– Как бы то ни было, парень настроен решительно.
Лицо Андреаса превратилось в маску. Что-то такое мелькнуло в его взгляде, из-за чего Дерек перестал рассказывать далее.
- Приберёг девочку для себя? – понимающе спросил он.
- На неё среагировал мой дракон, - ран Андреас произнёс эти слова тихо, почти не слышно и смотря перед собой. – Как когда-то твой на Аглаю.
Дерек замер, сощурил взгляд, но не сказал ни слова. Он в своё время пережил немало проблем из-за того, что сначала пошёл против традиций своего народа, блюдущего чистую кровь, а потом следом за своим драконом, что выбрал совсем другую для себя судьбу.
- Значит в Холодные Земли мы не возвращаемся? – понятливо произнёс дракон.
- Кто бы говорил. – усмехнулся Андреас сбрасывая застывшую маску выражения лица. – Нас там не держит больше ничего. Ни меня, ни тем более тебя.
- Да? – Дерек наклонился чуть вперёд. – От отца известий нет? От брата?
- Пока я тут валялся не приходило. – Андреас повёл плечом и даже не поморщился. Рана действительно заживала гораздо быстрее, чем у обычных драконов.
- А вестник? – Культбергский не сдавался.
- С границы со Скайнией. – сказал, как отрезал Бейтаустен.
- Поэтому спешишь?
- И ряду других причин, например Ринар Тюринг и Беляр Иссиу. Завтра выдвигаемся. Пусть медленно, но нужно идти вперёд.
- Выдержишь?
- Да.
Марьяна выскочила с не особо нужным ей тазом из шатра, как будто за ней гнался… дракон. Вот именно! Он и гнался за ней. Поначалу она так и думала. Отойдя подальше от шатра на несколько десятков локтей, девушка поняла, что погоня происходит только в её воображении. Она отшвырнула таз, расплескав воду и раскидав тряпицы, затряслась всем телом. Плечи дрожали, как в лихорадке. Знахарка, пытаясь прийти в чувство обняла себя тонкими руками, вцепившись в плечи подрагивающими пальцами. Губы горели как будто их долго тёрли, щёки окрасил яркий румянец. Шея, талия, спина обдавало холодом, как будто недавно она стояла у очень яркого и горячего огня, а затем редко отошла в холод и тьму.
- Не успела, - произнесла призрачная фигура за спиной у Марьяны.
Девушка обернулась, во все глаза глядя на знакомую фигуру в кремовом платье, сотканном из плотного тумана. Она знала её. Она видела кто это. Осознание пришло быстрее, чем того хотела сама девушка.
- Богиня Явьина, ваше… ваше… - слова срывались с губ, но произнести их до конца не получалось. Слишком много мыслей, прикосновений высшего дракона, слишком много всего сразу. Марьяна очень хорошо сейчас понимала всех тех девочек, что поддались чарам ящеров, хотя знали о последствиях.
- Ш-ш-ш, - Явьина подошла к подопечной стремительным шагом и неожиданно обняла её. – Всё хорошо, тебе потом он даже понравится, просто наглец решил действовать быстро, сразу, - богиня в данный момент походила на кого угодно, но не на богиню всего явного точно.
- Что? Понравится? Этот мужлан, думающий обо мне как о каком-то сокровище? – цитирование интонации особенно позабавило Явьину.
- Трудновато придётся ему, это точно. – богиня улыбнулась, - но это ему только на пользу.
- И нам. - Навьяна появилась из темноты, окружающей лагерь. – Метка уже начала проявление.
- Метка? – пискнула Марьяна.
- Не переживай, мы её просто приглушим, это должно помочь. Прости милая, но полностью изменить нить судьбы мы не можем.
- Какая ещё нить судьбы?! – у русалочки начиналась самая натуральная истерика.
- Неужели ты думала, что так просто, даже богиням вытянуть дыхей из реки Моррин?
- Но…
- Должна быть незаконченная цель, необходимая не только тебе, но и самому миру, – Явьина коснулась плеч Марьяны и аккуратно провела по ним. Дрожь прошла, как по волшебству (почему «как?»). В грудь снова поступал воздух, а сердце перестало так быстро колотиться. Марьяна выпрямилась и недоумевающе посмотрела на богинь.
