Я цеплялась за Раса, словно он был моим воздухом, единственной защитой перед той силой, которая беззастенчиво и безжалостно атаковала мое хрупкое тело.
Этот страшный мужчина что-то делал со мной. Как-то воздействовал на мои чувства, своей кошмарной и могущественной силой. Я была в этом уверена, и откуда-то знала, что и он был в курсе моих ощущений. Он игрался со мной, как палач перед тем, как отрубить преступнику голову на радость беснующейся толпе.
– Немедленно прекр-р-рати! – взбешенно рыкнул Расон и вышел чуть вперед, заслоняя меня от взора чужака. – Первый и последний раз предупреждаю, Эган, – добавил дракон и все резко прекратилось. Мои внутренности перестало скручивать, и голова больше не трещала. Горло перестало разрываться от едва сдерживаемых криков боли и ужаса. Я резко выдохнула, ощущая давящее, уносящее с собой все тревоги спокойствие. – Муран, подойди к матери.
– Марна, отведи Мурана и Коралину к Сали, – отрешенно приказал Рас, даже не взглянув в мою сторону. Все его внимание было сосредоточено на Эгане.
Казалось, словно отведи он взгляд от этого от этого ужасающего мужчины и вновь на меня, словно монолитная плита обрушится магия, разрывая внутренности и оставляя после себя лишь пустую оболочку.
Вот только мои пальцы, словно сплавились с кожей Раса. Я просто боялась оставить своего мужчину с этим страшилой. Мало ли, что он может сделать с драконом, даже темным?
Марна немедленно пришла в себя, и поднялась с колен. Она грациозно выпрямилась и подошла ко мне. В ее глазах был тот же страх, что и в моих. Она осторожно прикоснулась к моей руке, взглядом упрашивая подчиниться. Я так явственно видела в ее глазах мольбу, но не могла ничего с собой сделать. Я не могла уйти.
– Госпожа, – молила она меня уже и голосом. И что-то мне подсказывало, что она не только за меня переживала. Она боялась, что Эган вновь возьмется за ее сына. – Прошу, – выдохнула она так тихо, что мне могло это лишь показаться. Красные глаза были полны непролитых слез. Мое сердце сжимали тиски жалости и злости. Как этот жуткий нечеловек мог так поступать?! Как ему хватало наглости использовать магию в чужом доме, да еще и атаковать ею членов моей семьи.
– Иди, милая, я скоро вернусь, и ты покажешь мне свои обновки, – голос Расона был полон тревоги и волнения. Его явно напрягало присутствие Эгана с нами в одном доме. Хотя тут скорее, даже на одном материке. – Иди, – повторил он уже более серьезным голосом, посмотрев мне в глаза. Он боролся с собой. Я видела, как он не хотел отпускать меня даже с Марной и Мураном, но он понимал, что защищать нас всех одновременно даже ему будет сложно.
– Будь осторожен, – прошептала я чуть дрожащим голосом, подняв руку Раса, мягко прикоснулась к его пальцам поцелуем и отпустила.
Он справится, он же дракон, еще и темный, с ним точно не сравниться, какому-то бледному колдуну.
По крайней мере, я очень хотела себя в этом убедить.
– Госпожа, – только и могла сказать Марна. Она подтянула к себе Мурана, и крепко обняла. – Ненавижу его, – процедила она сквозь стиснутые зубы, и голос ее действительно был полон ненавистной ярости. Будь она в силах, то точно бы убила Эгана собственными руками.
– Кто он такой? – спросила у них, когда мы оказались на втором этаже, подальше от Раса и Эгана. – Почему у Расона такое лицо, словно к нам враг народа пришел?
– Потому что это почти так и есть. Этот… – Марна явно хотела сказать что-то не очень приличное, но потом посмотрела на меня и подобрала более корректное слово, – тип много крови попил нашим драконам.
– Да кто он такой? – спросила снова, желая, чтобы мне, наконец-то дали полноценный, развернутый ответ.
– Отец, – ответила Марна и содрогнулась всем телом.
– Что? Чей?
