент крючок откинулся, дверца отворилась, и птице осталось лишь вспорхнуть, чем она и воспользовалась.
- Да будет вам известно, что я не птица Алконост. Я – Жар Птицею зовусь!- возвестила огненная красавица,- А теперь прощайте! Не ищите меня!
Сказала так и улетела.
Тогда, разгневанный падишах, как затопает ногами! Да, как закричит!
- Стража! Стража!!!
Снова прибежали стражники с саблями.
- Схватите их!- приказал хозяин дворца.
- Я! Я нечаянно!- оправдывалась Кикиморочка.
- Ква!- дополнила жаба.
Только на этот раз, никто их слушать не собирался. Пленённые подруги начали прощаться друг с другом. Они были уверены, что их казнят на месте, и очень удивлялись, почему падишах медлит отдавать такой приказ.
И в самом деле, правитель вместо этого призвал к себе всех мудрецов и одного звездочёта. Те беспрекословно явились к своему повелителю.
- Наивернейшие мои мурзы!- обратился к ним падишах,- Я собрал вас, чтобы узнать, как вы меня называете?
- О! Светлоокий!- в один голос произнесли мудрецы, видимо привыкшие к такому вопросу господина.
- А ещё?- спросил он второй раз.
- Бесподобный падишах!- хором похвалили мудрецы.
- Ещё?! Как вы называете меня, когда я должен принять важное решение?
- А-а-а! Наимудрейший!
- Вот! Скажите мне, мои мурзы, что полагается тому, кто причинит утрату моего имущества?
Собравшиеся испуганно переглянулись. Лишь звездочёт сказал совершенно спокойно: «Смерть»
Падишах поднял палец и повернулся к подружкам.
- Вы слышали?!- спросил он.
- Да, но, говорю же, что я не специально!- начала было вновь оправдываться Кикиморочка.
Однако, падишах её нетерпеливо перебил.
- Благословен сегодняшний день, я не лишу вас жизни!- произнёс он.
Все мудрецы, включая звездочёта, зааплодировали.
- Великодушный правитель!- принялись они хвалить наперебой.
- За это! Я принимаю решение, компенсировать потерю. Я посажу в золотую клетку, красавицу Квакшу Григорьевну!- объявил всем падишах.
- Справедливейший в мире!- поддержали его мудрецы.
Услыхав, что их не казнят, жаба как-то слишком быстро смирилась со своей участью. Она постоянно повторяла: «Мне всё равно. Мне всё равно»
Не согласной была одна Заморочная.
- Это произвол!- кричала кикимора,- Нельзя живое существо держать в клетке! Будь она даже тысячу раз золотой, всё равно нельзя!
Падишах лениво отмахнулся от этих слов.
- Вышвырните эту буйную за пределы моего дворца,- приказал повелитель.
Стражники всё исполнили. Кикимору вышвырнули, а жабу заточили вместо Жар Птицы.
Напоследок Кикиморочка успела крикнуть подруге: «Я спасу тебя! Я приду и освобожу!»
А Квакша Григорьевна, словно заведённая твердила: «Мне всё равно»
***
Оказавшись за пределами дворца, Кикиморочка озадачилась.
«Что же делать? Куда идти?- думала она,- Где помощь искать?»
Заморочная огляделась по сторонам. Впереди – ничего, справа тоже ничего, позади дворец, из которого её вытолкали, а слева то ли город, то ли деревня какая.
«Пойду туда»- решила кикимора.
Приблизившись на достаточное расстояние, нечисть поняла, что перед ней никакой не город и не деревня, а обычная хижина, перед которой сидел седовласый, слепой старец в тюбетейке.
- Дедушка, а ты тут один живёшь?- спросила у него Кикиморочка.
Старик встрепенулся и повернул в её сторону голову, будто зрячий.
- Почему один? Нет, конечно!- ответил он,- Разве ты не видишь, как многолюдны улицы нашего города?!
Кикимора удивилась, но спорить не стала.
- А что ты делаешь, дедушка?- спросила она.
- Разве не видишь?! Ослика пасу.
И снова Кикиморочка не поверила ему. Не было поблизости никакого осла.
Третий раз спросила нечисть старика:
- А разве ты не слепой, дедушка?
