Подождать всё-таки пришлось, Дана успела поужинать, еду ей Роберт заказал из ресторана. Потом она просто не могла ничего сделать из-за беспокойства.
Хозяин дома, вернувшись, сразу стал собирать вещи. Девушка следила за этим с удивлением, но не решалась спросить. Или, скорее, не знала о чём спрашивать…
– Я к родителям, – наконец, снизошёл Роберт.
– А я?! – испугалась Дана. Она совершенно не хотела встречаться с родителями Амира.
– А ты познакомься с Ульяной. Ульяна!
Рядом возникла невысокая, плотненькая девушка с огромными глазами.
– Основное образование по радиотехнике, разряд по туризму и стрельбе, метание любых предметов на поражение, острые слух и ум! Ты будешь с ней в безопасности – если ты будешь с ней. Даже в туалет ходите вместе. Сменщица её будет не хуже, агентство обещало.
Дана растерялась.
– Я не понимаю… Почему ты уходишь?
Он вздохнул.
– Я же говорил тебе, я публичный человек. Каждый мой шаг может появиться в прессе. Каждую девушку рядом со мной прощупывают на предмет романа. Подумай, если нас с тобой заметят ночующими вместе вскоре после того, как Амира отправили в тюрьму?
– О… – Дана поняла. – Но… тогда, может быть… Я могу жить в гостинице…
– Ты можешь жить в безопасности, – отрезал Роберт. – Родители Ильгиза добрые и рады будут приютить тебя, но постоянная охрана реально будет их напрягать.
– Но, получается, я выгоняю тебя из собственного дома…
– Ну уж ты скажешь. Дана! Это же мои родители! Я с ними уже жил. Ничего, нормально. Я младшенький, любименький, мне можно куда больше, чем Амиру. В общем, слушайся Ульяну, завтра утром тебе позвонят насчёт интервью. Значит, так. Никакой фантазии. Они пришлют тебе вопросы, ты берёшь их и едешь ко мне. Мы их обсуждаем, пишем ответы, ты их учишь наизусть, мой помощник их согласует с журналистами, и они оформят интервью.
– А-а… То есть я буду знать вопросы заранее?
– Конечно, так это всегда и бывает. Пока мы ограничимся тремя-четырьмя текстовыми изданиями с фотографиями. Ты должна выглядеть сногсшибательно красивой, но при этом очень скромной и, по возможности, слегка глупенькой, чтобы не вызывать подозрения. Ясно?
Дана кивнула и опустила голову:
– Да, спасибо. Спасибо, что помогаешь Амиру.
Роберт, сдавливая смех, ответил:
– А ты не забыла, кто он мне есть?
– Просто… На Ганимеде они как-то странно… Говорят о тебе. Я думала, будут сложности.
Лёгкое недовольство Наташи каждый раз, когда звучит имя Роберта, можно объяснить тем, что она ему явно нравится. И скрывать это он не пытается, хоть и не показывает явно. Тем же можно объяснить и мрачное равнодушие Сергея. А вот почему у Ильгиза каменеют скулы при упоминании брата Амира, хотя они на Земле вполне себе нормально общались?
– Да? Ну… Слушай, я не всегда понимаю эту компашку. Но они могут бояться за ваши отношения.
– То есть? Ты имеешь в виду, наши с Амиром?
Почему, интересно? Ну да, Роберт звезда, красив, популярен, харизматичен, но ведь это не значит, что любая девушка мечтает о нём и побежит, стоит только поманить. Дане он, например, не очень-то нравится. Его манеры заставляют собирать всю силу воли, чтобы не дёргаться и не вырываться.
– Ну-у… Знаешь, ну как бы спорт у нас был такой. Просто мы очень похожи. Раньше были. Сейчас ты, наверное, не поверишь, – засмеялся певец.
– Вы похожи, я заметила.
– Ну вот. И этот паразит в школе, да и после, любил отбивать у меня девушек. Я и сам не урод, но он такой высокий, умный, мужественный и старше меня. Когда он приезжал домой из универа я вообще старался с ним не пересекаться.
– Они боятся, что ты теперь отомстишь? – это как-то вообще глупо. Для всех.
