— Проблема в настройке частоты, — сказал Алекс, возвращая игрушку и стараясь говорить небрежно, словно это было очевидно любому. — Репульсор работает на слишком низкой мощности, а стабилизаторы не успевают компенсировать колебания. К тому же, кристаллы третьего сорта, они быстро теряют резонанс.
Джек уставился на него, приоткрыв рот:
— Откуда ты это знаешь, парень? Ты что, техник какой?
— Мой отец работает на верфях, — ответил Алекс уклончиво, пожимая плечами. — Я много чего слышал за ужином.
Это была правда, но не вся. Отец действительно работал на верфях, но принципы работы репульсоров Алекс изучил сам, разбирая сломанные устройства и читая технические руководства в хранилище данных. Большинство из них были упрощенными, рассчитанными на пользователей, а не на техников, но даже в них можно было найти полезную информацию, если знать, что искать.
За окном прогремел тяжелый грузовой спидер, его двигатели издавали глубокий басовитый рев, заставляя дрожать стекла. На его борту красовалась реклама нового энергетического напитка "Гиперскорость", а из динамиков лилась та же навязчивая мелодия из кафе.
— А можешь починить? — спросила Мира, протягивая свою голоигру.
Алекс взял устройство и активировал его. На маленьком экране появилось изображение космического корабля среди медленно движущихся астероидов. Он попробовал управление — корабль поворачивался с заметной задержкой, словно плыл в густом сиропе, а звуковые эффекты звучали приглушенно и искаженно.
— Могу попробовать, — сказал он наконец, выключая игру. — Но не здесь. Дома у меня есть инструменты.
Так все и началось.
Вечером, в своей комнате, Алекс разложил на столе инструменты и внимательно изучил обе игрушки.
Спидер оказался проще — нужно было всего лишь заменить один из стабилизирующих кристаллов на более мощный. У Алекса был целый набор таких кристаллов, извлеченных из старых устройств, которые он находил в кладовке, где лежал всякий старый хлам. Каждый кристалл имел свой характерный оттенок свечения и свою частоту резонанса, и Алекс уже научился определять их качество по внешнему виду.
С голоигрой пришлось повозиться дольше. Проблема крылась в вычислителе — дешевом кристалле, который не справлялся с обработкой команд управления. Алекс не мог заменить его, но нашел способ оптимизировать работу, перепрограммировав некоторые функции через сервисное меню. Работа требовала терпения и точности — одно неверное движение могло превратить игру в бесполезный кусок пластика.
Из кухни доносились звуки приготовления ужина — шипение масла на сковороде, мелодичное жужжание K-7PO и приглушенные голоса родителей, обсуждающих рабочие дела.
Через два дня он вернул игрушки владельцам. Спидер теперь летал плавно и уверенно, его репульсоры издавали мелодичное гудение, а движения стали точными и предсказуемыми. Голоигра реагировала на команды мгновенно, звуки стали четкими, а графика — яркой и контрастной.
— Невероятно! — воскликнул Джек, запуская спидер в полет вокруг класса. Игрушка описывала плавные дуги, поднималась и опускалась с грацией настоящего летательного аппарата. — Он летает лучше, чем новый! Да что там — лучше, чем в рекламе!
Мира была в восторге от скорости реакции своей игры. Космический корабль теперь мгновенно откликался на команды, а взрывы астероидов сопровождались реалистичными звуковыми эффектами. Вскоре вокруг них собралась толпа одноклассников, все хотели попробовать улучшенные игрушки.
Из школьных динамиков продолжала литься программа "Головидение":
"Каждая деталь имеет душу, Каждый винтик — свою историю, Мастер знает их секреты, И творит свои победы!"
— Алекс, а мой бластер можешь починить? — спросил Корт Селониус, сын торговца специями, мальчик с мягкими манерами и вежливой речью, характерной для торговых семей. — Он стреляет, но звук какой-то слабый, совсем не как у настоящего.
