Как быть оригинальным

Возраст вещь такая… За что ни возьмись – уже пробовал; всесторонне обдумал; кипу бумаги в самоповторах извел; случайно подвернувшимся невинным жертвам все уши прожужжал. В мире, лихорадочно озабоченном оригинальностью, я и сам ей одержим.
Хорошо музыканту – застолбил за собой пару шлягеров, и кормись с них до глубокой старости: «Земля в иллюминаторе (3 раза) видна (1 раз)» - полтора хита за пятьдесят (!) лет, но авторы/исполнители вполне себе довольны: по миру так и не пошли. Вернее пошли, но с хитом. Потому и подают охотнее. Стабильность – признак космонавта. (Плюс ностальгия по про..анной космической гонке – там за последние 50 лет ровно ноль хитов.)
Но вот Пелевин повторяется – спустить всех собак! Выдохся, ссохся, исчерпал! А о чем ему кричать, как не о самом сокровенном? О чем всем нам думать ночами, балаболить спьяну, писать в стол или для пары сотен (хотя бы тысяч? пусть будет тысяч!) случайных чтецов? Да ещё и не повторяться? Как всегда быть новым, интересным, загадочным?
Забронзовевший Веллер уже с лишком пятнадцать лет как старый эбеновый ворон квохчет на сырую могилу Европы. И каждый год по кирпичу самоповторов на прилавке. Да даже и пусть – возраст мы уважаем; дед недоволен – понятно. «Мир погибает. Люди похожи даже не на тлю. А на ту самую пыль с телеэкрана, который я не смотрю…»
И всё равно копаешься тут в своих мозгах с интересом озабоченного патологоанатома – авось там ещё что-нибудь завалялось: ценное, непоименованное. Такой нескончаемый minecraft закоулков своего ума: где там россыпи алмазов? Шанс невелик, но времени предостаточно: потерпим, понудим, в угольной пыли пошлых мыслишек изгваздаемся, но найдем.
А и не найдем – вернемся к вечному. Со времен Платона и Аристотеля ходовые темы не изменились: политика, мораль, гомосексуализм. Хоть все три сразу: современный Голливуд и затрахавшее всех diversity – столько ЛГБТ (там, кстати, ещё кучу букв добавили – голь на выдумки хитра) на единицу объема не грезилось и самым пресыщенным античным афинским развратникам. Фиванцы – так и вообще бы целое новое непобедимое войско набрали. В итоге вместо разнообразия жанров и фабул – заунывный плач о дискриминации черных и тяжести каминг аута для геев. Все фильмы про это. Все сериалы. Приехали. А как же оригинальность, свежесть, острота? Под удушливым толстым слоем политкорректности не вырастет ничего кроме нового лицемерного соцреализма. Спасибо, 70 лет плавали, знаем.
Европа дряхлеет и левеет; Россия, оболваненная телеящиком, тупеет; остаются по итогу только корейцы. Пон Чжун Хо, Ли Чхан Дон, Ким Ки Дук, Пак Чхан Ук – нет, я не пытаюсь вызвать дьявола, не треба – все, кто нужен, уже здесь! Как 4 всадника апокалипсиса – 4 корейских (не побоюсь крепкого слова) киногения – всё, что осталось мировому кинематографу, чтобы не загнуться в тисках новой левацкой соц. толерантности. Им-то поворот влево заказан: именно там как раз обезумевшая Северная Корея и ее корявые боеголовки, на красной кнопке палец боевого жирняша. Жизнь под такой перманентной угрозой, по сути у жерла ядерного вулкана, способна инспирировать суровое, бескомпромиссное творчество от ножа, что провоцирует странные, вычурные формы киноискусства – кто хоть раз видел корейский артхаус, тот поймет (вот уж кому заморочки с оригинальностью не страшны). Посему, милости просим: рецепт хоть и немного островатый, но на 100% рабочий!
Bon appetit!