Трилицый кто же был наследником этого жуткого типа? Кому «посчастливилось» быть сыном этого ужасного нечеловека?
– Он отец Луинара и Расона, – объяснил подробнее Муран и привалился спиной к стене, тяжело дыша.
А у меня, кажется, земля из-под ног ушла.
Этот ужасный мужчина… отец моего дракона?!
Сали была своего рода целительницей при Расоне. Муран в мой первый день даже рассказал, что в эту женщину по очереди были влюблены сначала Луинар, а потом и сам Рас, потому что ее красота настолько пленительна и восхитительна, что даже драконы не могут устоять.
Я сначала переживала по поводу того, что такая абсолютная красота живет бок о бок с моим драконом, но потом василиск обмолвился, как бы, между прочим, что Сали принадлежит роду цасев, а они любят лишь раз и выходят замуж лишь по велению звезд, и никто из наших драконов для нее не подходит. И слава Трилицему, что это было так!
Вот только все равно некоторое волнение было. Причем действительно «было», потому что стоило мне увидеть эту самую красавицу, и поговорить с ней, как волнение меня отпустило.
– А вот и наша госпожа, – радостно улыбнулась Сали, и крепко меня обняла. Чмокнув в макушку, женщина или скорее девушка, на вид ей не больше тридцати, повертела меня, словно куклу, чтобы лучше рассмотреть. – Худенькая какая, совсем тростиночка, ох… как бы в первую брачную ночь этот шалопай тебя не раздавил, – она еще что-то говорила, а я просто смотрела на нее во все глаза и не могла понять, почему я к ней не ревную?
Она была по-настоящему ослепительна.
Шелк абсолютно желтых, как солнечный свет волос струился по ее покатым плечам, едва прикрытым полупрозрачным верхом обтягивающего, ярко-красного, как дорогое вина платья. Формы у Сали были на зависть любой – полная грудь, что едва виднелась бледными полушариями из тугого корсета, узкая, даже слишком, талия и длинные, стройные ноги.
Да уж, в нее может не то, чтобы мужчина, даже женщина влюбится! Я вот, если честно, почти влюбилась. Почти, чуть-чуть совсем.
Но стоило ей увидеть искалеченного василиска, как она тут же потеряла ко мне всякий интерес и завертелась вокруг парня.
Сали цокала и цыкала на нас, бегая вокруг Мурана и исправляя раны, которые нанес ему Эган. Когда василиск снял рубашку, то я застыла пораженной статуей страха и сочувствия. Его плечо было растерзано так, словно его рвали тупыми когтями, а стоило коже немного зажить, как начинали все заново. Практически все левое плечо парня было залито кровью – новой и уже запекшейся. Бледную плоть покрывало множество рубцов и даже шрамов, от которых внутри меня начала нарастать откровенная и чистая злость.
– Он может так просто прийти сюда и творить, что ему заблагорассудится? – спросила тихо и едва слышно, потому что плохо контролировала свой голос.
Я едва сдерживалась, чтобы не броситься прочь из комнаты и не спуститься вниз, чтобы прибить этого мужчину. И плевать, что он владеет магией и может меня расплющить, как надоедливую муху. Он пришел в мой дом и напал на моих домочадцев, на тех, кого я должна защищать!
– Он пришел впервые за последние десять лет, – сказал Муран и скривился, когда Сали задела слишком глубокую рану. – Аккуратнее, красавица.
– Не называй меня так. Бесит, – скривилась от раздражения Сали, и продолжила врачевать. Длинные, тонкие пальцы девушки искрились завораживающим, сине-серым сиянием, которое время от времени проникало в плечо Мурана, и тогда он блаженно закатывал глаза от наслаждения. – И что его привело к нам? Он бросил семью пятьдесят лет назад, – сказала Сали, и посмотрела на меня акварельно-синими, с янтарными всполохами магии глазами. – Я чувствую его магию на твоей ауре. Нужно будет почиститься, иначе Эган сможет влиять на тебя даже на расстоянии.
Меня передернуло от этой перспективы и бросило в холод.