— А мой дроид-питомец вообще не ходит, — добавила Лана Антиллес из побочной ветви знаменитой кореллианской семьи, говорящая с тем особым аристократическим акцентом, который выдавал ее происхождение. — Только лежит и мигает глазами, словно умирающий светлячок.
Алекс почувствовал, как в голове начинают крутиться шестеренки. Он видел возможность, и она была слишком привлекательной, чтобы ее упустить. Вокруг него были десятки детей с поломанными или неисправными игрушками, а у него были знания и навыки, чтобы их починить.
— Хорошо, — сказал он, стараясь говорить деловито, но не слишком жадно. — Но это займет время, и мне нужны материалы. Не бесплатно.
— Сколько? — спросил Корт, доставая из кармана небольшой кошелек.
Алекс быстро прикинул. Новая игрушка стоила от пятидесяти до ста кредитов. Ремонт в официальной мастерской обошелся бы в двадцать-тридцать, но там часто просто меняли детали целиком, не утруждаясь настоящим ремонтом.
— Пятнадцать кредитов за ремонт, двадцать пять за улучшение, — сказал он после паузы, достаточной, чтобы показать, что он серьезно обдумывает цену.
Это было дешевле официального ремонта, но дороже, чем просто дружеская услуга. Золотая середина, которая устраивала всех.
— Договорились, — кивнул Корт, и в его голосе слышалось удовлетворение человека, который заключил выгодную сделку.
Через неделю у Алекса было уже пять заказов. Он превратил свою комнату в мини-мастерскую, разложив инструменты на столе и организовав хранение компонентов в старых коробках из-под обуви. Каждая коробка была подписана и содержала определенный тип деталей — кристаллы, проводники, батареи, микросхемы. K-7PO поначалу выражал беспокойство по поводу беспорядка, но Алекс заверил дроида, что всё под контролем.
— Молодой мастер, — говорил дроид своим мелодичным голосом, — не кажется ли вам, что ваша комната начинает напоминать склад запчастей?
— Это организованный хаос, K-7PO, — отвечал Алекс, калибруя очередной кристалл. — У каждой вещи есть свое место.
Проблема возникла, когда закончились запасы кристаллов и микросхем. Алекс понял, что ему нужна система поставок. Рыться в мусорных контейнерах в поисках старой электроники было неэффективно и непредсказуемо.
Решение пришло во время обеда в школьной столовой. Алекс заказал свой обычный набор — синтетический бургер с искусственным мясом, который пах специями и имел текстуру настоящего мяса, порцию жареных овощей и стакан фруктового сока. Еда была вполне съедобной, хотя и не могла сравниться с домашней кухней.
— Мне большой комбо номер три, — сказал он дроиду-продавцу, — с дополнительным соусом.
— Будет готово через три минуты, молодой господин, — ответил дроид, его манипуляторы уже начали собирать заказ с механической точностью.
Рик Солдано, сын владельца магазина электроники — худощавый мальчик с быстрыми движениями и живыми темными глазами, который говорил отрывисто, словно всегда спешил, — жаловался на скучные выходные за соседним столом.
— Рик, — сказал Алекс, подсаживаясь к нему с подносом, — хочешь подработать?
— Зависит от того, что нужно делать, — осторожно ответил Рик, откусывая от своего сэндвича. — Если это что-то законное и не слишком сложное.
— Мне нужны компоненты. Кристаллы, светонити, батареи. Ничего особенного, обычные запчасти. Но регулярно.
— Из папиного магазина? — Рик нахмурился, жуя медленнее. — Он заметит, если что-то пропадет. У него учет до последнего винтика.
— Не пропадет, — улыбнулся Алекс, отпивая сок. — Я плачу полную цену плюс десять процентов тебе за доставку и удобство.
Рик задумался, его пальцы барабанили по столу. Десять процентов с оборота — это были неплохие карманные деньги для девятилетнего мальчика, особенно если учесть, что работы как таковой почти не было.
