Не разбирая дороги, Вита неслась вперед, прижимая к себе яйцо, — она спотыкалась о камни и корни, падала, поднималась и опять бежала вперед. Только бы не догнали, не отобрали бы бесценную ношу.
В замок с яйцом нельзя — только в горы, туда, где, по словам, видели парящего в вышине дракона. Вите почему-то казалось, что ее и нерожденного малыша в яйце только само чудище может защитить от кого бы то ни было.
В какой-то момент она оступилась и, закувыркавшись по скалистому склону, полетела вниз.
Сильный удар о землю и… тишина…
Вита даже не пыталась открыть глаза — все тело нещадно саднило и болело, видимо, вчера Алоис перестарался с ее муштрой, даже сегодня не стал поднимать слишком рано. Она попыталась повернуться на другой бок… И в памяти всплыли все события вчерашнего дня. А она лежит даже не в своей постели, а вообще неизвестно где, а в руках по-прежнему держит, судя по всему, целехонькое драконье яйцо.
Чуть приоткрыв один глаз, Вита удостоверилась, что все так и есть. Осталось понять, где она лежит. Пришлось открывать и второй глаз. Похоже, какая-то яма, а ее тело, невероятным образом изогнутое меж остро заточенных кольев покоилось на ее дне. Вчера, когда она убегала от убийцы драконов, была глубокая ночь, а сейчас, судя по всему, ясный день, несмотря на то, что солнечные лучи почти не проникали в глубокую яму.
Издавая невероятные стоны, кто ее найдет или услышит в этой глуши, Вита приняла более-менее вертикальное положение, усевшись прямо на земле, и, задрав голову, попыталась оценить свои шансы на спасение из ловушки, в которую угодила в темноте. Самой никак не выбраться. Кричать бесполезно — снаружи никто не услышит. Ждать, что ее станут искать, можно, только тоже бесполезно. Ну сколько она продержится здесь без пищи и воды?
Вита уже собрался спрятать яйцо за пазуху, но увидела на его поверхности несколько прозрачных капелек. Разбрасываться такой роскошью негоже, решила она и смело слизала жидкость, по вкусу напоминавшую молоко. И только после этого бережно опустила яйцо за ворот своей рубахи. И странное дело, боль из тела ушла, а силы, наоборот, появились. Если бы хоть какой-то корень спускался в яму, Вита с легкостью смогла бы подпрыгнуть, зацепиться ща него и выбраться на поверхность, по крайней мере, ей так показалось. Но как назло, на вертикальных стенах ямы не было ни травинки. Оставалось вырвать из земли кол и попытаться долбить ступени вверх, не сидеть же без дела, как-то все равно надо попытаться выбраться наружу.
Она обхватила руками один из торчавших из земли кольев, попробовала покачать. Тот с трудом, но поддался. Время у нее есть, спешить особенно некуда, к тому же по поверхности бегает убийца драконов. И Вита неторопливо принялась раскачивать заостренную палку.
Вдруг прямо перед ее лицом неожиданно возник конец веревки.
— Хватайся, — раздался знакомый насмешливый голос прямо над головой.
— И не подумаю, — обиделась Вита, перемещаясь к краю ямы. Страха не было, но выбираться на поверхность и встречаться с Клосом ей не хотелось
— Хватайся, хватайся, — настаивал тот.
— Как ты меня нашел? — недоумевала Вита. Совсем недавно ей казалось, что придется в яме провести остаток своих дней, а ее так быстро обнаружил убийца драконов, видимо, пришедший за последним яйцом.
— Это не сложно было, — фыркнул Клос. — Ты пробежал от пещеры до этой звериной ямы, в которую имел неосторожность угодить, как стадо диких кабанов. Оставалось только искренне надеяться, что ты в своем поспешном бегстве не сломаешь себе шею. Но судя по тому, что я жив и даже относительно здоров, тело только слегка ломит, с тобой ничего серьезного не случилось.
— Не понял? — только и смогла сказать Вита.
— Где уж вам, — снова фыркнул Клос. — Она прежде, чем сдохнуть, вызвала древнее проклятие.
Вита не стала уточнять, о ком идет речь, и так было понятно.
