Оглянувшись на кровать и убедившись, что Екатерина с Машей крепко спят, Марк тихо вышел из дома. Он прошёл через двор, вышел на улицу, сел в «Ниву» и, заведя её, покатил по неровной дороге. Ему пришлось десять-пятнадцать минут медленно выезжать по колдобинам просёлочных дорог, прежде чем машина оказалась на нормальной дороге и смогла набрать большую скорость.
Марк запомнил дорогу, и ему не понадобилась карта, чтобы за полчаса доехать до дома, в котором он прожил несколько дней. Машину он на всякий случай остановил в пятидесяти метрах от здания, пешком прошёлся до двора, медленно пересёк его, остановившись у пожарной лестницы. Немного подумав, начал взбираться по ней наверх и через две минуты добрался до крыши.
Поверхность здесь была плоской, с небольшим уклоном к краям. По всей крыше маленькими башнями выступали вентиляционные выходы. Марк прикинул, какая из них ведёт в середину квартиры Лёвкина, подошёл к ней и начал исследовать. Выход из шахты представлял собой облупленную квадратную кирпичную кладку, покрытую сверху чёрной металлической конусной крышей. Марк обнаружил, что эту крышу довольно легко можно извлечь, что он и сделал.
Засунув руку в чёрное пространство шахты, Марк нащупал внизу какой-то железный продолговатый предмет, лежавший на кирпичном выступе, сужавшем проход вниз. Он попытался приподнять эту палку, но не смог: оказалось, что посередине к ней привязана толстая прочная верёвка, спускающаяся вниз. Подёргав несколько раз, Марк убедился, что нечто внизу крепко держит верёвку.
Покрутившись немного вокруг башенки с задумчивым видом, Марк вдруг хлопнул себя по лбу, поняв свою ошибку. Он спустился по пожарной лестнице на карниз верхнего этажа и медленно прошёлся к окну детской комнаты. Окно было прикрыто, но Марк просто толкнул створку и залез внутрь.
Ходить по этой квартире ночью было жутковато, но делать было нечего – Марк прошёл на кухню, включил свет и стал осматривать стены. Над плитой он нашёл то, что искал: квадратная пластмассовая вентиляционная решётка размером в четверть метра прикрывала отверстие в шахту. Марк взял первый попавшийся нож, залез на плиту, поддел решётку и, с силой надавив, вытащил.
Открывшееся отверстие заросло изнутри паутиной и пылью. Переборов отвращение, Марк засунул руку внутрь и начал ощупывать стены шахты, пока не поймал верёвку. Схватив её, он потянул к себе. Раздался лязг металла, ударяющегося о кирпичи. Несколько минут Марк мучился и, наконец, изловчившись, смог через отверстие вытянуть небольшой железный стержень с резьбой по обеим его сторонам, к которым были привязаны два конца верёвки. Они сходились далее вместе в один скрученный канат, уходивший в шахту.
Вытянуть стержень (скорее всего, это был гриф от разбираемой гантели) удалось лишь на несколько сантиметров от отверстия, а дальше не пускала верёвка. Марк отрезал верёвочные концы от грифа, который положил на плиту, закрепил обратно вентиляционную решётку, спрыгнул на пол и, потушив свет, вернулся в детскую.
Вылезая через окно на карниз, он старался не смотреть вниз, чтобы не вспоминать лицо Виталия перед его падением. Медленно пройдя к пожарной лестнице, он снова поднялся на крышу, подошёл к башенке шахты и засунул руку вниз, нащупывая стержень. На этот раз ему удалось вытянуть наружу второй гриф, привязанную к нему верёвку, и закреплённый на ней длинный предмет, похожий на тубус для хранения чертежей. Марк отрезал ножом лишнюю верёвку, повесил тубус через плечо и двинулся в обратный путь: по пожарной лестнице, затем через двор на улицу.
Он боялся ехать ночью, поскольку уже хотелось спать, но и оставаться в городе с ценным грузом было опасно. Поэтому он принял компромиссное решение: сев в «Ниву», проехал до ближайшего леса, а там остановил машину и, устроившись поудобнее, заснул. Через четыре часа он поднялся и, выехав на дорогу, отправился в деревню.
