В её голосе слышались слезы, а в глазах плескалось такое море тоски и отчаяния, что мужчина, привыкший всегда помогать слабым и беззащитным, не смог и Элизе отказать, независимо от того, что бы она ни попросила в этот момент.
Он лишь тоскливо вздохнул — похоже, что все их планы на ближайшее будущее полетели в тартарары, и предложил:
— Излагай.
— Боевого коня нет, меча нет, доспехи не мои, а матушкины. Не по размеру.
— И это все твои проблемы? — изумлённо выгнул брови Роман.
Он бы даже не заморачивался по этому поводу — кот денег наколдует, обещал же, они обновки девушке справят к турниру и коня купят.
— И мечом, которого у меня нет, я совершенно не владею, — произнесла Элиза и уронила голову на руки, готовая разрыдаться от отчаяния. — Если я не выиграю ни одного поединка, то меня не допустят к экзаменам. А мне без магического образования никак нельзя.
— Понял.
Роман в раздумчивости потёр рукой подбородок.
— Замени девушку на поединке хотя бы единожды, — жалобно пискнул Леопольд как мог громко. — Шлем напялишь на голову, забрало опустишь, и тебя никто не увидит, и не узнает, а она потом выйдет на поклон, если тебе удастся победить.
— А если нет? — внезапно заартачился Роман. — Я полицейский, а вовсе не рыцарь. Стрелять ещё из Макарова могу, а все остальное — махать мечом, сражаться на копьях и кинжалах — не по моей части.
— Поэтому и нужно вернуть Элизе меч-кладенец, — шепнуло привидение ему на ухо.
Оно это могло — подкрасться незаметно для других.
— Уговорили.
Роман согласился не потому, что его на самом деле уговорили: отказать Элизе он бы не смог — тут другое. Он утвердился в своей мысли, что меч девушке надо вернуть любым способом, даже не очень честным. Восстановить так сказать, справедливость, статус-кво.
— Когда турнир?
Элиза с благодарностью взглянула на Романа глазами полными слёз.
— Через три дня…
— Как? Ну, скажите как?
Неимоверно злой кот, готовый всех порвать на ремешки, расхаживал на задних лапах по спальне Романа, которую троица, по сути, превратила в комнату для обсуждения боевых действий.
— Как за три дня добраться до предгорий, овладеть мечом и не опоздать на турнир?
Василий когда злился, всегда оборачивался котом — так ему легче было пар выпускать. Можно было, например, подрать когтями мебель или старинные ковры. Что с ними случиться — пойдёт только на пользу. Поймать случайно залетевшую птицу и растрепать её на пух и перья или истошно помяукать, как весной в марте на крыше. Короче, совершать все то, что в человечьем обличье он делать никогда не стал бы.
— Не знаю, как в несказке у меня будет это получаться, но здесь для меня попасть в любую точку пространства и времени не составляет никакого труда.
Роман взял в руку свой диплом и потряс им перед мордой кота, который недовольно шипел и топорщил усы.
— Могу попробовать и вас до места доставить.
— Я и сам так могу, — отозвался Леопольд, сидевший в кресле у камина, закинув ногу на ногу. — Уточните координаты, и я там. Хоть сейчас.
— Ну тогда это совсем другое дело, — развёл руками Роман. — Не получится тебя, Василий, перенести, мы и с привидением благополучно с делом справимся. Он разыщет, где лавочник прячет меч, если тот его не продал, а дальше уже будет моя забота, как его у него отобрать. А теперь всем спать — утром выступаем…
Вот только отправиться за мечом с раннего утра у троицы не получилось — Элиза не предупредила их, что занятия у неё будут только во второй половине дня. А выступать в поход без её арбалета и кинжалов не имело никакого смысла. Василий попытался забрать артефакты из шкафа, где она хранила сокровища, но неугомонный дракончик поднял такой шум, что все решили, в том числе и сам Василий, в дом забрались воры.
— А что будет, когда эта сапфировая рептилия подрастёт? — проворчал он, хватаясь рукой за сердце. — Чуть Кондрашка не хватил.
