Он не прятался в ночных тенях, не путал следы, не выискивал жертв по ночам так, чтобы застать их врасплох. Он неумолимо двигался по их следам, заставляя их самих прятаться, скрываться, убегать и бояться. Страх был главным помощником Корвуса. И чем сильнее боялась жертва, тем отчётливее она оставляла след.
Дом, у двери которого Корвус застыл дольше, чем у остальных, находился почти в самом центре небольшого городка. Трёхэтажное здание, чуть накренившееся вперёд, нависало над нежданным гостем, точно ожидая, когда тот исчезнет в его чреве. Не долго думая, Корвус толкнул дверь.
Здесь след стал более отчётливым. Он отдавал усталостью и слабостью, пропитался кровью. Запахи из комнаты, в которой произошло убийство, как и оставшиеся на вороте убитого, смешались в единый узел, и Корвус до сих пор не был уверен, по чьим следам идёт.
Дом пустовал. Огни не горели, света из окон было недостаточно, чтобы ясно вырисовать все черты. Воздух здесь после уличной сырости был сухим и пыльным. Красный ковёр был чист, лежал без единой морщинки – по нему, казалось, никто не ступал, прихожая убрана, двери, ведущие в комнаты, заперты. На пустующей стойке стояла надпись, но Корвус даже не стал её читать – в окруживших его запахах, опутавших весь опустевший постоялый двор, казалось нелепостью читать оставленные записки. Он сразу поднялся на второй этаж.
На лестничном пролёте его встретила первая точка в цепочке человеческих следов – прислонившись к стене, в углу сидела пожилая дама, её застывшее лицо было обезображено гримасой боли, а из разрезанного живота на пол и вниз по ступеням стекали кровь и внутренности. Корвус поморщился от вони, положил руку на эфес меча и прошёл мимо, кивнул умершей и мысленно пожелав ей спокойной дороги в мир Ахерона.
На второй этаж Корвус даже не стал заходить, хотя отчётливо слышал ещё несколько смертей. Он поднялся на третий, прислушался к тишине, осмотрел комнаты, выстроившиеся в ряд вдоль коридора под скошенной крышей, повернул в сторону, откуда исходил запах его жертвы, и пошёл до самого конца. Там, в комнате с одним крошечным окошком сбоку, у дальней стены он увидел молодого парня, сидящего на табурете.
Корвус молча вошёл, оглядел пустующие стены, сложенные в углу швабры, вёдра и прочие подсобные вещи и громко спросил:
– Как тебя зовут?
– Прям так сразу? С ходу? – парень нервно усмехнулся, подвинул ноги ближе к табурету и уставился куда-то вверх, избегая смотреть на своего преследователя. – Тайлер…
– Тайлер, – повторил Корвус, застыл, пройдя пару шагов от проёма, и глянул на парня. – Я не люблю тратить своё время, поэтому ты можешь рассказать мне, что знаешь, и я позволю тебе сдаться Совету самостоятельно.
Тайлер нервно усмехнулся, посмотрел Корвусу в глаза но тут же отвернулся:
– А есть другие варианты?
– Могу убить тебя прямо здесь и списать всё на несчастный случай. Устроит?
Даже в полутьме, с другого конца комнаты Корвус заметил, как задрожали колени парня.
– Не думаю… – еле слышно протянул парень, скрестив трясущиеся ноги и всё ещё избегая смотреть на Корвуса.
Даже при тусклом свете было видно, как некогда светлые волосы парня покрылись то ли пылью, то ли грязью. Корвус хотел бы думать, что это не кровь, но в этом здании всё настолько провоняло ею, что быть уверенным в чём-то было сложно.
– Вставай, и на выход.
– На выход?
– Да, – грубо пробасил Корвус, теряя терпение. – Или у тебя какие-то проблемы?
Корвус сделал несколько шагов вперёд и застыл, сморщив нос. Тайлер неестественно вздрогнул, открыл рот, пытаясь что-то проговорить, но слова нашёл не сразу. На улице поднялся сильный ветер, по стеклу забарабанили капли дождя. Корвус громко выдохнул, выискивая в своем уставшем сознании остатки терпения. Парень, кажется, уловил таящуюся в этом громком вздохе угрозу и тут же заговорил:
– Я… Я не могу сдвинуться…
– Хочешь, чтобы я подошёл? – переспросил Корвус, делая ещё один крошечный шаг вперёд. – Ты уверен? Я ведь могу обернуться, и тогда запросто откушу тебе голову.