Зайдя в дом, он положил тубус рядом с чемоданом, вернул ключи в сумку, затем уселся за стол, сложил перед собой руки, положил на них голову и снова уснул. Проснулся он от того, что кто-то тронул его за плечо. Это была Екатерина.
– Ложись, поспи, – сказала она ему. – Кровать свободна.
Маша сидела напротив него, рисуя что-то ручкой на листке бумаги.
– Доброе утро, Маша, – сказал ей Марк, подмигнув.
Она улыбнулась, но ничего не ответила, продолжив чертить на бумаге.
– Ложись, – повторила Екатерина. – Тебе нужно выспаться.
Марк покачал головой.
– Нет времени на это. Я тебе вчера ещё сказал: здесь оставаться нельзя. Пока они не очухались, нужно уходить отсюда.
– И куда ты предлагаешь уходить?
– Для начала – на станцию. Собирайся, сейчас поедем.
– А чего мне собираться? Все мои вещи здесь, в шкафу.
– Отлично. Давай ключ. Я отнесу всё в машину, и мы поедем.
Взяв у Екатерины ключи, Марк отнёс в два захода свой чемодан с тубусом, два чемодана и сумку из шкафа, уложив всё в багажник «Нивы», остальные вещи Екатерина вынесла сама.
– Ничего не забыла? – спросил её Марк на улице.
– Нет, всё здесь. А Машу куда посадим? Может, на колени?
– Ни в коем случае. – Марк поднял девочку и уложил в багажник вместе с вещами.
– Ты что! – возмутилась Екатерина. – Как она там поедет?
– Нормально поедет. Сейчас не время об этом думать. Если дорожная милиция остановит, могут быть проблемы. – Он кое-что вспомнил и метнулся к дому, крикнув: – Я сейчас!
Марк вбежал внутрь, вытащил с книжной полки книгу Александра Грина и вернулся к машине.
– Всё, садись! – скомандовал он Екатерине, сам сел за руль, положил книгу в бардачок, завёл мотор и тронулся в путь.
Потрясясь на сельской дороге, через двадцать минут внедорожник выехал на трассу и понёсся по ней.
– А ты куда едешь? – с удивлением глядя на дорогу, спросила Екатерина. – Наша станция же в другую сторону!
– Я знаю, – ответил Марк. – В Демидово возвращаться я не собираюсь.
– Ты что, хочешь на машине прямо в Москву ехать?
– Нет, сейчас доедем до следующей станции, там и сядем.
Через несколько минут Марк остановил машину на обочине, включив аварийный сигнал, вышел, открыл багажник и вытащил оттуда Машу.
– Почему ты встал? – спросила Екатерина, подойдя к нему.
– Опасно дальше ехать, – ответил Марк. – Нужно избавляться от этой машины.
Он стал голосовать, пока через несколько минут не остановил «Жигули» синего цвета.
– Что случилось? – спросил водитель, выходя из машины.
– Аккумулятор сел, – ответил Марк.
– Давай подсоблю!
– Нет, у нас времени нету. Отвези нас, пожалуйста, до железнодорожной станции – в долгу не останемся.
Мужчина почесал затылок.
– Ну, ладно, давайте.
Он помог Марку перегрузить вещи в свой багажник и усадил Екатерину с Машей на заднее сидение. Марк запер «Ниву» и сел рядом с шофёром. Машина двинулась вперёд.
– Не боишься машину-то оставлять так? – поинтересовался водитель.
– Нет, я только жену с ребёнком на поезд посажу и вернусь обратно, – ответил Марк.
– Так её за четверть часа оприходуют!
– Ничего страшного, – усмехнулся Марк, – у меня брат в ГАИ начальник отделения. Далеко не уедут.
– Ну, смотри!
«Жигули» набрал приличную скорость и нёсся, обгоняя встречные машины.
– Ты так сильно не гони, – попросил Марк. – Ребёнок боится быстрой езды.
– Ты же торопишься. Да и у меня дела есть. А вы сами местные?
– Из Демидово.
– Как – из Демидово? А чего же вы на своей станции не садитесь на поезд?
– Так мы же сейчас не в городе были, а на даче, в деревне. Сюда ближе.
– А, понятно. А я подумал, может станцию закрыли.
– Почему её должны закрыть?