Тот усмехнулся в ответ:
- Города не видишь, ослика тоже. Ну, и кто из нас незрячий?
- Тогда научи меня быть как ты зрячей,- попросила Заморочная.
Она села рядом в позу лотоса, стараясь подражать старику.
- Хочешь научиться? Хорошо. Вот, тебе урок. Смотри не глазами, а сердцем,- посоветовал он.
Кикиморочка ничего не поняла.
«Каким таким сердцем?»- подумала Заморочная.
Старик наклонился в её сторону и начал вслушиваться. Через какое-то время он произнёс:
- Странное дело. Действительно нет у тебя сердца.
Кикиморочка едва не подскочила на месте.
- Да, кто же ты есть?! Ты и мысли мои читаешь?!- заверещала она.
- Не важно, кто я. Гораздо важнее, что привело тебя сюда?
Старик обратил всё внимание на кикимору, и та, поняв, что он прав, рассказала ему всю историю, приключившуюся с ней и Квакшей Григорьевной во дворце падишаха. Мужчина слушал, не перебивал, а только качал головой, как будто соглашаясь с собеседницей.
- А теперь, послушай меня,- сказал он, как только Кикиморочка закончила,- Если хочешь освободить подругу и не быть казнённой, сделай, как я скажу. Есть во дворце падишаха, в подвале, двадцать пять кувшинов. В двадцати четырёх из них огненная смерть от одного прикосновения. И лишь в одном заточён джин всемогущий. Исполняет тот джин любое желание, но только один раз.
- А как же я узнаю, в каком из кувшинов джин?- с блеском в глазах спросила Кикиморочка.
- Он единственный крестом помеченный, чтоб сам падишах не перепутал,- пояснил старец, и добавил,- Только будь осторожна с желанием. Не ошибись!
- Ладно,- махнула рукой кикимора, собравшись уходить.
- Возьми лепёшку на дорожку,- протянул ей старик что-то, одному ему видимое.
- Зачем она мне?- отмахнулась Кикиморочка.
- Дают – бери, а бьют – беги.
- У вас тоже так говорят?!
Не скрывая удивления, нечисть протянула руку. Её рот открылся ещё больше, когда она почувствовала что-то мягкое и тёплое.
- Теперь, иди! В добрый путь!- напутствовал старик.
После этого он отвернулся.
На короткое мгновение, Кикиморочке показалось, что видит она и ослика мирно пасущегося, и людные улицы большого города. А стоило один раз моргнуть, как видения исчезли.
Сунув невидимую, но тёплую лепёшку в карман, где хранился рюкзак Квакши Григорьевны, Кикиморочка заторопилась обратно во дворец.
***
Квакша Григорьевна, не переставая, страдала в золотой клетке. Падишах, осыпал её дорогими камнями самоцветными, увешал бусами из жемчуга, и даже корону ей на голову водрузил, только счастья это не приносило.
Напротив, давили на неё камни со всех сторон. И бусы, словно гири, тянули вниз. Корона же сковала бедняжке голову.
- Я не могу! Мне кажется, у меня скоро мигрень начнётся,- рыдала жаба.
- Зачем мигрень? Не надо тебе мигрень. Ну, что ты хочешь? Хочешь, персиков дам тебе покушать? Только не плачь, прошу тебя,- уговаривал её падишах.
- Не знаю я никаких персиков, всегда на болоте жила. Откуда на болоте персики?
- Так, я мигом тебе их принесу! Жди меня здесь, дорогая, Квакша Григорьевна!
И падишах убежал по лабиринту во дворец, чтобы приготовить жабе не только персики, но и другие угощения.
Лишь по счастливой случайности, Кикиморочка не столкнулась с правителем в лабиринте. Нечисть перемещалась так быстро, что стражники её не заметили.
Примчавшись к золотой клетке, она второй раз открыла дверцу. Достав оттуда Квакшу Григорьевну, Кикиморочка стряхнула с неё украшения и прочие драгоценности.
- Что ты делаешь?! Тебя казнят!- не на шутку перепугалась жаба за подругу.
Но, та приказала: «Молчи!»
С Квакшей Григорьевной в руках, кикимора тоже бросилась во дворец. Однако, не на кухню, а в подвал.
