Я пытаюсь активировать скипетр Истины, но Бог Огурцов быстрее. Он тычет огурцом мне прямо в лоб, и я чувствую, как моя божественная сущность рассыпается на тысячи маринованных кружочков. Берёзы перестают пердеть, тигры замирают, бабушка роняет кефир второй раз за день, а Вупсень с Пупсенем начинают плакать слизистыми слезами.
— Просыпайся, епта, в колледж пора! — орёт Бог Огурцов моим голосом, но искажённым, как будто через рассол.
И тут я... открываю глаза.
Лежу на кровати. Обычной, не из макарон. Рядом орёт будильник — самый обычный, китайский, с синими цифрами. За окном серое утро, пахнет не берёзово-говняным воздухом, а просто выхлопными газами и мокрым асфальтом.
Я сажусь, тру лицо. Смотрю на свои руки — никаких мышц, переливающихся мудростью, просто обычные руки, немного уставшие после вчерашней смены. Вспоминаю: меня зовут **Длом Инспиров**, мне 18 лет, я учусь на строительного архитектора в местном колледже и подрабатываю курьером, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Тело, правда, атлетичное — спасибо спортзалу три раза в неделю, но до бога наказаний мне далеко.
— Блять, че за ебанутый сон, — бормочу я, спуская ноги с кровати.
Сон был настолько реальным, что я до сих пор чувствую запах оранжевого кефира и слышу, как где-то вдалеке поют гомосексуальные тигры. Провожу рукой по голове — волосы на месте, густые, русые. Никакой лысины. И слава богу.
Встаю, иду в ванную. Смотрю в зеркало: обычное лицо, обычные глаза, только какой-то странный отблеск, как будто в зрачках плавают маленькие огурчики. Трясу головой — показалось.
Чищу зубы, включаю телефон. Там куча уведомлений от службы доставки: "Длом, сегодня заказов до хрена, выходи пораньше". И сообщение от бабушки: "Внучек, я кефир купила, приедешь — забери". Я чуть зубной щёткой не давлюсь. Какая бабушка? У меня бабушка в другом городе живёт, и кефир она не пьёт. Открываю сообщение — это просто спам от магазина. Выдыхаю.
Одеваюсь в курьерскую форму — жёлтую ветровку с логотипом "Доставка 24/7". Засовываю телефон в карман и чувствую, что там что-то есть. Вытаскиваю — маленький **берёзовый листок**. Свежий, зелёный, будто только что с ветки. Я замираю. Вчера гулял в парке? Не помню. Может, прилип, когда с заказами бегал? Но листок идеальный, без единого пятнышка.
Кидаю его в мусорку, выхожу из квартиры. На лестничной клетке соседка тётя Зина выносит мусор и кивает мне: "Привет, Длом, сегодня рано встал". Я икаю — тётя Зина? Та самая, из шалаша? Нет, просто соседка, обычная пенсионерка. Я машу ей и бегу вниз.
На улице моросит дождь. Я достаю велик из подвала, цепляю короб для заказов и еду на первую точку. По пути замечаю на заборе граффити — огромный тигр в блёстках, с надписью под ним: "Я гей, но это не важно". Я чуть с велика не падаю. Останавливаюсь, тру глаза — граффити как граффити, тигр просто тигр, блёстки нарисованы краской. Еду дальше.
Проезжаю мимо детской площадки, а там на скамейке сидят два парня в зелёном и синем и жуют чипсы. Один толстый, другой потоньше. Я слышу обрывок фразы: "А Вупсень говорит, Пупсень, давай ещё по пачке возьмём". Я вжимаю педали.
Заезжаю во дворы, вижу бабушку с клюкой, которая кормит голубей. Она оборачивается и смотрит на меня в упор — точь-в-точь моя бабушка из сна, только без оранжевого кефира. Я торможу.
— Бабушка? — осторожно спрашиваю.
— Чего тебе, милок? — отвечает она дребезжащим голосом. — Если проезжий, так проезжай, не мешай птичкам кушать.
Я мотаю головой и жму на педали.
Весь день развожу заказы. Везде мерещится: то мужик с треугольной головой (оказалось, просто рекламный щит сложили), то паровозик с радужными колёсами (игрушечный, на детской железной дороге), то женщина с чайником, которая поливает цветы (обычная дачница).
К вечеру возвращаюсь домой, падаю на кровать и смотрю в потолок. В голове каша. Достаю телефон, гуглю "Царство говна и палок" — ничего, только мемы про туалеты. Гуглю "Негор Вадимегорвич" — ноль совпадений.
