На самую обычную, довольно потрёпанную куртку "наёмнического" фасона, с потемневшими серебряными пуговицами, украшенными волчьей головой. Третьей сверху пуговицы не было.
М-да-а, это, пожалуй, не хуже выбитых инициалов. Вот и подозреваемый номер два. С одной стороны, он сам признался, что ходил сюда за травами. С другой – в последние два месяца стояла жара, и куртка ему бы не понадобилась. Следовательно, потерять пуговицу раньше Мирниас не мог, разве что очень давно, а по ней не скажешь, что она пролежала в лесу долгое время, её бы мусором и всякой трухой уже присыпало. Однако же весьма удачный момент выбрала пуговица, чтобы оторваться от хозяйской куртки, ничего не скажешь. Поневоле закрадывалась мысль, что уж слишком это нарочитая улика. Интересно, а что на сей счёт поведает сам Мирниас? Впрочем, если он здесь и был вчера вечером, сомнительно, что его любезность простирается настолько далеко, чтобы признаться в этом.
- Мирниас, вы пуговицу потеряли.
Он рассеянно глянул на куртку:
- А-а, да, я утром заметил, когда одевался. Не знаю, как это она… вчера, что ли, когда в таверну ходил.
- О, вы вчера рискнули выбраться из дома? – приподняла брови магесса. – В такую-то погоду?
- Сразу, как только буря чуть поутихла. Дома тоскливо сидеть, в таверне веселее.
Любопытно. Мирниас специально ходил в таверну, чтобы создать себе алиби, пока его тварь относила труп в лес и добавляла живописных деталей в виде сломанных кустов? Хогроши достаточно разумны, чтобы справиться со столь сложным поручением, тем более хозяин может руководить действиями твари издалека. Допустим, после тварь вернулась за хозяином в условленное место и отнесла его в лес: должен же маг приглядеть за всем лично, припасённой кровью землю полить и прочее. У Мирниаса, кстати, лошади нет, а хогрош в иных случаях получше лошади будет. Мирниас потерял пуговицу, но действительно не подозревал, что в лесу. Он не выказал ни малейшего беспокойства, когда Айриэ спросила его о пропаже. Что же, события могли развиваться и таким образом. Пока это всё только предположения, доказательств у магессы по-прежнему никаких. В конце концов, если рассмотреть другую возможность, пуговицу могли и подбросить на место преступления. К примеру, вчера в таверне срезали - у этого вечно заспанного ленивца целую куртку украсть можно, он и не заметит, не то что пуговицу. Если, конечно, растяпистость Мирниаса – не маска…
Поняв, что ходит в своих предположениях по кругу, Айриэ мысленно плюнула и бросила это бесплодное занятие.
- И что, Мирниас, много вчера таких смельчаков вроде вас собралось?
- Да нет, мэора, человек пять деревенских и трое гвардейцев из замка.
- Удивительно, что вообще кто-то пришёл, на радость папаше Брэддору, - хмыкнула магесса и кивнула магу: - Вы, Мирниас, если хотите, продолжайте поиски, а я уже всё осмотрела… Капитан, мы с мэором Тианоринниром пойдём с мельником побеседуем, а когда мэор маг закончит свои изыскания, можете уже убирать тело.
- Хоть прямо сейчас, нечего мне здесь искать, - глухо сказал Мирниас. – Магии тут нет, и вообще, я не дознаватель, чтобы на четвереньках ползать, следы выискивая.
- Так зачем же вы пришли? – полюбопытствовала Айриэ.
- Потому что его светлость счёл моё присутствие здесь необходимым, - ровно ответил Мирниас, старательно скрывая досаду. – К сожалению, я не вижу, как могу быть полезным в деле установления истины.
- Его светлости герцогу виднее, - веско заметил Паурен, легонечко одёргивая разговорившегося мага и заодно напоминая, кто, собственно, здесь главный. – А тело, мэора магесса, я пока убрать не могу. Его светлость изъявил желание осмотреть место преступления лично и скоро будет здесь. Он специально решил прибыть позже, чтобы не мешать вам.
- Я оценила его любезность, - заверила магесса. – Идём, Тианор!