– А что, не знаете? Говорят, после пожара город оцеплен, везде всех проверяют.
– Что за пожар?
– Тю-у! Вы, видать, на даче совсем от жизни отстали, новости не смотрите. Торговый центр же сгорел в Демидово!
– «Корона» сгорела? – уточнил Марк.
– Ну, да. Я бывал там пару раз с семьёй – хороший центр, роскошный. А вчера ночью там пожар произошёл. В общем, паника, пожарные долго добирались. В новостях сказали, что пострадавших много, и погибшие имеются. Директор центра хотел сбежать из города, но его задержали. В общем, ужас какой-то.
– Вот, хорошо, что мы на даче были, – со злой усмешкой отметил Марк. – А то, может быть, пошли бы в эту «Корону» и попали на пожар.
– Да не дай бог! – сказал водитель. – Сейчас там у вас в Демидово такие страсти творятся, что лучше переждать.
Когда машина доехала до станции, Марк заплатил шофёру, выгрузил вещи, и они направились на вокзал. Усадив Екатерину с Машей вместе с вещами, Марк купил билеты на поезд, затем вернулся обратно.
– Я схожу, куплю что-нибудь в буфете: вам поесть надо, – сказал он.
– Я с тобой, – ответила Екатерина.
– Машу одну оставишь? Не надо, сиди, я сейчас вернусь.
В буфете Марк взял какую-то бурду в стаканах, продаваемую вместо какао, и несколько булок с сосисками. Всё это он сложил на поднос и притащил туда, где они обустроились, поставив на чемодан.
– Извини, ничего нормального в буфете не было, только это, – сказал он с виноватой улыбкой.
– За что ты извиняешься? – чуть не плача, спросила Екатерина. – Ты вообще не обязан с нами возиться. У тебя своих дел хватает.
Марк сел рядом с ней, взял один из стаканов и булку.
– Я же не могу вас бросить одних, – тихо произнёс он.
– Почему не можешь? Ты нам ничем не обязан.
Марк вздохнул и, глядя в пол, ответил:
– Ещё как обязан. Вы же меня приютили, значит, обязан. Тем более, что в Демидово у меня больше дел нет: я еду в Москву.
– То есть мы едем с тобой?
– Конечно.
– И что я там буду делать – без денег, без дома, без работы и с ребёнком на шее?
– Там и решим, что делать. Главное – отсюда подальше уйти.
– Почему я должна убегать? Разве я что-то нарушила?
– Послушай меня внимательно, – наклонившись к Екатерине, совсем тихо стал объяснять Марк. – Говорю один раз, и больше мы к этой теме возвращаться не будем. Ты представляешь себе, какие люди собирались у вас в доме? Я имею в виду тех, на кого Виталий работал.
– Я представляю.
– А ты понимаешь, что он их предал и на его совести жизни их близких. Как ты думаешь, что будет, если они тебя найдут – а они тебя рано или поздно найдут – с учётом всех подвигов Виталия? А что с Машей будет?
Екатерина помолчала, пристально глядя ему в лицо.
– А ты сам разве не на них работаешь? – спросила она после долгой паузы.
– Я не на них работаю, хотя меня сюда и прислали, чтобы расследовать то, в чём, как оказалось, Виталий замешан по горло.
– Тогда зачем ты нам помогаешь? Ты же, наоборот, должен был сдать меня им.
– Я же сказал: моё расследование здесь завершено, дальше пусть они сами разбираются, а ты к этим делам никакого отношения не имеешь. Я вернусь домой, но прежде я сделаю так, чтобы у вас всё было в порядке. И давай закроем эту тему, по крайней мере, до приезда в Москву.
– Странно получается, – задумчиво произнесла Екатерина. – Виталий столько раз говорил, что мы уедем в Москву, но не сделал этого. А теперь, когда его нет, мы туда едем.
– Считай, что он выполняет своё обещание.
– Но радости от этого я не испытываю.
– А радоваться ещё рано. Пока мы в поезд не сядем, ещё много чего может случиться.
Как бы в подтверждение его слов в зале ожидания появились два милиционера с автоматами, которые прошлись вдоль рядов и остановились возле Марка, Екатерины и Маши.
– Старший сержант Исаев, – представился один из них. – Предъявите свои документы.