Пришлось ждать, пока Элиза, вызвав фаэтон, отбудет на занятия. Тогда не страшно, что дракончик разорётся снова — им все равно без стрел и кинжалов никак нельзя пускаться в путь.
— С собой возьмёте, буду молчать, — вполне членораздельно изрёк сапфировый сторож. — А так буду орать, вырвусь наружу, долечу до академии. Такой шум подниму. Сами понимаете, что может произойти. На меня охота начнётся опять же, — добавил он, хитро прищурившись.
Пришлось взять его с собой четвёртым. Хаоса в тихом, мирном королевстве никто из них не хотел. По крайней мере, до турнира…
Первым в Предгорья Роман отправил привидение. Они сговорились встретиться в замке Драгон-Хоррор, если разминутся.
Оставалось придумать, как самому, увешанному с головы до ног артефактами, переместиться вместе с дракончиком и котом. Ну если второго он себе положил на шею, как воротник, то, что делать с первым, совершенно не представлял.
— А ты сядь на него, — неожиданно предложил Василий, продолжая висеть на шее Романа меховой горжеткой.
— И то верно, — согласился тот.
Сесть на дракончика — это громко сказано, но запихнуть его между ног и сделать вид, что сидишь верхом, вполне можно было попробовать…
— Что, все?
Василий приоткрыл жёлтый глаз и, не поднимая головы, попытался оглядеться по сторонам.
— То, что мы не в твоей спальне, — сказал он Роману, — совершенно точно. Камина с креслом не наблюдаю.
— Ну, если я не перенёс кресло в замок Драгон-Хоррор, то, значит, мы переместились, — ответил Роман и тоже гляделся одним глазом, два почему-то побоялся открывать. — Получилось, — облегчённо выдохнув, вынес он вердикт. — Осталось найти Леопольда.
— А что меня искать? — тут отозвалось привидение. — Я давно тут стою, за вами наблюдаю и рот зажимаю, чтобы не рассмеяться — весьма живописная картина.
— Замок осматривать будем? — спросил дракончик, выпутываясь из ног Романа. — Или сразу к лавочнику пойдём?
— Осмотреться надо, — предложил Роман, расправляя затёкшие члены. И кота удержи и дракона не вырони при перемещении. — А вдруг отступать придётся? Тылы надо подготовить. Да и мыслишка у меня одна на этот счёт имеется…
Цитадель, точнее, все, что от неё осталось, они все же облазили и исследовали до последнего камешка, так как особо делать было нечего: привидение слетало в ту лавку, где под прилавком продолжал лежать меч-кладенец, и принесло если не дурные вести, то не очень приятные — в городке ярмарка, народу видимо-невидимо и до позднего вечера соваться туда всем им не стоило.
— Как стемнеет, пойдём на дело, — с чувством собственной важности произнёс Леопольд. — А дракон пусть нас здесь дожидается.
— Почему это? — взорвался тот и поднял чешуйчатую голову.
Ни за что он не останется один. Страшно. Он ещё маленький.
— Знаешь, сколько на ярмарочной площади собралось борцов с драконами? И каждый готов с тобой сразиться, — ответило приведение и цыкнуло через губу. — Не счесть.
— Ты нас будешь в башне дожидаться, — согласился с Леопольдом Василий. — И прикрывать наше позорное бегство, если у нас ничего не получится.
На том и порешили. Роман в их споре участия не принимал — его волновали совсем другие вопросы.
Бородатый лавочник с ужасом уставился на троицу, ввалившуюся в двери, когда он пошел уже запирать лавку: серый полосатый кот в сапогах и шляпе, мужик с таким выражением лица, что проще согласиться быть изнасилованным им, чем объяснить ему, почему у тебя нет настроя на сексуальный контакт, и самое обычное привидение, которое то рассыпалось на отдельные составляющие, то снова собиралось в облако. Но почему-то именно привидение испугало лавочника больше всего, а не кот, размахивающий когтистыми лапами истошно вопивший по-человечьи:
— Давай за жизнь, брат, до конца!
