- Какой- то гроб волокут,- скептически заметил Абром.- Пойдем, посмотрим на сюрприз.
Сюрпризом оказалась патефола.
- Это- патефола,- важно объявил всем собравшимся Фру Оол, когда ящик был водружен на приготовленный для него заранее, столик, и он торжественно, открыв полированную крышку прибора, и под ней оказался знакомый Рику вид обычного патефона, но с блестящими круглыми ручками настройки и шкалой, которая бывает в дорогих радиоприемниках, добавил.- Здесь последний писк инженерной мысли! Патефон совмещен с микрофоном и усилителем громкости, как на радиостанции. Теперь можно слушать пластинки и прибавлять громкость как в радиоприемнике! Дорогой, но орет, как сумасшедший! Между прочим, их делают под заказ!
- Подумаешь,- проворчал Абром.- Лет через пять, такие гробы будут продаваться на каждом углу, на развес.
Фру искоса глянул в его сторону, скептически хмыкнул, но промолчал.
Вскоре Фру протянул от дома, электрический провод, рядом с патефолой появился ящик с патефонными пластинками и вечеринка началась. Музыка «Ночного оркестра» грянула из «дорогого сюрприза», на всю округу разлетелись звуки барабанов и музыкальных труб. За столом все оживились- обсуждали технический прогресс, цены и электропоезд с его чудовищной эстакадой, пили вино (крепкие напитки было решено оставить до вечера), и «господина мэра», которого, как выразился Абром, следовало хорошенько прогнать на стадионе для улучшения фигуры и политических решений.
Потом решили танцевать- Рик танцевал с Лайной медленный танец под музыку Оди Ка, обняв ее за талию и прижав к себе, вел неуклюже и, как он ни старался, но все таки-наступил ей на ногу. Впрочем, был великодушно прощен.
- Я люблю тебя, Лайна Дотс, - шептал ей на ухо захмелевший Рик.- Люблю, люблю.
После танцев, дамы собрались отдельной от мужчин стайкой, как объяснила жена Дика- обсудить женские секреты.
Быстро темнело.
На западе, в темно- синем небе появились искорки звезд и бледная, желтая Луна выкатилась из- за каменной стены, медленно взбираясь вверх, загадочным, остроконечным серпом.
Громкость музыки в патефоле убавили, чтобы не мешать готовящимся ко сну, соседям.
Хотя Гай и просил всех «не набираться до просмотра», он хотел, чтобы наблюдатели в его подзорную трубу были трезвы и смогли насладиться «неописуемым зрелищем», Рик все- таки прилично захмелел- он сидел за длинным столом, рядом с Абромом и Миролом, и лениво жуя лист квашенной капусты, слушал их горячий спор, о достоинствах спортивных машин.
Ни спортивные машины, ни их достоинства, Рика никогда не интересовали, просто было ему сейчас хорошо и спокойно, и в такие минуты он мог слушать кого угодно и о чем угодно, не понимая ровным счетом ничего из услышанного.
- У Фаура- 9 слишком жесткие рессоры!- с напором говорил Абром, Миролу.- И он на поворотах неустойчив!
- Мда,- и Рик наливал себе в бокал красное, рубиновое вино, пил глотками- большими до дна и, поставив бокал на стол, важно стучал указательным пальцем правой руки по заляпанной, чем- то жирным, скатерти, и назидательно говорил Миролу.- Не устойчив.
- У него сильная подвеска, лейтенант,- вежливо возражал Мирол.
- Ты слушай, слушай, что тебе старшие говорят, сынок,- отвечал ему Рик, хлопая того по крепкой спине.- Абром знает.
И он думал, глядя на гладко выбритое лицо Мирола, о том, что и ему- Рику, тоже когда- то было двадцать пять лет, а теперь он хромает и нет уже прежнего задора и, что если бы в его жизни не появилась Лайна, то дальнейшее вообще нельзя было бы назвать жизнью.
Он как- то сразу вернулся к мыслям, от которых всегда старался убежать, но которые не уходили далеко, как бездомная собака, что тащилась за ним как- то от участка и до самого дома, в надежде получить вкусный кусок подачки, эти мысли имели ту же болезненную прилипчивость и навязчивость.
