То, что ему не по нраву климат княжества Срединного, ещё можно было допустить, а вот то, что он обращается именно ко мне, а не к князю, который там, на большой земле и находится, было не просто странно, а подозрительно.
Это мне что, сюда засланного казачка отправляют, что ли? И имя-то такое – Иван Иванов! Не титульный, не простой, но с фамилией, то бишь с родом. Откуда он про меня прознал? Или это такой намёк на то, чтобы опять начать использовать посуду из орра? Ну, не верю я ни в подобные совпадения, ни в добрых самаритян. В данайцев верю и знавала подобных, а вот в такую святую простоту, типа, климат сменить, не-а.
Так, вести прочитала, монеты на содержание от мужа получила, а что со всем этим счастьем делать подумаю потом. Сейчас же – спать! Хватит читать и размышлять. Пока у нас тут метель метёт, что-нибудь умное в голову и придёт. Подумаю, что и как ответить потом.
Следующие дни я была занята поездками в город, где первым делом встречалась с мастеровыми, чтобы посмотреть, как продвигается работа над моим пробным заказом, а потом уже побывала в местной управе.
Сезон охоты должен начаться в конце этого месяца, когда обычно и заканчиваются метели, а я ещё не решила, что делать с княжьей долей. Разрешение на забой зверья я уже передала в воластулад и предварительно поговорила с отцом Альяна, который конечно же был готов купить у меня столь ценный товар, если я не смогу воплотить в жизнь мою задумку с холодильниками и тушенкой.
А ещё я договорилась с местным скорняком, который обещал мне выделать шкуры кывцов и шкурки мелких животных по моему заказу.
Была у меня одна мыслишка для их использования, но… всё опять упиралось в «сначала надо попробовать». Вот я и решила пробовать, хотя мне и наш местный мясник, и скорняк предлагали хорошо заплатить и за шкуры. Но пока я решила попробовать с новыми изделиями, а вот если не получится, то… В любом случае, это же княжья доля, вот князья ею и будет распоряжаться по-своему, раз уж князь самоустранился на время от своих прямых обязанностей.
- Альян, а что твой отец обычно делает с таким количеством мяса, - решила я поинтересоваться, хотя уже побывала в имеющихся в городе трёх мясных лавках и видела, что и как там продают.
- Большие части идут на солонину и вялянину. Как раз к третьему и четвёртому месяцам они почти готовы. Так проще сбывать приезжим купцам. А разделка поменьше идёт в мясные лавки в городе.
- А как вы вя…, вялите или вяляните такие большие куски? – рискнула я уточнить, не зная, как правильно назвать процесс вяления мяса.
- Простите, князья, но я не могу никому открыть родовой секрет. Я хоть и отделился от семьи, но… Вы же понимаете, что он передаётся только нашей семье, так что…, - он растерянно развёл руками, смущаясь и пряча глаза.
Ну, меня такой ответ не удивил. Я даже что-то подобное и предполагала услышать, поэтому и попросила Альяна позвать ко мне Савелия. Вряд ли он успеет сделать, то, что я собиралась его попросить, но, пока тут холода, мясо можно будет хранить и замороженным.
Так, в одну из моих поездок в город, я решилась-таки встретиться с сизым носом.
- Доброго вам здравия, Светомир Северьяныч! – поприветствовала я уладела, войдя в его кабинет.
- И вам доброго здравия, Варваря Дмитривна! – расплылся в улыбке дедулька. – А я вас ждал на днях, только о вас и думал.
Ну, кто бы сомневался! Он, видимо, тоже получил вести с большой земли. Интересно, какие указания ему отправили?
А в том, что и ему кое-что прилетело, я почти не сомневалась. Вот поэтому, в ближайшее время после прилёта Оси и отправилась на очередную встречу с местным уладелом.
- Вы пришли по договорам Всеслав Силыча? Обсудить или уже сразу подписать?
Ну, вот! Как я и думала! А «ларчик-то просто открывался»!
- Он и вам их отправил?
