— Предложение? — он чуть прищурил тёмный пепел глаз, разжимая мою хватку, — я сделал почти тринадцать лет назад одной маленькой огненной фее с синими, как небо, глазами, и она дала согласие, а затем исчезла. Перед самым своим совершеннолетием она нашла меня, свела с ума, сделала самым счастливым человеком на Керрисе и вновь исчезла. Сейчас я, наконец, держу тебя в руках и не собираюсь отпускать. Я спросил, хочешь ли ты принять мою любовь, ты дала согласие. Дальше случилось то, что и должно было произойти: ты стала моей супругой, а эта вязь — тому доказательство, — Рэйс вытянул свою руку, демонстрируя такой же рисунок, что и у меня на своём запястье. — Ну и Джер в свидетелях, за что Тиберий его убьёт.
— Меня мотает из мира в мир, как сосиску в центрифуге, как ты представляешь нашу семейную жизнь? — привела совсем неуместный пример моих постоянных перемещений между нашими мирами.
— Не совсем понял, что ты сейчас сказала, — чуть нахмурился Рэйс, — Но теперь мы соединены самим Керрисом: думаю проблема, с твоими перемещениями решена.
— Во мне нет магии... Ты сам проговорился, что все остальные были без силы, как и я.
— Остальные не имели, — верно, но не ты. Ты носишь в себе магию и доказательство этому — твоё исцеление магистром Вериосом. Целитель не сможет излечить, не зацепившись за магическую нить.
— Возможно, мне просто повезло? — не задавала позиции я.
— Нет, тебя исцелил именно магистр Вериос. Ты просто не умеешь чувствовать свою силу, контролировать её, направлять. Поэтому тебе было больно каждый раз, когда метка проявлялась, магические потоки, сконцентрировавшись в одной точке, причиняли тебе боль, — то, что он говорил, звучало всё нереальнее. Уж своё тело я чувствовать умею: будь во мне что—то такое магическое, точно заметила бы.
— Рэйс, в моём мире нет магии: есть фокусники, экстрасенсы, эмпаты, мастера спецэффектов, но не маги.
— А ещё есть ты… и ты, хвала «Единому», теперь со мной.
Я не стала больше спорить, насыщенный событиями и эмоциональными встрясками день внезапно взял своё, вымотал меня до предела. С меня как будто высосали всю энергию, осталась лишь оболочка. Не произнеся больше ни звука, я уткнулась в грудь теперь моего мужа, вдыхая, поднимающий горячую волну где—то в районе солнечного сплетения аромат корицы и ветра. Рэйс тут же заключил меня в объятья, позволяя обмякнуть в сильных руках.
— Надо бы найти тебе более подходящий наряд, — пробурчал в макушку насмешливо.
— Надо бы разобраться со всем этим. — прошептала следом. — Не хочу, обретя тебя, вновь потерять.
Вот так, моё неожиданное возвращение обернулось в итоге не менее неожиданным замужеством.
Не сказать, что я была против, скорее наоборот, такая внезапная развязка с этой загадочной невестой, когда—то кое—кем нежеланной невестой, заставляла растягиваться в улыбке.
Это же надо было, в шесть лет стать невестой иномирца и забыть об этом. И он тоже хорош: не узнал меня такую внезапную и неповторимую, обрекая на невыносимую борьбу с совестью.
Ведь я искренне желала, чтобы он нашёл, свою случайную невесту и расторг с ней помолвку, освобождая себя для меня. Эгоистично с моей стороны, если ещё и принять во внимание то, что я пробыла на Керрисе всего две недели за тринадцать лет, а с Рэйсоном и того меньше.
Глупо, недальновидно, безрассудно, — охарактеризовала бы сама эти отношения, развившиеся так стремительно. Но когда влюблённые думали головой? Сейчас на данный момент я была счастлива, как никогда, и совсем не хотела думать о последствиях произошедшего.
— Куда мы едем? — пряча дурацкую улыбку, посмотрела в окно крытого экипажа, куда, закутанную в длинный плащ с капюшоном, меня водрузили после того, как я всё—таки немного пришла в себя и вновь смогла самостоятельно стоять на ногах.