– Я… я… – парень с трудом находил силы, чтобы шевелить языком. – Она… она меня обездвижила. Она решила оставить меня здесь, чтобы потянуть время…
– М-м, – протянул Корвус, поморщился от загустевшего смрада и снова повторил вопрос: – И ты хочешь, чтобы я подошёл к тебе? Прямо сюда? – он кивнул перед собой.
Парень не ответил, руки его дрогнули, а тусклый свет едва смог осветить сжатые губы. Корвус неспешно обошёл провонявшее пятно посередине комнаты – чутьё подсказывало ему, что это место стоит обойти. Даже сам воздух на этом месте, казалось, застыл в ожидании чего-то.
Чем ближе подходил Корвус, тем сильнее дрожал Тайлер. Вот он бросил короткий взгляд в сторону окна, и это не осталось незамеченным.
– Я уже запомнил твой запах, – протянул Корвус, уже почти подойдя к парню. – Если сбежишь, я встану на твой след.
– Д-да я и не думал.
Тайлер обернулся и вздрогнул – Корвус стоял уже рядом с ним. Он схватил парня за ворот, поднял с табурета и одним коротким движением срезал с промокшей куртки лоскут кожи.
– У тебя неделя, чтобы сдаться властям. – Корвус усадил своего никчёмного противника обратно на табурет, а полоску кожи убрал за пазуху. – После я встану на твой след. И я найду тебя, даже если ты будешь в другом мире. Понял? А сейчас, ответь на несколько вопросов. – Корвус присел перед ним на корточки, и его чёрные глаза встретились с напуганным взглядом парня. – Ты знаешь, кто такой Ильнар?
– Покровитель всех обездоленных и притеснённых, – точно заученную фразу отчеканил Тайлер. Заметив, как сдвинулись брови Корвуса, он поспешил добавить: – Ну, по крайней мере так говорят…
– Ты знаешь, где он?
– Нет… Почти никто не знает. Он только передаёт послания.
– А женщина, что была с тобой? Она знает?
– М-мэнэми, – Тайлер испуганно закивал. – Да, она должна знать. А ещё Эмери, Эмери наверняка знает! Он сын Ильнара. А ещё он Стужа!
– М-м, – Корвус задумчиво кивнул, его взгляд смотрел точно сквозь парня, точно видя уже совсем другие картины. – Мэнэми в этом городе?
– Я не знаю… Она оставила меня здесь… Я не знаю… Пару часов назад. И она сильно ранена. Не должна уйти далеко…
– Хорошо.
Корвус выпрямился и огляделся, пытаясь вычленить из кучи вони запах своей новой жертвы.
Тут за окном раздалось карканье ворона, а в следующее мгновение – воздух пронзил свист. Корвус успел укрыться у стены, автоматически притянув за собой парня. Это произошло в тот момент, когда стена рядом с соседней комнатой разлетелась вдребезги, извергая огненные языки. В кожу Корвуса врезались щепки, впились в руки и рёбра, оставили на лице длинные царапины. Когда грохот поутих, он, не обращая внимания на раны, схватил за ворот парня, тряхнул его и, нисколько не сомневаясь в его причастности к взрыву, сквозь зубы процедил:
– Неделя, и если я не услышу о твоём аресте, ты труп.
Он бросил парня на пол, а сам сиганул сквозь открывшийся проём в стене, где за запахом жжёного масла пытался уловить запах Мэнэми.
Взрыв оказался не таким разрушительным, как мог бы. Видимо, это и спасло Корвуса. А может, противники не рассчитывали, что он может учуять затаившуюся в воздухе угрозу. Но Корвус привык полагаться на своё чутьё, а не на зрение, поэтому продолжал двигаться вперёд даже сквозь тёмные комнаты.
Новый запах, тошнотворный запах порченной крови сейчас, когда Корвус уловил его, было тяжело спутать с чем-то. Его новая жертва, казалось, догадывалась об этом, так как её след отдавал сводящим челюсть запахом страха. Корвус поскрипел зубами, глядя на ведущую к выходу лестницу, и нехотя спустился и вышел на улицу.