Мельник находился дома - сидел за столом, потерянно уставившись в одну точку. Он ссутулился и будто разом постарел. Румянец исчез с ввалившихся, обвисших щек, морщины обозначились резче, а взгляд был потухший, как у старика. В уголке, обнявшись, тихонечко всхлипывали его дети.
- Как же это, мэора? – дрожащим голосом спросил мельник, увидев Айриэ. – У кого рука поднялась на нашу девочку? Она же солнышко наше… была.
Голос его сорвался, и он, как видно, не в первый раз за сегодняшнее утро, смахнул слёзы с покрасневших глаз.
- Найду ублюдка, - мрачно пообещала Айриэ, - и заставлю заплатить.
За такие р-р-развлеченьица поганый маг будет умирать долго – во имя Равновесия, чтобы уменьшить вред, который причинил миру.
- Вы знали, мэора, что Зари первенца ждала? – справившись с голосом, спросил мельник. – Она так и светилась вся, когда мне рассказывала…
Он опять утёр слёзы рукавом рубахи, потом нашарил в кармане скомканный носовой платок и с шумом высморкался.
- Брай Нэйс, расскажите-ка мне всё по порядку, - велела магесса, усаживаясь напротив. Тианор пристроился на другом стуле.
- Я уже капитану Паурену говорил… Ну, раз надо, слушайте, мэора Айнура. Зари моя в лес за травами почти что каждый день ходила. И для дома травы собирала, и для старой Фенры, знахарки, потому что та уж давно не девочка по лесу самой бегать, а моя Зари в растениях неплохо разбиралась. Вот знахарка и поручала травки собирать, за небольшую плату. Ну, Зари это не из-за денег делала, а потому что очень лес любила. Вот, значит, пошла она вчера опять за реку, как обычно, а я на мельнице занят был. К обеду Зари не вернулась, поели мы без неё, ну да это не в первый раз такое происходило. Бывало, она увлечётся, зайдёт далеко за какой-нибудь травкой особенной и не замечает, как время бежит, - с улыбкой на дрожащих губах припомнил мельник и почесал покрасневший нос. - Потом буря налетела, да так внезапно, мы и ахнуть не успели. Я думал, Зари тоже не успела вернуться до ненастья и спряталась в шалаше знахарки. А непогода вовсю разгулялась, и мне так тревожно стало, я себе просто места не находил. Всё думал, как там наша девочка в холоде да сырости сидит, не заболела бы. Я уж не один раз в лес бежать порывался, да куда в бурю пойдёшь? Тем более я лес плохо знаю, заплутал бы в два счёта и Зари не помог. Я себя всё успокаивал, что, мол, она опытная, лес чувствует и вернётся, когда можно будет. Стемнело рано, а ночью я то спать пытался, то бегал из угла в угол. Ужасов себе всяких навоображал – и деревом-то её могло придавить, и заблудилась, и заболела да в горячке лежит там в шалаше. А то, чего на самом деле случилось, я и подумать не мог. Мы с работниками моими на рассвете пошли и недолго лес прочёсывали… Зари на ту полянку часто бегала и меня за собой всё пыталась таскать, нравилось ей там. Я, как увидел её там лежащую, думал, сам помру с горя… - закончил он сдавленным шёпотом и отвернулся.
Айриэннис задала мельнику ещё несколько вопросов, выспрашивая подробности, но ничего полезного из беседы не извлекла и прекратила мучить бедного вдовца. Ему и так несладко…
Выйдя из дома мельника, Айриэ обнаружила, что морось наконец-то прекратилась, но было по-прежнему сыро и зябко. Они с Тианором собирались вернуться на постоялый двор, но тут её позвали:
- Мэора Айнура!
Обернувшись на оклик, Айриэ увидела герцога, переходящего по мосткам у запруды на этот берег. Его сопровождали брат, Орминд и Фирниор. Они, конечно же, ехали верхом через большой мост и добрались до места по лесной дороге. Очевидно, они уже успели побывать в месте, где нашли мельничиху, а теперь герцог намеревался выслушать, что по сему поводу думает драконий маг.
