Наги - жестокие, коварные, жаждущие подчинить весь мир. Вы тоже так думаете? Тогда пора познакомиться с Арнитом - нагом-трубадуром. Настолько необычным нагом, что радужная фея подарила ему невероятную способность превращаться в... Впрочем, это большая, нет огромная тайна! И узнать её сможет только племянница короля в царстве людей...
ЧЕШУЙКА ПЕРВАЯ
- На поляне, меж ромашек,
Я лежу и пеньем пташек
Наслаждаюсь каждый миг.
Как прекрасен этот мир!
- звонко разносилось над поляной. Невидимый обладатель почти идеального слуха и весьма приятного голоса на мир задумался, залюбовавшись взлетающей с цветка стрекозой и продолжил сочинять песню, -
С василька слетает стрекоза,
Солнца луч играть меня позвал,
И нектаром угостит меня пчела,
Как она пушиста и мила…
(…Полные тексты песен даны в конце истории, в отдельном приложении. Желающие могут ознакомиться, но автор не настаивает. Арнит же, напротив, настаивает, что читать подобное существам, не подготовленным к особенностям восприятия мира нагами, и вовсе не следует)…
- Опять поёшь! – раздалось сверху угрожающее.- Неподобающее поведение для племянника величайшего из величайших верховных правителей!
- Семиюродного племянника, - попытался возразить выбравшийся из цветочных зарослей молодой наг. Его тёмные волосы растрепались, в одной из прядей запутались лепестки красного цветка, удивительно гармонично совпадающие по цвету с накинутой на голую кожу жилеткой.
Старший и младший родственник оба поднялись, опираясь на острый кончик хвоста, но после опустились вниз, позволив нижней части туловища скрутиться тугими кольцами. Глядя на них, никто не усомнился бы в родстве чуть раскачивающихся змеелюдов. Каждый обладал мускулистым телом, левые руки у обоих украшены татуировками. Чёрные прямые волосы, высокие лбы, немного раскосые глаза и упрямое выражение лица. Старший наг приподнялся чуть выше, седая прядь особенно выделялась на тёмных волосах. Он смотрел на младшего сверху вниз на едва достающего ему до плеча родственника.
- Месяц назад, Арнит, - ворчливо начал он, - я в очередной раз предложил вспомнить наши традиции и начать заниматься достойным делом для истинного нага. Ты отказался вступить в касту воинов, не захотел стать мудрым наставником, роль тренера юных нагов тебе тоже не понравилась.
- Дядя Тешир, я люблю цветы. Фрукты. Варенье.
- И сочинять песни. Я в курсе твоих увлечений. Вот только ты забываешь одну маленькую чешуйку, - мой племянник, даже троюродный, не может заниматься какими-то цветочками! И я же просил не называть меня дядей! То, что мы связаны хвостами с семьей почтенной Нарустионы, не даёт тебе право показывать близость кладок.
- Да, Тешир. Но я люблю цветочки! - уже достаточно жалобно произнёс молодой наг.
- Прекрасно. Люби. Только на пользу рода. Вот сползай в царство двуногих, подари им змеиный цветок счастья. На помолвку старшей дочери правителя Октавии.
- Со мной? – с искренним ужасом спросил Арнит.
- Рассохшаяся чешуя! Нет, конечно! Что за глупость пришла тебе в голову? Или ты влюбился? – подозрительно уточнил старший родственник.
- Я? Нет!
- А вроде недавно в твоём исполнении что-то про любовь и зонты… слушал… Как же там…
«Тебя зонтом был укрывать я рад,
Тогда тебе был зонт мой очень нужен.»
- Дядя, это просто настроение было лирическое..
- То есть ты совершенно точно ни в кого не влюблён?
- Совершенно точно!
- Прекрасно! Значит, ничего не помешать начать собираться в дорогу.
- Но царство двуногих! Но до него же добираться множество колец!
- А ты куда-то торопишься? – ехидно поинтересовался старший родственник.
Младший был вынужден отрицательно покачать головой. Просто ему так не хотелось уходить, точнее уползать куда-то!
