На третьем этаже они свернули пару раз и оказались в длинном коридоре с рядом дверей. Надо же, а он и не знал! Интересно, кто-нибудь из парней в курсе?
Несколько шагов, щелчок замка, и они вошли внутрь. Лира включила свет, оказавшийся сильно приглушённым, вновь заперла дверь, расцепила их пальцы и прошла вперёд. Пока Вадик со всё нарастающим возбуждением рассматривал огромный траходром с коваными спинками, застеленный тёмно-красным покрывалом — не пошлым, а каким-то манящим, — Лира дошла до кресла и села.
И что теперь? С любой другой девушкой вопросов возникнуть не могло — они бы начали целоваться, едва закрылась дверь. И присядь Лира на кровать, он тоже понял бы, что делать. А так — застыл, как дурак, посреди комнаты, не решаясь на какие-либо действия. Не похоже на него. Необычно, и выбивает из равновесия.
— Ну что, на колени-то вставать будешь? Теперь никто не увидит, кроме меня.
Вся её поза выражала ожидание: нога закинута на ногу, локоть на подлокотнике, а ладонь подпирает подбородок. Задумчивый и самую чуточку насмешливый взгляд скользил по его телу, вызывая желание поёжиться. Но Вадик хотел эту недоступную красотку до боли в яйцах и ради сохранения её интереса готов был… на многое. Одно то, что он не вскинулся агрессивно-язвительно, как обычно бывало при любых признаках давления, говорило о многом. А она давила, и явно сознательно. Но как-то иначе, непривычно. Не грубо и внаглую, а мягко, нежно, что ли, так, что сопротивляться и не хотелось. Ещё бы понять, чего этим добивается?
Вздохнув, он решительно встал на колени и упрямо выпятил подбородок. Удивление, ярко полыхнувшее во взгляде Лиры, откровенно порадовало, заставляя гордиться собой. Не ожидала? А он, мля, мужик, и держит слово! И вообще… Вернувшаяся было уверенность вдребезги разбилась от тихого смеха. Он тут… А ей смешно?! Даже давление возбуждения немного спало, так обидно стало.
— Не обижайся, мальчик. Я действительно не верила, что решишься. Ты забавный.
Каждое слово било по раздраконенному самолюбию, но зацепился он только за одно.
— Я не мальчик! И вообще, меня Вадим зовут.
— Да? И сколько же «не мальчику» Вадиму лет?
Соврать не получилось, вот совсем. Как она это чувствует?! А ведь ему просто не хотелось выглядеть молокососом рядом с такой женщиной. Хотя, с другой стороны, какая разница для секса-то? Совершеннолетний, и ладно. Конечно, он попытался завысить возраст, и, конечно, Лира его вычислила. Пришлось говорить правду.
— Молодец. Ещё одно слово лжи, и у нас бы точно ничего не было.
А так — будет?! Хотелось уже либо продолжения, либо чтоб отшила окончательно. Вадим совершенно не понимал своих реакций. Она любит правду? Хорошо.
— Чего ты хочешь? Я ведь сказал, что готов на всё за помощь, а уж за «не только» помощь…
Обращение на «ты» вызвало недовольную вспышку в глубине серых глаз, взгляд словно предостерегал, однако тут Вадим решил проявить упрямство. Хоть в чём-то. Да и глупо это, обращаться на «вы» к девушке, с которой собираешься переспать.
— Так ли и на всё? Даже отдать полный контроль в мои руки?
Это как? Чтоб она сверху была, что ли? Да пожалуйста, лишь бы уже ситуация куда-то сдвинулась. Обладать этой девушкой хотелось до звона в… голове. Лира легко поднялась, подошла ближе и подцепила пальцами его подбородок, поднимая голову, хоть он и так не отводил от неё взгляда.
— Под полным контролем я имею в виду действительно полный. Ты не сможешь ничего предпринять, руки будут скованы, и кончишь только тогда, когда я это разрешу.