Герцог выглядел хмурым и сосредоточенным, его брат крепко сжимал губы и изредка покачивал головой, будто не находя слов для того, чтобы охарактеризовать происшедшее. Орминд тоже был серьёзен, но особенной скорби в глазах не наблюдалось, да и потрясённым он не казался. Надо же, какой хладнокровный юноша. Зато Фирниор, единственный из всех, был искренне огорчён и расстроен. Лицо бледное, губы искусаны, мокрые волосы слиплись сосульками и лезли ему в глаза, отчего он часто мотал головой, отбрасывая их назад.
- Что скажете, мэора Айнура? – поздоровавшись, спросил герцог. – Это сделала та же тварь, с которой вы столкнулись на ферме Нарваса?
- Да, герцог, я в этом уверена. Это хогрош, полностью магическое создание, но питается оно, к сожалению, настоящей кровью. И со временем крови потребуется всё больше.
- Вы полагаете, тварь просто охотилась? – отрывисто спросил герцог, нахмурившись ещё сильнее.
- Да, мэор. В принципе, хогроши могли бы обходиться кровью животных – вот хоть свиной, к примеру, но нашему таинственному магу, похоже, нужен сильный… питомец.
- Вы думаете, нападения на моих людей продолжатся?
- Мне бы хотелось утверждать обратное, но будем реалистами, герцог. Тварь уже отведала человеческой крови, а для хогрошей это деликатес.
- Откуда вы это знаете, мэора? – с любопытством спросил Орминд Файханас.
- Так пишут в старых трактатах по магии. В библиотеках моего Ордена хранится немало редких древних книг, в том числе написанных ещё при драконах. О хогрошах я читала там, но мне очень и очень интересно, откуда о них узнал этот маг. Подобные знания никогда не находились в свободном доступе.
- Видимо, не все древние книгохранилища были одинаково надёжны, - вежливо заметил наследник герцога, а его дядюшка осуждающе покачал головой.
- Герцог, вы должны узнать ещё одно: здесь тварь получила сразу две жертвы, женщину и её нерождённого ребёнка, - сообщила магесса, внимательно отслеживая реакцию на свои слова.
Эстор Файханас выругался, Орминд присвистнул, герцог зло прищурил глаза, а Фирниор издал сдавленное восклицание и на миг крепко зажмурился, потом сказал, глядя себе под ноги:
- Дядюшка Рольнир, с вашего позволения, я пойду прогуляюсь немного.
Юноша побрёл куда-то вдоль берега Мельничной, опустив голову и путаясь сапогами в мокрой траве.
- Я принял решение, - сказал Рольнир Файханас, что-то сосредоточенно обдумывавший. – Теперь Кайдарах днём и ночью будет патрулировать десяток моих гвардейцев. Надеюсь, это поможет предотвратить новые нападения. Мэора Айнура, эту тварь можно убить простым оружием?
- Только зачарованным. Или серебряным. – А ещё лучше, если меч будет из "лунного серебра", только про него в этом мире, наверное, уже не помнят. – Раны от простого оружия хогрош залечит быстро, у него сверхъестественная регенерация, да и хозяин подлечит.
- В таком случае, мэора магесса, не возьмётесь ли вы зачаровать оружие моих солдат?
- Герцог, я бы посоветовала вам прибегнуть к услугам мага-артефактора. Я, разумеется, тоже могла бы, но всё-таки работа с предметами – не мой конёк. Каждый должен заниматься своим делом, и мэор Мирниас, думается мне, превосходно справится.
Трое Файханасов немного помялись, быстро переглянувшись между собой, потом Орминд озвучил то, что было у них на уме:
- Мэора Айнура, а что, если Мирниас и есть преступник? Тогда будет весьма опрометчиво поручить ему накладывать чары на оружие наших гвардейцев, согласитесь.
- А у вас есть какие-то основания предполагать, что Мирниас причастен к убийству? – встрепенувшись, спросила Айриэ. Интересно, что ей скажут…
- Будь у меня хоть малейшее доказательство его вины, Мирниас уже попал бы в пыточную! – отчеканил герцог.