– В-в-влиять? – заикаясь, уточнила я, чувствуя, как кровь отлила от лица, и разболелась голова.
– Он манипулятор и не только в плане своего мерзкого характера. Это его сила. Если Эган того захочет, то сможет контролировать твои чувства и даже управлять твоим телом. Ты смертная и без защиты слаба, как младенец, – она вздохнула и ласково потрепала меня по щеке, как маленького ребенка, который испугался воображаемого монстра под кроватью.
Вот только мой монстр не был вымышленным и под кровать бы точно не залез. Он был реальностью, такой же явной, как солнце, небо или драконы. И он был жестоким мерзавцем, которому место в самой темной темнице в самой глубокой яме бытия.
– Сали, не пугай госпожу, – одернула девушку Марна и посмотрела на меня. – Не волнуйтесь, господин не даст вас в обиду, и уверена, что сразу как вернется, займется вашей защитой, – домоуправительница тепло мне улыбнулась и сжала в ободрении мое колено.
– Боюсь, он не только защитой займется, – хмыкнула с каким-то темным пониманием Сали. – Мужику уже не сорок, чтобы просто за ручки с девушкой держаться, а тут еще и его настоящая пара.
– Тебе бы только опошлить все, – закатила глаза Марна и заправила за ухо темную прядь своих распущенных волос. Она поджала губы и посмотрела в большое, овальное окно. – Надо было позвать императора. Господин Луинар быстро от этого червяка бы избавился.
– Скорее бы он его придушил, но я и на это согласен. Урод, вс-с-ссе плечо рас-с-с-сполосовал, полукровка! – прошипел рассерженный Муран, отчего его глаза стали ярче и не будь я с ним знакома, то точно вздрогнула и спряталась под стул.
Слишком уж он жуткий был в этот момент.
Послышался грохот с первого этажа, и я дернулась было к двери, но меня схватили за плечо, не позволяя и двинуться.
– Нет, не выходите. Господин сильнее Эгана, – заверила меня Марна, осторожно поглаживая меня по руке, чтобы успокоить.
– Я не могу просто сидеть и ждать тут, пока он… – мой голос сорвался, губы предательски задрожали от охватившего страха за того, кто стал моим домом и поддержкой. – Не могу и все! – добавила чуть громче, чем хотела, и заметила, как на меня посмотрели присутствующие. Марна и Муран глядели с уважением и даже некоторым восхищением, в то время как Сали уставилась на меня с нескрываемым удивлением.
– Ты действительно бы побежала к нему, – сказала она ошарашенно.
– Да, – подтвердила всем известную истину.
– Но у тебя ведь нет магии. Ты бы и сделать ничего не успела, как Эган тебя размазал по стенке, – продолжала недопонимать Сали. Она даже отвлеклась от Мурана и его ран. Да и сам василиск, казалось, забыл о том, что его плечо располосовали с особой любовью.
– Не столь важна сила, чтобы защитить своих близких, сколько желание и страх их потерять. Пусть я не владею магией, Сали, но поверь, есть и другие способы избавиться от врага.
Я вспомнила, как мой отец сражался с проклятыми на передовой, хотя у него тоже не было волшебства, даже капли. Но он бился с ними, потому что ужас потерять нас с мамой был для него сильнее, чем страх перед монстрами.
Как и для меня сейчас было важнее поддержать Расона, пусть это будет и последним, что я могла сделать в своей жизни.
– Вот это я понимаю любовь… – Сали как-то томно вздохнула и подперла голову руками, упершись локтями в спину Мурана. Тот зашипел, но она не обратила на него никакого внимания. – Эх… даже завидно, – она снова вздохнула и вернулась к исцелению василиска.
– Это очень храброе желание, госпожа, – похвалила меня Марна, но потом покачала головой, – однако порой, чтобы кого-то спасти, нужно позволить ему сразиться со своими демонами в одиночку.