Тут ведь арифметика простая, если сейчас ему сорок восемь лет, то через десять лет исполнится... А Лайне всего лишь тридцать четыре- не очень большая разница, но спустя годы эта разница станет существенной и, возможно, решающей. Он хотел прожить с ней каждый день в этом мире, видеть ее «весенний свет», возвращаться вечером домой, зная, что она будет там, что она ждет его, слышать ее голос.
- Да что ты мне говоришь!- Абром в сердцах стукнул ладонью по столу, глухо брякнули тарелки.- Дерьмовая у него коробка передач. И мотор слабый. Не вытянет!
- Вытянет.
Через десять лет.
Сколько ему будет через десять лет?
Он это знал.
А ей?
Много ли радости молодой жене от стареющего мужа?
Рик думал о том, что не хочет застать тот день, когда не увидит в ее глазах «весенний свет», когда во взгляде Лайны он заметит тщательно скрываемое сожаление.
Сожаление.
Настроение у Рика испортилось.
Он плеснул в бокал вина, выпил и, поднявшись на ноги, двинулся в сторону лужайки.
В наступавших сумерках, от дома до стола, зажглись лампы освещения, на протянутой Фру, гирлянде.
Рик шел неуверенной походкой, на ходу достав из кармана своей расстегнутой рубашки пачку папирос. На лужайке, погруженной в сгущающуюся темноту, стояли собравшись возле подзорной трубы- дети и взрослые. Гай что- то спокойно и негромко объяснял Нее и Лайне, дети- Чемс и Ривс о чем- то насуплено спорили друг с другом, а Кайнс, сидя на низкой табуретке, смотрел в окуляр подзорной трубы, направленной, куда- то мимо яркой Луны.
- Рик, ты все- таки, нализался,- Гай посмотрел на него с укором.- Не дыми на детей. И на оптику не дыми.
- Да, я тут вот.
- Дядя Гай, а что он без очереди лезет!
- Чемс, пусть он посмотрит, ты ведь старше.
Рик посмотрел в звездное небо.
Там, в бездонной тьме, горели огни звезд, как замершие белые искры, они светили на него своим загадочным, далеким светом, и он вдруг понял, что уже не сможет смотреть на них, как смотрел раньше- глазами удивленного, любопытного ребенка, а видит теперь в этих далеких звездах чьи- то дома- обитаемые, со своей жизнью и делами. И возможно, что кто- то там- такой же, как он, глядит сейчас в его сторону- несчастный и пьяный.
Кайнс поднялся на ноги, лицо его ничего не выражало, сказал:
- Когда-нибудь туда полетят.
- Полетят,- подтвердил Рик.
Его пропустили к подзорной трубе без очереди. Он сел на табурет, припал правым глазом к холодной окантовке алюминиевого окуляра- какие- то светлые, круглые пятна светились матовым светом и совсем не походили на звезды.
- Дядя Рик,- рядом с ним возник Ривс Фру.- Надо покрутить вот это колесико.
- Дядя Рик сам бы разобрался,- пробурчал недовольный голос Чемса Хлоя.
И Рик увидел звезды, такие же маленькие, какими он видел их всегда, но более четкие, пронзительные, они медленно уплывали в сторону.
Терпение у детей лопнуло- они вдруг заголосили, толкаясь рядом с Риком:
- Дядя Рик, дай посмотреть!
- Нас сейчас спать погонят!
- Все, все- смотрите,- Рик встал на ноги, отошел к Гаю.
- Пойдем к столу,- предложил Гай.- Дамы тут и без нас справятся.
- Дамы справятся,- подтвердила Фрайна Школа.- И гоните сюда моего мужа, а то что- то его давно нет,кобеля.
За столом, в окружении внимающих его рассказу женщин, сидел Дик Школа, откинувшись на спинку жесткого стула, он негромко о чем- то рассуждал в слух. Подходя к столу, Рик услышал его слова.
- А я и говорю, господин полковник, а не рановато ли устраивать облаву? Так и сказал.
- Дик,- Рик остановился перед столом напротив капитана.- Тебя срочно требует к себе госпожа капитанша.
- Подождет.
- Она уже «кобелем» грозится.
- О,- тот нехотя встал, произнес.- Пойду до светлых очей.