Прозвучало сурово, очень. Айриэ восхитилась про себя и окончательно решила о пуговице не упоминать. Если долговязый маг виновен, она и так это выяснит, без герцогских палачей. А то и правда, оглушат бедного парня предательским ударом по голове, наденут антимагические кандалы и потащат в пыточную. Если герцог намерен сделать из Мирниаса жертвенного козлика, пусть подбросит ещё "доказательств". Если же он просто отвлекает внимание магессы от своей семьи, даже рискуя подставить своего прикормленного мага – это уже другой расклад. Тогда до пыточной не дойдёт, "злодея" убьют при попытке ареста. Это если Рольнир Файханас решит пожертвовать магом, спасая свою семью. Поживём – увидим…
- Вы же не станете отрицать, мэора Айнура, что Мирниас выглядит наиболее подозрительным, - рассудительно заметил брат герцога. – Он единственный известный маг в округе, появился у нас всего год назад. Любит слегка поплакаться на тему своих слабых магических способностей и злодейки-судьбы, забросившей его в глухомань на целых пять лет. Что, если это всего лишь удобная маскировка?
- Всё может быть, - кротко согласилась Айриэ. – Но даже если и так, мне думается, Мирниас не станет совершать глупость и намеренно делать негодное оружие. В конце концов, я в любой момент смогу его проверить.
- Думаю, вы не откажетесь, мэора Айнура? – полуутвердительно спросил герцог. – Замечательно, благодарю вас! В таком случае, я пришлю за вами, когда Мирниас закончит свою работу. А сейчас позвольте откланяться, мэора! Мэор Тианориннир, а вас я приглашаю послезавтра в Файханас-Манор. К мэоре Альдарре приезжают её давние подруги, и наши дамы устраивают тихий семейный вечер с музыкой.
- Благодарю за честь, ваша светлость! – почтительно поклонился менестрель. – Прошу вас, передайте мэоре Альдарре, что я непременно буду.
Файханасы, повинуясь жесту главы рода, направились к дому мельника, и Айриэ услышала, как герцог спрашивает:
- Твои действия, Орминд?
- Помимо выражения искренних соболезнований будущему подданному? – в голосе наследника проскользнула лёгкая ирония. – Думаю, мы должны выплатить Нэйсу компенсацию за погибшую жену. Это случилось на нашей земле, и мельник находился под защитой Файханасов.
- Правильно. Только ты забываешь, что мельник помимо супруги потерял и будущего ребёнка.
- А, правда, забыл. Прости, отец! Тогда платим за двоих и…
Дальше Айриэ уже не слышала. Герцог продолжает натаскивать наследника, дело хорошее, кто бы спорил… В задумчивости посмотрев на мутную реку, над которой ещё клубились остатки тумана, магесса решила:
- Пойду-ка я немного прогуляюсь, Тин. Ты меня не жди, возвращайся.
- Тогда я домой, - буркнул менестрель и чихнул. – Замёрз, как собака. Вечером навещу, любовь моя!
***
Фирниор обнаружился на берегу: сидел, нахохлившись, на поваленном дереве и смотрел на воду. Магесса с сомнением осмотрела осклизлый, мокрый ствол и желания присесть рядом не испытала. Встала так, чтобы видеть лицо юноши, и добродушно поинтересовалась:
- Что, Фирниор, не привыкли к трупам?
- А вы, мэора, считаете, что к трупам молодых симпатичных женщин, разодранных монстрами, можно привыкнуть? – странновато глянув на неё, ответил он вопросом на вопрос.
- Ох, привыкнуть можно к чему угодно, было бы желание… - вздохнула Айриэ. - Сей таинственный маг, видимо, затруднений морального характера не испытывает. По крайней мере, он без колебаний спустил своего ручного монстра на бедняжку Зари, и никакие угрызения совести его не остановили.
- А с чего вы взяли, мэора, что монстр ручной? – пристально взглянул ей в глаза Фирниор. – Разве он не может… иногда вырываться из-под контроля, например? Может, маг просто не справился с управлением тварью?
- Не обольщайтесь, Фирниор, хогрош без приказа хозяина не делает ничего. Он может требовать кормёжки, но кто станет пищей, выбирает всегда хозяин.