Восьмая глава
Эган ушел скорее, чем я рассчитывала. И слава Трилицему! Потому что если бы мне пришлось еще хоть немного остаться в компании Сали и Мурана, то я бы выбросилась в окно. И дело не в том, что они просто не пускали меня к Расону, а в том, что эти двое начали обсуждать, как лучше нам с моим драконом провести первую брачную ночь. И ладно бы они просто говорили на эту тему с философской точки зрения, так нет же! – они начали описывать процесс в красках.
– Или он сможет быть сзади. В принципе, так господину будет проще контролировать свою силу и госпоже будет не так больно от первого раза, – с философской точки зрения рассуждала Сали, подперев голову рукой и посмотрев на меня изучающим, несколько пугающим взглядом.
Выйти в окно захотелось с удвоенной силой.
– Нет, первый раз нужно смотреть своему партнеру в глаза, – бескомпромиссно возразил Муран и покачал головой, нахмурив брови. – Лучше начать с миссионерской позы, для первого раза, а после продолжить, где Коралина будет сверху. Так и обзор лучше и возбуждение накрывает с головой… – продолжили они, а у меня уже щеки не краснели, я была бледной и уставшей.
– Все, хватит! – рявкнула я, ударив рукой по подлокотнику кресла и вскакивая на ноги. – Я не желаю выслушивать ваши разговоры о нашей с Расоном брачной ночи, – вздохнув, я посмотрела сначала на онемевшую от моего голоса Сали, а после на удивленного и притихшего Мурана. Он хоть и был болтливым, и настоящим сплетником, но моя вспышка гнева его впечатлила. Надо сказать, что парень даже посмотрел на меня с иной точки зрения.
– Слушаемся, госпожа, – одновременно склонили головы василиск и целительница, заметно раскрасневшиеся от своего поведения.
– Дети, – закатила глаза Марна и посмотрела на меня с уважением. – Не волнуйтесь, госпожа, больше они себе подобные вольности не станут позволять, – клятвенно заверила меня женщина и тепло улыбнулась. А после она замерла, прислушиваясь к тишине замка. – Эган ушел, – сообщила она и я, не прощаясь, бросилась прочь из комнаты, поняв, что если не увижу Расона в целости и сохранности, то просто сойду с ума.
Плевать, что мы были знакомы два дня, плевать, что я и не знала-то его практически, полагаясь исключительно на магию и зарождающиеся чувства, но Расон подарил мне дом и ощущение счастья, которое я, казалось, забыла за последние годы. Он был моим. Во всех смыслах, и пусть, это было наивно и, скорее всего, по-детски, но я верила, что Трилицый не просто так свел нас с этим удивительным драконом.
Поэтому преодолевая пространство и лестницы, я спешила обнять своего невероятно понимающего и потрясающего дракона, чтобы понять – с ним все хорошо и Эган не причинил ему вреда. По крайней мере, не причинил физической боли.
Вот только Расона не было в гостиной, как и не было его в спальнях – ни в моей, ни в его. Но я… как бы глупо это ни звучало, чувствовала, что он где-то рядом. Я точно знала, что он близко, просто я еще не успела его отыскать.
Вздохнув, я на миг прикрыла глаза и тронула помолвочное кольцо, ощутив приятное, покалывающее тепло в подушечке пальца.
Я была далека от понимания магии и еще меньше разбиралась в том, что собой представляли волшебные камни. Но вот почему-то была уверена, что стоит мне попросить и кольцо покажет, где Расон.
– Помоги мне его найти, – обратилась к переливающимся на солнце оттенками радуги камням и ощутила теплую волну отклика. Она затопила все мое существо, осела во всех уголках души, заставляя радостно улыбнуться и немедленно отправиться по следу. Я шла, доверившись волшебству, которое была уверена, не причинит мне вреда и не заведет в тупик. Ноги сами вели меня к моей цели. Я не замечала ничего вокруг. Выйдя на улицу, сделала глубокий вдох и на миг остановилась, зачарованно улыбнувшись яркому солнцу и теплому ветру, ласково коснувшегося моих волос и губ, словно заботливая рука матери.
Торопливо перебирая ногами, я обошла дом по кругу, проходя по яркому, прекрасному саду, от которого щемило сердце и хотелось опуститься на колени и провести пальцами по жаждущим прикосновений лепесткам и листьям.