– Ну да, в очередной раз. Когда моё лицо попало на мировые афиши, а Амир превратился в мышечную глыбу, я несколько раз отомстил. Вот ты, согласилась бы встречаться со мной? Если не понравимся друг другу – Амир ничего даже не узнает.
– Это проверка? – как можно холоднее спросила Дана.
Он вздёрнул бровь:
Звезда сошла с небес ко мне.
Звезда.
Рвалась сквозь молнии и снег
Сюда.
Вся жизнь моя есть до неё
И с ней.
Я столько тусклых перебрал
Камней.
Одна звезда на целый мир -
Одна.
Не сразу хорошо была
Видна.
Я возведу тебя одну
В свой абсолют.
И будет у тебя любовь,
Покой, уют.
Я буду рядом, как твоя
Мечта.
Лишь только будь со мной, моя
Звезда.
Голос у него всё-таки красивый. Проникает в самое сердце. И даже не получается ни испугаться, ни разозлиться по-настоящему. Лишь холодное возмущение которое надо получше показать.
– Это проверка? – повторила она вопрос.
– А похоже? – всё тот же бархатистый голос. – Скажи «да», и ты увидишь, что такое настоящее чувство.
– Нет.
Он пристально смотрел ей в глаза.
– Роберт, я понимаю, что это проверка, – Дана говорила спокойно, надеясь донести до него. – И так же поняла опасения Ильгиза, Сергея и Наташи.
– Ладно, ты просто скажи: я тебе нравлюсь хоть чуть-чуть?
– Нет, ты мне не нравишься! – почти выкрикнула Дана. – Мне никто не нравится! Я вообще не хочу никаких мужчин! И если Амира посадят в тюрьму, я не хочу вообще чтобы на меня обращали внимание мужчины! Ты не понимаешь… – она всё-таки расплакалась, сводя на нет весь эффект. Но Роберт явно растерялся:
– Не надо… Дана, извини! Ну пожалуйста, не плачь. Да, проверка, даже не проверка, я просто хотел показать тебе… Ну пожалуйста, прекрати плакать. Ты должна понимать, девушка, которую так легко увести – невелика потеря. Я и хотел показать тебе, что в наших соревнованиях ничего плохого не было. Амир никого важного не потерял. Прости, я правда забыл… ненадолго, но всё же… Просто забыл, кто ты и что чувствуешь. Дана, пожалуйста, извини. Я обещаю, что не буду больше.
– И не надо больше стихов, – девушка вытирала слёзы, стараясь не растягивать кожу.
– Не могу, – снова эта шальная улыбка, безумно виноватая. – Ты красивая женщина, интересная, необычная. Ты меня вдохновляешь. Это не любовь или влюблённость, просто очарование. Ты должна понять, ты же знаешь, что такое вдохновение. Амир зря бесится. И его друзья. Я бы ни за что не стал разбивать ему сердце или ещё как портить жизнь. Правда.
57.
Роберта Дана не понимала совершенно. Иногда он казался ей преданным братом, иногда – тайным недоброжелателем. Но вариантов у неё было не особенно много. Он знал Землю, договаривался с прессой, устраивал встречи.
Только почему-то не мог сводить Дану в тюрьму к Амиру. Сказал, что подавал заявление, но почему-то не разрешают.
Первое интервью прошло очень тихо. Видимо, Роберт специально подобрал семейную газету, журналисты которой оказались вежливыми и доброжелательными. Они больше расспрашивали о девочках, о выживании в борделе, о том, как их похищали из семей, о семье самой Даны, и когда узнали, что девушку продал муж в одиннадцать лет, переглянулись и начали обсуждать, как бы этот факт подать помягче, но ведь обязательно надо упомянуть. Роберт и Наташа надавали множество рекомендаций насчёт ответов, и Дана подробно рассказала о том, как полиция охраняет спасённых, куда поселила, какие есть программы для них и перспективы.
И, конечно, несколько раз упомянула о том, как полицейские пострадали от негодяев, прикрывающих свои преступления, поделилась, как она боится теперь, что с ней что-то произойдёт, если она будет искать справедливости.
