Сбежать она не могла, ибо в гареме усилили охрану после побега другой рабыни три месяца назад, поэтому никто не может понять, что произошло. Падишах в скорби и гневе не принимает послов. Вполне возможно, кто-то убедил его в том, что смерть любимой дочери на самом деле убийство, и произошло это не без участия нострадамнийцев. Правителю Деистана будет сложно объяснить, что Фер здесь ни при чём.
Двадцать восьмой ариго остановился под цветущей грушей. Здесь несколько месяцев назад он взял в жёны Линнель, поклялся ей в верности и вечной любви… Здесь стояла беседка, увитая розовыми побегами… Здесь он держал за руку самую прекрасную девушку в мире…
Тёмные волосы, убранные в причёску… Серые глаза, немного испуганные и такие доверчивые… Тонкая кисть, которую он поднёс к губам и поцеловал, а на пальце — странный мужской перстень… Фер зажмурился. Опять это видение! Это не Лин, а снова незнакомка, с которой его явно что-то связывает. Но что именно? Он никогда не видел эту сероглазку! Он женился на Линнель, которую любит всем сердцем!
Фер потряс головой, пытаясь избавиться от навязчивого видения. Есть другие проблемы. Нужно начинать с начала переговоры с Деистаном, чтобы избежать войны. Они не могут себе позволить быть атакованными. Деи слишком сильны. Да и не было в Новом мире войн! Их предки укрылись здесь, чтобы спокойно жить и не бояться за своих детей…
Взгляд его зацепился за что-то, и Фер не сразу понял, за что именно. Под деревом тускло блеснуло. Нечто, чего в траве явно быть не должно. Фер наклонился, поднял. Зуб животного, похоже большого, желтоватый и шершавый, с дырочкой, через которую продет чёрный тонкий шнурок. Концы разлохмачены, видимо, развязался и упал… Чей же он?
Фер сжал амулет в кулаке, и его пронзило странное ощущение дежа-вю. Словно он уже был здесь, видел эту сцену со стороны когда-то давно. Но вспомнить не мог. В памяти навязчиво крутились лишь серые глаза, этот чёрный шнурок, вдетый в зуб, и синее платье. Он даже почувствовал гладкость ткани на своей ладони, как нежную робкую ласку. Твою магию! Похоже, он перестаёт дружить с головой!
— Фер!
Обернувшись, он увидел неспешно пересекающего парк Леви. Братишка нёс в одной руке пузатую бутыль, в другой — два бокала. Обалдеть можно! Трёхсотлетнее вино! Оно видело ещё Святую Инквизицию до того, как бутылку уложили на стойку в подвале дворца, а этот балбес так запросто помахивает ею при ходьбе!
— Леви, ты сбрендил, — усмехнулся он другу. — Отец убил бы нас, если бы увидел распивающими саван-траминер тысяча шестьсот восемьдесят лохматого! Да ещё из бесценных бокалов матушкиного приданого!
— Это просто хрусталь и вино, брат, — Леви сунул ему в руку бокал и вытащил восковую пробку из бутылки. — Тебе надо расслабиться. А то заработаешь нервный срыв… Держи и пей.
Он налил вино густого жёлтого цвета в бокалы, и Фер почувствовал прохладу сквозь хрусталь.
— Да, ты прав. В последние дни мне кажется, что крыша едет…
— Соберись, ариго! Давай, брат, за тебя!
Они чокнулись и не спеша выпили терпкое, крепкое как ликёр, вино. Потом Леви повторил и спросил:
— А что не так с твоей крышей? С Лин поссорился или…
— Или, — Фер повернул бокал в пальцах, глядя, как солнце играет на гранях вырезанных искусной рукой цветов. — Мне почему-то кажется, что я живу не своей жизнью… Бывает у тебя такое?
— Не бывает, — открестился Леви. — Я точно на своём месте, я Леви, твой молочный брат, твой друг и соратник. А ты?
— Не смешно. У меня стойкое ощущение, что всё не так, как должно быть. И ещё вот это…
Он разжал кулак и показал Леви зуб.
— Этого здесь быть не должно, и я не знаю, откуда оно взялось.