К дому уже начали сбегаться люди. Огонь, вызванный взрывом, стремительно охватывал деревянный дом. Люди, уже спешащие потушить пожар, с ужасом смотрели на покрытого кровью мужчину в чёрном, выходящего из горящего здания.
Дождевая вода быстро смывала следы, и Корвус, не обращая внимания на охвативший толпу страх, поспешил по следу – прочь от главной улицы по тонущей в грязи и лужах дороге, в темноту.
Крики людей, пытающихся затушить пожар, казалось, были слышны во всём городе. Мимо Корвуса то и дело пробегали люди с вёдрами воды. Сапоги вскоре совсем промокли, покрылись толстым слоем грязи и затрудняли ходьбу, а дождь всё усиливался. Различать запахи становилось всё сложнее, Корвус несколько раз сворачивал на пустующие дороги без нужного следа, возвращался, снова находил нужный след. Всё сильнее отдавало страхом, и Корвус не торопился.
Цепочка следов скользнула меж одноэтажных изб почти на самой окраине города, повернула к центру и снова потянулась в сторону огромного столба пламени, который почти полностью поглотил дом и уже перебросился на соседние. Тут со стороны раздался громкий высокий крик, следом, перебивая разбивающиеся о лужи капли и треск огня, поднялся гул, отдалённо доносился мужской бас и высокие голоса женщин. Корвус не обращал на них внимания – он был всё ближе и ближе к цели.
Ему всё ещё встречались прохожие, пробегающие мимо то с полными, то с уже пустыми ведрами. Но тут кто-то подбежал к Корвусу и схватил за локоть.
– Господин, господин, там… – девушка осеклась, стоило Корвусу посмотреть на неё.
Это была та самая девушка из трактира. В её движениях и взгляде больше не было того чарующего обольщения. Остался только страх, им несло от неё ещё издали. Корвус поморщился и отдёрнул руку.
– Господин, там пожар… – почти шёпотом проговорила она. – Ваша…
– Я знаю, – поспешил перебить её Корвус. – Ничем не могу помочь.
Он вырвался из хватки и уже отвернулся, пытаясь уловить нужный запах среди окутывающего его страха, но тут почувствовал, как из ножен на поясе за спиной выскальзывает клинок. Корвус успел обернуться, когда девушка уже отпрыгнула с его клинком назад. Он схватился за рукоять меча, но застыл, глядя на то, как девушка, вместо того, чтобы нападать, громко завизжала и всадила нож себе в живот.
Воздух пронзила кровавая вонь, Корвус смотрел на девушку, осознавая увиденное, не замечая свидетелей, в ужасе кричащих где-то вдали, зовущих на помощь.
По промокшему платью с белым фартучком стекала кровь, затекала в рукава шерстяной туники. Девушка пошатнулась, лицо исказила нечеловеческая гримаса. Она вытащила нож из живота замахнулась и всадила его в себя снова. Корвус, не раздумывая, выхватил меч и отрубил девушке голову. Где-то над его головой раздался короткий женский крик.
Девушка с громким плеском повалилась в лужу, и Корвус тяжело выдохнул. Он смотрел на крыши домов, не обращая внимания на капли дождя, падающие с его клинка и сливающиеся с шумом ливня.
Несколько случайных очевидцев тут же побежали прочь от убийцы. Корвус, дождавшись, когда они уйдут достаточно далеко, склонился над девушкой и вытащил из её обмякшей кисти клинок и старательно вытер его об её белый фартучек. Лишь после он убрал его обратно в ножны и, не выпуская из рук окровавленный меч, поднялся и посмотрел в сторону, откуда услышал крик. Тёмные окна не подавали признаков жизни, и всё же Корвус знал, что там кто-то есть. И, вероятно, это и была его жертва.
Мысленно пожелав девушке спокойной дороги в мир Ахерона, Корвус поторопился внутрь здания, пока к месту преступления не сбежался народ.
После бесконечных поисков под дождём, оказаться в сухом доме было приятно. Здесь звуки не так сильно били по ушам, ветер не забирался под одежду. Корвус смахнул с лица капли дождя и поспешил наверх, уже зная, где спряталась Мэнэми.