— В гостиницу. Джер правда предлагал остановиться у него, но я решил, что так будет лучше. Ты устала и тебе нужен отдых, — с заботой в голосе ответил на вопрос Рэйс, поглаживая мою руку в районе тату.
Я кивнула, против гостиницы против не была, главное, чтобы она была без решёток. Приобретённый опыт тюремного заточения оставил неизгладимый след в моей «спокойной» жизни.
— А где мы? — вновь обратила внимание на белые домики с синей черепицей, медленно проплывающие мимо нас.
— Мы в Оросе, это — портовый городок на границе с Киерой, — ставя новую засечку на моей карте городов Балерии, Рэйс тоже выглянул в окно, вглядываясь в буйную зелень. — Здесь почти всегда тепло.
— Как ты узнал, что я появлюсь именно здесь?
— Я не знал. — ответ обескуражил.
— Но ты так быстро появился, прошло не так много времени после моего задержания? Был где—то рядом?
— Не настолько быстро, чтобы предотвратить твою безрассудную попытку побега, — свернул в сторону от ответа на мой вопрос вдруг ставший серьёзным, муж. — О чём ты вообще думала, Лия? Ты могла пострадать, второй этаж, — начал меня отчитывать. Ну вот, зачем открыла рот? Всё же было хорошо, пока молчала.
— Ну—у… Я просила вызвать тебя, ответа положительного не получила, пришлось действовать по обстоятельствам. Обстоятельства привели меня к окну, — сделала попытку оправдаться, на что Рэйс тяжело вздохнул.
— А Лаим почему не нашла меня тогда?
— Я боялась, — уже тяжёлый вздох от меня. — Но я оставила для тебя послание.
— Чего боялась?
— Того, что ты винишь меня в случившемся с Алиёй, — протараторила, зажмурившись, — я думала, это клеймо совершившего преступление. Но я ничего не сделала тогда, я просто услышала крик во сне и вышла в коридор, а потом Алия, она выпала на меня, бледная как смерть, держась за раненый бок. Я не виновата в её гибели, — в глазах защипало, вспоминать те страшные минуты для меня всегда было невыносимо.
— Лия, милая, о чём ты? С Алиёй всё хорошо, она жива, здорова и это только благодаря тебе, — Рэйс захватил моё лицо в свои ладони, стирая всё—таки прорвавшиеся слёзы. — Глупая, глупая фея.
— Жива? С ней всё хорошо? — слёзы с новой силой хлынули из глаз, теперь уже от счастья.
— Жива, конечно, жива и живёт сейчас совсем недалеко от этого городка в «Обители».
На этих словах я замерла, слёзы сделали своё дело, в голове начало проясняться, последние слова Рэйсона вспыхнули яркими огоньками.
— Рэйс, нам надо к Алие и как можно быстрее, — отклонилась чуть назад, неприлично шмыгнув носом. Немой вопросительный взгляд мужа заставил продолжить, — думаю, она —в опасности, я не просто так появилась в этом городе, так близко к месту её проживания. Прошлый раз, как и предыдущий, со мной рядом оказалась девушка — эмпат. На неё также было совершено нападение. Только Марию тогда не ранили, мы с её отцом успели вовремя. Но главное: перед случившимся я вновь услышала крик, отчаянный женский крик, такой же, что и в ту ночь.
— Я знаю о Марии и о том нападении, — Рэйсон устало потёр переносицу, а я открыла рот от удивления. — В тот день, когда на неё напали я со своей группой, прибыл Лаим по одному делу, которое перекликается с нападениями на вир. Услышав о случившемся, я тут же рванул к месту преступления, а затем в «Две звезды»: ты была там, стояла рядом с виэром Виктором и бессознательной Марией.
— Ты меня видел? Почему тогда…
— Не успел. Ты растворилась в воздухе, стоило мне приблизиться к тебе и… — договорить не успел, экипаж дёрнулся, останавливаясь, дверца раскрылась, являя перед собой парадный вход в гостиницу.