Марк вытащил своё удостоверение и отдал ему.
– О-о! – протянул Исаев. – А вы, гражданочка?
Екатерина порылась в своей сумке и протянула инспектору свой паспорт. Тот внимательно изучил содержимое документа и вернул их женщине.
– А у вас, гражданин, паспорт имеется?
Марк поднялся с места, медленно вытащил свой паспорт и протянул милиционеру, который снова погрузился в изучение. На его лице читалось полное недоумение.
– Ну, и в чём дело, товарищ старший сержант?
– Я просто не пойму: гражданин США с удостоверением МВД. Это как понять?
– Очень просто понять: я здесь по обмену опытом. Ещё вопросы есть?
– А куда вы направляетесь?
– Слушай, Исаев, – изобразил Марк недовольство, – а ты не много себе позволяешь? Я должен тебе докладывать о своей работе? Говори быстро телефон своего начальника, сейчас я ему объясню, кто я и куда направляюсь без твоего разрешения.
– Ладно, не кипятитесь, – возвращая документы, добродушно сказал Исаев. – У вас в Демидово каждый день какие-то страшные вещи творятся, поэтому проверяем подозрительных людей.
– А мы, значит, подозрительные?
– Конечно. Почему вы едете с нашей станции, а не с демидовской?
– А, вот в чём дело! – рассмеялся Марк. – Мы же не с Демидово едем, а с деревни…
– С какой деревни?
– Логино. Давай отойдём в сторону, я тебе всё объясню. – Марк отвёл старшего сержанта подальше от Екатерины и приглушённо продолжил: – Понимаешь, я с этой женщиной… ну, в общем, никто не должен знать, что я тут с ней. Ну, ты же понимаешь: отсюда доложат к нам, в Америку, а мне эти неприятности ни к чему. А там, на станции старший лейтенант, Афанасьев меня знает. Он сообщит в городское управление, а те уже – нашим. Пойми, нельзя мне с ней светиться.
– Афанасьева я знаю, – сверля глазами Марка, задумчиво протянул Исаев. – А тебя он откуда знает?
– Так мы с ним вместе бандитов в поезде задерживали несколько дней назад.
– А, так это ты был?! – обрадовался старший сержант.
– Я. В поезде скрутил, а на станции вместе с Афанасьевым и Сабелиным их арестовали. Жаль Сабелин уволился.
– Не жаль, – махнул рукой Исаев, – туда ему дорога. Ладно, можете ехать. Извини, служба!
Он позвал своего товарища, и они направились дальше.
– Пронесло, – сказала Екатерина, когда Марк сел в кресло.
– Не знаю, – с металлом в голосе ответил тот. – До прихода поезда ещё минут сорок. Надеюсь, продержимся.
– Никак не оторвётся от окна, – посетовала Екатерина, глядя на Машу, беспрерывно наблюдавшую за проносящимися мимо красотами.
– Она, наверное, редко на поезде каталась, – отозвался Марк.
– Маша вообще никогда не ездила на поезде. Я сама не помню, когда я в последний раз на железной дороге была.
– Тогда пусть любуется. Оставь её. Жаль, здесь нет вагона-ресторана, а то бы нормально перекусили.
– Ничего, мы потерпим до Москвы, – грустно ответила Екатерина. – Всё-таки, скажи, что ты собираешься дальше делать?
– До Москвы – ничего. Только отдыхать. И тебе советую то же самое.
Марк достал телефон, включил его и позвонил Радику.
– Алёу, – привычно отозвался тот.
– Ну как, отдохнул после вчерашнего? – спросил Марк. – Готов работать?
– А, это ты? Куда ехать?
– Через полчаса приезжай на Курский вокзал, только встречать будешь на платформе. Вещей много.
– Сделаю, – согласился таксист.
Марк назвал номер поезда и вагона, после чего снова отключил телефон. После этого он лёг на свободную полку и закрыл глаза.
Москва встретила их тёплой погодой. Марк выгрузил багаж на платформу и уже собирался звонить Радику, как услышал его крик:
– Я тут, шеф. Пойдём к машине.