- Цель? – тихо спросила она. – Метка? – выдавила с трудом повторно.
- Цель и метка, да, но пока последняя тебе будет мешать, мы чуть изменим историю, - Явьина улыбнулась какой-то странной улыбкой. – Он тебя ещё долго не сможет найти, но…
- …помни, сокрытие твоего сияния не может длиться вечно, мы тебе даём ровно год и месяц, дальше придётся справляться тебе с совавшимся с цепи ящером самой.
- Сорвавшемся с цепи? О чём вы? – ринья задышала через раз, не понимая ничего. В голове перепутались все мысли. Кровь стучала в висках, а на коже и чувствовались его прикосновения.
«Сокровище, моё сокровище»…
Дыхание перехватило снова. Затем ещё раз и ещё, потом всё стихло. Дышать стало разом легче. Марьяна вздохнула очередной раз и обхватила плечи руками. Она чувствовала вдруг холод, не как от реки Моррин, другой, как будто что-то закрыли, тёмную дверь. Её откроют, позже. Сразу настежь. Девушка выдохнула.
- Что это было?
- Метка и судьба. – коротко сказала Явьина. – Легче?
- Д-д-а, - Марьяна обняла себя сильнее. – Почему?... – она смотрела на богиню больными глазами. Явьина снова подошла и обняла ринью, давая ей ощущение тепла и защиты.
- Судьба начертана не так, как её описывают смертные, - Богиня Живого склонила голову набок, - пути её бывают довольно разнообразны. Поступи в Академию в следующей године, в этом году вряд ли выйдет. Пока учись основам, живи, всё придёт само.
- А как же домовые? Домашняя нечисть? – русалочка прекратила дрожать и чуть отстранилась показывая, что дальше справится сама.
- Помоги тем, что рядом с тобой. Это запустит маховик, но ты должна быть в Академии в следующем году. Это необходимо, милая русалочка. Обязательно. И помни, метка рана Андреаса, Дракона Первой Ветви, Бейтаустена засияет на твоей дауре* ровно через год и один месяц. А пока же… тебя ждёт занимательная встреча. – Явьина неожиданно улыбнулась ласково, как младшей сестре.
- Но… - девушка смогла вздохнуть, однако больше ничего она сделать не успела. Удар сердца и ринья Марьяна осталась на поляне в полном одиночестве. Единственное, что напоминало о реальности – таз с остатками воды и разбросанные вокруг него тряпицы.
Знахарка не знала о разговоре драконов, а вот Алеш легко смог обойти защиту и подслушать переговоры ящеров, что касались судьбы дорогой ему сердобольной русалочки. Ведь лагерь оказался разбит в его лесу. Леший намеривался сказать девушке, что услышал. Он чувствовал ответственность за Марьяшу, как… как за младшую сестру. Может наверно, потому что она была его прапраплемянницей по отцовской линии? Кто знает, но то, что девочкой заинтересовался серьёзно настолько влиятельный дракон, да ещё тот, у кого влиятельные враги. С такой личностью юной русалочке следовало бы быть по осторожнее и желательно подальше от источника неприятностей.
Девушка стояла за шатрами, в свете ночного светила Селины и дрожала, как будто она уже узнала о драконе Андреасе и его друге Дереке. Тем не менее, Алеш решил начать разговор. С первыми звуками его голоса ринья вздрогнула и подняла полный растерянности взгляд. Платок укрыл плечи. Коса расплелась и огненные волосы рассыпались по плечам, а зелёные пряди темнели и казались чёрными в ночном серебристых лучах ночного светила.
- Дракон Андреас хочет присвоить тебя, пора уходить, – леший был краток в своих суждениях.
- Я поняла тебя, - Марьяна вздохнула, дрожа всем телом, – чувствую, я…
- Знаю. Удивительно, что на дауре твоего дыхея до сих пор нет метки.
- Метки? – Марьяна задрожала гораздо сильнее, чем до этого. Она смотрела невидящим взглядом на таз с остатками воды. Узкие плечи тряслись, а впившиеся в плечи пальцы побелели от силы, с которой их сжимала русалочка.