Гугл явно работал на ФБР. Он не выдавал никаких подробностей, только общие фразы и фэнтези-книжки. Можно подумать, никто и никогда не контактировал с Новым миром или не обмолвился ни словом об этом. Хотя ведьмы и маги должны были изо всех сил скрывать свою принадлежность к другому народу. Вон, бабуля, например. Сколько Алиса себя помнила, рассказов о Ностра-Дамнии от старушки она не слышала. А ведь бабуле было чем похвастаться! Но нет. Она вела себя как нормальная, работящая женщина всю свою жизнь, только под конец призналась маме, чтобы подготовить её к наследству.
Алиса в очередной раз психанула, захлопнув крышку ноутбука. Дима поднял глаза от телефона и удивился:
— Ты зачем ломаешь комп?
— Да ну нафиг, ничего не найти!
Мало мяукнул с подушки:
— Неужели совсем ничего? Ваши глашатаи плохо разносят информацию!
— А ты вообще молчи! — огрызнулась Алиса. — Всё из-за тебя! Жила я мирно уже целых три месяца, а ты появился — и всё в тартарары!
— Сеньорита, разве лучше жить в неведение? — кот лизнул лапку и принялся тереть ухо. Алиса шумно выдохнула и согласилась с ним:
— В этом ты прав. Не лучше. Но легче, раз уж я здесь, а не там.
— Ты опять говоришь загадками, — покачал головой Дима. — Смотри, что тут есть!
Он передал ей телефон. Алиса вчиталась в строчки и не поверила своим глазам. В блоге, очевидно, эзотерического содержания девушка писала, что своими глазами видела под одним из мостов в своём городе разноцветную паутину, которая блестела и переливалась сама по себе. Никто другой её не замечал, а она побоялась пройти под мостом. Вторая отвечала ей, что в Москве такая паутина есть под каждым мостом, ведёт она в другие миры, каждый раз в разные, и можно возвращаться таким же способом.
Она прочитала всё это вслух, и Мало презрительно ответил:
— Конечно, когда не знаешь, куда перенестись, попадаешь куда угодно, только не туда, куда надо!
Дима кашлянул:
— Ты тоже… Сам-то понял, что сказал?
— Отстань от него, — хмыкнула Алиса. — Что взять с кота?
— Я не кот! — вскочил на все четыре лапы Мало и вздыбил шерсть на загривке. — Я перевёртыш!
— Ладно, ладно, — Алиса примирительно погладила его по спине, и кот почти сразу успокоился, прилёг рядом, заурчал под её ладонью.
— Надо что-то сделать с его перевёртываниями, — проворчал Дима. — А то у меня инфаркт будет скоро.
Алиса кивнула, продолжая гладить Мало по шелковистой короткой шерсти. За два часа после прихода Димы бастард-перевёртыш обернулся три раза. Он действительно не мог контролировать процесс и очень страдал от этого. Надо было срочно принимать меры. Но Мало сам не знал, какие. Он оказался в Старом мире впервые, а на вопрос почему отвечать решительно отказался, бурча себе под нос какие-то непонятные ругательства.
— Может, ему надо прочитать заклинание? — предложил Дима. — Ну, или что там у вас, магов, в ходу?
— Я неопытный маг, — усмехнулась Алиса. — Бабуля бы помогла, так её нет. Она была, так сказать, продвинутым юзером…
— А разве ведьмы не пишут большие семейные колдовские книги? На страницах из человеческой кожи?
Алиса уставилась на него, чувствуя, как яичница ворочается в желудке, собираясь выйти погулять, прижала ладонь ко рту и попросила невнятно:
— Не надо про такие ужасы!
— Не буду! — испугался Дима. — Эй, ты чего такая бледная?
— Как представила… Нет, бабуля никогда не писала никаких книг. По крайней мере, на моей памяти. Хотя…
Книга не книга, а вот тетрадка у бабули была. В чёрном переплёте с надписью «Общая тетрадь», толстенькая и немного лохматая по обрезу. Иногда Алиса видела старушку что-то вписывающей на страничку этой тетрадки, но всегда думала, что там рецепты вкусных пирогов. А вдруг там формулы и заклинания? Где бабуля держала эту тетрадь?