Радик схватил два чемодана, Марк взял свой чемодан и одну из больших сумок вместе с пакетом, Екатерина несла сумку и два пакета, ещё один пакет достался Маше. Погрузив вещи в багажник, все сели в «Мерседес».
– Куда едем? – спросил Радик.
– В ту же гостиницу.
Марк запомнил дорогу, и ему не понадобилась карта, чтобы за полчаса доехать до дома, в котором он прожил несколько дней. Машину он на всякий случай остановил в пятидесяти метрах от здания, пешком прошёлся до двора, медленно пересёк его, остановившись у пожарной лестницы. Немного подумав, начал взбираться по ней наверх и через две минуты добрался до крыши.
Поверхность здесь была плоской, с небольшим уклоном к краям. По всей крыше маленькими башнями выступали вентиляционные выходы. Марк прикинул, какая из них ведёт в середину квартиры Лёвкина, подошёл к ней и начал исследовать. Выход из шахты представлял собой облупленную квадратную кирпичную кладку, покрытую сверху чёрной металлической конусной крышей. Марк обнаружил, что эту крышу довольно легко можно извлечь, что он и сделал.
Засунув руку в чёрное пространство шахты, Марк нащупал внизу какой-то железный продолговатый предмет, лежавший на кирпичном выступе, сужавшем проход вниз. Он попытался приподнять эту палку, но не смог: оказалось, что посередине к ней привязана толстая прочная верёвка, спускающаяся вниз. Подёргав несколько раз, Марк убедился, что нечто внизу крепко держит верёвку.
Покрутившись немного вокруг башенки с задумчивым видом, Марк вдруг хлопнул себя по лбу, поняв свою ошибку. Он спустился по пожарной лестнице на карниз верхнего этажа и медленно прошёлся к окну детской комнаты. Окно было прикрыто, но Марк просто толкнул створку и залез внутрь.
Ходить по этой квартире ночью было жутковато, но делать было нечего – Марк прошёл на кухню, включил свет и стал осматривать стены. Над плитой он нашёл то, что искал: квадратная пластмассовая вентиляционная решётка размером в четверть метра прикрывала отверстие в шахту. Марк взял первый попавшийся нож, залез на плиту, поддел решётку и, с силой надавив, вытащил.
Открывшееся отверстие заросло изнутри паутиной и пылью. Переборов отвращение, Марк засунул руку внутрь и начал ощупывать стены шахты, пока не поймал верёвку. Схватив её, он потянул к себе. Раздался лязг металла, ударяющегося о кирпичи. Несколько минут Марк мучился и, наконец, изловчившись, смог через отверстие вытянуть небольшой железный стержень с резьбой по обеим его сторонам, к которым были привязаны два конца верёвки. Они сходились далее вместе в один скрученный канат, уходивший в шахту.
Вытянуть стержень (скорее всего, это был гриф от разбираемой гантели) удалось лишь на несколько сантиметров от отверстия, а дальше не пускала верёвка. Марк отрезал верёвочные концы от грифа, который положил на плиту, закрепил обратно вентиляционную решётку, спрыгнул на пол и, потушив свет, вернулся в детскую.
Вылезая через окно на карниз, он старался не смотреть вниз, чтобы не вспоминать лицо Виталия перед его падением. Медленно пройдя к пожарной лестнице, он снова поднялся на крышу, подошёл к башенке шахты и засунул руку вниз, нащупывая стержень. На этот раз ему удалось вытянуть наружу второй гриф, привязанную к нему верёвку, и закреплённый на ней длинный предмет, похожий на тубус для хранения чертежей. Марк отрезал ножом лишнюю верёвку, повесил тубус через плечо и двинулся в обратный путь: по пожарной лестнице, затем через двор на улицу.
Он боялся ехать ночью, поскольку уже хотелось спать, но и оставаться в городе с ценным грузом было опасно. Поэтому он принял компромиссное решение: сев в «Ниву», проехал до ближайшего леса, а там остановил машину и, устроившись поудобнее, заснул. Через четыре часа он поднялся и, выехав на дорогу, отправился в деревню.
Зайдя в дом, он положил тубус рядом с чемоданом, вернул ключи в сумку, затем уселся за стол, сложил перед собой руки, положил на них голову и снова уснул. Проснулся он от того, что кто-то тронул его за плечо. Это была Екатерина.