- Нет, что вы! Это только ваш с ним сговор. Мне он прислал вести, а не грамоты.
- Так это договор с Всеслав Силычем или со Срединным княжеством?
- Что вы, князья! Всеслав Силыч на княжьей службе, - широко раскрыв глаза быстро ответил сизый нос. – Вы же знаете, что кто на службе в воластуладе, тот только княжеству служит, а не себе.
Этого-то я как раз и не знала. Варенька, может быть, и была в курсе, а я вот пока нет. А всё потому, что разобраться в витиеватых и мудро закрученных дебрях написания местных законов было не просто сложно, а архисложно.
Интересно, они тут специально так многословно-запутанно описывали каждую букву закона, чтобы мало кто мог разобраться и понять всё сразу с первого прочтения?
Я вот, например, каждый закон, который, как правило, описывается одним длинным предложением с множественными оговорками, начинала понимать только после третьего прочтения. И то, если для ясности помечала для себя на бумаге что и как. Другими словами, мне каждый раз приходится записывать смысл нужных мне законов и укладов для себя в отдельную книжечку, специально для этого сделанную, чтобы было всё ясно и чётко.
Так, например, я точно знаю, что наше малое княжество управляется местным князем или князьей, потому что им принадлежит земля княжества, а также воластуладом, который может заменить князя в управлении, если такового нет или он отсутствует по каким-то причинам.
А вот местный воластулад, куда входят правовые и финансовые – уладелы и казначеи, надзорные – охрана и поддержание порядка, а ещё и хозяйственные, куда, кстати относится и местный лекарь, назначается князем управителем каждой большой земли, перед которым все службы воластулада и несут ответственность, как и перед местным князем. Если возникают разногласия, то всё выносится на суд князя управителя.
- Если это договор со Срединным княжеством, то я хотела бы его заключить не как князья княжества Хрустальное, а как князья Хрустальная.
- Как это как князья? –привстал со своего места от удивления сизый нос.
А вот так! Думаешь я не знаю, почему ты так подскочил? Почувствовал, что что-то уплывёт из казны княжества ко мне лично!
Мне пришлось долго и детально обсуждать с уладелом, что как и почему я буду подписывать, радуясь так кстати сделанной приписке в моём брачном договоре. Конечно, пришлось пойти на уступки, но … Я всё же отстояла и свою часть.
Вернувшись в замок, после подписания всех договоров и отправив с востуладским вестовым написанные мною письма, чтобы не гонять в такую погоду моего питомца, я была встречена обеспокоенной Елийей и Сладьяной.
- Ох, князья, Милаша-то наша занемогла.
- Милаша, заболела? – А… как... так…
Эта новость меня просто пришибла к месту. Я так растерялась, что не могла ничего сказать.
Вот, балда! Занималась всем, кроме самого важного! О местной медицине, лекарях, знахарях и иже с ними я почему-то и не думала. Конечно, надо же сразу обустройством замка заниматься! Искать чем бы заработать… А о здоровье моих людей, среди которых немало детей, я как-то и не думала. Сама чувствовала себя хорошо, никто из окружения не выглядел больным, кроме младшего князя, но у него там что-то не совсем обыденное… Вот и занималась всем, кроме самого главного. А ведь всё это было ожидаемо, учитывая, в каких условиях ребёнок жил последнее время до нашего приезда. Вот что значит полное отсутствие опыта в воспитании детей! Господи, только бы с ней всё было хорошо! А я этот опыт усвою и никогда не забуду!
- Мы послали за лекарем, но пока ещё его нет.
Я, скинув на бегу верхнюю одежду, побежала в нашу комнату.
Милаша тихо лежала в своей кроватке, накрытая тёплым одеялом, и как-то странно дышала, а рядом с ней сидела Радолина.
- Что с ней? – спросила я, подбежав к кровати и увидев бледное личико ребёнка с ярким румянцем на щёчках.
- Сильно горячая. Всё было хорошо, а потом… Уж очень быстро. Не хорошо это, но мы сразу уложили её в кровать и послали за лекарем, но… теперь только сама.