После недолгих раздумий Алиса встала и подошла к полке с книгами. Другого места для записок пожилой ведьмы в квартире нет. Томики с выцветшими переплётами теснились под стеклом, покрытым пылью. Эх, надо бы, наверное, протереть, но не сейчас… Потом. Сначала Мало с его проблемой. Вот шесть томов «Большой медицинской энциклопедии», которые Алиса обожала листать в детстве. Вот бабулина самая главная ценность — русский перевод средневекового трактата «О свойствах трав». Переплетённая подшивка журнала «Здоровье» за семьдесят пятый год, рядом такие же за семьдесят шестой и седьмой… А вот между ними как раз и воткнута общая тетрадка!
— Ура! Я нашла! — Алиса отодвинула стекло, вытащила находку и помахала ею перед парнями.
— И что это? Колдовская книга? — удивлённо спросил Дима.
Мало презрительно фыркнул, отвернувшись. Алиса с опаской открыла тетрадь: а вдруг это и правда сборник рецептов? Но внутри странички были исписаны странными словами. Вроде бы латиницей, но ничего невозможно было разобрать. Язык не был ни английским, ни французским, основы которых Алиса начала учить в институте. Да и бабуля никогда не упоминала о том, что знала иностранные языки. Впрочем, бабуля слишком многое скрывала от правнучки… А может, это тот язык, на котором пели жрецы и маги в Ностра-Дамнии? Типа латыни. Что там говорила Бахира? Они все потомки европейских ведьм и колдунов… Тогда их язык должен напоминать один из группы романских языков. Но от этого им не легче — прочитать эти письмена может только тот, кто жил в Новом мире.
— Мало! Ты читать умеешь? — обратилась Алиса к коту. Тот распушил хвост, подняв его трубой, и заявил с оскорблённым видом:
— Разумеется, сеньорита! Бастарды гранда всегда получают лучшее образование наравне с законными наследниками!
— Тогда работай, — она подсунула ему под морду тетрадку с записями. — Скажи нам, о чём здесь говорится?
— Это не мой родной язык, — фыркнул Мало. — Но здесь зелья… От лихорадки мелко истолочь кусок свежего древесного угля… А тут — от юношеских прыщей… Ха! Моя нянюшка мазала мне лоб этим снадобьем в тринадцать лет!
— Не отвлекайся и ищи что-нибудь подходящее для твоего случая, — велела Алиса и направилась на кухню. — А я пока чай заварю.
Мало с интересом проводил её взглядом и уткнулся в тетрадку носом. Дима же потащился за Алисой. Пока она ставила на огонь старый чайник с закопчёнными боками, налил в стакан остатки коньяка и вздохнул:
— Ну вот, больше нету. А я, похоже, ещё не настолько пьян, чтобы принять всё услышанное как данность…
— Тебе всё равно придётся, — усмехнулась Алиса. — Мне понадобилось больше одного дня, чтобы осознать реальность другого мира.
— Так ты там была?
Дима залпом допил коньяк и заел кусочком помидора, пристально глядя на Алису. Она кивнула:
— Была. Ещё вчера думала, что мне всё почудилось, а сегодня знаю точно, что была. Я просто не понимаю, что тогда случилось и как я оказалась в больнице…
— Забыла, что ли? Амнезия? Ударилась, наверное, головой или попала в аварию?
Алиса потёрла ладонью лоб. Чайник забурчал, и она приготовила чашки и пакетики с заваркой:
— Чай будешь?
— Буду. Коньяка всё равно не осталось.
— Нет, ничем я не ударилась. Она в меня пшикнула какими-то духами! — внезапно вспомнила Алиса. И увидела, как наяву: Фер, гости, свадьба… И эта сука с чёрными бездонными глазами! Как её там? Линнель, что ли… Говорила же бабуля опасаться женщины с чёрными глазами! Вот пророчество и сбылось!
— Амнезия от запаха?
— Я почти всё помню, — пробормотала Алиса. — Просто я сомневалась, что это реально… Как будто с похмелья начинаешь вспоминать, что было, а тебе говорят, что ничего не было. Сон.
— Возможно, что-то из опиатов, — сказал Дима задумчиво.
— Думаешь, она подсунула нам наркотик в парфюме?
— Я не знаю таких наркотиков. Чтобы он был одновременно сильный разово и не вызывающий привыкания.
