Но тут мимо с гудком проехала машина, и граф от неожиданности, вцепился мне в руку. Это меня отрезвило. Неизвестно сколько прошло здесь времени с момента, когда я исчезла. Даже если время шло один к одному с миром Джонатана, то появиться на рассвете около родительской двери не лучшая идея. Надо домой. Это поможет выиграть пару часов на создание легенды для графа.
Последний как раз решил напомнить о себе:
- Судя по счастливому выражению твоего лица, ты попала домой. Кстати, довольно интересный вопрос, как это получилось. Но не лучше ли обсудить все это у тебя дома? Я признаться, себя не очень комфортно чувствую здесь.
- Согласна. Пошли, пока не рассвело надо убраться из этого района, слишком много знакомых у меня тут.
И развернувшись, я пошла в сторону кинотеатра.
- Ты ведь хотела вернуться? - не отставал от меня граф.
- Хотела. Признаю. Но без балласта из иномирянина с магическим даром, - кстати, надо выяснить как дела у него с магией. - И полным незнанием местного языка.
- Как-то не лестно ты обо мне отзываешься.
Дальше шли в молчании.
На выходе из района граф не выдержал.
- Далеко нам идти?
- Тебе много скажет то, что нам с ЛТЗ надо в двадцать седьмой микрорайон?
Блин, вот даже мелочи, чтобы проезд оплатить, нет. А самое обидное, что на графе цацок надето столько, что если их продать, хватит денег на покупку дома. Но в таком виде и без документов я в ломбард не сунусь. Объясняйся потом с полицией, откуда украшения и где потеряла паспорт. Поэтому радуемся удобной обуви и теплой погоде. Судя по желтым листьям и довольно теплому утру, сейчас начало сентября. Повезло, вернись мы в мой мир зимой, было бы не до смеха.
-Чем пахнет?- брезгливо скривился граф.
- Мы в районе металлургических заводов. Здесь часто пахнет сероводородом, ничего не поделаешь. Дыши ртом, если сильно раздражает.
О том, что если мы так и будем плестись, то скоро Джонатан познакомится с выхлопными газами, я предпочла умолчать.
В мой микрорайон мы добрались часам к десяти. Вот меня не было полгода, а все так изменилось: разбили клумбы, сдали новостройки и заложили фундамент для новых домов.
Джонатан вел себя на удивление спокойно. Не шарахнулся от мусоровоза, быстро понял принцип действия светофора и даже показал неприличный жест вслед не пропустившему нас водителю.
-Это ведь ваши средства передвижения? Может, попросим их извозчиков нас подвезти?
Хм, довольно здравая идея. Что ж она мне в начале нашей прогулки не пришла?! Хотя, я бы не остановилась, чтобы подобрать с обочины парочку неформалов. Мало ли, может они маньяки? Накинут удавку на шею и тю-тю.
А вот и мой дом. Опрятненькая красно-желтая пятиэтажка с маленькими башенками на крыше. Дом, милый дом. Только вот на двери подъезда меня ждал неприятный сюрприз в виде объявления о продаже моей квартиры. Со злостью сорвала его и скомкала.
- А у тебя ключи есть?
- Нет. Но эту дверь открою.
Как показала практика, домофон – это весьма ненадежный способ защиты подъезда. На моей памяти его несколько раз сжигали шокером, а потом тупо написали несмываемым маркером код, введя который можно открыть дверь. Им я и воспользовалась. Домофон одобрительно запиликал и впустил нас в подъезд.
Даже запах нового дома сохранился. В подъезде пахло штукатуркой и краской, на свежеокрашенных лестничных пролетах висели детские рисунки. Невольно я засмотрелась на единорога, этот рисунок повесели в день моего исчезновения. Приятно, что хоть что-то не меняется.
Подойдя к двери в общий тамбур, я нажала кнопку соседского звонка. Надеюсь, Любовь Александровна не вернула дубликат родителям. Хотя может их оставили ей. На случай прихода потенциальных покупателей. Я полагала, что раз объявление висит, квартиру еще не продали.