- Когда на тебе будет его метка, бежать будет поздно, – Алеш покачал головой. – Его дракон признал тебя. Это ещё более опасно, чем быть для жителя Холодных земель игрушкой.
- Расскажи о метках, – Марьяна сглотнула вязкую слюну каким-то болезненным взглядом посмотрела на лешего. – Только ты знаешь правила, да?
Знахарка до этого вечера не подозревала о существовании меток, как и большинство жителей Словерии. Девушки, что знали обычно не возвращались в родные земли. Именно поэтому Алеш и предостерегал Марьяну. Хлады очень блюли частоту крови, и, если дракон одного из них признавал Истинной кого-то из рода людик или того хуже нечисти, участь такого дракона и его Избранной являлась решённой. Не в пользу счастливой жизни обоих, разумеется. Титулы, регалии, Ветвь рода не имели значения. Важнее – чистота крови.
- Метка принадлежности дракону, хладу, – Алеш чуть склонил голову, - как только получишь её на свою дауру, дракон тебя найдёт везде. Как своё сокровище.
- Шансов избежать нет? – русалочка болезненно отвернулась. Богини не ошибаются, но так хотелось верить в другое. Губы до сих пор горели, вечерний ветер лишь усиливал жар, а не остужал их. Внутри всё замерло от одной тени воспоминания! Что же будет дальше? Как ей противостоять? Как не стать просто вещью среди других вещей одного из сильнейших существ в мире Эрайс?
- В твоём случае не будет. – Алеш жёстко пресекал любые ростки надежды.
- Почему? – Марьяна замерла чуть не дыша. До этого момента она почему-то думала, что сможет избежать трудностей, поскольку знала, что из себя представляют драконы. Головой знала, видела несчастных, которых вернули ящеры, использовав и выкинув, как сломанные игрушки. Видела, как к таким девушкам относились в её деревне, видела…. Да вот внутренне нутро говорило, что сейчас всё будет иначе, стоит только поддаться, чуть-чуть. Совсем немного уступить!
- Такова их суть. – Алеш подошёл к дрожавшей Марьяне вплотную. – Встречу предсказали богини, возможно, раз метки нет, то…
- Метка есть, просто её скрыли, - Марьяна обхватила снова себя руками. Признаться было тяжело. Слова царапали горло. Отрицание происходящего в её сознании боролось с неизбежным. Поцелуй, руки, её шёпот ей понравились. Цена становилась уже не такой явной и высокой. Ведь можно выжить, другие выживают же? И ребёнка она спрячет, будет жить в лесу….
Какой «ребёнок»?
Какой «лес»?!
Ей жизнь дана взаймы, чтобы она спасла создания Нави от участи рабства. У неё первая задача, поступить в Академию Кирьяна имени Акилина Храброго. Она даже думать о другом не имеет права! Она видит фаори, елдов и других чудовищ реки Моррин среди любых земных и водных созданий. Ей открыты многие знания. Каждый день она просыпается, как будто прочитав новую умную книгу. Она не может пойти против воли богинь. Тем более они помогли ей, помогли избежать последствий её глупости.
- Скрыли?
- Богиня. Она была тут.
- Значит, встреча состоялась. Тебе пора уходить. Именно об этом драконе тогда и шла речь.
- Тогда Явьина попросила всего лишь не выходить ни за кого замуж ближайшее время, – Марьяна повела плечами. – Кто бы мог подумать…. И Кристина тоже что-то говорила… про «шовиниста», что меня могут запереть…. Да, что меня могут запереть и я не смогу выполнить своё дело от богинь! Сокровище, так?
Алеш ничего не сказал, просто посмотрел на русалочку тёмным взглядом. В свете Селины его тёмно-зелёные глаза превратились в чёрные озёра. Марьяна вздохнула, отдёрнула пальцы от горящих до сих пор губ и произнесла:
- Уходим сегодня ночью. После обхода больных. – мгновение слабости прошло. Ринья снова была собрана и готова к тяготам судьбы. Девушка рьяно принялась переплетать косу.
Леший опять ничего не сказал, просто посмотрел.
Комментировать логическую цепочку русалочки было только портить выводы.