— В Новом мире делают очень странные зелья, — пожала плечами Алиса. — Бабуля тоже лечила травами. Я помню, когда я была маленькой, она каждую зиму заставляла меня пить какие-то горькие отвары. Я плевалась, но зато никогда не болела, даже когда в садике все ходили сопливые…
— Эй, а что вы тут делаете?
Мало вразвалочку вошёл на кухню — он снова обернулся человеком и напялил синие треники, вероятно, чтобы не смущать Алису. Взмахнув тетрадкой, он сказал, не дожидаясь ответа:
— Я не знаю, подойдёт это или нет, но тут есть рецептик зелья для определения сущности.
— Это как? — не поняла Алиса.
— Ну, если ты не уверен, кто перед тобой — человек или перевёртыш, а может, воплощённый дух. Действует также на фамильеров и оборотней.
— Разве оборотень и перевёртыш — это не одно и то же? — спросил Дима, отхлёбывая чай из большой кружки. Мало снова оскорбился, надулся, как павлин, и буркнул:
— Конечно же нет!
— А в чём разница?
— Перевёртыш рождается таким. Он может оборачиваться животным, когда пожелает.
— Но не здесь! — усмехнулся Дима.
— Но не здесь! — зашипел Мало от обиды, и его глаза наполнились золотистым сиянием, в нём явно проступили вертикальные кошачьи зрачки.
— А оборотни? — поспешила отвлечь его Алиса.
— Это маги или колдуны, которые используют заклинание вместе с зельем, чтобы обернуться животным своего аватара, — в голосе кота явно звучало презрение. Перевёртыши не любят оборотней? Интересно!
— А что ещё за воплощённый дух? — вспомнил Дима.
— Это умерший маг, который занимает тело животного. Обычно для пакостей. Воплощенцы — те ещё гадёныши…
— Ладно, с теорией мы разобрались, — подытожила Алиса. — Теперь займёмся практикой. Можно ли переделать этот рецепт для закрепления твоей человеческой сущности в этом мире?
Мало пожал плечами и прислонился к косяку. Вид у него был довольно скептический, словно он не верил в возможность сделать хоть что-то с помощью бабулиной тетрадки. Алиса поджала губы. Конечно, самой ей не справиться. Нужен кто-то более опытный. Но вот где найти такого человека?
Чашка в руке задрожала. Захотелось швырнуть её о стену и заорать: «Я не хочу ничего делать!» Ничего! Ни для кого! Забыть о магии, о Новом мире, обо всём, что с ней случилось. Просто жить, родить ребёнка, растить его, найти работу, жить для себя и своего сына…
— Алиса!
Она очнулась от внутреннего самоеденья. Дима смотрел на неё странным взглядом, словно читал мысли и укорял за них. Алиса прищурилась, заставляя себя успокоиться, и откликнулась:
— Что?
— В блоге та женщина писала, что у неё есть магазин эзотерических товаров. Может, она в теме, раз пишет про эту вашу магию?
Алиса со стуком поставила чашку в раковину:
— Это не моя магия. Она общая. И я не хотела быть… ведьмой!
Помолчала и добавила, открывая горячую воду:
— Найди адрес, надо съездить к ней на консультацию.
Пока она мыла посуду, Дима нашёл адрес бутика и скачал маршрут на свой телефон, объявив:
— Здесь недалеко, на Варшавке. Поедем вместе, очень уж хочется посмотреть, что там за товары такие!
— Я тоже поеду, — вякнул было Мало, но Алиса с Димой в один голос ответили:
— Нет!
Алиса бросила на ветеринара сердитый взгляд и развила свою мысль:
— Не стоит тебе пока выходить. Вдруг ты опять начнёшь оборачиваться, то-то людям веселуха будет!
— Я не могу всё время сидеть взаперти! — проканючил кот, но Алиса твёрдо прервала его:
— Сказала, нет. Найдём способ закрепить одну из твоих сущностей — тогда выйдешь. А пока посидишь немного в квартире! И постарайся ничего не сломать!
Оставив обиженного перевёртыша на кровати, они вышли на улицу. В сумке у Алисы лежала общая тетрадка в синем переплёте. Мысль идти на консультацию к продавщице амулетов уже не казалась такой дельной. Что она может им сказать? Скорей всего, она даже не ведьма, а просто косит под неё. И как начать разговор? Здрасьте, вы тут писали про разноцветную паутину в блоге, так это портал в другой мир, а нам бы надо найти заклинание для перевёртыша, чтобы не оборачивался спонтанно… В лучшем случае их пошлют. В худшем — вызовут полицию.