"Чёрт, как же не вовремя!" — ругнулась про себя.
К помпезному зданию в три этажа, украшенного лепниной, вёл зелёный коридор цветущих кустарников: тех самых, что встречались мне по дороге к моему недолгому заточению.
Первым вышел Рэйсон. Увидев мой задумчивый взгляд, направленный в сторону небольшой подножки, невесомо улыбнулся и, подхватив на руки, решил за меня эту проблему.
— Спасибо, — коснувшись земли своими мягкими тапочками, облегчённо выдохнула.
Убедившись, что плащ скрывает все мои недостатки во внешнем виде, а это пижама, халат и огненная буря на голове, мы двинулись к входу.
Оказалось, у семейства Эризов здесь были даже собственные апартаменты.
— Отец с мамой любили здесь отдыхать, — видимо, заметив мои взлетевшие от удивления брови, решил пояснить Рэйс, — ну а мы с братом решили оставить за собой эту привилегию.
Я лишь промычала неоднозначно в ответ, кутаясь сильнее в своё укрытие, а то провожавший нас виэр уже несколько раз бросал взгляд на мои помпончики, выглядывающие из—под полов плаща.
Апартаменты встретили нас теплом уже закатного солнца играющем на светлой мебели в стиле ампир: вычурно, монументально и совсем неуютно. Единственное, от чего пришла в восторг — это огромные панорамные окна, из которых виднелась бирюза, разбиваемая белыми барашками.
— Море, — вылетело восхищённо.
— Нравится?
— Очень, никогда не видела раньше море вблизи, — призналась, подходя к окну.
Рэйсон тут же оказался на шаг впереди, начал закрывать оконные створки.
— Эй… зачем? — возмутилось, останавливая попытку лишить меня вожделенного вида.
— За тем, что знаю по опыту: второй этаж для моей феи — не высота, — разворачивая меня к окну спиной, Рэйс бережно снял с меня капюшон. — Я распоряжусь об ужине, ты ведь наверняка голодна, — я быстро закивала: голодна, ещё какая голодна, кроме стакана воды ничего во рту не держала. — А ты пока прими ванну, отдохни.
— Но Рэйс, нам нужно к Алие, — напомнила о разговоре в экипаже. — Ведь если я здесь, значит, нападающий не пойман.
— К Алие мы поедем завтра, часть моей группы уже у «Обители», — вновь открыла рот, удивляясь: и когда успел? — А сегодня — отдых, и это не обсуждается, — проведя задумчиво ласково по моей щеке, Рэйс нежно прижался губами к моему лбу на несколько секунд, после чего направил к украшенной золотой лепниной двери скрывающими за собой ванную комнату.
— Но у меня столько вопросов… — начала было сопротивляться, на что меня просто впихнули в ослепительно—белую комнату с огромным бассейном в центре помещения, от которого шёл ароматный пар.
Ладно, чёрт с тобой, в конце концов, сдалась и, скинув с себя мой «сонный» наряд, испытавший на себе не только осуждающие внимание местного общества, но и полёт со второго этажа, нырнула в горячее блаженство.
Тепло и мой любимый сладкий аромат яблок, сделали своё дело, я расслабилась. Всё, чем была забита голова, улетучилось вместе с прозрачной дымкой, стелящейся по водной глади.
Вышла из воды, разомлевшей и крайне счастливой, ведь мою голову не оставила лишь одна мысль: я теперь жена одного крайне коварного главы отдела по борьбе с магическими преступлениями.
Обернувшись в мягкое полотенце, потянулась к халату, который оставила висеть на небольшой ширме у окна. Но тут меня ждал сюрприз: халата не оказалось на месте, как и остальных моих вещей.
— Рэйс! — громко позвала единственного, кто мог провернуть этот акт хищения.
— Рэйс? — повторила уже вопросительно, когда в ответ услышала лишь кап, кап, кап, с моих волос.
Осторожно приоткрыв дверь, заглянула в основную комнату.
Никого.
Хм? Меня бросили одну, лишив при этом возможности даже шаг сделать из этих апартаментов.
