Из губ сами собой вырывались стоны в ритме дыхания и движений, руки Андрея скользили по её телу, даря ласку и нежность, страсть без оглядки и раздумий. Чувствовать его внутри себя было восхитительно настолько, что не передать словами или даже беззвучными мыслями. Он был просто идеальным, идеальной длины, толщины и формы, будто бы они с Андреем родились такими, подходящими друг к другу, как кусочки одного и того же пазла, как выточенные по образцу детали одного механизма, которому суждено дополнить друг друга и двигаться в бесконечном сладострастном ритме. Такого не бывает. Не может быть. Но есть.
Андрей есть и двигается ей навстречу, соединяя их тела ещё глубже и плотней, если это вообще возможно. И от этих влажных ударов становится всё горячей и тесней между ног, тепло разливается по животу и ногам, поднимается по ягодицам и спине к самой шее, захлёстывает до самой макушки бурными волнами жара. Его бёдра поднимаются резкими толчками и подбрасывают Вику прямо к звёздам. И если бы не влага между ними, они воспламенились бы от скорости и трения, занялись бы пожаром, языками пламени в потолок, куда поднимала взгляд Вика не в силах смотреть ему в глаза, чтобы не ослепнуть от желания и любви… которая там горит так, что больно.
Не думать об этом, раствориться, забыться, оглохнуть и ослепнуть, чтобы не было ещё больней потом. Никаких лишних мыслей и надежд, только её тело и горячие руки Андрея, его сильные бёдра и член, прожигающий насквозь.
Вика откинулась назад, упираясь ладонями Андрею на колени, прогнулась в спине и изменив позицию ног, поставила их согнутыми в коленях и широко расставленными на постель по бокам. От этой позы она сжалась ещё сильней внутри, а член Андрея стал проходить по какой-то особенно чувствительной точке. Она продолжила резко и быстро подпрыгивать на нём, а он придерживал её за бёдра, чтобы не поднималась слишком высоко, а погружалась как можно глубже. Зрелище Андрею, должно быть, открывалось потрясающее, потому что он стал стонать громче и отрывистей, чувствовалось, как он становится всё толще внутри, наливаясь кровью и твердея.
От этих ощущений внутри Вики всё сжималось и скручивалось, заворачивалось тугой воронкой вокруг него, словно она сейчас порвётся в тонких местах и выплеснется наружу всеми возможными чувствами. Когда она уже задыхалась, выстанывая что-то похожее на его имя, Андрей вдруг поднялся на постели и сел, обнял её руками за талию, и продолжил глубоко и сильно насаживать на свой член. Соприкоснулось всё, что можно, её клитор вжался в его тело, её грудь воткнулась своей набухшей твёрдостью в его, её пальцы впились ногтями в спину Андрея, и через мгновение слепящей вспышкой их обоих накрыла волна парализующего оргазма. С надломленным криком в унисон, с ритмичными конвульсиями и скручивающими спазмами судорогами, они изогнулись и впились друг в друга, погружаясь ещё глубже и ощущая волны каждого и их обоих вместе взятых. Пока волна не выдохлась и не уронила друг на друга в сидячих спутанных объятьях.
Вика чувствовала между сжимающими её внутри импульсами, как всё ещё пульсирует его член остатками оргазма, и это было странно и пугающе приятно. И не хотелось отсоединяться от него, будто это был необыкновенный и чудовищный разъём для погружения одного человека в другого, чтобы подключить их жизнь напрямую друг к другу. Андрей тяжело дышал в кольце её рук, на шее билась вена от сумасшедшего пульса и Вика прислонилась к ней губами. Хотелось целовать его до бесконечности долго и ещё один день. Всего целиком, с ног до головы. Его, видимо, обуревали те же самые чувства, потому что он как заведённый гладил её спину, пытаясь отдышаться куда-то в волосы, прижимался губами к её голове, лежащей у него на плече.
А ощущение нереальности происходящего никак не проходило. И оторваться от Андрея уже не было ни сил, ни желания. Никогда больше.