Эти опасения по совету Наташи она должна была высказывать как можно чаще и как можно шире. Тогда меньше шансов, что так и случится.
Центральные новостные каналы хотели слушать про полицейские расследования, подставного «извращенца» в лице Котласова, про то, как Рахимов разворошил гнездо пиратов и сам при этом чуть было не погиб.
По крайней мере, готовый материал так всё и показывал. Дана возмутилась, когда увидела, как план её спасения превращается в отчаянный смертельный риск, только чудом не закончившийся трагедией. Но Роберт велел ей прекратить возмущаться, ибо так всё гораздо лучше. Пусть Амир выглядит жертвой пиратов, бросающейся в омут опасности ради любви, а не расчётливым соперником главаря, разработавшим хитрый план ради абстрактной справедливости.
Журнал, который следит за известными людьми, наоборот постарался раздуть это противостояние. Но тут уж Дана, предупреждённая заранее, пресекла попытки выставить Джаггернаута борцом за свободу и одиноким волком, ищущим своё место в жизни, а разногласия Амира и Даниэля – противостоянием соперников в борьбе за это место. Журналисты долго расспрашивали о личности главаря пиратов, но девушка умело пресекала попытки оправдать его, замять количество жертв, и возмутилась стараниям найти что-то романтическое в его странных чувствах к Дане. Напомнила ещё раз, какой приказ насчёт неё он отдал, когда девушка отказалась лететь в пояс Койпера. Подробно рассказала то, что до сих пор стояло перед глазами: якобы сожаление, а на самом деле брезгливость во взгляде Даниэля, и непринуждённое «Парни, их убить! Срочно!»
Про поединок уже давно договорились молчать. Даже Роберт не знал. В отчёты полиции попала версия про то, что Амир, защищая себя и Дану, убил пирата его же оружием. Это рассказывали всем любопытным. Но прессе сообщать не стали даже в таком виде.
Даниэль Неверов вообще притягивал внимание журналистов.
После разоблачения его стереографии разлетелась по сети, и, надо сказать, получился он неплохо. И Дана с удивлением обнаружила, что он притягивал внимание, не меньшее, чем история с борделем. Журналисты хотели знать какой он в общении, какой у него характер, вкусы, привычки. В статьях, которые выходили с участием Даны и без, он иногда выходил чуть ли не романтической фигурой, этаким благородным разбойником.
Девушка снова начала мучиться совестью. В конце концов, она ему многим обязана, нельзя ли назвать то, что она делает и чувствует предательством?
– Дура, что ли? – возмутился Роберт, когда она не выдержала и рассказала о своих сомнениях. – Он же бандит. Он тебя не спас, а украл, как вещь. Для своих грязных целей. Какой ещё жизнью ты ему обязана, если он тебя убить велел? Ты Амиру такое не сболтни.
– Не сболтну, – пообещала Дана грустно. – Я с ним даже увидеться не могу.
Роберт поскучнел, заверил её, что всё будет хорошо и распрощался, пожелав спокойной ночи.
58.
В конце концов даже охранница Даны не выдержала и сунула нос в дела нанимателей. Ульяна отловила Роберта на выходе и строго спросила, неужели так трудно добиться для девушки свидания с женихом в СИЗО, ведь никакой опасности для следствия она нести не может?
– Потому что Амир не в СИЗО, а в реанимации, – сухим шёпотом ответил тот. – У него с сердцем проблемы. Когда будет в состоянии ходить на свидания, тогда и устрою.
Ульяна коротко кивнула и извинилась.
Роберт любил охранников. Они всегда рядом, надёжные, молчаливые, нос куда не надо не суют… почти. Вроде бы и человек рядом, и общаться не надо. И что самое главное, никто из них не посещал подпольный бордель с пытками несовершеннолетних.
Наташу с Ганимеда он любил не меньше, но взаимностью она не отвечала. Как частенько не отвечала на звонки и другие попытки общаться.
Но в этот раз ответ получил с первой секунды вызова.
– Новости? – нетерпеливо спросила она вместо приветствия.
– У тебя хотел спросить. Ты не поняла, почему ему не делают пересадку?