Она сидела у лестницы на втором этаже, прижавшись к стене. Её одежда превратилась в лохмотья, шарф, окутывающий пол-лица и прикрывающий одну руку, не мог скрыть уродливого шва на скуле и дрожи. Сейчас она выглядела, как умирающий человек, обессиленный, сдавшийся, загнанный в угол. Но Корвус не отпускал клинка, вспоминая и западню с Тайлером, и взрыв, и последнее представление с девушкой-марионеткой.
– Мэнэми, значит. – Он тряхнул мечом, точно сбрасывая груз только что отнятой жизни. – У меня есть к тебе пара вопросов.
Мэнэми вздрогнула, издала приглушённый резкий хрип. Корвус не обратил на этот смешок никакого внимания и продолжил:
– Ты знаешь Ильнара?
– М-м… Дай подумать… – еле слышно промычала Мэнэми так, что Корвус едва разобрал. – Ильнар, Ильнар…
Она закашлялась, проговорила окончание фразы так тихо, что Корвус не расслышал.
– Говори громче, – приказал Корвус, сохраняя дистанцию.
– Ильнар! – Мэнэми выплюнула это имя с нечеловеческой ненавистью, а затем глянула на Корвуса, подняла голову так, чтобы он видел её ухмылку и спросила: – Подонок, который зарезал твоих детей?
И она разразилась громким хохотом, дёргая ногами и судорожно хватая воздух.
– Да, – ответил Корвус, когда женщина успокоилась. – Ещё один вопрос: ты знаешь, где он?
– О-о, – она покачала головой и прикрыла глаза. – Он там, где даже ты не сможешь найти его следы. Он зовёт нас иногда, но никто так и не смог понять, куда именно…
Корвус шагнул вперёд, с трудом проглатывая ненависть и злобу. Он остановился в нескольких шагах, держа клинок наготове.
– Я отпущу тебя, если ты поможешь его найти.
– М-м, – Мэнэми изобразила удивление на лице. – Какое лестное предложение! – она улыбнулась и помотала головой. – Но я, пожалуй, откажусь. Уж слишком мне нравится наблюдать за твоими страданиями и тщетными попытками…
Корвус нагнулся к ней, схватил за шарф и приподнял, чтобы со всей силы ударить об стену, но тут рука Мэнэми, всё это время накрытая шарфом, замахнулась, и в глаза Корвусу полетела едкая жидкость.
Глаза обожгло болью, он зажмурился, вслепую бросил женщину в стену, но та умудрилась вывернуться из шарфа и улизнуть. Раздался хрип, и Корвус рванул в сторону как раз вовремя, чтобы плевок Мэнэми пришёлся ему на щеку. Не церемонясь, Корвус махнул вслепую мечом. Раздалось несколько удаляющихся шагов, взмахи крыльев за окном, воздух колыхнулся, по полу резко шаркнул ботинок, Корвус выставил вперёд меч, принимая удар.
Клинки со звоном встретились, Корвус выхватил второй клинок и ударил рукоятью женщину под рёбра. Та снова отступила.
За спиной раздалось карканье Туатахи:
– Кидает нож!
Следом раздался еле уловимый свист, Корвус встал полубоком, выставил перед собой меч, но на этот раз не угадал – лезвие скользнуло по плечу и улетело куда-то за спину. Раздался злобный рык Мэнэми:
– Ах ты, сраная…
Корвус рванул вперёд, замахиваясь мечами туда, откуда только что доносился голос. Металл встретил мягкое сопротивление, короткий женский вскрик, шарканье и тут же – быстро удаляющиеся шаги. Когда они прозвучали где-то за углом, Корвус выдохнул и тыльной стороной ладони протёр глаза.
Рану на плече пекло. Корвус принюхался и выругался – несло ядом. Со стороны окна послышался беспокойный голос Туатахи:
– Всё в порядке?
– Отравленный клинок, – с отвращением бросил Корвус. – Придётся закончить быстро.
Туатахи за спиной недовольно проворчал:
– Не нравится мне это…
Корвус попытался открыть глаза, но тут же зажмурился – жжение усилилось, вместо очертаний помещения, Корвуса ослепили белые пятна. Раздалось щелканье клюва и очередное недовольное ворчание старого ворона:
– Что такое?