- Вам виднее, мэора, - вяло согласился юноша и длинно вздохнул, с силой потерев лицо. – Зари, бедная девочка… жалко её.
М-да-а, это, пожалуй, не хуже выбитых инициалов. Вот и подозреваемый номер два. С одной стороны, он сам признался, что ходил сюда за травами. С другой – в последние два месяца стояла жара, и куртка ему бы не понадобилась. Следовательно, потерять пуговицу раньше Мирниас не мог, разве что очень давно, а по ней не скажешь, что она пролежала в лесу долгое время, её бы мусором и всякой трухой уже присыпало. Однако же весьма удачный момент выбрала пуговица, чтобы оторваться от хозяйской куртки, ничего не скажешь. Поневоле закрадывалась мысль, что уж слишком это нарочитая улика. Интересно, а что на сей счёт поведает сам Мирниас? Впрочем, если он здесь и был вчера вечером, сомнительно, что его любезность простирается настолько далеко, чтобы признаться в этом.
- Мирниас, вы пуговицу потеряли.
Он рассеянно глянул на куртку:
- А-а, да, я утром заметил, когда одевался. Не знаю, как это она… вчера, что ли, когда в таверну ходил.
- О, вы вчера рискнули выбраться из дома? – приподняла брови магесса. – В такую-то погоду?
- Сразу, как только буря чуть поутихла. Дома тоскливо сидеть, в таверне веселее.
Любопытно. Мирниас специально ходил в таверну, чтобы создать себе алиби, пока его тварь относила труп в лес и добавляла живописных деталей в виде сломанных кустов? Хогроши достаточно разумны, чтобы справиться со столь сложным поручением, тем более хозяин может руководить действиями твари издалека. Допустим, после тварь вернулась за хозяином в условленное место и отнесла его в лес: должен же маг приглядеть за всем лично, припасённой кровью землю полить и прочее. У Мирниаса, кстати, лошади нет, а хогрош в иных случаях получше лошади будет. Мирниас потерял пуговицу, но действительно не подозревал, что в лесу. Он не выказал ни малейшего беспокойства, когда Айриэ спросила его о пропаже. Что же, события могли развиваться и таким образом. Пока это всё только предположения, доказательств у магессы по-прежнему никаких. В конце концов, если рассмотреть другую возможность, пуговицу могли и подбросить на место преступления. К примеру, вчера в таверне срезали - у этого вечно заспанного ленивца целую куртку украсть можно, он и не заметит, не то что пуговицу. Если, конечно, растяпистость Мирниаса – не маска…
Поняв, что ходит в своих предположениях по кругу, Айриэ мысленно плюнула и бросила это бесплодное занятие.
- И что, Мирниас, много вчера таких смельчаков вроде вас собралось?
- Да нет, мэора, человек пять деревенских и трое гвардейцев из замка.
- Удивительно, что вообще кто-то пришёл, на радость папаше Брэддору, - хмыкнула магесса и кивнула магу: - Вы, Мирниас, если хотите, продолжайте поиски, а я уже всё осмотрела… Капитан, мы с мэором Тианоринниром пойдём с мельником побеседуем, а когда мэор маг закончит свои изыскания, можете уже убирать тело.
- Хоть прямо сейчас, нечего мне здесь искать, - глухо сказал Мирниас. – Магии тут нет, и вообще, я не дознаватель, чтобы на четвереньках ползать, следы выискивая.
- Так зачем же вы пришли? – полюбопытствовала Айриэ.
- Потому что его светлость счёл моё присутствие здесь необходимым, - ровно ответил Мирниас, старательно скрывая досаду. – К сожалению, я не вижу, как могу быть полезным в деле установления истины.
- Его светлости герцогу виднее, - веско заметил Паурен, легонечко одёргивая разговорившегося мага и заодно напоминая, кто, собственно, здесь главный. – А тело, мэора магесса, я пока убрать не могу. Его светлость изъявил желание осмотреть место преступления лично и скоро будет здесь. Он специально решил прибыть позже, чтобы не мешать вам.
- Я оценила его любезность, - заверила магесса. – Идём, Тианор!