— Кого? — только спросила она.
— Обоих, — невозмутимо отозвался мужчина. — И Ортвина тоже. — Клос расхохотался. — Всех связало проклятие, кто в тот момент оказался в пещере. Хорошо, что мыши случайно не забежали, — продолжал он веселиться непонятно чему. — А то бы и их жизни пришлось охранять.
— Я тебе не верю, — обиделась Вита. Она совершенно не понимала, почему тому так смешно, что его так развеселило.
— Твое дело, — равнодушно ответил Клос. — Но, чтобы ты поверил, я выпорю себя, а заодно и тебя крапивой для вправления твоих мозгов, ее очень много растет по краю ямы.
И он принялся с остервенением рвать траву, а Вита завопила изумленно, когда на ее ладони стали вскакивать пузыри.
— Ага… А чтобы поверил… — не унимался Клос и довольно чувствительно стегнул себя по обнаженному бедру, немного приспустив штаны.
— Верю, верю, — закивала Вита, хватаясь за веревку, мало ли как вздумается разъяренному мужчине наказать ее еще. А судя по тому, как запрыгало драконье яйцо у него за пазухой, то и дракончику немало досталось…
— Что делать будем? — поинтересовалась Вита, выбравшись из ямы наружу и тяжело свалившись на самом ее краю. Она не решалась взглянуть на Клоса — с одной стороны чувствовала себя виноватой, что все так случилось, а с другой стороны, винила того во всем. Но больше всего не могла ему простить убийства драконихи и ее детенышей, именно убийства — то не было честным сражением.
— Видимо, у тебя были какие-то планы на этот счет, когда ты похищал яйцо, — равнодушно ответил Клос, валясь без сил на траву рядом с ней.
— Я читал…
— Он, видите ли, грамотный и соизволил читать, — фыркнул зло Клос.
— Я читал, — продолжила твердым голосом говорить Вита, — что заклятие крови может снять только тот, кто его наложил.
— Она мертва, — ответил мужчина.
— Я это уже понял, — согласно кивнула Вита. — Но у детенышей был, должен быть еще и отец…
— Куда ты клонишь? — удивленно поднял бровь Клос.
— Я не клоню, — вздохнула Виталина, — я предлагаю отправиться на поиски дракона. Может, он поможет избавиться от проклятия.
— Этот идиот еще и сумасшедший, — съязвил Клос. — И что ты хочешь предложить дракону в обмен на снятие проклятия? У тебя, кроме твоей никчемной жизни, ничего больше нет. А у него есть все…
— У нас есть его детеныш… — не унималась Вита.
— Не детеныш, а яйцо, — уточнил мужчина. — А ты не дракониха, чтобы вывести из яйца дракончика. Он сдохнет вскорости. И не надейся.
— Как сдохнет? — испугалась она и через рубаху погладил круглое яйцо, пытаясь успокоиться сама и успокоить дракончика, — костьми ляжет, но до дракона доставит его детеныша целым и невредимым. Другого способа откупится, отвязаться от убийцы драконов, с которым его связало проклятие, она не видела.
— Обыкновенно как, — развел руками Клос, — как и мы с тобой — от голода. Я уже сейчас чувствую, как жрать хочется... Эй! — вдруг крикнул он радостно, — это не я, это Ортвин жрать хочет. Он вчера без ужина остался, пока бегал в поисках пещеры… Но к дракону я не пойду.
— Трус! — зло рявкнула Вита, поднимаясь на ноги. — Я пойду, и ты пойдешь за мной, как миленький. Точнее, как привязанный. Еще и бренное мое тело охранять станешь.
Она и не поняла, откуда появилась эта уверенность в своей правоте и злость на мужчину, из-за которого вся ее размеренная жизнь пошла кувырком.
— Ты куда? — не удержался от вопроса Клос, ему казалось, что Витолд должен пойти в сторону снежных вершин, а он направился совсем в другую сторону.
— Я же сказал, отправляюсь на поиски дракона, — огрызнулась Вита.
— Врун, — обозлился Клос.
— От вруна слышу, — не осталась в долгу Вита.