Двадцать восьмой ариго остановился под цветущей грушей. Здесь несколько месяцев назад он взял в жёны Линнель, поклялся ей в верности и вечной любви… Здесь стояла беседка, увитая розовыми побегами… Здесь он держал за руку самую прекрасную девушку в мире…
Тёмные волосы, убранные в причёску… Серые глаза, немного испуганные и такие доверчивые… Тонкая кисть, которую он поднёс к губам и поцеловал, а на пальце — странный мужской перстень… Фер зажмурился. Опять это видение! Это не Лин, а снова незнакомка, с которой его явно что-то связывает. Но что именно? Он никогда не видел эту сероглазку! Он женился на Линнель, которую любит всем сердцем!
Фер потряс головой, пытаясь избавиться от навязчивого видения. Есть другие проблемы. Нужно начинать с начала переговоры с Деистаном, чтобы избежать войны. Они не могут себе позволить быть атакованными. Деи слишком сильны. Да и не было в Новом мире войн! Их предки укрылись здесь, чтобы спокойно жить и не бояться за своих детей…
Взгляд его зацепился за что-то, и Фер не сразу понял, за что именно. Под деревом тускло блеснуло. Нечто, чего в траве явно быть не должно. Фер наклонился, поднял. Зуб животного, похоже большого, желтоватый и шершавый, с дырочкой, через которую продет чёрный тонкий шнурок. Концы разлохмачены, видимо, развязался и упал… Чей же он?
Фер сжал амулет в кулаке, и его пронзило странное ощущение дежа-вю. Словно он уже был здесь, видел эту сцену со стороны когда-то давно. Но вспомнить не мог. В памяти навязчиво крутились лишь серые глаза, этот чёрный шнурок, вдетый в зуб, и синее платье. Он даже почувствовал гладкость ткани на своей ладони, как нежную робкую ласку. Твою магию! Похоже, он перестаёт дружить с головой!
— Фер!
Обернувшись, он увидел неспешно пересекающего парк Леви. Братишка нёс в одной руке пузатую бутыль, в другой — два бокала. Обалдеть можно! Трёхсотлетнее вино! Оно видело ещё Святую Инквизицию до того, как бутылку уложили на стойку в подвале дворца, а этот балбес так запросто помахивает ею при ходьбе!
— Леви, ты сбрендил, — усмехнулся он другу. — Отец убил бы нас, если бы увидел распивающими саван-траминер тысяча шестьсот восемьдесят лохматого! Да ещё из бесценных бокалов матушкиного приданого!
— Это просто хрусталь и вино, брат, — Леви сунул ему в руку бокал и вытащил восковую пробку из бутылки. — Тебе надо расслабиться. А то заработаешь нервный срыв… Держи и пей.
Он налил вино густого жёлтого цвета в бокалы, и Фер почувствовал прохладу сквозь хрусталь.
— Да, ты прав. В последние дни мне кажется, что крыша едет…
— Соберись, ариго! Давай, брат, за тебя!
Они чокнулись и не спеша выпили терпкое, крепкое как ликёр, вино. Потом Леви повторил и спросил:
— А что не так с твоей крышей? С Лин поссорился или…
— Или, — Фер повернул бокал в пальцах, глядя, как солнце играет на гранях вырезанных искусной рукой цветов. — Мне почему-то кажется, что я живу не своей жизнью… Бывает у тебя такое?
— Не бывает, — открестился Леви. — Я точно на своём месте, я Леви, твой молочный брат, твой друг и соратник. А ты?
— Не смешно. У меня стойкое ощущение, что всё не так, как должно быть. И ещё вот это…
Он разжал кулак и показал Леви зуб.
— Этого здесь быть не должно, и я не знаю, откуда оно взялось.
Глава 7. Ты у меня одна...
Гугл явно работал на ФБР. Он не выдавал никаких подробностей, только общие фразы и фэнтези-книжки. Можно подумать, никто и никогда не контактировал с Новым миром или не обмолвился ни словом об этом. Хотя ведьмы и маги должны были изо всех сил скрывать свою принадлежность к другому народу. Вон, бабуля, например. Сколько Алиса себя помнила, рассказов о Ностра-Дамнии от старушки она не слышала. А ведь бабуле было чем похвастаться! Но нет. Она вела себя как нормальная, работящая женщина всю свою жизнь, только под конец призналась маме, чтобы подготовить её к наследству.