Мельник находился дома - сидел за столом, потерянно уставившись в одну точку. Он ссутулился и будто разом постарел. Румянец исчез с ввалившихся, обвисших щек, морщины обозначились резче, а взгляд был потухший, как у старика. В уголке, обнявшись, тихонечко всхлипывали его дети.
- Как же это, мэора? – дрожащим голосом спросил мельник, увидев Айриэ. – У кого рука поднялась на нашу девочку? Она же солнышко наше… была.
Голос его сорвался, и он, как видно, не в первый раз за сегодняшнее утро, смахнул слёзы с покрасневших глаз.
- Найду ублюдка, - мрачно пообещала Айриэ, - и заставлю заплатить.
За такие р-р-развлеченьица поганый маг будет умирать долго – во имя Равновесия, чтобы уменьшить вред, который причинил миру.
- Вы знали, мэора, что Зари первенца ждала? – справившись с голосом, спросил мельник. – Она так и светилась вся, когда мне рассказывала…
Он опять утёр слёзы рукавом рубахи, потом нашарил в кармане скомканный носовой платок и с шумом высморкался.
- Брай Нэйс, расскажите-ка мне всё по порядку, - велела магесса, усаживаясь напротив. Тианор пристроился на другом стуле.
- Я уже капитану Паурену говорил… Ну, раз надо, слушайте, мэора Айнура. Зари моя в лес за травами почти что каждый день ходила. И для дома травы собирала, и для старой Фенры, знахарки, потому что та уж давно не девочка по лесу самой бегать, а моя Зари в растениях неплохо разбиралась. Вот знахарка и поручала травки собирать, за небольшую плату. Ну, Зари это не из-за денег делала, а потому что очень лес любила. Вот, значит, пошла она вчера опять за реку, как обычно, а я на мельнице занят был. К обеду Зари не вернулась, поели мы без неё, ну да это не в первый раз такое происходило. Бывало, она увлечётся, зайдёт далеко за какой-нибудь травкой особенной и не замечает, как время бежит, - с улыбкой на дрожащих губах припомнил мельник и почесал покрасневший нос. - Потом буря налетела, да так внезапно, мы и ахнуть не успели. Я думал, Зари тоже не успела вернуться до ненастья и спряталась в шалаше знахарки. А непогода вовсю разгулялась, и мне так тревожно стало, я себе просто места не находил. Всё думал, как там наша девочка в холоде да сырости сидит, не заболела бы. Я уж не один раз в лес бежать порывался, да куда в бурю пойдёшь? Тем более я лес плохо знаю, заплутал бы в два счёта и Зари не помог. Я себя всё успокаивал, что, мол, она опытная, лес чувствует и вернётся, когда можно будет. Стемнело рано, а ночью я то спать пытался, то бегал из угла в угол. Ужасов себе всяких навоображал – и деревом-то её могло придавить, и заблудилась, и заболела да в горячке лежит там в шалаше. А то, чего на самом деле случилось, я и подумать не мог. Мы с работниками моими на рассвете пошли и недолго лес прочёсывали… Зари на ту полянку часто бегала и меня за собой всё пыталась таскать, нравилось ей там. Я, как увидел её там лежащую, думал, сам помру с горя… - закончил он сдавленным шёпотом и отвернулся.
Айриэннис задала мельнику ещё несколько вопросов, выспрашивая подробности, но ничего полезного из беседы не извлекла и прекратила мучить бедного вдовца. Ему и так несладко…
ГЛАВА 10
Выйдя из дома мельника, Айриэ обнаружила, что морось наконец-то прекратилась, но было по-прежнему сыро и зябко. Они с Тианором собирались вернуться на постоялый двор, но тут её позвали:
- Мэора Айнура!
Обернувшись на оклик, Айриэ увидела герцога, переходящего по мосткам у запруды на этот берег. Его сопровождали брат, Орминд и Фирниор. Они, конечно же, ехали верхом через большой мост и добрались до места по лесной дороге. Очевидно, они уже успели побывать в месте, где нашли мельничиху, а теперь герцог намеревался выслушать, что по сему поводу думает драконий маг.