– Да потому что на хрен не нужна ему их пересадка! – взорвалась женщина. – Они всё ещё не дают разрешения на ввоз специально выращенного органа в лабораториях Ганимеда. Логики нет, законов тоже, тормозят, и всё, мудаки! Они прекрасно знают, что со стандартным сердцем-заменой Амир долго не проживёт!
– Долго? – Роберт уцепился за… меньше, чем за соломинку. – Ты говорила оно ему вообще не подходит.
– Разумеется, оно слишком слабое. Сколько-то он проживёт, но хорошо, если соображать сможет и до туалета дойти.
Дорогие читательницы! Я провожу небольшой конкурс для читателей в Вконтакте на своей страничке (ссылка есть в информации об авторе). Если вы читаете мои книги регулярно, а какую-то пропустили, можете заглянуть и поучаствовать.
Если ещё не читали моих книг, но хотите - будут следующие конкурсы чуть позже.
– Дана старается, но на всё это нужно время, – отчаяние вернулось. Вместе со старыми страхами. Когда-то, видя, как меняется Амир, каждый раз возвращаясь с Юпитера немного другим, Роберт боялся именно этого. Боялся, что однажды брат станет инвалидом, вернётся с тяжёлой травмой, или эти изменения зайдут куда-нибудь не туда… – Надо что-то сделать!
– Успокойся! – почти прикрикнула Наташа, сама не показывая никакого спокойствия. Показалось даже, она это скомандовала себе. – Бразильский и китайский директора решили придержать все исполнения договоров, типа из-за проверок у нас и коррупционного скандала. Сейчас их бухгалтерия с отделами информационной безопасности готовят отчёты для нас, которые можно будет использовать, как доказательство в суде. Они с нашей бухгалтерией сверяют финансовые потоки, контролируют, чтобы совпадали. Против такого аргумента что-либо подстроить будет сложно, а даже если и попытаются, в любом случае суды первых инстанций – нейросетевые, ты же знаешь, а они умеют оценивать и сравнивать факты.
– А Верховный? Там люди. Если дойдёт до него…
– Если дойдёт до него, – перебила Наташа, – совокупно со скандалом в прессе подлоги уже будут практически невозможны. Это верхний уровень, он информационно прозрачен.
Роберт так не считал, но спорить не стал. Считается, что Наташа в этом разбирается лучше.
– Котласов вообще затевает передел документов, связанных с «Метролабом». Насколько я его знаю, он может директора на и.о. переписывать две недели. Встанет не только строительство, но и частично транспорт, безопасность, связь. Власти не смогут не заметить.
– А на Земле что-нибудь можно так заметно притормозить? Ты сама знаешь, они видят только Землю, их космические регионы не интересуют.
– Можно попробовать… Есть некоторые научные исследования. Многие, кстати, используют лаборатории Юпитера. Добычу и энергетику в космосе тормозить нельзя, экономика рухнет, и не только наша.
– Я в этом не разбираюсь, но тебе доверяю. Нам продолжать шуметь?
– Конечно! Ничего не должны замять. Огласка, извинения, компенсация ущерба, восстановление репутации. Это нам всё нужно. И хорошо бы шуметь погромче.
Погромче? Это можно. Но выдержит ли Дана? Можно разжечь скандалы, и Роберт знает, как. Но девушку жалко, её окунут в грязь и будут полоскать. Это всё равно произошло бы, но не так быстро. Успела бы привыкнуть.
Нет. Она должна быть в курсе. Не согласится, так… Он попробует уговорить.
59.
У Даны Роберт был с утра пораньше, даже раньше заказанного завтрака. Он в последнее время вместо студии часто заезжал к ней, а на рабочем месте договаривался с прессой и планировал её встречи. Возможно, карьера страдала. Даже наверняка страдала, учитывая то, что он перенёс гастроли.
Но теперь его некому было в этом упрекнуть.
Артём по-прежнему получал свою долю, ещё и поэтому Роберту не хотелось давать никаких концертов. Юрист подготовил иск, но пока суды… Не хотелось попасть на неустойку в пользу этой мрази, если судья не найдёт оснований для расторжения контракта.