– Какую-то отраву в глаза плеснула, – недовольно признался Корвус, с трудом сдерживаясь, чтобы не начать растирать глаза. – Но ничего, – он поднял клинок, с которого капала свежая кровь, – теперь я смогу найти её даже вслепую.
Дом, у двери которого Корвус застыл дольше, чем у остальных, находился почти в самом центре небольшого городка. Трёхэтажное здание, чуть накренившееся вперёд, нависало над нежданным гостем, точно ожидая, когда тот исчезнет в его чреве. Не долго думая, Корвус толкнул дверь.
Здесь след стал более отчётливым. Он отдавал усталостью и слабостью, пропитался кровью. Запахи из комнаты, в которой произошло убийство, как и оставшиеся на вороте убитого, смешались в единый узел, и Корвус до сих пор не был уверен, по чьим следам идёт.
Дом пустовал. Огни не горели, света из окон было недостаточно, чтобы ясно вырисовать все черты. Воздух здесь после уличной сырости был сухим и пыльным. Красный ковёр был чист, лежал без единой морщинки – по нему, казалось, никто не ступал, прихожая убрана, двери, ведущие в комнаты, заперты. На пустующей стойке стояла надпись, но Корвус даже не стал её читать – в окруживших его запахах, опутавших весь опустевший постоялый двор, казалось нелепостью читать оставленные записки. Он сразу поднялся на второй этаж.
На лестничном пролёте его встретила первая точка в цепочке человеческих следов – прислонившись к стене, в углу сидела пожилая дама, её застывшее лицо было обезображено гримасой боли, а из разрезанного живота на пол и вниз по ступеням стекали кровь и внутренности. Корвус поморщился от вони, положил руку на эфес меча и прошёл мимо, кивнул умершей и мысленно пожелав ей спокойной дороги в мир Ахерона.
На второй этаж Корвус даже не стал заходить, хотя отчётливо слышал ещё несколько смертей. Он поднялся на третий, прислушался к тишине, осмотрел комнаты, выстроившиеся в ряд вдоль коридора под скошенной крышей, повернул в сторону, откуда исходил запах его жертвы, и пошёл до самого конца. Там, в комнате с одним крошечным окошком сбоку, у дальней стены он увидел молодого парня, сидящего на табурете.
Корвус молча вошёл, оглядел пустующие стены, сложенные в углу швабры, вёдра и прочие подсобные вещи и громко спросил:
– Как тебя зовут?
– Прям так сразу? С ходу? – парень нервно усмехнулся, подвинул ноги ближе к табурету и уставился куда-то вверх, избегая смотреть на своего преследователя. – Тайлер…
– Тайлер, – повторил Корвус, застыл, пройдя пару шагов от проёма, и глянул на парня. – Я не люблю тратить своё время, поэтому ты можешь рассказать мне, что знаешь, и я позволю тебе сдаться Совету самостоятельно.
Тайлер нервно усмехнулся, посмотрел Корвусу в глаза но тут же отвернулся:
– А есть другие варианты?
– Могу убить тебя прямо здесь и списать всё на несчастный случай. Устроит?
Даже в полутьме, с другого конца комнаты Корвус заметил, как задрожали колени парня.
– Не думаю… – еле слышно протянул парень, скрестив трясущиеся ноги и всё ещё избегая смотреть на Корвуса.
Даже при тусклом свете было видно, как некогда светлые волосы парня покрылись то ли пылью, то ли грязью. Корвус хотел бы думать, что это не кровь, но в этом здании всё настолько провоняло ею, что быть уверенным в чём-то было сложно.
– Вставай, и на выход.
– На выход?
– Да, – грубо пробасил Корвус, теряя терпение. – Или у тебя какие-то проблемы?
Корвус сделал несколько шагов вперёд и застыл, сморщив нос. Тайлер неестественно вздрогнул, открыл рот, пытаясь что-то проговорить, но слова нашёл не сразу. На улице поднялся сильный ветер, по стеклу забарабанили капли дождя. Корвус громко выдохнул, выискивая в своем уставшем сознании остатки терпения. Парень, кажется, уловил таящуюся в этом громком вздохе угрозу и тут же заговорил:
– Я… Я не могу сдвинуться…
– Хочешь, чтобы я подошёл? – переспросил Корвус, делая ещё один крошечный шаг вперёд. – Ты уверен? Я ведь могу обернуться, и тогда запросто откушу тебе голову.