Этот страшный мужчина что-то делал со мной. Как-то воздействовал на мои чувства, своей кошмарной и могущественной силой. Я была в этом уверена, и откуда-то знала, что и он был в курсе моих ощущений. Он игрался со мной, как палач перед тем, как отрубить преступнику голову на радость беснующейся толпе.
– Немедленно прекр-р-рати! – взбешенно рыкнул Расон и вышел чуть вперед, заслоняя меня от взора чужака. – Первый и последний раз предупреждаю, Эган, – добавил дракон и все резко прекратилось. Мои внутренности перестало скручивать, и голова больше не трещала. Горло перестало разрываться от едва сдерживаемых криков боли и ужаса. Я резко выдохнула, ощущая давящее, уносящее с собой все тревоги спокойствие. – Муран, подойди к матери.
– Марна, отведи Мурана и Коралину к Сали, – отрешенно приказал Рас, даже не взглянув в мою сторону. Все его внимание было сосредоточено на Эгане.
Казалось, словно отведи он взгляд от этого от этого ужасающего мужчины и вновь на меня, словно монолитная плита обрушится магия, разрывая внутренности и оставляя после себя лишь пустую оболочку.
Вот только мои пальцы, словно сплавились с кожей Раса. Я просто боялась оставить своего мужчину с этим страшилой. Мало ли, что он может сделать с драконом, даже темным?
Марна немедленно пришла в себя, и поднялась с колен. Она грациозно выпрямилась и подошла ко мне. В ее глазах был тот же страх, что и в моих. Она осторожно прикоснулась к моей руке, взглядом упрашивая подчиниться. Я так явственно видела в ее глазах мольбу, но не могла ничего с собой сделать. Я не могла уйти.
– Госпожа, – молила она меня уже и голосом. И что-то мне подсказывало, что она не только за меня переживала. Она боялась, что Эган вновь возьмется за ее сына. – Прошу, – выдохнула она так тихо, что мне могло это лишь показаться. Красные глаза были полны непролитых слез. Мое сердце сжимали тиски жалости и злости. Как этот жуткий нечеловек мог так поступать?! Как ему хватало наглости использовать магию в чужом доме, да еще и атаковать ею членов моей семьи.
– Иди, милая, я скоро вернусь, и ты покажешь мне свои обновки, – голос Расона был полон тревоги и волнения. Его явно напрягало присутствие Эгана с нами в одном доме. Хотя тут скорее, даже на одном материке. – Иди, – повторил он уже более серьезным голосом, посмотрев мне в глаза. Он боролся с собой. Я видела, как он не хотел отпускать меня даже с Марной и Мураном, но он понимал, что защищать нас всех одновременно даже ему будет сложно.
– Будь осторожен, – прошептала я чуть дрожащим голосом, подняв руку Раса, мягко прикоснулась к его пальцам поцелуем и отпустила.
Он справится, он же дракон, еще и темный, с ним точно не сравниться, какому-то бледному колдуну.
По крайней мере, я очень хотела себя в этом убедить.
– Госпожа, – только и могла сказать Марна. Она подтянула к себе Мурана, и крепко обняла. – Ненавижу его, – процедила она сквозь стиснутые зубы, и голос ее действительно был полон ненавистной ярости. Будь она в силах, то точно бы убила Эгана собственными руками.
– Кто он такой? – спросила у них, когда мы оказались на втором этаже, подальше от Раса и Эгана. – Почему у Расона такое лицо, словно к нам враг народа пришел?
– Потому что это почти так и есть. Этот… – Марна явно хотела сказать что-то не очень приличное, но потом посмотрела на меня и подобрала более корректное слово, – тип много крови попил нашим драконам.
– Да кто он такой? – спросила снова, желая, чтобы мне, наконец-то дали полноценный, развернутый ответ.
– Отец, – ответила Марна и содрогнулась всем телом.
– Что? Чей?
Трилицый кто же был наследником этого жуткого типа? Кому «посчастливилось» быть сыном этого ужасного нечеловека?