Хозяин дома, вернувшись, сразу стал собирать вещи. Девушка следила за этим с удивлением, но не решалась спросить. Или, скорее, не знала о чём спрашивать…
– Я к родителям, – наконец, снизошёл Роберт.
– А я?! – испугалась Дана. Она совершенно не хотела встречаться с родителями Амира.
– А ты познакомься с Ульяной. Ульяна!
Рядом возникла невысокая, плотненькая девушка с огромными глазами.
– Основное образование по радиотехнике, разряд по туризму и стрельбе, метание любых предметов на поражение, острые слух и ум! Ты будешь с ней в безопасности – если ты будешь с ней. Даже в туалет ходите вместе. Сменщица её будет не хуже, агентство обещало.
Дана растерялась.
– Я не понимаю… Почему ты уходишь?
Он вздохнул.
– Я же говорил тебе, я публичный человек. Каждый мой шаг может появиться в прессе. Каждую девушку рядом со мной прощупывают на предмет романа. Подумай, если нас с тобой заметят ночующими вместе вскоре после того, как Амира отправили в тюрьму?
– О… – Дана поняла. – Но… тогда, может быть… Я могу жить в гостинице…
– Ты можешь жить в безопасности, – отрезал Роберт. – Родители Ильгиза добрые и рады будут приютить тебя, но постоянная охрана реально будет их напрягать.
– Но, получается, я выгоняю тебя из собственного дома…
– Ну уж ты скажешь. Дана! Это же мои родители! Я с ними уже жил. Ничего, нормально. Я младшенький, любименький, мне можно куда больше, чем Амиру. В общем, слушайся Ульяну, завтра утром тебе позвонят насчёт интервью. Значит, так. Никакой фантазии. Они пришлют тебе вопросы, ты берёшь их и едешь ко мне. Мы их обсуждаем, пишем ответы, ты их учишь наизусть, мой помощник их согласует с журналистами, и они оформят интервью.
– А-а… То есть я буду знать вопросы заранее?
– Конечно, так это всегда и бывает. Пока мы ограничимся тремя-четырьмя текстовыми изданиями с фотографиями. Ты должна выглядеть сногсшибательно красивой, но при этом очень скромной и, по возможности, слегка глупенькой, чтобы не вызывать подозрения. Ясно?
Дана кивнула и опустила голову:
– Да, спасибо. Спасибо, что помогаешь Амиру.
Роберт, сдавливая смех, ответил:
– А ты не забыла, кто он мне есть?
– Просто… На Ганимеде они как-то странно… Говорят о тебе. Я думала, будут сложности.
Прода от 21 декабря вечер
Лёгкое недовольство Наташи каждый раз, когда звучит имя Роберта, можно объяснить тем, что она ему явно нравится. И скрывать это он не пытается, хоть и не показывает явно. Тем же можно объяснить и мрачное равнодушие Сергея. А вот почему у Ильгиза каменеют скулы при упоминании брата Амира, хотя они на Земле вполне себе нормально общались?
– Да? Ну… Слушай, я не всегда понимаю эту компашку. Но они могут бояться за ваши отношения.
– То есть? Ты имеешь в виду, наши с Амиром?
Почему, интересно? Ну да, Роберт звезда, красив, популярен, харизматичен, но ведь это не значит, что любая девушка мечтает о нём и побежит, стоит только поманить. Дане он, например, не очень-то нравится. Его манеры заставляют собирать всю силу воли, чтобы не дёргаться и не вырываться.
– Ну-у… Знаешь, ну как бы спорт у нас был такой. Просто мы очень похожи. Раньше были. Сейчас ты, наверное, не поверишь, – засмеялся певец.
– Вы похожи, я заметила.
– Ну вот. И этот паразит в школе, да и после, любил отбивать у меня девушек. Я и сам не урод, но он такой высокий, умный, мужественный и старше меня. Когда он приезжал домой из универа я вообще старался с ним не пересекаться.
– Они боятся, что ты теперь отомстишь? – это как-то вообще глупо. Для всех.