Она шла молча. Да и о чем ей говорить с Клосом? Что тот мог ей интересного поведать? Как убивал дракончиков, а затем сбывал яйца? Если раньше мужчина вызывал у нее любопытство, то теперь, кроме презрения, она не испытывала к нему никаких чувств.
Клос тоже молчал. Он и желал бы расспросить парня о драконах, чувствовал, тот много о них знает, но не мог придумать, как начать разговор. Он и раньше не отличался многословностью, предпочитая разговаривать в основном с помощью кулаков, а тут вообще потерял дар речи.
— Кхе, кхе, — прокашлялся Клос. Вита даже ухом не повела. — Я это, того… — начал он.
Она по-прежнему упрямо шла вперед, не обращая на его покашливания никакого внимания.
— Хочу сказать, — Клос даже придумал первую фразу. — Я не привык заботиться о ком бы то ни было. Я одиночка, — с достоинством произнес он. — Разве только о своем зверьке. Но в лесу он и сам в состоянии о себе позаботиться.
— А я как раз наоборот, — ехидно отозвалась Вита. — Разбалованное чадо благородных рыцарей Драхеншреков. И привык, что обо мне все заботятся. Завтрак по утрам подают в постель, умывают, одевают, обихаживают. На ночь сказки и легенды читают, как, например, мой наставник — благородный рыцарь Алоис. Все готовенькое подают на ложечке, а если надо, то и пережевывают. И если не хочешь бесславно сгинуть в горах, то будешь обо мне заботиться, — закончил она свою тираду и снова замолчала.
— Хорошо, — согласился Клос. — Как скажешь. Только я легенд и сказок совсем не знаю и не умею их рассказывать.
Тут главное беседу поддержать, не дать ей заглохнуть на корню.
— Придется научиться, — не унимаясь, язвила Вита.
— Расскажи хоть одну, чтобы я знал, что тебе нравится слушать, — осторожно попросил Клос.
— О драконах… — отрезала Виталина.
— Но я их убийца….
— Трусливый убийца… — фыркнула она.
— Почему это трусливый? — обиделся Клос. — Между прочим, у драконих и когти острые, и хвост с шипами тяжелый, и огонь, поверь мне, испепеляющий. И у меня для нанесения смертельного удара бывает только один замах. Просто я ловок и быстр. И если бы ты разул глаза, то заметил, что дракончиков я стал убивать только тогда, когда расправился с самим чудовищем.
— Ну, да, — фыркнула Вита, — благородный убийца драконов и их детенышей.
— То ты меня трусом обзываешь, то благородным называешь. Иы уж определись, — снова обиделся Клос. — Но из твоих уст и то, и то звучит оскорбительно.
— Подеремся? — Вита резко становилась и, сжав руки в кулаки, обернулась. Вид у нее был весьма решительный.
— Нет, — попятился Клос. — Я бы мог с тобой подраться, но бить тебя, а заодно и себя совершенно не интересно.
— Трус, — снова фыркнула Вита и решительно зашагала мимо Клоса назад.
— Не понял, — тот растеряно продолжил стоять на месте.
— Чего непонятного? — она не соизволила даже взглянуть в его сторону. — Ты же следопыт. Мог бы и заметить, что мимо «рогатого» камня мы проходим уже в третий раз. Заблудились… Или кто-то нас водит по кругу, не давая пройти дальше в горы.
Клос почувствовал, как мурашки забегали по спине. Он, конечно, обратил внимание на странный камень с двумя острыми выступами по краям, который парень окрестил рогатым, но старался гнать мысль, что кто-то может над ними куражиться.
— Давай отдохнем, поедим, соберемся с мыслями, а потом двинемся дальше, — предложил он осторожно, стараясь шагать след в след за Витолдом.
— У тебя имеется что поесть? — Вита притормозила шаг и хитро взглянула на Клоса. От еды она бы не отказалась.
— Силки изготовлю, кролика поймаю. Зажарим, — предложил тот.
— Отлично, — Вита огляделась по сторонам и решительно направилась к огромной сосне, из-под корней которой вытекал небольшой родничок. — Разводи костер и жарь кролика. Я согласен.
— А ты мне легенду о драконах расскажи, — попросил Клос, — чтобы веселее было.