- Значит, он будет меня искать? – Марьяна посмотрела на лешего, как-то совсем странно. В её глазах отразилась мудрость благословения богинь.
- Да.
- Тогда встречаемся после обхода у вашего шатра, - девушка замотала головой на строгий молчаливый взгляд лешего. – Не волнуйся, обход пройдёт без проблем, - добавила, глядя на таз Марьяна, - Андреаса Бейтаустена я сегодня уже навестила.
Леший опять ничего не сказал, этого и не требовалось. Он просто исчез за ближайшим деревом.
Наследующее утро знахарка перевязывать раны не пришла. Она и её спутники исчезли. Девушка оставила записки Аглае и Золотославу. Благодарности Дереку и Андреасу. В письмеце Аглае ничего существенного не было. Записка Голду оказалась короткой, тёплой, объясняющей свой поступок и что она не может передвигаться далее с лагерем. У неё свой путь.
Дорогой Золотослав, я знаю, что тебя все зовут здесь Голд, но для меня ты останешься тем золотоглазым мальчиком, что я качала на руках. Спасибо, что стал мне братом! Вчера я обошла всех больных. Они поправляются даже быстрее, чем я думала, а значит пора мне двигаться в путь. Спасибо большое за гостеприимство и доверие! Желаю всем больным скорейшего выздоровления.
П.С. Мы с тобой ещё увидимся, чувствую это. Однако, обстоятельства складываются иначе, в данную минуту мне необходимо отправиться в путь, прошу простить меня за такой скорый отъезд. Береги себя. Ещё раз спасибо за встречу и оказанное доверие. Твоя любимая сестра, Марьяна Искристая.
Письмо Дереку:
Уважаемый дракон Дерек Культбергский, спасибо вам, что позволили вылечить ваших подопечных и поверили в мои силы и знания. Состав травяных настоев, отваров и чёткий список действий я прилагаю к этому письму. Пусть на одну неизлечимую болезнь в нашем мире станет меньше. Все раненные поправляются и скоро будут здоровы.
Удачи в вам в вашем деле.
Письмо Андреасу Бейтаустену:
~Сначала я не хотела вам оставлять и записки. Ваше поведение… Вы… повели себя очень нагло и пугающе. Прошу вас больше так не делать, особенно если мы встретимся вновь. Между нами не может быть ничего, кроме формального общения. Мне прекрасно известно, что значит внимание ящера – ничего хорошего. Будьте здоровы и… ~
Ваше здоровье теперь вне опасности, лечение проходит без проблем и заражения. Раны чистые и хорошо заживают. Меняйте повязки три раза в день минимум и не забывайте пить отвары, что я вам оставила. Время приёма двадцать восходов.
Будьте счастливы.
Впервые в то утро дракон Андреаса проснулся под кожей и начал бесноваться, как ненормальный. Мужчина едва его сдерживал, но полностью подавить более не выходило. Хорошо, что пока подчинённым удавалось это объяснить последствиями болезни, но…
Его дракон больше не чувствовал своё сокровище. Метка исчезла. Сокровище скрылось. Андреас знал, что происходит до того, как ему сообщили. Но двуипостасный так же понимал, что исчезла Марьяна ненадолго.
Своего ни один дракон не упускал.
Уходить пришлось лесами с помощью троп, открытых Алешем. Марьяна дрожала от каждого шороха, но не могла себя заставить даже оглянуться. Она чувствовала, что её суть, её дыхание, её дыхей остались там, в лагере драконов, рядом с обладателем невероятных синих глаз, колких, вместе с тем нежных (нежных?). О чём она мыслит? Какая нежность может быть у дракона? Они же не могут относиться к девушкам по-хорошему! Марьяна не понимала, как ей быть. Часть её осознавала - глупость наказуема. Часть хотела вернуться, остаться рядом с ним, его лицом, его улыбкой, его тихими смехом. Он смеялся ведь её едким шуткам, едва шевеля широкими плечами. Как он смотрел на неё. И как властно говорил, потребовал, чтобы…. Это наваждение! Метка! Ненастоящее! Она должна уйти, скрыться! Она не поддастся влечению, сгубившему многих девушек приграничных территорий Словерии и Холодных земель.