– Он отец Луинара и Расона, – объяснил подробнее Муран и привалился спиной к стене, тяжело дыша.
А у меня, кажется, земля из-под ног ушла.
Этот ужасный мужчина… отец моего дракона?!
***
Сали была своего рода целительницей при Расоне. Муран в мой первый день даже рассказал, что в эту женщину по очереди были влюблены сначала Луинар, а потом и сам Рас, потому что ее красота настолько пленительна и восхитительна, что даже драконы не могут устоять.
Я сначала переживала по поводу того, что такая абсолютная красота живет бок о бок с моим драконом, но потом василиск обмолвился, как бы, между прочим, что Сали принадлежит роду цасев, а они любят лишь раз и выходят замуж лишь по велению звезд, и никто из наших драконов для нее не подходит. И слава Трилицему, что это было так!
Вот только все равно некоторое волнение было. Причем действительно «было», потому что стоило мне увидеть эту самую красавицу, и поговорить с ней, как волнение меня отпустило.
– А вот и наша госпожа, – радостно улыбнулась Сали, и крепко меня обняла. Чмокнув в макушку, женщина или скорее девушка, на вид ей не больше тридцати, повертела меня, словно куклу, чтобы лучше рассмотреть. – Худенькая какая, совсем тростиночка, ох… как бы в первую брачную ночь этот шалопай тебя не раздавил, – она еще что-то говорила, а я просто смотрела на нее во все глаза и не могла понять, почему я к ней не ревную?
Она была по-настоящему ослепительна.
Шелк абсолютно желтых, как солнечный свет волос струился по ее покатым плечам, едва прикрытым полупрозрачным верхом обтягивающего, ярко-красного, как дорогое вина платья. Формы у Сали были на зависть любой – полная грудь, что едва виднелась бледными полушариями из тугого корсета, узкая, даже слишком, талия и длинные, стройные ноги.
Да уж, в нее может не то, чтобы мужчина, даже женщина влюбится! Я вот, если честно, почти влюбилась. Почти, чуть-чуть совсем.
Но стоило ей увидеть искалеченного василиска, как она тут же потеряла ко мне всякий интерес и завертелась вокруг парня.
Сали цокала и цыкала на нас, бегая вокруг Мурана и исправляя раны, которые нанес ему Эган. Когда василиск снял рубашку, то я застыла пораженной статуей страха и сочувствия. Его плечо было растерзано так, словно его рвали тупыми когтями, а стоило коже немного зажить, как начинали все заново. Практически все левое плечо парня было залито кровью – новой и уже запекшейся. Бледную плоть покрывало множество рубцов и даже шрамов, от которых внутри меня начала нарастать откровенная и чистая злость.
– Он может так просто прийти сюда и творить, что ему заблагорассудится? – спросила тихо и едва слышно, потому что плохо контролировала свой голос.
Я едва сдерживалась, чтобы не броситься прочь из комнаты и не спуститься вниз, чтобы прибить этого мужчину. И плевать, что он владеет магией и может меня расплющить, как надоедливую муху. Он пришел в мой дом и напал на моих домочадцев, на тех, кого я должна защищать!
– Он пришел впервые за последние десять лет, – сказал Муран и скривился, когда Сали задела слишком глубокую рану. – Аккуратнее, красавица.
– Не называй меня так. Бесит, – скривилась от раздражения Сали, и продолжила врачевать. Длинные, тонкие пальцы девушки искрились завораживающим, сине-серым сиянием, которое время от времени проникало в плечо Мурана, и тогда он блаженно закатывал глаза от наслаждения. – И что его привело к нам? Он бросил семью пятьдесят лет назад, – сказала Сали, и посмотрела на меня акварельно-синими, с янтарными всполохами магии глазами. – Я чувствую его магию на твоей ауре. Нужно будет почиститься, иначе Эган сможет влиять на тебя даже на расстоянии.
Меня передернуло от этой перспективы и бросило в холод.
– В-в-влиять? – заикаясь, уточнила я, чувствуя, как кровь отлила от лица, и разболелась голова.