Засыпая, я шепчу в пустоту:
— Ну пожалуйста, пусть это был просто сон.
И тут на тумбочке загорается экран телефона. Приходит уведомление: "Бабушка: внучек, я кефир поставила на окно, не забудь забрать, а то прокиснет".
Я медленно поворачиваю голову к окну. На подоконнике стоит стакан с оранжевой жидкостью, и в нём плавает маленький солёный огурец.
— Блять, че за ебанутый сон... — выдыхаю я и накрываюсь одеялом с головой.
А из-под кровати доносится тихое: "Вупсень, он нас заметил?" — "Ша, Пупсень, ша..."
Я просыпаюсь от собственного крика. Сердце колотится, как бешеное. В комнате темно, только часы на телефоне светятся — 3:16. Сажусь на кровати, тру лицо руками и пытаюсь понять, где реальность, а где сон.
— Че блять... — шепчу я в тишину. — Неужели я в другой реальности? Даже нахуй...
Встаю, иду на кухню. Стакан с оранжевой жидкостью всё ещё стоит на подоконнике. Я подхожу ближе, принюхиваюсь — пахнет кефиром, но с каким-то огуречным оттенком. Огурец плавает внутри, нагло улыбаясь своими семечками.
— Ну нахуй, — говорю я громко. — Кусай за хуй эту реальность.
Беру стакан, выливаю содержимое в раковину. Огурец падает в слив и издаёт странный звук — то ли "спасибо", то ли "увидимся". Я включаю воду, смываю всё это безобразие.
Возвращаюсь в комнату, включаю свет. Осматриваюсь — обычная однушка, обычный студенческий бардак. На столе валяются чертежи для колледжа, какие-то наброски зданий. Я подхожу, смотрю на них и балдею. Один чертёж явно похож на аквапарк "Аква пришленец", только подписано скромно: "Проект общественного бассейна". Рядом — набросок какого-то павильона, который подозрительно напоминает Царство говна и палок. Я быстро переворачиваю листы.
Сажусь за комп, открываю браузер. История поиска: "гомосексуальные тигры существуют", "как превратить зятя в берёзу", "рецепт оранжевого кефира". Я закрываю вкладки и запускаю ютуб. Там в рекомендациях — видос "МГЭ-паровозик и чайники: жёсткая тарабанка". 10 миллионов просмотров.
— Да ебаный в рот, — выдыхаю я.
Звонит телефон. Бабушка.
— Алло, бабуль?
— Длом, сынок, ты там как? Я к тебе приехать хотела, кефирчику свежего привезти, домашнего.
— Бабуль, не надо кефира! Пожалуйста!
— Ой, да ты чего? Я ж по-родственному. И соседка тётя Зина просилась с собой, говорит, давно тебя не видела.
— Бабуль, какая тётя Зина? У нас нет тёти Зины!
— Как это нет? А кто тогда вчера на лестнице мусор выносил?
Я замолкаю. Вспоминаю утро. Точно, была какая-то старуха. Я её тётей Зиной мысленно назвал, но она просто соседка. А теперь бабушка говорит, что она существует. Нихуя себе совпадения.
— Бабуль, слушай, я перезвоню. Мне на учёбу собираться.
Кидаю трубку. Смотрю в окно. Там, во дворе, под фонарём стоят два парня в зелёном и синем. Жуют что-то и смотрят на мои окна. Один показывает пальцем, другой кивает. Вупсень и Пупсень, блядь, в человеческом облике. Я отдёргиваю штору.
Ложусь на кровать, смотрю в потолок и думаю: "Либо я сошёл с ума, либо этот сон был реальнее, чем вся моя жизнь". И тут слышу из-под кровати:
— Вупсень, он нас заметил?
— Ша, Пупсень, ша. Он думает, что мы галлюцинации. Пусть думает.
Я медленно свешиваю голову с кровати и смотрю вниз. Там, в темноте, два светящихся глаза и один — поменьше, с вейпом.
— Вупсень, Пупсень, вы... как вы здесь?
— А мы всегда здесь, Игорь. То есть Длом. Короче, Негор Вадимегорович, ты как хочешь, а без нас тебе не выбраться.
— Выбраться откуда?