– Ну да, в очередной раз. Когда моё лицо попало на мировые афиши, а Амир превратился в мышечную глыбу, я несколько раз отомстил. Вот ты, согласилась бы встречаться со мной? Если не понравимся друг другу – Амир ничего даже не узнает.
– Это проверка? – как можно холоднее спросила Дана.
Он вздёрнул бровь:
Звезда сошла с небес ко мне.
Звезда.
Рвалась сквозь молнии и снег
Сюда.
Вся жизнь моя есть до неё
И с ней.
Я столько тусклых перебрал
Камней.
Одна звезда на целый мир -
Одна.
Не сразу хорошо была
Видна.
Я возведу тебя одну
В свой абсолют.
И будет у тебя любовь,
Покой, уют.
Я буду рядом, как твоя
Мечта.
Лишь только будь со мной, моя
Звезда.
Голос у него всё-таки красивый. Проникает в самое сердце. И даже не получается ни испугаться, ни разозлиться по-настоящему. Лишь холодное возмущение которое надо получше показать.
– Это проверка? – повторила она вопрос.
– А похоже? – всё тот же бархатистый голос. – Скажи «да», и ты увидишь, что такое настоящее чувство.
– Нет.
Он пристально смотрел ей в глаза.
– Роберт, я понимаю, что это проверка, – Дана говорила спокойно, надеясь донести до него. – И так же поняла опасения Ильгиза, Сергея и Наташи.
– Ладно, ты просто скажи: я тебе нравлюсь хоть чуть-чуть?
– Нет, ты мне не нравишься! – почти выкрикнула Дана. – Мне никто не нравится! Я вообще не хочу никаких мужчин! И если Амира посадят в тюрьму, я не хочу вообще чтобы на меня обращали внимание мужчины! Ты не понимаешь… – она всё-таки расплакалась, сводя на нет весь эффект. Но Роберт явно растерялся:
– Не надо… Дана, извини! Ну пожалуйста, не плачь. Да, проверка, даже не проверка, я просто хотел показать тебе… Ну пожалуйста, прекрати плакать. Ты должна понимать, девушка, которую так легко увести – невелика потеря. Я и хотел показать тебе, что в наших соревнованиях ничего плохого не было. Амир никого важного не потерял. Прости, я правда забыл… ненадолго, но всё же… Просто забыл, кто ты и что чувствуешь. Дана, пожалуйста, извини. Я обещаю, что не буду больше.
– И не надо больше стихов, – девушка вытирала слёзы, стараясь не растягивать кожу.
– Не могу, – снова эта шальная улыбка, безумно виноватая. – Ты красивая женщина, интересная, необычная. Ты меня вдохновляешь. Это не любовь или влюблённость, просто очарование. Ты должна понять, ты же знаешь, что такое вдохновение. Амир зря бесится. И его друзья. Я бы ни за что не стал разбивать ему сердце или ещё как портить жизнь. Правда.
Прода от 22 декабря утро
57.
Роберта Дана не понимала совершенно. Иногда он казался ей преданным братом, иногда – тайным недоброжелателем. Но вариантов у неё было не особенно много. Он знал Землю, договаривался с прессой, устраивал встречи.
Только почему-то не мог сводить Дану в тюрьму к Амиру. Сказал, что подавал заявление, но почему-то не разрешают.
Первое интервью прошло очень тихо. Видимо, Роберт специально подобрал семейную газету, журналисты которой оказались вежливыми и доброжелательными. Они больше расспрашивали о девочках, о выживании в борделе, о том, как их похищали из семей, о семье самой Даны, и когда узнали, что девушку продал муж в одиннадцать лет, переглянулись и начали обсуждать, как бы этот факт подать помягче, но ведь обязательно надо упомянуть. Роберт и Наташа надавали множество рекомендаций насчёт ответов, и Дана подробно рассказала о том, как полиция охраняет спасённых, куда поселила, какие есть программы для них и перспективы.
И, конечно, несколько раз упомянула о том, как полицейские пострадали от негодяев, прикрывающих свои преступления, поделилась, как она боится теперь, что с ней что-то произойдёт, если она будет искать справедливости.
Эти опасения по совету Наташи она должна была высказывать как можно чаще и как можно шире. Тогда меньше шансов, что так и случится.