Пробежавшись по комнате, я отыскала шкаф, где висело пара белоснежных халатов.
— Ну, хоть что—то, — довольная находкой, натянула один из них, тот, что поменьше и явно женский. Заглянула ещё раз вглубь шкафы, теперь уже в поисках тапочек. Пусть на полу и лежал ковёр, но ногам было крайне прохладно. К сожалению, вожделенной обуви не нашлось: потоптавшись на месте, я решила не рисковать своим здоровьем и забралась на кровать. Развернулась лицом к окну, где вовсю алел закат, прочерчивая дрожащую дорожку от совсем уже низкого светила по перекатывающимся всполохам «холодного» огня.
Вид завораживал, гипнотизировал и постепенно затягивал в спокойную темноту.
Рэйсон
Известие о том, что была задержана вира, подходящая под моё описание, застало меня, когда я был в Сарате, дописывал отчёт по незавершённым делам, одним из которых так и числилось иссушение нежити и нападение на вир.
Я лично прочесал тот лес, где был найден Гвен трижды, и не нашёл ничего, ни единого следа. Единственное, что теперь было известно, где произошёл несчастный случай с коллегой и, судя по давно истлевшим и объеденным другими животными, костям марвума, — одного из свирепейших хищников Балерии, это случилось, как и говорил Лэнс, ещё весной.
Как такое возможно?
Возможно, когда ты молод, горяч и безрассуден. Гвэн был ещё тем позёром: ему нравилось выставлять свою силу напоказ, ввязываться в нелепые споры.
Пришёл он в лес один, по всей вероятности, для того, чтобы в очередной раз покрасоваться, вот только подвела самонадеянность.
Марвум не просто зверь, а магически одарённый хищник.
Завидев его следы, лесники и охотники всегда меняют свои маршруты, зная, что шансов выжить, если ты повстречаешься с этим зверем, у тебя нет.
Наш друг и коллега это знал не хуже других и всё же пошёл почти с голыми руками на свирепого хищника.
В этой схватке не оказалось победителя.
Гвэн погиб, как и марвум, но, в отличие от зверя, коллега ещё долго бродил по лесу в виде нежити, прячась от живых, пока не встретил того, кому отдал последние свои силы, не желая существовать в таком виде.
Остался главный вопрос: искал ли Гвэна иссушитесь специально и если да, то откуда знал, что он бродит по лесу.
Сейчас в моём арсенале был лишь единственный козырь — это Мария и её воспоминания о том мужчине, что внушил ей ужас, а затем напал на неё.
Под неустанной защитой своего мужа и моей пока всё ещё правой руки, эта маленькая, крайне отважная вира, путешествовала по всей стране, вглядываясь в прохожих и прислушиваясь к своим ощущениям.
Кто—то скажет: глупая трата времени и сил, но пока у нас не было ни одной зацепки, кроме воспоминаний Марии и её ощущений, а Сарат и Лаим находятся на слишком большом расстоянии друг от друга. Значит, нападавший может оказаться в любом месте Балерии. Тем более, вира Мария, раскинув свой дар на большую территорию, может сказать точно, попал под её силу беглец или нет.
И пару раз попадал, но тут же исчезал, словно чуя опасность.
За эти пять месяцев я уже не раз срывался с места по вызову о рыжеволосой вире. И каждый раз это оказывался ложный вызов, но я не унывал: знал, что Лия вернётся. Вернётся и попадёт в мои руки.
Так и случилось.
Я уже был у входа в участок правоохранителей, когда внутри что—то замерло и заставило обойти здание.
Почему—то не удивился увиденной картине. Почему, не знаю: возможно, другого и не ожидал от этой неугомонной, поражающей своим безрассудством, феи.
Лия свисала с парапета небольшого окна, второго этажа. Инстинкты сработали быстрее мыслей, когда эта безумная разжала пальцы.
Мгновение спустя я уже держал её в объятьях, такую хрупкую, нежную, немного растрёпанную и мою.
Не хотелось шевелиться.
Хотелось просто стоять и вдыхать её аромат.