- Что значит сама? – не поняла я её последних слов.
Она ничего не ответила, а только грустно посмотрела на малышку.
- Что значит сама? – спросила я ещё раз, немного повысив голос. – Если у неё жар, то… Нужно что-то делать! Нужно сбивать жар! Снижать темп…
Я не знала, что можно сделать в местных реалиях с резко поднявшейся температурой, пытаясь припомнить из-за чего такое может произойти у детей.
У меня раньше, в той жизни, не было детей, а тем более маленьких, поэтому все знания о детских болезнях были очень поверхностными – в общем-то знала. Поэтому я, чтобы убедиться самой, подошла и прикоснулась к лобику малышки. Или у меня были очень холодные руки, или у неё была очень высокая температура, но мне показалось, что лобик у неё был просто раскалённым.
- Почему вы не приложили прохладный компресс ей на лоб? А ещё нужно давать пить… Тёплый чай с лим… Эм…Что-нибудь… с мёдом и… Может Сладьяна морс сделает… Клюквенный или из каких-нибудь кислых ягод? – обратилась я к своей компаньонке. – Сходи, пожалуйста, Радолина, и попроси приготовить тёплое питьё.
Она как-то странно посмотрела на меня и вышла из комнаты, а я так и осталась стоять у кроватки, пытаясь суматошно припомнить, что ещё можно сделать, чтобы сбить температуру. Таблеток или жаропонижающих сиропов тут скорее всего и нет, а вот что-то из народных средств… Слышала, что, кажется, можно водкой растереть, чтобы сбить температуру. Только где ж её сейчас взять, если, конечно, она тут вообще имеется.
- Варвара Дмитривна, - заглянула в комнату Иванна. – Там Тимей Фимыч приехал.
Я недоумённо посмотрела на неё, не понимая, кого там ещё принесло и уже было хотела сказать, что мне сейчас не до визитов.
- Так воластуладский лекарь он. Звать?
- Куда звать? Он уже должен быть здесь! Раз уж за ним посылали, то почему он ещё не вошёл?
Иванна скрылась за прикрытой дверью и через какое-то время в комнату вошёл высокий и плотный мужчина средних лет с пышной тёмной шевелюрой, одетый в серый костюм, которые обычно носили воластуладские служащие. В руках у него был плетёный квадратный предмет средних размеров чем-то напоминающий дамскую сумку-косметичку. Это у него такой медицинский чемоданчик?
- Где тут хворый ребёнок? – спросил он, направляясь к кровати Милаши, даже не поздоровавшись, словно меня здесь и не было вообще.
Я, не двигаясь с места, уже было хотела с ним «мило» поздороваться, но решила не усложнять и без того непростую для меня ситуацию, тем более сейчас не место и не время для расшаркиваний и приветствий.
Надеюсь, хоть к больной малышке он отнесётся с большим вниманием.
Мужчина подошёл к кровати, потрогал лоб ребёнка, затем открыл свой чемоданчик, достал из него плоскую металлическую палочку, поднёс её к лицу ребёнка, поводил перед носом и ртом малышки, посмотрел на палочку, затем открыл малышке рот, нажал палочкой на язык, убрал палочку, внимательно посмотрел на неё, а затем положил её на прежнее место в чемоданчике.
Я наблюдала за манипуляциями местного эскулапа, надеясь, что все инструменты, в данном случае палочка, у него хотя бы чистые и он не забыл помыть руки перед тем, как сюда войти.
Интересно, что он там смог рассмотреть при таком освещении?
- У ребёнка сильный жар, - наконец произнёс он то, что я уже и сама знала. – Она так пролежит дня два или три и, если сама справится, то на четвёртый, пятый день пойдёт на поправку.