По мере перечисления, глаза у него едва на лоб не полезли, а в памяти мелькнули девицы и откровенные тётки в чёрном латексе или корсетах, с плётками. Было дело — смотрел, читал. Ну а кто в нынешнее время не интересуется всяким странным, а то и откровенно запретным? При друзьях-знакомых вслух возмущаются развращённости современников или едко высмеивают всяких «недоумков», а дома, тайком, просматривают сайты с пикантным и порочным содержимым. Вадик рефлекторно облизнул вмиг пересохшие губы, даже дыхание на мгновение перехватило.
— Вы — эта, как их, доминантка, что ли?
Как-то само собой получилось вновь сказать «вы». Лира медленно наклонилась, приблизив лицо, не отпуская из плена глубокого взгляда, такого насмешливого и стального одновременно.
— Вообще-то, правильно — Домина. А если и так? Сбежишь?
— Охереееть… — и тут же: — Не сбегу!
Сам себе он врать не привык: просматривая ролики, хотелось побывать на месте этих связанных мужчин, понять, от чего они так прутся, что бы с ними ни делали. На плётку или, там, ремень по спине или заднице он, конечно, не готов — стрёмно это, страшновато. Но просто отдаться в умелые властные руки? Лире — без сомнения. От другой, может, и сбежал бы. Или нет. Он пока сам не мог понять своё отношение к абстрактной ситуации. Зато в нынешней — не сомневался.
Тут в памяти всплыла ещё одна картинка, от которой мгновенно бросило в жар: как женщина с закреплённым на бёдрах, здоровенным фаллоимитатором трахала парня. Волоски на шее встали дыбом. Но Лира ведь не захочет…? Или… О подобном Вадик раньше даже не задумывался. Посмотрел и посмотрел, подрочил, закрыл вкладку и забыл, сосредоточившись на обычных девчонках, которых, слава богу, для секса всегда хватало. Но сейчас внезапная мысль, что такое с ним может сделать девушка, сильно взбудоражила. И опять же — эта, конкретная девушка. В животе скрутился узел, и Вадим не понимал — отвращение это, или всё же усилившееся возбуждение.
— Как интерееесно…
Пристальный серый взгляд отпустил, пальцы исчезли с подбородка, а Лира вернулась в кресло и задумчиво на него посмотрела.
— Можешь не бояться — ничего страшного я не сделаю. Никто новичков обычно не пугает, а ты однозначно новичок. Я же права? — в чём новичок? В отношениях с такими странными, но заводящими с пол-оборота женщинами? Несомненно. Лира дождалась подтверждающего кивка и с улыбкой продолжила: — Не волнуйся, будет только приятно, но на моих условиях. Ты же не запаникуешь, оказавшись скованным и беспомощным? — страшновато, но Вадик упрямо мотнул головой в отрицании. Как-то у него сегодня проблемно с красноречием. — Единственное, что от тебя потребуется — полное подчинение моим желаниям. Сможешь?
Он бы подумал, что его берут на слабо, но взгляд Лиры вмиг стал предельно серьёзным. Попробовать? Разумеется! Иначе он никогда не простит себе упущенной возможности испытать что-то необычное. Тем более — с ней! И ему же сказали, что ничего страшного не будет. Очередная вспышка памяти заставила вскинуться.
— А это, слово, ну, для остановки, оно же нужно?
Девушка удивлённо моргнула, потом откинула голову и громко расхохоталась. Что смешного-то? Он же читал…
— Стоп-слово, несомненно, необходимо. На сессиях, экшне. У нас же просто будет секс, слегка приправленный пикантными деталями. Но если тебе так спокойнее… Когда поймёшь, что действительно хочешь всё остановить, скажешь «красный», это стандартное слово. Тогда на все остальные просьбы остановиться я не буду обращать внимания. Идёт?
Вадик заторможенно кивнул: с чего бы ему просить остановиться, если ничего «такого» не ожидается, а он хочет девушку до полного отказа мозгов? Определённо, Лира, с её склонностью говорить открыто и легко о вещах, которых девчонки обычно стесняются, заставляла его теряться.
— Вот и славно. Теперь встань и разденься, полностью.