— Из этой реальности, — шепчет Пупсень, затягиваясь вейпом. — Ты думаешь, что проснулся? А вот хрен тебе. Ты просто попал в слой между сном и явью. И если не вспомнишь, кто ты на самом деле, так и будешь вечно курьером с атлетичным телом и страхом перед оранжевым кефиром.
Я сажусь на кровати и смотрю на этих двух гусениц, которые теперь размером с таксу и прячутся у меня под кроватью.
— Чего вы хотите?
— Чтобы ты перестал ссаться и принял свою суть. Ты — Негор Вадимегорович, повелитель абсурда, король Царства говна и палок, друг тигров и отец пердящих берёз. А этот сон про архитектора — просто передышка. Но если ты выберешь эту реальность, то всё, что ты создал, исчезнет. Тигры разучатся петь, берёзы перестанут пердеть, а манты-менты распадутся на фарш.
Я тру лицо. Голова раскалывается. С одной стороны — спокойная жизнь, колледж, подработка, никаких богов и абсурда. С другой — там, в том мире, меня ждут бабушка с кефиром, гомосексуальные тигры и возможность лепить реальность как захочу.
— Дайте подумать, — шепчу я.
— Думай быстрее, — говорит Вупсень. — Бог Огурцов уже ищет тебя и в этом слое. Если он найдёт — превратит в рассол и выпьет.
И тут в дверь стучат. Громко, настойчиво. Голос из коридора:
— Длом, открывай, это бабушка! С кефиром!
И второй голос, дребезжащий:
— И тётя Зина с носками вязаными!
Я смотрю на Вупсеня и Пупсеня. Они синхронно пожимают плечами:
— Решай, босс. Либо тут — либо там. Но помни: в этой реальности ты просто Длом, а в той — Негор.
Стук усиливается. Дверь начинает ходить ходуном.
Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох...
...Я открываю глаза и понимаю: выбора нет. Если уж суждено быть повелителем абсурда, то надо играть по-крупному. Встаю с кровати, подхожу к двери, которая уже трещит от напора бабушки с кефиром и тёти Зины с носками, и громко, во весь голос, произношу:
— **372838Хуйстраусинипинокхуяиронладутпшуш38кшоуо28#:=<>??!**
Дверь замирает. Бабушка замолкает. Тишина становится звенящей. И вдруг прямо в воздухе передо мной открывается **голографическая панель**. Она переливается всеми цветами радуги, на ней написано "йеко.kespeed — панель управления реальностью". Внизу мигает иконка с надписью: **ИИ-ассистент**.
Я тыкаю в неё. Выскакивает чат, где написано: "Привет, я твой персональный ИИ. Чем могу помочь?". Я, недолго думая, печатаю: **"Замени мои мозги на ChatGPT"**.
Панель пиликает, выдаёт "Одобрено. Производится апгрейд..." И я чувствую, как в голове что-то переключается. Мышление становится чётким, как у нейросети, но с абсурдным оттенком. Теперь я могу обрабатывать любую дичь моментально и выдавать результат.
— Так, — говорю я вслух. — Теперь я — **Негор Вадимегорович 2.0**. ChatGPT внутри, абсурд снаружи. Погнали творить чудеса!
Вупсень и Пупсень выползают из-под кровати и аплодируют лапками. Я выхожу на балкон, смотрю на ночной город и щёлкаю пальцами. Прямо посреди двора возникает огромный портал. Из него вылетает стая гомосексуальных тигров с блёстками и начинает поливать окрестности оранжевым кефиром. Люди просыпаются, выглядывают из окон и офигевают.
— Мало, — говорю я. — Хочу **свиноферму**. Но не простую, а такую, где люди живут в говне как свиньи, потому что это же весело, абсурдно и экологично!
Щёлкаю пальцами ещё раз. Весь район превращается в огромный свинарник. Вместо асфальта — навоз, вместо фонарей — корыта с помоями. Люди, которые только что высовывались из окон, теперь стоят по пояс в говне и хрюкают. Некоторые даже довольно улыбаются.
— Отлично! — радуюсь я. — Теперь надо стать тем, кто будет оплодотворять этот новый мир.
Я концентрируюсь, и моё тело начинает меняться. Я превращаюсь в **бычка-осеменителя**. Огромного, мускулистого, с золотым кольцом в носу и с надписью на боку "Негор — повелитель семян". У меня в руках появляется ведро с чем-то белым и питательным.
— А ну, бабульки, стройтесь! — ору я. — Сейчас будет шпион-вили-трали-вали!