– Он манипулятор и не только в плане своего мерзкого характера. Это его сила. Если Эган того захочет, то сможет контролировать твои чувства и даже управлять твоим телом. Ты смертная и без защиты слаба, как младенец, – она вздохнула и ласково потрепала меня по щеке, как маленького ребенка, который испугался воображаемого монстра под кроватью.
Вот только мой монстр не был вымышленным и под кровать бы точно не залез. Он был реальностью, такой же явной, как солнце, небо или драконы. И он был жестоким мерзавцем, которому место в самой темной темнице в самой глубокой яме бытия.
– Сали, не пугай госпожу, – одернула девушку Марна и посмотрела на меня. – Не волнуйтесь, господин не даст вас в обиду, и уверена, что сразу как вернется, займется вашей защитой, – домоуправительница тепло мне улыбнулась и сжала в ободрении мое колено.
– Боюсь, он не только защитой займется, – хмыкнула с каким-то темным пониманием Сали. – Мужику уже не сорок, чтобы просто за ручки с девушкой держаться, а тут еще и его настоящая пара.
– Тебе бы только опошлить все, – закатила глаза Марна и заправила за ухо темную прядь своих распущенных волос. Она поджала губы и посмотрела в большое, овальное окно. – Надо было позвать императора. Господин Луинар быстро от этого червяка бы избавился.
– Скорее бы он его придушил, но я и на это согласен. Урод, вс-с-ссе плечо рас-с-с-сполосовал, полукровка! – прошипел рассерженный Муран, отчего его глаза стали ярче и не будь я с ним знакома, то точно вздрогнула и спряталась под стул.
Слишком уж он жуткий был в этот момент.
Послышался грохот с первого этажа, и я дернулась было к двери, но меня схватили за плечо, не позволяя и двинуться.
– Нет, не выходите. Господин сильнее Эгана, – заверила меня Марна, осторожно поглаживая меня по руке, чтобы успокоить.
– Я не могу просто сидеть и ждать тут, пока он… – мой голос сорвался, губы предательски задрожали от охватившего страха за того, кто стал моим домом и поддержкой. – Не могу и все! – добавила чуть громче, чем хотела, и заметила, как на меня посмотрели присутствующие. Марна и Муран глядели с уважением и даже некоторым восхищением, в то время как Сали уставилась на меня с нескрываемым удивлением.
– Ты действительно бы побежала к нему, – сказала она ошарашенно.
– Да, – подтвердила всем известную истину.
– Но у тебя ведь нет магии. Ты бы и сделать ничего не успела, как Эган тебя размазал по стенке, – продолжала недопонимать Сали. Она даже отвлеклась от Мурана и его ран. Да и сам василиск, казалось, забыл о том, что его плечо располосовали с особой любовью.
– Не столь важна сила, чтобы защитить своих близких, сколько желание и страх их потерять. Пусть я не владею магией, Сали, но поверь, есть и другие способы избавиться от врага.
Я вспомнила, как мой отец сражался с проклятыми на передовой, хотя у него тоже не было волшебства, даже капли. Но он бился с ними, потому что ужас потерять нас с мамой был для него сильнее, чем страх перед монстрами.
Как и для меня сейчас было важнее поддержать Расона, пусть это будет и последним, что я могла сделать в своей жизни.
– Вот это я понимаю любовь… – Сали как-то томно вздохнула и подперла голову руками, упершись локтями в спину Мурана. Тот зашипел, но она не обратила на него никакого внимания. – Эх… даже завидно, – она снова вздохнула и вернулась к исцелению василиска.
– Это очень храброе желание, госпожа, – похвалила меня Марна, но потом покачала головой, – однако порой, чтобы кого-то спасти, нужно позволить ему сразиться со своими демонами в одиночку.
Восьмая глава
Эган ушел скорее, чем я рассчитывала. И слава Трилицему! Потому что если бы мне пришлось еще хоть немного остаться в компании Сали и Мурана, то я бы выбросилась в окно. И дело не в том, что они просто не пускали меня к Расону, а в том, что эти двое начали обсуждать, как лучше нам с моим драконом провести первую брачную ночь. И ладно бы они просто говорили на эту тему с философской точки зрения, так нет же! – они начали описывать процесс в красках.