Блииин… А она? Так и будет сидеть? Судя по ожидающему взгляду — да. Непривычно, но стоило начать выполнять приказ — просьбой это ну никак не воспринималось, — как возбуждение вспыхнуло с новой силой. Вот как так, а? Разум метался, а пальцы нервно выдёргивали рубашку-поло из-под пояса джинсов.
— Не спеши, у нас полно времени.
Хочет подобие стриптиза? Ладно. Уж чего-чего, а собственного тела Вадик никогда не стыдился. Ему вообще нечего в себе стыдиться — природа не поскупилась. Сосредоточив внимание на неспешных движениях, опомнился, только действительно оставшись полностью обнажённым перед сидящей в кресле девушкой. Накатило не то что стеснение, но волнение — что дальше-то?
— Убери руки за спину, можешь сцепить пальцы. Так легче?
Он подчинился, осознав это уже после исполнения очередного приказа. И кивнул — действительно, сразу стало легче. Лира снова встала и медленно подошла к нему, осматривая с явным одобрением. Это… льстило. Тёмно-красный лак и без приказа притягивал внимание к ногтям, сначала легонько прошедшимся по животу, вызывая приятную щекотку, а потом с нажимом — по груди, почти царапая. Раньше, когда девчонки в порыве страсти оставляли полосчатые следы, это почему-то не воспринималось так остро. Может потому, что он не следил пристально за движением пальцев, не ждал этой лёгкой, будоражащей боли?
Охренеть… Стоит тут, весь такой голый и с членом наперевес, а она — полностью одета, скользит по его телу жадным взглядом и не менее жадными руками. Возбуждает, трындец как, неимоверно! Именно поэтому он, как послушный телок, позволил повалить себя на кровать, поднять руки к изголовью и заковать их в наручники. В самом деле, такая малость, а ощущение полной беспомощности. И это не верёвки, которые можно попытаться разорвать или, на худой конец, развязать. Не вырвешься.
Теперь только и остаётся, что подчиняться тихим приказам и ласковым рукам, делающим такое, чего никто и никогда с ним не делал. Заставляющим стонать от мучительного удовольствия и умолять… продолжать. Правда, чтобы получить всё это, пришлось побыть откровенным, но голова уже всё равно мало что соображала, хоть он и пытался замолчать особо неприятные моменты.
Потом в памяти осталось только наслаждение и властные руки — нежные, направляющие. А он с удовольствием подчинялся им. Целую вечность спустя, Вадим просто вырубился с чувством, что его качественно и по полной поимели, несмотря на то, что это именно на его члене скакали — то тягуче-медленно, то неистово-агрессивно. Кажется, сквозь сон уже донёсся шёпот этого невероятного создания, чтобы прочитал записку, как проснётся, и отдал ключ от комнаты бармену. Потом он окончательно отключился и уже ничего не слышал.
Проснувшись через какое-то время, полежал, переваривая собственные ощущения. Господи, неужели ему действительно такое нравится? Он тоже извращенец? С Лирой — пожалуй, да. Запомнившиеся события яркими картинками мелькали перед глазами. Чертовски возбуждающими картинками. Настолько, что член моментально встал. Пальцы тут же сомкнулись вокруг напряжённого ствола, рука резко задвигалась вверх-вниз — лишь бы получить разрядку. И, словно наяву, жаркий шёпот: «Кончай!», от которого взорвался огненный узел в животе, а тело тряхнуло в оргазме.
М-мать, вот же он влип! Теперь хотелось понять — остальное, виденное в роликах, настолько же ему понравится? Раз понравилось одно, вполне возможно… Да ладно, что там думать? С полной ясностью пришло осознание: пусть его сочтут извращенцем, а именно этого не хватало в отношениях со сверстницами. Не понимал почему, но ему быстро становилось с ними скучно. С Лирой такое точно невозможно. Господи, но ведь ему так хорошо жилось без всего этого! Как теперь быть? Как уговорить попробовать — с ним?
Впрочем, есть ли кого уговаривать? В комнате царила тишина, нарушаемая только его дыханием и тихим жужжанием кондиционера. Резко приподнявшись на локтях, Вадик осмотрелся — пусто. Ушла. Может, спросить этого Диму, как её найти? Нет, не вариант, не скажет: она ж вроде не встречается с кем-то дважды. Что делать? Шёпот в ухо, снова словно реальный, поднял волоски на теле дыбом. Записка!