– Ложись, поспи, – сказала она ему. – Кровать свободна.
Маша сидела напротив него, рисуя что-то ручкой на листке бумаги.
– Доброе утро, Маша, – сказал ей Марк, подмигнув.
Она улыбнулась, но ничего не ответила, продолжив чертить на бумаге.
– Ложись, – повторила Екатерина. – Тебе нужно выспаться.
Марк покачал головой.
– Нет времени на это. Я тебе вчера ещё сказал: здесь оставаться нельзя. Пока они не очухались, нужно уходить отсюда.
– И куда ты предлагаешь уходить?
– Для начала – на станцию. Собирайся, сейчас поедем.
– А чего мне собираться? Все мои вещи здесь, в шкафу.
– Отлично. Давай ключ. Я отнесу всё в машину, и мы поедем.
Взяв у Екатерины ключи, Марк отнёс в два захода свой чемодан с тубусом, два чемодана и сумку из шкафа, уложив всё в багажник «Нивы», остальные вещи Екатерина вынесла сама.
– Ничего не забыла? – спросил её Марк на улице.
– Нет, всё здесь. А Машу куда посадим? Может, на колени?
– Ни в коем случае. – Марк поднял девочку и уложил в багажник вместе с вещами.
– Ты что! – возмутилась Екатерина. – Как она там поедет?
– Нормально поедет. Сейчас не время об этом думать. Если дорожная милиция остановит, могут быть проблемы. – Он кое-что вспомнил и метнулся к дому, крикнув: – Я сейчас!
Марк вбежал внутрь, вытащил с книжной полки книгу Александра Грина и вернулся к машине.
– Всё, садись! – скомандовал он Екатерине, сам сел за руль, положил книгу в бардачок, завёл мотор и тронулся в путь.
Потрясясь на сельской дороге, через двадцать минут внедорожник выехал на трассу и понёсся по ней.
– А ты куда едешь? – с удивлением глядя на дорогу, спросила Екатерина. – Наша станция же в другую сторону!
– Я знаю, – ответил Марк. – В Демидово возвращаться я не собираюсь.
– Ты что, хочешь на машине прямо в Москву ехать?
– Нет, сейчас доедем до следующей станции, там и сядем.
Через несколько минут Марк остановил машину на обочине, включив аварийный сигнал, вышел, открыл багажник и вытащил оттуда Машу.
– Почему ты встал? – спросила Екатерина, подойдя к нему.
– Опасно дальше ехать, – ответил Марк. – Нужно избавляться от этой машины.
Он стал голосовать, пока через несколько минут не остановил «Жигули» синего цвета.
– Что случилось? – спросил водитель, выходя из машины.
– Аккумулятор сел, – ответил Марк.
– Давай подсоблю!
– Нет, у нас времени нету. Отвези нас, пожалуйста, до железнодорожной станции – в долгу не останемся.
Мужчина почесал затылок.
– Ну, ладно, давайте.
Он помог Марку перегрузить вещи в свой багажник и усадил Екатерину с Машей на заднее сидение. Марк запер «Ниву» и сел рядом с шофёром. Машина двинулась вперёд.
– Не боишься машину-то оставлять так? – поинтересовался водитель.
– Нет, я только жену с ребёнком на поезд посажу и вернусь обратно, – ответил Марк.
– Так её за четверть часа оприходуют!
– Ничего страшного, – усмехнулся Марк, – у меня брат в ГАИ начальник отделения. Далеко не уедут.
– Ну, смотри!
«Жигули» набрал приличную скорость и нёсся, обгоняя встречные машины.
– Ты так сильно не гони, – попросил Марк. – Ребёнок боится быстрой езды.
– Ты же торопишься. Да и у меня дела есть. А вы сами местные?
– Из Демидово.
– Как – из Демидово? А чего же вы на своей станции не садитесь на поезд?
– Так мы же сейчас не в городе были, а на даче, в деревне. Сюда ближе.
– А, понятно. А я подумал, может станцию закрыли.
– Почему её должны закрыть?
– А что, не знаете? Говорят, после пожара город оцеплен, везде всех проверяют.
– Что за пожар?
– Тю-у! Вы, видать, на даче совсем от жизни отстали, новости не смотрите. Торговый центр же сгорел в Демидово!