Центральные новостные каналы хотели слушать про полицейские расследования, подставного «извращенца» в лице Котласова, про то, как Рахимов разворошил гнездо пиратов и сам при этом чуть было не погиб.
По крайней мере, готовый материал так всё и показывал. Дана возмутилась, когда увидела, как план её спасения превращается в отчаянный смертельный риск, только чудом не закончившийся трагедией. Но Роберт велел ей прекратить возмущаться, ибо так всё гораздо лучше. Пусть Амир выглядит жертвой пиратов, бросающейся в омут опасности ради любви, а не расчётливым соперником главаря, разработавшим хитрый план ради абстрактной справедливости.
Журнал, который следит за известными людьми, наоборот постарался раздуть это противостояние. Но тут уж Дана, предупреждённая заранее, пресекла попытки выставить Джаггернаута борцом за свободу и одиноким волком, ищущим своё место в жизни, а разногласия Амира и Даниэля – противостоянием соперников в борьбе за это место. Журналисты долго расспрашивали о личности главаря пиратов, но девушка умело пресекала попытки оправдать его, замять количество жертв, и возмутилась стараниям найти что-то романтическое в его странных чувствах к Дане. Напомнила ещё раз, какой приказ насчёт неё он отдал, когда девушка отказалась лететь в пояс Койпера. Подробно рассказала то, что до сих пор стояло перед глазами: якобы сожаление, а на самом деле брезгливость во взгляде Даниэля, и непринуждённое «Парни, их убить! Срочно!»
Прода от 22 декабря вечер
Про поединок уже давно договорились молчать. Даже Роберт не знал. В отчёты полиции попала версия про то, что Амир, защищая себя и Дану, убил пирата его же оружием. Это рассказывали всем любопытным. Но прессе сообщать не стали даже в таком виде.
Даниэль Неверов вообще притягивал внимание журналистов.
После разоблачения его стереографии разлетелась по сети, и, надо сказать, получился он неплохо. И Дана с удивлением обнаружила, что он притягивал внимание, не меньшее, чем история с борделем. Журналисты хотели знать какой он в общении, какой у него характер, вкусы, привычки. В статьях, которые выходили с участием Даны и без, он иногда выходил чуть ли не романтической фигурой, этаким благородным разбойником.
Девушка снова начала мучиться совестью. В конце концов, она ему многим обязана, нельзя ли назвать то, что она делает и чувствует предательством?
– Дура, что ли? – возмутился Роберт, когда она не выдержала и рассказала о своих сомнениях. – Он же бандит. Он тебя не спас, а украл, как вещь. Для своих грязных целей. Какой ещё жизнью ты ему обязана, если он тебя убить велел? Ты Амиру такое не сболтни.
– Не сболтну, – пообещала Дана грустно. – Я с ним даже увидеться не могу.
Роберт поскучнел, заверил её, что всё будет хорошо и распрощался, пожелав спокойной ночи.
58.
В конце концов даже охранница Даны не выдержала и сунула нос в дела нанимателей. Ульяна отловила Роберта на выходе и строго спросила, неужели так трудно добиться для девушки свидания с женихом в СИЗО, ведь никакой опасности для следствия она нести не может?
– Потому что Амир не в СИЗО, а в реанимации, – сухим шёпотом ответил тот. – У него с сердцем проблемы. Когда будет в состоянии ходить на свидания, тогда и устрою.
Ульяна коротко кивнула и извинилась.
Роберт любил охранников. Они всегда рядом, надёжные, молчаливые, нос куда не надо не суют… почти. Вроде бы и человек рядом, и общаться не надо. И что самое главное, никто из них не посещал подпольный бордель с пытками несовершеннолетних.
Наташу с Ганимеда он любил не меньше, но взаимностью она не отвечала. Как частенько не отвечала на звонки и другие попытки общаться.
Но в этот раз ответ получил с первой секунды вызова.
– Новости? – нетерпеливо спросила она вместо приветствия.
– У тебя хотел спросить. Ты не поняла, почему ему не делают пересадку?