Отвлёк Джер: видимо, сообразив, что его подопечная сбежала.
Отразив брошенное в нас обездвиживающее плетение и выслушав от обоих оправдание, подхватил своё сокровище на руки и понёс вперёд, боясь даже взглянуть на неё: слишком противоречивые чувства бурлили в этот момент во мне. Хотелось придушить её за этот безумный поступок и одновременно зацеловать до смерти.
— Меня мотает из мира в мир, как сосиску в центрифуге, как ты представляешь нашу семейную жизнь? — привела совсем неуместный пример моих постоянных перемещений между нашими мирами.
— Не совсем понял, что ты сейчас сказала, — чуть нахмурился Рэйс, — Но теперь мы соединены самим Керрисом: думаю проблема, с твоими перемещениями решена.
— Во мне нет магии... Ты сам проговорился, что все остальные были без силы, как и я.
— Остальные не имели, — верно, но не ты. Ты носишь в себе магию и доказательство этому — твоё исцеление магистром Вериосом. Целитель не сможет излечить, не зацепившись за магическую нить.
— Возможно, мне просто повезло? — не задавала позиции я.
— Нет, тебя исцелил именно магистр Вериос. Ты просто не умеешь чувствовать свою силу, контролировать её, направлять. Поэтому тебе было больно каждый раз, когда метка проявлялась, магические потоки, сконцентрировавшись в одной точке, причиняли тебе боль, — то, что он говорил, звучало всё нереальнее. Уж своё тело я чувствовать умею: будь во мне что—то такое магическое, точно заметила бы.
— Рэйс, в моём мире нет магии: есть фокусники, экстрасенсы, эмпаты, мастера спецэффектов, но не маги.
— А ещё есть ты… и ты, хвала «Единому», теперь со мной.
Я не стала больше спорить, насыщенный событиями и эмоциональными встрясками день внезапно взял своё, вымотал меня до предела. С меня как будто высосали всю энергию, осталась лишь оболочка. Не произнеся больше ни звука, я уткнулась в грудь теперь моего мужа, вдыхая, поднимающий горячую волну где—то в районе солнечного сплетения аромат корицы и ветра. Рэйс тут же заключил меня в объятья, позволяя обмякнуть в сильных руках.
— Надо бы найти тебе более подходящий наряд, — пробурчал в макушку насмешливо.
— Надо бы разобраться со всем этим. — прошептала следом. — Не хочу, обретя тебя, вновь потерять.
Глава 29
Вот так, моё неожиданное возвращение обернулось в итоге не менее неожиданным замужеством.
Не сказать, что я была против, скорее наоборот, такая внезапная развязка с этой загадочной невестой, когда—то кое—кем нежеланной невестой, заставляла растягиваться в улыбке.
Это же надо было, в шесть лет стать невестой иномирца и забыть об этом. И он тоже хорош: не узнал меня такую внезапную и неповторимую, обрекая на невыносимую борьбу с совестью.
Ведь я искренне желала, чтобы он нашёл, свою случайную невесту и расторг с ней помолвку, освобождая себя для меня. Эгоистично с моей стороны, если ещё и принять во внимание то, что я пробыла на Керрисе всего две недели за тринадцать лет, а с Рэйсоном и того меньше.
Глупо, недальновидно, безрассудно, — охарактеризовала бы сама эти отношения, развившиеся так стремительно. Но когда влюблённые думали головой? Сейчас на данный момент я была счастлива, как никогда, и совсем не хотела думать о последствиях произошедшего.
— Куда мы едем? — пряча дурацкую улыбку, посмотрела в окно крытого экипажа, куда, закутанную в длинный плащ с капюшоном, меня водрузили после того, как я всё—таки немного пришла в себя и вновь смогла самостоятельно стоять на ногах.
— В гостиницу. Джер правда предлагал остановиться у него, но я решил, что так будет лучше. Ты устала и тебе нужен отдых, — с заботой в голосе ответил на вопрос Рэйс, поглаживая мою руку в районе тату.