– «Корона» сгорела? – уточнил Марк.
– Ну, да. Я бывал там пару раз с семьёй – хороший центр, роскошный. А вчера ночью там пожар произошёл. В общем, паника, пожарные долго добирались. В новостях сказали, что пострадавших много, и погибшие имеются. Директор центра хотел сбежать из города, но его задержали. В общем, ужас какой-то.
– Вот, хорошо, что мы на даче были, – со злой усмешкой отметил Марк. – А то, может быть, пошли бы в эту «Корону» и попали на пожар.
– Да не дай бог! – сказал водитель. – Сейчас там у вас в Демидово такие страсти творятся, что лучше переждать.
Когда машина доехала до станции, Марк заплатил шофёру, выгрузил вещи, и они направились на вокзал. Усадив Екатерину с Машей вместе с вещами, Марк купил билеты на поезд, затем вернулся обратно.
– Я схожу, куплю что-нибудь в буфете: вам поесть надо, – сказал он.
– Я с тобой, – ответила Екатерина.
– Машу одну оставишь? Не надо, сиди, я сейчас вернусь.
В буфете Марк взял какую-то бурду в стаканах, продаваемую вместо какао, и несколько булок с сосисками. Всё это он сложил на поднос и притащил туда, где они обустроились, поставив на чемодан.
– Извини, ничего нормального в буфете не было, только это, – сказал он с виноватой улыбкой.
– За что ты извиняешься? – чуть не плача, спросила Екатерина. – Ты вообще не обязан с нами возиться. У тебя своих дел хватает.
Марк сел рядом с ней, взял один из стаканов и булку.
– Я же не могу вас бросить одних, – тихо произнёс он.
– Почему не можешь? Ты нам ничем не обязан.
Марк вздохнул и, глядя в пол, ответил:
– Ещё как обязан. Вы же меня приютили, значит, обязан. Тем более, что в Демидово у меня больше дел нет: я еду в Москву.
– То есть мы едем с тобой?
– Конечно.
– И что я там буду делать – без денег, без дома, без работы и с ребёнком на шее?
– Там и решим, что делать. Главное – отсюда подальше уйти.
– Почему я должна убегать? Разве я что-то нарушила?
– Послушай меня внимательно, – наклонившись к Екатерине, совсем тихо стал объяснять Марк. – Говорю один раз, и больше мы к этой теме возвращаться не будем. Ты представляешь себе, какие люди собирались у вас в доме? Я имею в виду тех, на кого Виталий работал.
– Я представляю.
– А ты понимаешь, что он их предал и на его совести жизни их близких. Как ты думаешь, что будет, если они тебя найдут – а они тебя рано или поздно найдут – с учётом всех подвигов Виталия? А что с Машей будет?
Екатерина помолчала, пристально глядя ему в лицо.
– А ты сам разве не на них работаешь? – спросила она после долгой паузы.
– Я не на них работаю, хотя меня сюда и прислали, чтобы расследовать то, в чём, как оказалось, Виталий замешан по горло.
– Тогда зачем ты нам помогаешь? Ты же, наоборот, должен был сдать меня им.
– Я же сказал: моё расследование здесь завершено, дальше пусть они сами разбираются, а ты к этим делам никакого отношения не имеешь. Я вернусь домой, но прежде я сделаю так, чтобы у вас всё было в порядке. И давай закроем эту тему, по крайней мере, до приезда в Москву.
– Странно получается, – задумчиво произнесла Екатерина. – Виталий столько раз говорил, что мы уедем в Москву, но не сделал этого. А теперь, когда его нет, мы туда едем.
– Считай, что он выполняет своё обещание.
– Но радости от этого я не испытываю.
– А радоваться ещё рано. Пока мы в поезд не сядем, ещё много чего может случиться.
Как бы в подтверждение его слов в зале ожидания появились два милиционера с автоматами, которые прошлись вдоль рядов и остановились возле Марка, Екатерины и Маши.
– Старший сержант Исаев, – представился один из них. – Предъявите свои документы.
Марк вытащил своё удостоверение и отдал ему.
– О-о! – протянул Исаев. – А вы, гражданочка?
Екатерина порылась в своей сумке и протянула инспектору свой паспорт. Тот внимательно изучил содержимое документа и вернул их женщине.