Вика закрыла глаза и загадала желание. Быть навсегда с ним. Вот так сплетёнными и соединёнными. Пока смерть не разлучит их.
И тут же испугалась этого желания и его невероятной разрушительной силы и размеров. Сердце, едва успокаивавшееся, забилось ещё быстрей.
Андрей будто что-то почувствовал, приподнял её со своего плеча и поцеловал в губы. Вика снова закрыла глаза и странным образом успокоилась, выдыхая в этот сладкий поцелуй.
– Не беспокойся ни о чём, не думай о лишнем, – прошептал он еле слышно, и Вика почти поверила, что он может читать мысли. А если и может, то тогда она перед ним будет ещё более оголённой и вывернутой наизнанку, чем это происходит сейчас. И это было так хорошо. Так правильно. – Пусть между нами останется только этот миг. Только мы и больше ничего, – продолжил он.
Вика вжалась в него, обнимая ещё крепче.
– Больше ничего, – повторила она.
Они ещё долго так сидели, вдыхая и слушая друг друга. И ни одному из них не хотелось разъединяться. Лишь спустя время, Андрей мягко лёг на спину, увлекая Вику вместе с собой в кокон своих объятий. Она протянула руку и, подогнув край большого одеяла, на котором они всё это время находились, завернула их обоих. Уложила голову ему на грудь и закрыла глаза. Под её ладонью билось сильное сердце Андрея, и больше ничего на свете не было нужно.
– Я очень рад, – вдруг сказал тихонько Андрей, – что ты переехала в этот дом. Что бы тебя сюда ни привело.
Вика не стала смотреть на него, лишь провела рукой по груди, потом коснулась губами.
– И я очень рада, – согласилась она. – А вот соседи сегодня, наверное, не рады, – с этими словами она немного улыбнулась. Они были очень громкими в процессе, тут ничего не поделаешь. Не до контроля громкости было. Потом она почти рассмеялась новой мысли, – я надеюсь, Ангелина Эдуардовна сейчас смотрела телевизор в наушниках.
– О боже, не заставляй меня думать об этом, – в шутку ужаснулся Андрей и тихо засмеялся.
– Представь, если нет? – продолжала Вика.
– Нет, я не хочу представлять.
– Как она пьёт чай под твои крики и ест булочки под мои стоны.
– Нет! Стоп! – возмутился, смеясь Андрей, – не надо! Не порть такой момент и не… – он в голос рассмеялся, – не травмируй мою психику этими картинами!
– Как мы травмировали Ангелину Эдуардовну?
– Хватит!
– И Марысю! – продолжала добивать его Вика. – Она, наверное, под диван забилась от грохота нашей кровати!
Андрей с трудом перестал смеяться и вдруг поднял лицо Вики за подбородок, поцеловал её нежно и сладко.
– Пусть хоть весь дом забьётся под свои диваны от грохота нашей кровати. Я готов грохотать ей пока сознание не потеряю.
– Звучит многообещающе, – она поцеловала его в ответ, пусть и понимая, что в ближайшее время у них сил «грохотать» будет не очень много. Но нежный медленный секс она тоже любила и ещё не все тузы из рукавов достала на радость Андрею.
Впереди у них много сладких страстных ночей или даже дней, как сегодня, когда абсолютно безразлично, что за окном и сколько времени. Пока они вместе, все уходило на второй план и терялось в разноцветном мутном фоне, мелькающем вокруг.
Только он и его потрясающие светло-серые глаза, которые смотрят на неё так, как никто и никогда не смотрел.
И не будет смотреть.
Вчера в город вернулась жара, разморила к вечеру и расслабила, будто бы завтра выходной день, а не обычный вторник. Будто бы не нужно вставать рано утром, чтобы отправиться на работу, не нужно быть бодрыми и готовыми к новым трудовым свершениям и подвигам. А всё ещё, как того сильно хотелось, предаваться безоглядной любви до поздней ночи или раннего рассвета. Отправляться в ванную, чтобы вымыться, а в итоге выливать литры воды, пока оба не насытятся телами друг друга в горячем и влажном соитии. Ужинать, с трудом сдерживаясь от того, чтобы совокупиться прямо на обеденном столе и всё равно это сделать, едва отодвинув тарелки, пока Монстр не свалится со стола.