Звонить пришлось долго. Я уже начала вспоминать, можно ли с улицы залезть на мой балкон, как в коридорчике раздались шаркающие шаги соседки. Потом минута тишины, во время которой меня рассматривали в глазок. Зазвенела цепочка и, наконец, щелкнул замок двери.
- Пошли прочь сектанты! Сейчас полицию позову! Не нужны нам ваши книги! Пошли, кому сказала!
В очередной раз мысленно обругала Эверо за смену униформы.
- Любовь Александровна, это Лада. Я вернулась.
Дверь захлопнулась. Ну, просто замечательно! Но тут меня чуть не зашибла выскочившая в подъезд соседка.
- Лада? - меня схватили за плечи и покрутили. - Живая! А мы тебя уже похоронили. Родители даже квартиру продавать собирались. Хорошо, что не продали! Как ты? Почему так выглядишь и куда исчезла? Что это за мужчина?
От обилия вопросов я малость опешила. А если учитывать, что на большую часть из них я не могла ответить, стало совсем грустно.
- Любовь Александровна, я домой хочу! - жалобно сказала я. - Можно мне ключи? Я обещаю вам все вечером рассказать.
Жалостливая соседка, естественно, клюнула и вернула мне ключи. Уже закрывая за собой дверь, я кое-что вспомнила.
- Родителям не звоните, пожалуйста. Я хочу сама им все сказать.
Меня уверили, что в дела нашей семьи не полезут и, еще раз порадовавшись моему возвращению, ушли к себе.
- У тебя страсть к маленьким помещениям.
Чем ему моя однушка не понравилась? Кухня огромная, прихожая с антресолями и комната с огромным угловым диваном. Не сравнить с клетушкой, в которой я жила в его мире.
Квартила имела нежилой вид. Все мои безделушки и книги исчезли с полок. Та же участь постигла мои вещи и комнатные цветы. Холодильник вообще был выдернут из сети. С замиранием сердца я сняла трубку домашнего телефона, есть гудки.
Мдя, ни поесть, ни переодеться возможности нет.
Я расположилась на диване, граф занял место по диагонали от меня.
- Сейчас я звоню родителям. После этого у нас минут двадцать до того момента, как они примчатся сюда. Значит так, язык ты не знаешь, поэтому даже не кивай. Если будут вопросы, я тебе переведу. Сними кольцо, часы, и зажим для галстука, ты не должен выглядеть богатым.
- Что ты задумала?
- Мне тут подкинули хорошую идею, которая, если не вникать в подробности, все объяснит. И еще не колдуй! Все понял?
Граф утвердительно кивнул.
Настал момент, который я всеми силами старалась оттянуть. Звонить родителям было страшно. Но ничего не поделаешь, без них я сейчас не выживу. Пока набирала номер, пожалела, что у меня кнопочный аппарат, руки дрожали, и два раза номер я набирала неправильно.
Наконец в трубке послышались гудки. Я уже собиралась положить трубку, как раздался родной голос мамы:
- Алло! Я вас слушаю.
- Мама, - почти прошептала в трубку я. - Я дома.
- Лада?
Тут я не выдержала и уронила телефон.
Двадцать минут пока родители ехали ко мне истрепали мне нервов больше, чем граф с сынком вместе взятые. Было дико страшно. Похожий страх, только гораздо слабее, я испытывала, когда получала двойку в школе и не знала как сказать об этом маме. Правда, тогда примешивался страх получить люлей. Хотя... Почему тогда? Люли будут и сейчас, сразу за сценой в духе программы «Жди меня».
Неожиданно на мое плечо легла рука графа.
- Спокойно! При свидетелях тебя убивать не станут.
- Или кокнут вместе со свидетелем.
- Вряд ли твои родители окажутся хуже дедули Марты.
Тут в замке провернулся ключ.
На пороге стояли мама и папа. Как они сдали за это время. Слезы потекли из глаз против воли. Я поспешила их смахнуть.
- Дочка!
Меня крепко обняли. Щеки родителей были мокрыми. Я тоже больше не могла сдерживать рыдания.