Легенду…
Деду Вита прочитала их великое множество. Но то были не те легенды. Толстый манускрипт в старом кожаном переплете воспевал подвиги благородных рыцарей Драхеншреков, но о драконах там упоминалось крайне мало. Вита задумалась… А были ли те подвиги?
Она выбрала место посуше и села на землю, привалившись спиной к старому дереву. Сквозь прищуренные веки наблюдала за Клосом, который расплетал конец веревки, видимо, собираясь сделать силки. А у нее за пазухой лежит яйцо, о котором она совершенно ничего не знает, спокойно лежит. Ее знаний о драконах нет, не существует. Или… Все же есть? Сейчас она расслабится, соберется с мыслями и попробует все же поведать Клосу, что знала об огнедышащих чудовищах. Тот, вроде, мастерит силки, а сам непрерывно бросает взгляд в ее сторону.
— У-и-а, — тихо запела Вита низким проникновенным голосом, начиная своей первый из рассказов о драконах.
И опять Клос почувствовал холод, пробежавший по его спине, он даже поежился и пересел на освещенную часть лужайки.
— Давно это было. В стародавние времена, — медленно заговорила Вита, на ходу придумывая несуществующую легенду о драконах. — Не было тогда в мире раздора и злобы, и существовали люди и драконы бок о бок.
— В гости, что ли, ходили друг к другу? — хмыкнул Клос, не отрываясь от своего занятия и только бросив быстрый взгляд в сторону рассказчика.
— И в гости тоже, — невозмутимо согласилась с ним Вита. — Не нравится, могу не рассказывать.
— Что ты? Наоборот, все очень нравится, особенно когда ты поешь, — быстро заговорил Клос, опасаясь, что парень может обидеться на его неуместное замечание. — Скажи, а правда драконы сокровища охраняют?
— Правда, — кивнула Вита. — Только у людей принято считать, что драконы золото в пещерах сторожат. На самом деле это не совсем так. Хотя некоторые драконы, действительно, охраняют золото и драгоценные камни в пещерах. Только это ненастоящие сокровища…
— Как это ненастоящие? — удивился Клос. Он всегда искренне считал, что только золото и камни имеет какую-то ценность.
— Эти сокровища прокляты и взять их нельзя. Ну, как твои яйца, — добавила Вита. — Распорядиться ими можешь только ты сам. Если их кто-то украдет или другим нечестным путем завладеет ими, то они просто обратятся в камень. Так? Вот и те сокровища такие же точно. Взять их можно лишь в том случае, если дракон отдаст. Сам. Добровольно. Но этого обычно не происходит. Кто же со своим богатством расстается добровольно? Люди гибнут, сражаясь с драконом или попадая под его испепеляющий огонь. Рождаются легенды, которые пересказывают из уст в уста или записывают в манускриптах…
— Зачем тогда копатели идут в горы? — изумился Клос.
— Если они не глупцы, то ищут другие богатства, — пожала плечами Вита. — А дракон им как раз и показывает, что можно отыскать в горах.
— Например? — не удержался от вопроса мужчина.
Вита подняла камешек, лежащий рядом с ней, и запустила в него.
— Смотри…
— Ничего не понимаю, — Клос удивленно рассматривал упавший рядом с ним камень с налетами зелени. — Это же не золото?
— Нет, не золото. Это медь, — ответила Вита. — И дракон нас три раза водит по одному и тому же месту, чтобы мы ее нашли. Ее здесь много. Какой камешек не подними, все медным окажется. Только нас с тобой медь не интересует, нам нужен сам дракон.
— А что еще может дракон показать? — заинтересовался Клос.
— Много чего. Железо, например, — продолжила рассказывать Вита. — Драхенфельст — скала драконов — полностью состоит из железа. А в подвале замка находится драконья кузница, где сам дракон помогает ковать непобедимое оружие. В свое время мои предки прекрасно ладили с драконами, которые помогали быть им непобедимыми. Но войны ушли в прошлое, и опыт Драхеншреков стал не нужен.
— Ну, а еще? — не унимался Клос. — Что можно отыскать, идя по следу дракона?