- Но у нас же нет дипломатических отношений с двуногими! – нашёл аргумент Арнит.
- Уже есть. Ты слишком увлекся своими цветочками, что пропустил заключение договора о сотрудничестве. И первым пунктом как раз стало создание уникального сада, невеста старшего сына правителя двуногих увлекается флористкой.
- Я должен отбить старшую невесту? Ни за что!
- Змеиные боги! За что мне достался такой племянник? Кто тебя просит отбивать? Очаровать, показать, что наги - милейшие существа, и не стоит их бояться только из-за наличия хвостов.
- Конечно, чего нас бояться. Просто для всех наги злобные и кровожадные, готовые напасть в любую минуту.
- Мы - лучшие воины и маги, - довольно подтвердил Тешир. – А ещё стратеги и тактики. Так что прекращай спорить и отправляйся. Постарайся добраться к двуногим к золотому или хотя бы началу белого времени.
Арнит понял, что оказаться не получится. И отправился собирать вещи.
Правда, сначала достал свой блокнот и самописное перо.
….Листьев кружево осень неспешно
Примеряет на ветки берёз.
Вишню, яблоню, дуб и черешню
Принарядит.
Послушай, Мороз,
Не спеши белоснежной фатою
Ветки тонкие их прикрывать.
Ветру дай покрывало цветное
В облаках от души погонять…
Стихи подарили радость, но вещи от этого сами в сумку не прыгнули. Так что, вздохнув, наг-трубадур занялся делом. Хорошо ещё, что заклинание уменьшения и облегчения было вшито в каждую походную сумку и связывало её содержимое с пространственным карманом. Так что тащить, надрываясь, чемоданы одежды или запасы продуктов, нужды не было. Первым делом молодой маг упаковал бережно то, что было для него самым важным: свой любимый музыкальный инструмент, обновляющий страницы блокнот с запасом ручек и карандашей. Конечно, было у Арнита и самопишущее перо, но работало оно хорошо при стабильной магии. А где гарантия, что в царстве двуногих чары не будут сбоить?
Убедившись, что самое ценное находится в сумке, наг небрежно закинул в неё несколько походных наборов. Посмотрел на доставленный из дворца владыки огромный цветочный горшок. Вздохнул, создал сохраняющий купол, чтобы ни единый листик не пострадал и аккуратно упаковал в специальный мешок.
ЧЕШУЙКА ВТОРАЯ
Человеческие земли нага не впечатлили. Дома и разнообразия растений было больше, и краски ярче. Возможно, если бы не необходимость совершать путешествие тайно, он бы больше оценил окрестные красоты: и луга, и поля, и золотистые колосья...
Он скользил по тропинке, любуясь жёлтыми, оранжевыми и красными листьями. Нагараджлока – родное королевство – всегда весна и лето. Постоянно цветущие и плодоносящие растения радовали глаз
И до путешествия в земли людей Арнит считал , что лучшего места на земле на найти. Но теперь он наслаждался каждой минутой, проведенной в этом осенннем лесу. Шуршащие падающие листья падали так музыкально, что казалось, что они рассказывают какую-то историю.
Холодный осенний ветер сорвал с клёна листья, закружил, разбросал.
Красный листок закинул в форточку и приземлил в горшке с кактусом. Зацепился красный лист тонким черенком, и стало казаться, что колючее растение зацвело.
Желто-оранжевый лист, чуть скрученный озорным ветерком, проскочил над лужей, перелетел ручей, взметнулся к облакам, зацепился за край тучи, добрался с ней до моря и плавно опустился на белый гребешок волны. И поплыл маленьким золотым корабликом в неведомые дали.
А зелёный маленький листик остался на дереве, чтобы перед долгим зимним сном успеть позвать лето.
Один лист и вовсе был совсем необычный. Серединка красная, левая сторона- жёлтая, правая- оранжевая, а у хвостика треугольник зелёный. Этот разноцветный лист упал на нос нагу, да так, что Ар чихнул от неожиданности. Снял листочек, рассмотрел внимательно и аккуратно положил между листочками тетради. Туда Арнит собирался записывать новые стихи. И этому листочку собирался посветить тоже несколько строк.