– Я… я… – парень с трудом находил силы, чтобы шевелить языком. – Она… она меня обездвижила. Она решила оставить меня здесь, чтобы потянуть время…
– М-м, – протянул Корвус, поморщился от загустевшего смрада и снова повторил вопрос: – И ты хочешь, чтобы я подошёл к тебе? Прямо сюда? – он кивнул перед собой.
Парень не ответил, руки его дрогнули, а тусклый свет едва смог осветить сжатые губы. Корвус неспешно обошёл провонявшее пятно посередине комнаты – чутьё подсказывало ему, что это место стоит обойти. Даже сам воздух на этом месте, казалось, застыл в ожидании чего-то.
Чем ближе подходил Корвус, тем сильнее дрожал Тайлер. Вот он бросил короткий взгляд в сторону окна, и это не осталось незамеченным.
– Я уже запомнил твой запах, – протянул Корвус, уже почти подойдя к парню. – Если сбежишь, я встану на твой след.
– Д-да я и не думал.
Тайлер обернулся и вздрогнул – Корвус стоял уже рядом с ним. Он схватил парня за ворот, поднял с табурета и одним коротким движением срезал с промокшей куртки лоскут кожи.
– У тебя неделя, чтобы сдаться властям. – Корвус усадил своего никчёмного противника обратно на табурет, а полоску кожи убрал за пазуху. – После я встану на твой след. И я найду тебя, даже если ты будешь в другом мире. Понял? А сейчас, ответь на несколько вопросов. – Корвус присел перед ним на корточки, и его чёрные глаза встретились с напуганным взглядом парня. – Ты знаешь, кто такой Ильнар?
– Покровитель всех обездоленных и притеснённых, – точно заученную фразу отчеканил Тайлер. Заметив, как сдвинулись брови Корвуса, он поспешил добавить: – Ну, по крайней мере так говорят…
– Ты знаешь, где он?
– Нет… Почти никто не знает. Он только передаёт послания.
– А женщина, что была с тобой? Она знает?
– М-мэнэми, – Тайлер испуганно закивал. – Да, она должна знать. А ещё Эмери, Эмери наверняка знает! Он сын Ильнара. А ещё он Стужа!
– М-м, – Корвус задумчиво кивнул, его взгляд смотрел точно сквозь парня, точно видя уже совсем другие картины. – Мэнэми в этом городе?
– Я не знаю… Она оставила меня здесь… Я не знаю… Пару часов назад. И она сильно ранена. Не должна уйти далеко…
– Хорошо.
Корвус выпрямился и огляделся, пытаясь вычленить из кучи вони запах своей новой жертвы.
Тут за окном раздалось карканье ворона, а в следующее мгновение – воздух пронзил свист. Корвус успел укрыться у стены, автоматически притянув за собой парня. Это произошло в тот момент, когда стена рядом с соседней комнатой разлетелась вдребезги, извергая огненные языки. В кожу Корвуса врезались щепки, впились в руки и рёбра, оставили на лице длинные царапины. Когда грохот поутих, он, не обращая внимания на раны, схватил за ворот парня, тряхнул его и, нисколько не сомневаясь в его причастности к взрыву, сквозь зубы процедил:
– Неделя, и если я не услышу о твоём аресте, ты труп.
Он бросил парня на пол, а сам сиганул сквозь открывшийся проём в стене, где за запахом жжёного масла пытался уловить запах Мэнэми.
Взрыв оказался не таким разрушительным, как мог бы. Видимо, это и спасло Корвуса. А может, противники не рассчитывали, что он может учуять затаившуюся в воздухе угрозу. Но Корвус привык полагаться на своё чутьё, а не на зрение, поэтому продолжал двигаться вперёд даже сквозь тёмные комнаты.
Новый запах, тошнотворный запах порченной крови сейчас, когда Корвус уловил его, было тяжело спутать с чем-то. Его новая жертва, казалось, догадывалась об этом, так как её след отдавал сводящим челюсть запахом страха. Корвус поскрипел зубами, глядя на ведущую к выходу лестницу, и нехотя спустился и вышел на улицу.
К дому уже начали сбегаться люди. Огонь, вызванный взрывом, стремительно охватывал деревянный дом. Люди, уже спешащие потушить пожар, с ужасом смотрели на покрытого кровью мужчину в чёрном, выходящего из горящего здания.