- А вот вы, господа, здесь совершенно ни к чему,- сказала с усмешкой Сьюма Абром.- Ваши разговоры для нас скучны.
- И отсюда гонят,- Гай сгреб две полные бутылки коньяка.- Уходим, Рик. Кай, ты с нами? Возьмите стаканы и закуску.
Они втроем- Рик, Гай и Кайнс расположились у остывшей жаровни под кленом. Здесь пахло костром и жареным мясом, свет от гирлянды ламп у стола слабо освещал ствол клена, его сухую, потрескавшуюся кору, и неподвижные в ночном воздухе, большие листья.
Выпили- коньяк был хороший.
- Мы с Юкой решили пожениться,- просто сказал Кайнс.
Он закурил папиросу и лег на спину, смотрел в небо, и уголек горящей папиросы слабо освещал его острый нос.- Но кажется с работой частного сыщика придется заканчивать.
- Условие?- спросил его Гай.
- Непреклонное,- ответил тот.- А может и пора. Это уже мой второй заход на посадку.
Помолчали.
Гай выпил свою порцию коньяка, крякнул и спросил Рика:
- А ты что?
- Что?- Рик лежал на траве, смотрел в ночное небо, настроение у него было паршивое.
- Когда собираешься сделать Лайне предложение?
- Скоро.
- Она любит тебя, Рик. Она согласится. Не тяни с этим, парень,- Гай ненадолго замолчал, потом произнес.- Я не могу вернуть себе Салину, даже если бы отдал свою жизнь за это. Время летит быстро, Рик.
- Летит.
- Знаешь, кто ты?
- Кто я?
- Ты- засранец Мусли!- и Гай беззлобно рассмеялся, громко, низким, грудным смехом.- Помнишь его?- он заговорил тонким голосом, подражая кому- то.- А вдруг там засада?
Рик не смог удержаться от смеха.
- Мусли это сделал.
- Что сделал?- спросил их Кайнс.- И кто этот Мусли?
Гай, смеясь, объяснил ему:
- Давно дело было. Один из наших- Мусли Дэвс.
- А что он сделал?
- Навалил в штаны! Во время облавы.
- Навалил? Серьезно?
- Серьезней некуда, ехать с ним в участок было страшным делом. До сих пор помню его слова. «А вдруг там засада?» И навалил!
Они посмеялись и Рику стало легче на сердце. Он подумал, что по отношению к Лайне его нерешительность выглядит нехорошо и двусмысленно и, что опасения, которые его так мучают- напрасны. Так ли страшна разница в возрасте- четырнадцать лет?
Гай и Кайнс о чем- то разговорились, а Рик лежал на прохладной траве и, глядя в черное небо на мерцающие звезды, думал о Лайне.
- Я не Мусли Дэвс.
- Что?- спросил его Гай.
- Я не Мусли Дэвс.
И Рик уснул.
******* *******
Утро выдалось по- настоящему хорошим- ясное, прозрачное небо и слабый ветер обещали , что пришествия дождя сегодня можно не опасаться. Всей компанией они выбрались на выходные за город, погрузили припасы и палатки в багажники трех машин и отправились в путь. Впереди, на машине Кайнса ехали Рик, Гай, Абром Хлой и, собственно, сам Кайнс. В машине Лайны, следовавшей за ними, были Лайна, Мона Шопелер, Сьюма Хлой и Нея Оол. Замыкал процессию на своем дорогом, светло- бежевом «Джату», Фру Оол, и с ним ехали его девятилетний сын Ривс, а также сын Аброма, Чемс, подруга Кайнса, Юка Миса, и Дуг Шопелер.
Через полчаса после выезда на трассу, они благополучно добрались до небольшой деревеньки Зеленый Луг.
Сидя за рулевым колесом, Кайнс Грейн изредка поглядывал в зеркало заднего обзора, следил, чтобы не оставить машины друзей далеко позади. Брезентовая крыша его «Арно-8» была убрана.
Рядом с Кайнсом сидел Гай- в пол оборота, расстегнув свою белую рубашку без рукавов, в огромных, зеленых шортах и белой кепке. Рик и Абром расположились на диване.
- Хорошо, что с нами нет женщин и детей,- Абром Хлой счастливо улыбался.- А то не покурить, не выразиться! Рик, дай папироску.