Лицо Андреаса превратилось в маску. Что-то такое мелькнуло в его взгляде, из-за чего Дерек перестал рассказывать далее.
- Приберёг девочку для себя? – понимающе спросил он.
- На неё среагировал мой дракон, - ран Андреас произнёс эти слова тихо, почти не слышно и смотря перед собой. – Как когда-то твой на Аглаю.
Дерек замер, сощурил взгляд, но не сказал ни слова. Он в своё время пережил немало проблем из-за того, что сначала пошёл против традиций своего народа, блюдущего чистую кровь, а потом следом за своим драконом, что выбрал совсем другую для себя судьбу.
- Значит в Холодные Земли мы не возвращаемся? – понятливо произнёс дракон.
- Кто бы говорил. – усмехнулся Андреас сбрасывая застывшую маску выражения лица. – Нас там не держит больше ничего. Ни меня, ни тем более тебя.
- Да? – Дерек наклонился чуть вперёд. – От отца известий нет? От брата?
- Пока я тут валялся не приходило. – Андреас повёл плечом и даже не поморщился. Рана действительно заживала гораздо быстрее, чем у обычных драконов.
- А вестник? – Культбергский не сдавался.
- С границы со Скайнией. – сказал, как отрезал Бейтаустен.
- Поэтому спешишь?
- И ряду других причин, например Ринар Тюринг и Беляр Иссиу. Завтра выдвигаемся. Пусть медленно, но нужно идти вперёд.
- Выдержишь?
- Да.
***
Марьяна выскочила с не особо нужным ей тазом из шатра, как будто за ней гнался… дракон. Вот именно! Он и гнался за ней. Поначалу она так и думала. Отойдя подальше от шатра на несколько десятков локтей, девушка поняла, что погоня происходит только в её воображении. Она отшвырнула таз, расплескав воду и раскидав тряпицы, затряслась всем телом. Плечи дрожали, как в лихорадке. Знахарка, пытаясь прийти в чувство обняла себя тонкими руками, вцепившись в плечи подрагивающими пальцами. Губы горели как будто их долго тёрли, щёки окрасил яркий румянец. Шея, талия, спина обдавало холодом, как будто недавно она стояла у очень яркого и горячего огня, а затем редко отошла в холод и тьму.
- Не успела, - произнесла призрачная фигура за спиной у Марьяны.
Девушка обернулась, во все глаза глядя на знакомую фигуру в кремовом платье, сотканном из плотного тумана. Она знала её. Она видела кто это. Осознание пришло быстрее, чем того хотела сама девушка.
- Богиня Явьина, ваше… ваше… - слова срывались с губ, но произнести их до конца не получалось. Слишком много мыслей, прикосновений высшего дракона, слишком много всего сразу. Марьяна очень хорошо сейчас понимала всех тех девочек, что поддались чарам ящеров, хотя знали о последствиях.
- Ш-ш-ш, - Явьина подошла к подопечной стремительным шагом и неожиданно обняла её. – Всё хорошо, тебе потом он даже понравится, просто наглец решил действовать быстро, сразу, - богиня в данный момент походила на кого угодно, но не на богиню всего явного точно.
- Что? Понравится? Этот мужлан, думающий обо мне как о каком-то сокровище? – цитирование интонации особенно позабавило Явьину.
- Трудновато придётся ему, это точно. – богиня улыбнулась, - но это ему только на пользу.
- И нам. - Навьяна появилась из темноты, окружающей лагерь. – Метка уже начала проявление.
- Метка? – пискнула Марьяна.
- Не переживай, мы её просто приглушим, это должно помочь. Прости милая, но полностью изменить нить судьбы мы не можем.
- Какая ещё нить судьбы?! – у русалочки начиналась самая натуральная истерика.
- Неужели ты думала, что так просто, даже богиням вытянуть дыхей из реки Моррин?
- Но…
- Должна быть незаконченная цель, необходимая не только тебе, но и самому миру, – Явьина коснулась плеч Марьяны и аккуратно провела по ним. Дрожь прошла, как по волшебству (почему «как?»). В грудь снова поступал воздух, а сердце перестало так быстро колотиться. Марьяна выпрямилась и недоумевающе посмотрела на богинь.