Клочок бумажки лежал на кресле, поверх его аккуратно сложенных вещей. Всего лишь электронный адрес. Целый электронный адрес!
Леди Лира… И как это он угадал?
Вечер тянулся томно и неспешно. Спустя полчаса ожидания стало понятно, что Серж не придёт. Не то чтобы из рук вон какая новость — при интернет-знакомствах всякое случается. И тематики от обычных людей в этом ничуть не отличаются. Но ведь мы вполне нормально общались, да и мужчина казался адекватным, а главное — заинтересованным. Ладно, бывает. Оставалось только махнуть рукой и расслабиться. Я пришла отдыхать? Буду. Хотела скинуть напряжение? Выбирай — не хочу, мужиков вокруг полно. Обычные, конечно, ванильные, но я уже настроилась на удовольствие (хоть каким-нибудь способом) и уходить не только разочарованной, но ещё и неудовлетворённой не собиралась. Не так уж и мало «нормальных» мужчин готовы на разного рода эксперименты.
За минувший ещё час пару раз были попытки подойти и познакомиться, но претенденты меня не заинтересовали. К тому же, выбираю всегда я. Последние минут двадцать наблюдала за одним прекрасным образчиком — чуть старше меня, крепкая фигура, плавные движения. Спортсмен, или просто следит за собой и чем-нибудь занимается. Да ещё и довольно высокий блондин со светло-карими глазами — всё, как я люблю. Сидят с другом, общаются, скучают… Уже почти сделав выбор «жертвы», краем глаза заметила движение в мою сторону как раз оттуда, откуда не хотелось бы.
Компания молодых прожигателей жизни. Уверенные в своей крутости и неотразимости мальчишки, почти все — в приличном подпитии. Ничего со временем не меняется — в таком составе я встречала их здесь уже, наверное, раз четвёртый. В прошлый, у одного из этих молокососов даже хватило наглости подойти и пригласить «прогуляться до ближайшей удобной поверхности». Дебил. Но ума не раздувать скандал хватило, когда я не особо вежливо отшила, больно потоптавшись по его самолюбию. Пусть в следующий раз думает, кому и что предлагает. В тот вечер мой спутник тоже задерживался, но всё же пришёл.
И вот — снова здорово. Очередной мажорчик решил то ли испытать судьбу, то ли просто поприкалываться. Я не подавала виду, что заметила мальчишку, продолжая сидеть вполоборота к шумной и надоедливой компании. Повернулась, только когда тот подошёл и замер в нерешительности. Интересно, быстро у него энтузиазм угас, видимо, не все мозги пропил — понял, что ему тут не рады. Мой тщательно отрепетированный взгляд а?ля «иди ты на хер» сложно понять как-то иначе. В душе ничего даже не шевельнулось — терпеть не могу уверенных в своей неотразимости смазливых и наглых самцов.
Но одной единственной фразой мальчишка всё же сумел заинтересовать. Именно мальчишка. В том, что совершеннолетний, не сомневаюсь (на второй этаж других не пускают), но всё равно — совсем молоденький. Да и не в моём вкусе он, помимо уже упомянутого недостатка — никогда не любила мужчин слишком похожих на меня типажом: темноволосых и светлоглазых. Это сейчас я блондинка: почти год уже как рискнула и покрасилась-таки в цвет моей мечты. А так-то мои родные — тёмно-русые. Но потанцевать и в самом деле можно, засиделась я, а музыка вполне подходящая.
К тому же мальчик так очаровательно смущался и волновался, хоть и пытался выглядеть уверенно и соблазнительно. Ну, вру, не только это. Абсолютно искреннее восхищение в голубых глазах — это… подкупало. За такое и излишнюю, броскую красоту можно простить. Даже столь модная сейчас у мужчин — и опять же, нелюбимая мной — щетина его не портила. Ещё немного поколебавшись, решила пока отложить намеченное знакомство. Один танец ничего не значит, не понравится — отошью.