— Рубины, изумруды, а главное — алмазы, которые становятся прочнее самого прочного камня только в горнилах драконов, — пожав плечами, ответил Витолд.
В замок с яйцом нельзя — только в горы, туда, где, по словам, видели парящего в вышине дракона. Вите почему-то казалось, что ее и нерожденного малыша в яйце только само чудище может защитить от кого бы то ни было.
В какой-то момент она оступилась и, закувыркавшись по скалистому склону, полетела вниз.
Сильный удар о землю и… тишина…
Вита даже не пыталась открыть глаза — все тело нещадно саднило и болело, видимо, вчера Алоис перестарался с ее муштрой, даже сегодня не стал поднимать слишком рано. Она попыталась повернуться на другой бок… И в памяти всплыли все события вчерашнего дня. А она лежит даже не в своей постели, а вообще неизвестно где, а в руках по-прежнему держит, судя по всему, целехонькое драконье яйцо.
Чуть приоткрыв один глаз, Вита удостоверилась, что все так и есть. Осталось понять, где она лежит. Пришлось открывать и второй глаз. Похоже, какая-то яма, а ее тело, невероятным образом изогнутое меж остро заточенных кольев покоилось на ее дне. Вчера, когда она убегала от убийцы драконов, была глубокая ночь, а сейчас, судя по всему, ясный день, несмотря на то, что солнечные лучи почти не проникали в глубокую яму.
Издавая невероятные стоны, кто ее найдет или услышит в этой глуши, Вита приняла более-менее вертикальное положение, усевшись прямо на земле, и, задрав голову, попыталась оценить свои шансы на спасение из ловушки, в которую угодила в темноте. Самой никак не выбраться. Кричать бесполезно — снаружи никто не услышит. Ждать, что ее станут искать, можно, только тоже бесполезно. Ну сколько она продержится здесь без пищи и воды?
Вита уже собрался спрятать яйцо за пазуху, но увидела на его поверхности несколько прозрачных капелек. Разбрасываться такой роскошью негоже, решила она и смело слизала жидкость, по вкусу напоминавшую молоко. И только после этого бережно опустила яйцо за ворот своей рубахи. И странное дело, боль из тела ушла, а силы, наоборот, появились. Если бы хоть какой-то корень спускался в яму, Вита с легкостью смогла бы подпрыгнуть, зацепиться ща него и выбраться на поверхность, по крайней мере, ей так показалось. Но как назло, на вертикальных стенах ямы не было ни травинки. Оставалось вырвать из земли кол и попытаться долбить ступени вверх, не сидеть же без дела, как-то все равно надо попытаться выбраться наружу.
Она обхватила руками один из торчавших из земли кольев, попробовала покачать. Тот с трудом, но поддался. Время у нее есть, спешить особенно некуда, к тому же по поверхности бегает убийца драконов. И Вита неторопливо принялась раскачивать заостренную палку.
Вдруг прямо перед ее лицом неожиданно возник конец веревки.
— Хватайся, — раздался знакомый насмешливый голос прямо над головой.
— И не подумаю, — обиделась Вита, перемещаясь к краю ямы. Страха не было, но выбираться на поверхность и встречаться с Клосом ей не хотелось
— Хватайся, хватайся, — настаивал тот.
— Как ты меня нашел? — недоумевала Вита. Совсем недавно ей казалось, что придется в яме провести остаток своих дней, а ее так быстро обнаружил убийца драконов, видимо, пришедший за последним яйцом.
— Это не сложно было, — фыркнул Клос. — Ты пробежал от пещеры до этой звериной ямы, в которую имел неосторожность угодить, как стадо диких кабанов. Оставалось только искренне надеяться, что ты в своем поспешном бегстве не сломаешь себе шею. Но судя по тому, что я жив и даже относительно здоров, тело только слегка ломит, с тобой ничего серьезного не случилось.
— Не понял? — только и смогла сказать Вита.
— Где уж вам, — снова фыркнул Клос. — Она прежде, чем сдохнуть, вызвала древнее проклятие.
Вита не стала уточнять, о ком идет речь, и так было понятно.
— Кого? — только спросила она.