– А у вас, гражданин, паспорт имеется?
Марк поднялся с места, медленно вытащил свой паспорт и протянул милиционеру, который снова погрузился в изучение. На его лице читалось полное недоумение.
– Ну, и в чём дело, товарищ старший сержант?
– Я просто не пойму: гражданин США с удостоверением МВД. Это как понять?
– Очень просто понять: я здесь по обмену опытом. Ещё вопросы есть?
– А куда вы направляетесь?
– Слушай, Исаев, – изобразил Марк недовольство, – а ты не много себе позволяешь? Я должен тебе докладывать о своей работе? Говори быстро телефон своего начальника, сейчас я ему объясню, кто я и куда направляюсь без твоего разрешения.
– Ладно, не кипятитесь, – возвращая документы, добродушно сказал Исаев. – У вас в Демидово каждый день какие-то страшные вещи творятся, поэтому проверяем подозрительных людей.
– А мы, значит, подозрительные?
– Конечно. Почему вы едете с нашей станции, а не с демидовской?
– А, вот в чём дело! – рассмеялся Марк. – Мы же не с Демидово едем, а с деревни…
– С какой деревни?
– Логино. Давай отойдём в сторону, я тебе всё объясню. – Марк отвёл старшего сержанта подальше от Екатерины и приглушённо продолжил: – Понимаешь, я с этой женщиной… ну, в общем, никто не должен знать, что я тут с ней. Ну, ты же понимаешь: отсюда доложат к нам, в Америку, а мне эти неприятности ни к чему. А там, на станции старший лейтенант, Афанасьев меня знает. Он сообщит в городское управление, а те уже – нашим. Пойми, нельзя мне с ней светиться.
– Афанасьева я знаю, – сверля глазами Марка, задумчиво протянул Исаев. – А тебя он откуда знает?
– Так мы с ним вместе бандитов в поезде задерживали несколько дней назад.
– А, так это ты был?! – обрадовался старший сержант.
– Я. В поезде скрутил, а на станции вместе с Афанасьевым и Сабелиным их арестовали. Жаль Сабелин уволился.
– Не жаль, – махнул рукой Исаев, – туда ему дорога. Ладно, можете ехать. Извини, служба!
Он позвал своего товарища, и они направились дальше.
– Пронесло, – сказала Екатерина, когда Марк сел в кресло.
– Не знаю, – с металлом в голосе ответил тот. – До прихода поезда ещё минут сорок. Надеюсь, продержимся.
Глава 38.ТИМУР
– Никак не оторвётся от окна, – посетовала Екатерина, глядя на Машу, беспрерывно наблюдавшую за проносящимися мимо красотами.
– Она, наверное, редко на поезде каталась, – отозвался Марк.
– Маша вообще никогда не ездила на поезде. Я сама не помню, когда я в последний раз на железной дороге была.
– Тогда пусть любуется. Оставь её. Жаль, здесь нет вагона-ресторана, а то бы нормально перекусили.
– Ничего, мы потерпим до Москвы, – грустно ответила Екатерина. – Всё-таки, скажи, что ты собираешься дальше делать?
– До Москвы – ничего. Только отдыхать. И тебе советую то же самое.
Марк достал телефон, включил его и позвонил Радику.
– Алёу, – привычно отозвался тот.
– Ну как, отдохнул после вчерашнего? – спросил Марк. – Готов работать?
– А, это ты? Куда ехать?
– Через полчаса приезжай на Курский вокзал, только встречать будешь на платформе. Вещей много.
– Сделаю, – согласился таксист.
Марк назвал номер поезда и вагона, после чего снова отключил телефон. После этого он лёг на свободную полку и закрыл глаза.
Москва встретила их тёплой погодой. Марк выгрузил багаж на платформу и уже собирался звонить Радику, как услышал его крик:
– Я тут, шеф. Пойдём к машине.
Радик схватил два чемодана, Марк взял свой чемодан и одну из больших сумок вместе с пакетом, Екатерина несла сумку и два пакета, ещё один пакет достался Маше. Погрузив вещи в багажник, все сели в «Мерседес».
– Куда едем? – спросил Радик.
– В ту же гостиницу.