- Что значит сама справится? Вы не дадите какие-нибудь микстуры или настойки, да и послушать бы нужно, вдруг это у неё…
- Это у неё сильный простудный жар. В такое время многие слабые дети болеют. Тут я ничем не могу помочь – ни зашить, ни отрезать… Только ждать. Сама должна справиться. А микстуры… Вот, - достал он какую-то баночку, завязанную светлой тряпицей. – Можно добавлять в питье и спаивать ей, но лучше уж пусть сама. Сама должна справиться.
Он закрыл свой чемоданчик, подхватил его и так же споро, как и вошёл, вышел из комнаты, даже не прощаясь. А я так и осталась стоять у кровати, словно соляной столб, пытаясь понять, что это сейчас было.
Это точно был лекарь? А может тут и не было никого и мне всё это привиделось?
Малышка всхлипнула в кроватке, выводя меня из ступора и придавая ускорения для дальнейших действий. Замок превратился в разорённый улей, где кто приносил и уносил плошки с водой для компрессов и обтираний, кто помогал мне поить малышку разными приятно пахнущими медово-ягодными напитками, кто приносил горячую соль, кто жир непонятно какого животного или птицы – все, ну, или почти все, были заняты в этой круговерти лечения подручными средствами.
Я почти пять дней не спала, не отходя от Милаши и молилась всем богам во всех мирах, обещая всё, что могла и не могла сделать.
За это время я обдумывала ситуацию с доктором и расспрашивала местных о здешней медицине. Как оказалось, тут считалось, что разные слабые заболевания, к которым относилась и простуда, было принято лечить «ожиданием». То есть, заболевший должен был сам справиться с заболеванием своими силами. Выздоровеет – хорошо, значит сильный, а нет … Слабым в этом мире не место – выживают только сильнейшие.
Теперь мне стало ясно, почему, когда я болела после отравления, ко мне почти никто не приходил и никак не помогал.
А зачем? Никаких же видимых ран не было. Не нужно ничего делать - ни зашивать, ни сращивать, ни ампутировать. Справилась сама, выжила – значит сильная, имеешь право жить.
Да, уж… жить. Значит нужно самой о себе и о других позаботиться. Теперь-то я знаю, как буду дальше жить после таких познаний. Жаль, что в медицине я почти ноль. Так, какие-то базовые знания, но и они могут быть полезны. Вот и ещё одна головная боль, которую нужно лечить. А куда деваться? Если уж я тут собираюсь обосноваться прочно и надолго, то без решения такого важного вопроса долго не проживёшь.
- Вайя, - услышала я утром пятого дня беспамятства Милаши.
Она смотрела на меня грустными усталыми глазами и слабо улыбалась.
Ух… Наконец-то. Справилась! Молодец! Я и не сомневалась, что она сильная! Ну, теперь-то всё у нас будет хорошо! Я это знаю!
С наступающим Новым Годом! Счастья, здоровья и удачи всем, а главное не болеть!
Полное выздоровление Милаши было не быстрым, но уже к концу этого месяца она была почти здорова, хоть и ещё слаба. Я, когда она ещё старалась выкарабкаться, всё-таки побеспокоила Осю и отправила ответ Ивану Иванову, который так рвался сюда работать.
Приглашение и разрешение ему приехать в Хрустальное княжество он получал только с условием, если приедет вместе с лекарем согласным работать тут в замке у князьи. Вот, когда найдёт такого желающего, тогда и милости просим. Но, судя по его имени, гости прибудут или с первыми торговыми, или сразу же как откроют перевал.
Ещё там на Земле я слышала, что всех соглядатаев и шпионов звали самыми простыми и обычными именами, чтобы не привлекать особого внимания. Не знаю, было ли его имя тут таким распространённым как у нас там, но я чувствовала каким-то седьмым чувством, что неспроста Ванька сюда запросился.
Как пить дать засланный казачок! Только вот чей? Проверить мою догадку я, надеюсь, смогу очень скоро. Вот если он, как я и думаю, приедет не один с первыми гостями, то точно засланный! Кем? Разберёмся на месте. Посудой из орра я уже обзавелась, благо она и тут у князи имелась, только хранилась в воластуладе. Вот я её и возвернула на своё законное место. Ну, не покупать же!