Дождевая вода быстро смывала следы, и Корвус, не обращая внимания на охвативший толпу страх, поспешил по следу – прочь от главной улицы по тонущей в грязи и лужах дороге, в темноту.
Крики людей, пытающихся затушить пожар, казалось, были слышны во всём городе. Мимо Корвуса то и дело пробегали люди с вёдрами воды. Сапоги вскоре совсем промокли, покрылись толстым слоем грязи и затрудняли ходьбу, а дождь всё усиливался. Различать запахи становилось всё сложнее, Корвус несколько раз сворачивал на пустующие дороги без нужного следа, возвращался, снова находил нужный след. Всё сильнее отдавало страхом, и Корвус не торопился.
Цепочка следов скользнула меж одноэтажных изб почти на самой окраине города, повернула к центру и снова потянулась в сторону огромного столба пламени, который почти полностью поглотил дом и уже перебросился на соседние. Тут со стороны раздался громкий высокий крик, следом, перебивая разбивающиеся о лужи капли и треск огня, поднялся гул, отдалённо доносился мужской бас и высокие голоса женщин. Корвус не обращал на них внимания – он был всё ближе и ближе к цели.
Ему всё ещё встречались прохожие, пробегающие мимо то с полными, то с уже пустыми ведрами. Но тут кто-то подбежал к Корвусу и схватил за локоть.
– Господин, господин, там… – девушка осеклась, стоило Корвусу посмотреть на неё.
Это была та самая девушка из трактира. В её движениях и взгляде больше не было того чарующего обольщения. Остался только страх, им несло от неё ещё издали. Корвус поморщился и отдёрнул руку.
– Господин, там пожар… – почти шёпотом проговорила она. – Ваша…
– Я знаю, – поспешил перебить её Корвус. – Ничем не могу помочь.
Он вырвался из хватки и уже отвернулся, пытаясь уловить нужный запах среди окутывающего его страха, но тут почувствовал, как из ножен на поясе за спиной выскальзывает клинок. Корвус успел обернуться, когда девушка уже отпрыгнула с его клинком назад. Он схватился за рукоять меча, но застыл, глядя на то, как девушка, вместо того, чтобы нападать, громко завизжала и всадила нож себе в живот.
Воздух пронзила кровавая вонь, Корвус смотрел на девушку, осознавая увиденное, не замечая свидетелей, в ужасе кричащих где-то вдали, зовущих на помощь.
По промокшему платью с белым фартучком стекала кровь, затекала в рукава шерстяной туники. Девушка пошатнулась, лицо исказила нечеловеческая гримаса. Она вытащила нож из живота замахнулась и всадила его в себя снова. Корвус, не раздумывая, выхватил меч и отрубил девушке голову. Где-то над его головой раздался короткий женский крик.
Девушка с громким плеском повалилась в лужу, и Корвус тяжело выдохнул. Он смотрел на крыши домов, не обращая внимания на капли дождя, падающие с его клинка и сливающиеся с шумом ливня.
Несколько случайных очевидцев тут же побежали прочь от убийцы. Корвус, дождавшись, когда они уйдут достаточно далеко, склонился над девушкой и вытащил из её обмякшей кисти клинок и старательно вытер его об её белый фартучек. Лишь после он убрал его обратно в ножны и, не выпуская из рук окровавленный меч, поднялся и посмотрел в сторону, откуда услышал крик. Тёмные окна не подавали признаков жизни, и всё же Корвус знал, что там кто-то есть. И, вероятно, это и была его жертва.
Мысленно пожелав девушке спокойной дороги в мир Ахерона, Корвус поторопился внутрь здания, пока к месту преступления не сбежался народ.
После бесконечных поисков под дождём, оказаться в сухом доме было приятно. Здесь звуки не так сильно били по ушам, ветер не забирался под одежду. Корвус смахнул с лица капли дождя и поспешил наверх, уже зная, где спряталась Мэнэми.
Она сидела у лестницы на втором этаже, прижавшись к стене. Её одежда превратилась в лохмотья, шарф, окутывающий пол-лица и прикрывающий одну руку, не мог скрыть уродливого шва на скуле и дрожи. Сейчас она выглядела, как умирающий человек, обессиленный, сдавшийся, загнанный в угол. Но Корвус не отпускал клинка, вспоминая и западню с Тайлером, и взрыв, и последнее представление с девушкой-марионеткой.