- Цель? – тихо спросила она. – Метка? – выдавила с трудом повторно.
- Цель и метка, да, но пока последняя тебе будет мешать, мы чуть изменим историю, - Явьина улыбнулась какой-то странной улыбкой. – Он тебя ещё долго не сможет найти, но…
- …помни, сокрытие твоего сияния не может длиться вечно, мы тебе даём ровно год и месяц, дальше придётся справляться тебе с совавшимся с цепи ящером самой.
- Сорвавшемся с цепи? О чём вы? – ринья задышала через раз, не понимая ничего. В голове перепутались все мысли. Кровь стучала в висках, а на коже и чувствовались его прикосновения.
«Сокровище, моё сокровище»…
Дыхание перехватило снова. Затем ещё раз и ещё, потом всё стихло. Дышать стало разом легче. Марьяна вздохнула очередной раз и обхватила плечи руками. Она чувствовала вдруг холод, не как от реки Моррин, другой, как будто что-то закрыли, тёмную дверь. Её откроют, позже. Сразу настежь. Девушка выдохнула.
- Что это было?
- Метка и судьба. – коротко сказала Явьина. – Легче?
- Д-д-а, - Марьяна обняла себя сильнее. – Почему?... – она смотрела на богиню больными глазами. Явьина снова подошла и обняла ринью, давая ей ощущение тепла и защиты.
- Судьба начертана не так, как её описывают смертные, - Богиня Живого склонила голову набок, - пути её бывают довольно разнообразны. Поступи в Академию в следующей године, в этом году вряд ли выйдет. Пока учись основам, живи, всё придёт само.
- А как же домовые? Домашняя нечисть? – русалочка прекратила дрожать и чуть отстранилась показывая, что дальше справится сама.
- Помоги тем, что рядом с тобой. Это запустит маховик, но ты должна быть в Академии в следующем году. Это необходимо, милая русалочка. Обязательно. И помни, метка рана Андреаса, Дракона Первой Ветви, Бейтаустена засияет на твоей дауре* ровно через год и один месяц. А пока же… тебя ждёт занимательная встреча. – Явьина неожиданно улыбнулась ласково, как младшей сестре.
- Но… - девушка смогла вздохнуть, однако больше ничего она сделать не успела. Удар сердца и ринья Марьяна осталась на поляне в полном одиночестве. Единственное, что напоминало о реальности – таз с остатками воды и разбросанные вокруг него тряпицы.
***
Знахарка не знала о разговоре драконов, а вот Алеш легко смог обойти защиту и подслушать переговоры ящеров, что касались судьбы дорогой ему сердобольной русалочки. Ведь лагерь оказался разбит в его лесу. Леший намеривался сказать девушке, что услышал. Он чувствовал ответственность за Марьяшу, как… как за младшую сестру. Может наверно, потому что она была его прапраплемянницей по отцовской линии? Кто знает, но то, что девочкой заинтересовался серьёзно настолько влиятельный дракон, да ещё тот, у кого влиятельные враги. С такой личностью юной русалочке следовало бы быть по осторожнее и желательно подальше от источника неприятностей.
Девушка стояла за шатрами, в свете ночного светила Селины и дрожала, как будто она уже узнала о драконе Андреасе и его друге Дереке. Тем не менее, Алеш решил начать разговор. С первыми звуками его голоса ринья вздрогнула и подняла полный растерянности взгляд. Платок укрыл плечи. Коса расплелась и огненные волосы рассыпались по плечам, а зелёные пряди темнели и казались чёрными в ночном серебристых лучах ночного светила.
- Дракон Андреас хочет присвоить тебя, пора уходить, – леший был краток в своих суждениях.
- Я поняла тебя, - Марьяна вздохнула, дрожа всем телом, – чувствую, я…
- Знаю. Удивительно, что на дауре твоего дыхея до сих пор нет метки.
- Метки? – Марьяна задрожала гораздо сильнее, чем до этого. Она смотрела невидящим взглядом на таз с остатками воды. Узкие плечи тряслись, а впившиеся в плечи пальцы побелели от силы, с которой их сжимала русалочка.