Это мне что, сюда засланного казачка отправляют, что ли? И имя-то такое – Иван Иванов! Не титульный, не простой, но с фамилией, то бишь с родом. Откуда он про меня прознал? Или это такой намёк на то, чтобы опять начать использовать посуду из орра? Ну, не верю я ни в подобные совпадения, ни в добрых самаритян. В данайцев верю и знавала подобных, а вот в такую святую простоту, типа, климат сменить, не-а.
Так, вести прочитала, монеты на содержание от мужа получила, а что со всем этим счастьем делать подумаю потом. Сейчас же – спать! Хватит читать и размышлять. Пока у нас тут метель метёт, что-нибудь умное в голову и придёт. Подумаю, что и как ответить потом.
Прода от 29.12.2025, 22:26
Глава 44
Следующие дни я была занята поездками в город, где первым делом встречалась с мастеровыми, чтобы посмотреть, как продвигается работа над моим пробным заказом, а потом уже побывала в местной управе.
Сезон охоты должен начаться в конце этого месяца, когда обычно и заканчиваются метели, а я ещё не решила, что делать с княжьей долей. Разрешение на забой зверья я уже передала в воластулад и предварительно поговорила с отцом Альяна, который конечно же был готов купить у меня столь ценный товар, если я не смогу воплотить в жизнь мою задумку с холодильниками и тушенкой.
А ещё я договорилась с местным скорняком, который обещал мне выделать шкуры кывцов и шкурки мелких животных по моему заказу.
Была у меня одна мыслишка для их использования, но… всё опять упиралось в «сначала надо попробовать». Вот я и решила пробовать, хотя мне и наш местный мясник, и скорняк предлагали хорошо заплатить и за шкуры. Но пока я решила попробовать с новыми изделиями, а вот если не получится, то… В любом случае, это же княжья доля, вот князья ею и будет распоряжаться по-своему, раз уж князь самоустранился на время от своих прямых обязанностей.
- Альян, а что твой отец обычно делает с таким количеством мяса, - решила я поинтересоваться, хотя уже побывала в имеющихся в городе трёх мясных лавках и видела, что и как там продают.
- Большие части идут на солонину и вялянину. Как раз к третьему и четвёртому месяцам они почти готовы. Так проще сбывать приезжим купцам. А разделка поменьше идёт в мясные лавки в городе.
- А как вы вя…, вялите или вяляните такие большие куски? – рискнула я уточнить, не зная, как правильно назвать процесс вяления мяса.
- Простите, князья, но я не могу никому открыть родовой секрет. Я хоть и отделился от семьи, но… Вы же понимаете, что он передаётся только нашей семье, так что…, - он растерянно развёл руками, смущаясь и пряча глаза.
Ну, меня такой ответ не удивил. Я даже что-то подобное и предполагала услышать, поэтому и попросила Альяна позвать ко мне Савелия. Вряд ли он успеет сделать, то, что я собиралась его попросить, но, пока тут холода, мясо можно будет хранить и замороженным.
Так, в одну из моих поездок в город, я решилась-таки встретиться с сизым носом.
- Доброго вам здравия, Светомир Северьяныч! – поприветствовала я уладела, войдя в его кабинет.
- И вам доброго здравия, Варваря Дмитривна! – расплылся в улыбке дедулька. – А я вас ждал на днях, только о вас и думал.
Ну, кто бы сомневался! Он, видимо, тоже получил вести с большой земли. Интересно, какие указания ему отправили?
А в том, что и ему кое-что прилетело, я почти не сомневалась. Вот поэтому, в ближайшее время после прилёта Оси и отправилась на очередную встречу с местным уладелом.
- Вы пришли по договорам Всеслав Силыча? Обсудить или уже сразу подписать?
Ну, вот! Как я и думала! А «ларчик-то просто открывался»!
- Он и вам их отправил?
- Нет, что вы! Это только ваш с ним сговор. Мне он прислал вести, а не грамоты.
- Так это договор с Всеслав Силычем или со Срединным княжеством?