Несколько шагов, щелчок замка, и они вошли внутрь. Лира включила свет, оказавшийся сильно приглушённым, вновь заперла дверь, расцепила их пальцы и прошла вперёд. Пока Вадик со всё нарастающим возбуждением рассматривал огромный траходром с коваными спинками, застеленный тёмно-красным покрывалом — не пошлым, а каким-то манящим, — Лира дошла до кресла и села.
И что теперь? С любой другой девушкой вопросов возникнуть не могло — они бы начали целоваться, едва закрылась дверь. И присядь Лира на кровать, он тоже понял бы, что делать. А так — застыл, как дурак, посреди комнаты, не решаясь на какие-либо действия. Не похоже на него. Необычно, и выбивает из равновесия.
— Ну что, на колени-то вставать будешь? Теперь никто не увидит, кроме меня.
Вся её поза выражала ожидание: нога закинута на ногу, локоть на подлокотнике, а ладонь подпирает подбородок. Задумчивый и самую чуточку насмешливый взгляд скользил по его телу, вызывая желание поёжиться. Но Вадик хотел эту недоступную красотку до боли в яйцах и ради сохранения её интереса готов был… на многое. Одно то, что он не вскинулся агрессивно-язвительно, как обычно бывало при любых признаках давления, говорило о многом. А она давила, и явно сознательно. Но как-то иначе, непривычно. Не грубо и внаглую, а мягко, нежно, что ли, так, что сопротивляться и не хотелось. Ещё бы понять, чего этим добивается?
Вздохнув, он решительно встал на колени и упрямо выпятил подбородок. Удивление, ярко полыхнувшее во взгляде Лиры, откровенно порадовало, заставляя гордиться собой. Не ожидала? А он, мля, мужик, и держит слово! И вообще… Вернувшаяся было уверенность вдребезги разбилась от тихого смеха. Он тут… А ей смешно?! Даже давление возбуждения немного спало, так обидно стало.
— Не обижайся, мальчик. Я действительно не верила, что решишься. Ты забавный.
Каждое слово било по раздраконенному самолюбию, но зацепился он только за одно.
— Я не мальчик! И вообще, меня Вадим зовут.
— Да? И сколько же «не мальчику» Вадиму лет?
Соврать не получилось, вот совсем. Как она это чувствует?! А ведь ему просто не хотелось выглядеть молокососом рядом с такой женщиной. Хотя, с другой стороны, какая разница для секса-то? Совершеннолетний, и ладно. Конечно, он попытался завысить возраст, и, конечно, Лира его вычислила. Пришлось говорить правду.
— Молодец. Ещё одно слово лжи, и у нас бы точно ничего не было.
А так — будет?! Хотелось уже либо продолжения, либо чтоб отшила окончательно. Вадим совершенно не понимал своих реакций. Она любит правду? Хорошо.
— Чего ты хочешь? Я ведь сказал, что готов на всё за помощь, а уж за «не только» помощь…
Обращение на «ты» вызвало недовольную вспышку в глубине серых глаз, взгляд словно предостерегал, однако тут Вадим решил проявить упрямство. Хоть в чём-то. Да и глупо это, обращаться на «вы» к девушке, с которой собираешься переспать.
— Так ли и на всё? Даже отдать полный контроль в мои руки?
Это как? Чтоб она сверху была, что ли? Да пожалуйста, лишь бы уже ситуация куда-то сдвинулась. Обладать этой девушкой хотелось до звона в… голове. Лира легко поднялась, подошла ближе и подцепила пальцами его подбородок, поднимая голову, хоть он и так не отводил от неё взгляда.
— Под полным контролем я имею в виду действительно полный. Ты не сможешь ничего предпринять, руки будут скованы, и кончишь только тогда, когда я это разрешу.