Я кивнула, против гостиницы против не была, главное, чтобы она была без решёток. Приобретённый опыт тюремного заточения оставил неизгладимый след в моей «спокойной» жизни.
— А где мы? — вновь обратила внимание на белые домики с синей черепицей, медленно проплывающие мимо нас.
— Мы в Оросе, это — портовый городок на границе с Киерой, — ставя новую засечку на моей карте городов Балерии, Рэйс тоже выглянул в окно, вглядываясь в буйную зелень. — Здесь почти всегда тепло.
— Как ты узнал, что я появлюсь именно здесь?
— Я не знал. — ответ обескуражил.
— Но ты так быстро появился, прошло не так много времени после моего задержания? Был где—то рядом?
— Не настолько быстро, чтобы предотвратить твою безрассудную попытку побега, — свернул в сторону от ответа на мой вопрос вдруг ставший серьёзным, муж. — О чём ты вообще думала, Лия? Ты могла пострадать, второй этаж, — начал меня отчитывать. Ну вот, зачем открыла рот? Всё же было хорошо, пока молчала.
— Ну—у… Я просила вызвать тебя, ответа положительного не получила, пришлось действовать по обстоятельствам. Обстоятельства привели меня к окну, — сделала попытку оправдаться, на что Рэйс тяжело вздохнул.
— А Лаим почему не нашла меня тогда?
— Я боялась, — уже тяжёлый вздох от меня. — Но я оставила для тебя послание.
— Чего боялась?
— Того, что ты винишь меня в случившемся с Алиёй, — протараторила, зажмурившись, — я думала, это клеймо совершившего преступление. Но я ничего не сделала тогда, я просто услышала крик во сне и вышла в коридор, а потом Алия, она выпала на меня, бледная как смерть, держась за раненый бок. Я не виновата в её гибели, — в глазах защипало, вспоминать те страшные минуты для меня всегда было невыносимо.
— Лия, милая, о чём ты? С Алиёй всё хорошо, она жива, здорова и это только благодаря тебе, — Рэйс захватил моё лицо в свои ладони, стирая всё—таки прорвавшиеся слёзы. — Глупая, глупая фея.
— Жива? С ней всё хорошо? — слёзы с новой силой хлынули из глаз, теперь уже от счастья.
— Жива, конечно, жива и живёт сейчас совсем недалеко от этого городка в «Обители».
На этих словах я замерла, слёзы сделали своё дело, в голове начало проясняться, последние слова Рэйсона вспыхнули яркими огоньками.
— Рэйс, нам надо к Алие и как можно быстрее, — отклонилась чуть назад, неприлично шмыгнув носом. Немой вопросительный взгляд мужа заставил продолжить, — думаю, она —в опасности, я не просто так появилась в этом городе, так близко к месту её проживания. Прошлый раз, как и предыдущий, со мной рядом оказалась девушка — эмпат. На неё также было совершено нападение. Только Марию тогда не ранили, мы с её отцом успели вовремя. Но главное: перед случившимся я вновь услышала крик, отчаянный женский крик, такой же, что и в ту ночь.
— Я знаю о Марии и о том нападении, — Рэйсон устало потёр переносицу, а я открыла рот от удивления. — В тот день, когда на неё напали я со своей группой, прибыл Лаим по одному делу, которое перекликается с нападениями на вир. Услышав о случившемся, я тут же рванул к месту преступления, а затем в «Две звезды»: ты была там, стояла рядом с виэром Виктором и бессознательной Марией.
— Ты меня видел? Почему тогда…
— Не успел. Ты растворилась в воздухе, стоило мне приблизиться к тебе и… — договорить не успел, экипаж дёрнулся, останавливаясь, дверца раскрылась, являя перед собой парадный вход в гостиницу.
"Чёрт, как же не вовремя!" — ругнулась про себя.
К помпезному зданию в три этажа, украшенного лепниной, вёл зелёный коридор цветущих кустарников: тех самых, что встречались мне по дороге к моему недолгому заточению.
Первым вышел Рэйсон. Увидев мой задумчивый взгляд, направленный в сторону небольшой подножки, невесомо улыбнулся и, подхватив на руки, решил за меня эту проблему.