Даже с этим диким котом он бы совладал — лавка полна оружия, а привидения всегда вызывали у него панический ужас.
А мужик? Что мужик? Что он мужиков никогда не видел, что ли? Хотя нет… Тот весьма выразительно размахивал парными клинками.
Клинки лавочник узнал сразу и внезапно осознал, зачем эта троица ввалилась к нему в лавку. Придется выкручиваться — ему не привыкать.
— Слушаю вас, господа хорошие, — стараясь не выдать свой безграничный страх, вежливо сказал лавочник друзьям и почтительно поклонился.
Бить его, когда тот так вежлив, всем троим сразу расхотелось. Может, удастся договориться полюбовно?
— Значит, так, — вступил в переговоры Роман. — Ты забираешь назад арбалет с совершенно неволшебными стрелами и тупые дамасские клинки.
— Почему неволшебные? Почему тупые? — засуетился, залебезил лавочник. — Ничего не знаю. Когда продавал, все было в лучшем виде.
Он понял, что сказал лишнее, но было уже поздно — лавочник не знал, но почему-то догадался, что перед ним сыщик, который хватал за язык, ловил таких, как он, на полуслове, а он по неосторожности сказал целых четыре.
— Ну, если, — согласился Роман, — ты сможешь нанести мне хоть одну царапину своими клинками…
— Это не мои кинжалы, — запротестовал хозяин лавки.
— Ну-ну, тогда и меч, который ты взял в обмен на них не может принадлежать тебе, — пожал плечами Роман. — Сделка ничтожная. Леопольд, доставай, — приказал он привидению, с завыванием продолжавшему носиться по лавке и готовый разгромить ее, как только будет дана команда.
Еще бы кота на нечистоплотного лавочника напустить, который, демонстрируя остроту своих когтей, полосовал лаковое покрытие прилавка — разорвать пару чучел в клочья ему воспитание не позволяло, да и Роман предупредил, чтобы никакого хулиганства, мол, все в рамках закона, пока он отмашку не даст, что пора бить лавочника, если тот упорствовать станет.
— Ах, этот ножичек, — засюсюкал хозяин лавки, но вырвать меч-кладенец из рук привидения, которое с трудом тащило его, опасался.
— Вот и ладненько, — согласился Роман.
Он скинул на прилавок фальшивые артефакты, схватил в охапку орущего кота, осторожно перехватил меч у Леопольда и спиной попятился на выход. Пока хозяин лавки не очухался и не позвал подмогу, надо было добраться до замка, подхватить там дракончика и переметнуться назад, туда, откуда пришли. И ищи их тогда, свищи ветра в поле.
— Далеко и долго бежать придется.
Роман с тоской взглянул на сторожевую башню, темнеющую в сумерках на фоне закатного неба.
— И денег нет, чтобы нанять повозку, — согласился с ним кот, похлопав себя лапами по бокам. Засуетился, забыл запастись в дорогу звонкой золотой монетой.
— Ничего, придумаю что-нибудь, — подмигнул ему Роман.
Он закинул Василия себе на плечо, изменил размер огромного меча, сделав его не больше булавки — если и набросятся на них пособники лавочника, то ничего, мол, не знаем, не ведаем, никакого оружия у нас нет и не было, перепутал что-то мужичок с перепугу, когда привидение увидел. Всяко бывает. Его слово против их, а их-то все же трое, как ни крути. Чтобы булавка не потерялась в суете, Роман воткнул ее себе в воротник куртки. И тут же поднял руку, как привык у себя дома, чтобы остановить проезжавший мимо них тарантас.
— Слышь, водила кобылы, подкинь до замка Драгон-Хоррор, — попросил он.
— Садись, — ответил возница угрюмо и кивнул позади себя.
— Бить будет, когда довезет, — прошептал кот Роману в ухо и сразу прикинулся воротником. Денег-то он так и не наколдовал.
Роман, конечно, не прочь подраться, но этот-то мужик ни в чем не виноват — согласился их подвезти, хотя ему было не по пути.