– Или он сможет быть сзади. В принципе, так господину будет проще контролировать свою силу и госпоже будет не так больно от первого раза, – с философской точки зрения рассуждала Сали, подперев голову рукой и посмотрев на меня изучающим, несколько пугающим взглядом.
Выйти в окно захотелось с удвоенной силой.
– Нет, первый раз нужно смотреть своему партнеру в глаза, – бескомпромиссно возразил Муран и покачал головой, нахмурив брови. – Лучше начать с миссионерской позы, для первого раза, а после продолжить, где Коралина будет сверху. Так и обзор лучше и возбуждение накрывает с головой… – продолжили они, а у меня уже щеки не краснели, я была бледной и уставшей.
– Все, хватит! – рявкнула я, ударив рукой по подлокотнику кресла и вскакивая на ноги. – Я не желаю выслушивать ваши разговоры о нашей с Расоном брачной ночи, – вздохнув, я посмотрела сначала на онемевшую от моего голоса Сали, а после на удивленного и притихшего Мурана. Он хоть и был болтливым, и настоящим сплетником, но моя вспышка гнева его впечатлила. Надо сказать, что парень даже посмотрел на меня с иной точки зрения.
– Слушаемся, госпожа, – одновременно склонили головы василиск и целительница, заметно раскрасневшиеся от своего поведения.
– Дети, – закатила глаза Марна и посмотрела на меня с уважением. – Не волнуйтесь, госпожа, больше они себе подобные вольности не станут позволять, – клятвенно заверила меня женщина и тепло улыбнулась. А после она замерла, прислушиваясь к тишине замка. – Эган ушел, – сообщила она и я, не прощаясь, бросилась прочь из комнаты, поняв, что если не увижу Расона в целости и сохранности, то просто сойду с ума.
Плевать, что мы были знакомы два дня, плевать, что я и не знала-то его практически, полагаясь исключительно на магию и зарождающиеся чувства, но Расон подарил мне дом и ощущение счастья, которое я, казалось, забыла за последние годы. Он был моим. Во всех смыслах, и пусть, это было наивно и, скорее всего, по-детски, но я верила, что Трилицый не просто так свел нас с этим удивительным драконом.
Поэтому преодолевая пространство и лестницы, я спешила обнять своего невероятно понимающего и потрясающего дракона, чтобы понять – с ним все хорошо и Эган не причинил ему вреда. По крайней мере, не причинил физической боли.
Вот только Расона не было в гостиной, как и не было его в спальнях – ни в моей, ни в его. Но я… как бы глупо это ни звучало, чувствовала, что он где-то рядом. Я точно знала, что он близко, просто я еще не успела его отыскать.
Вздохнув, я на миг прикрыла глаза и тронула помолвочное кольцо, ощутив приятное, покалывающее тепло в подушечке пальца.
Я была далека от понимания магии и еще меньше разбиралась в том, что собой представляли волшебные камни. Но вот почему-то была уверена, что стоит мне попросить и кольцо покажет, где Расон.
– Помоги мне его найти, – обратилась к переливающимся на солнце оттенками радуги камням и ощутила теплую волну отклика. Она затопила все мое существо, осела во всех уголках души, заставляя радостно улыбнуться и немедленно отправиться по следу. Я шла, доверившись волшебству, которое была уверена, не причинит мне вреда и не заведет в тупик. Ноги сами вели меня к моей цели. Я не замечала ничего вокруг. Выйдя на улицу, сделала глубокий вдох и на миг остановилась, зачарованно улыбнувшись яркому солнцу и теплому ветру, ласково коснувшегося моих волос и губ, словно заботливая рука матери.
Торопливо перебирая ногами, я обошла дом по кругу, проходя по яркому, прекрасному саду, от которого щемило сердце и хотелось опуститься на колени и провести пальцами по жаждущим прикосновений лепесткам и листьям.