– Мэнэми, значит. – Он тряхнул мечом, точно сбрасывая груз только что отнятой жизни. – У меня есть к тебе пара вопросов.
Мэнэми вздрогнула, издала приглушённый резкий хрип. Корвус не обратил на этот смешок никакого внимания и продолжил:
– Ты знаешь Ильнара?
– М-м… Дай подумать… – еле слышно промычала Мэнэми так, что Корвус едва разобрал. – Ильнар, Ильнар…
Она закашлялась, проговорила окончание фразы так тихо, что Корвус не расслышал.
– Говори громче, – приказал Корвус, сохраняя дистанцию.
– Ильнар! – Мэнэми выплюнула это имя с нечеловеческой ненавистью, а затем глянула на Корвуса, подняла голову так, чтобы он видел её ухмылку и спросила: – Подонок, который зарезал твоих детей?
И она разразилась громким хохотом, дёргая ногами и судорожно хватая воздух.
– Да, – ответил Корвус, когда женщина успокоилась. – Ещё один вопрос: ты знаешь, где он?
– О-о, – она покачала головой и прикрыла глаза. – Он там, где даже ты не сможешь найти его следы. Он зовёт нас иногда, но никто так и не смог понять, куда именно…
Корвус шагнул вперёд, с трудом проглатывая ненависть и злобу. Он остановился в нескольких шагах, держа клинок наготове.
– Я отпущу тебя, если ты поможешь его найти.
– М-м, – Мэнэми изобразила удивление на лице. – Какое лестное предложение! – она улыбнулась и помотала головой. – Но я, пожалуй, откажусь. Уж слишком мне нравится наблюдать за твоими страданиями и тщетными попытками…
Корвус нагнулся к ней, схватил за шарф и приподнял, чтобы со всей силы ударить об стену, но тут рука Мэнэми, всё это время накрытая шарфом, замахнулась, и в глаза Корвусу полетела едкая жидкость.
Глаза обожгло болью, он зажмурился, вслепую бросил женщину в стену, но та умудрилась вывернуться из шарфа и улизнуть. Раздался хрип, и Корвус рванул в сторону как раз вовремя, чтобы плевок Мэнэми пришёлся ему на щеку. Не церемонясь, Корвус махнул вслепую мечом. Раздалось несколько удаляющихся шагов, взмахи крыльев за окном, воздух колыхнулся, по полу резко шаркнул ботинок, Корвус выставил вперёд меч, принимая удар.
Клинки со звоном встретились, Корвус выхватил второй клинок и ударил рукоятью женщину под рёбра. Та снова отступила.
За спиной раздалось карканье Туатахи:
– Кидает нож!
Следом раздался еле уловимый свист, Корвус встал полубоком, выставил перед собой меч, но на этот раз не угадал – лезвие скользнуло по плечу и улетело куда-то за спину. Раздался злобный рык Мэнэми:
– Ах ты, сраная…
Корвус рванул вперёд, замахиваясь мечами туда, откуда только что доносился голос. Металл встретил мягкое сопротивление, короткий женский вскрик, шарканье и тут же – быстро удаляющиеся шаги. Когда они прозвучали где-то за углом, Корвус выдохнул и тыльной стороной ладони протёр глаза.
Рану на плече пекло. Корвус принюхался и выругался – несло ядом. Со стороны окна послышался беспокойный голос Туатахи:
– Всё в порядке?
– Отравленный клинок, – с отвращением бросил Корвус. – Придётся закончить быстро.
Туатахи за спиной недовольно проворчал:
– Не нравится мне это…
Корвус попытался открыть глаза, но тут же зажмурился – жжение усилилось, вместо очертаний помещения, Корвуса ослепили белые пятна. Раздалось щелканье клюва и очередное недовольное ворчание старого ворона:
– Что такое?
– Какую-то отраву в глаза плеснула, – недовольно признался Корвус, с трудом сдерживаясь, чтобы не начать растирать глаза. – Но ничего, – он поднял клинок, с которого капала свежая кровь, – теперь я смогу найти её даже вслепую.