- Твой Чемс еще не подрался с Ривсом Фру?- спросил его Гай.
- Они уже делят, кто первый будет смотреть в твою подзорную трубу, Гай.
Они собрались впервые в этом году на пикник. Мужская половина собравшихся отдыхать быстро решили, что им понадобится на отдыхе, но зато женская половина решение свое затянула на долгую неделю.
- Кай взял две палатки- армейские!- сказал Гай, поправляя свою кепку, которую ветер норовил сбросить с его головы.- Никакая буря не страшна.
- У Фру с собой тоже две палатки и у Дука одна.
- Палатка у Дука- говно,- категорично заявил Гай.- В прошлом году я в ней спал и промок.
- Удочки взяли?- спросил Рик.
Абром рассмеялся и съязвил:
- Можно подумать, ты будешь рыбачить. И вообще, парни вот, что я вам скажу- самое лучшее время нашего пикника- это сейчас, пока мы едем.
- Не каркай,- Гай наморщил свой маленький нос.- Ты точно пистолет с собой не взял?
- Гай, ну сколько можно?! Теперь вечно меня клевать будете?- Абром насупился.
Через пару минут они доехали до развилки дороги и Кайнс повернул налево, и уже скоро отдыхающих встречала чумазая, пятнистая свинья, стоявшая у самой обочины дороги, а рядом с ней сидел на пригорке босой мальчишка лет десяти, в светлой рубашке на выпуск и мешковатых, черных штанах.
Они въехали на усыпанную гравием, деревенскую улицу, по обе ее стороны потянулись одноэтажные дома, сады и сараи. В воздухе пахло сеном. Навстречу им не спеша двигался колесный трактор, и его водитель- грузный дядька, одетый в белую майку и неопределенного цвета темные, засаленные штаны, приветственно помахал им рукой.
- Мы правильно едем?- спросил Кай.
Ответил Рик:
- Да. Там за деревней прямая дорога до самой реки. Не доезжая, свернем к оврагу и будем на месте. Лиственный лес, поляна, красота!
Солнце поднималось справа- яркое и теплое.
И тут Гай сказал:
- А не пропустить ли нам по стаканчику? Здесь есть неплохая забегаловка, парни. А то, как знать, может Абром- то и прав. Самое лучшее время- это сейчас. К тому же, Фру знает дорогу.
Рик усмехнулся, он был не против. Кайнс заявил, что если выпьет, то управлять машиной будет кто угодно, но только не он, а Абром Хлой высказался, как- то неуверенно, но в принципе был «за».
- Нас съедят, парни- живьем съедят,- Абром выглядел сильно озадаченным.
- Ладно, это я возьму на себя,- произнес Кайнс.- Гай, и где здесь твоя забегаловка?
- Вон, за теми домами, с красной крышей.
Кайнс притормозил машину у самой обочины и заглушил мотор.
- Ты чего?- Абром нерешительно оглянулся назад, потом снова посмотрел на Кайнса своими выпученными глазами.- Съедят же, говорю.
- Мотор сломался,- Кайнс заглушил мотор, открыл дверцу и начал вылазить из машины.- Мы их догоним.
Кайнс уже открывал капот своей машины, когда рядом с ними остановились машины Лайны и Фру.
Выбравшись из машины, к ним деловито направился Дук Шопеллер, на ходу махая светло- серой шляпой перед своим бледным лицом.
- Ну и жара! Что у вас тут?- спросил он, заглядывая через плечо Кайнса в моторное отделение.- Серьезная поломка?
Рик вылез из машины, подошел к нему, тихо объяснил:
- Ребята решили пропустить по маленькой.
- Что там?- крикнул, выглядывая через переднее пассажирское окно, Фру Оол.- Надолго?
Дук был ошарашен, на его лице отобразилось презрение.
- Мерзавцы,- тихо сказал он Рику и, надев на свою голову шляпу, зашагал к машине Лайны, крикнув на ходу.- Они нас догонят. Небольшие неполадки с мотором. Справятся. Черти рукастые.
Сьюма Хлой, глядя на сидевшего в машине Аброма, голосом не обещающим никаких поблажек, заявила:
- Абром Хлой!- она держала в руках серого, полосатого кота и тот, прижав острые уши к своей кошачьей голове, смотрел на хозяина жалким, затравленным взглядом.