В горку лошадка бежала споро, чтобы не сидеть бука букой, Роман принялся травить анекдоты из своей несказочной жизни. Обычно, он их не запоминал — память у него была так заточена, чтобы обращать внимание на всякие мелочи при расследовании преступления и запоминать только их, но никак не на смешное или веселое. А тут из него вдруг поперло.
Сначала возница помалкивал и все косился на словоохотливого пассажира, потом стал похихикивать так несвойственно здоровому мужику, а уже затем просто ржал, как его лошадь, когда бывала сытой и довольной, в полный голос.
Повозка остановилась возле заржавелых ворот — во двор некогда грозного строения возница заезжать побоялся. А вдруг там привидения или драконы обосновались? Последняя из Драгон-Хоррор, поговаривали, и та ушла неведомо куда. Кто их теперь от крылатых чудищ охранять и защищать станет, если они вдруг объявятся?
— Тебе как, деньгами или советом? — спросил Роман, спрыгивая на землю из тарантаса и поправляя меховой воротник на шее.
— Давай советом, — согласился мужик. — Хороший совет порой больших денег стоит.
— Бери всегда деньгами, — улыбнувшись, ответил Роман.
Он почему-то ни на секунду не усомнился, что возница выберет второе. Денег заработать можно, а веселые собеседники, как сегодня, не часто попадаются…
— Ну ты даешь?
Василий стек с плеча Романа и сразу обернулся человеком. Только непонятно зачем? Им пора сваливать назад в замок маркиза де Карабаса, пока лавочник с дружками не спохватились и не начали их поиски — меч добыли, можно сказать, без особых проблем, надо и честь знать.
— А проверить кладенец не хочешь? — спросил Василий, одновременно отвечая, зачем он из кота человеком стал.
— Давай, — согласился Роман — ему, что воля, что неволя, все едино.
Можно меч и в деле испробовать. Только вот он не стал ему прежние размеры возвращать — от того, большой меч или маленький, свойства его не менялись.
Роман взял булавку двумя пальцами и ткнул в кусок кирпича, выпавшего из стены, — тот рассыпался в прах.
— Отлично, — захлопал в ладоши Василий.
— А теперь переруби вон то упавшее дерево, — попросил он и указал на вывороченную с корнем сосну, которая кроной упиралась в стену башни. — Только осторожно, чтобы на нас дерево не упало, когда ты его перережешь. Выше бери. Выше.
Булавочный меч прошел сквозь ствол сосны как по маслу, разрезав его надвое.
— Настоящий. Не догадался подменить, дурачина-лавочник, хотел срубить неплохой барыш.
Довольно поцокал языком Василий.
— Ищем наших и валим домой, — добавил он, оборачиваясь котом и протягивая передние лапы к Роману, чтобы тот снова его на плечи посадил.
— Оружие, конечно, хорошее, — согласился с ним Роман. — Только я не возьму никак в толк, зачем оно такое острое?
— Все очень даже просто, — вздохнул кот, чуть приподнявшись на плече. — Этим мечом можно победить дракона. Больше никаким оружием его чешуйки пробить нельзя. Стрелой тоже его не взять. А какая Элиза без меча борчиха с драконами? Она этого не понимала, когда менялась на арбалет и кинжалы…
— А вот и мы! — рядом раздались задорные голоса привидения и дракончика.
— Что, отбываем? — поинтересовались они в унисон.
Роман только согласно покачал головой. Задерживаться здесь дольше не имело никакого смысла. Он опять зажал ногами голову Сапфирона в основном, чтобы тот не дрыгался, и перенесся туда, откуда они стартовали к скалистым горам.
Казалось, что ничего не изменилось в замке за время их отсутствия.
— Стоять!
Дракончик, подняв лапу, остановил всех и вытянувшись в струну, как гончий пес, взявший след, принюхался.
— Здесь кто-то был, — сказал он после недолгого молчания.
А затем, как ищейка по следу, побежал по широкой лестнице, ведущей наверх.
— Элиза очень расстроится, плакать будет, — проговорил дракончик, появляясь, как привидение Леопольд, неизвестно откуда. — Пока нас не было, стащили мою скорлупу и окаменелые яйца. Все пропало — теперь они в чужих руках и не представляют больше никакой ценности.