- Полтора года! Полтора года, мы тебя ждали! - между поцелуями говорила мама. - Вернулась! Живая!
Через час, когда страсти улеглись, мы расположились за столом на кухне, благо папа не поленился сбегать в магазин напротив и купить продукты.
Тишина давила. Я не знала с чего начать и поэтому молчала.
- Лада, где ты была? - первой не выдержала мама. Ого, а голос как на допросе.
- Я? Я была в секте.
Демонстративно провела рукой по черной робе и коротким волосам.
- В секте? - одновременно воскликнули родители. Джонатан от неожиданности подавился чаем.
А что я могла им сказать? Представьте, что ваш ребенок отсутствует полтора года, возвращается в странной одежде и рассказывает о мире магии. Тут две дороги и один номер для набора скорой. А там уж как повезет. Либо наркодиспансер, либо психушка. И замечу, что родители будут считать, что поступают во благо и спасают жизнь своему ребенку.
- Да.
- Как ты туда попала? Ты всегда была умной девочкой!
Как будто это кого-то спасало.
- Мам, - я протянула руку и накрыла ее ладонь своей. - Ты ведь помнишь, что полтора года назад у меня на работе были проблемы? И плюс ко всему я рассталась с Никитой. Нервы расшатаны. Вот и подошли ко мне двое хорошо одетых людей. Слово за слово. До сих пор удивляюсь, почему я их сразу не послала. Может гипноз, может нейролингвистическое программирование, но, когда они предложили мне бросить все и уехать в общину, я согласилась не раздумывая.
- Ты могла позвонить!
-Мама, ты не понимаешь, первые три месяца там как в тумане. Ты только, открыв рот, слушаешь учителя, его слово для тебя закон.
Мама посмотрела на меня с жалостью.
- Не думала, что ты такая внушаемая.
- Я тоже. Потом познакомилась с Джонатаном. Он иностранец. Каким макаром его заманили, не представляю. Начали общаться. А две недели назад мне купили билет на автобус и отправили домой. Он, - кивок в сторону Эверо. - ушел со мной.
- Тебя так просто отпустили?
- Я думаю все дело в том, что с меня нечего взять. Все мое имущество оформлено на вас с папой.
- Тебя так просто отпустили? - в мамином голосе была тонна скепсиса.
Так, Шелдона из ее библиотеки надо изъять, а то она научилась искать несостыковки в моем вранье.
- Мам, вот последнее, что мне хочется, так это разбираться в их резонах. На органы или удобрения не пустили и хорошо.
Отец тем временем тяжелым взглядом сверлил увлеченно жующего суворовское печенье графа. Ой, помню этот взгляд, он последний раз так на Никиту смотрел. А потом того с лестницы спустил.
- Дочь, а он точно по-русски не говорит? Или как та умная собака, все понимает, но сказать не может?
- Нет. Он нас не понимает. Вот смотри! - и ласково улыбаясь, я обратилась к графу. – Джонатан, ты самая большая скотина с зашкаливающим чувством собственной важности, которую я когда-либо видела. Да?
Граф сделал еще глоток чая и, улыбнувшись, кивнул мне в ответ. Ох, чую, отведу я душу. А что? Скажи я, что граф понимает наш язык, его начали бы расспрашивать и тогда мой перевод вопросов смотрелся бы странно.
- И зачем тебе этот интурист?
Вот тут я споткнулась в своем сочинительстве. Уж кому как не родителям знать, что благотворительность мне не свойственна, так что про жалость можно даже не заикаться. А других чувств граф во мне вызвать не способен, разве что…
Я потупилась, перехватила руку графа, тянущуюся к вазочке с печеньем, и сильно сжала. Надеюсь, смотрится романтично.
- Дочь…
Ой, когда папа так тянет слова, у меня сразу кишки узлом завязываются, и появляется желание отсидеться в комнатке неизвестного архитектора.
Отец тем временем продолжил:
- Тебе не кажется, что место, где ты была, не клуб знакомств?
- Папа! Он хороший! - оспадя, говорю как героиня подростковых сериалов.
- Доча, единственное, что вас объединяет, это то, что вас как лохов развели! Где его документы?