- Что вы, князья! Всеслав Силыч на княжьей службе, - широко раскрыв глаза быстро ответил сизый нос. – Вы же знаете, что кто на службе в воластуладе, тот только княжеству служит, а не себе.
Этого-то я как раз и не знала. Варенька, может быть, и была в курсе, а я вот пока нет. А всё потому, что разобраться в витиеватых и мудро закрученных дебрях написания местных законов было не просто сложно, а архисложно.
Интересно, они тут специально так многословно-запутанно описывали каждую букву закона, чтобы мало кто мог разобраться и понять всё сразу с первого прочтения?
Я вот, например, каждый закон, который, как правило, описывается одним длинным предложением с множественными оговорками, начинала понимать только после третьего прочтения. И то, если для ясности помечала для себя на бумаге что и как. Другими словами, мне каждый раз приходится записывать смысл нужных мне законов и укладов для себя в отдельную книжечку, специально для этого сделанную, чтобы было всё ясно и чётко.
Так, например, я точно знаю, что наше малое княжество управляется местным князем или князьей, потому что им принадлежит земля княжества, а также воластуладом, который может заменить князя в управлении, если такового нет или он отсутствует по каким-то причинам.
А вот местный воластулад, куда входят правовые и финансовые – уладелы и казначеи, надзорные – охрана и поддержание порядка, а ещё и хозяйственные, куда, кстати относится и местный лекарь, назначается князем управителем каждой большой земли, перед которым все службы воластулада и несут ответственность, как и перед местным князем. Если возникают разногласия, то всё выносится на суд князя управителя.
- Если это договор со Срединным княжеством, то я хотела бы его заключить не как князья княжества Хрустальное, а как князья Хрустальная.
- Как это как князья? –привстал со своего места от удивления сизый нос.
А вот так! Думаешь я не знаю, почему ты так подскочил? Почувствовал, что что-то уплывёт из казны княжества ко мне лично!
Мне пришлось долго и детально обсуждать с уладелом, что как и почему я буду подписывать, радуясь так кстати сделанной приписке в моём брачном договоре. Конечно, пришлось пойти на уступки, но … Я всё же отстояла и свою часть.
Вернувшись в замок, после подписания всех договоров и отправив с востуладским вестовым написанные мною письма, чтобы не гонять в такую погоду моего питомца, я была встречена обеспокоенной Елийей и Сладьяной.
- Ох, князья, Милаша-то наша занемогла.
- Милаша, заболела? – А… как... так…
Эта новость меня просто пришибла к месту. Я так растерялась, что не могла ничего сказать.
Вот, балда! Занималась всем, кроме самого важного! О местной медицине, лекарях, знахарях и иже с ними я почему-то и не думала. Конечно, надо же сразу обустройством замка заниматься! Искать чем бы заработать… А о здоровье моих людей, среди которых немало детей, я как-то и не думала. Сама чувствовала себя хорошо, никто из окружения не выглядел больным, кроме младшего князя, но у него там что-то не совсем обыденное… Вот и занималась всем, кроме самого главного. А ведь всё это было ожидаемо, учитывая, в каких условиях ребёнок жил последнее время до нашего приезда. Вот что значит полное отсутствие опыта в воспитании детей! Господи, только бы с ней всё было хорошо! А я этот опыт усвою и никогда не забуду!
- Мы послали за лекарем, но пока ещё его нет.
Я, скинув на бегу верхнюю одежду, побежала в нашу комнату.
Прода от 30.12.2025, 23:29
Глава 45
Милаша тихо лежала в своей кроватке, накрытая тёплым одеялом, и как-то странно дышала, а рядом с ней сидела Радолина.
- Что с ней? – спросила я, подбежав к кровати и увидев бледное личико ребёнка с ярким румянцем на щёчках.
- Сильно горячая. Всё было хорошо, а потом… Уж очень быстро. Не хорошо это, но мы сразу уложили её в кровать и послали за лекарем, но… теперь только сама.