Он лишь тоскливо вздохнул — похоже, что все их планы на ближайшее будущее полетели в тартарары, и предложил:
— Излагай.
— Боевого коня нет, меча нет, доспехи не мои, а матушкины. Не по размеру.
— И это все твои проблемы? — изумлённо выгнул брови Роман.
Он бы даже не заморачивался по этому поводу — кот денег наколдует, обещал же, они обновки девушке справят к турниру и коня купят.
— И мечом, которого у меня нет, я совершенно не владею, — произнесла Элиза и уронила голову на руки, готовая разрыдаться от отчаяния. — Если я не выиграю ни одного поединка, то меня не допустят к экзаменам. А мне без магического образования никак нельзя.
— Понял.
Роман в раздумчивости потёр рукой подбородок.
— Замени девушку на поединке хотя бы единожды, — жалобно пискнул Леопольд как мог громко. — Шлем напялишь на голову, забрало опустишь, и тебя никто не увидит, и не узнает, а она потом выйдет на поклон, если тебе удастся победить.
— А если нет? — внезапно заартачился Роман. — Я полицейский, а вовсе не рыцарь. Стрелять ещё из Макарова могу, а все остальное — махать мечом, сражаться на копьях и кинжалах — не по моей части.
— Поэтому и нужно вернуть Элизе меч-кладенец, — шепнуло привидение ему на ухо.
Оно это могло — подкрасться незаметно для других.
— Уговорили.
Роман согласился не потому, что его на самом деле уговорили: отказать Элизе он бы не смог — тут другое. Он утвердился в своей мысли, что меч девушке надо вернуть любым способом, даже не очень честным. Восстановить так сказать, справедливость, статус-кво.
— Когда турнир?
Элиза с благодарностью взглянула на Романа глазами полными слёз.
— Через три дня…
***
— Как? Ну, скажите как?
Неимоверно злой кот, готовый всех порвать на ремешки, расхаживал на задних лапах по спальне Романа, которую троица, по сути, превратила в комнату для обсуждения боевых действий.
— Как за три дня добраться до предгорий, овладеть мечом и не опоздать на турнир?
Василий когда злился, всегда оборачивался котом — так ему легче было пар выпускать. Можно было, например, подрать когтями мебель или старинные ковры. Что с ними случиться — пойдёт только на пользу. Поймать случайно залетевшую птицу и растрепать её на пух и перья или истошно помяукать, как весной в марте на крыше. Короче, совершать все то, что в человечьем обличье он делать никогда не стал бы.
— Не знаю, как в несказке у меня будет это получаться, но здесь для меня попасть в любую точку пространства и времени не составляет никакого труда.
Роман взял в руку свой диплом и потряс им перед мордой кота, который недовольно шипел и топорщил усы.
— Могу попробовать и вас до места доставить.
— Я и сам так могу, — отозвался Леопольд, сидевший в кресле у камина, закинув ногу на ногу. — Уточните координаты, и я там. Хоть сейчас.
— Ну тогда это совсем другое дело, — развёл руками Роман. — Не получится тебя, Василий, перенести, мы и с привидением благополучно с делом справимся. Он разыщет, где лавочник прячет меч, если тот его не продал, а дальше уже будет моя забота, как его у него отобрать. А теперь всем спать — утром выступаем…
Вот только отправиться за мечом с раннего утра у троицы не получилось — Элиза не предупредила их, что занятия у неё будут только во второй половине дня. А выступать в поход без её арбалета и кинжалов не имело никакого смысла. Василий попытался забрать артефакты из шкафа, где она хранила сокровища, но неугомонный дракончик поднял такой шум, что все решили, в том числе и сам Василий, в дом забрались воры.
— А что будет, когда эта сапфировая рептилия подрастёт? — проворчал он, хватаясь рукой за сердце. — Чуть Кондрашка не хватил.
Пришлось ждать, пока Элиза, вызвав фаэтон, отбудет на занятия. Тогда не страшно, что дракончик разорётся снова — им все равно без стрел и кинжалов никак нельзя пускаться в путь.