– Да потому что на хрен не нужна ему их пересадка! – взорвалась женщина. – Они всё ещё не дают разрешения на ввоз специально выращенного органа в лабораториях Ганимеда. Логики нет, законов тоже, тормозят, и всё, мудаки! Они прекрасно знают, что со стандартным сердцем-заменой Амир долго не проживёт!
– Долго? – Роберт уцепился за… меньше, чем за соломинку. – Ты говорила оно ему вообще не подходит.
– Разумеется, оно слишком слабое. Сколько-то он проживёт, но хорошо, если соображать сможет и до туалета дойти.
Дорогие читательницы! Я провожу небольшой конкурс для читателей в Вконтакте на своей страничке (ссылка есть в информации об авторе). Если вы читаете мои книги регулярно, а какую-то пропустили, можете заглянуть и поучаствовать.
Если ещё не читали моих книг, но хотите - будут следующие конкурсы чуть позже.
Прода от 25 декабря утро
– Дана старается, но на всё это нужно время, – отчаяние вернулось. Вместе со старыми страхами. Когда-то, видя, как меняется Амир, каждый раз возвращаясь с Юпитера немного другим, Роберт боялся именно этого. Боялся, что однажды брат станет инвалидом, вернётся с тяжёлой травмой, или эти изменения зайдут куда-нибудь не туда… – Надо что-то сделать!
– Успокойся! – почти прикрикнула Наташа, сама не показывая никакого спокойствия. Показалось даже, она это скомандовала себе. – Бразильский и китайский директора решили придержать все исполнения договоров, типа из-за проверок у нас и коррупционного скандала. Сейчас их бухгалтерия с отделами информационной безопасности готовят отчёты для нас, которые можно будет использовать, как доказательство в суде. Они с нашей бухгалтерией сверяют финансовые потоки, контролируют, чтобы совпадали. Против такого аргумента что-либо подстроить будет сложно, а даже если и попытаются, в любом случае суды первых инстанций – нейросетевые, ты же знаешь, а они умеют оценивать и сравнивать факты.
– А Верховный? Там люди. Если дойдёт до него…
– Если дойдёт до него, – перебила Наташа, – совокупно со скандалом в прессе подлоги уже будут практически невозможны. Это верхний уровень, он информационно прозрачен.
Роберт так не считал, но спорить не стал. Считается, что Наташа в этом разбирается лучше.
– Котласов вообще затевает передел документов, связанных с «Метролабом». Насколько я его знаю, он может директора на и.о. переписывать две недели. Встанет не только строительство, но и частично транспорт, безопасность, связь. Власти не смогут не заметить.
– А на Земле что-нибудь можно так заметно притормозить? Ты сама знаешь, они видят только Землю, их космические регионы не интересуют.
– Можно попробовать… Есть некоторые научные исследования. Многие, кстати, используют лаборатории Юпитера. Добычу и энергетику в космосе тормозить нельзя, экономика рухнет, и не только наша.
– Я в этом не разбираюсь, но тебе доверяю. Нам продолжать шуметь?
– Конечно! Ничего не должны замять. Огласка, извинения, компенсация ущерба, восстановление репутации. Это нам всё нужно. И хорошо бы шуметь погромче.
Погромче? Это можно. Но выдержит ли Дана? Можно разжечь скандалы, и Роберт знает, как. Но девушку жалко, её окунут в грязь и будут полоскать. Это всё равно произошло бы, но не так быстро. Успела бы привыкнуть.
Нет. Она должна быть в курсе. Не согласится, так… Он попробует уговорить.
Прода от 25 декабря вечер
59.
У Даны Роберт был с утра пораньше, даже раньше заказанного завтрака. Он в последнее время вместо студии часто заезжал к ней, а на рабочем месте договаривался с прессой и планировал её встречи. Возможно, карьера страдала. Даже наверняка страдала, учитывая то, что он перенёс гастроли.
Но теперь его некому было в этом упрекнуть.
Артём по-прежнему получал свою долю, ещё и поэтому Роберту не хотелось давать никаких концертов. Юрист подготовил иск, но пока суды… Не хотелось попасть на неустойку в пользу этой мрази, если судья не найдёт оснований для расторжения контракта.