— Спасибо, — коснувшись земли своими мягкими тапочками, облегчённо выдохнула.
Убедившись, что плащ скрывает все мои недостатки во внешнем виде, а это пижама, халат и огненная буря на голове, мы двинулись к входу.
Оказалось, у семейства Эризов здесь были даже собственные апартаменты.
— Отец с мамой любили здесь отдыхать, — видимо, заметив мои взлетевшие от удивления брови, решил пояснить Рэйс, — ну а мы с братом решили оставить за собой эту привилегию.
Я лишь промычала неоднозначно в ответ, кутаясь сильнее в своё укрытие, а то провожавший нас виэр уже несколько раз бросал взгляд на мои помпончики, выглядывающие из—под полов плаща.
Апартаменты встретили нас теплом уже закатного солнца играющем на светлой мебели в стиле ампир: вычурно, монументально и совсем неуютно. Единственное, от чего пришла в восторг — это огромные панорамные окна, из которых виднелась бирюза, разбиваемая белыми барашками.
— Море, — вылетело восхищённо.
— Нравится?
— Очень, никогда не видела раньше море вблизи, — призналась, подходя к окну.
Рэйсон тут же оказался на шаг впереди, начал закрывать оконные створки.
— Эй… зачем? — возмутилось, останавливая попытку лишить меня вожделенного вида.
— За тем, что знаю по опыту: второй этаж для моей феи — не высота, — разворачивая меня к окну спиной, Рэйс бережно снял с меня капюшон. — Я распоряжусь об ужине, ты ведь наверняка голодна, — я быстро закивала: голодна, ещё какая голодна, кроме стакана воды ничего во рту не держала. — А ты пока прими ванну, отдохни.
— Но Рэйс, нам нужно к Алие, — напомнила о разговоре в экипаже. — Ведь если я здесь, значит, нападающий не пойман.
— К Алие мы поедем завтра, часть моей группы уже у «Обители», — вновь открыла рот, удивляясь: и когда успел? — А сегодня — отдых, и это не обсуждается, — проведя задумчиво ласково по моей щеке, Рэйс нежно прижался губами к моему лбу на несколько секунд, после чего направил к украшенной золотой лепниной двери скрывающими за собой ванную комнату.
— Но у меня столько вопросов… — начала было сопротивляться, на что меня просто впихнули в ослепительно—белую комнату с огромным бассейном в центре помещения, от которого шёл ароматный пар.
Ладно, чёрт с тобой, в конце концов, сдалась и, скинув с себя мой «сонный» наряд, испытавший на себе не только осуждающие внимание местного общества, но и полёт со второго этажа, нырнула в горячее блаженство.
Тепло и мой любимый сладкий аромат яблок, сделали своё дело, я расслабилась. Всё, чем была забита голова, улетучилось вместе с прозрачной дымкой, стелящейся по водной глади.
Вышла из воды, разомлевшей и крайне счастливой, ведь мою голову не оставила лишь одна мысль: я теперь жена одного крайне коварного главы отдела по борьбе с магическими преступлениями.
Обернувшись в мягкое полотенце, потянулась к халату, который оставила висеть на небольшой ширме у окна. Но тут меня ждал сюрприз: халата не оказалось на месте, как и остальных моих вещей.
— Рэйс! — громко позвала единственного, кто мог провернуть этот акт хищения.
— Рэйс? — повторила уже вопросительно, когда в ответ услышала лишь кап, кап, кап, с моих волос.
Осторожно приоткрыв дверь, заглянула в основную комнату.
Никого.
Хм? Меня бросили одну, лишив при этом возможности даже шаг сделать из этих апартаментов.
Пробежавшись по комнате, я отыскала шкаф, где висело пара белоснежных халатов.
— Ну, хоть что—то, — довольная находкой, натянула один из них, тот, что поменьше и явно женский. Заглянула ещё раз вглубь шкафы, теперь уже в поисках тапочек. Пусть на полу и лежал ковёр, но ногам было крайне прохладно. К сожалению, вожделенной обуви не нашлось: потоптавшись на месте, я решила не рисковать своим здоровьем и забралась на кровать. Развернулась лицом к окну, где вовсю алел закат, прочерчивая дрожащую дорожку от совсем уже низкого светила по перекатывающимся всполохам «холодного» огня.