Алиса в очередной раз психанула, захлопнув крышку ноутбука. Дима поднял глаза от телефона и удивился:
— Ты зачем ломаешь комп?
— Да ну нафиг, ничего не найти!
Мало мяукнул с подушки:
— Неужели совсем ничего? Ваши глашатаи плохо разносят информацию!
— А ты вообще молчи! — огрызнулась Алиса. — Всё из-за тебя! Жила я мирно уже целых три месяца, а ты появился — и всё в тартарары!
— Сеньорита, разве лучше жить в неведение? — кот лизнул лапку и принялся тереть ухо. Алиса шумно выдохнула и согласилась с ним:
— В этом ты прав. Не лучше. Но легче, раз уж я здесь, а не там.
— Ты опять говоришь загадками, — покачал головой Дима. — Смотри, что тут есть!
Он передал ей телефон. Алиса вчиталась в строчки и не поверила своим глазам. В блоге, очевидно, эзотерического содержания девушка писала, что своими глазами видела под одним из мостов в своём городе разноцветную паутину, которая блестела и переливалась сама по себе. Никто другой её не замечал, а она побоялась пройти под мостом. Вторая отвечала ей, что в Москве такая паутина есть под каждым мостом, ведёт она в другие миры, каждый раз в разные, и можно возвращаться таким же способом.
Она прочитала всё это вслух, и Мало презрительно ответил:
— Конечно, когда не знаешь, куда перенестись, попадаешь куда угодно, только не туда, куда надо!
Дима кашлянул:
— Ты тоже… Сам-то понял, что сказал?
— Отстань от него, — хмыкнула Алиса. — Что взять с кота?
— Я не кот! — вскочил на все четыре лапы Мало и вздыбил шерсть на загривке. — Я перевёртыш!
— Ладно, ладно, — Алиса примирительно погладила его по спине, и кот почти сразу успокоился, прилёг рядом, заурчал под её ладонью.
— Надо что-то сделать с его перевёртываниями, — проворчал Дима. — А то у меня инфаркт будет скоро.
Алиса кивнула, продолжая гладить Мало по шелковистой короткой шерсти. За два часа после прихода Димы бастард-перевёртыш обернулся три раза. Он действительно не мог контролировать процесс и очень страдал от этого. Надо было срочно принимать меры. Но Мало сам не знал, какие. Он оказался в Старом мире впервые, а на вопрос почему отвечать решительно отказался, бурча себе под нос какие-то непонятные ругательства.
— Может, ему надо прочитать заклинание? — предложил Дима. — Ну, или что там у вас, магов, в ходу?
— Я неопытный маг, — усмехнулась Алиса. — Бабуля бы помогла, так её нет. Она была, так сказать, продвинутым юзером…
— А разве ведьмы не пишут большие семейные колдовские книги? На страницах из человеческой кожи?
Алиса уставилась на него, чувствуя, как яичница ворочается в желудке, собираясь выйти погулять, прижала ладонь ко рту и попросила невнятно:
— Не надо про такие ужасы!
— Не буду! — испугался Дима. — Эй, ты чего такая бледная?
— Как представила… Нет, бабуля никогда не писала никаких книг. По крайней мере, на моей памяти. Хотя…
Книга не книга, а вот тетрадка у бабули была. В чёрном переплёте с надписью «Общая тетрадь», толстенькая и немного лохматая по обрезу. Иногда Алиса видела старушку что-то вписывающей на страничку этой тетрадки, но всегда думала, что там рецепты вкусных пирогов. А вдруг там формулы и заклинания? Где бабуля держала эту тетрадь?
После недолгих раздумий Алиса встала и подошла к полке с книгами. Другого места для записок пожилой ведьмы в квартире нет. Томики с выцветшими переплётами теснились под стеклом, покрытым пылью. Эх, надо бы, наверное, протереть, но не сейчас… Потом. Сначала Мало с его проблемой. Вот шесть томов «Большой медицинской энциклопедии», которые Алиса обожала листать в детстве. Вот бабулина самая главная ценность — русский перевод средневекового трактата «О свойствах трав». Переплетённая подшивка журнала «Здоровье» за семьдесят пятый год, рядом такие же за семьдесят шестой и седьмой… А вот между ними как раз и воткнута общая тетрадка!