-Папа, какие документы в лесной глуши? Их там публично сжигают, как знак отказа от богопротивной системы.
- Вот, может, он в своей стране набедокурил и к нам сбежал в глухомани отсидеться. А тут подходящая дуреха, с растянутыми от лапши ушами.
- Папа!
- Что папа? Так и быть, сегодня я его не выгоню, но завтра рано утром вы идете в полицию!
Ну, примерно такого развития событий я и ожидала. Только я без проблем в полиции наплету что-нибудь, а вот с графом будут проблемы. Это мои родители не полиглоты, на слух языки не различают, а вот тренированный слух мигом выявит то, что нет в нашем мире аналогов речи Эверо. И вот тут будет совсем нехорошо. На него ведь смогут повесить все, начиная от квартирных краж и кончая шпионажем. Конечно, заманчиво отправить графа в КПЗ в отместку за мой арест, только он ведь имеет все шансы поехать дальше по этапу.
За окном начало темнеть и встал вопрос о нашей ночевке. Оставлять меня одну с графом родители категорически отказывались. Да я и не рвалась. В квартире даже одеяла нет! Ночи, между прочим, уже прохладные, а греться о графа мне не хочется. Естественно, решение ночевать у моих родителей было единогласным. Нас там еще завтраком накормят! Ура! Я, наконец, отдохну от своей стряпни.
Мама с папой решили не издеваться надо мной поездкой в автобусе и вызвали такси. Уже на пороге я вспомнила один маленький нюанс. Хорошо, что печенье брали на развес, пакет можно было еще раз использовать.
У машины граф замер. И этот человек предлагал мне тормознуть попутку!
- Лезь в салон, - зашипела ему на ухо я. - Если пристегнешься, ничего страшного с тобой не случится. И на – станет плохо, используешь.
Ничего не понимающий граф зажал в кулаке пакет. Я слегка подтолкнула его в направлении задней дверцы машины. Мама смотрела на нас с удивлением. Ну да, дочь, пихающая взрослого мужика в машину, это довольно редкое явление в ее жизни.
- Его укачивает, - как бы оправдываясь, произнесла я.
Дорогу граф перенес хорошо. Хоть и был слегка бледноват, но пакет, к его чести, ему не понадобился.
Единственное, на что хватило сил дома, так это принять душ.
Когда я вышла из ванной, папа возился с каким-то свертком.
-Это что?
- Надувной матрас. Ты ведь не думала, что твой иностранец будет спать с тобой?
Это он таким оригинальным методом пытается не допустить разврата?
Папа видно понял мои мысли.
- Он немного спускает. Одного человека ночь продержит, а вот двух… В общем, не дай бог твоему интуристу на сдутом матрасе проснуться.
Сочувствую графу.
Ночью меня нагло разбудили. О графа можно было спички зажигать, в такой ярости он был. Особенно эта ярость сочеталась с домашними брюками и футболкой «Довгань», одетой на нем.
- Поговорим?
О, такому шипению и гремучая змея позавидует… Тут мои мысли понеслись не в ту степь, ударившись в размышления о Эверо и погремушке… Меня встряхнули. Видно граф и так терпел изо всех сил, чтобы не устроить скандал.
- Родителей не разбуди! Пошли на кухню.
Свет включать не стали. Сидели как настоящие заговорщики, при свете панели микроволновки.
- А теперь, рассказывай, что ты про меня наплела такого, что твой отец меня четвертовать хочет.
- С чего это?
-Лада, - граф наклонился ко мне. - Вспомни кто я. Уж читать эмоции по лицам я умею.
Я пересказала нашу легенду.
- А попроще ничего не могла придумать? Кирпич на голову упал и в больницу угодила.
- Кирпич, просто так, на голову не падает. Классиков знать надо. Информация про больницу может быть легко проверена. Как и легенда про внезапно вспыхнувшую страсть и длительное романтическое путешествие. У нас паспортный контроль и развитая бюрократическая система, и замечу, что не упомянула про камеры наблюдения. Достаточно полиции сделать запрос и наша легенда развалится как карточный домик. А деревень в России до черта, особенно изолированных и вымирающих. Пойди отследи, кто там живет.