— С собой возьмёте, буду молчать, — вполне членораздельно изрёк сапфировый сторож. — А так буду орать, вырвусь наружу, долечу до академии. Такой шум подниму. Сами понимаете, что может произойти. На меня охота начнётся опять же, — добавил он, хитро прищурившись.
Пришлось взять его с собой четвёртым. Хаоса в тихом, мирном королевстве никто из них не хотел. По крайней мере, до турнира…
Первым в Предгорья Роман отправил привидение. Они сговорились встретиться в замке Драгон-Хоррор, если разминутся.
Оставалось придумать, как самому, увешанному с головы до ног артефактами, переместиться вместе с дракончиком и котом. Ну если второго он себе положил на шею, как воротник, то, что делать с первым, совершенно не представлял.
— А ты сядь на него, — неожиданно предложил Василий, продолжая висеть на шее Романа меховой горжеткой.
— И то верно, — согласился тот.
Сесть на дракончика — это громко сказано, но запихнуть его между ног и сделать вид, что сидишь верхом, вполне можно было попробовать…
— Что, все?
Василий приоткрыл жёлтый глаз и, не поднимая головы, попытался оглядеться по сторонам.
— То, что мы не в твоей спальне, — сказал он Роману, — совершенно точно. Камина с креслом не наблюдаю.
— Ну, если я не перенёс кресло в замок Драгон-Хоррор, то, значит, мы переместились, — ответил Роман и тоже гляделся одним глазом, два почему-то побоялся открывать. — Получилось, — облегчённо выдохнув, вынес он вердикт. — Осталось найти Леопольда.
— А что меня искать? — тут отозвалось привидение. — Я давно тут стою, за вами наблюдаю и рот зажимаю, чтобы не рассмеяться — весьма живописная картина.
— Замок осматривать будем? — спросил дракончик, выпутываясь из ног Романа. — Или сразу к лавочнику пойдём?
— Осмотреться надо, — предложил Роман, расправляя затёкшие члены. И кота удержи и дракона не вырони при перемещении. — А вдруг отступать придётся? Тылы надо подготовить. Да и мыслишка у меня одна на этот счёт имеется…
Цитадель, точнее, все, что от неё осталось, они все же облазили и исследовали до последнего камешка, так как особо делать было нечего: привидение слетало в ту лавку, где под прилавком продолжал лежать меч-кладенец, и принесло если не дурные вести, то не очень приятные — в городке ярмарка, народу видимо-невидимо и до позднего вечера соваться туда всем им не стоило.
— Как стемнеет, пойдём на дело, — с чувством собственной важности произнёс Леопольд. — А дракон пусть нас здесь дожидается.
— Почему это? — взорвался тот и поднял чешуйчатую голову.
Ни за что он не останется один. Страшно. Он ещё маленький.
— Знаешь, сколько на ярмарочной площади собралось борцов с драконами? И каждый готов с тобой сразиться, — ответило приведение и цыкнуло через губу. — Не счесть.
— Ты нас будешь в башне дожидаться, — согласился с Леопольдом Василий. — И прикрывать наше позорное бегство, если у нас ничего не получится.
На том и порешили. Роман в их споре участия не принимал — его волновали совсем другие вопросы.
ГЛАВА 7
Бородатый лавочник с ужасом уставился на троицу, ввалившуюся в двери, когда он пошел уже запирать лавку: серый полосатый кот в сапогах и шляпе, мужик с таким выражением лица, что проще согласиться быть изнасилованным им, чем объяснить ему, почему у тебя нет настроя на сексуальный контакт, и самое обычное привидение, которое то рассыпалось на отдельные составляющие, то снова собиралось в облако. Но почему-то именно привидение испугало лавочника больше всего, а не кот, размахивающий когтистыми лапами истошно вопивший по-человечьи:
— Давай за жизнь, брат, до конца!
Даже с этим диким котом он бы совладал — лавка полна оружия, а привидения всегда вызывали у него панический ужас.