По мере перечисления, глаза у него едва на лоб не полезли, а в памяти мелькнули девицы и откровенные тётки в чёрном латексе или корсетах, с плётками. Было дело — смотрел, читал. Ну а кто в нынешнее время не интересуется всяким странным, а то и откровенно запретным? При друзьях-знакомых вслух возмущаются развращённости современников или едко высмеивают всяких «недоумков», а дома, тайком, просматривают сайты с пикантным и порочным содержимым. Вадик рефлекторно облизнул вмиг пересохшие губы, даже дыхание на мгновение перехватило.
— Вы — эта, как их, доминантка, что ли?
Как-то само собой получилось вновь сказать «вы». Лира медленно наклонилась, приблизив лицо, не отпуская из плена глубокого взгляда, такого насмешливого и стального одновременно.
— Вообще-то, правильно — Домина. А если и так? Сбежишь?
— Охереееть… — и тут же: — Не сбегу!
Сам себе он врать не привык: просматривая ролики, хотелось побывать на месте этих связанных мужчин, понять, от чего они так прутся, что бы с ними ни делали. На плётку или, там, ремень по спине или заднице он, конечно, не готов — стрёмно это, страшновато. Но просто отдаться в умелые властные руки? Лире — без сомнения. От другой, может, и сбежал бы. Или нет. Он пока сам не мог понять своё отношение к абстрактной ситуации. Зато в нынешней — не сомневался.
Тут в памяти всплыла ещё одна картинка, от которой мгновенно бросило в жар: как женщина с закреплённым на бёдрах, здоровенным фаллоимитатором трахала парня. Волоски на шее встали дыбом. Но Лира ведь не захочет…? Или… О подобном Вадик раньше даже не задумывался. Посмотрел и посмотрел, подрочил, закрыл вкладку и забыл, сосредоточившись на обычных девчонках, которых, слава богу, для секса всегда хватало. Но сейчас внезапная мысль, что такое с ним может сделать девушка, сильно взбудоражила. И опять же — эта, конкретная девушка. В животе скрутился узел, и Вадим не понимал — отвращение это, или всё же усилившееся возбуждение.
— Как интерееесно…
Пристальный серый взгляд отпустил, пальцы исчезли с подбородка, а Лира вернулась в кресло и задумчиво на него посмотрела.
— Можешь не бояться — ничего страшного я не сделаю. Никто новичков обычно не пугает, а ты однозначно новичок. Я же права? — в чём новичок? В отношениях с такими странными, но заводящими с пол-оборота женщинами? Несомненно. Лира дождалась подтверждающего кивка и с улыбкой продолжила: — Не волнуйся, будет только приятно, но на моих условиях. Ты же не запаникуешь, оказавшись скованным и беспомощным? — страшновато, но Вадик упрямо мотнул головой в отрицании. Как-то у него сегодня проблемно с красноречием. — Единственное, что от тебя потребуется — полное подчинение моим желаниям. Сможешь?
Он бы подумал, что его берут на слабо, но взгляд Лиры вмиг стал предельно серьёзным. Попробовать? Разумеется! Иначе он никогда не простит себе упущенной возможности испытать что-то необычное. Тем более — с ней! И ему же сказали, что ничего страшного не будет. Очередная вспышка памяти заставила вскинуться.
— А это, слово, ну, для остановки, оно же нужно?
Девушка удивлённо моргнула, потом откинула голову и громко расхохоталась. Что смешного-то? Он же читал…
— Стоп-слово, несомненно, необходимо. На сессиях, экшне. У нас же просто будет секс, слегка приправленный пикантными деталями. Но если тебе так спокойнее… Когда поймёшь, что действительно хочешь всё остановить, скажешь «красный», это стандартное слово. Тогда на все остальные просьбы остановиться я не буду обращать внимания. Идёт?
Вадик заторможенно кивнул: с чего бы ему просить остановиться, если ничего «такого» не ожидается, а он хочет девушку до полного отказа мозгов? Определённо, Лира, с её склонностью говорить открыто и легко о вещах, которых девчонки обычно стесняются, заставляла его теряться.
— Вот и славно. Теперь встань и разденься, полностью.
Блииин… А она? Так и будет сидеть? Судя по ожидающему взгляду — да. Непривычно, но стоило начать выполнять приказ — просьбой это ну никак не воспринималось, — как возбуждение вспыхнуло с новой силой. Вот как так, а? Разум метался, а пальцы нервно выдёргивали рубашку-поло из-под пояса джинсов.