Амулет невидимости позволял передвигаться в истинном облике и избегать ненужных встреч, но каждый день только ползти и ползти так скучно!
Конечно, всех нагов учили выживать в любых ситуациях. Так что Арнит вполне спокойно мог и шалаш сплести, и развести костёр, не используя чары. Но как же ему не нравилось этого делать!
Вдохновения тоже отчего-то тоже не спешило радовать.
Оставив попытки в очередной раз сочинить торжественную оду красоте природы, Арнит просто решил достать свою любимую дудочку, захваченную из дома. Он начал со знакомых мелодий, после принялся сочинять что- то новое. Время летело незаметно, и только когда прохлада коснулась рук, держащих музыкальный инструмент, наш герой сообразил, что наступил вечер. Где-то поблизости раздалось «ква» и Арнит тут же сочинил:
Болото чавкало, сопело,
Пускало тиной пузыри.
Оно скрипучей кочкой пело
В предверье утренней зари.
И дружно квакали лягушки,
Квакучий создавая хор,
А около лесной опушки
Сидела жаба-дирижёр.
Муза решила расщедриться и подарила ещё несколько новых строк.
Смеркалось. Розовость заката
Смывал холодный резкий дождь,
Как будто шел со мной куда-то,
И тоже ждал, что ты придёшь,
Лучом разгонишь в небе тучи.
И будет лёгкий дождь грибной
Смеясь, бежать от горных кручей
И прыгать в лужах за тобой.
- Грибы! – хлопнул по себя по лбу Арнит, вспомнив, что собрал по дороге достаточное количество крепеньких толстых грибочков с толстыми белыми ножками и коричневыми шляпками. Начертил круг, посыпал окружность землей, превратив её заклинанием в маленькую крепостную стену. Сложил шалашиком крупные ветки, положив вниз щепки и прочую сухую «мелочь». Запалив огненным камнем небольшой костерок, он нанизал грибы на палочки, предварительно обильно смочив их при помощи водяного артефакторного камня. Обрадовался, обнаружив неизвестно как сохранившийся дикий чеснок и добавил луковицы на деревянный «шампур». Посыпал взятыми в запас солью с перцем и расположил над лепестками пламени, следя, чтобы бы то не сожгло ужин.
Вышло чуть суховато. Но Арнит никогда не был привередой в еде. К тому же присутствовать на официальных приёмах он не любил, появляясь там только в случае большой необходимости. А гуляя целыми днями, привык обходится взятыми с собой булочками или бутербродами, плюсуя к трапезе найденные дары природы. После грибного перекуса настроение улучшилось, да и Муза стала более благосклонной. И наг-трубадур принялся тихонько напевать.
Темнеет. Кажется, с полей
Пшеницы слышу я шуршанье,
И робко юный соловей
Поёт в любви своей признанье.
И в час неведомый ночной
Я слышу музыку повсюду,
И образ вижу милый твой,
Надеюсь на явленье чуда…
Правда, вдохновение иссякло так же внезапно, как и появилось.
- А ты хорошо играешь, хвостомуз, - раздался мелодичный голос.
ЧЕШУЙКА ТРЕТЬЯ
Наг обернулся. Неподалёку порхала фея с прозрачными крылышками. Хотя нет, они казались прозрачными лишь до тех пор, пока на них не падали лучи уходящего солнца, и тогда они начинали переливаться всеми цветами радуги. При этом о привычном чередовании по считался выученной в детстве поговорке - край отнариуса жалом змеиным гонит сизые фрелии - можно было забыть. Жёлтый сменял синий, появлялся оранжевый, за ним зелёный, потом возникал опять жёлтый, перетекал в фиолетовый… Происходила смена цветов так быстро, что, что у нага зарябило в глазах. Но больше «неправильной» радуги Арнита удивила одежда сказочной малютки. Вместо прозрачного платья с широкой пышной юбкой на ней были брючки и рубашка, а палочка подозрительно напоминала учительскую указку. Выглядело странно, но на крылатой гостье этот наряд смотрелся весьма гармонично.
