После первых пустых вежливых фраз юстициар быстро перешёл к вопросам про Хитча.
– Видите ли, Барри, – говорил Зетти, делая опасно вкрадчивые паузы, – этот человек по некоторым причинам заинтересовал нашу службу. Мы попытались его найти, но он вдруг бесследно исчез. Системы видеонаблюдения зафиксировали, что он позавчера вышел из вашего бара поздно ночью, сел во флаер и улетел. Флаер потом внезапно сошёл с маршрута и потерялся, сегодня мы его нашли, но вся электроника в нём перегорела, и следов вашего знакомого там нет. Вы последний человек, кто его видел. Можете ли вы рассказать, о чём вы с ним говорили в тот вечер?
Барри сделала вид, что задумалась.
– Н-ну… я вернулась в бар после допроса…
– Беседы. Мы вас не допрашивали, мы – беседовали.
– Как скажете. В общем, вернулась, а он уже был в баре.
– Вы оставили бар открытым?
– Нет.
– А как же он в него попал?
– Меня тоже это удивило. Я спросила его, а он только отшутился. Сказал, что зашёл помочь навести порядок после драки. Вот… Мы посидели недолго, выпили по коктейлю, и он ушёл.
Зетти и Старр переглянулись.
– О чём вы говорили, когда выпивали? – поинтересовался юстициар.
– Я точно не помню, честно говоря… Ни о чём. Обычная болтовня ни о чём за коктейлем.
– Может быть, он что-то говорил о своих планах? Что он куда-нибудь собирается?
– Н-нет… Ничего такого не припомню.
Зетти грустно вздохнул. А Старр вдруг повернулся к нему и заговорил зло и быстро:
– Ваша провинциальная вежливость – это, конечно, мило, но у нас очень мало времени. Вы профессионал, вы же видите: она что-то скрывает. Её следует задержать, доставить в участок, и через час интенсивного допроса мы будем знать абсолютно всё, что знает она.
Зетти нахмурился.
– Господин Старр! – резко ответил он. – Я как-нибудь сам разберусь, что и как мне следует делать. И я не нуждаюсь в советах от разных столичных…
Он запнулся, пытаясь подобрать подходящее слово, но Старр не стал дожидаться окончания фразы.
– Господин старший юстициар, вы плохо понимаете нынешнюю ситуацию. Я – это уникальный шанс на феерический взлёт вашей карьеры. И точно так же – шанс на её крах и пожизненное прозябание в этой тухлой дыре. Всё зависит от эффективности нашего сотрудничества.
На лице Зетти несколько секунд читалось мучительное колебание.
– Возможно, для вас это будет странно и непонятно, господин Старр, – наконец заговорил он ледяным тоном, – но меня вполне устраивает моя служба в этом городке. Тут есть чем заняться, и я не сижу без дела. И лучше я продолжу службу здесь, чем буду работать в обществе самовлюблённых типов, считающих, что они занимаются вопросами планетарного масштаба.
– Не планетарного. Межзвёздного масштаба. Вы здесь то ли ловите, то ли прикрываете за взятки разных мелких бандитов. В то время, как наша служба занимается проблемами, от которых зависит жизнь и смерть многих звёздных систем.
Зетти явно хотел что-то возразить, но Старр махнул на него рукой, резко развернулся к Барри и заговорил уверенно и жёстко, обращаясь только к ней.
– Мы установили личность вашего знакомого. Знаете кто этот человек? Я даже не уверен, что его можно назвать человеком. Его настоящее, так сказать, имя – Тэ семнадцать Эс Эль двести два. Он боевой геномодифицированный клон конфедератского концерна Маг-Нуз. На некоторых планетах Содружества он юридически даже не человек. Это биологическая машина для убийства, понимаете? Он участвовал во множестве боевых операций концерна, в том числе в карательных акциях. У него руки даже не по локоть – по плечи в крови. Внимание нашей разведки он привлёк два стандарт-года назад. В одном из конфедератских внутренних конфликтов его дивизион был высажен на планету Маракон для захвата и удержания плацдарма. Но операция пошла не по плану, они оказались отрезаны от основных сил и попали в осаду. Они держались десять суток, в живых из пятисот осталось всего тринадцать, двенадцать тяжело раненных, один – легко. Этот легко раненный и был ваш знакомый. Его представили к награде, которую лично вручало высшее руководство Маг-Нуза…
«Чем я занимался раньше? Старался выжить». Тринадцать из пятисот, трое из пятнадцати.
– Они победили? – спросила она.
– Что? – сбился Старр. – Кто?
– Ну, те, которые… держали плацдарм. Победили или проиграли?
– Победили. К ним пришло подкрепление, их деблокировали и, в общем, Маг-Нуз в итоге захватил Маракон. Но дело не в этом. Дело в том, что боевой клон наших главных потенциальных противников обнаруживается глубоко у нас в тылу. С поддельной личностью. Вы же понимаете: он сюда не отдыхать приехал! Он здесь с какой-то разведывательной или диверсионной миссией. Ему же ничего не стоит просто аннигилировать весь ваш Бонвиль! Он это сделает и даже глазом не моргнёт. Барри, нам очень нужно, чтобы вы помогли его найти.