Сюрпризом оказалась патефола.
- Это- патефола,- важно объявил всем собравшимся Фру Оол, когда ящик был водружен на приготовленный для него заранее, столик, и он торжественно, открыв полированную крышку прибора, и под ней оказался знакомый Рику вид обычного патефона, но с блестящими круглыми ручками настройки и шкалой, которая бывает в дорогих радиоприемниках, добавил.- Здесь последний писк инженерной мысли! Патефон совмещен с микрофоном и усилителем громкости, как на радиостанции. Теперь можно слушать пластинки и прибавлять громкость как в радиоприемнике! Дорогой, но орет, как сумасшедший! Между прочим, их делают под заказ!
- Подумаешь,- проворчал Абром.- Лет через пять, такие гробы будут продаваться на каждом углу, на развес.
Фру искоса глянул в его сторону, скептически хмыкнул, но промолчал.
Вскоре Фру протянул от дома, электрический провод, рядом с патефолой появился ящик с патефонными пластинками и вечеринка началась. Музыка «Ночного оркестра» грянула из «дорогого сюрприза», на всю округу разлетелись звуки барабанов и музыкальных труб. За столом все оживились- обсуждали технический прогресс, цены и электропоезд с его чудовищной эстакадой, пили вино (крепкие напитки было решено оставить до вечера), и «господина мэра», которого, как выразился Абром, следовало хорошенько прогнать на стадионе для улучшения фигуры и политических решений.
Потом решили танцевать- Рик танцевал с Лайной медленный танец под музыку Оди Ка, обняв ее за талию и прижав к себе, вел неуклюже и, как он ни старался, но все таки-наступил ей на ногу. Впрочем, был великодушно прощен.
- Я люблю тебя, Лайна Дотс, - шептал ей на ухо захмелевший Рик.- Люблю, люблю.
После танцев, дамы собрались отдельной от мужчин стайкой, как объяснила жена Дика- обсудить женские секреты.
Быстро темнело.
На западе, в темно- синем небе появились искорки звезд и бледная, желтая Луна выкатилась из- за каменной стены, медленно взбираясь вверх, загадочным, остроконечным серпом.
Громкость музыки в патефоле убавили, чтобы не мешать готовящимся ко сну, соседям.
Хотя Гай и просил всех «не набираться до просмотра», он хотел, чтобы наблюдатели в его подзорную трубу были трезвы и смогли насладиться «неописуемым зрелищем», Рик все- таки прилично захмелел- он сидел за длинным столом, рядом с Абромом и Миролом, и лениво жуя лист квашенной капусты, слушал их горячий спор, о достоинствах спортивных машин.
Ни спортивные машины, ни их достоинства, Рика никогда не интересовали, просто было ему сейчас хорошо и спокойно, и в такие минуты он мог слушать кого угодно и о чем угодно, не понимая ровным счетом ничего из услышанного.
- У Фаура- 9 слишком жесткие рессоры!- с напором говорил Абром, Миролу.- И он на поворотах неустойчив!
- Мда,- и Рик наливал себе в бокал красное, рубиновое вино, пил глотками- большими до дна и, поставив бокал на стол, важно стучал указательным пальцем правой руки по заляпанной, чем- то жирным, скатерти, и назидательно говорил Миролу.- Не устойчив.
- У него сильная подвеска, лейтенант,- вежливо возражал Мирол.
- Ты слушай, слушай, что тебе старшие говорят, сынок,- отвечал ему Рик, хлопая того по крепкой спине.- Абром знает.
И он думал, глядя на гладко выбритое лицо Мирола, о том, что и ему- Рику, тоже когда- то было двадцать пять лет, а теперь он хромает и нет уже прежнего задора и, что если бы в его жизни не появилась Лайна, то дальнейшее вообще нельзя было бы назвать жизнью.
Он как- то сразу вернулся к мыслям, от которых всегда старался убежать, но которые не уходили далеко, как бездомная собака, что тащилась за ним как- то от участка и до самого дома, в надежде получить вкусный кусок подачки, эти мысли имели ту же болезненную прилипчивость и навязчивость.