- Что значит сама? – не поняла я её последних слов.
Она ничего не ответила, а только грустно посмотрела на малышку.
- Что значит сама? – спросила я ещё раз, немного повысив голос. – Если у неё жар, то… Нужно что-то делать! Нужно сбивать жар! Снижать темп…
Я не знала, что можно сделать в местных реалиях с резко поднявшейся температурой, пытаясь припомнить из-за чего такое может произойти у детей.
У меня раньше, в той жизни, не было детей, а тем более маленьких, поэтому все знания о детских болезнях были очень поверхностными – в общем-то знала. Поэтому я, чтобы убедиться самой, подошла и прикоснулась к лобику малышки. Или у меня были очень холодные руки, или у неё была очень высокая температура, но мне показалось, что лобик у неё был просто раскалённым.
- Почему вы не приложили прохладный компресс ей на лоб? А ещё нужно давать пить… Тёплый чай с лим… Эм…Что-нибудь… с мёдом и… Может Сладьяна морс сделает… Клюквенный или из каких-нибудь кислых ягод? – обратилась я к своей компаньонке. – Сходи, пожалуйста, Радолина, и попроси приготовить тёплое питьё.
Она как-то странно посмотрела на меня и вышла из комнаты, а я так и осталась стоять у кроватки, пытаясь суматошно припомнить, что ещё можно сделать, чтобы сбить температуру. Таблеток или жаропонижающих сиропов тут скорее всего и нет, а вот что-то из народных средств… Слышала, что, кажется, можно водкой растереть, чтобы сбить температуру. Только где ж её сейчас взять, если, конечно, она тут вообще имеется.
- Варвара Дмитривна, - заглянула в комнату Иванна. – Там Тимей Фимыч приехал.
Я недоумённо посмотрела на неё, не понимая, кого там ещё принесло и уже было хотела сказать, что мне сейчас не до визитов.
- Так воластуладский лекарь он. Звать?
- Куда звать? Он уже должен быть здесь! Раз уж за ним посылали, то почему он ещё не вошёл?
Иванна скрылась за прикрытой дверью и через какое-то время в комнату вошёл высокий и плотный мужчина средних лет с пышной тёмной шевелюрой, одетый в серый костюм, которые обычно носили воластуладские служащие. В руках у него был плетёный квадратный предмет средних размеров чем-то напоминающий дамскую сумку-косметичку. Это у него такой медицинский чемоданчик?
- Где тут хворый ребёнок? – спросил он, направляясь к кровати Милаши, даже не поздоровавшись, словно меня здесь и не было вообще.
Я, не двигаясь с места, уже было хотела с ним «мило» поздороваться, но решила не усложнять и без того непростую для меня ситуацию, тем более сейчас не место и не время для расшаркиваний и приветствий.
Надеюсь, хоть к больной малышке он отнесётся с большим вниманием.
Мужчина подошёл к кровати, потрогал лоб ребёнка, затем открыл свой чемоданчик, достал из него плоскую металлическую палочку, поднёс её к лицу ребёнка, поводил перед носом и ртом малышки, посмотрел на палочку, затем открыл малышке рот, нажал палочкой на язык, убрал палочку, внимательно посмотрел на неё, а затем положил её на прежнее место в чемоданчике.
Я наблюдала за манипуляциями местного эскулапа, надеясь, что все инструменты, в данном случае палочка, у него хотя бы чистые и он не забыл помыть руки перед тем, как сюда войти.
Интересно, что он там смог рассмотреть при таком освещении?
- У ребёнка сильный жар, - наконец произнёс он то, что я уже и сама знала. – Она так пролежит дня два или три и, если сама справится, то на четвёртый, пятый день пойдёт на поправку.
- Что значит сама справится? Вы не дадите какие-нибудь микстуры или настойки, да и послушать бы нужно, вдруг это у неё…
- Это у неё сильный простудный жар. В такое время многие слабые дети болеют. Тут я ничем не могу помочь – ни зашить, ни отрезать… Только ждать. Сама должна справиться. А микстуры… Вот, - достал он какую-то баночку, завязанную светлой тряпицей. – Можно добавлять в питье и спаивать ей, но лучше уж пусть сама. Сама должна справиться.