— Обоих, — невозмутимо отозвался мужчина. — И Ортвина тоже. — Клос расхохотался. — Всех связало проклятие, кто в тот момент оказался в пещере. Хорошо, что мыши случайно не забежали, — продолжал он веселиться непонятно чему. — А то бы и их жизни пришлось охранять.
— Я тебе не верю, — обиделась Вита. Она совершенно не понимала, почему тому так смешно, что его так развеселило.
— Твое дело, — равнодушно ответил Клос. — Но, чтобы ты поверил, я выпорю себя, а заодно и тебя крапивой для вправления твоих мозгов, ее очень много растет по краю ямы.
И он принялся с остервенением рвать траву, а Вита завопила изумленно, когда на ее ладони стали вскакивать пузыри.
— Ага… А чтобы поверил… — не унимался Клос и довольно чувствительно стегнул себя по обнаженному бедру, немного приспустив штаны.
— Верю, верю, — закивала Вита, хватаясь за веревку, мало ли как вздумается разъяренному мужчине наказать ее еще. А судя по тому, как запрыгало драконье яйцо у него за пазухой, то и дракончику немало досталось…
— Что делать будем? — поинтересовалась Вита, выбравшись из ямы наружу и тяжело свалившись на самом ее краю. Она не решалась взглянуть на Клоса — с одной стороны чувствовала себя виноватой, что все так случилось, а с другой стороны, винила того во всем. Но больше всего не могла ему простить убийства драконихи и ее детенышей, именно убийства — то не было честным сражением.
— Видимо, у тебя были какие-то планы на этот счет, когда ты похищал яйцо, — равнодушно ответил Клос, валясь без сил на траву рядом с ней.
— Я читал…
— Он, видите ли, грамотный и соизволил читать, — фыркнул зло Клос.
— Я читал, — продолжила твердым голосом говорить Вита, — что заклятие крови может снять только тот, кто его наложил.
— Она мертва, — ответил мужчина.
— Я это уже понял, — согласно кивнула Вита. — Но у детенышей был, должен быть еще и отец…
— Куда ты клонишь? — удивленно поднял бровь Клос.
— Я не клоню, — вздохнула Виталина, — я предлагаю отправиться на поиски дракона. Может, он поможет избавиться от проклятия.
— Этот идиот еще и сумасшедший, — съязвил Клос. — И что ты хочешь предложить дракону в обмен на снятие проклятия? У тебя, кроме твоей никчемной жизни, ничего больше нет. А у него есть все…
— У нас есть его детеныш… — не унималась Вита.
— Не детеныш, а яйцо, — уточнил мужчина. — А ты не дракониха, чтобы вывести из яйца дракончика. Он сдохнет вскорости. И не надейся.
— Как сдохнет? — испугалась она и через рубаху погладил круглое яйцо, пытаясь успокоиться сама и успокоить дракончика, — костьми ляжет, но до дракона доставит его детеныша целым и невредимым. Другого способа откупится, отвязаться от убийцы драконов, с которым его связало проклятие, она не видела.
— Обыкновенно как, — развел руками Клос, — как и мы с тобой — от голода. Я уже сейчас чувствую, как жрать хочется... Эй! — вдруг крикнул он радостно, — это не я, это Ортвин жрать хочет. Он вчера без ужина остался, пока бегал в поисках пещеры… Но к дракону я не пойду.
— Трус! — зло рявкнула Вита, поднимаясь на ноги. — Я пойду, и ты пойдешь за мной, как миленький. Точнее, как привязанный. Еще и бренное мое тело охранять станешь.
Она и не поняла, откуда появилась эта уверенность в своей правоте и злость на мужчину, из-за которого вся ее размеренная жизнь пошла кувырком.
— Ты куда? — не удержался от вопроса Клос, ему казалось, что Витолд должен пойти в сторону снежных вершин, а он направился совсем в другую сторону.
— Я же сказал, отправляюсь на поиски дракона, — огрызнулась Вита.
— Врун, — обозлился Клос.
— От вруна слышу, — не осталась в долгу Вита.
ГЛАВА 7
Она шла молча. Да и о чем ей говорить с Клосом? Что тот мог ей интересного поведать? Как убивал дракончиков, а затем сбывал яйца? Если раньше мужчина вызывал у нее любопытство, то теперь, кроме презрения, она не испытывала к нему никаких чувств.