— Не спеши, у нас полно времени.
Хочет подобие стриптиза? Ладно. Уж чего-чего, а собственного тела Вадик никогда не стыдился. Ему вообще нечего в себе стыдиться — природа не поскупилась. Сосредоточив внимание на неспешных движениях, опомнился, только действительно оставшись полностью обнажённым перед сидящей в кресле девушкой. Накатило не то что стеснение, но волнение — что дальше-то?
— Убери руки за спину, можешь сцепить пальцы. Так легче?
Он подчинился, осознав это уже после исполнения очередного приказа. И кивнул — действительно, сразу стало легче. Лира снова встала и медленно подошла к нему, осматривая с явным одобрением. Это… льстило. Тёмно-красный лак и без приказа притягивал внимание к ногтям, сначала легонько прошедшимся по животу, вызывая приятную щекотку, а потом с нажимом — по груди, почти царапая. Раньше, когда девчонки в порыве страсти оставляли полосчатые следы, это почему-то не воспринималось так остро. Может потому, что он не следил пристально за движением пальцев, не ждал этой лёгкой, будоражащей боли?
Охренеть… Стоит тут, весь такой голый и с членом наперевес, а она — полностью одета, скользит по его телу жадным взглядом и не менее жадными руками. Возбуждает, трындец как, неимоверно! Именно поэтому он, как послушный телок, позволил повалить себя на кровать, поднять руки к изголовью и заковать их в наручники. В самом деле, такая малость, а ощущение полной беспомощности. И это не верёвки, которые можно попытаться разорвать или, на худой конец, развязать. Не вырвешься.
Теперь только и остаётся, что подчиняться тихим приказам и ласковым рукам, делающим такое, чего никто и никогда с ним не делал. Заставляющим стонать от мучительного удовольствия и умолять… продолжать. Правда, чтобы получить всё это, пришлось побыть откровенным, но голова уже всё равно мало что соображала, хоть он и пытался замолчать особо неприятные моменты.
Потом в памяти осталось только наслаждение и властные руки — нежные, направляющие. А он с удовольствием подчинялся им. Целую вечность спустя, Вадим просто вырубился с чувством, что его качественно и по полной поимели, несмотря на то, что это именно на его члене скакали — то тягуче-медленно, то неистово-агрессивно. Кажется, сквозь сон уже донёсся шёпот этого невероятного создания, чтобы прочитал записку, как проснётся, и отдал ключ от комнаты бармену. Потом он окончательно отключился и уже ничего не слышал.
Проснувшись через какое-то время, полежал, переваривая собственные ощущения. Господи, неужели ему действительно такое нравится? Он тоже извращенец? С Лирой — пожалуй, да. Запомнившиеся события яркими картинками мелькали перед глазами. Чертовски возбуждающими картинками. Настолько, что член моментально встал. Пальцы тут же сомкнулись вокруг напряжённого ствола, рука резко задвигалась вверх-вниз — лишь бы получить разрядку. И, словно наяву, жаркий шёпот: «Кончай!», от которого взорвался огненный узел в животе, а тело тряхнуло в оргазме.
М-мать, вот же он влип! Теперь хотелось понять — остальное, виденное в роликах, настолько же ему понравится? Раз понравилось одно, вполне возможно… Да ладно, что там думать? С полной ясностью пришло осознание: пусть его сочтут извращенцем, а именно этого не хватало в отношениях со сверстницами. Не понимал почему, но ему быстро становилось с ними скучно. С Лирой такое точно невозможно. Господи, но ведь ему так хорошо жилось без всего этого! Как теперь быть? Как уговорить попробовать — с ним?
Впрочем, есть ли кого уговаривать? В комнате царила тишина, нарушаемая только его дыханием и тихим жужжанием кондиционера. Резко приподнявшись на локтях, Вадик осмотрелся — пусто. Ушла. Может, спросить этого Диму, как её найти? Нет, не вариант, не скажет: она ж вроде не встречается с кем-то дважды. Что делать? Шёпот в ухо, снова словно реальный, поднял волоски на теле дыбом. Записка!