- Когда на тебе будет его метка, бежать будет поздно, – Алеш покачал головой. – Его дракон признал тебя. Это ещё более опасно, чем быть для жителя Холодных земель игрушкой.
- Расскажи о метках, – Марьяна сглотнула вязкую слюну каким-то болезненным взглядом посмотрела на лешего. – Только ты знаешь правила, да?
Знахарка до этого вечера не подозревала о существовании меток, как и большинство жителей Словерии. Девушки, что знали обычно не возвращались в родные земли. Именно поэтому Алеш и предостерегал Марьяну. Хлады очень блюли частоту крови, и, если дракон одного из них признавал Истинной кого-то из рода людик или того хуже нечисти, участь такого дракона и его Избранной являлась решённой. Не в пользу счастливой жизни обоих, разумеется. Титулы, регалии, Ветвь рода не имели значения. Важнее – чистота крови.
- Метка принадлежности дракону, хладу, – Алеш чуть склонил голову, - как только получишь её на свою дауру, дракон тебя найдёт везде. Как своё сокровище.
- Шансов избежать нет? – русалочка болезненно отвернулась. Богини не ошибаются, но так хотелось верить в другое. Губы до сих пор горели, вечерний ветер лишь усиливал жар, а не остужал их. Внутри всё замерло от одной тени воспоминания! Что же будет дальше? Как ей противостоять? Как не стать просто вещью среди других вещей одного из сильнейших существ в мире Эрайс?
- В твоём случае не будет. – Алеш жёстко пресекал любые ростки надежды.
- Почему? – Марьяна замерла чуть не дыша. До этого момента она почему-то думала, что сможет избежать трудностей, поскольку знала, что из себя представляют драконы. Головой знала, видела несчастных, которых вернули ящеры, использовав и выкинув, как сломанные игрушки. Видела, как к таким девушкам относились в её деревне, видела…. Да вот внутренне нутро говорило, что сейчас всё будет иначе, стоит только поддаться, чуть-чуть. Совсем немного уступить!
- Такова их суть. – Алеш подошёл к дрожавшей Марьяне вплотную. – Встречу предсказали богини, возможно, раз метки нет, то…
- Метка есть, просто её скрыли, - Марьяна обхватила снова себя руками. Признаться было тяжело. Слова царапали горло. Отрицание происходящего в её сознании боролось с неизбежным. Поцелуй, руки, её шёпот ей понравились. Цена становилась уже не такой явной и высокой. Ведь можно выжить, другие выживают же? И ребёнка она спрячет, будет жить в лесу….
Какой «ребёнок»?
Какой «лес»?!
Ей жизнь дана взаймы, чтобы она спасла создания Нави от участи рабства. У неё первая задача, поступить в Академию Кирьяна имени Акилина Храброго. Она даже думать о другом не имеет права! Она видит фаори, елдов и других чудовищ реки Моррин среди любых земных и водных созданий. Ей открыты многие знания. Каждый день она просыпается, как будто прочитав новую умную книгу. Она не может пойти против воли богинь. Тем более они помогли ей, помогли избежать последствий её глупости.
- Скрыли?
- Богиня. Она была тут.
- Значит, встреча состоялась. Тебе пора уходить. Именно об этом драконе тогда и шла речь.
- Тогда Явьина попросила всего лишь не выходить ни за кого замуж ближайшее время, – Марьяна повела плечами. – Кто бы мог подумать…. И Кристина тоже что-то говорила… про «шовиниста», что меня могут запереть…. Да, что меня могут запереть и я не смогу выполнить своё дело от богинь! Сокровище, так?
Алеш ничего не сказал, просто посмотрел на русалочку тёмным взглядом. В свете Селины его тёмно-зелёные глаза превратились в чёрные озёра. Марьяна вздохнула, отдёрнула пальцы от горящих до сих пор губ и произнесла:
- Уходим сегодня ночью. После обхода больных. – мгновение слабости прошло. Ринья снова была собрана и готова к тяготам судьбы. Девушка рьяно принялась переплетать косу.
Леший опять ничего не сказал, просто посмотрел.
Комментировать логическую цепочку русалочки было только портить выводы.