Из кровати они выбирались намного реже, чем планировали за эти дни. Отвлеклись друг на друга, только когда, приехали рабочие устанавливать новую дверь, да Андрею пришлось выходить на работу. Кажется, дважды, если они не сбились со счёта, но учитывая, что Марина не названивала ему в панике, значит дни они не перепутали, и он выходил в свою смену.
Звонки обеспокоенного Разумова и ничего не понимающей Маши были ровно такой продолжительности, чтобы коротко отделаться от них и не навлечь на себя новый виток вопросов. Всё хорошо! Именно так они отвечали им. А остальное потом! Оба были в шоке, но Вика и Андрей со смехом предложили им утешить друг друга, чем, похоже, только ещё больше смутили.
Проблемы будто бы куда-то испарились, пока они пребывали в объятиях друг друга, и никогда не было так хорошо и спокойно им обоим. Приступы Андрея пока больше не повторялись даже несмотря на то, что все эти дни он ни разу не принимал свои таблетки. Он, похоже, был прав, считая, что Вика успешно заменяет ему любые лекарства.
Беспокойства Вики тоже исчезли, как по мановению волшебной палочки. На работе всё наладилось, а украденные деньги с лёгкостью восполнил Андрей, строго-настрого запретив Виктории возражать и пытаться от них отказаться. Вика попыталась, за что была наказана марафоном беспощадного секса всю ночь напролёт и вынуждена была просить пощады и обещать, никогда больше не поднимать между ними денежный вопрос.
Сегодня Андрей отправился на работу уже в третий раз из квартиры Виктории, где они ночевали вместе в одной постели. Он принял душ и гладко выбрил подбородок, чтобы дыхательная маска плотно прилегала к лицу, и он не надышался дыма. А Вика всё это время обнимала его со спины и глядела на его лицо в зеркале, любуясь и радуясь тому, какой он красивый, смелый и сильный. Её собственный герой пожарный. Спасатель. И спаситель. Для неё уж точно.
А потом он долго целовал её в губы, втирая в кожу запах своего лосьона, и не будучи в силах оторваться, как, впрочем, и она. Чуть не опоздал в итоге.
Вика проводила его, спустившись вместе с ним на улицу, а затем, когда тёмно-серый внедорожник скрылся на лесной дороге, отправилась гулять и расхаживать почти выздоровевшую ногу. Она почти зажила, завтра снимать швы, хотя при ходьбе всё ещё немного тянула. Но это была ерунда по сравнению с первыми днями.
Перед тем как вернуться домой и спрятаться от наступающей дневной жары, Вика присела на скамью возле подъезда. Нагревающийся ветерок трепал листочки молодых деревьев на площадке у дома, между дальними скамейками прогуливалась, распушив свой хвост, Марыся, издалека со стороны леса к ней нёсся бодрой рысцой серый растрёпанный дикий кот Кузя. За них тоже хотелось порадоваться. Эти двое тоже нашли друг друга. Вика улыбнулась этим мыслям и погрузилась в мечтания о том, как она повиснет на шее у Андрея, когда тот вернётся домой в её объятья, как будет срывать с него одежду, как…
К подъезду подъехала ярко-жёлтая машина такси, плавно остановилась, и вышел водитель. Он открыл заднюю дверь и помог выбраться оттуда глубоко беременной молодой женщине с выразительными большими глазами и короткой стрижкой тёмных волос. Она, придерживая живот и упираясь рукой в поясницу, подошла к скамейке и уселась рядом с Викой, мимолётно той улыбнувшись.
Вика улыбнулась в ответ. У кого-то в этом доме скоро прибавление, впереди бессонные ночи и дни прекрасной и доброй любви к долгожданному ребёнку. Кто-то будет обнимать свою жену, баюкая младенца в совместных объятьях. От этих мыслей теплело на душе и внезапно хотелось вот точно так же разделить и приумножить свои чувства. Быть может, именно с Андреем им суждено это сделать. Но как можно так далеко загадывать? Нет, пока они просто будут наслаждаться друг другом, отдавая предпочтение действиям, а не словам и обещаниям.