Клос тоже молчал. Он и желал бы расспросить парня о драконах, чувствовал, тот много о них знает, но не мог придумать, как начать разговор. Он и раньше не отличался многословностью, предпочитая разговаривать в основном с помощью кулаков, а тут вообще потерял дар речи.
— Кхе, кхе, — прокашлялся Клос. Вита даже ухом не повела. — Я это, того… — начал он.
Она по-прежнему упрямо шла вперед, не обращая на его покашливания никакого внимания.
— Хочу сказать, — Клос даже придумал первую фразу. — Я не привык заботиться о ком бы то ни было. Я одиночка, — с достоинством произнес он. — Разве только о своем зверьке. Но в лесу он и сам в состоянии о себе позаботиться.
— А я как раз наоборот, — ехидно отозвалась Вита. — Разбалованное чадо благородных рыцарей Драхеншреков. И привык, что обо мне все заботятся. Завтрак по утрам подают в постель, умывают, одевают, обихаживают. На ночь сказки и легенды читают, как, например, мой наставник — благородный рыцарь Алоис. Все готовенькое подают на ложечке, а если надо, то и пережевывают. И если не хочешь бесславно сгинуть в горах, то будешь обо мне заботиться, — закончил она свою тираду и снова замолчала.
— Хорошо, — согласился Клос. — Как скажешь. Только я легенд и сказок совсем не знаю и не умею их рассказывать.
Тут главное беседу поддержать, не дать ей заглохнуть на корню.
— Придется научиться, — не унимаясь, язвила Вита.
— Расскажи хоть одну, чтобы я знал, что тебе нравится слушать, — осторожно попросил Клос.
— О драконах… — отрезала Виталина.
— Но я их убийца….
— Трусливый убийца… — фыркнула она.
— Почему это трусливый? — обиделся Клос. — Между прочим, у драконих и когти острые, и хвост с шипами тяжелый, и огонь, поверь мне, испепеляющий. И у меня для нанесения смертельного удара бывает только один замах. Просто я ловок и быстр. И если бы ты разул глаза, то заметил, что дракончиков я стал убивать только тогда, когда расправился с самим чудовищем.
— Ну, да, — фыркнула Вита, — благородный убийца драконов и их детенышей.
— То ты меня трусом обзываешь, то благородным называешь. Иы уж определись, — снова обиделся Клос. — Но из твоих уст и то, и то звучит оскорбительно.
— Подеремся? — Вита резко становилась и, сжав руки в кулаки, обернулась. Вид у нее был весьма решительный.
— Нет, — попятился Клос. — Я бы мог с тобой подраться, но бить тебя, а заодно и себя совершенно не интересно.
— Трус, — снова фыркнула Вита и решительно зашагала мимо Клоса назад.
— Не понял, — тот растеряно продолжил стоять на месте.
— Чего непонятного? — она не соизволила даже взглянуть в его сторону. — Ты же следопыт. Мог бы и заметить, что мимо «рогатого» камня мы проходим уже в третий раз. Заблудились… Или кто-то нас водит по кругу, не давая пройти дальше в горы.
Клос почувствовал, как мурашки забегали по спине. Он, конечно, обратил внимание на странный камень с двумя острыми выступами по краям, который парень окрестил рогатым, но старался гнать мысль, что кто-то может над ними куражиться.
— Давай отдохнем, поедим, соберемся с мыслями, а потом двинемся дальше, — предложил он осторожно, стараясь шагать след в след за Витолдом.
— У тебя имеется что поесть? — Вита притормозила шаг и хитро взглянула на Клоса. От еды она бы не отказалась.
— Силки изготовлю, кролика поймаю. Зажарим, — предложил тот.
— Отлично, — Вита огляделась по сторонам и решительно направилась к огромной сосне, из-под корней которой вытекал небольшой родничок. — Разводи костер и жарь кролика. Я согласен.
— А ты мне легенду о драконах расскажи, — попросил Клос, — чтобы веселее было.