Герцог выглядел хмурым и сосредоточенным, его брат крепко сжимал губы и изредка покачивал головой, будто не находя слов для того, чтобы охарактеризовать происшедшее. Орминд тоже был серьёзен, но особенной скорби в глазах не наблюдалось, да и потрясённым он не казался. Надо же, какой хладнокровный юноша. Зато Фирниор, единственный из всех, был искренне огорчён и расстроен. Лицо бледное, губы искусаны, мокрые волосы слиплись сосульками и лезли ему в глаза, отчего он часто мотал головой, отбрасывая их назад.
- Что скажете, мэора Айнура? – поздоровавшись, спросил герцог. – Это сделала та же тварь, с которой вы столкнулись на ферме Нарваса?
- Да, герцог, я в этом уверена. Это хогрош, полностью магическое создание, но питается оно, к сожалению, настоящей кровью. И со временем крови потребуется всё больше.
- Вы полагаете, тварь просто охотилась? – отрывисто спросил герцог, нахмурившись ещё сильнее.
- Да, мэор. В принципе, хогроши могли бы обходиться кровью животных – вот хоть свиной, к примеру, но нашему таинственному магу, похоже, нужен сильный… питомец.
- Вы думаете, нападения на моих людей продолжатся?
- Мне бы хотелось утверждать обратное, но будем реалистами, герцог. Тварь уже отведала человеческой крови, а для хогрошей это деликатес.
- Откуда вы это знаете, мэора? – с любопытством спросил Орминд Файханас.
- Так пишут в старых трактатах по магии. В библиотеках моего Ордена хранится немало редких древних книг, в том числе написанных ещё при драконах. О хогрошах я читала там, но мне очень и очень интересно, откуда о них узнал этот маг. Подобные знания никогда не находились в свободном доступе.
- Видимо, не все древние книгохранилища были одинаково надёжны, - вежливо заметил наследник герцога, а его дядюшка осуждающе покачал головой.
- Герцог, вы должны узнать ещё одно: здесь тварь получила сразу две жертвы, женщину и её нерождённого ребёнка, - сообщила магесса, внимательно отслеживая реакцию на свои слова.
Эстор Файханас выругался, Орминд присвистнул, герцог зло прищурил глаза, а Фирниор издал сдавленное восклицание и на миг крепко зажмурился, потом сказал, глядя себе под ноги:
- Дядюшка Рольнир, с вашего позволения, я пойду прогуляюсь немного.
Юноша побрёл куда-то вдоль берега Мельничной, опустив голову и путаясь сапогами в мокрой траве.
- Я принял решение, - сказал Рольнир Файханас, что-то сосредоточенно обдумывавший. – Теперь Кайдарах днём и ночью будет патрулировать десяток моих гвардейцев. Надеюсь, это поможет предотвратить новые нападения. Мэора Айнура, эту тварь можно убить простым оружием?
- Только зачарованным. Или серебряным. – А ещё лучше, если меч будет из "лунного серебра", только про него в этом мире, наверное, уже не помнят. – Раны от простого оружия хогрош залечит быстро, у него сверхъестественная регенерация, да и хозяин подлечит.
- В таком случае, мэора магесса, не возьмётесь ли вы зачаровать оружие моих солдат?
- Герцог, я бы посоветовала вам прибегнуть к услугам мага-артефактора. Я, разумеется, тоже могла бы, но всё-таки работа с предметами – не мой конёк. Каждый должен заниматься своим делом, и мэор Мирниас, думается мне, превосходно справится.
Трое Файханасов немного помялись, быстро переглянувшись между собой, потом Орминд озвучил то, что было у них на уме:
- Мэора Айнура, а что, если Мирниас и есть преступник? Тогда будет весьма опрометчиво поручить ему накладывать чары на оружие наших гвардейцев, согласитесь.
- А у вас есть какие-то основания предполагать, что Мирниас причастен к убийству? – встрепенувшись, спросила Айриэ. Интересно, что ей скажут…
- Будь у меня хоть малейшее доказательство его вины, Мирниас уже попал бы в пыточную! – отчеканил герцог.