Водитель вытащил из багажника большой красный чемодан и подкатил его за ручку к женщине. Поставил рядом, попрощался и уехал. Она же шумно выдохнула и погладила свой большой живот. Месяц восьмой, не меньше, подумала Вика, вспоминая сотрудницу со старой работы, которая до последнего ходила к ним в офис, чтобы делиться впечатлениями от процесса беременности.
– Укачало немного, брыкается теперь, – сказала она, будто бы Вика спрашивала у неё, что случилось, – дорога сюда очень неровная.
– Да, дорога ужасная, – согласилась она.
– Вы в этом подъезде живете? – уточнила женщина, поправляя короткую чёлку.
– Да.
– Поможете с чемоданом? Очень тяжёлый, до квартиры докатить сил не хватит.
– Хорошо, – Вика поднялась, чтобы помочь ей встать. Подставила локоть, чтобы женщина оперлась на неё и поднялась.
– Спасибо, – ответила она, с трудом выпрямившись. Погладила снова свой живот и мечтательно улыбнулась, – мы к папочке наконец-то приехали.
– Он, наверное, очень обрадуется, – ответила Вика.
– Обязательно обрадуется. Спасибо, что помогаете мне. Мы теперь, наверное, будем соседями. Давайте знакомиться, меня зовут Оля, – сказала она и протянула Виктории руку.
Уважаемые читатели!
Как вы поняли, это ещё не конец.
Ведь осталось так много вопросов!
Та самая ли это Ольга и кто «папочка»?
Узнает ли Вика, что сделал Дима?
Какой будет следующий ход Рената в попытке вернуть сбежавшую невесту?
Будут ли Маша и Разумов вместе?
И самое главное: будут ли вместе Виктория и Андрей? Скажут ли они друг другу заветные слова? И какие ещё препятствия будут стоять на пути их настоящей любви?
Всё это вы узнаете из второго тома!
Ждите, он начнёт публиковаться уже очень скоро!
И не забудьте нажать «Нравится», оставить комментарий и подписаться на автора, чтобы не пропустить продолжение!
Андрей есть и двигается ей навстречу, соединяя их тела ещё глубже и плотней, если это вообще возможно. И от этих влажных ударов становится всё горячей и тесней между ног, тепло разливается по животу и ногам, поднимается по ягодицам и спине к самой шее, захлёстывает до самой макушки бурными волнами жара. Его бёдра поднимаются резкими толчками и подбрасывают Вику прямо к звёздам. И если бы не влага между ними, они воспламенились бы от скорости и трения, занялись бы пожаром, языками пламени в потолок, куда поднимала взгляд Вика не в силах смотреть ему в глаза, чтобы не ослепнуть от желания и любви… которая там горит так, что больно.
Не думать об этом, раствориться, забыться, оглохнуть и ослепнуть, чтобы не было ещё больней потом. Никаких лишних мыслей и надежд, только её тело и горячие руки Андрея, его сильные бёдра и член, прожигающий насквозь.
Вика откинулась назад, упираясь ладонями Андрею на колени, прогнулась в спине и изменив позицию ног, поставила их согнутыми в коленях и широко расставленными на постель по бокам. От этой позы она сжалась ещё сильней внутри, а член Андрея стал проходить по какой-то особенно чувствительной точке. Она продолжила резко и быстро подпрыгивать на нём, а он придерживал её за бёдра, чтобы не поднималась слишком высоко, а погружалась как можно глубже. Зрелище Андрею, должно быть, открывалось потрясающее, потому что он стал стонать громче и отрывистей, чувствовалось, как он становится всё толще внутри, наливаясь кровью и твердея.