— Ура! Я нашла! — Алиса отодвинула стекло, вытащила находку и помахала ею перед парнями.
— И что это? Колдовская книга? — удивлённо спросил Дима.
Мало презрительно фыркнул, отвернувшись. Алиса с опаской открыла тетрадь: а вдруг это и правда сборник рецептов? Но внутри странички были исписаны странными словами. Вроде бы латиницей, но ничего невозможно было разобрать. Язык не был ни английским, ни французским, основы которых Алиса начала учить в институте. Да и бабуля никогда не упоминала о том, что знала иностранные языки. Впрочем, бабуля слишком многое скрывала от правнучки… А может, это тот язык, на котором пели жрецы и маги в Ностра-Дамнии? Типа латыни. Что там говорила Бахира? Они все потомки европейских ведьм и колдунов… Тогда их язык должен напоминать один из группы романских языков. Но от этого им не легче — прочитать эти письмена может только тот, кто жил в Новом мире.
— Мало! Ты читать умеешь? — обратилась Алиса к коту. Тот распушил хвост, подняв его трубой, и заявил с оскорблённым видом:
— Разумеется, сеньорита! Бастарды гранда всегда получают лучшее образование наравне с законными наследниками!
— Тогда работай, — она подсунула ему под морду тетрадку с записями. — Скажи нам, о чём здесь говорится?
— Это не мой родной язык, — фыркнул Мало. — Но здесь зелья… От лихорадки мелко истолочь кусок свежего древесного угля… А тут — от юношеских прыщей… Ха! Моя нянюшка мазала мне лоб этим снадобьем в тринадцать лет!
— Не отвлекайся и ищи что-нибудь подходящее для твоего случая, — велела Алиса и направилась на кухню. — А я пока чай заварю.
Мало с интересом проводил её взглядом и уткнулся в тетрадку носом. Дима же потащился за Алисой. Пока она ставила на огонь старый чайник с закопчёнными боками, налил в стакан остатки коньяка и вздохнул:
— Ну вот, больше нету. А я, похоже, ещё не настолько пьян, чтобы принять всё услышанное как данность…
— Тебе всё равно придётся, — усмехнулась Алиса. — Мне понадобилось больше одного дня, чтобы осознать реальность другого мира.
— Так ты там была?
Дима залпом допил коньяк и заел кусочком помидора, пристально глядя на Алису. Она кивнула:
— Была. Ещё вчера думала, что мне всё почудилось, а сегодня знаю точно, что была. Я просто не понимаю, что тогда случилось и как я оказалась в больнице…
— Забыла, что ли? Амнезия? Ударилась, наверное, головой или попала в аварию?
Алиса потёрла ладонью лоб. Чайник забурчал, и она приготовила чашки и пакетики с заваркой:
— Чай будешь?
— Буду. Коньяка всё равно не осталось.
— Нет, ничем я не ударилась. Она в меня пшикнула какими-то духами! — внезапно вспомнила Алиса. И увидела, как наяву: Фер, гости, свадьба… И эта сука с чёрными бездонными глазами! Как её там? Линнель, что ли… Говорила же бабуля опасаться женщины с чёрными глазами! Вот пророчество и сбылось!
— Амнезия от запаха?
— Я почти всё помню, — пробормотала Алиса. — Просто я сомневалась, что это реально… Как будто с похмелья начинаешь вспоминать, что было, а тебе говорят, что ничего не было. Сон.
— Возможно, что-то из опиатов, — сказал Дима задумчиво.
— Думаешь, она подсунула нам наркотик в парфюме?
— Я не знаю таких наркотиков. Чтобы он был одновременно сильный разово и не вызывающий привыкания.
— В Новом мире делают очень странные зелья, — пожала плечами Алиса. — Бабуля тоже лечила травами. Я помню, когда я была маленькой, она каждую зиму заставляла меня пить какие-то горькие отвары. Я плевалась, но зато никогда не болела, даже когда в садике все ходили сопливые…
— Эй, а что вы тут делаете?