— Хорошо, — согласился он наконец. — Но если возникнут проблемы...
— Никаких проблем не будет, — заверил его Алекс. — Все честно и открыто.
Следующим шагом стал доступ к более серьезным инструментам. Алекс знал, что Тесса Коррида, дочь мастера-механика — девочка с сильными руками и прямым взглядом, которая говорила медленно, обдумывая каждое слово, — часто скучает в мастерской отца после школы. Он подошел к ней с предложением во время перемены, когда она сидела одна, читая техническое руководство по ремонту спидеров.
— Мне иногда нужно воспользоваться хорошими инструментами, — объяснил он, садясь рядом. — Паяльник с регулировкой температуры, калибратор частот, может быть, диагностический сканер. Час-два после школы.
— Зачем? — спросила Тесса, не отрываясь от книги.
— Чиню игрушки для ребят. Небольшой бизнес.
Тесса подняла голову и внимательно посмотрела на него. Она была практичной девочкой, выросшей в семье ремесленников, где каждый инструмент имел свою цену, а время — свою стоимость.
— А что мне с этого?
— Пять кредитов за каждое посещение, — сказал Алекс. — Плюс, если хочешь, можешь помогать. Научу, как работать с электроникой.
Тесса закрыла книгу и задумалась. Ей было интересно изучать технику, а отец всегда был слишком занят, чтобы учить ее тонкостям ремесла.
— Договорились, — сказала она. — Но никаких экспериментов с опасными вещами.
К концу месяца у Алекса была отлаженная система. Рик поставлял компоненты, аккуратно упаковывая их в небольшие коробки и доставляя прямо в школу. Тесса предоставляла доступ к профессиональным инструментам и помогала с простыми операциями, быстро схватывая основы электроники. Сам Алекс занимался диагностикой, ремонтом и улучшениями, постоянно совершенствуя свои навыки.
Мастерская Тессы пахла странной гарью от сварочных аппаратов. Звуки работающих инструментов создавали особую атмосферу — тихое жужжание паяльника, щелчки калибратора, мелодичные сигналы диагностического сканера. Это была музыка технического творчества, и Алекс наслаждался каждой нотой.
Заказы поступали регулярно. Алекс не только чинил сломанные игрушки, но и улучшал новые. Его репутация росла, и вскоре к нему обращались даже старшеклассники, принося более сложные устройства — портативные компьютеры, музыкальные плееры, даже простые дроиды.
Он вел подробные записи в специальном файле: что именно делал с каждой игрушкой, какие компоненты использовал, сколько времени потратил. Это помогало ему совершенствовать процесс и устанавливать справедливые цены. Схемы перемежались с расчетами, а в отдельном файле были небольшие заметки о характере клиентов.
Но самое главное — Алекс изучал людей. Он замечал, кто готов платить больше за качество, кто торгуется до последнего кредита, кто может стать постоянным клиентом, а кто придет только один раз. Эти наблюдения он тоже записывал, создавая своеобразную базу данных о характерах и предпочтениях одноклассников.
За окном мастерской проплывал очередной летающий квартал, его огни отражались в инструментах, создавая причудливую игру света и тени. Спидеры внизу выглядели как светящиеся точки, а их гул сливался в единую симфонию городской жизни.
Проблемы начались, когда его деятельность заметили учителя.
— Алекс, — обратилась к нему после урока миссис Дантуа, учительница технологии, женщина средних лет с внимательными глазами и привычкой говорить медленно, взвешивая каждое слово, — я слышала, что ты занимаешься ремонтом игрушек.
— Иногда помогаю друзьям, — осторожно ответил Алекс, собирая свои вещи не слишком торопливо, чтобы не выдать беспокойства.
— Покажи мне одну из таких игрушек.