От этих ощущений внутри Вики всё сжималось и скручивалось, заворачивалось тугой воронкой вокруг него, словно она сейчас порвётся в тонких местах и выплеснется наружу всеми возможными чувствами. Когда она уже задыхалась, выстанывая что-то похожее на его имя, Андрей вдруг поднялся на постели и сел, обнял её руками за талию, и продолжил глубоко и сильно насаживать на свой член. Соприкоснулось всё, что можно, её клитор вжался в его тело, её грудь воткнулась своей набухшей твёрдостью в его, её пальцы впились ногтями в спину Андрея, и через мгновение слепящей вспышкой их обоих накрыла волна парализующего оргазма. С надломленным криком в унисон, с ритмичными конвульсиями и скручивающими спазмами судорогами, они изогнулись и впились друг в друга, погружаясь ещё глубже и ощущая волны каждого и их обоих вместе взятых. Пока волна не выдохлась и не уронила друг на друга в сидячих спутанных объятьях.
Вика чувствовала между сжимающими её внутри импульсами, как всё ещё пульсирует его член остатками оргазма, и это было странно и пугающе приятно. И не хотелось отсоединяться от него, будто это был необыкновенный и чудовищный разъём для погружения одного человека в другого, чтобы подключить их жизнь напрямую друг к другу. Андрей тяжело дышал в кольце её рук, на шее билась вена от сумасшедшего пульса и Вика прислонилась к ней губами. Хотелось целовать его до бесконечности долго и ещё один день. Всего целиком, с ног до головы. Его, видимо, обуревали те же самые чувства, потому что он как заведённый гладил её спину, пытаясь отдышаться куда-то в волосы, прижимался губами к её голове, лежащей у него на плече.
А ощущение нереальности происходящего никак не проходило. И оторваться от Андрея уже не было ни сил, ни желания. Никогда больше.
Вика закрыла глаза и загадала желание. Быть навсегда с ним. Вот так сплетёнными и соединёнными. Пока смерть не разлучит их.
И тут же испугалась этого желания и его невероятной разрушительной силы и размеров. Сердце, едва успокаивавшееся, забилось ещё быстрей.
Андрей будто что-то почувствовал, приподнял её со своего плеча и поцеловал в губы. Вика снова закрыла глаза и странным образом успокоилась, выдыхая в этот сладкий поцелуй.
– Не беспокойся ни о чём, не думай о лишнем, – прошептал он еле слышно, и Вика почти поверила, что он может читать мысли. А если и может, то тогда она перед ним будет ещё более оголённой и вывернутой наизнанку, чем это происходит сейчас. И это было так хорошо. Так правильно. – Пусть между нами останется только этот миг. Только мы и больше ничего, – продолжил он.
Вика вжалась в него, обнимая ещё крепче.
– Больше ничего, – повторила она.
Они ещё долго так сидели, вдыхая и слушая друг друга. И ни одному из них не хотелось разъединяться. Лишь спустя время, Андрей мягко лёг на спину, увлекая Вику вместе с собой в кокон своих объятий. Она протянула руку и, подогнув край большого одеяла, на котором они всё это время находились, завернула их обоих. Уложила голову ему на грудь и закрыла глаза. Под её ладонью билось сильное сердце Андрея, и больше ничего на свете не было нужно.
– Я очень рад, – вдруг сказал тихонько Андрей, – что ты переехала в этот дом. Что бы тебя сюда ни привело.
Вика не стала смотреть на него, лишь провела рукой по груди, потом коснулась губами.
– И я очень рада, – согласилась она. – А вот соседи сегодня, наверное, не рады, – с этими словами она немного улыбнулась. Они были очень громкими в процессе, тут ничего не поделаешь. Не до контроля громкости было. Потом она почти рассмеялась новой мысли, – я надеюсь, Ангелина Эдуардовна сейчас смотрела телевизор в наушниках.
– О боже, не заставляй меня думать об этом, – в шутку ужаснулся Андрей и тихо засмеялся.
– Представь, если нет? – продолжала Вика.
– Нет, я не хочу представлять.
– Как она пьёт чай под твои крики и ест булочки под мои стоны.