Мало вразвалочку вошёл на кухню — он снова обернулся человеком и напялил синие треники, вероятно, чтобы не смущать Алису. Взмахнув тетрадкой, он сказал, не дожидаясь ответа:
— Я не знаю, подойдёт это или нет, но тут есть рецептик зелья для определения сущности.
— Это как? — не поняла Алиса.
— Ну, если ты не уверен, кто перед тобой — человек или перевёртыш, а может, воплощённый дух. Действует также на фамильеров и оборотней.
— Разве оборотень и перевёртыш — это не одно и то же? — спросил Дима, отхлёбывая чай из большой кружки. Мало снова оскорбился, надулся, как павлин, и буркнул:
— Конечно же нет!
— А в чём разница?
— Перевёртыш рождается таким. Он может оборачиваться животным, когда пожелает.
— Но не здесь! — усмехнулся Дима.
— Но не здесь! — зашипел Мало от обиды, и его глаза наполнились золотистым сиянием, в нём явно проступили вертикальные кошачьи зрачки.
— А оборотни? — поспешила отвлечь его Алиса.
— Это маги или колдуны, которые используют заклинание вместе с зельем, чтобы обернуться животным своего аватара, — в голосе кота явно звучало презрение. Перевёртыши не любят оборотней? Интересно!
— А что ещё за воплощённый дух? — вспомнил Дима.
— Это умерший маг, который занимает тело животного. Обычно для пакостей. Воплощенцы — те ещё гадёныши…
— Ладно, с теорией мы разобрались, — подытожила Алиса. — Теперь займёмся практикой. Можно ли переделать этот рецепт для закрепления твоей человеческой сущности в этом мире?
Мало пожал плечами и прислонился к косяку. Вид у него был довольно скептический, словно он не верил в возможность сделать хоть что-то с помощью бабулиной тетрадки. Алиса поджала губы. Конечно, самой ей не справиться. Нужен кто-то более опытный. Но вот где найти такого человека?
Чашка в руке задрожала. Захотелось швырнуть её о стену и заорать: «Я не хочу ничего делать!» Ничего! Ни для кого! Забыть о магии, о Новом мире, обо всём, что с ней случилось. Просто жить, родить ребёнка, растить его, найти работу, жить для себя и своего сына…
— Алиса!
Она очнулась от внутреннего самоеденья. Дима смотрел на неё странным взглядом, словно читал мысли и укорял за них. Алиса прищурилась, заставляя себя успокоиться, и откликнулась:
— Что?
— В блоге та женщина писала, что у неё есть магазин эзотерических товаров. Может, она в теме, раз пишет про эту вашу магию?
Алиса со стуком поставила чашку в раковину:
— Это не моя магия. Она общая. И я не хотела быть… ведьмой!
Помолчала и добавила, открывая горячую воду:
— Найди адрес, надо съездить к ней на консультацию.
Пока она мыла посуду, Дима нашёл адрес бутика и скачал маршрут на свой телефон, объявив:
— Здесь недалеко, на Варшавке. Поедем вместе, очень уж хочется посмотреть, что там за товары такие!
— Я тоже поеду, — вякнул было Мало, но Алиса с Димой в один голос ответили:
— Нет!
Алиса бросила на ветеринара сердитый взгляд и развила свою мысль:
— Не стоит тебе пока выходить. Вдруг ты опять начнёшь оборачиваться, то-то людям веселуха будет!
— Я не могу всё время сидеть взаперти! — проканючил кот, но Алиса твёрдо прервала его:
— Сказала, нет. Найдём способ закрепить одну из твоих сущностей — тогда выйдешь. А пока посидишь немного в квартире! И постарайся ничего не сломать!
Оставив обиженного перевёртыша на кровати, они вышли на улицу. В сумке у Алисы лежала общая тетрадка в синем переплёте. Мысль идти на консультацию к продавщице амулетов уже не казалась такой дельной. Что она может им сказать? Скорей всего, она даже не ведьма, а просто косит под неё. И как начать разговор? Здрасьте, вы тут писали про разноцветную паутину в блоге, так это портал в другой мир, а нам бы надо найти заклинание для перевёртыша, чтобы не оборачивался спонтанно… В лучшем случае их пошлют. В худшем — вызовут полицию.