Он закрыл свой чемоданчик, подхватил его и так же споро, как и вошёл, вышел из комнаты, даже не прощаясь. А я так и осталась стоять у кровати, словно соляной столб, пытаясь понять, что это сейчас было.
Это точно был лекарь? А может тут и не было никого и мне всё это привиделось?
Малышка всхлипнула в кроватке, выводя меня из ступора и придавая ускорения для дальнейших действий. Замок превратился в разорённый улей, где кто приносил и уносил плошки с водой для компрессов и обтираний, кто помогал мне поить малышку разными приятно пахнущими медово-ягодными напитками, кто приносил горячую соль, кто жир непонятно какого животного или птицы – все, ну, или почти все, были заняты в этой круговерти лечения подручными средствами.
Я почти пять дней не спала, не отходя от Милаши и молилась всем богам во всех мирах, обещая всё, что могла и не могла сделать.
За это время я обдумывала ситуацию с доктором и расспрашивала местных о здешней медицине. Как оказалось, тут считалось, что разные слабые заболевания, к которым относилась и простуда, было принято лечить «ожиданием». То есть, заболевший должен был сам справиться с заболеванием своими силами. Выздоровеет – хорошо, значит сильный, а нет … Слабым в этом мире не место – выживают только сильнейшие.
Теперь мне стало ясно, почему, когда я болела после отравления, ко мне почти никто не приходил и никак не помогал.
А зачем? Никаких же видимых ран не было. Не нужно ничего делать - ни зашивать, ни сращивать, ни ампутировать. Справилась сама, выжила – значит сильная, имеешь право жить.
Да, уж… жить. Значит нужно самой о себе и о других позаботиться. Теперь-то я знаю, как буду дальше жить после таких познаний. Жаль, что в медицине я почти ноль. Так, какие-то базовые знания, но и они могут быть полезны. Вот и ещё одна головная боль, которую нужно лечить. А куда деваться? Если уж я тут собираюсь обосноваться прочно и надолго, то без решения такого важного вопроса долго не проживёшь.
- Вайя, - услышала я утром пятого дня беспамятства Милаши.
Она смотрела на меня грустными усталыми глазами и слабо улыбалась.
Ух… Наконец-то. Справилась! Молодец! Я и не сомневалась, что она сильная! Ну, теперь-то всё у нас будет хорошо! Я это знаю!
С наступающим Новым Годом! Счастья, здоровья и удачи всем, а главное не болеть!
Прода от 03.01.2026, 00:39
Глава 46
Полное выздоровление Милаши было не быстрым, но уже к концу этого месяца она была почти здорова, хоть и ещё слаба. Я, когда она ещё старалась выкарабкаться, всё-таки побеспокоила Осю и отправила ответ Ивану Иванову, который так рвался сюда работать.
Приглашение и разрешение ему приехать в Хрустальное княжество он получал только с условием, если приедет вместе с лекарем согласным работать тут в замке у князьи. Вот, когда найдёт такого желающего, тогда и милости просим. Но, судя по его имени, гости прибудут или с первыми торговыми, или сразу же как откроют перевал.
Ещё там на Земле я слышала, что всех соглядатаев и шпионов звали самыми простыми и обычными именами, чтобы не привлекать особого внимания. Не знаю, было ли его имя тут таким распространённым как у нас там, но я чувствовала каким-то седьмым чувством, что неспроста Ванька сюда запросился.
Как пить дать засланный казачок! Только вот чей? Проверить мою догадку я, надеюсь, смогу очень скоро. Вот если он, как я и думаю, приедет не один с первыми гостями, то точно засланный! Кем? Разберёмся на месте. Посудой из орра я уже обзавелась, благо она и тут у князи имелась, только хранилась в воластуладе. Вот я её и возвернула на своё законное место. Ну, не покупать же!