– Нет! Стоп! – возмутился, смеясь Андрей, – не надо! Не порть такой момент и не… – он в голос рассмеялся, – не травмируй мою психику этими картинами!
– Как мы травмировали Ангелину Эдуардовну?
– Хватит!
– И Марысю! – продолжала добивать его Вика. – Она, наверное, под диван забилась от грохота нашей кровати!
Андрей с трудом перестал смеяться и вдруг поднял лицо Вики за подбородок, поцеловал её нежно и сладко.
– Пусть хоть весь дом забьётся под свои диваны от грохота нашей кровати. Я готов грохотать ей пока сознание не потеряю.
– Звучит многообещающе, – она поцеловала его в ответ, пусть и понимая, что в ближайшее время у них сил «грохотать» будет не очень много. Но нежный медленный секс она тоже любила и ещё не все тузы из рукавов достала на радость Андрею.
Впереди у них много сладких страстных ночей или даже дней, как сегодня, когда абсолютно безразлично, что за окном и сколько времени. Пока они вместе, все уходило на второй план и терялось в разноцветном мутном фоне, мелькающем вокруг.
Только он и его потрясающие светло-серые глаза, которые смотрят на неё так, как никто и никогда не смотрел.
И не будет смотреть.
Эпилог
Вчера в город вернулась жара, разморила к вечеру и расслабила, будто бы завтра выходной день, а не обычный вторник. Будто бы не нужно вставать рано утром, чтобы отправиться на работу, не нужно быть бодрыми и готовыми к новым трудовым свершениям и подвигам. А всё ещё, как того сильно хотелось, предаваться безоглядной любви до поздней ночи или раннего рассвета. Отправляться в ванную, чтобы вымыться, а в итоге выливать литры воды, пока оба не насытятся телами друг друга в горячем и влажном соитии. Ужинать, с трудом сдерживаясь от того, чтобы совокупиться прямо на обеденном столе и всё равно это сделать, едва отодвинув тарелки, пока Монстр не свалится со стола.
Из кровати они выбирались намного реже, чем планировали за эти дни. Отвлеклись друг на друга, только когда, приехали рабочие устанавливать новую дверь, да Андрею пришлось выходить на работу. Кажется, дважды, если они не сбились со счёта, но учитывая, что Марина не названивала ему в панике, значит дни они не перепутали, и он выходил в свою смену.
Звонки обеспокоенного Разумова и ничего не понимающей Маши были ровно такой продолжительности, чтобы коротко отделаться от них и не навлечь на себя новый виток вопросов. Всё хорошо! Именно так они отвечали им. А остальное потом! Оба были в шоке, но Вика и Андрей со смехом предложили им утешить друг друга, чем, похоже, только ещё больше смутили.
Проблемы будто бы куда-то испарились, пока они пребывали в объятиях друг друга, и никогда не было так хорошо и спокойно им обоим. Приступы Андрея пока больше не повторялись даже несмотря на то, что все эти дни он ни разу не принимал свои таблетки. Он, похоже, был прав, считая, что Вика успешно заменяет ему любые лекарства.
Беспокойства Вики тоже исчезли, как по мановению волшебной палочки. На работе всё наладилось, а украденные деньги с лёгкостью восполнил Андрей, строго-настрого запретив Виктории возражать и пытаться от них отказаться. Вика попыталась, за что была наказана марафоном беспощадного секса всю ночь напролёт и вынуждена была просить пощады и обещать, никогда больше не поднимать между ними денежный вопрос.
Сегодня Андрей отправился на работу уже в третий раз из квартиры Виктории, где они ночевали вместе в одной постели. Он принял душ и гладко выбрил подбородок, чтобы дыхательная маска плотно прилегала к лицу, и он не надышался дыма. А Вика всё это время обнимала его со спины и глядела на его лицо в зеркале, любуясь и радуясь тому, какой он красивый, смелый и сильный. Её собственный герой пожарный. Спасатель. И спаситель. Для неё уж точно.
А потом он долго целовал её в губы, втирая в кожу запах своего лосьона, и не будучи в силах оторваться, как, впрочем, и она. Чуть не опоздал в итоге.