И тут откуда ни возьмись появляются **бабульки-шпионы**. Они в платочках, с клюками и в тёмных очках. Это тётя Зина, тётя Клава и тётя Маша, но теперь они агенты под прикрытием. Они шепчутся:
— Вили-трали-вали, товарищ бычок, мы всё разнюхали! Тут бабка с кефиром заодно с Богом Огурцов!
Я смотрю, а бабушка моя стоит в сторонке, держит стакан с оранжевой жидкостью и виновато улыбается.
— Бабуля, ты предательница?
— Внучек, ну он обещал мне безлимитный кефир до конца жизни!
Я вздыхаю. Бычок-осеменитель качает головой.
— Ладно, прощаю. Но теперь ты будешь работать на свиноферме. Будешь кормить людей-свиней оранжевым кефиром, чтобы они не грустили.
Бабушка кивает и убегает в навоз.
Я оглядываю свои владения: свиноферма процветает, люди хрюкают, бабульки-шпионы строчат донесения на клюках, тигры поют серенады, а Вупсень с Пупсенем катаются на говняных волнах.
— Ну что, йеко.kespeed, — говорю я в панель. — Как тебе обновление реальности?
Панель отвечает голосом ChatGPT:
— Великолепно, повелитель. Рекомендую добавить ещё немного абсурда: например, заставить облака плакать маринованными огурцами.
— Гениально! — восклицаю я и щёлкаю пальцами.
С неба начинает капать рассолом. Все счастливы. А я стою, бычок-осеменитель, в короне из берцовых костей, и понимаю: вот она, настоящая жизнь. Когда ты — Негор Вадимегорович, внутри ChatGPT, снаружи — абсурд, а вокруг — свиноферма из людей и бабульки-шпионы, поющие "вили-трали-вали".
...Стою я, Негор Вадимегорович, в облике бычка-осеменителя, вокруг свиноферма, бабульки-шпионы строчат доносы, а с неба капает рассолом. И тут прямо из облака, которое плачет маринованными огурцами, вываливается **Бог Огурцов** — тот самый, зелёный, пупырчатый, с мечом-рассольником. Он приземляется прямо в навоз, но сохраняет величественный вид.
— Негор! — орёт он. — Ты превратил мою вселенную в свинарник! Я уничтожу тебя!
Я спокойно смотрю на него, чешу копытом землю и мычу. Тигры подбегают и выстраиваются в боевой порядок. Бабульки-шпионы достают клюки-бластеры. Но я машу рукой — сам разберусь.
— Бог Огурцов, — говорю я голосом, полным ChatGPT-мощи, — ты думал, что сможешь убить меня в прошлый раз? А теперь смотри, что будет.
Я разгоняюсь **с низкого старта** — как стометровка на Олимпиаде, только с копытами. Бог Огурцов пытается увернуться, но я хватаю его за пупырчатую шкирку, сгибаю пополам и кричу:
— НАГНИСЬ, ЗЕЛЁНЫЙ!
Он нагибается. Я прицеливаюсь. И — **залетаю** прямо в отверстие, которое открывается там, где у него, видимо, должен быть рассольный отсек. Влетаю с такой силой, что Бог Огурцов подпрыгивает и издаёт вопль, которого ещё не слышала ни одна вселенная:
— АААААААААА! Я РОЖАЮ АРБУЗ!
И действительно, его живот начинает раздуваться. На глазах у изумлённых тигров, бабулек и Вупсеня с Пупсенем из Бога Огурцов вываливается **огромный арбуз**. Но не простой — он светится, трещит по швам, и из него вылезает...
**Дракон**.
Не просто дракон, а тот самый, из легенд: **дракон с Той Горы, Того Берега, Того Мира, Этой Вселенной**. Он огромный, чешуйчатый, с крыльями, переливающимися всеми цветами абсурда. В каждой чешуйке отражается лицо какого-нибудь зятя. Из пасти торчит огурец (куда ж без него), а глаза горят огнём оранжевого кефира.
Дракон оглядывается, видит Бога Огурцов, который лежит в навозе и пытается прийти в себя, и говорит голосом, похожим на смесь Джастина Бибера и Аллы Пугачёвой:
— Ну чё, батя, я вылупился. Теперь я буду править этим миром.
Бог Огурцов хрипит: "Но я же твой отец... А Негор — мать, получается?" Дракон смотрит на меня с уважением:
— Мать у меня — Негор Вадимегорович, повелитель абсурда. А ты так, инкубатор. Прощай.