Тут ведь арифметика простая, если сейчас ему сорок восемь лет, то через десять лет исполнится... А Лайне всего лишь тридцать четыре- не очень большая разница, но спустя годы эта разница станет существенной и, возможно, решающей. Он хотел прожить с ней каждый день в этом мире, видеть ее «весенний свет», возвращаться вечером домой, зная, что она будет там, что она ждет его, слышать ее голос.
- Да что ты мне говоришь!- Абром в сердцах стукнул ладонью по столу, глухо брякнули тарелки.- Дерьмовая у него коробка передач. И мотор слабый. Не вытянет!
- Вытянет.
Через десять лет.
Сколько ему будет через десять лет?
Он это знал.
А ей?
Много ли радости молодой жене от стареющего мужа?
Рик думал о том, что не хочет застать тот день, когда не увидит в ее глазах «весенний свет», когда во взгляде Лайны он заметит тщательно скрываемое сожаление.
Сожаление.
Настроение у Рика испортилось.
Он плеснул в бокал вина, выпил и, поднявшись на ноги, двинулся в сторону лужайки.
В наступавших сумерках, от дома до стола, зажглись лампы освещения, на протянутой Фру, гирлянде.
Рик шел неуверенной походкой, на ходу достав из кармана своей расстегнутой рубашки пачку папирос. На лужайке, погруженной в сгущающуюся темноту, стояли собравшись возле подзорной трубы- дети и взрослые. Гай что- то спокойно и негромко объяснял Нее и Лайне, дети- Чемс и Ривс о чем- то насуплено спорили друг с другом, а Кайнс, сидя на низкой табуретке, смотрел в окуляр подзорной трубы, направленной, куда- то мимо яркой Луны.
- Рик, ты все- таки, нализался,- Гай посмотрел на него с укором.- Не дыми на детей. И на оптику не дыми.
- Да, я тут вот.
- Дядя Гай, а что он без очереди лезет!
- Чемс, пусть он посмотрит, ты ведь старше.
Рик посмотрел в звездное небо.
Там, в бездонной тьме, горели огни звезд, как замершие белые искры, они светили на него своим загадочным, далеким светом, и он вдруг понял, что уже не сможет смотреть на них, как смотрел раньше- глазами удивленного, любопытного ребенка, а видит теперь в этих далеких звездах чьи- то дома- обитаемые, со своей жизнью и делами. И возможно, что кто- то там- такой же, как он, глядит сейчас в его сторону- несчастный и пьяный.
Кайнс поднялся на ноги, лицо его ничего не выражало, сказал:
- Когда-нибудь туда полетят.
- Полетят,- подтвердил Рик.
Его пропустили к подзорной трубе без очереди. Он сел на табурет, припал правым глазом к холодной окантовке алюминиевого окуляра- какие- то светлые, круглые пятна светились матовым светом и совсем не походили на звезды.
- Дядя Рик,- рядом с ним возник Ривс Фру.- Надо покрутить вот это колесико.
- Дядя Рик сам бы разобрался,- пробурчал недовольный голос Чемса Хлоя.
И Рик увидел звезды, такие же маленькие, какими он видел их всегда, но более четкие, пронзительные, они медленно уплывали в сторону.
Терпение у детей лопнуло- они вдруг заголосили, толкаясь рядом с Риком:
- Дядя Рик, дай посмотреть!
- Нас сейчас спать погонят!
- Все, все- смотрите,- Рик встал на ноги, отошел к Гаю.
- Пойдем к столу,- предложил Гай.- Дамы тут и без нас справятся.
- Дамы справятся,- подтвердила Фрайна Школа.- И гоните сюда моего мужа, а то что- то его давно нет,кобеля.
За столом, в окружении внимающих его рассказу женщин, сидел Дик Школа, откинувшись на спинку жесткого стула, он негромко о чем- то рассуждал в слух. Подходя к столу, Рик услышал его слова.
- А я и говорю, господин полковник, а не рановато ли устраивать облаву? Так и сказал.
- Дик,- Рик остановился перед столом напротив капитана.- Тебя срочно требует к себе госпожа капитанша.
- Подождет.
- Она уже «кобелем» грозится.
- О,- тот нехотя встал, произнес.- Пойду до светлых очей.
- А вот вы, господа, здесь совершенно ни к чему,- сказала с усмешкой Сьюма Абром.- Ваши разговоры для нас скучны.