Старр говорил напористо и убедительно. Но изо рта у него попахивало чем-то тухлым, и от этого его слова тоже становились какими-то подозрительно липкими, подгнившими.
– Он совершил что-то противозаконное? – тихо спросила Барри, опустив газа.
– Конечно! – ответил Старр. – Он прибыл в Межзвёздное Содружество с поддельной личностью, он устроил драку в вашем баре и покалечил двух человек, он вывел из строя флаер, муниципальное имущество, между прочим. И у нас есть все основания подозревать…
Барри подняла глаза и в упор посмотрела в водянисто-серые глаза Старра.
– К сожалению, – громко и чётко выговаривала Барри каждое слово, – я не могу вам помочь. Ничем. Я понятия не имею, где находится человек, которого вы ищете.
Старр задумчиво пожевал губами.
– Видите ли Барри… – заговорил он каким-то новым зловещим голосом, – наша служба занимается слишком серьёзными вопросами, поэтому иногда мы вынуждены применять меры, которые близко подходят к границе закона. Я бы очень не хотел, чтобы их пришлось применять и в этот раз.
Барри бросила быстрый взгляд на Зетти, но юстициар стыдливо отвёл глаза.
– Меня ваши угрозы не пугают, – сказала она. – Я не знаю, где Хитч и как с ним связаться. Но если вы только тронете меня, мало вам не покажется, поверьте. Он придёт за вами и оторвёт голову. Буквально. Голыми руками. А теперь пошли вон из моего бара!
Старр открыл было рот, чтобы то-то сказать, но передумал. Он развернулся и молча пошёл к выходу. Зетти последовал за ним и прежде чем выйти, обернулся к Барри и – совершенно неожиданно – улыбнулся, подмигнул ей и тайком показал большой палец. Вот вроде бы пёс, но и в нём есть что-то человеческое. Чем-то он похож на Лайса, но непонятно чем. Этот тощий, рыжий, а Лайс был плечистый, солнечный, с глазами цвета морской волны. Но он – картинка очень ясно вспыхнула – точно так же подмигивал ей из-за спины мамы, которая отчитывала их за то, что опять полезли плавать в штормовую погоду. Барри вдруг впервые после переезда захотелось закрыть бар на несколько дней, съездить в Новый Бонвиль, проведать родителей, побродить по улочкам, на которых прошло её лучезарное детство и бесшабашная юность, и – кто знает? – может быть, даже войти в ласковые волны океана.
– Видите ли, Барри, – говорил Зетти, делая опасно вкрадчивые паузы, – этот человек по некоторым причинам заинтересовал нашу службу. Мы попытались его найти, но он вдруг бесследно исчез. Системы видеонаблюдения зафиксировали, что он позавчера вышел из вашего бара поздно ночью, сел во флаер и улетел. Флаер потом внезапно сошёл с маршрута и потерялся, сегодня мы его нашли, но вся электроника в нём перегорела, и следов вашего знакомого там нет. Вы последний человек, кто его видел. Можете ли вы рассказать, о чём вы с ним говорили в тот вечер?
Барри сделала вид, что задумалась.
– Н-ну… я вернулась в бар после допроса…
– Беседы. Мы вас не допрашивали, мы – беседовали.
– Как скажете. В общем, вернулась, а он уже был в баре.
– Вы оставили бар открытым?
– Нет.
– А как же он в него попал?
– Меня тоже это удивило. Я спросила его, а он только отшутился. Сказал, что зашёл помочь навести порядок после драки. Вот… Мы посидели недолго, выпили по коктейлю, и он ушёл.
Зетти и Старр переглянулись.
– О чём вы говорили, когда выпивали? – поинтересовался юстициар.
– Я точно не помню, честно говоря… Ни о чём. Обычная болтовня ни о чём за коктейлем.
– Может быть, он что-то говорил о своих планах? Что он куда-нибудь собирается?
– Н-нет… Ничего такого не припомню.
Зетти грустно вздохнул. А Старр вдруг повернулся к нему и заговорил зло и быстро:
– Ваша провинциальная вежливость – это, конечно, мило, но у нас очень мало времени. Вы профессионал, вы же видите: она что-то скрывает. Её следует задержать, доставить в участок, и через час интенсивного допроса мы будем знать абсолютно всё, что знает она.
Зетти нахмурился.
– Господин Старр! – резко ответил он. – Я как-нибудь сам разберусь, что и как мне следует делать. И я не нуждаюсь в советах от разных столичных…
Он запнулся, пытаясь подобрать подходящее слово, но Старр не стал дожидаться окончания фразы.
– Господин старший юстициар, вы плохо понимаете нынешнюю ситуацию. Я – это уникальный шанс на феерический взлёт вашей карьеры. И точно так же – шанс на её крах и пожизненное прозябание в этой тухлой дыре. Всё зависит от эффективности нашего сотрудничества.
На лице Зетти несколько секунд читалось мучительное колебание.