- Ладно, аргументы веские. А что требовал от тебя твой отец?
Последний как раз решил напомнить о себе:
- Судя по счастливому выражению твоего лица, ты попала домой. Кстати, довольно интересный вопрос, как это получилось. Но не лучше ли обсудить все это у тебя дома? Я признаться, себя не очень комфортно чувствую здесь.
- Согласна. Пошли, пока не рассвело надо убраться из этого района, слишком много знакомых у меня тут.
И развернувшись, я пошла в сторону кинотеатра.
- Ты ведь хотела вернуться? - не отставал от меня граф.
- Хотела. Признаю. Но без балласта из иномирянина с магическим даром, - кстати, надо выяснить как дела у него с магией. - И полным незнанием местного языка.
- Как-то не лестно ты обо мне отзываешься.
Дальше шли в молчании.
На выходе из района граф не выдержал.
- Далеко нам идти?
- Тебе много скажет то, что нам с ЛТЗ надо в двадцать седьмой микрорайон?
Блин, вот даже мелочи, чтобы проезд оплатить, нет. А самое обидное, что на графе цацок надето столько, что если их продать, хватит денег на покупку дома. Но в таком виде и без документов я в ломбард не сунусь. Объясняйся потом с полицией, откуда украшения и где потеряла паспорт. Поэтому радуемся удобной обуви и теплой погоде. Судя по желтым листьям и довольно теплому утру, сейчас начало сентября. Повезло, вернись мы в мой мир зимой, было бы не до смеха.
-Чем пахнет?- брезгливо скривился граф.
- Мы в районе металлургических заводов. Здесь часто пахнет сероводородом, ничего не поделаешь. Дыши ртом, если сильно раздражает.
О том, что если мы так и будем плестись, то скоро Джонатан познакомится с выхлопными газами, я предпочла умолчать.
В мой микрорайон мы добрались часам к десяти. Вот меня не было полгода, а все так изменилось: разбили клумбы, сдали новостройки и заложили фундамент для новых домов.
Джонатан вел себя на удивление спокойно. Не шарахнулся от мусоровоза, быстро понял принцип действия светофора и даже показал неприличный жест вслед не пропустившему нас водителю.
-Это ведь ваши средства передвижения? Может, попросим их извозчиков нас подвезти?
Хм, довольно здравая идея. Что ж она мне в начале нашей прогулки не пришла?! Хотя, я бы не остановилась, чтобы подобрать с обочины парочку неформалов. Мало ли, может они маньяки? Накинут удавку на шею и тю-тю.
А вот и мой дом. Опрятненькая красно-желтая пятиэтажка с маленькими башенками на крыше. Дом, милый дом. Только вот на двери подъезда меня ждал неприятный сюрприз в виде объявления о продаже моей квартиры. Со злостью сорвала его и скомкала.
- А у тебя ключи есть?
- Нет. Но эту дверь открою.
Как показала практика, домофон – это весьма ненадежный способ защиты подъезда. На моей памяти его несколько раз сжигали шокером, а потом тупо написали несмываемым маркером код, введя который можно открыть дверь. Им я и воспользовалась. Домофон одобрительно запиликал и впустил нас в подъезд.
Даже запах нового дома сохранился. В подъезде пахло штукатуркой и краской, на свежеокрашенных лестничных пролетах висели детские рисунки. Невольно я засмотрелась на единорога, этот рисунок повесели в день моего исчезновения. Приятно, что хоть что-то не меняется.
Подойдя к двери в общий тамбур, я нажала кнопку соседского звонка. Надеюсь, Любовь Александровна не вернула дубликат родителям. Хотя может их оставили ей. На случай прихода потенциальных покупателей. Я полагала, что раз объявление висит, квартиру еще не продали.
Звонить пришлось долго. Я уже начала вспоминать, можно ли с улицы залезть на мой балкон, как в коридорчике раздались шаркающие шаги соседки. Потом минута тишины, во время которой меня рассматривали в глазок. Зазвенела цепочка и, наконец, щелкнул замок двери.