Легенду…
Деду Вита прочитала их великое множество. Но то были не те легенды. Толстый манускрипт в старом кожаном переплете воспевал подвиги благородных рыцарей Драхеншреков, но о драконах там упоминалось крайне мало. Вита задумалась… А были ли те подвиги?
Она выбрала место посуше и села на землю, привалившись спиной к старому дереву. Сквозь прищуренные веки наблюдала за Клосом, который расплетал конец веревки, видимо, собираясь сделать силки. А у нее за пазухой лежит яйцо, о котором она совершенно ничего не знает, спокойно лежит. Ее знаний о драконах нет, не существует. Или… Все же есть? Сейчас она расслабится, соберется с мыслями и попробует все же поведать Клосу, что знала об огнедышащих чудовищах. Тот, вроде, мастерит силки, а сам непрерывно бросает взгляд в ее сторону.
— У-и-а, — тихо запела Вита низким проникновенным голосом, начиная своей первый из рассказов о драконах.
И опять Клос почувствовал холод, пробежавший по его спине, он даже поежился и пересел на освещенную часть лужайки.
— Давно это было. В стародавние времена, — медленно заговорила Вита, на ходу придумывая несуществующую легенду о драконах. — Не было тогда в мире раздора и злобы, и существовали люди и драконы бок о бок.
— В гости, что ли, ходили друг к другу? — хмыкнул Клос, не отрываясь от своего занятия и только бросив быстрый взгляд в сторону рассказчика.
— И в гости тоже, — невозмутимо согласилась с ним Вита. — Не нравится, могу не рассказывать.
— Что ты? Наоборот, все очень нравится, особенно когда ты поешь, — быстро заговорил Клос, опасаясь, что парень может обидеться на его неуместное замечание. — Скажи, а правда драконы сокровища охраняют?
— Правда, — кивнула Вита. — Только у людей принято считать, что драконы золото в пещерах сторожат. На самом деле это не совсем так. Хотя некоторые драконы, действительно, охраняют золото и драгоценные камни в пещерах. Только это ненастоящие сокровища…
— Как это ненастоящие? — удивился Клос. Он всегда искренне считал, что только золото и камни имеет какую-то ценность.
— Эти сокровища прокляты и взять их нельзя. Ну, как твои яйца, — добавила Вита. — Распорядиться ими можешь только ты сам. Если их кто-то украдет или другим нечестным путем завладеет ими, то они просто обратятся в камень. Так? Вот и те сокровища такие же точно. Взять их можно лишь в том случае, если дракон отдаст. Сам. Добровольно. Но этого обычно не происходит. Кто же со своим богатством расстается добровольно? Люди гибнут, сражаясь с драконом или попадая под его испепеляющий огонь. Рождаются легенды, которые пересказывают из уст в уста или записывают в манускриптах…
— Зачем тогда копатели идут в горы? — изумился Клос.
— Если они не глупцы, то ищут другие богатства, — пожала плечами Вита. — А дракон им как раз и показывает, что можно отыскать в горах.
— Например? — не удержался от вопроса мужчина.
Вита подняла камешек, лежащий рядом с ней, и запустила в него.
— Смотри…
— Ничего не понимаю, — Клос удивленно рассматривал упавший рядом с ним камень с налетами зелени. — Это же не золото?
— Нет, не золото. Это медь, — ответила Вита. — И дракон нас три раза водит по одному и тому же месту, чтобы мы ее нашли. Ее здесь много. Какой камешек не подними, все медным окажется. Только нас с тобой медь не интересует, нам нужен сам дракон.
— А что еще может дракон показать? — заинтересовался Клос.
— Много чего. Железо, например, — продолжила рассказывать Вита. — Драхенфельст — скала драконов — полностью состоит из железа. А в подвале замка находится драконья кузница, где сам дракон помогает ковать непобедимое оружие. В свое время мои предки прекрасно ладили с драконами, которые помогали быть им непобедимыми. Но войны ушли в прошлое, и опыт Драхеншреков стал не нужен.
— Ну, а еще? — не унимался Клос. — Что можно отыскать, идя по следу дракона?
— Рубины, изумруды, а главное — алмазы, которые становятся прочнее самого прочного камня только в горнилах драконов, — пожав плечами, ответил Витолд.