- Значит, он будет меня искать? – Марьяна посмотрела на лешего, как-то совсем странно. В её глазах отразилась мудрость благословения богинь.
- Да.
- Тогда встречаемся после обхода у вашего шатра, - девушка замотала головой на строгий молчаливый взгляд лешего. – Не волнуйся, обход пройдёт без проблем, - добавила, глядя на таз Марьяна, - Андреаса Бейтаустена я сегодня уже навестила.
Леший опять ничего не сказал, этого и не требовалось. Он просто исчез за ближайшим деревом.
***
Наследующее утро знахарка перевязывать раны не пришла. Она и её спутники исчезли. Девушка оставила записки Аглае и Золотославу. Благодарности Дереку и Андреасу. В письмеце Аглае ничего существенного не было. Записка Голду оказалась короткой, тёплой, объясняющей свой поступок и что она не может передвигаться далее с лагерем. У неё свой путь.
Дорогой Золотослав, я знаю, что тебя все зовут здесь Голд, но для меня ты останешься тем золотоглазым мальчиком, что я качала на руках. Спасибо, что стал мне братом! Вчера я обошла всех больных. Они поправляются даже быстрее, чем я думала, а значит пора мне двигаться в путь. Спасибо большое за гостеприимство и доверие! Желаю всем больным скорейшего выздоровления.
П.С. Мы с тобой ещё увидимся, чувствую это. Однако, обстоятельства складываются иначе, в данную минуту мне необходимо отправиться в путь, прошу простить меня за такой скорый отъезд. Береги себя. Ещё раз спасибо за встречу и оказанное доверие. Твоя любимая сестра, Марьяна Искристая.
Письмо Дереку:
Уважаемый дракон Дерек Культбергский, спасибо вам, что позволили вылечить ваших подопечных и поверили в мои силы и знания. Состав травяных настоев, отваров и чёткий список действий я прилагаю к этому письму. Пусть на одну неизлечимую болезнь в нашем мире станет меньше. Все раненные поправляются и скоро будут здоровы.
Удачи в вам в вашем деле.
Письмо Андреасу Бейтаустену:
~Сначала я не хотела вам оставлять и записки. Ваше поведение… Вы… повели себя очень нагло и пугающе. Прошу вас больше так не делать, особенно если мы встретимся вновь. Между нами не может быть ничего, кроме формального общения. Мне прекрасно известно, что значит внимание ящера – ничего хорошего. Будьте здоровы и… ~
Ваше здоровье теперь вне опасности, лечение проходит без проблем и заражения. Раны чистые и хорошо заживают. Меняйте повязки три раза в день минимум и не забывайте пить отвары, что я вам оставила. Время приёма двадцать восходов.
Будьте счастливы.
***
Впервые в то утро дракон Андреаса проснулся под кожей и начал бесноваться, как ненормальный. Мужчина едва его сдерживал, но полностью подавить более не выходило. Хорошо, что пока подчинённым удавалось это объяснить последствиями болезни, но…
Его дракон больше не чувствовал своё сокровище. Метка исчезла. Сокровище скрылось. Андреас знал, что происходит до того, как ему сообщили. Но двуипостасный так же понимал, что исчезла Марьяна ненадолго.
Своего ни один дракон не упускал.
Глава 7. Сон.
Уходить пришлось лесами с помощью троп, открытых Алешем. Марьяна дрожала от каждого шороха, но не могла себя заставить даже оглянуться. Она чувствовала, что её суть, её дыхание, её дыхей остались там, в лагере драконов, рядом с обладателем невероятных синих глаз, колких, вместе с тем нежных (нежных?). О чём она мыслит? Какая нежность может быть у дракона? Они же не могут относиться к девушкам по-хорошему! Марьяна не понимала, как ей быть. Часть её осознавала - глупость наказуема. Часть хотела вернуться, остаться рядом с ним, его лицом, его улыбкой, его тихими смехом. Он смеялся ведь её едким шуткам, едва шевеля широкими плечами. Как он смотрел на неё. И как властно говорил, потребовал, чтобы…. Это наваждение! Метка! Ненастоящее! Она должна уйти, скрыться! Она не поддастся влечению, сгубившему многих девушек приграничных территорий Словерии и Холодных земель.