- И отсюда гонят,- Гай сгреб две полные бутылки коньяка.- Уходим, Рик. Кай, ты с нами? Возьмите стаканы и закуску.
Они втроем- Рик, Гай и Кайнс расположились у остывшей жаровни под кленом. Здесь пахло костром и жареным мясом, свет от гирлянды ламп у стола слабо освещал ствол клена, его сухую, потрескавшуюся кору, и неподвижные в ночном воздухе, большие листья.
Выпили- коньяк был хороший.
- Мы с Юкой решили пожениться,- просто сказал Кайнс.
Он закурил папиросу и лег на спину, смотрел в небо, и уголек горящей папиросы слабо освещал его острый нос.- Но кажется с работой частного сыщика придется заканчивать.
- Условие?- спросил его Гай.
- Непреклонное,- ответил тот.- А может и пора. Это уже мой второй заход на посадку.
Помолчали.
Гай выпил свою порцию коньяка, крякнул и спросил Рика:
- А ты что?
- Что?- Рик лежал на траве, смотрел в ночное небо, настроение у него было паршивое.
- Когда собираешься сделать Лайне предложение?
- Скоро.
- Она любит тебя, Рик. Она согласится. Не тяни с этим, парень,- Гай ненадолго замолчал, потом произнес.- Я не могу вернуть себе Салину, даже если бы отдал свою жизнь за это. Время летит быстро, Рик.
- Летит.
- Знаешь, кто ты?
- Кто я?
- Ты- засранец Мусли!- и Гай беззлобно рассмеялся, громко, низким, грудным смехом.- Помнишь его?- он заговорил тонким голосом, подражая кому- то.- А вдруг там засада?
Рик не смог удержаться от смеха.
- Мусли это сделал.
- Что сделал?- спросил их Кайнс.- И кто этот Мусли?
Гай, смеясь, объяснил ему:
- Давно дело было. Один из наших- Мусли Дэвс.
- А что он сделал?
- Навалил в штаны! Во время облавы.
- Навалил? Серьезно?
- Серьезней некуда, ехать с ним в участок было страшным делом. До сих пор помню его слова. «А вдруг там засада?» И навалил!
Они посмеялись и Рику стало легче на сердце. Он подумал, что по отношению к Лайне его нерешительность выглядит нехорошо и двусмысленно и, что опасения, которые его так мучают- напрасны. Так ли страшна разница в возрасте- четырнадцать лет?
Гай и Кайнс о чем- то разговорились, а Рик лежал на прохладной траве и, глядя в черное небо на мерцающие звезды, думал о Лайне.
- Я не Мусли Дэвс.
- Что?- спросил его Гай.
- Я не Мусли Дэвс.
И Рик уснул.
******* *******
Утро выдалось по- настоящему хорошим- ясное, прозрачное небо и слабый ветер обещали , что пришествия дождя сегодня можно не опасаться. Всей компанией они выбрались на выходные за город, погрузили припасы и палатки в багажники трех машин и отправились в путь. Впереди, на машине Кайнса ехали Рик, Гай, Абром Хлой и, собственно, сам Кайнс. В машине Лайны, следовавшей за ними, были Лайна, Мона Шопелер, Сьюма Хлой и Нея Оол. Замыкал процессию на своем дорогом, светло- бежевом «Джату», Фру Оол, и с ним ехали его девятилетний сын Ривс, а также сын Аброма, Чемс, подруга Кайнса, Юка Миса, и Дуг Шопелер.
Через полчаса после выезда на трассу, они благополучно добрались до небольшой деревеньки Зеленый Луг.
Сидя за рулевым колесом, Кайнс Грейн изредка поглядывал в зеркало заднего обзора, следил, чтобы не оставить машины друзей далеко позади. Брезентовая крыша его «Арно-8» была убрана.
Рядом с Кайнсом сидел Гай- в пол оборота, расстегнув свою белую рубашку без рукавов, в огромных, зеленых шортах и белой кепке. Рик и Абром расположились на диване.
- Хорошо, что с нами нет женщин и детей,- Абром Хлой счастливо улыбался.- А то не покурить, не выразиться! Рик, дай папироску.
- Твой Чемс еще не подрался с Ривсом Фру?- спросил его Гай.