Клочок бумажки лежал на кресле, поверх его аккуратно сложенных вещей. Всего лишь электронный адрес. Целый электронный адрес!
Леди Лира… И как это он угадал?
ГЛАВА 3. …где найдёшь, где потеряешь
Вечер тянулся томно и неспешно. Спустя полчаса ожидания стало понятно, что Серж не придёт. Не то чтобы из рук вон какая новость — при интернет-знакомствах всякое случается. И тематики от обычных людей в этом ничуть не отличаются. Но ведь мы вполне нормально общались, да и мужчина казался адекватным, а главное — заинтересованным. Ладно, бывает. Оставалось только махнуть рукой и расслабиться. Я пришла отдыхать? Буду. Хотела скинуть напряжение? Выбирай — не хочу, мужиков вокруг полно. Обычные, конечно, ванильные, но я уже настроилась на удовольствие (хоть каким-нибудь способом) и уходить не только разочарованной, но ещё и неудовлетворённой не собиралась. Не так уж и мало «нормальных» мужчин готовы на разного рода эксперименты.
За минувший ещё час пару раз были попытки подойти и познакомиться, но претенденты меня не заинтересовали. К тому же, выбираю всегда я. Последние минут двадцать наблюдала за одним прекрасным образчиком — чуть старше меня, крепкая фигура, плавные движения. Спортсмен, или просто следит за собой и чем-нибудь занимается. Да ещё и довольно высокий блондин со светло-карими глазами — всё, как я люблю. Сидят с другом, общаются, скучают… Уже почти сделав выбор «жертвы», краем глаза заметила движение в мою сторону как раз оттуда, откуда не хотелось бы.
Компания молодых прожигателей жизни. Уверенные в своей крутости и неотразимости мальчишки, почти все — в приличном подпитии. Ничего со временем не меняется — в таком составе я встречала их здесь уже, наверное, раз четвёртый. В прошлый, у одного из этих молокососов даже хватило наглости подойти и пригласить «прогуляться до ближайшей удобной поверхности». Дебил. Но ума не раздувать скандал хватило, когда я не особо вежливо отшила, больно потоптавшись по его самолюбию. Пусть в следующий раз думает, кому и что предлагает. В тот вечер мой спутник тоже задерживался, но всё же пришёл.
И вот — снова здорово. Очередной мажорчик решил то ли испытать судьбу, то ли просто поприкалываться. Я не подавала виду, что заметила мальчишку, продолжая сидеть вполоборота к шумной и надоедливой компании. Повернулась, только когда тот подошёл и замер в нерешительности. Интересно, быстро у него энтузиазм угас, видимо, не все мозги пропил — понял, что ему тут не рады. Мой тщательно отрепетированный взгляд а?ля «иди ты на хер» сложно понять как-то иначе. В душе ничего даже не шевельнулось — терпеть не могу уверенных в своей неотразимости смазливых и наглых самцов.
Но одной единственной фразой мальчишка всё же сумел заинтересовать. Именно мальчишка. В том, что совершеннолетний, не сомневаюсь (на второй этаж других не пускают), но всё равно — совсем молоденький. Да и не в моём вкусе он, помимо уже упомянутого недостатка — никогда не любила мужчин слишком похожих на меня типажом: темноволосых и светлоглазых. Это сейчас я блондинка: почти год уже как рискнула и покрасилась-таки в цвет моей мечты. А так-то мои родные — тёмно-русые. Но потанцевать и в самом деле можно, засиделась я, а музыка вполне подходящая.
К тому же мальчик так очаровательно смущался и волновался, хоть и пытался выглядеть уверенно и соблазнительно. Ну, вру, не только это. Абсолютно искреннее восхищение в голубых глазах — это… подкупало. За такое и излишнюю, броскую красоту можно простить. Даже столь модная сейчас у мужчин — и опять же, нелюбимая мной — щетина его не портила. Ещё немного поколебавшись, решила пока отложить намеченное знакомство. Один танец ничего не значит, не понравится — отошью.