Задумавшись, маг перестал дуть. Мелодия смолкла.
- И что ты остановился? Играй! - прозвучало капризно – требовательно.
- Не могу, честно признался наг, твои крылья так резко меняют цвет, что в глазах рябит.
- Так играй с закрытыми глазами, - без тени сомнения посоветовала крылатая малютка.
К собственному удивлению, наг послушался. Сел поудобнее, поднес к губам фларуэту (флейту) заиграл. С закрытыми глазами легко было представить дом, и укромные местечко, где он прятался от дядюшки и прочих родственников, полагающих, что они гораздо лучше знают, как устроить судьбу молодого родственника советника владыки. Мелькнул образ родителей, обнимающих его и обещающих, что все будет прекрасно. Мелькнул и исчез, зато глаза наполнились слезами, и несколько, не удержавшись, скатились по щекам.
Мелодия снова оборвалась.
- Ты не похож на других змеелюдов, - сообщило крошечное создание. - У тебя доброе сердце. Поэтому я помогу тебе. Протяни левую руку. – Не открывая глаз, наг опять послушался. Это же сон? А во сне может всё, что угодно… А фея чуть встряхнула крыльями, хлопнула в ладоши, и радужная пыльца закрутилась, затем уплотнилась, превращаясь в кольцо. Надев необычное украшение на мизинец Арнита ( подошло точно по размеру) крылатая малышка серьёзно сказала :
- Полностью доверяй только тем, кто мой подарок сможет увидеть. И я могу исполнить одно, только одно желание, самое важное для тебя. Подумай хорошенько.
Арнит улыбнулся и, решив, что во сне можно попросить о чём угодно, сказал:
- Я хочу становиться тем, о ком пою. Хотя бы ненадолго.
- Что ты хочешь, хвостомуз? – фея так удивилась, что на несколько мгновений просто застыла в воздухе. – Порхать листочком, расти цветочком, капать дождиком?
- Почему цветочком и листочком? – собственное видение отчего-то перестало нравится Арниту.
- А как ты хотел? Сочинил про цветочек, стал цветочком… Ладно, развеселил ты меня! Да и музыку сочиняешь красивую…. Запоминай. Если захочешь превратиться в кого-то, произнеси три раза про себя «морфо, морфо, морфо», а захочешь вернуть облик произнеси это слово наоборот.
- Офром? А если я забуду?
- Скорее всего, через какое-то время станешь собой. Трансформация – волшебство сложное, для длительного действия нужно кучу маго формул составлять. А мне такой ерундой заниматься некогда. Так что хочешь – пользуйся. Или не пользуйся. Ах да, не вздумай рассказывать, что ты общался с радужной феей!
- Почему?
- Потому что мы бываем только в сказках! - С этими словами фея рассмеялась ( смех был похож на звон маленького хрустального колокольчика), взмахнула крылышками, щедро обсыпав музыкальные инструмент, а заодно слегка и самого нага, пыльцой. А когда Арнит открыл глаза, никого рядом не было. Вот только фларуэта сияла и искрилась, да и на левой ладони медленно тускнели семь разноцветных полосок, а радужное кольцо всё также крепко обнимало мизинец.
Решив, что размышления, привиделась ему фея или нет, ничем особо не помогут, Арнит быстро организовал себе ночлег и мгновенно уснул.
ЧЕШУЙКА ЧЕТВЁРТАЯ
Сон был странный. Девочка с кудряшками держала в руках блюдечко, полное розового густого варенья, в котором просматривались прозрачные цветочные лепестки. У девчушки был маленький курносый носик, покрытый веснушками, ямочки на щеках, а на левом виске - маленькая родинка в форме резного листика. Цвет родинки переливался оттенками оранжевого, красного и зелёного. Внезапно в сон ворвался Тешир, чуть ли не носом ткнулся в родинку и произнёс:
- Значит, дар ещё не стабилизировался.
- Какой дар? – спросил молодой наг, позабыв, что находится не в реальности, а сновидении. Но старший родственник ответил.