- Они уже делят, кто первый будет смотреть в твою подзорную трубу, Гай.
Они собрались впервые в этом году на пикник. Мужская половина собравшихся отдыхать быстро решили, что им понадобится на отдыхе, но зато женская половина решение свое затянула на долгую неделю.
- Кай взял две палатки- армейские!- сказал Гай, поправляя свою кепку, которую ветер норовил сбросить с его головы.- Никакая буря не страшна.
- У Фру с собой тоже две палатки и у Дука одна.
- Палатка у Дука- говно,- категорично заявил Гай.- В прошлом году я в ней спал и промок.
- Удочки взяли?- спросил Рик.
Абром рассмеялся и съязвил:
- Можно подумать, ты будешь рыбачить. И вообще, парни вот, что я вам скажу- самое лучшее время нашего пикника- это сейчас, пока мы едем.
- Не каркай,- Гай наморщил свой маленький нос.- Ты точно пистолет с собой не взял?
- Гай, ну сколько можно?! Теперь вечно меня клевать будете?- Абром насупился.
Через пару минут они доехали до развилки дороги и Кайнс повернул налево, и уже скоро отдыхающих встречала чумазая, пятнистая свинья, стоявшая у самой обочины дороги, а рядом с ней сидел на пригорке босой мальчишка лет десяти, в светлой рубашке на выпуск и мешковатых, черных штанах.
Они въехали на усыпанную гравием, деревенскую улицу, по обе ее стороны потянулись одноэтажные дома, сады и сараи. В воздухе пахло сеном. Навстречу им не спеша двигался колесный трактор, и его водитель- грузный дядька, одетый в белую майку и неопределенного цвета темные, засаленные штаны, приветственно помахал им рукой.
- Мы правильно едем?- спросил Кай.
Ответил Рик:
- Да. Там за деревней прямая дорога до самой реки. Не доезжая, свернем к оврагу и будем на месте. Лиственный лес, поляна, красота!
Солнце поднималось справа- яркое и теплое.
И тут Гай сказал:
- А не пропустить ли нам по стаканчику? Здесь есть неплохая забегаловка, парни. А то, как знать, может Абром- то и прав. Самое лучшее время- это сейчас. К тому же, Фру знает дорогу.
Рик усмехнулся, он был не против. Кайнс заявил, что если выпьет, то управлять машиной будет кто угодно, но только не он, а Абром Хлой высказался, как- то неуверенно, но в принципе был «за».
- Нас съедят, парни- живьем съедят,- Абром выглядел сильно озадаченным.
- Ладно, это я возьму на себя,- произнес Кайнс.- Гай, и где здесь твоя забегаловка?
- Вон, за теми домами, с красной крышей.
Кайнс притормозил машину у самой обочины и заглушил мотор.
- Ты чего?- Абром нерешительно оглянулся назад, потом снова посмотрел на Кайнса своими выпученными глазами.- Съедят же, говорю.
- Мотор сломался,- Кайнс заглушил мотор, открыл дверцу и начал вылазить из машины.- Мы их догоним.
Кайнс уже открывал капот своей машины, когда рядом с ними остановились машины Лайны и Фру.
Выбравшись из машины, к ним деловито направился Дук Шопеллер, на ходу махая светло- серой шляпой перед своим бледным лицом.
- Ну и жара! Что у вас тут?- спросил он, заглядывая через плечо Кайнса в моторное отделение.- Серьезная поломка?
Рик вылез из машины, подошел к нему, тихо объяснил:
- Ребята решили пропустить по маленькой.
- Что там?- крикнул, выглядывая через переднее пассажирское окно, Фру Оол.- Надолго?
Дук был ошарашен, на его лице отобразилось презрение.
- Мерзавцы,- тихо сказал он Рику и, надев на свою голову шляпу, зашагал к машине Лайны, крикнув на ходу.- Они нас догонят. Небольшие неполадки с мотором. Справятся. Черти рукастые.
Сьюма Хлой, глядя на сидевшего в машине Аброма, голосом не обещающим никаких поблажек, заявила:
- Абром Хлой!- она держала в руках серого, полосатого кота и тот, прижав острые уши к своей кошачьей голове, смотрел на хозяина жалким, затравленным взглядом.