- Пошли прочь сектанты! Сейчас полицию позову! Не нужны нам ваши книги! Пошли, кому сказала!
В очередной раз мысленно обругала Эверо за смену униформы.
- Любовь Александровна, это Лада. Я вернулась.
Дверь захлопнулась. Ну, просто замечательно! Но тут меня чуть не зашибла выскочившая в подъезд соседка.
- Лада? - меня схватили за плечи и покрутили. - Живая! А мы тебя уже похоронили. Родители даже квартиру продавать собирались. Хорошо, что не продали! Как ты? Почему так выглядишь и куда исчезла? Что это за мужчина?
От обилия вопросов я малость опешила. А если учитывать, что на большую часть из них я не могла ответить, стало совсем грустно.
- Любовь Александровна, я домой хочу! - жалобно сказала я. - Можно мне ключи? Я обещаю вам все вечером рассказать.
Жалостливая соседка, естественно, клюнула и вернула мне ключи. Уже закрывая за собой дверь, я кое-что вспомнила.
- Родителям не звоните, пожалуйста. Я хочу сама им все сказать.
Меня уверили, что в дела нашей семьи не полезут и, еще раз порадовавшись моему возвращению, ушли к себе.
- У тебя страсть к маленьким помещениям.
Чем ему моя однушка не понравилась? Кухня огромная, прихожая с антресолями и комната с огромным угловым диваном. Не сравнить с клетушкой, в которой я жила в его мире.
Квартила имела нежилой вид. Все мои безделушки и книги исчезли с полок. Та же участь постигла мои вещи и комнатные цветы. Холодильник вообще был выдернут из сети. С замиранием сердца я сняла трубку домашнего телефона, есть гудки.
Мдя, ни поесть, ни переодеться возможности нет.
Я расположилась на диване, граф занял место по диагонали от меня.
- Сейчас я звоню родителям. После этого у нас минут двадцать до того момента, как они примчатся сюда. Значит так, язык ты не знаешь, поэтому даже не кивай. Если будут вопросы, я тебе переведу. Сними кольцо, часы, и зажим для галстука, ты не должен выглядеть богатым.
- Что ты задумала?
- Мне тут подкинули хорошую идею, которая, если не вникать в подробности, все объяснит. И еще не колдуй! Все понял?
Граф утвердительно кивнул.
Настал момент, который я всеми силами старалась оттянуть. Звонить родителям было страшно. Но ничего не поделаешь, без них я сейчас не выживу. Пока набирала номер, пожалела, что у меня кнопочный аппарат, руки дрожали, и два раза номер я набирала неправильно.
Наконец в трубке послышались гудки. Я уже собиралась положить трубку, как раздался родной голос мамы:
- Алло! Я вас слушаю.
- Мама, - почти прошептала в трубку я. - Я дома.
- Лада?
Тут я не выдержала и уронила телефон.
Двадцать минут пока родители ехали ко мне истрепали мне нервов больше, чем граф с сынком вместе взятые. Было дико страшно. Похожий страх, только гораздо слабее, я испытывала, когда получала двойку в школе и не знала как сказать об этом маме. Правда, тогда примешивался страх получить люлей. Хотя... Почему тогда? Люли будут и сейчас, сразу за сценой в духе программы «Жди меня».
Неожиданно на мое плечо легла рука графа.
- Спокойно! При свидетелях тебя убивать не станут.
- Или кокнут вместе со свидетелем.
- Вряд ли твои родители окажутся хуже дедули Марты.
Тут в замке провернулся ключ.
На пороге стояли мама и папа. Как они сдали за это время. Слезы потекли из глаз против воли. Я поспешила их смахнуть.
- Дочка!
Меня крепко обняли. Щеки родителей были мокрыми. Я тоже больше не могла сдерживать рыдания.
- Полтора года! Полтора года, мы тебя ждали! - между поцелуями говорила мама. - Вернулась! Живая!
Через час, когда страсти улеглись, мы расположились за столом на кухне, благо папа не поленился сбегать в магазин напротив и купить продукты.