А мужик? Что мужик? Что он мужиков никогда не видел, что ли? Хотя нет… Тот весьма выразительно размахивал парными клинками.
Клинки лавочник узнал сразу и внезапно осознал, зачем эта троица ввалилась к нему в лавку. Придется выкручиваться — ему не привыкать.
— Слушаю вас, господа хорошие, — стараясь не выдать свой безграничный страх, вежливо сказал лавочник друзьям и почтительно поклонился.
Бить его, когда тот так вежлив, всем троим сразу расхотелось. Может, удастся договориться полюбовно?
— Значит, так, — вступил в переговоры Роман. — Ты забираешь назад арбалет с совершенно неволшебными стрелами и тупые дамасские клинки.
— Почему неволшебные? Почему тупые? — засуетился, залебезил лавочник. — Ничего не знаю. Когда продавал, все было в лучшем виде.
Он понял, что сказал лишнее, но было уже поздно — лавочник не знал, но почему-то догадался, что перед ним сыщик, который хватал за язык, ловил таких, как он, на полуслове, а он по неосторожности сказал целых четыре.
— Ну, если, — согласился Роман, — ты сможешь нанести мне хоть одну царапину своими клинками…
— Это не мои кинжалы, — запротестовал хозяин лавки.
— Ну-ну, тогда и меч, который ты взял в обмен на них не может принадлежать тебе, — пожал плечами Роман. — Сделка ничтожная. Леопольд, доставай, — приказал он привидению, с завыванием продолжавшему носиться по лавке и готовый разгромить ее, как только будет дана команда.
Еще бы кота на нечистоплотного лавочника напустить, который, демонстрируя остроту своих когтей, полосовал лаковое покрытие прилавка — разорвать пару чучел в клочья ему воспитание не позволяло, да и Роман предупредил, чтобы никакого хулиганства, мол, все в рамках закона, пока он отмашку не даст, что пора бить лавочника, если тот упорствовать станет.
— Ах, этот ножичек, — засюсюкал хозяин лавки, но вырвать меч-кладенец из рук привидения, которое с трудом тащило его, опасался.
— Вот и ладненько, — согласился Роман.
Он скинул на прилавок фальшивые артефакты, схватил в охапку орущего кота, осторожно перехватил меч у Леопольда и спиной попятился на выход. Пока хозяин лавки не очухался и не позвал подмогу, надо было добраться до замка, подхватить там дракончика и переметнуться назад, туда, откуда пришли. И ищи их тогда, свищи ветра в поле.
— Далеко и долго бежать придется.
Роман с тоской взглянул на сторожевую башню, темнеющую в сумерках на фоне закатного неба.
— И денег нет, чтобы нанять повозку, — согласился с ним кот, похлопав себя лапами по бокам. Засуетился, забыл запастись в дорогу звонкой золотой монетой.
— Ничего, придумаю что-нибудь, — подмигнул ему Роман.
Он закинул Василия себе на плечо, изменил размер огромного меча, сделав его не больше булавки — если и набросятся на них пособники лавочника, то ничего, мол, не знаем, не ведаем, никакого оружия у нас нет и не было, перепутал что-то мужичок с перепугу, когда привидение увидел. Всяко бывает. Его слово против их, а их-то все же трое, как ни крути. Чтобы булавка не потерялась в суете, Роман воткнул ее себе в воротник куртки. И тут же поднял руку, как привык у себя дома, чтобы остановить проезжавший мимо них тарантас.
— Слышь, водила кобылы, подкинь до замка Драгон-Хоррор, — попросил он.
— Садись, — ответил возница угрюмо и кивнул позади себя.
— Бить будет, когда довезет, — прошептал кот Роману в ухо и сразу прикинулся воротником. Денег-то он так и не наколдовал.
Роман, конечно, не прочь подраться, но этот-то мужик ни в чем не виноват — согласился их подвезти, хотя ему было не по пути.
В горку лошадка бежала споро, чтобы не сидеть бука букой, Роман принялся травить анекдоты из своей несказочной жизни. Обычно, он их не запоминал — память у него была так заточена, чтобы обращать внимание на всякие мелочи при расследовании преступления и запоминать только их, но никак не на смешное или веселое. А тут из него вдруг поперло.