Вид завораживал, гипнотизировал и постепенно затягивал в спокойную темноту.
Глава 30
Рэйсон
Известие о том, что была задержана вира, подходящая под моё описание, застало меня, когда я был в Сарате, дописывал отчёт по незавершённым делам, одним из которых так и числилось иссушение нежити и нападение на вир.
Я лично прочесал тот лес, где был найден Гвен трижды, и не нашёл ничего, ни единого следа. Единственное, что теперь было известно, где произошёл несчастный случай с коллегой и, судя по давно истлевшим и объеденным другими животными, костям марвума, — одного из свирепейших хищников Балерии, это случилось, как и говорил Лэнс, ещё весной.
Как такое возможно?
Возможно, когда ты молод, горяч и безрассуден. Гвэн был ещё тем позёром: ему нравилось выставлять свою силу напоказ, ввязываться в нелепые споры.
Пришёл он в лес один, по всей вероятности, для того, чтобы в очередной раз покрасоваться, вот только подвела самонадеянность.
Марвум не просто зверь, а магически одарённый хищник.
Завидев его следы, лесники и охотники всегда меняют свои маршруты, зная, что шансов выжить, если ты повстречаешься с этим зверем, у тебя нет.
Наш друг и коллега это знал не хуже других и всё же пошёл почти с голыми руками на свирепого хищника.
В этой схватке не оказалось победителя.
Гвэн погиб, как и марвум, но, в отличие от зверя, коллега ещё долго бродил по лесу в виде нежити, прячась от живых, пока не встретил того, кому отдал последние свои силы, не желая существовать в таком виде.
Остался главный вопрос: искал ли Гвэна иссушитесь специально и если да, то откуда знал, что он бродит по лесу.
Сейчас в моём арсенале был лишь единственный козырь — это Мария и её воспоминания о том мужчине, что внушил ей ужас, а затем напал на неё.
Под неустанной защитой своего мужа и моей пока всё ещё правой руки, эта маленькая, крайне отважная вира, путешествовала по всей стране, вглядываясь в прохожих и прислушиваясь к своим ощущениям.
Кто—то скажет: глупая трата времени и сил, но пока у нас не было ни одной зацепки, кроме воспоминаний Марии и её ощущений, а Сарат и Лаим находятся на слишком большом расстоянии друг от друга. Значит, нападавший может оказаться в любом месте Балерии. Тем более, вира Мария, раскинув свой дар на большую территорию, может сказать точно, попал под её силу беглец или нет.
И пару раз попадал, но тут же исчезал, словно чуя опасность.
За эти пять месяцев я уже не раз срывался с места по вызову о рыжеволосой вире. И каждый раз это оказывался ложный вызов, но я не унывал: знал, что Лия вернётся. Вернётся и попадёт в мои руки.
Так и случилось.
Я уже был у входа в участок правоохранителей, когда внутри что—то замерло и заставило обойти здание.
Почему—то не удивился увиденной картине. Почему, не знаю: возможно, другого и не ожидал от этой неугомонной, поражающей своим безрассудством, феи.
Лия свисала с парапета небольшого окна, второго этажа. Инстинкты сработали быстрее мыслей, когда эта безумная разжала пальцы.
Мгновение спустя я уже держал её в объятьях, такую хрупкую, нежную, немного растрёпанную и мою.
Не хотелось шевелиться.
Хотелось просто стоять и вдыхать её аромат.
Отвлёк Джер: видимо, сообразив, что его подопечная сбежала.
Отразив брошенное в нас обездвиживающее плетение и выслушав от обоих оправдание, подхватил своё сокровище на руки и понёс вперёд, боясь даже взглянуть на неё: слишком противоречивые чувства бурлили в этот момент во мне. Хотелось придушить её за этот безумный поступок и одновременно зацеловать до смерти.