Тишина давила. Я не знала с чего начать и поэтому молчала.
- Лада, где ты была? - первой не выдержала мама. Ого, а голос как на допросе.
- Я? Я была в секте.
Демонстративно провела рукой по черной робе и коротким волосам.
- В секте? - одновременно воскликнули родители. Джонатан от неожиданности подавился чаем.
А что я могла им сказать? Представьте, что ваш ребенок отсутствует полтора года, возвращается в странной одежде и рассказывает о мире магии. Тут две дороги и один номер для набора скорой. А там уж как повезет. Либо наркодиспансер, либо психушка. И замечу, что родители будут считать, что поступают во благо и спасают жизнь своему ребенку.
- Да.
- Как ты туда попала? Ты всегда была умной девочкой!
Как будто это кого-то спасало.
- Мам, - я протянула руку и накрыла ее ладонь своей. - Ты ведь помнишь, что полтора года назад у меня на работе были проблемы? И плюс ко всему я рассталась с Никитой. Нервы расшатаны. Вот и подошли ко мне двое хорошо одетых людей. Слово за слово. До сих пор удивляюсь, почему я их сразу не послала. Может гипноз, может нейролингвистическое программирование, но, когда они предложили мне бросить все и уехать в общину, я согласилась не раздумывая.
- Ты могла позвонить!
-Мама, ты не понимаешь, первые три месяца там как в тумане. Ты только, открыв рот, слушаешь учителя, его слово для тебя закон.
Мама посмотрела на меня с жалостью.
- Не думала, что ты такая внушаемая.
- Я тоже. Потом познакомилась с Джонатаном. Он иностранец. Каким макаром его заманили, не представляю. Начали общаться. А две недели назад мне купили билет на автобус и отправили домой. Он, - кивок в сторону Эверо. - ушел со мной.
- Тебя так просто отпустили?
- Я думаю все дело в том, что с меня нечего взять. Все мое имущество оформлено на вас с папой.
- Тебя так просто отпустили? - в мамином голосе была тонна скепсиса.
Так, Шелдона из ее библиотеки надо изъять, а то она научилась искать несостыковки в моем вранье.
- Мам, вот последнее, что мне хочется, так это разбираться в их резонах. На органы или удобрения не пустили и хорошо.
Отец тем временем тяжелым взглядом сверлил увлеченно жующего суворовское печенье графа. Ой, помню этот взгляд, он последний раз так на Никиту смотрел. А потом того с лестницы спустил.
- Дочь, а он точно по-русски не говорит? Или как та умная собака, все понимает, но сказать не может?
- Нет. Он нас не понимает. Вот смотри! - и ласково улыбаясь, я обратилась к графу. – Джонатан, ты самая большая скотина с зашкаливающим чувством собственной важности, которую я когда-либо видела. Да?
Граф сделал еще глоток чая и, улыбнувшись, кивнул мне в ответ. Ох, чую, отведу я душу. А что? Скажи я, что граф понимает наш язык, его начали бы расспрашивать и тогда мой перевод вопросов смотрелся бы странно.
- И зачем тебе этот интурист?
Вот тут я споткнулась в своем сочинительстве. Уж кому как не родителям знать, что благотворительность мне не свойственна, так что про жалость можно даже не заикаться. А других чувств граф во мне вызвать не способен, разве что…
Я потупилась, перехватила руку графа, тянущуюся к вазочке с печеньем, и сильно сжала. Надеюсь, смотрится романтично.
- Дочь…
Ой, когда папа так тянет слова, у меня сразу кишки узлом завязываются, и появляется желание отсидеться в комнатке неизвестного архитектора.
Отец тем временем продолжил:
- Тебе не кажется, что место, где ты была, не клуб знакомств?
- Папа! Он хороший! - оспадя, говорю как героиня подростковых сериалов.
- Доча, единственное, что вас объединяет, это то, что вас как лохов развели! Где его документы?
-Папа, какие документы в лесной глуши? Их там публично сжигают, как знак отказа от богопротивной системы.