Прозвучало сурово, очень. Айриэ восхитилась про себя и окончательно решила о пуговице не упоминать. Если долговязый маг виновен, она и так это выяснит, без герцогских палачей. А то и правда, оглушат бедного парня предательским ударом по голове, наденут антимагические кандалы и потащат в пыточную. Если герцог намерен сделать из Мирниаса жертвенного козлика, пусть подбросит ещё "доказательств". Если же он просто отвлекает внимание магессы от своей семьи, даже рискуя подставить своего прикормленного мага – это уже другой расклад. Тогда до пыточной не дойдёт, "злодея" убьют при попытке ареста. Это если Рольнир Файханас решит пожертвовать магом, спасая свою семью. Поживём – увидим…
- Вы же не станете отрицать, мэора Айнура, что Мирниас выглядит наиболее подозрительным, - рассудительно заметил брат герцога. – Он единственный известный маг в округе, появился у нас всего год назад. Любит слегка поплакаться на тему своих слабых магических способностей и злодейки-судьбы, забросившей его в глухомань на целых пять лет. Что, если это всего лишь удобная маскировка?
- Всё может быть, - кротко согласилась Айриэ. – Но даже если и так, мне думается, Мирниас не станет совершать глупость и намеренно делать негодное оружие. В конце концов, я в любой момент смогу его проверить.
- Думаю, вы не откажетесь, мэора Айнура? – полуутвердительно спросил герцог. – Замечательно, благодарю вас! В таком случае, я пришлю за вами, когда Мирниас закончит свою работу. А сейчас позвольте откланяться, мэора! Мэор Тианориннир, а вас я приглашаю послезавтра в Файханас-Манор. К мэоре Альдарре приезжают её давние подруги, и наши дамы устраивают тихий семейный вечер с музыкой.
- Благодарю за честь, ваша светлость! – почтительно поклонился менестрель. – Прошу вас, передайте мэоре Альдарре, что я непременно буду.
Файханасы, повинуясь жесту главы рода, направились к дому мельника, и Айриэ услышала, как герцог спрашивает:
- Твои действия, Орминд?
- Помимо выражения искренних соболезнований будущему подданному? – в голосе наследника проскользнула лёгкая ирония. – Думаю, мы должны выплатить Нэйсу компенсацию за погибшую жену. Это случилось на нашей земле, и мельник находился под защитой Файханасов.
- Правильно. Только ты забываешь, что мельник помимо супруги потерял и будущего ребёнка.
- А, правда, забыл. Прости, отец! Тогда платим за двоих и…
Дальше Айриэ уже не слышала. Герцог продолжает натаскивать наследника, дело хорошее, кто бы спорил… В задумчивости посмотрев на мутную реку, над которой ещё клубились остатки тумана, магесса решила:
- Пойду-ка я немного прогуляюсь, Тин. Ты меня не жди, возвращайся.
- Тогда я домой, - буркнул менестрель и чихнул. – Замёрз, как собака. Вечером навещу, любовь моя!
***
Фирниор обнаружился на берегу: сидел, нахохлившись, на поваленном дереве и смотрел на воду. Магесса с сомнением осмотрела осклизлый, мокрый ствол и желания присесть рядом не испытала. Встала так, чтобы видеть лицо юноши, и добродушно поинтересовалась:
- Что, Фирниор, не привыкли к трупам?
- А вы, мэора, считаете, что к трупам молодых симпатичных женщин, разодранных монстрами, можно привыкнуть? – странновато глянув на неё, ответил он вопросом на вопрос.
- Ох, привыкнуть можно к чему угодно, было бы желание… - вздохнула Айриэ. - Сей таинственный маг, видимо, затруднений морального характера не испытывает. По крайней мере, он без колебаний спустил своего ручного монстра на бедняжку Зари, и никакие угрызения совести его не остановили.
- А с чего вы взяли, мэора, что монстр ручной? – пристально взглянул ей в глаза Фирниор. – Разве он не может… иногда вырываться из-под контроля, например? Может, маг просто не справился с управлением тварью?
- Не обольщайтесь, Фирниор, хогрош без приказа хозяина не делает ничего. Он может требовать кормёжки, но кто станет пищей, выбирает всегда хозяин.
- Вам виднее, мэора, - вяло согласился юноша и длинно вздохнул, с силой потерев лицо. – Зари, бедная девочка… жалко её.