Алекс достал из рюкзака голоигру, которую недавно улучшил для одного из младшеклассников. Устройство выглядело обычно снаружи, но внутренние изменения кардинально улучшили его производительность. Миссис Дантуа включила ее и несколько минут играла, удивленно поднимая брови при каждом быстром повороте виртуального корабля.
— Это очень качественная работа, — сказала она наконец, выключая игру. — Слишком качественная для девятилетнего ребенка. Кто тебе помогает?
— Никто, — ответил Алекс. — Я просто внимательно изучаю устройства.
— Алекс, — миссис Дантуа села на край стола, и в ее голосе прозвучали нотки искреннего беспокойства, — То, что ты сделал с этой игрой, требует глубокого понимания принципов работы вычислительных кристаллов и систем управления.
— Мой отец техник на верфи, — ответил он. — Он многое мне объясняет. А еще я читаю много технических книг.
— Какие именно книги?
Алекс назвал несколько руководств для начинающих, которые действительно читал, хотя они давали лишь базовые знания.
Миссис Дантуа кивнула.
— Хорошо. Но будь осторожен. Некоторые компоненты могут быть опасными, если не знаешь, как с ними обращаться. Кристаллы могут перегреться, батареи — взорваться.
— Я понимаю, — кивнул Алекс. — Я всегда соблюдаю меры безопасности.
Когда учительница ушла, Алекс понял, что ему нужно изменить подход. Привлекать внимание взрослых было опасно. Они могли начать задавать вопросы или, что еще хуже, запретить ему заниматься ремонтом, сославшись на соображения безопасности. А если они узнают о том, что он занимается бизнесом в пределах школы...
Дома Алекс долго размышлял над проблемой, сидя у окна и наблюдая за вечерним городом. Он не хотел прекращать свою деятельность — она приносила не только деньги, но и ценный опыт. Но нужно было сделать ее менее заметной.
Решение пришло неожиданно, когда он слушал новости по голорадио. Репортер рассказывал о новых налоговых льготах для малого бизнеса, и Алекс понял, что проблема не в том, что он занимается ремонтом, а в том, как это выглядит со стороны.
Вместо того чтобы открыто заниматься ремонтом, он мог перейти к более тонкой системе. Никаких прямых продаж, никаких объявлений о услугах. Только "дружеские услуги" и "взаимопомощь".
На следующий день Алекс объявил своим клиентам о новых правилах, собрав их во время большой перемены в пустом классе.
— Теперь я не беру деньги за ремонт, — сказал он, стараясь говорить небрежно. — Но если вы хотите отблагодарить меня, я не против. Подарок, угощение, или просто помощь с чем-то другим.
Ребята поняли намек. Теперь вместо прямой оплаты они "дарили" Алексу кредиты, сладости или оказывали небольшие услуги. Формально это выглядело как дружеский обмен, а не коммерческая деятельность.
Алекс также изменил способ работы. Вместо того чтобы забирать игрушки домой, он чинил их в мастерской Тессы, делая это похожим на совместное хобби, а не на бизнес. Они с Тессой проводили время после школы, изучая устройства и обмениваясь знаниями, а ремонт игрушек выглядел как побочный эффект их технических экспериментов.
Эти изменения сделали его деятельность практически невидимой для взрослых, но не менее эффективной. Более того, новая система научила Алекса важному уроку: иногда лучший способ достичь цели — это сделать так, чтобы никто не заметил, что ты к ней стремишься.
К концу учебного года Алекс накопил почти пятьсот кредитов и приобрел репутацию человека, который может решить любую техническую проблему. Что еще важнее, он создал сеть полезных контактов и научился работать с людьми. Рик стал надежным поставщиком, Тесса — верным партнером, а десятки одноклассников — довольными клиентами, готовыми рекомендовать его услуги другим.
Вечером, подсчитывая заработанные деньги в своей комнате, пропитанной запахами технического творчества, Алекс размышлял о том, чему научился за эти месяцы.