Сначала возница помалкивал и все косился на словоохотливого пассажира, потом стал похихикивать так несвойственно здоровому мужику, а уже затем просто ржал, как его лошадь, когда бывала сытой и довольной, в полный голос.
Повозка остановилась возле заржавелых ворот — во двор некогда грозного строения возница заезжать побоялся. А вдруг там привидения или драконы обосновались? Последняя из Драгон-Хоррор, поговаривали, и та ушла неведомо куда. Кто их теперь от крылатых чудищ охранять и защищать станет, если они вдруг объявятся?
— Тебе как, деньгами или советом? — спросил Роман, спрыгивая на землю из тарантаса и поправляя меховой воротник на шее.
— Давай советом, — согласился мужик. — Хороший совет порой больших денег стоит.
— Бери всегда деньгами, — улыбнувшись, ответил Роман.
Он почему-то ни на секунду не усомнился, что возница выберет второе. Денег заработать можно, а веселые собеседники, как сегодня, не часто попадаются…
— Ну ты даешь?
Василий стек с плеча Романа и сразу обернулся человеком. Только непонятно зачем? Им пора сваливать назад в замок маркиза де Карабаса, пока лавочник с дружками не спохватились и не начали их поиски — меч добыли, можно сказать, без особых проблем, надо и честь знать.
— А проверить кладенец не хочешь? — спросил Василий, одновременно отвечая, зачем он из кота человеком стал.
— Давай, — согласился Роман — ему, что воля, что неволя, все едино.
Можно меч и в деле испробовать. Только вот он не стал ему прежние размеры возвращать — от того, большой меч или маленький, свойства его не менялись.
Роман взял булавку двумя пальцами и ткнул в кусок кирпича, выпавшего из стены, — тот рассыпался в прах.
— Отлично, — захлопал в ладоши Василий.
— А теперь переруби вон то упавшее дерево, — попросил он и указал на вывороченную с корнем сосну, которая кроной упиралась в стену башни. — Только осторожно, чтобы на нас дерево не упало, когда ты его перережешь. Выше бери. Выше.
Булавочный меч прошел сквозь ствол сосны как по маслу, разрезав его надвое.
— Настоящий. Не догадался подменить, дурачина-лавочник, хотел срубить неплохой барыш.
Довольно поцокал языком Василий.
— Ищем наших и валим домой, — добавил он, оборачиваясь котом и протягивая передние лапы к Роману, чтобы тот снова его на плечи посадил.
— Оружие, конечно, хорошее, — согласился с ним Роман. — Только я не возьму никак в толк, зачем оно такое острое?
— Все очень даже просто, — вздохнул кот, чуть приподнявшись на плече. — Этим мечом можно победить дракона. Больше никаким оружием его чешуйки пробить нельзя. Стрелой тоже его не взять. А какая Элиза без меча борчиха с драконами? Она этого не понимала, когда менялась на арбалет и кинжалы…
— А вот и мы! — рядом раздались задорные голоса привидения и дракончика.
— Что, отбываем? — поинтересовались они в унисон.
Роман только согласно покачал головой. Задерживаться здесь дольше не имело никакого смысла. Он опять зажал ногами голову Сапфирона в основном, чтобы тот не дрыгался, и перенесся туда, откуда они стартовали к скалистым горам.
Казалось, что ничего не изменилось в замке за время их отсутствия.
— Стоять!
Дракончик, подняв лапу, остановил всех и вытянувшись в струну, как гончий пес, взявший след, принюхался.
— Здесь кто-то был, — сказал он после недолгого молчания.
А затем, как ищейка по следу, побежал по широкой лестнице, ведущей наверх.
— Элиза очень расстроится, плакать будет, — проговорил дракончик, появляясь, как привидение Леопольд, неизвестно откуда. — Пока нас не было, стащили мою скорлупу и окаменелые яйца. Все пропало — теперь они в чужих руках и не представляют больше никакой ценности.