– Возможно, для вас это будет странно и непонятно, господин Старр, – наконец заговорил он ледяным тоном, – но меня вполне устраивает моя служба в этом городке. Тут есть чем заняться, и я не сижу без дела. И лучше я продолжу службу здесь, чем буду работать в обществе самовлюблённых типов, считающих, что они занимаются вопросами планетарного масштаба.
– Не планетарного. Межзвёздного масштаба. Вы здесь то ли ловите, то ли прикрываете за взятки разных мелких бандитов. В то время, как наша служба занимается проблемами, от которых зависит жизнь и смерть многих звёздных систем.
Зетти явно хотел что-то возразить, но Старр махнул на него рукой, резко развернулся к Барри и заговорил уверенно и жёстко, обращаясь только к ней.
– Мы установили личность вашего знакомого. Знаете кто этот человек? Я даже не уверен, что его можно назвать человеком. Его настоящее, так сказать, имя – Тэ семнадцать Эс Эль двести два. Он боевой геномодифицированный клон конфедератского концерна Маг-Нуз. На некоторых планетах Содружества он юридически даже не человек. Это биологическая машина для убийства, понимаете? Он участвовал во множестве боевых операций концерна, в том числе в карательных акциях. У него руки даже не по локоть – по плечи в крови. Внимание нашей разведки он привлёк два стандарт-года назад. В одном из конфедератских внутренних конфликтов его дивизион был высажен на планету Маракон для захвата и удержания плацдарма. Но операция пошла не по плану, они оказались отрезаны от основных сил и попали в осаду. Они держались десять суток, в живых из пятисот осталось всего тринадцать, двенадцать тяжело раненных, один – легко. Этот легко раненный и был ваш знакомый. Его представили к награде, которую лично вручало высшее руководство Маг-Нуза…
«Чем я занимался раньше? Старался выжить». Тринадцать из пятисот, трое из пятнадцати.
– Они победили? – спросила она.
– Что? – сбился Старр. – Кто?
– Ну, те, которые… держали плацдарм. Победили или проиграли?
– Победили. К ним пришло подкрепление, их деблокировали и, в общем, Маг-Нуз в итоге захватил Маракон. Но дело не в этом. Дело в том, что боевой клон наших главных потенциальных противников обнаруживается глубоко у нас в тылу. С поддельной личностью. Вы же понимаете: он сюда не отдыхать приехал! Он здесь с какой-то разведывательной или диверсионной миссией. Ему же ничего не стоит просто аннигилировать весь ваш Бонвиль! Он это сделает и даже глазом не моргнёт. Барри, нам очень нужно, чтобы вы помогли его найти.
Старр говорил напористо и убедительно. Но изо рта у него попахивало чем-то тухлым, и от этого его слова тоже становились какими-то подозрительно липкими, подгнившими.
– Он совершил что-то противозаконное? – тихо спросила Барри, опустив газа.
– Конечно! – ответил Старр. – Он прибыл в Межзвёздное Содружество с поддельной личностью, он устроил драку в вашем баре и покалечил двух человек, он вывел из строя флаер, муниципальное имущество, между прочим. И у нас есть все основания подозревать…
Барри подняла глаза и в упор посмотрела в водянисто-серые глаза Старра.
– К сожалению, – громко и чётко выговаривала Барри каждое слово, – я не могу вам помочь. Ничем. Я понятия не имею, где находится человек, которого вы ищете.
Старр задумчиво пожевал губами.
– Видите ли Барри… – заговорил он каким-то новым зловещим голосом, – наша служба занимается слишком серьёзными вопросами, поэтому иногда мы вынуждены применять меры, которые близко подходят к границе закона. Я бы очень не хотел, чтобы их пришлось применять и в этот раз.
Барри бросила быстрый взгляд на Зетти, но юстициар стыдливо отвёл глаза.
– Меня ваши угрозы не пугают, – сказала она. – Я не знаю, где Хитч и как с ним связаться. Но если вы только тронете меня, мало вам не покажется, поверьте. Он придёт за вами и оторвёт голову. Буквально. Голыми руками. А теперь пошли вон из моего бара!
Старр открыл было рот, чтобы то-то сказать, но передумал. Он развернулся и молча пошёл к выходу. Зетти последовал за ним и прежде чем выйти, обернулся к Барри и – совершенно неожиданно – улыбнулся, подмигнул ей и тайком показал большой палец. Вот вроде бы пёс, но и в нём есть что-то человеческое. Чем-то он похож на Лайса, но непонятно чем. Этот тощий, рыжий, а Лайс был плечистый, солнечный, с глазами цвета морской волны. Но он – картинка очень ясно вспыхнула – точно так же подмигивал ей из-за спины мамы, которая отчитывала их за то, что опять полезли плавать в штормовую погоду. Барри вдруг впервые после переезда захотелось закрыть бар на несколько дней, съездить в Новый Бонвиль, проведать родителей, побродить по улочкам, на которых прошло её лучезарное детство и бесшабашная юность, и – кто знает? – может быть, даже войти в ласковые волны океана.