- Вот, может, он в своей стране набедокурил и к нам сбежал в глухомани отсидеться. А тут подходящая дуреха, с растянутыми от лапши ушами.
- Папа!
- Что папа? Так и быть, сегодня я его не выгоню, но завтра рано утром вы идете в полицию!
Ну, примерно такого развития событий я и ожидала. Только я без проблем в полиции наплету что-нибудь, а вот с графом будут проблемы. Это мои родители не полиглоты, на слух языки не различают, а вот тренированный слух мигом выявит то, что нет в нашем мире аналогов речи Эверо. И вот тут будет совсем нехорошо. На него ведь смогут повесить все, начиная от квартирных краж и кончая шпионажем. Конечно, заманчиво отправить графа в КПЗ в отместку за мой арест, только он ведь имеет все шансы поехать дальше по этапу.
За окном начало темнеть и встал вопрос о нашей ночевке. Оставлять меня одну с графом родители категорически отказывались. Да я и не рвалась. В квартире даже одеяла нет! Ночи, между прочим, уже прохладные, а греться о графа мне не хочется. Естественно, решение ночевать у моих родителей было единогласным. Нас там еще завтраком накормят! Ура! Я, наконец, отдохну от своей стряпни.
Мама с папой решили не издеваться надо мной поездкой в автобусе и вызвали такси. Уже на пороге я вспомнила один маленький нюанс. Хорошо, что печенье брали на развес, пакет можно было еще раз использовать.
У машины граф замер. И этот человек предлагал мне тормознуть попутку!
- Лезь в салон, - зашипела ему на ухо я. - Если пристегнешься, ничего страшного с тобой не случится. И на – станет плохо, используешь.
Ничего не понимающий граф зажал в кулаке пакет. Я слегка подтолкнула его в направлении задней дверцы машины. Мама смотрела на нас с удивлением. Ну да, дочь, пихающая взрослого мужика в машину, это довольно редкое явление в ее жизни.
- Его укачивает, - как бы оправдываясь, произнесла я.
Дорогу граф перенес хорошо. Хоть и был слегка бледноват, но пакет, к его чести, ему не понадобился.
Единственное, на что хватило сил дома, так это принять душ.
Когда я вышла из ванной, папа возился с каким-то свертком.
-Это что?
- Надувной матрас. Ты ведь не думала, что твой иностранец будет спать с тобой?
Это он таким оригинальным методом пытается не допустить разврата?
Папа видно понял мои мысли.
- Он немного спускает. Одного человека ночь продержит, а вот двух… В общем, не дай бог твоему интуристу на сдутом матрасе проснуться.
Сочувствую графу.
Ночью меня нагло разбудили. О графа можно было спички зажигать, в такой ярости он был. Особенно эта ярость сочеталась с домашними брюками и футболкой «Довгань», одетой на нем.
- Поговорим?
О, такому шипению и гремучая змея позавидует… Тут мои мысли понеслись не в ту степь, ударившись в размышления о Эверо и погремушке… Меня встряхнули. Видно граф и так терпел изо всех сил, чтобы не устроить скандал.
- Родителей не разбуди! Пошли на кухню.
Свет включать не стали. Сидели как настоящие заговорщики, при свете панели микроволновки.
- А теперь, рассказывай, что ты про меня наплела такого, что твой отец меня четвертовать хочет.
- С чего это?
-Лада, - граф наклонился ко мне. - Вспомни кто я. Уж читать эмоции по лицам я умею.
Я пересказала нашу легенду.
- А попроще ничего не могла придумать? Кирпич на голову упал и в больницу угодила.
- Кирпич, просто так, на голову не падает. Классиков знать надо. Информация про больницу может быть легко проверена. Как и легенда про внезапно вспыхнувшую страсть и длительное романтическое путешествие. У нас паспортный контроль и развитая бюрократическая система, и замечу, что не упомянула про камеры наблюдения. Достаточно полиции сделать запрос и наша легенда развалится как карточный домик. А деревень в России до черта, особенно изолированных и вымирающих. Пойди отследи, кто там живет.
- Ладно, аргументы веские. А что требовал от тебя твой отец?