Вика проводила его, спустившись вместе с ним на улицу, а затем, когда тёмно-серый внедорожник скрылся на лесной дороге, отправилась гулять и расхаживать почти выздоровевшую ногу. Она почти зажила, завтра снимать швы, хотя при ходьбе всё ещё немного тянула. Но это была ерунда по сравнению с первыми днями.
Перед тем как вернуться домой и спрятаться от наступающей дневной жары, Вика присела на скамью возле подъезда. Нагревающийся ветерок трепал листочки молодых деревьев на площадке у дома, между дальними скамейками прогуливалась, распушив свой хвост, Марыся, издалека со стороны леса к ней нёсся бодрой рысцой серый растрёпанный дикий кот Кузя. За них тоже хотелось порадоваться. Эти двое тоже нашли друг друга. Вика улыбнулась этим мыслям и погрузилась в мечтания о том, как она повиснет на шее у Андрея, когда тот вернётся домой в её объятья, как будет срывать с него одежду, как…
К подъезду подъехала ярко-жёлтая машина такси, плавно остановилась, и вышел водитель. Он открыл заднюю дверь и помог выбраться оттуда глубоко беременной молодой женщине с выразительными большими глазами и короткой стрижкой тёмных волос. Она, придерживая живот и упираясь рукой в поясницу, подошла к скамейке и уселась рядом с Викой, мимолётно той улыбнувшись.
Вика улыбнулась в ответ. У кого-то в этом доме скоро прибавление, впереди бессонные ночи и дни прекрасной и доброй любви к долгожданному ребёнку. Кто-то будет обнимать свою жену, баюкая младенца в совместных объятьях. От этих мыслей теплело на душе и внезапно хотелось вот точно так же разделить и приумножить свои чувства. Быть может, именно с Андреем им суждено это сделать. Но как можно так далеко загадывать? Нет, пока они просто будут наслаждаться друг другом, отдавая предпочтение действиям, а не словам и обещаниям.
Водитель вытащил из багажника большой красный чемодан и подкатил его за ручку к женщине. Поставил рядом, попрощался и уехал. Она же шумно выдохнула и погладила свой большой живот. Месяц восьмой, не меньше, подумала Вика, вспоминая сотрудницу со старой работы, которая до последнего ходила к ним в офис, чтобы делиться впечатлениями от процесса беременности.
– Укачало немного, брыкается теперь, – сказала она, будто бы Вика спрашивала у неё, что случилось, – дорога сюда очень неровная.
– Да, дорога ужасная, – согласилась она.
– Вы в этом подъезде живете? – уточнила женщина, поправляя короткую чёлку.
– Да.
– Поможете с чемоданом? Очень тяжёлый, до квартиры докатить сил не хватит.
– Хорошо, – Вика поднялась, чтобы помочь ей встать. Подставила локоть, чтобы женщина оперлась на неё и поднялась.
– Спасибо, – ответила она, с трудом выпрямившись. Погладила снова свой живот и мечтательно улыбнулась, – мы к папочке наконец-то приехали.
– Он, наверное, очень обрадуется, – ответила Вика.
– Обязательно обрадуется. Спасибо, что помогаете мне. Мы теперь, наверное, будем соседями. Давайте знакомиться, меня зовут Оля, – сказала она и протянула Виктории руку.
***
Уважаемые читатели!
Как вы поняли, это ещё не конец.
Ведь осталось так много вопросов!
Та самая ли это Ольга и кто «папочка»?
Узнает ли Вика, что сделал Дима?
Какой будет следующий ход Рената в попытке вернуть сбежавшую невесту?
Будут ли Маша и Разумов вместе?
И самое главное: будут ли вместе Виктория и Андрей? Скажут ли они друг другу заветные слова? И какие ещё препятствия будут стоять на пути их настоящей любви?
Всё это вы узнаете из второго тома!
Ждите, он начнёт публиковаться уже очень скоро!
И не забудьте нажать «Нравится», оставить комментарий и подписаться на автора, чтобы не пропустить продолжение!
